Лунный свет и лепестки роз

      Руби проснулась с улыбкой на лице.              Она была чертовски довольна тем, что наконец смогла победить монстроподобные фигуры в Запретном Лесу – и даже тяжесть с болями во всём теле не могла снизить градус её настроения.              Ещё бы – ведь она вновь стала на один шаг ближе к освобождению от оков Ярнама!              Так, буквально переполняемая оптимизмом, Руби и слезла со своей кровати, отправившись в ванную. Часть её команды ещё спала; но судя по звукам воды, которые она услышала подойдя ближе, как минимум одна из них уже умудрилась не только проснуться, но и занять душ.              Что, впрочем, ничуть её не расстроило.              Она готова была подождать столько, сколько нужно – ведь ей тоже было, чем заняться. Если Блейк – а это, судя по пустой кровати, была именно она – только-только залезла в ванную, то Руби могла сходить в мастерскую, потратив это время на создание новых чертежей. Или, если та уже собирается выходить, она могла бы пока почитать один из учебников.              В общем, она не торопилась – но всё же хотела узнать, когда ванна освободится.              Потому и постучала в дверь.              — Секунду!              Вскоре та открылась, и перед Руби показалась Блейк – странно задумчивая, и, как всегда, с любимой книгой в руках. Стоило же той наткнуться на охотницу взглядом, как степень задумчивости лишь увеличилась.              «Чего это с ней?»              Мгновение спустя задумчивость сменилась сначала недоумением, а чуть позже и тщательно скрытым весельем.              Что, само собой, заставило Руби насторожиться.              — Знаешь, — приподняла Блейк уголки губ в лёгкой улыбке, обратившись к подруге. — если ты хотела подстричься – ножницы были бы уместнее.               Охотница в ответ лишь недоумённо хлопнула глазами, не сразу поняв, что та имеет в виду. Однако и много времени осознание не заняло – так примерно секунду спустя она уже тянулась руками к голове, искренне боясь того, что может обнаружить.              Но наощупь всё казалось нормальным.              Впрочем, это её практически не успокоило – Руби лишь отпихнула Блейк в сторону, бросившись к зеркалу. Она облокотилась о раковину, вцепившись в ту руками – после чего со страхом взглянула в зеркало.              А несколько долгих секунд спустя она наконец расслабилась, раздражённо фыркнув. Ведь, как оказалось, её волосы были лишь слегка опалены. Не было буквально ничего, что могло бы хоть близко стоять к «новой стрижке».              И Блейк прекрасно должна была это видеть.              — Ты… — запнулась Руби, не в силах выбрать, что сказать. — Ты выбрала плохой момент, чтобы обзавестись чувством юмора.              Но её подруга совершенно не выглядела смущённой.              — У тебя действительно слегка подгорели волосы и брови, — лишь произнесла она, предприняв ленивую попытку защититься. — Я просто сказала то, что увидела.               — Ну конечно, — закатила глаза Руби, недовольно фыркнув. — Никаких попыток подшутить над подругой – просто констатация факта.               Та на это лишь усмехнулась; что и стало для охотницы последней каплей. Она не разозлилась, тоже находя действия Блейк забавными – но оставить это без последствий не могла.              Потому и захлопнула у той перед носом дверь, скрывая тем самым лёгкую улыбку на своих губах.              — …Грубо, — донёсся до неё приглушённый, но отчётливый голос подруги.              Но Руби проигнорировала его, с гордо поднятой головой отправившись в душ. Единственное, что её смутило – это то, что у неё вообще получилось разобрать слова Блейк. Дверь, как и общая громкость сказанного, не должны были позволить ей этого сделать.              Хотя вскоре её внимание переключилось на водные процедуры, которые надёжно вытеснили из головы мысли о странно чувствительном слухе. Охотница и так понимала, что тот стал острее – а остальное её волновало не так уж и сильно.              Ну стала она лучше слышать и стала, чего уж тут.              Со столь пофигистичной мыслью Руби и отбросила этот вопрос в сторону, сосредоточившись на попытках в как можно более сжатые сроки завершить свои дела в ванной. Ведь если Блейк та больше и не была нужна, то вот Вайсс с Янг наверняка захотят освежиться перед учёбой.              А значит – долго здесь оставаться было бы некрасиво.              Руби справилась за двадцать минут, оставив чуть больше сорока оставшимся девушкам, каждая из которых к тому моменту уже успела подняться с кровати.              Таким образом, когда те всё же приняли душ, начался их новый день в Биконе – и сереброглазая была полна желания воспользоваться перерывом от Ярнама на все сто процентов.              Она шутила, смеялась, донимала Вайсс – в общем развлекалась так, как могла. Это был заслуженный перерыв; и она, даже вновь усевшись под вечер за уроки с напарницей, наслаждалась каждой его минутой.              Но всё хорошее когда-то подходит к концу – подошёл к концу и этот день.              Впрочем, она всё же уснула с улыбкой на лице – ведь несмотря на то, что ей вновь предстояло столкнуться с созданиями Ярнама, теперь у неё было значительно больше уверенности в себе и своих силах.              За последнее время она собрала множество отголосков крови – и сейчас, вновь стоя на улицах этого проклятого города, Руби была готова снова попробовать свои силы в сражении с тварью из Старого Ярнама.              У неё было не так уж и много гранат – вернее, не было совершенно – но это ничуть не уменьшало её воинственного настроя.              На её взгляд, мощь отголосков крови, текущая по венам, была достаточным подспорьем в этом деле.              Охотница не стала откладывать дело в долгий ящик – лишь заглянула к Кукле, перебросив отголоски крови из довольно абстрактной вещи в личную силу, после чего отправилась к своей цели.              Не было никакой нужды ждать, в конце концов.              Но как бы не была велика её уверенность, сколь бы сильнее та себя не считала – итог у вылазки оказался один: кладбище во Сне Охотника, озаряемое безразличным светом яркой луны.              Однако Руби не сдалась после одной-единственной неудачи.              Сейчас она уже поспевала за движениями зверя – так что вернулась ещё дважды, справедливо рассчитывая его победить.              К сожалению, это закончилось неудачно.              Она чувствовала, что была довольно близка. Каждый раз ей удавалось оставить на нём несколько серьёзных, глубоких ран – но смерть продолжала её преследовать, раз за разом заставляя открывать глаза на знакомом кладбище.              В одно из таких «пробуждений» она и почувствовала притяжение из Яви.              — Ну что, — саркастично выдохнула Руби, раздражённо откинувшись на землю. — отлично день прошёл. Лучше, блин, и быть не могло!              С этими словами она и отдалась привычному притяжению, отправляясь в реальный мир.              Проснувшись в своей кровати, охотница глубоко вздохнула.              Тот зверь неимоверно её раздражал, до сих пор упрямо отказываясь сдохнуть – и это, конечно, не могло не сказываться на её настроении. Под влиянием Ярнамской Крови, текущей по венам, Руби стала значительно раздражительнее; так что первой её реакцией было желание на ком-нибудь отыграться.              К сожалению, это было неосуществимо в реалиях Бикона – из-за чего ждать ей предстояло аж до самого вечера. Непростая задачка, конечно, но Руби достаточно хорошо себя контролировала, чтобы это не стало проблемой.              И тем не менее, весь день она проходила с не самым радужным настроением, постоянно раздумывая о Ярнаме. Зверь вновь оказался для неё серьёзным препятствием, но в этот раз она по крайней мере смогла несколько раз огрызнуться.              «А ведь я даже гранаты не использовала.»              Эта мысль её приободрила, дав надежду на скорое разрешение и этой проблемы – так что и настроение у Руби медленно поползло вверх. Ей нужно было лишь немного подготовиться, после чего зверь наверняка падёт.              Потому она и потратила вечером примерно с час времени, заказывая необходимые для изготовления гранат материалы. Их обещали привезти всего через день прямо в Бикон, а значит единственное, что ей теперь нужно было сделать – это запастись терпением.              И, пока возможности напасть на зверя в Старом Ярнаме нет, вернуться к поиску отголосков крови. Те никогда не были лишними, в конце концов.              Этим Руби в ту ночь и занялась, надёжно оккупировав Запретный Лес.              В следующий раз она проснулась в уже куда более приподнятом настроении – и у того была весомая причина.              Печенье.              Кукла встретила Руби в Ярнаме огромным количеством её любимого, свежеиспечённого лакомства – и было его настолько много, что той даже удалось пронести часть с собой в Явь.              Само собой, счастью сереброглазой в тот день не было предела. Она даже поделилась частью своего сокровища с Блейк, встретив засоню на выходе из ванной с тарелкой печенья в руках; после чего, вручив ту ей прямо в руки, уже сама скрылась в душевой.              Охотнице было не жалко ту тарелку – ведь у неё в запасе было ещё аж две штуки. И это помимо того, что она уже успела съесть.              Очевидно, день с таким началом просто не мог пройти хоть сколько-нибудь ужасно. В чём Руби и убедилась на собственном опыте – ведь до самой ночи не произошло абсолютно ничего раздражающего.              Она шутила, развлекалась с подругами и завязывала разговоры буквально обо всём на свете, стараясь использовать каждую доступную минуту в их компании по максимуму.              И судя по улыбкам, озарявшим лица каждого члена её команды – у неё это отлично получилось.              С осознанием этого факта жизнь стала казаться ей значительно ярче – и даже по возвращению в Ярнам та не дала подавляющей атмосфере этого места повлиять на себя в какой-либо степени.              Охота в этот день тоже – что совершенно неудивительно, учитывая её возросшую силу – прошла без проблем. И пусть ей удалось собрать чуть меньше отголосков, чем в прошлый раз, но этого всё ещё было более чем достаточно.              А потому проснулась она полностью удовлетворённой от проделанной работы.              И пусть в этот раз у Руби не получилось принести с собой в Явь печенье Куклы, однако не было так же и ничего, что могло бы испортить ей настроение. Потому она вновь решила провести день с подругами, потратив свободное от Ярнама время на попытку наладить социальные связи.              Это возымело определённый успех – пусть и не без погрешностей.              Во-первых, у неё не получилось провести целиком весь день с подругами, ведь именно сегодня доставили материал для гранат – а во-вторых... Ну, её продолжающие обостряться чувства определённо становились если не проблемой, то уж досадной неприятностью – точно.              Теперь она морщилась каждый раз, как рядом появлялся хоть немного резкий запах – и вздрагивала, когда раздавался громкий звук. А громких звуков и резких запахов в академии, полной обучающихся охотников, было… много.              Действительно много.              Всё это чуть сбавило градус её удовольствия, полученный от беззаботного дня со своей командой – но та всё же осталась довольна тем, как всё прошло. Большую часть острых углов, которые образовались за время её «болезни», удалось сгладить, а о большем она и мечтать не могла.              По крайней мере до тех пор, пока над её головой висит бремя Ярнама.              С этой мыслью – и твёрдой уверенностью в том, что вот сегодня, со всеми созданными гранатами ей наконец удастся победить ту тварь – Руби и появилась во Сне Охотника. Там она, не теряя времени, попросила Куклу помочь с отголосками – после чего сразу отправилась в Старый Ярнам, не став тратить время на лишние разговоры.              У неё была цель, в конце концов.              Дорога не заняла много времени, и вот охотница уже оказалась перед знакомым зданием, где и подтвердила, полагаясь на запах: зверь всё ещё там.              И тот уже наверняка сидел в засаде.              Впрочем, в этот раз Руби и сама не собиралась лезть на него без всякого плана. У неё были гранаты – не так много, всего пятнадцать штук – и она сразу же спрятала все из них в трёх разных местах.              Однако пусть она и расставила аж три ловушки, но их целью было не навредить зверю, а скорее дезориентировать его или отбросить – ведь, как показала практика, тот был довольно крепким. А значит и особой надежды на повреждения от взрывов быть не могло.              Руби планировала его измотать, отвлечь – а после банально обезглавить, с гарантией обрывая столь раздражающую лично её жизнь.              «Не самый гениальный план, конечно – но вполне рабочий.»              Со столь оптимистичной мыслью она и шагнула под стены знакомого здания, мгновенно активируя проявление. Это помогло ей избежать первой атаки: зверь спрятался сверху, и, стоило лишь ей подойти ближе, спрыгнул.              Но в месте его приземления Руби уже не было.              Она появилась чуть сбоку – и тут же взмахнула косой, оставляя на лапе зверя первую, пусть и незначительную, рану.              — ГРЬЯ-ХЬЯИИ-И!              Зверь пронзительно завизжал, рванув в её сторону, однако и Руби не осталась стоять на месте. Она увернулась от его прыжка, слегка сдвинувшись вбок – и вновь взмахнула косой, в этот раз целясь тому в шею.              Но и зверь был не прост.              Он отступил назад, избегая взмаха, после чего открыл пасть – и, под ошарашенным взглядом охотницы, вцепился в лезвие Крессент.              Она не была слабой или неопытной, а потому успела влить в свою косу ещё больше ауры, защищая ту от повреждений – но это дорого ей обошлось. Руби не только одномоментно потеряла значительный пласт ауры, но и осталась открыта для контратаки.              И зверь этого не упустил.              Он взмахнул лапой, нацелившись ей в живот – а мгновение спустя та уже отлетела в сторону, лишь чудом сумев не лишиться оружия.              Но это было слабым утешением.              Для неё бой начался не просто плохо, а даже ужасно – слишком уж много было потрачено ауры на пустом месте.              Понимая несостоятельность идеи продолжать сражение вблизи прямо сейчас, Руби и приняла решение временно отступить, сначала слегка измотав тварь. Она перевернулась в воздухе, и, приземлившись на обе ноги, сразу же воспользовалась проявлением, разорвав дистанцию.              После чего и прицелилась зверю прямо в морду.              Через мгновение воздух разорвало два последовательных выстрела – один из которых попал дёрнувшейся твари в грудь, разрываясь небольшой лужицей пламени, а второй и вовсе пролетел мимо.              Но цели своей Руби достигла – тварь замешкалась, не успев помешать ей вновь воспользоваться проявлением. В этот раз, переместившись, она снова выстрелила той в голову – и, как ни странно, попала.              Голова твари откинулась вбок, та завизжала, инстинктивно дёрнувшись всем телом – и охотница поспешила воспользоваться своим шансом. Она рванула вперёд, резким движением воткнув лезвие Крессент в то, что оказалось ближе всего.              В бок твари.              Это окупилось – кровь фонтаном хлынула из глубокой раны, а сам зверь завизжал ещё громче, причиняя ушам охотницы сильную боль. Но вместе с болезненной гримасой по её лицу расплылась кровожадная улыбка.              Ведь от такой раны оправиться даже этому созданию будет сложно.              Но долго момент радости не продлился – тварь пересилила боль, вновь концентрируясь на своей противнице. Та развернулась, после чего прыгнула на охотницу, пытаясь вцепиться ей в шею.              Однако Руби вовремя воспользовалась проявлением, на жалкие миллиметры разминувшись с челюстью разозлённой твари.              Появившись в десяти метрах от своего прошлого местоположения, она вновь вскинула Крессент для выстрела – но мгновение спустя вынуждена была снова нырнуть в проявление, бросаясь прочь.              Ведь зверь явно несколько разозлился, планируя достать её во что бы то ни стало. Он гонялся прямо за ней, лишь незначительно отставая; и в такой ситуации у Руби не было возможности прицелиться.              Она, изредка выпадая из проявления, стреляла буквально от бедра – и это, вполне естественно, не приносило ощутимого результата. Более того – такой стиль боя требовал значительных затрат ауры на постоянное поддержание проявления, что с каждой минутой приближало момент её поражения.              Потому-то охотница и решилась пойти на крайние меры.              Она рванула в сторону первой из трёх ловушек, и зверь, ослеплённый яростью, без промедления последовал за ней.              К сожалению, он был слишком быстр для того, чтобы она могла безошибочно рассчитать нужный момент для активации; из-за чего ей и пришлось встать к связке гранат ближе, чем было минимально допустимо.              Что и повлекло за собой вполне ожидаемые последствия.              О, она успела вовремя выстрелить, активируя ловушку; но взрыв пламени, вырвавшийся из-под лап зверя, задел и саму Руби. Не сильно – но достаточно, чтобы лишить её очередного куска ауры.              Хотя зверю досталось значительно сильнее.              Пламя объяло его фигуру, а взрыв контузил, отбросив столь увесистую тушу на несколько метров – там тот и остался, с визгом катаясь по земле в попытках прийти в себя и сбить пламя.              Само собой – охотница не стала ждать, когда у него получится добиться успеха.              Она воспользовалась проявлением, оказываясь рядом – и в следующую секунду сторонний наблюдатель смог бы увидеть лишь отблеск лезвия Крессент, стремительно разорвавшей воздух.              Остриё косы вонзилось ему в заднюю лапу, повреждая кость, но не отсекая саму конечность.              — ГРЬЯ-А-А!              Зверь резко развернулся, попытавшись вцепиться ей в горло – но Руби успела вытащить Крессент, отскочив назад. Она видела неподдельные страдания этого существа – но если раньше это могло задеть тонкие струны её души, то сейчас…              Сейчас по её лицу лишь расплылась садистская улыбка.              — Хн, — хмыкнула она, снова перемещаясь назад. И видя, как зверь рванулся следом, но не смог преодолеть разделившее их расстояние столь же стремительно, как раньше, улыбка на её лице растянулась ещё шире. — Неприятно, да?              — Г-р-р-р!              Тварь больше не визжала – она рычала, низко припав к земле.              Боялась.              Охотница вновь оскалилась, добавив в улыбку больше зубов. Зверь был ранен – а значит пришло время нанести ещё несколько ударов, пока тот не пришёл в себя.              Рывок. Взмах. Ещё один пронзительный визг твари – в этот раз от боли. Улыбка стала лишь шире – а кровавая пелена, незаметно павшая на её взгляд, стала отчётливее.              Однако зверь не был повержен.              Он дёрнулся, взмахнув лапой – и чересчур отвлёкшаяся на удары Руби пропустила его движение.              Атака пришлась ей в плечо; и та, не сумев должным образом отреагировать, оказалась откинута в сторону. Зверь рванул следом – но охотница вскочила на ноги, и, игнорируя боль, нырнула в проявление.              Она вышла из него лишь в пятнадцати метрах сбоку – рядом с ловушкой. И, неожиданно даже для самой себя, упала на колено.              — Кха!              Её дыхание перехватило от удара, а левая рука повисла плетью, отдавая острой болью. Это могло значить лишь одно.              Аура всё же закончилась.              «Как же невовремя..!»              Но зверь не бежал вперёд. Он не знал, что что-то изменилось; а потому остался на месте, с гортанным рыком припав к земле.              Это дало ей время осмотреться, чуть точнее рассчитывая своё положение относительно твари и заготовленной для той ловушки.              К счастью, Руби пришлось сделать всего несколько шагов вбок, чтобы поместить ту между собой и своим противником. Она успела сделать это как раз вовремя – ведь терпение зверя лопнуло, и тот вновь рванул вперёд.              «Медленно,» — отстранённо заметила она, кое-как прицелившись одной рукой в связку гранат.              Прогремевший взрыв был впечатляющ – но кое-чего Руби всё же не учла.              Зверь не был глуп.              Он помнил, что случилось несколько минут назад – а потому в последний момент попытался отпрыгнуть. У него не получилось полностью избежать взрыва, но большую часть своего тела он уберёг.              Большую, но не всю.              Пламя разгорелось ненасытным клубком прямо на его морде, заставив яростно затрясти головой – и охотница моментально сощурилась, увидев в этом шанс.              Она бросилась вперёд, со всей силы замахнувшись в сторону его шеи. Блеснула сталь, раздался звук разрываемого воздуха… и ему вторил звон треснувшего металла.              Зверь дёрнул мордой, уже во второй раз безошибочно ухватив лезвие Крессент пастью. И теперь, незащищённое аурой, то раскололось на тысячу осколков.              — ГРА-А!              Рёв ярости, раздавшийся следом, не уступал прошлым – но исходил отнюдь не от зверя.              Его источником стала Руби.              Садистская улыбка на её лице сменилась яростным оскалом, открывающим множество острых зубов – а ранее тусклые, серебряные глаза сверкнули болезненно ярким светом.              Мгновение спустя в морду зверя воткнулись пальцы, увенчавшиеся острыми когтями. Охотница целилась туда, где должны быть глаза – и, судя по воплю ярости, что-то задеть у неё получилось.              Однако зверь не стоял на месте.              Он, получив удар, атаковал в ответ – и пусть Руби попыталась увернуться, но полностью сделать этого ей не удалось. Когти твари задели бедро; и охотница болезненно зашипела.              Ей бы отступить, прыгнуть на десяток метров назад, перебравшись к последней ловушке – но кровавая пелена слишком сильно застилала ей взор.              Руби появилась сбоку от твари. У неё больше не было Крессент; но это не значит, что она лишилась возможности атаковать.              Яркий блеск серебряных омутов. Взмах.              Единственная рабочая рука Руби достигла своей цели, оставив на шее монстра глубокий порез. Но тот мгновенно развернулся, резким, стремительным ударом отбрасывая ту назад.              — Кх!              Она выплюнула кровь. Удар пришёлся по рёбрам; и боль подсказывала – одно из них практически наверняка проткнуло её лёгкие.              Но та не обратила на это практически никакого внимания, полностью концентрируясь на звере.              И не зря.              Тот сразу же рванул следом, раскрыв пасть – и если бы она хоть на мгновение отвела взгляд, то наверняка рассталась бы с жизнью.              Но Руби его не отвела. Она успела отскочить туда, где должна быть последняя из ловушек – после чего, видя, что зверь не отстаёт, плавным движением выхватила Скарлет.              Два выстрела – один в голову, другой в лапу. Это замедлило тварь ещё больше; и Руби успела найти взглядом ловушку.              Ей пришлось подождать, пока зверь сделает нужный шаг. Но вот он, раненный и куда более медлительный, чем в начале боя, оказался прямо над связкой гранат.              Она выстрелила.              Раздавшийся взрыв отбросил тварь назад, попутно окутав ту пламенем. Это наверняка было до жути больно – но никакого сочувствия охотница не испытывала.              Ярость, навеянная кровавой пеленой перед глазами, никуда не делась – и её самоконтроля хватило лишь на то, чтобы не броситься добивать столь раздражающее создание.              Это могло быть довольно опрометчиво, в конце концов.              Постояв в стороне и дождавшись, пока огонь потухнет на подозрительно тихой твари, Руби осторожно подошла ближе. Выглядел её противник… не очень.              Он лишился одной из задних лап – той, кость в которой ей удалось повредить – вся его шерсть была сожжена, а сама шкура оказалась покрыта уродливыми ожогами. Это, по всей видимости, был труп.              Но никаких отголосков крови Руби рядом с ним не заметила.              «Странно»              Эта мысль, навеянная развитой Ярнамом подозрительностью, и спасла ту от внезапной атаки. Зверь дёрнулся в её сторону, взмахнув более-менее целой лапой – а Руби уже отклонялась назад, пытаясь избежать удара.              У неё не получилось.              Раздался звук рвущейся плоти.              — С-сука! — болезненно выдохнула она, кое-как увернувшись от последовавшей за лапой пасти. — Да сдохни ты уже!              К своему раздражённому крику она добавила резкий удар, вновь полоснув того по морде когтями. Тот отшатнулся, позволив отойти и ей; после чего на поле боя воцарилась небольшая пауза.              Она кинула быстрый взгляд на свой бок. Там была глубокая, но не слишком опасная сама по себе рана. Но вот крови… крови было много. До того много, что та даже успела забрызгать ранившую её лапу зверя; и, если она ничего не сделает с ней в самое ближайшее время…              Ну, тогда это станет ещё одним поражением.              Это понимание заставило её двигаться. Охотница метнулась влево, заставив зверя реагировать – и тут же со всей возможной скоростью дёрнулась, оказываясь справа. Зверь заметил это, дёрнувшись уже в другую сторону – но не успел.              Руби ударила первой.              Её когти вонзились тому прямо в морду, проникая вглубь; и в то же мгновение тварь взвизгнула пронзительнее прежнего, отпрыгнув назад. Она взмахнула лапами в сторону Руби – но та слегка отстранилась, получив лишь относительно неглубокие царапины.              Кровь из которых, впрочем, всё же брызнула как на её одежду, так и на саму тварь.              Однако она это проигнорировала.              Руби лишь двинулась следом, вновь сокращая дистанцию – и взмахнула рукой. Зверь среагировал лишь незначительно позже.              Рука, увенчанная когтями, вонзилась ему в шею – а лапа полоснула Руби по бедру, пройдясь снизу-вверх.              Кровь брызнула в разные стороны.              — Кха-а!              — Грья-а!              Оба противника издали болезненные вскрики – но и оба тут же двинулись, продолжив атаку. Руби взмахнула рукой, сжав ту в кулак – а зверь поднял лапу выше, намереваясь разорвать ей шею.              Но охотница оказалась быстрее.              — Сдохни! — прорычала она, вбивая тому кулак в голову.              Кости треснули, а голова твари резко дёрнулась назад. Но она понимала: этого недостаточно.              Слишком уж тот был крепким.              Удар дезориентировал монстра; а потому Руби вновь взмахнула рукой, ставя всё на последний удар. Кровавая пелена полностью покрыла её взор, оставив в мире лишь едва различимые пятна – и она опустила кулак, вновь ощутив под ним твёрдые кости.              В момент удара она поняла, что и этого будет недостаточно; её охватила ярость, и…              Мир вспыхнул серебром.              Руби отшатнулась, на несколько долгих секунд потеряв связь с реальностью – а когда всё же смогла проморгаться, то не поверила своим глазам.              Ведь монстр, судя по лежащим рядом отголоскам крови, наконец-то был мёртв.              Он лежал на земле совершенно без движения – но не это привлекло её внимание. Нет, куда интереснее было то, что монстр горел.              Горел тёмным, кроваво-красным пламенем, струящимся по его передним конечностям, голове и груди.              Охотница позволила себе лёгкую удовлетворённую улыбку, медленно осев на землю. Но стоило ей усесться, как та шокировано замерла.              Этим странным пламенем горел не только монстр.              Оно танцевало практически везде, куда падал её взгляд, пусть и в мелких объёмах: на стенах, на полу – даже на малышке Крессент, что лежала чуть поодаль.              И, что она поняла мгновение спустя, на самой Руби.              — …Ч-что за… хрень? — кое-как выдавила она, взглянув вниз.              Почти всё её тело было объято пламенем – бок, нога, часть груди, руки… и больше всего огня было на её ранах. Каждая из них буквально полыхала этим странным огнём, являясь его эпицентром.              Но она не чувствовала боли.              Несколько долгих секунд спустя Руби осторожно протянула к своему боку палец, дотронувшись до огня. Она не испытала боли. Огонь был тёплым, но не обжигал охотницу – и она совершенно не понимала, почему.              «Может, это из-за шока?»              А секунду спустя её осенило. Горела кровь. То, вокруг чего был построен Ярнам, то, что являлось буквально квинтэссенцией всех странностей, что происходили в этом проклятом городе. А раз это была её кровь, то…              «Так вот она какая,» — отстранённо подумала Руби, зачарованно глядя на свою объятую пламенем руку. — «магия…»              Она помнила предупреждения Германа о том, что притрагиваться к этой штуке не стоит – помнила, что это должно лишь ускорить превращение.              Но сейчас ей не удавалось оторвать взгляда от этого красивого, притягательного зрелища.              Буквально на её глазах раны, что виднелись у той на руке, медленно начали заживать; огонь будто бы сжигал порезы, оставляя после себя лишь чистую кожу.              «Это… приятно,» — заметила она, заторможенно переводя взгляд на свой бок. — «Необычно, но приятно.»              Там глубокая рана тоже постепенно затягивалась, обещая в самые сжатые сроки полностью исчезнуть.              Она знала, что должна быть обеспокоена тем, что прикоснулась к столь опасному искусству – но у неё не было на это сил. Руби лишь продолжала заворожённо смотреть на пламя, постепенно полностью опустившись на землю.              Слишком уж сильно она устала, и слишком красивым было открывшееся её глазам зрелище.              Настоящая магия.              Такая же, как в сказках Саммер – пусть и куда более тёмная по своей сути.              Так её и застало притяжение в Явь – усталой, разбитой и внимательно вглядывающейся в творившееся прямо на ней волшебство.              И Руби не могла сказать, что жалела потраченное на это время.              Она моргнула, не сумев из-за усталости сразу же открыть глаза – а когда это ей всё же удалось, то перед ней больше не было странного огня. Лишь мягкая кровать, одеяло и белый потолок.              Руби моргнула.              Усталость ушла – пропал и лёгкий туман в мыслях, наконец позволив той полностью сосредоточиться на реальности.              А мгновение спустя пришёл страх.              Руби резко села, и, не став ждать ни секунды, закатала рукава, взглянув на свои руки. Но на первый взгляд с ними всё было нормально.              Те не изменились, сохранив тот же вид, какой имели ещё вчера – однако это мало что значило. Ей нужно было снять свитер, чтобы понять, насколько разрослось проклятие – и делать это в комнате было бы ошибкой.              Потому она быстро начала подниматься, планируя как можно скорее оказаться в ванной... И тут же столкнулась взглядом с Блейк.       Зерно страха вновь разрослось в её груди.              Вдруг та что-то заметила? Обратила внимание на странный узор, покрывающий руки подруги? Отметила что-то ещё, о существовании чего не знала ещё и сама Руби?              Блейк не отвела взгляд – лишь медленно приподняла бровь. А она… она поступила самым зрелым образом, на какой только была способна.              Сбежала.              Использовала проявление, и, оставляя за собой лишь облако алых лепестков, рванула в ванную, захлопнув дверь.