Скованные одной цепью

Леон резко пришёл в себя. Его сердце всё ещё колотилось после кошмара с фигурой в плаще и битвы с гигантским жрецом. Отбросив воспоминания в сторону, Леон сосредоточился на текущей проблеме. Он находился в неприметной, пустой комнате, лишённый оружия и припасов, будучи прикованным к потолку прочной цепью и толстыми металлическими наручниками. По какой-то причине кровожадные жители деревни решили просто заточить его, а не убить, когда у них был шанс. Леон стиснул зубы и дёрнул цепь. К его удивлению, та подалась, и позади него раздался болезненный стон. — Эй, хватит! — прошипел мужской голос. Леон заглянул через плечо и… Увидел идиота, которого он нашёл в подвале дома у озера, прикованного прямо рядом с собой. Прекрасно. Используя длину цепи, Леон повернулся, чтобы оценить ситуацию. Они оба были прикованы наручниками к одной и той же цепи, подвешенные за кольцо на потолке. Оно выглядело прочным, но если Леон потянет достаточно сильно… — Я же сказал тебе прекратить это! — выплюнул незнакомец, спотыкаясь от силы рывка. — Ты двигаешься, я двигаюсь. Мне и без того хреново! Леон хотел сказать, что ему плевать, но вместо этого свирепо посмотрел в ответ. — Неразговорчивый, да? — спросил мужчина, а затем представился: — Я Луис Серра. — Мне всё равно, — сказал Леон. — Как отсюда выбраться? — Миерда, неужели все янки такие грубые? — Луис вздохнул и покачал головой. — Это называется быть эффективным, — парировал в ответ Леон. Он обернул цепь вокруг рук и снова потянул — Луис вскрикнул, но он сделал вид, что не слышит — крепления шкива так и не сдвинулись с места. — Только работа и никаких развлечений, а? — Луис ухмыльнулся, и стало ясно, что тот преувеличил серьёзность своих травм. — Спорим, ты уже бывал в таких местах. Леон решительно проигнорировал пустую болтовню и оглядел комнату в поисках чего-нибудь полезного. — Я думаю, что ты ищешь здесь кого-то, — продолжал Луис. Боже, этот мужчина вообще затыкался? Неудивительно, что вокруг не было болтореза или ключей, но Леон увидел топор на стене — конечно, вне досягаемости. Луис хмыкнул. — Дай угадаю. Может быть… пропавшую сеньориту? Леона охватил ужас, и он резко обернулся, обнаружив что мужчина ухмыляется. Этот мерзавец был не просто беспомощным гражданским. Одним быстрым движением Леон сильно потянул за цепь, заставив Луиса выругаться и потерять равновесие, пока он не оказался беспомощно болтающимся на шкиве, высоко подняв руки над головой. Леон подошёл ближе, устрашающе нависая над человеком, внезапно оказавшимся достойной целью для допроса. — Говори. Сейчас же, — выплюнул Леон. — Ого, эй, — сказал Луис, всё ещё ухмыляясь. — Если ты хотел узнать меня поближе, нужно было только попросить. Леон стиснул зубы. — Расскажи мне, что ты знаешь о девушке. — Ну же, амиго, — Луис улыбнулся и наклонил голову, — мы застряли в этом месте вдвоём, да? Где доверие? — И какого чёрта я должен тебе доверять? — Потому что пытки или угрозы пыток — верный способ получить ложную информацию. Луис нахмурился. — Разве не этому учат вас в Америке, офицер? — Для тебя — агент, — сказал Леон. Ему не нужны были чужие домыслы или соображения: за годы обучения Леон узнал множество креативных методов допроса, которые заставляли людей с большой готовностью говорить правду. — Моя ошибка, — улыбнулся Луис, — но поскольку мы находимся в своего рода тупиковой ситуации, почему бы нам не заключить сделку? Леон посмотрел на него свирепо. — В твоих мечтах. — Хотя бы выслушай меня, а? — попросил Луис. — Моя часть сделки заключается в том, что я постараюсь ответить на твои вопросы, а ты взамен поможешь мне с моей проблемой. Это… на самом деле звучало не так уж плохо. Леон никогда не получал особого удовольствия от насилия, которое подразумевала его новая работа, и если бы он мог получить от Луиса необходимую ему информацию, не причинив никому вреда… Леон мысленно встряхнулся. Сосредоточься, агент. Он больше не был тем голубоглазым юнцом, каким был шесть лет назад. Ему пришлось убить и похоронить того Леона, который всегда хотел помогать нуждающимся. Теперь была только работа, а в этой сфере деятельности лёгкие решения, как правило, сопровождались подвохом. — Что за проблема? — спросил Леон. Луис ухмыльнулся, что не предвещало ничего хорошего. — Это, как бы сказать… личное дело. Леон нахмурился ещё сильнее. — Я не в настроении для твоих игр… — Миерда, просто посмотри вниз, — вздохнул Луис. Всё ещё настроенный скептически Леон всё же сделал это, но сначала сжал цепь сильнее, чтобы Луис не смог провернуть чего лишнего. Его взгляд скользнул по безвкусной куртке мужчины, и необъяснимое облегчение овладело им, когда он не нашёл никаких видимых повреждений. Аналогично, штаны и обувь Луиса были хоть и грязными, но вполне себе целыми, и только Леон собирался спросить, что, чёрт возьми, происходит, когда заметил это. Очень заметную выпуклость на и без того узких брюках мужчины. — Ты серьёзно?! — Леон резко поднял голову и крикнул Луису в лицо: — В такое время?! — Что? — пожал плечами Луис. — Я был окружён только уродливыми деревенскими жителями в течение последней пары дней, и тут мускулистый бонито спасает меня. Можно ли винить Луисито за то, что он так возбудился? Лицо Леона вспыхнуло красным — от ярости, наверное, — и он едва не отпрянул в сторону. — Ты отвратителен. Ухмылка, так раздражающая его, вернулась. — Но я тебе нужен, да? Леон стиснул челюсти от досады. Луис был прав: Леону крайне необходимо было его сотрудничество как для получения информации об Орлёнке, так и для того, чтобы ликвидировать охранников, которые неизбежно придут за ними. — Простая сделка, — сказал Луис. — Я отвечаю на все твои вопросы, а ты помогаешь мне с моей… не-такой-уж-маленькой-проблемой. Казалось, это честная сделка. Леон не был идиотом: он знал не понаслышке, насколько эффективным может быть соблазнение как способ получить желаемое от ничего не подозревающей цели. Как это заставляло людей не только делать то, что ты просишь, но и отдать всё, чтобы произвести на тебя хоть малейшее впечатление… Леон силой выбросил из головы воспоминания о красном платье и кокетливой улыбке. Он никогда не думал о том, что окажется тем, кто будет использовать свою внешность или несуществующее обаяние, чтобы склонить цель к сотрудничеству. Но, ну, на этот раз работа была сделана за него. Луиса явно влекло к нему, даже если Леон ничего не сделал, кроме как избил и накричал на него. — Знаешь, каким бы сексуальным ни было твоё задумчивое лицо, у нас на самом деле не так много времени, — сказал Луис. На этот раз раздражение, которое чувствовал Леон, сопровождалось всплеском похоти. Он позволил себе признать, что Луис был красивым — хотя и чрезвычайно раздражающим — и что, если бы они встретились при других обстоятельствах, Леону, возможно, было бы любопытно узнать, что скрывается за этими глубокими синими глазами и раздражающей ухмылкой. Сейчас у него был шанс. — Хорошо, — сказал Леон. Луис вздрогнул, и цепь, за которую он был подвешен, дёрнулась. — Что? — Я сказал, хорошо, — повторил Леон. — Ответишь на мои вопросы — я тебе помогу. Или попытаюсь, во всяком случае. Он кивнул на свои всё ещё закованные в наручники руки. Маниакальная ухмылка, расплывшаяся по лицу Луиса, едва не заставила Леона пожалеть о своём решении. — О, поверь мне, амиго, это не станет проблемой, — Луис понизил голос, глядя на Леона полуприкрытыми глазами. — Сам факт того, что я прикован к тебе, заставляет меня чуть ли не кончить в штаны. — Ну, — Леон прочистил горло и отвёл глаза. — Тогда соглашайся или начинай думать, как нам отсюда выбраться. — Пожалуй, приму твоё предложение, — сказал Луис, затем улыбнулся и погремел наручниками. — Я бы пожал тебе руку, но… — В этом нет необходимости, — сказал Леон. Он крепче сжал цепь и потянул на себя, дёрнув Луиса ещё выше, заставив того вздрогнуть и споткнуться, в попытке удержать равновесие на цыпочках. Хотя, что характерно, Луис не протестовал против грубого обращения. — А теперь расскажи мне, что ты знаешь о девушке, — приказал Леон. — Ну, видите ли, до того, как меня засунули в сумку, в которой вы меня нашли… — сказал Луис. — Я слышал разговоры о том, что они переводят сеньориту. — Переводят её, — повторил Леон. Это звучало многообещающе. — Куда? — Кто ж его знает? — Луис попытался было пожать плечами, с поднятыми над головой руками. Леон посмотрел на него и дёрнул за цепь. — Но! — Луис продолжил. — Но потом… видел, как кого-то тащили в церковь. Церковь. Леон мог бы с этим работать. В таком маленьком городе, вероятно, была только одна церковь. Это была достойная зацепка. — Видишь? Это было не так уж и сложно, правда, — сказал Леон. Чувствуя себя гораздо смелее, он подошёл ближе, пока его бедро едва не коснулось паха Луиса. — Ты хочешь рассказать мне о чём-то ещё? — Нет, это всё, что я знаю о сеньорите, клянусь, — сказал Луис, в слабых попытках потереться о ногу Леона. — Боже, Янки… — Леон, — сказал он хриплым голосом. Он прочистил горло и отступил назад. — Меня зовут Леон. — Леон, пожалуйста, — умолял Луис, и почему это было так возбуждающе — слышать, как этот мужчина произносит его имя? — Прикоснись ко мне. Леон с трудом взял себя в руки, хотя его тело дёрнулось в ответ на мольбу. — Сначала скажи мне, что ты здесь делаешь. — Я… я офицер полиции, — пропыхтел Луис. — Прислан из Мадрида, чтобы расследовать исчезновение людей в деревне. — Ты? Коп? — фыркнул Леон. — Попробуй ещё раз. — Нет, пожалуйста, я говорю правду, — заныл Луис. Он явно начинал впадать в отчаяние. — Мы с напарником прибыли сюда под прикрытием, хотели проникнуть в деревню. Но люди здесь, ну… если у тебя нет красных глаз и вил и ты не пытаешься убить всех, кто попадает в поле зрения, то вписаться сложно. Леон проурчал что-то в ответ. Это казалось вполне правдоподобным, поскольку полицейские, сопровождавшие его ранее, говорили об исчезновении людей. Может быть, один коп, ушедший в самоволку, заставил весь участок не желать посещать деревню. — А теперь — пожалуйста, я ведь ответил на твой вопрос… — сказал Луис. Леон отпустил цепь, чтобы Луис мог встать на ноги, чем заслужил благодарный вздох. Он подошёл ближе и протянул скованные руки, чтобы неловко погладить Луиса по штанам. — Да, боже, Леон, да, — простонал мужчина. Леон почувствовал, как его щёки нагрелись, когда он провёл ладонью по грубой джинсе, чувствуя пальцами чужой твёрдый ствол. Господи, Луиса и правда заводила вся эта ситуация. Собственный член Леона дёрнулся в ответ, зажатый плотной тканью форменных штанов, но он проигнорировал это, предпочтя неуклюже расстегнуть джинсы Луиса. Леон сглотнул и почувствовал, как пот стекает по его шее. Температура в комнате явно повысилась на несколько градусов. Член Луиса был толстым и необрезанным, головка была почти фиолетовой от прилившейся крови. — Боже мой, Леон… — сказал Луис, когда Леон на пробу провёл рукой вверх, а затем вниз. Леон не мог оторвать глаз от члена Луиса, скользящего в его руке. Жёсткие чёрные волоски окружали основание и тянулись вверх под куртку. Леон представил, каково было бы, если бы его собственный рот был заполнен… Леон прочистил горло и сосредоточился на поглаживании. — Так хорошо? — Хорошо, querido, так хорошо, — похвалил его Луис. — Только не останавливайся. — Я не буду, если ты продолжишь говорить, — сказал Леон, вспомнив, что он должен был делать. — Как тебя поймали? Что случилось с твоим напарником? — А, mierda. Мы разделились, когда приехали; он начал с замка, а я с деревни — о, и… Луис вздохнул от удовольствия, когда Леон чуть оттянул крайнюю плоть вниз по стволу. Ноги Луиса дрожали, но он, казалось, изо всех сил старался продолжать говорить. Что-то внутри Леона довольно отзывалось в ответ. — И? — подсказал он. — А в деревне я едва успел спросить дорогу, как местные начали бросать топоры мне в голову, — рассердился Луис. — Хм, — прокомментировал Леон. Он вознаградил Луиса, проведя ладонью по головке его члена, из которого уже обильно сочилась смазка. Луис ахнул, и его бёдра дёрнулись вверх, в ладони Леона. — Леон, por favor… — Через минуту, — сказал Леон. — Как они тебя поймали? — Ну, конечно, я сумел сбежать от них, — сказал Луис, — но наша машина стояла у замка на другой стороне озера, и я несколько дней прятался в лесу, прежде чем они снова поймали меня и привезли в то место, где ты, к счастью, меня нашёл. Чёрт, это действительно звучало так, будто Луис был просто очередной жертвой во всей этой кутерьме. Он не только оказался полезным источником информации, но и, вероятно, был достаточно хорошим человеком, чтобы вместе выбраться отсюда. — Ещё вопросы, амиго? — улыбнулся Луис. — Или мы можем продолжить? Леон сдержал улыбку и наградил Луиса крепким поглаживанием, от которого тот задохнулся. Потому что, несмотря на резкий юмор, Луис был хорошим человеком, сотрудничал и так сладко отдавался Леону… — О, — сказал Луис. Его откровенно развратная ухмылка вырвала Леона из его мыслей. — Похоже, я не единственный, кого эта ситуация воодушевляет. Взгляд Луиса был прикован к паху Леона, и он смирился со смущением от того, что его застукали: его член уже давно стоял. — Я не… — попытался Леон. Он не был уверен в том, что собирается сказать. Не возбуждён? Не гей? И то, и другое явно было неправдой. — О, расслабься, амиго, — усмехнулся Луис. Он поднял одну ногу, согнув её в колене. — Вот. Прижмись ко мне. Леон покраснел в ответ на подобное бесстыдство. Он знал, что должен сопротивляться. Его собственное удовольствие не входило в сделку, и трахаться с незнакомцем явно было не тем, что он хотел бы занести в отчёт о миссии. С другой стороны, разве это могло кому-то навредить? Нравится ему это или нет, Леон застрял здесь, по крайней мере, пока не вернётся охранник и он не сможет украсть ключ или что-то в этом роде. Никто, кроме него и Луиса, ничего не узнает. — Пожалуйста, — умолял Луис с отчаянием в глазах. — Я знаю, тебе будет так хорошо. Я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать, только, пожалуйста, Леон… И, глядя на напряжённого Луиса, скованного наручниками, на его твёрдо торчащий и истекающий член, на учтивую маску, сползающую от того, как сильно он этого хотел, Леон перестал сопротивляться. — Ладно, — сказал Леон. — Ладно, просто подожди… Леон опустил Луиса обратно на ноги и поспешил расстегнуть свои собственные, слишком тесные штаны. Он вздохнул с облегчением, вытаскивая свой член из тисков ткани. — Миерда, да, — простонал Луис. — Ты бесподобен. Дай мне его. На дрожащих ногах Леон подошёл ближе и прижался бёдрами к бёдрам Луиса, заставив их обоих застонать, когда их члены скользнули друг по другу. — Да, именно так, — выдохнул Луис, закрывая глаза. Леон толкался бёдрами снова и снова, и, хотя это было приятно… поза была неловкой, поскольку они просто стояли там, бесполезно сцепив руки, а Луис почти спотыкался при каждом толчке Леона, что резко уменьшало столь необходимое трение между ними. А этого Леон не мог допустить. — Вот. — Леон застонал от напряжения, натягивая цепь над собой и поднимая Луиса обратно в воздух. — Обхвати меня ногами и… — Ох, — выдохнул Луис. Он тут же приподнялся, неожиданно мускулистые ноги сжали бёдра Леона, а затем опустился вниз, скользя своим членом по члену Леона. Леон прикусил губу, чтобы сдержать стон: это не могло не вызывать дрожь возбуждения по телу. Однако у Луиса не было таких запретов. Он стонал долго и громко, выгибался и бесстыдно тёрся своим членом о член Леона. — Ох, эта поза — лучшая из твоих идей, — сказал Луис. — Я беру назад всё, что сказал об американской глупости. Леон нахмурился. — Ты ничего не говорил об американской глупости. Луис ухмыльнулся, глядя на него сверху вниз. Дико и бесстыдно. — Это подразумевалось. Леон издал звук, который он никогда не назвал бы смехом, и прижался к Луису, слыша прерывистый стон и чувствуя при этом немалое удовлетворение. Они быстро установили ритм; Луис поднимался и опускался на бёдрах Леона, а Леон толкался вверх, чтобы потереться о него в ответ. Каждый раз член Леона тёрся о шелковистую твёрдость ствола Луиса, о шероховатость его брюк, мокрых и скользких от смазки между ними, пока каждый преследовал своё удовольствие. В комнате воняло потом и мускусом; Леон знал, что на второй день миссии от него пахло явно не розами, а Луис провёл здесь бог знает сколько времени. Но после того, как вонь гниения и смерти покрыла всю деревню, мускусный запах их возбуждения мог быть только дорогим одеколоном, потому что он заставлял член Леона твердеть и только поощрял его толкаться сильнее, быстрее, больше. — Блядь, — выругался Леон. — Блядь, Луис, ты такой… — Я мог бы сказать о тебе то же самое, — Луис ухмыльнулся, чувствуя, как пот выступил на лбу от напряжения. — Боже мой, Леон, ты просто — ах! Луис откинул голову назад в экстазе, его рот открылся в очередном стоне, пока он сам скакал на Леоне изо всех сил. А Леон наблюдал: бесстыдно уставился на лицо Луиса, искажённое удовольствием, на обнажённую шею, на судорожные глотки между грязными пошлыми звуками, вырывающимися из его рта всё то время, пока тот работал своим телом на руках у Леона. — Блядь, — выдохнул Леон, возбуждение нарастало быстро и сильно. — Я близко. — Я тоже, — сказал Луис, ускорясь и трясь о член Леона. — Не останавливайся, Леон, пожалуйста, не останавливайся, я… Луис ахнул и резко наклонился, страстно целуя Леона. Кончая, он глухо простонал, и Леон ничего не сделал, чтобы остановить его. Он только застонал в ответ и принялся ещё быстрее двигать рукой, доводя мужчину до крайней точки. Вскоре Луис отстранился, небрежно целуя напоследок, и пробормотал Леону прямо в губы: — М-м, было неплохо. — Луис… — Всё тело Леона дрожало; он был так близко. — О, кариньо, — Луис коснулся лбом лба Леона, и нежность пронзила всё его тело насквозь. — Возьми то, что тебе нужно. Почувствуй себя хорошо. Луис поцеловал его как следует: его язык скользнул по губам Леона, а щетина оцарапала подбородок. Одна из его рук опустилась, чтобы поддержать голову Леона, удерживая его на месте. Леон застонал, больше не заботясь о том, чтобы быть тихим. Снова и снова он толкался в сжатый кулак, чувствуя обмякший член Луиса и липкую массу между ними. Луис заскулил от чрезмерной чувствительности, его рука сжала волосы Леона и потянула их, и… Леон кончил со стоном, изливая свою сперму на член Луиса и его дурацкую куртку, пока тот продолжал целовать его. Рука в волосах Леона ослабила хватку и… Подождите. Рука? Рука, которая должна была быть прикована наручниками к цепи над головой? Луис опустился на пол, и, как только Леон в замешательстве отстранился от поцелуя, цепь, которую он держал всё это время, ослабла, и Луис тут же упал на спину. — Какого чёрта?! — закричал Леон, пытаясь выпрямиться и пронзая Луиса требовательным взглядом. Луис поднялся на ноги и застёгивал брюки, неизвестно как освободившись от пут. — Упс? — Луис ухмыльнулся, даже не стараясь выглядеть хоть немного виноватым. Что-то металлическое блеснуло в его ладони… Отмычка? — Дай мне это! — Леон попытался дотянуться до Луиса, но споткнулся о цепь, сваленную у его ног. Ужаснувшись, он понял, что его член всё ещё снаружи, и поспешил засунуть его обратно в штаны. — Не поранься, — сказал Луис, отступая от цепи. — Было бы обидно травмировать такое красивое личико. Леона осенило. — Ты ведь не коп, да? Луис ухмыльнулся и покрутил отмычку между пальцами. — А я-то думал, тебе понравилась наша маленькая ролевая игра. — Ну и что? Ты с ними? — усмехнулся Леон. — О, пожалуйста, — усмехнулся Луис. — Ты можешь считать меня лихим разбойником; у меня своя миссия, и теперь я знаю, что ты ей не угрожаешь. — О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — сказал Леон. — Ты Леон, американский агент; весьма уважаемый спецагент, я полагаю, поскольку у тебя нет команды, — сказал Луис. — Твоя миссия — спасти дочь президента, которую похитили сектанты. Скорее всего, тебя наняло американское правительство или, может быть, даже сам президент. Леон уставился на человека перед собой, который так легко выяснил подробности сверхсекретной миссии Леона. Лёгкая улыбка и флирт исчезли, сменившись холодной, аналитической натурой. И тут его осенило. Луис всё это время мог освободиться от цепей. И чтобы выудить у Леона информацию, Луис внушил ему, что он беспомощен и что Леон полностью контролирует ситуацию. Точно так же, как и шесть лет назад, Леон вновь попался в ту же ловушку. Луис бросил отмычку на пол так, чтобы Леон мог до неё дотянуться. — Удачи, амиго, — сказал Луис. Он вытер белую полоску спермы на своей куртке, а затем подмигнул Леону. — Спасибо за сувенир. Луис, не торопясь, покинул комнату, а Леон остался стоять на коленях, глядя ему вслед и чувствуя себя идиотом, которого только что победили в его собственной игре. Он полез за отмычкой и принялся снимать наручники. Обманут он был или нет, ему всё равно нужно было выполнить миссию.