"Подарок"

5 часть.

Присутствие Хвана изменило всё вокруг в доме. Его острая реальность разрушала и возрождала новые, странные чувства, такие живые, кровавые и неуловимые как тени. Хван, восторженно оглядывая стены, вдохновлялся этим мигом, как уже завершённой игре без особых усилий. Всё было для него в этом доме, и в этом моменте, как особый пройдённый рубеж. И это была свобода, пространство. И неистово вскинув руки вверх, он закричал на выдохе с радостью и неимоверным чувством завоевателя. Воздух звенел от чистоты, был прохладен. Швырнув вещи как попало, и раскинувшись на диване, он наполнялся естеством этого мига. Он стал рыскал в сумке-рюкзаку забытую бутылку с вином, глядя на Феликса со странными смешанными чувством из подлобья. Феликс задрожал от вдруг нахлынувших флешбеков- он вспомнил голос Хвана, его заразительный смех, и даже милое шевеление пальцами в минуту волнения. Он стоял всё это время чуть дыша, чтобы не спугнуть этот последний момент, который странно ускользал. Он двинулся за ним следом, сделав шаг в свой мир, где Хван душил его в объятиях, не давая умереть в холодном одиночестве в непосильном сражении с самим с собой. Он, протянув руку к Хвану, растягивая пуговицы, и нервно срывая их, обнажал рельефы бледного тела. Поднимаясь по лестнице на верх и снимая остальную одежду, он слышал, как Хван следует за ним. Слабый свет мягко лился с потолка в окно, освещая фигуру Ликса в полумраке ночи, затянутого в жёсткие кожаные жгуты. -Ты действительно ангел,-тихо говорил Хван, приближаясь. Это уже было просто. Те же руки, губы. Но это уже была не любовь, он просто случайно умер. Хван пытался двигаться, но всегда чего-то ждал, плыл по течению. Он был лёгкий, наполняясь жизнью и тем, что она давала. В окне потемнело, свет исчез в сером полумраке с холодными проблесками, ветер безумствовал. Феликс сам стянул кожу и принял решение. Время любило их. Оно подарило нескончаемые, серые сумерки, где день еще не кончился, а ночь задержалась за горизонтами. Облака двигались, меняя цвет в окне, напряжение нарастало. Солнце потерялось, блуждая в этой сутолоке, в этом хаосе. Хван спустился вниз совсем другой и всё тот же. Легкость, фривольность и ощущение владения всем в этот момент возвращало его окончательно. Какая-то неведомая, мощная сила буквально несла над землей, расширяя пространства, границы. Развалившись на диване с бокалом шампанского, он смотрел как в никуда, ощущая, что весь мир у его ног, может даже на коленях. От этой мысли он сначала усмехнулся, а потом, сделав глоток, и вовсе залился нелепым, с долей пренебрежения, язвительным смехом. Он видел своё безупречное тело в свободе и без оков, и не в системе, утопая в мареве приглушенного света в холле. Он не обращал внимание на мелочи, он оценивал мир в целом, который был открыт как портал, как возможное начало, и он жил этим. Он мотал головой в знак несогласия с реальностью происходящего. -Феликс, расслабься! Наслаждаясь! Я тебе это... не раз говорил,- делая это мимоходом и поправляя полотенце после душа, тихим эхом бросал слова Хван. -У тебя дом с видом в ...небо! И заливаясь смехом, стал бродить по холлу, ища что-то и заглядывая в шкафы и полки. Его движения были плавными, и по полуобнаженному телу двигался дежурный свет от спот. Поправляя влажные волосы и смахивая резко воду с них, облизывая губы и морща нос от умиления, он каждую секунду возвращал себя из прошлого, источником огня, другой жизни. Он вдруг замер, открывая дверку шкафа и вытаскивая оттуда коробку с десертами в предвкушении. Он просто жил, он жил просто, просто принимая все подарки. Феликс стоял чуть позади, в полном полумраке. Тени неподвижно лежали, чуть двигаясь на сквозняке маленькими частицами пыли. Тело горело, сердце стучало в безумном ритме. Рассудок был холоден и не приклонен. Он открыл рот, и глубоко заглатывая прохладу воздуха, чувствовал, как горят сухие губы. Мысли слились воедино. Всё это было когда-то, но там его уже не было. Он уже принял решение и сделал последний шаг. -Это что? Это что за дверь? -Хван указал на пластиковую дверь чуть в глубине холла. -Это... там бассейн,-на понижение и мрачно, ответил Феликс. Воздух резко двинулся. Хван, ликуя, с удивлением, направился в ту сторону, оглядываясь на Ли. Задребезжало автоматическое освещение, и полумрак холла наполнился голубым облаком света от воды и плитки на стене, бликуя в отражении зеркал и матовых стен. Сквозняк загулял хозяином, двигаясь между стойкой, мебелью, и гоняя шторы. За ним двинулся и Феликс. Проходя мимо стойки с посудой и принадлежностями для гриля, столовых приборов, послышался металлический лязг. Феликс слегка провёл рукой по холодному, мраморному полу, ища что-то под ногами, глядя на фигуру Хвана. Он зажмурился от невыносимого звука и мыслей, вглядываясь в затягивающий, голубоватый туман, и вошёл туда без сожаления. Хван проплыв раз, вернулся к бордюру, и был несказанно счастлив и расслаблен, облокотившись на него спиной к стене. Он был прекрасен, чист и невидим в этой воде, растворяясь в ней. Закрыв глаза, он наслаждался, он парил. Феликс приблизился как тень. Но освещение здесь оказалось неумолимо, и он уже ничего не мог скрывать. Хван чуть с испугом, очнувшись резко, как ото сна, заметался хаотично, поворачивая головой в разные стороны, пытаясь увидеть его у себя за спиной. От таких движений скользили ноги в воде, и Хван, вдруг неожиданно сорвался чуть в глубину, испугавшись. Неловко держась за бортик, он стал смотреть на Феликса. Он стоял над ним на краю бассейна, возвышаясь как возмездие, не побоявшись, наконец-то, выйти на такой яркий свет. Эта тишина резала уши. Сквозняк гонял жалюзи в холле, издавая странные звуки хаотичных ударов об окна. По стенам дребезжало железо от посуды. Вода чуть билась о стены бассейна, и, одна за одной капли воды от испарения, вдруг гулко упали о мраморный пол. Хван в оцепенении, слабо держась руками за борт, бросил сначала взгляд на эти капли. И следом, в ужасе, с удивлением и недоумением, глядя на Феликса, выдал: -Что это?!Что это у тебя? -глупо показывая рукой на Ли, и испытав такой низменный страх, сорвался в очередной раз в глубину, поскользнувшись. Это положение его выводило. Смешались страхи, дрожало тело от холода. Сглатывая и пряча ужас, Хван не унимался: -Это нож? У тебя там что, нож? Феликс?!-он вопрошал взглядом, в нём было смятение, испуг. -Это нож? -вдруг переходя на крик в отчаянии, и где-то ехидно и нервно, засмеявшись, Хван продолжал блуждал по Феликсу обреченным взглядом. -Да это нож. Он всегда был у меня под рукой.