Глава 249 - Баллиста
23 марта 2025 г., 12:12
Хаотичные огненные птицы были заблокированы у ворот, но стражники не остановились. Они бросились по коридорам, волоча за собой сумки с водой и поливая водой городские ворота в качестве меры предосторожности.
По другую сторону рва кавалерия Бяньша пришла в ярость от трупа Чжо Ли. Чжо Ли был одним из людей, которые последовали за Аму-эром в Чжунбо семь лет назад, подарок Аму-эра Хасэну. Именно благодаря ему Хасэн смог разорвать связь Дуаньчжоу с внешним миром всего за несколько дней.
— Утащите его! — Кавалерия посмотрела в сторону ворот Дуаньчжоу. — Это безрассудное и глупое расточительство... Поднимите свой дух! Прежде чем прибудет Хасэн, мы должны найти способ перебраться через эту траншею!
Инь Чан убрал дощатый мост и убил пехоту, толкавшую тачку, заставив кавалерию Бяньша на мгновение впасть в панику, дав городским стражникам возможность перевести дух. Однако ров Дуаньчжоу не был настоящим рвом; квадратные кирпичи на обоих концах не были засыпаны, чтобы соединиться со рвами на северной и южной сторонах. Траншея не могла долго удерживать воду. Все шлюзовые ворота были открыты, и вода уже вытекла. Даже если ров выдержит, кавалерия Бяньша вскоре найдёт способ переправиться.
До наступления темноты восточные ворота наверняка будут атакованы кавалерией Бяньша.
— Приготовь тяжёлые камни, — сказал Шэнь Цзэчуань Цяо Тянья, поворачивая голову. — Подними баллисту на стену!
Городская стража внизу боролась за то, чтобы протолкнуть баллисту по более широкой тропе. Одноствольные пушки кавалерии продолжали атаковать, и тяжёлые камни полетели в городскую стену, создав брешь на восточной стороне. Посыпались битые кирпичи и грязь, и несколько бойниц рухнули. У стражи не было выбора, кроме как закрыть головы и использовать свои тела, чтобы остановить скользящую баллисту.
Вес был слишком велик для них, и они были отброшены назад баллистой, соскальзывая вниз. Они кричали:
— Слишком тяжёлая.
Цяо Тянья перепрыгнул через ступеньки, готовый помочь, но увидел, как человек в штатском слегка пригнулся и поднял руки, чтобы поддержать то место, где съезжала баллиста. Белые волосы Цзи Гана были покрыты пылью, и он проревел глубоким голосом:
— Вверх!
Гарнизон почувствовал, как внезапно тяжесть свалилась со спин, когда висок Цзи Гана слегка запульсировал. Он шагнул вперёд, позволив баллисте медленно подняться по склону. Когда она оказалась на месте, руки Цзи Гана задрожали, а спина покрылась потом.
Был уже полдень, и солнце сияло высоко в небе. Пот смешивался с удушающей пылью на их лицах, когда солдаты метались повсюду. Лучники на зубчатых стенах не осмеливались стрелять безрассудно, потому что враг мог воспользоваться их стрелами. Им нужно было беречь боеприпасы, пока кавалерия не атакует. Точно так же баллиста, смертоносное оружие, не могла использоваться небрежно. Она должна была бить с фатальной точностью, так же, как Инь Чан сразил Чжо Ли, причинив боль кавалерии.
— Разделите гарнизон на три команды, каждая из которых будет защищать одни ворота. Пусть всадники Цзиньи будут стоять у восточных ворот, — Шэнь Цзэчуань поднял руку с мечом, вытирая пот со щеки тыльной стороной ладони. — Мы должны запереть остальные трое ворот до наступления темноты.
Зернохранилища Дуаньчжоу были хорошо укомплектованы. Чтобы завоевать Дуаньчжоу, кавалерия могла осаждать его в течение длительного периода, истощая его запасы и загоняя город в ловушку на месяц. Однако Хасэн стремился к быстрой победе и поэтому не хотел выбирать длительную осаду. Кавалерия яростно атаковала с прошлой ночи. Если бы Восточные ворота оставались запертыми в тупике, они могли бы обойти остальные трое ворот, начав фланговую атаку, как они сделали с западными воротами.
Шэнь Цзэчуань опустил подъёмные мосты в качестве защиты у трёх других ворот, но это было лишь временное решение. Кавалерия обладала осадными машинами; тараны, нагруженные толстыми брёвнами, могли прорваться через городские ворота, а затем разбить подъёмные мосты, предоставив кавалерии беспрепятственный вход в город.
— Смола и камни, — приказал Шэнь Цзэчуань. — Снесите сторожевые башни в городе, которые были раздавлены, и пусть гарнизоны, защищающие ворота, принесут на стены всё, что они могут использовать для обороны. Трубите в рог, как только заметите кавалерию, и бросайте обломки, чтобы помешать её атаке.
Им нужно было как можно скорее найти выход из города.
Взгляд Шэнь Цзэчуаня обратился к юго-восточному горизонту, где молчали сигнальные огни.
★★★
Все господа собрались на конной ферме, в открытом пространстве, достаточно большом, чтобы вместить несколько групп гражданских лиц. Гао Чжунсюн, только что придя в себя, наклонился, чтобы потереть икру, и сказал Кун Лину:
— Только что, эта ситуация...
В тревоге он снова запнулся.
Кун Лин успокоил его:
— Всё в порядке. Со стороны Шэньвэя уже было смело тогда попытаться увести Юаньчжо. Когда я был в Дуньчжоу в свои ранние годы, я узнал, что кавалерия вошла в город, меня действительно больше ничего не волновало.
Яо Вэньюй схватился за рукава, его мысли были прерваны рукой в тишине. Он оглянулся и увидел женщину, которая только что звала ребёнка, чтобы вернуть платок. Яо Вэньюй поднял руку, но не взял платок. Он протянул пыльные пальцы и нежно коснулся щеки ребёнка.
Живой.
Грудь Яо Вэньюя слегка поднималась и опускалась в такт частому дыханию.
Звук шагов возле конюшни становился громче, это обороняющиеся солдаты проносились мимо, направляясь к стенам.
— Поставьте луки и стрелы к западным воротам. — Молодой командир вложил меч в ножны и голыми руками поднял обломки. — Рухнувшая сторожевая башня — наша забота!
— Этого мало, — ответил солдат на стене. — Просто рухнувшая башня — это ещё не всё!
В Дуаньчжоу было довольно много оборонительных механизмов, но арсенал был опустошён, чтобы поддержать восточные ворота. Остальные трое ворот могли обойтись только тем, что осталось. Лучники израсходовали часть своих стрел утром против кавалерии Бяньша, поэтому им нужно было пополнить запасы для западных ворот, которые были заблокированы повозками, продвинутыми к стенам.
Что им делать?
Вдруг с поля поднялся человек, взвешивая в руке старую мотыгу. Он спросил:
— Можно ли это бросить?
Молодой офицер ответил:
— Если ты её выбросишь, то не получишь обратно!
— Ну, тогда бери, — старался мужчина говорить на официальном диалекте. — Город окружён, и если мы не перебьем кавалерию, то от этой мотыги всё равно будет мало толку. Тебе что, не хватает людей?
Солдаты гарнизона не отреагировали; у них только что произошёл конфликт с горожанами у западных ворот.
Ещё больше мужчин, все сильные и среднего возраста, встали на поле, каждый из них нёс свои сельскохозяйственные орудия. Они кричали гарнизону:
— У вас не хватает людей? Если так, мы здесь, чтобы помочь!
★★★
Неустанная бомбардировка кавалерии продолжалась до вечера, когда небо потемнело. Восточная стена была неоднократно залатана, а резервные амбразуры были почти уничтожены. Тем не менее, кавалерия не показывала никаких признаков остановки, решив сломать восточную стену.
— Эти одноствольные пушки заряжены камнями, — Цяо Тянья присел за парапетом, перекрикивая шум Шэнь Цзэчуаню. — У них полно камней в открытом поле. Если так будет продолжаться ещё два дня, стена не выдержит, даже если кавалерия не пересечёт ров.
— Хасэн не может ждать так долго, — лицо Шэнь Цзэчуаня было грязным. — Кавалерия обязательно бросится в атаку до наступления темноты.
С потерей Инь Чана гарнизон был уязвим, и кавалерия намеревалась оценить их силу. Измученные солдаты, выдержавшие день бомбардировки, предоставили кавалерии удобный момент для удара.
— Мы откроем городские ворота, как только они перейдут ров, — сказал Шэнь Цзэчуань. — Гарнизон продолжит оборону стен, а кавалерия Цзиньи отразит атаку.
— Я пойду с Фэй Шэном…
— Ты со мной, — Шэнь Цзэчуань поднял взгляд. — Мы будем по очереди. Как только отобьём атаку кавалерии, немедленно отступай обратно в город. Не вступай в затяжной бой.
Число кавалерии намного превосходило число кавалерии Цзиньи. Стальные иглы не могли противостоять широким мечам в лоб. Шэнь Цзэчуаню нужно было только сломить их импульс, чтобы сохранить оборонительную позицию.
Цяо Тянья облизнул губы и торжественно сказал:
— Вы лорд, а не генерал.
Шэнь Цзэчуань не ответил. Он прислонился к стене и встал, глядя мимо тёмной массы кавалерии под тусклым небом в сторону реки Чаши. Река напоминала нефритовую ленту, погружённая в закат, отражая великолепные, густые облака. Среди них парил сокол.
Взгляд Шэнь Цзэчуаня постепенно стал острым.
— Я — Лорд Чжунбо.
Прежде чем рассеялись багровые облака над рекой Чаши, стена рядом с Шэнь Цзэчуанем сильно содрогнулась.
— Требюшеты! — кричали солдаты гарнизона на сторожевой башне. — Требюшеты кавалерии здесь!
Отдохнув весь день после вчерашнего стартового залпа, требушеты снова в строю. Кавалерия начала перестраивать свои ряды, стуча в цилиндрические барабаны, чтобы быстро передавать информацию по полю боя.
Шэнь Цзэчуань быстро сбросил свой громоздкий халат, затянул повязку на руке и спустился по ступеням в нижнюю часть города.
Верхом на коне Фэй Шэн решительно ждал. Он обратился к Цяо Тянья:
— Будь бдителен у остальных трёх ворот.
Цяо Тянья поклонился и громко заявил:
— Мой Господин, великая победа!
Шэнь Цзэчуань развернул коня, повернувшись лицом к проходу. Его изящное лицо было скрыто кровью и потом, но глаза оставались яркими. Кавалерия Цзиньи позади него выровняла дыхание, готовясь к быстрой битве.
Внезапно ближайший боевой конь слегка шевельнулся. Фэй Шэн, вытащил вперёд свой меч и уставился на Шэнь Цзэчуаня налитыми кровью глазами.
— Я — личный страж Господина, — он замолчал, обнажая меч и повышая голос. — Мы — щит Господина!
Шэнь Цзэчуань слегка кивнул и начал выдвигаться вперёд. Его фигура постепенно вошла в проход, и в минуту тишины, стоя перед городскими воротами, Шэнь Цзэчуань сказал:
— Я стою со всеми вами, жизнь и смерть вместе.
Городские ворота снова открылись, глухой гром приветствовал последние лучи солнечного света среди бесчисленных скачущих копыт.
Флаг Хунъин реял в оставшемся зареве. Кавалерия, неся флагшток, яростно ринулась вслед за стройной пехотой, крича на диалекте Бяньша:
— Вперёд!
Растрёпанные локоны Фэй Шэна танцевали на ветру. Его ободранные пальцы крепко сжимали рукоять меча. Когда Шэнь Цзэчуань погнал своего коня вперёд, он повторил:
— Великая победа!
Фэн Та Шуан И, выскочил, поднимая пыль.
Пехотинцы бросили щиты, организованно опустились на колени, держась за доски прохода, и построили узкий мост как раз в тот момент, когда кавалерия собиралась по ним переправиться. Всадники с саблями перешагнули через ров и столкнулись с кавалерией Цзиньи под городом.
Кавалерия Бяньша, отдохнувшая после дневного отдыха за городом, была полна энергии, напившись чаю и съев свою долю сушёного мяса. Они ожидали столкнуться с утомлённым гарнизоном, но кавалерия Цзиньи также хорошо отдохнула и была подкреплена пайками, не оставляя места для преимущества.
Обе стороны схлестнулись своими клинками, их грубая сила столкнулась среди хаоса скачущих копыт.
Ян Шань Сюэ никогда не встречал изогнутый клинок в лоб; Шэнь Цзэчуань направил свой удар точно в горло. Хлынувшая кровь потекла по рукам, окрасив половину тела Шэнь Цзэчуаня в красный цвет.
Первая атака кавалерии была недостаточной по численности, а наспех возведённый мост был слишком узок, чтобы выдержать натиск кавалерии Цзиньи. Им пришлось отступить, поспешно закончив атаку.
Шэнь Цзэчуань немедленно повернул коня обратно к городу. Когда он въехал в туннель, городские ворота снова захлопнулись. Внутри зажглись факелы, показывая, что уже почти десятый час ночи.
Правая рука Шэнь Цзэчуаня онемела. Он никогда не участвовал в столь длительном бою за время своего пребывания в парчовых доспехах, и, пренебрегая тренировками с момента прибытия в Чжунбо, теперь он остро чувствовал вялость своего тела.
Его пальцы онемели.
Шэнь Цзэчуань с бесстрастным выражением лица поднял левую руку, чтобы вытереть кровь с лица, прежде чем поменяться местами с Цяо Тянья.
Менее чем через два часа после отдыха кавалерии Цзиньи цилиндрические барабаны снаружи зазвучали снова, сигнализируя о второй атаке кавалерии. На этот раз оборону возглавил Цяо Тянья, вернувшись только в первом часу следующего дня.
— Осадная война, — наблюдал Фэй Шэн с зубчатых стен за факелами кавалерии в движении. — Они выставляют разных всадников каждый раунд, так что это не закончится до рассвета.
— Хасэн, должно быть, прячет часть своих сил, — Шэнь Цзэчуань прислонился к стене, чтобы отдохнуть, проглотив несколько кусочков паровой булочки. — Иначе были бы новости от Цеаня.
Сяо Чие смоделировал сценарии битвы с Лу Гуанбаем, прежде чем отправиться на юг. Его целью было заманить Хасэна в битву, но предвестником этого было то, что пограничники у входа на поле боя уменьшались. Задержка Лу Гуанбая с подкреплением указывала на то, что яростная атака на поле боя не прекратилась. Хасэн долго скрывал своё намерение вторгнуться в Дуаньчжоу. Вероятно, более шести племён уже поддерживали Аму-эра.
Фэй Шэн посмотрел на кавалерию и сказал:
— Я должен вернуть старика.
Шэнь Цзэчуань заставил себя доесть булочку и встал с Ян Шань Сюэ. Он не спал больше суток.
— Нам нужен план… — Шэнь Цзэчуань слегка приподнял голову. — В следующей атаке Цяо Тянья не нужно отступать. Мы покинем город вместе.
Фэй Шэн обернулся.
Взгляд Шэнь Цзэчуаня был тёмным и решительным, когда он ясно сказал:
— Блядь.
Жесткие лицевые мышцы Фэй Шэна постепенно расслабились, и он не знал почему, но внезапно рассмеялся. Смеясь, он вытер слёзы и повторил Лорду:
— Блядь.
