Глава 7 – Откровения
8 мая 2025 г., 23:58
Проснулась она, как ни странно, уже без болей во всём теле.
Без болей, но с тремя очень интересными предметами в обнимку: с окровавленной куклой, столь же окровавленным браслетиком, и…
И с банкой крови.
«Ладно…» — мысленно протянула Руби, заторможенно оглядывая лежащие в своих руках предметы. — «Возможно, мне стоило оставить это в Ярнаме.»
Это была дельная мысль – в особенности потому, что в этом случае она не оказалась бы в общежитии со столь компрометирующими вещами – но стоит признать, что даже держи она это в голове, всё равно среагировать в той ситуации вряд ли бы успела.
А потому она и не посчитала это собственной ошибкой, благополучно спихнув всю вину на свою отрицательную удачу.
Однако ей, вероятно, всё же следовало поскорее что–то с этим всем сделать, ведь чем дольше она медлит, тем больше был шанс оказаться в действительно сложной ситуации тогда, когда её кто–нибудь случайно заметит.
Следом за чем наверняка последует довольно сложный разговор.
Так, осознавая всю опасность своего положения, Руби и поспешила завернуть свою добычу в простынь – после чего, стараясь не разбудить всё ещё спящих подруг, отправилась с этим кульком в ванную, решив разобраться с планом дальнейших действий уже там.
Ведь за закрытой дверью её, по крайней мере, никто не поймает с поличным.
Побег сереброглазой из собственной кровати прошёл вполне успешно; и уже вскоре она оказалась в точке назначения, сонно осматривая обстановку. К счастью, никаких преград перед собой она не увидела – а потому, сбросив свою ношу в ближайший угол, Руби отправилась в душ.
Вещи вполне могли и подождать, в конце концов – чего уж точно нельзя было сказать о её желании полноценно проснуться.
Но стоило лишь ей забраться в ванну, попытавшись включить воду, как внимание сереброглазой мгновенно сосредоточилось на вновь отросших ногтях.
Тех самых ногтях, которые она определённо стригла ещё вчера.
«Ну, вот теперь это уже выглядит чертовски подозрительно,» — отметила она, резко проснувшись.
Впрочем, сколь бы сильно её не интересовала внезапная проблема со скоростью роста ногтей, однако та мгновенно была откинута в сторону, стоило лишь ей перевернуть руку ладонью вверх.
Ведь в этот момент она наконец заметила и другие изменения.
Её вены, тянувшиеся по всему предплечью обеих рук, отчётливо потемнели, приобретя зловещий тёмно–алый оттенок.
На них Руби и уставилась, отрешённо усевшись на землю.
⋆˖⁺‧₊◯₊‧⁺˖⋆
Очнулась сереброглазая не быстро. Прошло больше получаса до тех пор, пока она сподобилась отвести взгляд от своих рук – и даже это не было её собственной заслугой. Нет, её банально отвлёк стук в дверь от раздражённой сестры, что напомнила ей о существовании ещё трёх девушек, желающих принять этим утром душ. И лишь тогда Руби ожила. «Хорошо… Ладно,» — вздохнула она, встряхнув головой. — «Я не могу сейчас с этим ничего сделать, так что… Так что нет нужды волноваться. Может, это вообще нормально – я ведь не спрашивала Куклу о том, как кровь влияет на организм помимо банального усиления, верно? Нет смысла переживать об этом прямо сейчас.» Впрочем, как бы она не пыталась себя успокоить, однако в лучшем случае пессимистичные мысли отходили на задний план, а в худшем и вовсе никуда не пропадали. К счастью для неё, холодный душ всё же оказался неплохим средством в борьбе с гиперфиксацией, что и позволило сереброглазой выбраться из ванной комнаты в самые кратчайшие сроки, ещё и не выглядя при этом слишком уж подозрительно. А окровавленные вещи… Ну, в тот момент Руби не была настроена разбираться ещё и с этой проблемой – так что, будучи действительно ответственной личностью, та банально затолкала их под ванную, справедливо рассудив, что лезть туда с самого утра никто не станет. А уж потом она обязательно что–нибудь придумает. Так, освободив жизненно необходимую комнату для всех желающих, Руби протопала к своей кровати – где, забравшись под одеяло, и затихла. Это, конечно, привлекло к ней определённое внимание со стороны подруг; но те лишь пожали плечами, справедливо рассудив, что их лидер захотел подольше понежиться этим утром в кроватке. И пусть это было странно – особенно после принятого недавно душа – однако всё же не было чем–то из ряда вон. Что и позволило Руби остаться наедине со своими мыслями. Если задуматься, это было не слишком хорошо – потому что как бы она ни старалась, но перестать думать о выглядящих действительно жутко венах ей не удавалось – однако также несло в себе и ряд положительных моментов. Так, к примеру, ей удалось за тот час, что понадобился её подругам на водные процедуры, свыкнуться с тем, что кровь странным образом влияет на её организм – и пусть это не перестало её тревожить, однако теперь по крайней мере не занимало буквально все её мысли, заставляя ту выглядеть довольно… отстранённой. Что уже вскоре сыграло свою роль, ведь ей, в конце концов, пришлось вылезти из своего убежища и вместе со всеми отправиться на пары. В этот раз по дороге к аудитории ей удалось остаться в стороне от привычных утренних разговоров подруг – потому как общий фокус внимания был сконцентрирован на двух фигурах: Янг и Вайсс. Те, видимо, с самого утра умудрились что–то между собой не поделить, из–за чего всю дорогу Вайсс пыталась сдержанно вбить в голову блондинке свою точку зрения, а та, не считая произошедшее чем–то серьёзным, банально отшучивалась. Вследствие чего Вайсс, естественно, закипала всё больше и больше. К счастью, дорога к аудитории Порта не заняла много времени – а потому это не успело перерасти во что–то большее. И вот, стоило лишь подругам зайти в класс, как сереброглазая по привычке проследовала к трибунам, где, инстинктивно достав вещи, и уставилась в стену, не спеша вылезать из собственных мыслей. Так для неё и прошла лекция. Но пусть она и записывала – действительно записывала – то, что говорил профессор, однако её мозг участия в этом почти не принимал, отдав большую часть своих ресурсов на довольно очевидную, но крайне бесполезную, тему. Проще говоря – изменения её тела, которые она больше не могла игнорировать, не давали ей полностью сконцентрироваться на происходящем. — …убс! — вырвал её из мыслей чей–то голос, вместе с которым пришёл лёгкий толчок в плечо. — Эй, Рубс! — …Что? — с небольшой задержкой отозвалась она, фокусируясь на сестре. Сестре, которая почему–то оказалась на лекции Порта её соседкой – вместо уже привычной Вайсс. — Ты какая–то задумчивая сегодня, — отметила очевидное та, с лёгким беспокойством осматривая Руби. — Что–то случилось? «Случилось,» — поморщилась она, раздумывая над словами сестры. — «Случилось–то, может, и случилось, но…» Руби не знала, должна ли она сказать Янг о том, что происходит. И у этого было несколько причин, на самом деле – но лишь одна из них заключалась в её нежелании делать это прямо сейчас. Не было у неё подходящего настроения для весёлых рассказов о своих похождениях, откровенно говоря – не с этими подозрительно быстро отрастающими ногтями и почерневшими венами. В остальном же… Ну, ей нужны были доказательства. И Скарлет – вместе с окровавленной куклой, браслетом и банкой крови – определённо не могли быть использованы в качестве оных. Как не могли, очевидно, быть использованы и ногти с венами – ведь даже она сама не была до конца уверена, в чём именно было дело. Так что, помимо эмоциональной составляющей, была в её нежелании и куда более объективная причина – из–за чего и ответила она на вопрос сестры лишь полминуты спустя: — …У меня болит голова. — солгала Руби, отвернувшись. — Я… в порядке. Но это отвлекает. — Угу, — отозвалась Янг, и на мгновение не поверив своей сестре. Впрочем, пусть моментами она и забывала о личных границах, однако и эмпатией никогда не была обделена – из–за чего та и дала Руби пространство, решив не лезть на опасную территорию. — Тогда ты собираешься присоединиться к нам в столовой, да? — А? — глубокомысленно выдала сереброглазая, дважды моргнув. — Уже обед? — Именно, — закатила глаза Янг, не став лишний раз акцентировать внимание на отрешённости сестры. — Так что, ты идёшь? В этот раз дважды ей повторять не пришлось. — Конечно, — пожала плечами Руби, встряхиваясь. И уже куда веселее добавила: — Наперегонки? — Ага, конечно, — фыркнула Янг, неторопливо поднимаясь со своего места. — Я на это лет с десяти не попадаюсь – что заставляет тебя думать, будто сейчас что–то изменится?⋆˖⁺‧₊◯₊‧⁺˖⋆
Остаток дня прошёл для Руби относительно неплохо. Не было никаких сложных лекций по типу истории Ремнанта – на которых она наверняка вновь утонула бы в собственных мыслях – как не было и ситуаций, в которых она оставалась с вышеупомянутыми мыслями один на один. За что Руби, естественно, должна была поблагодарить подруг. Но, в любом случае: день плавно подошёл к концу, и она, вновь потратив большую часть вечера на частные уроки с Вайсс, уже приготовилась отходить ко сну. Хотя в этот раз у неё, что было вполне закономерно, не получилось сразу же попасть в Ярнам – нет, ей не давали покоя собственные мысли и переживания, из–за чего на попытку уснуть она и потратила рекордные полтора часа. Однако вскоре усталость всё же победила, и сознание Руби вновь притянулось к древнему городу. Открыв глаза рядом с домом девочки, она, с удивлением отметив знакомый силуэт в окне, махнула тому в знак приветствия рукой – после чего исчезла в проявлении, поспешив навстречу с Куклой. Она ждала слишком долго, в конце концов – а потому предпочла не отвлекаться, сосредоточившись на необходимости попасть в сон охотника как можно скорее. И даже силуэт паука–переростка, вновь мелькнувший где–то на периферии, не заставил её хоть сколько–нибудь напрячься. У неё сейчас была лишь одна цель – и Руби шла прямо к ней, уже через жалкие пять минут после попадания в Ярнам оказавшись перед знакомым фонарём. А вскоре она ступила на землю перед одиноким домом, в этот раз твёрдо устояв на ногах. — Добро пожаловать в сон, добрая охотница, — с привычной улыбкой встретила её Кукла, сидя у лестницы. Но, заметив мрачное выражение лица своей подопечной, поспешила поинтересоваться: — Всё в порядке? — Привет, — немногословно отозвалась Руби, подходя ближе. — И я не знаю. Скажи, кровь как–то влияет на человека помимо усиления? — Кровь многогранна, — нейтрально произнесла Кукла. — У неё есть множество свойств; но не все из них достойны упоминания. — Тогда сделаем проще, — не выдержала сереброглазая, подойдя поближе к своей собеседнице и показывая, одновременно с этим, причину своего беспокойства. — Это может быть связано с кровью? В этот раз Кукла отозвалась лишь полминуты спустя. — Выглядит… плохо, — отметила она очевидное, прищурившись. — Да, я в курсе, — раздражённо фыркнула Руби. — Так что – это из–за крови, или..? — Из–за крови, — подтвердила её страхи Кукла, взяв протянутую руку и поднеся её к себе поближе. — Но этого не должно было случиться так скоро. Кровь всегда меняет того, кому её переливают – однако у охотников это происходит очень медленно. Обычно никто даже не замечает сильных изменений до самого конца охоты. Руби в ответ лишь поджала губы. — …Так я что, особенная? — не выдержала она тишины, забирая у Куклы руку. — Победила в лотерее или что–то вроде того? Почему… Что это вообще такое?! Ответ на заданный паникующим тоном вопрос пришёл практически сразу – но не совсем оттуда, откуда она ждала. — Это проклятие всех охотников, — с усмешкой произнёс Герман с крыльца, привлекая к себе внимание сереброглазой. — Ты же не думала, что всё будет так радужно, не так ли? Сражаться с монстрами будучи бессмертной, становиться за счёт этого сильнее… У всего есть своя цена, девчонка. И иногда она бывает чересчур высокой. Его последняя реплика заставила её сердце на мгновение замереть – однако Руби мгновенно отбросила пессимистичные мысли в сторону, вновь сфокусировавшись на реальности. — Я хочу знать, что происходит, — железным тоном обозначила она своё намерение, невольно переходя со старым охотником на «ты». — Ты же ответишь на мои вопросы, Герман? От того, насколько холодно прозвучали её слова, сереброглазая и сама слегка вздрогнула – однако старик в ответ лишь усмехнулся. — Конечно, — отозвался он, медленно закатываясь на своей коляске в дом. — Я ведь друг охотников, в конце концов. Я должен вам помогать… Это прозвучало странно – но Руби не была готова разбирать каждое слово странного старика, пытаясь осознать его сакральный смысл. Нет, в данный момент ей было достаточно и того, что тот дал согласие ответить на её вопросы – из–за чего она и поспешила его догнать, мимолётно попрощавшись с Куклой. А несколько секунд спустя за сереброглазой закрылась дверь, погружая внутренности мастерской в уже привычный ей полумрак. — Что со мной происходит? — сразу же поинтересовалась она, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Проклятие, которое ты упомянул… Что это? — Нечто тривиальное, но в то же время и сложное, — пожал тот плечами, разворачиваясь к ней лицом. — Кровь Древних не предназначена для переливания человеку, очевидно – а потому, помимо известных тебе плюсов, несёт в себе и ряд отрицательных черт. Сереброглазая в ответ лишь сложила руки на груди, пристально уставившись на старика – и буквально вся её поза кричала о нетерпении. — …Как думаешь, кто эти звери, на которых ты охотишься в Ярнаме? И что случилось с людьми, ставшими куда агрессивнее, чем положено? — начал издалека Герман, проигнорировав яростный взгляд своей собеседницы. — Я не знаю, — фыркнула Руби, отказавшись играть в шарады. Она не слишком высоко оценила то, что Герман ответил ей вопросом на вопрос – но это ей нужна была помощь, из–за чего она и не стала вслух его упрекать, ограничившись недовольным тоном. Но старик, казалось, и вовсе не обратил на её резкость никакого внимания. — Все они звенья одной цепи, — как ни в чём не бывало продолжил он. — Звенья, находящиеся на разном отдалении от точки отсчёта – бытия человеком. В этот момент Герман замолчал, давая Руби время на то, чтобы или осмыслить сказанное, или задать интересующий её вопрос. К сожалению, единственное, на что она была сейчас способна – это с замиранием сердца слушать слова старика, стараясь не впадать в отчаяние; а потому вскоре тот, не дождавшись реакции, продолжил прерванную мысль: — Когда простому человеку переливают древнюю кровь, он исцеляется от всех болезней – и не столь важно, насколько те были смертельны… Но потом? — усмехнулся Герман. — Потом, от нескольких дней до месяцев или даже лет спустя, он начинает меняться. Становится агрессивнее, злее, начинает видеть врагов там, где их нет… И вскоре, стоит лишь ему окончательно перейти черту, поддавшись внутреннему зверю, как его истории приходит конец. В этот момент человек исчезает, и его место занимает Зверь. Один из тех, на которых мы, охотники, и охотимся. К примеру – антропоморфные волки. Ты же уже встречала таких, не так ли? Они довольно распространены в Ярнаме… Думала, небось, что это какие–то случайные монстры? Местный вид вредителей? На этих словах он рассмеялся. — Нет, в большинстве случаев всё это люди, — резко успокоился старик, продолжив холодным тоном. — Те из них, кто окончательно поддался зову крови, по крайней мере. Они потеряли разум, поддались инстинктам, и, в конце концов, утратили все остатки человечности. Прозвучавшее заставило её испуганно замереть – не только из–за мгновенного осознания подтекста того, чем она занималась в Ярнаме, но и из–за того, что вытекало из всей речи Германа в целом. Впрочем, последнее было важнее первого – а потому Руби и отбросила моральные терзания в сторону, сконцентрировавшись на куда более приоритетных вещах. — Как мне… Есть ли противоядие? — с надеждой посмотрела она на Германа, сделав шаг вперёд. — Должен же быть какой–то выход! Тот в ответ лишь горько усмехнулся. — Выход… Единственный способ сбежать из Ярнама – завершить охоту, — произнёс он, расслабленно откинувшись на спинку кресла. — А вот лекарства нет. Нет, не было и никогда не будет… В этот момент, замолчав, он показался ей чертовски уставшим – но вскоре Герман вновь очнулся, возвращая своё внимание к Руби. — Но тебе и не нужно лекарство, — отметил он, улыбнувшись. И в этой улыбке, как ни странно, уже не было цинизма, усталости или насмешки. Нет, в этот раз улыбка была обнадёживающей – такой, какой одаривал её отец или дядя Кроу, когда она испытывала с чем–то трудности. — Просто заверши охоту – и проклятие больше не будет тебя преследовать. Ей потребовалось больше пяти минут на то, чтобы собраться с мыслями; но когда она это всё же сделала, то вполне логичный в этой ситуации вопрос не заставил себя долго ждать: — Как? — Убей всех зверей, — пожал Герман плечами. — Победи сильнейших, собери отголоски крови, вернись сюда – и я помогу тебе покинуть этот проклятый город. — А сейчас..? — с надеждой поинтересовалась та, поморщившись от открывшихся перспектив. — Могу я уйти сейчас? — Это не зависит от меня, охотница, — покачал головой её собеседник. — Условие для ухода из Ярнама – победа над населяющими этот город монстрами. Руби на это лишь раздосадовано вздохнула, сдерживая желание что–нибудь ударить. Не стоило портить дом того, кто пытается тебе помочь, в конце концов. — Хорошо… Ладно, — помотала она головой, отбрасывая лишние мысли. — Очевидно, здесь есть нечто большее, чем то, что ты мне рассказываешь – но это не то, что должно меня волновать, верно? Если ты говоришь, что единственное, что мне нужно сделать – это убить всех монстров, то так тому и быть. Однако… сколько у меня времени? Герман в ответ лишь смерил её сочувствующим взглядом. — Не так уж и много, очевидно, — произнёс тот. — Может – неделя, может – несколько месяцев… Здесь всё зависит от того, как хорошо ты будешь сопротивляться зову крови. — …Понятно, — вновь вздохнула Руби, устало потерев лоб. Впрочем, она росла с мыслью, что её будущая профессия будет тесно связана с риском – так что она уже давно готовилась к проблемам, учась с ними справляться. Потому, пусть и испытывая целую гамму не самых приятных эмоций, ей всё же удалось вернуть фокус внимания к главному. — Тогда… Ты знаешь, откуда мне стоит начать, Герман? — Центральный Ярнам, — без задержки ответил тот, криво улыбнувшись в ответ на её решимость. — Может, ещё церковь и Старый Ярнам… Я бы начал оттуда. Это… уже было чем–то. Наводка была не самой точно, но она была – и Руби знала, как с ней работать. Она училась иметь дело и с куда меньшим количеством информации. — Спасибо, — впервые с момента начала диалога улыбнулась сереброглазая, с благодарностью кивнув старику. — Не знаю, что бы я без тебя делала. — Умерла бы, что ещё, — беззлобно усмехнулся тот, закрывая глаза и откидываясь назад в своём кресле. — А теперь иди и делай то, что должна. Не стоит терять время. — Угу! — чуть веселее, чем раньше, отозвалась та. — Увидимся, старик! С такими словами Руби и выбежала из дома, сразу же направившись к нужному надгробью; что и не позволило ей увидеть ошарашенное выражение лица Германа, который провожал её не менее ошарашенным взглядом. — …Старик? — несколько секунд спустя отстранённо прошептал он, моргнув. — Я..? Герман знал, что уже давно перестал считаться юношей – и он лучше многих понимал, как хорошо подходит под термин «старик», но ещё никто, за многие годы под светом этой луны, не тыкал его лицом в собственный возраст. — До чего же наглая девчонка…
