"Подарок"

9 часть

Было раннее утро, которое звало погрузиться в будни, дела, рутину. Феликс опережал свои внутренние часы, и был готов к бою за право быть первым. Такие рамки помогали в реальной жизни и сковывали за пределами: в ночи, в близости, в желаниях. И даже сейчас, сидя перед ноутом на диване, буквально на пороге огромнейшего проекта, сулившего признание, статус и невероятный рост, Феликс не чувствовал опору и силу в руках. Его лицо всё ещё было милым, и улыбка завершались ямочками. Но следом появлялась горечь от уходящей наивности, легкости внутреннего ребёнка, страдающего от жестокости мира вокруг. Он посмотрел на своё отражение в зеркале и, поправив уже отросшие черные волосы, понял, что стал жестоким до омерзения. Всё светлое уходило куда-то с рассветом, с розовой дымкой прохладного утра в даль, за пределы этой квартиры, стен и этого мощного, но утомленного тела. Феликс раскинулся по спинке дивана руками, и, положив голову, закрыл глаза. Он чувствовал, как чёрный туман, начиная с ног, обволакивал тело и медленно подбирался к лицу, к его губам. Феликс, глубоко вдохнув, позволил просочиться в себя этой тьме в каждую клетку, точку тела и мозга. У него уже ничего не болело, рана даже не ныла. И не открывая глаз, Феликс стал её ощупывать. Остатки чёрного дыма на выдохе чуть просачивались сквозь неё. -Ничего, заживёт,-сказал он вслух, и ощутил что-то липкое в ладони. Феликс вернул руку к ране, попытался дышать не глубоко. И через несколько минут выровнялось и дыхание, и пульс. Открывая глаза как ото сна, он оглядел комнату по-новому. И следом ноут вывел его в реалии из транса. Его ждали безотлагательно, и проникшись этим, он ушёл полностью в работу. Потому он и не расслышал как Хван, сначала словно мурлыкая, а потом перейдя на крик, звал его, чтобы тот принёс ему воды. Феликс же сидел в гарнитуре, его вызвали в столь ранний час на интересный диалог представители известного бренда. И когда Хван зло вышел в комнату, он увидел Феликса, ведущего диалог на японском по видеосвязи. Хван встал в позу с укоризной, поставив руки сначала на пояс, а потом не дождавшись, скрестил их на груди, шипя и поджимая губы. Феликс с натянутой улыбкой смотрел на монитор, продолжая разговор и пытаясь его скорее закончить, указывая в воздухе Хвану, чтобы тот ждал. Ну вот Хван-это твой случай быть Альфой и проявить себя, указав на свои правила. И в этот момент, играя нервно губами, Хван невольно взглянув в зеркало, увидел себя с жуткими синяками на шее сзади. Впереди чуть краснели следы от ремня, но они не сравнимы были ещё и с укусами вдоль спины, между лопаток. Он шипел, оглядывая спину с разных точек в зеркале. Но поймав отражение Феликса с такой победной улыбкой получившего легкую добычу, Хван пришёл в ярость. Он перешёл на мат. Ор и оскорбления и дальше бы продолжались, но Феликс их пресёк спокойным голосом на понижение, давя беспристрастием: -Я тебе оставил кое-что там, но пока ещё не рассмотрел,-отрешённо, но с улыбкой продолжая работать, вымолвил Феликс. -Можешь забрать это себе обратно...,-на опережение шёл Хван. Он орал, не понимая, что это могло быть, но это всё заставляло его злиться, от того, что он теперь должник Феликса. -Какое сегодня число, Хван? -с выдержкой в минуту, вдруг спросил Феликс. Хван нервно ходил по квартире в поиске вещей и смотрел из подобья на Феликса. Но от этого вопроса он буквально оцепенел. -Вернись, пожалуйста, к реальной жизни, займись...-и здесь вдруг Феликс запнулся, и искоса посмотрев на Хвана и даже где-то чуть виновато, поджал губы. -Что?! -сначала тихо, а потом переходя чуть ли на крик в недоумении, и сев на пол, выдал Хёнджин. -Ты единственный знаешь, как я ненавижу эту офисную жизнь, эти стены и эту давящую систему. Она добивает меня, и ты походу тоже... -Хван, послушай,-опираясь на колени и свесив руки, с сожалением, но проникновенно, Феликс поедал Хвана глазами. -Я –это начало, а ты-это продолжение. Я помогу тебе выйти из этого круга. И мы сможем двигаться уже по выбранному пути, но только вместе. Прими это... Он заглядывал ему в глаза, ища ответ. Вот этот давящий, созданный им же барьер и этот грёбанный стол с ноутом, не давали ему сесть рядом с Хваном. Он так хотел в эту секунду провести рукой сначала по его волосам, медленно и нежно гладя по лицу, щекам, убирая пряди волос чуть за уши. А потом целовать или даже чуть касаться его губ, пытаясь разбудить ото сна. Но Феликс опять был сверху. И Хван чувствовал, что снова сидит перед кем-то нависающим и жаждущим им управлять, скрестив мощный руки. -Феликс! Как ты не понимаешь, что я хочу сам в своей жизни быть главным и ни под кого не подстраиваться. Опять кто-то должен за меня решать всегда! -рефлексируя, Хван ходил у стола, то ставя руки на пояс, то вопросительно ими размахивая. Феликс, в период его метания, вернулся в позу хозяина и старался не смотреть в его сторону, но давая ему высказаться. Он не приемлил решать проблемы ором, истерией. И через пару ударов сердца, понимая, что контроль уходит, резко сжав зубы, жестом и вытянутой рукой, крикнул на Хвана: -Стоп! В тебе слишком много безумия и какого-то бесцельного движения. Ты мне сейчас кажешься каким-то сгустком красного цвета-это какая-то грубая энергия, отвечающая за механическую работу, не требующей умственных усилий. Хван был в ступоре. По его и скулам, крыльям носа и от злобного дыхания шёл испепеляющий поток в сторону Ликса. -С утра вместо кофе твоя заумная х..ня, Феликс, браво! -хлопая в ладоши и тяжело, с издёвкой, бубнил Хван. -Ты вообще можешь как обычный человек говорить, нет? У тебя и в доме, и в голове бардак,- бросая едкий взгляд и шутку, Хван направился в ванную. Когда Хёнджин вернулся, Феликс уже был готов на выход. Строгость и бренды так отдаляли Феликса от Хвана, а сегодня ещё и лёгкий макияж сделали его более непреступным. Хван в полотенце на бёдрах и с мокрыми волосами располагал или рассчитывал ко всему: к прощению, обещанию или действиям без слов. Но непреклонная фигура Феликса не стала знаком примирения. Он искоса смотрел в сторону Хвана, но прямая мощная спина была как граница. Феликс, чуть присев на край подоконника, опираясь на руки и пряча плечи, вытянул ноги и растворился в летающих на ветру шёлковых шторах. Он был прекрасен как никогда. Просто в нем была демоническая красота на грани. Он всё больше склонял голову в сторону и облокачивался на подоконник. И вдруг их взгляды встретились, запустив игру от этой вспышки. Сделавший первый шаг, может получить главный приз. Но бывают такие игры, где нет победителей. Они просто так затягивают, сжигая, что нет смысла сопротивляться. Всё зависит от противника. Хван сделал первый шаг, медленно развязывая полотенце, при следующем шаге, он опять его завязывал, с другой стороны. Но как только он захотел сделать 3 шаг, Феликс, резко подскочив, залез на подоконник, вставая в полный рост в проёме огромного окна. Упираясь руками в стены и скрестив ноги, он смотрел оттуда сверху, продолжая сводил с ума Хвана. Он смотрел на него с такой любовью и отчаянием одновременно. -Что ты задумал?! -с испугом спросил Хван, всматриваясь в лицо Феликса, который стал заглядывать в окно на улицу, отодвигая штору. -Да всё еще жду,-вдруг резко повернувшись в сторону Хвана, и положив одну руку на пояс,-когда же ты мне скажешь, какое сегодня число, Хван?! - И засмеявшись, спрыгнул на пол и пошёл на кухню. -Я тебе подскажу,-бросая в кофе лёд из морозилки и морщась от приятного сочетания, продолжал Феликс. -Осталось 5 дней до открытия бутика и нашего проекта, в котором мы задействованы с тобой! -Это твои рамки и сроки,-говоря гневно, Хван засмеялся и стал ходил по квартире, пытаясь найти свою одежду, раскидывая вещи и устраивая бардак ещё больше. Натянув брюки и футболку, Хёнджин тяжело упал в центр дивана как хозяин, поджимая ногу под себя и закидывая руку на спинку, как бы усаживаясь поудобней, чтобы потом слушать это всё с долей пренебрежения. -Это и твои тоже,-проронил Феликс, спокойно и по привычке собирая необходимое для работы вещи. -Мы сегодня должны быть в офисе вместе для согласования концепта оформления композицией в окончательном варианте. И ты тоже должен понимать, что это твоя часть проекта, Хван. И тут Феликс задышал как-то прерывисто, запинаясь и что-то недоговаривая. Он резко повернулся спиной к Хвану и попытался прийти в себя, моргая и втягивая глубоко воздух, чуть сжимая кулики. -А давай не надо, а?!...Ты загоняешь меня, как и себя, в это состояние всем быть обязанным! -продолжал бубнить Хван. И взяв куртку, и сделав неожиданно поворот, с лёгкостью накидывая её на плечи, как в танце, предстал перед Феликсом вплотную. -Говоришь, не любишь красный цвет?!-язвительно смеясь и одевая очки, Хван двинулся на выход. Затем открыв дверь, и пряча руки в карман, он, чуть спустив очки на нос, выдал: –Так скоро ты будешь жрать его ложечкой. И заиграв уголками губ, вышел из квартиры и потерялся в огромном городе.