"Подарок"

11 часть

Наконец-то наступил день Д. Начало было для таких мероприятий слишком ранним. Но гости подтягивались медленно и в целом, это не повлияло на главный момент презентации. Известные и не очень персоны, медийные лица и уставшие миллиардеры, милые кукольные девушки как модели или живые манекены, мечтающие о недосягаемых высотах. Всё было очевидно для этого дорогого бренда-соответствующая публика, окружение. Феликс отлично себя чувствовал среди все этого-проходил мимо и был искренне участлив. Ему очень импонировали люди, которых интересовала высокая мода, искусство. Они мило говорили с ним и были заинтересованы этой темой, восторгаясь новейшим концептом оформления интерактивными панелями и светом в зале. Он был вдохновлен как никогда. Фоновая музыка стихла, и представитель бренда мистер Noise пафосно объявил о начале презентации. Речи и милая, нелепая суета прекратилась, когда под общие негромкие аплодисменты гостей погас общий свет. Флакон с новым ароматом водрузили на центральный, небольшой пьедестал перед огромным тёмным монитором. Зазвучала классическая музыка, и по белым стенам, по колоннам со встроенными видео-панелям откуда-то с конца от выхода, закружились в невероятном танце вереницей лепестки бордового и синего оттенков. Мелькали голубые линии и витиеватые круги. Их фееричное кружение продвигалось к центральному монитору. И соединившись там в цветы, которые сплелись потом воедино в неповторимый букет. Это были грандиозно. Но финальным аккордом был ошеломляющий, яркий луч света откуда-то снизу пьедестала в полумраке зала. Он осветил стекло флакона так неожиданно, что заставил этой вспышкой разлететься огромный букет на мониторе на тысячи мелких цветов под феерию скрипок и виолончелей по всему залу невероятных вихрем под восторженные возгласы и яркие овации. Пьедестал играл богатством красок бордо, синевы, придавая духам шарм. Великолепный запах легко поплыл в дымке софитов. Презентация удалась. Мистер Noise не скрывал слез, аплодисменты не стихали. Феликса попросили выйти в центр для представления. Феерия цветов кружила и расслабляла, а матовый свет отовсюду придавал таинственность. И в этой мистерии вышел Феликс. Он был великолепен в костюме от Alexander McQueen. И слегка откинув край пиджака и положив руку в карман облегающих брюк, представил взорам таинственное сочетание красного и чёрного цветов. Всё было идеальным-фигура, расправленные плечи и неповторимая улыбка. И в тоже время от него исходила невероятная, магическая сила. Это было как арканум, секрет в этом милом детском лице, его глубине и беспощадной уверенности во взгляде. Все в зале ещё больше полюбили его, когда он, смущавшись и склонив голову, пригласил в центр мистера Noise для благодарственной речи. Всё было как должно быть. Праздник пошёл своим чередом. Неспешно суетились менеджеры, модели. Гостей расслабила атмосфера и дорогой алкоголь. Ото всюду лились речи. Кто-то был деликатным, но всё чаще можно было заметить странные взгляды и неловкие движения, или руки, обвивающую чужие талию. К Феликсу в такой момент непринужденного разговора незаметно подошёл молодой человек. Сразу было видно, что это человек кого-то. Феликс стал искать в зале того, посыльный которого пытался вручить презент. Строгость во всем его очень привлекала. И даже завоевывала внимание Феликса, заинтриговав. Хозяин проявил себя сам. Он стоял строго от кутюр. Встретившись взглядами, гость слегка улыбнулся, отпив шампанское из бокала и подняв его в знак уважения. Посыльный вытащив визитку, этот презент, произнес слова признательности и с улыбкой учтиво, скрылся. Читая аббревиатуру в виде дорогого оттиска на карточке, Феликс, вскинув взгляд, уже не обнаружил таинственного гостя, но его жест был действительно ценными. И Ли через секунду уже знал, как он им распорядится. Освещение, полумрак и утонченная тема инсталляций по стенам создавала особый антураж. И она не совсем подходила для этой публики. Они себя только ощущали королями, не меньше. И в тоже время видели в каждом того, кто хотел поиметь их кошелек, остатки здравомыслия, статус, место в корпорации. Лицемерие выпячивалось как дорогие часы. Смотря свысока, как вершители и устроители мира, они жили в системе несвободы. И когда Хван появился в полупустом проходе через зал с невозмутимым видом, он почти бросил вызов этой нелепым принципам. Его образ был буквально Джон Саймон Ричи- облегающие джинсы с чуть рваными коленками, футболка с глухим воротом, но с невозможно открытой проймой рукавов, что было видно грудь и рельефы безупречного тела. Но даже кричащая надпись на футболке была ничто, в сравнении с цветом волос Хвана: они были ярко-красные, чуть ли не алые. Тяжелый ремень в металле, слегка приспущенный на бёдра выдавал альфу, и потому вопросов не стало-это была провокация. Бледная кожа и соблазнительные губы в надменной улыбке придавали образу бунтаря исключительную грациозность. Феликс был в шоке. Его приближение ещё больше закружило всё вокруг в вихре противоречий, чувств на разрыв. Он дышал так медленно и глубоко, забыв буквально где находится, растворяясь в приближающем искушении. И не понятно было, протянул ли он руку для приветствия, то ли для жаркого объятия, притягивая вот так вплотную. Ему сейчас хотелось оказаться с ним наедине в этом огромном пространстве или даже в этом мире, чтобы никто не мог его украсть, забрать или спасти. И Феликс вдруг увидел, как кружение цветов стало замедляться, а напряжение уходило. Хоть биение сердце было невыносимым, Феликс продолжал двигаться всё медленнее и медленнее вокруг Хвана, спрятав руки в карманы, и заглядывая ему в глаза. Он вопрошал. И это была почти пытка-ничего не говорить сейчас и ощущать кружение. Феликс замедлялся в вспышках фотокамер, приближаясь к Хвану на расстоянии, привычной близости, чтобы заглянуть в глаза, вдохнуть и вернуться в реальность. Хван всё время кружения Феликса стоял как пригвождённый, чуть оглядываясь назад, провожая его взглядом снова и снова. И вдруг резкий луч прожектора нечаянно ослепил Хвана так, что он, прикрыв глаза ладонью и поджав губы, чуть вздрогнул, увидев Феликса, стоящего почти вплотную с ними, ощущая его горячее дыхание. Это двое создали буйство красок, где безумное сочетание красного и чёрного олицетворяло опасность, тайну и пугающую неизвестность. В них было всё в равной мере-страсть, чувственность и мощь. Все в зале невольно испытывали сильные чувства в этот момент, были под впечатлением. Когда же они вдруг повернулись лицом к толпе гостей, Феликс незамедлительно среагировал улыбкой и даже засмеялся, чтобы разрядить обстановку, сделав удивленное лицо, аккуратно уводя Хвана чуть в сторону. Он не хотел отпускать его руку, и стал ещё сильнее сжимая её каждой секундой, улыбаясь и пожирая Хвана глазами. -Что это всё значит? -недоумевал Хван, одёргивая ладонь и указывая на зал в кружении света. -Я здесь давно и видел, как всё начиналось. Феликс всё ещё был в состоянии эйфории от этого кружения, и засмеявшись, выдал: -Сейчас я подойду к Мистеру Noise, повторно представлю тебя ему, а потом объявлю твоё имя по громкой связи и выведу на этот мерзкий суд в самый центр зала. Хван, будучи в шоке и на нервах, пытался остановить его, схватив Феликса за руку, но тщетно. Тот быстро организовал администратора и стаффов буквально по щелчку. И не успев опомниться, к Хвану подошёл ответственный менеджер и, строго, но с улыбкой, вывел его в центр зала. Подоспевший мистер Noise c раскрасневшимся лицом от преизбытка чувств и алкоголя, стал представлять Хёнджина как гениального художника, создавшего такие шедевральные эскизы и образы, что были воплощены в оформление данного мероприятия. Да, всё было сумбурно, но оно вдруг привнесло в это помпезное шоу какую-то лёгкость и непосредственность. Толпа была ошарашена слегка, но зааплодировала. И были некоторые, которые искренне стали задаваться вопросом о молодом человеке, хлопая в ладоши и приятно улыбаясь. Праздник принял какой-то неожиданный тон, лица ожили, взгляды заискрились новизной чувств и эмоций. Хван же улыбался в глубочайшем смятении, чуть кланяясь, и нервно перебирая пальцами рук, отходил в сторону, цепляя Феликса взглядом. Оставшись наедине, он негодовал и не скрывал этого. Феликс же наоборот, упивался этим моментом триумфа Хвана как никто другой и даже он сам. -Крутые ощущения, правда?!-заливаясь смехом и ища его одобрение, Феликс коснулся вдруг Хвана, положив ему руку на ремень. -Да, так и есть,-вдруг резко приняв ситуацию и это недопустимое расстояние, Хван поправил красные волосы, бросил на Феликс призывный взгляд, накалив ситуацию. -Хочешь продолжить? -жмуря глаза, Хван растянулся в змеиной улыбке. Он пылал, он горел. Но у Феликса были свои планы. Маршрут был назначен им, случайно нащупав визитку, что вывела его на должное решении ситуации, которую захотел вдруг контролировать Хван. Но это не с Феликсом. Хван его не знал и не узнает никогда. Феликс жёстко был затянут, закрыт в костюм и свои правила. Его кровь, его страсть была спрятана и пылала, сжигая внутри. Он что-то буркнул под нос, и пошёл искать администратора. Хван же зло выругавшись про себя, двинулся к бару за шампанским. Ему очень хотелось напиться, чтобы с лёгкостью смотреть на окружающий паноптикум.