Одни [не]приятности

— …Даже если мы выберем сорокадневное плавание, — пояснял Сенку как будто бы всем, но на самом деле — в большей степени для Рюсуя, — всё равно окажемся в Америке не вовремя. Нам нужно выждать и подготовиться, чтобы прибыть на место осенью, как раз когда кукуруза даёт урожай. — Разумно, разумно, — наконец согласился с ним Рюсуй. Ген, прежде не задумывавшийся о таком простом моменте, едва не хлопнул себя ладонью по лбу. Всё-таки как это получается, что Сенку всегда успевает подумать совершенно обо всём? А каким бы он был в отношениях?.. Тоже предусматривал бы каждую малость? Снова эти мысли! Ген отвернулся, а Сенку продолжал: — Года достаточно, чтобы мы могли усовершенствовать навигационные приборы, подготовить провизию и… — Ген слушал только интонации. В конце концов он устал постоянно признаваться, что не всегда может уследить за мыслью научного гения, гораздо проще было наслаждаться его голосом, а потом благоразумно кивнуть.  Иногда Ген настолько погружался в восприятие чистых интонаций, что его фантазия немедленно подкидывала, как именно может раскрыться голос Сенку, если между ними дискуссия превратится в… во что-то более интимное. Интересно, это отсутствие опыта подтолкнуло Сенку к чёткому равенству между отношениями и неприятностями? Новая мысль пронзила Гена, и он внимательно всмотрелся в уже погрузившегося в расчёты Сенку. Настолько внимательно, как будто надеялся обнаружить ответ в трещинах-шрамах на его лице, которые он намеренно не стал устранять. Ген каждое утро наносил на лицо рисунок, чтобы показать всем, что не изменяет своей клятве, но на самом деле правда заключалась в том, что делая так, он словно прикасался к Сенку, был в чём-то ему сродни. Бороться с этим странным тягучим чувством, с этим неизъяснимым желанием он не хотел. Напротив, собирался дать ему волю и постепенно, шаг за шагом, завоевать сердце Сенку. — Что ты так смотришь? Хочешь что-то сказать или спросить? — Сенку вдруг поймал его взгляд. Удивительно, как Ген не заметил, что они остались только вдвоём с кучей расчётов и чертежей. Остальные точно научились у Гена бесшумному исчезновению. — А… Нет, Сенку-тян, — качнул Ген головой. — Вовсе нет… Знаешь, всегда мечтал побывать в Америке. Просто немного странно, что это получится… только теперь. — Только теперь, — повторил Сенку задумчиво. — И всё равно Америка останется для нас шкатулкой чудес. Сколько всего мы сможем там отыскать… Ген посмотрел на чертежи. Ему бы хотелось помочь, но он совершенно не представлял, как в этом разобраться. Сенку же замолчал, глубоко задумался, словно потерял связь с реальностью и забыл, что они разговаривали. Так каким бы он был в отношениях? Ген неуверенно качнул головой и помрачнел. Возможно, он и не сможет добиться успеха, да?.. Вероятно, Сенку никогда в жизни не посмотрит в его сторону, потому что просто не увидит в этом… ничего логичного?.. Неожиданно вспомнилось, как он сам говорил, чуть заносчиво подняв подбородок: «Мне важно только одно, получу ли я выгоду или нет». Неужели этот принцип теперь утратил своё значение?.. Серьёзно? Или эта жажда втянуть Сенку в отношения в глубине души тоже виделась выгодой? Ген, возможно, запутался в себе. — А, Ген, ты всё ещё тут? — Сенку опять его заметил. — Хорошо, мне кажется, у меня есть для тебя подходящее задание. — М? — Ген удивлённо взглянул на него. — Это какое же? — Долгое плавание заставит людей скучать. Разве не по твоей части предложить подходящие развлечения? — Сенку улыбнулся, и пусть эта улыбка вряд ли адресовалась лично Гену, сердце его всё равно забилось чуточку быстрее. — Кажется, в этом ты точно разбираешься. — О, конечно, и обязательно помогу, — Ген ответил чарующей улыбкой, которая прежде привлекала в равной степени и женщин, и мужчин, располагала к нему так много людей. Но Сенку уже не смотрел на него. Может, это всё вообще безнадёжно?.. *** Когда Ген оказывался рядом, необъяснимым наукой образом Сенку становилось спокойнее. Как любой учёный, он неизменно проводил наблюдения, чтобы выявить закономерности. Его разум работал так, чтобы постепенно собирать статистическую информацию и в нужный момент выдавать её анализ. И вот на этот раз результатом стало вот это самое «спокойнее», но только не появилось никаких дополнительных данных. Только связь между двумя явлениями. Когда Сенку доказывал рвущемуся вперёд Рюсую, что следует отложить плавание, он неожиданно ощутил, что нуждается в поддержке, в опоре… И непроизвольно нашёл взглядом Гена, а не кого-то ещё. Не Хрома, который наверняка оставался бы на его стороне, не кого-то другого. Именно Гена. Ген смотрел на него всё так же странно, как в последнее время. Лицо его оставалось нечитаемым, но вместе с тем ясно было, что он внимательно следит за ним, за Сенку. Следит и о чём-то размышляет. Отчего-то… да, отчего-то снова стало спокойнее. Как это возможно? Что тому причиной?.. Когда все разошлись и Сенку углубился в размышления и расчёты, его разум очень скоро отвлёкся от дела. И вслед за этим стало ясно, что рядом кое-кто определённо остался. И внимательный взгляд никуда не исчез. Сенку хотел бы сказать, что именно это присутствие так нарушало концентрацию, но на самом деле понимал, что не может ни на чём толком сосредоточиться по какой-то иной причине, которую пока вовсе даже не определил. Так кто этот кое-кто? Чей взгляд так… — Что ты так смотришь? Хочешь что-то сказать или спросить? — Сенку встретился с Геном глазами, и тот тут же встрепенулся. Его лицо словно осветилось улыбкой. Искренней, или он что-то хочет добиться?.. — …Знаешь, я всегда мечтал побывать в Америке, — говорил Ген, а Сенку слушал только его голос, на мгновение перестав различать слова. Да что же это с ним такое?.. Он словно всегда мечтал погрузиться в этот покой и раствориться в нём, ни о чём не думая. Как странно. Сенку на миг закрыл глаза, сконцентрировался, очистив разум усилием воли, и наконец логика восторжествовала, а внутренний голос подсказал: «Большая удача, что Ген задержался здесь. Ведь именно он наверняка сможет справиться с одной важной задачей, в решении которой научный подход — точно не лучший вариант». Да! Это спокойствие — потому, что Сенку уже придумал дополнительный план, уже решил внутри себя, каким образом сделать плавание более привлекательным для тех, кто будет в нём участвовать. Ведь в открытом море люди всерьёз могут сойти с ума от скуки, а он, Сенку, не сможет ничего добиться только логикой, если противостоять ему будет безумие. — А, Ген, ты всё ещё тут?.. — произнёс он. Ген был рядом, как он и привык. На мгновение нестерпимо захотелось не только приблизиться, но ещё и опустить ладонь на плечо. Сжать, чувствуя жар чужой кожи. Сенку добавил: — …у меня есть для тебя подходящее задание.