Feeling your blood

Пенелопа открыла глаза, уставившись в полог кровати. Несколько мгновений она пыталась вспомнить, что произошло. В голове был туман. Поморгав бездумным взглядом, ещё пару минут вспоминая, она вдруг подскочила. Рейнольд, сад, система… Она вернулась?! Наспех вскочив с кровати, она понеслась к зеркалу. Вцепившись руками в туалетный столик, вгляделась в свое отражение. И вправду, лицо намного лучше, чем в последние дни, да и то самое зеленое платье, в котором она была тогда. Да, возможно, запоминать подобные мелочи кажется странным, но тот день отпечатался в ее памяти, кажется, на всю жизнь. Подняв руку, она заметила не обгрызенные, а аккуратные ногти со свежим маникюром. Она и вправду вернулась… Всхлипнув, она упала на колени, заходясь в рыданиях; захлебываясь слезами, она поняла, что смеется. Слезы облегчения душили, смех, от которого так же не хватало воздуха, лучше не делал. Внутри кружилась буря эмоций. Хотелось закричать на все поместье: впервые за долгое время она наконец-то почувствовала, что жива. Обняв себя руками, закричала — пусть думают все что угодно, это все неважно. Теперь это все неважно. Спустя буквально минуту в ее покои влетела обеспокоенная Эмили, тут же падая рядом с ней на колени и причитая, оглядывая. — Госпожа! Госпожа, что с вами? — она схватила ее в тот момент, когда девушка подняла на неё свой взгляд, и ощутимо вздрогнула. Этот взгляд не был ей знаком, в нем смешалось все: радость, боль, надежда и еще что-то, что девушка не смогла понять. — Эмили… Эмили, — Пенелопа прижалась к ней, уткнувшись лбом в плечо. Эмили так настрадалась с ней, сколько нервов она потратила и слез пролила, успокаивая ее ночные и не только истерики. Сколько порезов и царапин видели ее руки, убирающие последствия очередного приступа, сколько боли и безысходности было в ее глазах при взгляде на Пенелопу… — Прости, прости. Тебе больше не придётся за меня переживать, правда, — тихо проговорила она, сама не уверенная в своих словах. — Прямо сейчас я именно этим и занимаюсь! Что случилось, моя леди? — та в замешательстве обняла госпожу в ответ, ничего не понимая. — Ничего, все хорошо. Правда. Сон. Мне приснился кошмар, очень длинный и очень ужасный. Но я проснулась, — проговорила Пенелопа, улыбаясь и чувствуя, как служанка выдохнула. — Леди, я поговорю с лекарем, он пропишет успокаивающий бальзам. Вы так меня напугали! Я рада, что вы в порядке. — Я очень тебе благодарна.

***

Спустя некоторое время, когда Пенелопа успокоилась, Эмили помогла ей привести себя в порядок и оповестила о том, что герцог и остальные ждут ее на завтрак. Поправляя волосы перед зеркалом, она ощущала лёгкое волнение. Сегодня она вновь ее увидит, уже сегодня. Злость и обида на Иклиса все еще были, но ощущались где-то далеко внутри и сейчас она испытывала даже благодарность, ведь из-за его поступка, за который она была готова в прошлом удавить его заживо, в данное время она сможет встретиться с ней. Она помнила свое удивление, когда «Ивонн» раскрыла, что помнит все. Каждую попытку, каждое возвращение — и теперь не могла дождаться момента, когда сможет с ней встретиться. Интересно, как она будет себя вести? Теперь, когда их история пошла совсем по-другому впервые за столько попыток. — Вы ведь впервые видите столовую после ремонта? — отметил Феннел, когда они вошли внутрь. — А? Да, — кивнула Пенелопа, делая вид, что осматривается. Она уже и забыла об этом. Хоть ей было и не до этого: внутри все сводило от ожидания. — Доброе утро, отец, братья, — она кивнула им в знак приветствия и присела на своё место напротив Деррика под комментарии Рейнольда. Она взглянула на него после того, как отец сделал ему замечание, он был рядом все то время ее страданий. Внутри расползлись тепло и благодарность, губы тронула улыбка и она поспешила повернуть голову обратно, взглянув себе в тарелку. — Скоро твой день рождения, подготовка идет хорошо? — взял слово герцог и Пенелопа повернулась уже к нему. — Да, насколько я знаю, но всем ведь занимаются Феннел и горничные, — кивнула она, вспоминая церемонию и морщась. Да уж… Кхм, это было феерично. При воспоминаниях всегда начинало садить в горле. — Хочешь чего-нибудь? — на этот вопрос Пенелопа вспомнила свои слова в прошлом и то, что ей сказал герцог, придя к ней в день рождения. На её лице вновь появилась улыбка. Только в самом конце они смогли стать семьёй, ух, сколько же нервов они потратили, носясь с ней тогда. — Мне ничего особо не нужно, я бы хотела только, чтобы в этот день вы были рядом, отец, — произнесла она, чувствуя на себе взгляды братьев. Герцог посмотрел на нее в удивлении, а его глаза наполнились блеском. — Ну и, возможно, в будущем я бы хотела, чтобы вы выполнили одну мою просьбу, независимо от того, какой она будет. — Все что угодно, Пенелопа, конечно, — улыбнулся отец, накрывая ее руку своей. — Ну, я так и знал, что-то уже задумала, — проговорил Рейнольд, и девушка засмеялась, взглянув на него. — Слишком проницательно, брат, — тот тут же в шоке застыл, как, впрочем, и Деррик. В последнее время она редко улыбалась, а смеялась так вообще. Да и чтобы она назвала Рейнольда братом… Видя их лица, она ещё раз рассмеялась: как легко их выбить из колеи. — Ваша светлость, думаю, вам стоит ненадолго выйти к парадному входу, — пролепетал, влетев, как вихрь, Феннел. Прошептав возмутившемуся герцогу на ухо какие-то слова, он тут же отскочил в сторону, так как тот буквально взлетел со стула, метнувшись к двери. Все засуетились и Пенелопа сама вскочила на ноги, убегая за отцом. Вот, сейчас, сейчас она наконец-то ее встретит! Добежав до парадного входа, она остановилась рядом с отцом, замечая, как братья подошли сзади. Ее глаза вовсю смотрели на Иклиса, стоящего у дверей, и фигуру за его спиной. Розовые волосы взметнулись в воздухе, когда девушка выглянула вперед. — Я… Отец… Братья. Я… Ивонн, — произнесла она неуверенно, и Пенелопа почувствовала, как к глазам подкатывают слёзы. Внутри все горело от желания подбежать к девушке и заключить ее в свои объятия, но она прекрасно понимала, что остальные этого поступка не поймут. Она встретилась с голубыми глазами и на мгновение весь мир прекратил своё существование. Стоя статуей, она могла только смотреть на нее, не отводя взгляд, и сжимать кулаки, надеясь, что слезы не прольются. — Рейнольд, Пенелопа, идите к себе, — донесся до нее голос отца. Меньше всего она сейчас хотела возвращаться к себе, она желала остаться тут, напротив нее, навечно. Она слышала возмущения Рейнольда, слова о проверке и приказ отвести Иклиса в темницу. До него ей сейчас было меньше всего дела. Она почувствовала, как кто-то взял ее за руку, и, повернувшись, увидела Рейнольда. — Пенелопа? Ты слышала отца, — сказал он, поджимая губы, и Пенелопа почувствовала, что он тоже волнуется сейчас. Она повернула голову в сторону отца и Деррика, они оба смотрели на нее с волнением. — Да, конечно, — уходить не хотелось, но и закатывать сцену, как в прошлом, девушка не собиралась. Развернувшись, она вместе с Рейнольдом пошла в сторону комнат и только тогда поняла, что несколько слез, видимо, все-таки скатились по щекам. Теперь-то дошло, почему они так на нее смотрели. — Ты… — начал было Рейнольд, но она его перебила: — Все в порядке, не волнуйся. Если это и вправду твоя сестра, то я рада. Вы столько ее ждали, — сказала Пенелопа, остановившись около лестницы на свой этаж. Рейнольд застыл, смотря ей прямо в глаза. Хоть она и знала правду, сейчас ей хотелось, чтобы они хоть немного порадовались. Ведь Ивонн была для них всем. — Это ещё не доказано. И вообще… ты… — Не волнуйся, брат, — улыбнулась Пенелопа, видя, как парень вновь вздрогнул от обращения. Развернувшись, она поднялась наверх, оставляя его одного. — Миледи! В-вы пришли, — вздрогнула Эмили, когда та вошла в комнату. — Вы… вы… — Подай мне чай, — приказала Пенелопа, садясь на кресло. — К-конечно, — тихо ответила служанка, тут же вылетая из комнаты. Пенелопа понимала ее волнение. В этот раз она не сомневалась в том, что Эмили может уйти от нее к настоящей дочери. Эта девушка много сделала для нее в прошлом и в будущем. Закрыв глаза, она выдохнула. Эмоции все еще переполняли ее, хоть она и выглядела спокойной. Ивонн, нет, Лейла. Неважно, какое имя она носила, она все равно была той самой и сейчас была жива. Перед глазами вновь встало ее мёртвое тело, безжизненные глаза, в которых навсегда потух тот самый красный огонь. Помотав головой, девушка отогнала от себя воспоминания. — Вот, госпожа, — поклонилась Эмили, ставя перед ней чашку. — Спасибо, можешь быть свободна. — Но, миледи, вы… — на нее смотрели полные беспокойства глаза. — Я в порядке, правда. Можешь не волноваться, вдруг что — я позову тебя. Все хорошо, Эмили, — Пенелопа улыбнулась ей, сжимая ее руку. Девушка все еще не верила ей, но и спорить не имела права. Кивнув, она слабо улыбнулась и, поклонившись, удалилась. Отпив глоток чая, Пенелопа поняла, что теперь пришло время все обдумать. Она начала все с начала — ну, ладно, не с самого, что уже хорошо. Вновь завоевывать доверие этих людей она бы с ума сошла. Особенно после всего того, что они пережили вместе. Но одно осталось неизменным: ее задача в этой игре. Убить главную злодейку. Но она уже выполнила эту миссию, зачем система дала ей новый шанс? Озвучив это вслух, девушка увидела окно уведомлений. < Пользователь показал достойную игру и высокий процент выполнения миссии. Основной квест был выполнен. В этой временной ветке от Пользователя не требуется выполнение. > — Но как же сюжет игры? < Сюжет данного мира уже был изменён благодаря Пользователю. Изначальная временная ветка внесена в основной сюжет, в данный момент Пользователь не находится под властью основного сюжета. С Пользователя снимаются все ограничения и влияния мира. > — Это значит, что теперь я могу жить так, как хочу, без твоих квестов и прочего? — неверяще выдохнула Пенелопа. — А как же главные мужские цели? < Все верно, система не имеет больше влияния на выбор Пользователя. Пользователь набрал 100%, выполнив миссию с мужской целью «Рейнольд». Все квесты и миссии выполнены. Пользователь, вы, верно, забыли, что вы уже победитель. > Пенелопа почувствовала, как несколько слезинок скатилось по щекам. Рейнольд… Она совсем забыла про основную миссию и эти несчастные сто процентов. Она и подумать не могла, что набрала их с ним. Она рассмеялась от счастья. Свобода. Свобода от игры, от этих нескончаемых квестов, стоящих ей всех нервов и практически жизни. Конец, это и вправду конец. < Не время лить слезы, Пользователь. Впереди вас ещё ждёт целый сюжет длиною в жизнь, который вам выстраивать самой. > — произнес механический голос системы.