Feeling your blood

— Леди, это Феннел. Я пришёл к вам с посланием, — раздался стук в дверь, и Пенелопа тут же закрыла окно системы, принявшись вытирать слезы. Надеясь, что выглядит не слишком страдальчески, она разрешила дворецкому войти. — Леди, только что через белого кролика была передана первая выручка, — произнёс Феннел, поклонившись ей. — Какая выручка? — белый кролик, точно! Винтер! Сейчас он ведь жив! Еще одна радость на сердце. — Деньги за изумруд, который вы выставили. — А, точно, запамятовала, — махнула рукой девушка. Еще одна хорошая новость. Как вишенка на торте. Пора вспомнить все события до мельчайших деталей, а то в моменте она может еще сильнее промахаться с чем-нибудь. — А также мне надо вам еще кое-кого представить, — сказал Феннел, и Пенелопа вспомнила об ее охране, которую к ней приставили тогда. Она думала, что это было из-за ее истерики перед ним и Иклисом, но, видимо, это оказалось не так и этих ребят ей не избежать. Хотя, с другой стороны, в этом было что-то хорошее: личные рыцари лишними не будут. Хотя и докладывать им о каждом своем шаге неимоверно раздражительно. — Ваши новые личные рыцари: Филлип и Сэр Эд. Герцог приказал некоторое время не выпускать вас и Иклиса за пределы резиденции и не давать контактировать с посторонними личностями. Это нужно для вашей защиты, пока проходит проверка личности прибывшей гостьи, — объяснил ей дворецкий. Пенелопа только вздохнула. Ну, сейчас она никуда выходить из поместья и не собиралась. — Хорошо, я поняла, можешь идти, — в этот раз она не нуждалась в рассказе Феннеля о том, что именно Икслис сказал на допросе, прикрывшись ее именем, и то, как он встретил «Ивонн». — Как прикажете, леди, — мужчина удивился ее спокойствию и только поклонился, удаляясь. Переполненная мыслями, эмоциями и событиями, девушка подошла к кровати, падая на нее. Хотелось сделать ещё кучу всего, но усталость взяла свое, утягивая в сон. Проснувшись посреди ночи, как обычно, Пенелопа поморщилась. Пора настраивать себе режим, голодание и прочие «прелести» не дело — стоит уже от них избавляться. Ее здоровье и так еле дышит, а дальше что будет — страшно вспоминать. Впервые за все время она хотела жить, а не существовать. Вздохнув, она перевернулась, укутавшись в одеяло, смотря перед собой. Нужно постараться уснуть, иначе днем опять сонной ходить. Сковь занавески пробивался свет луны и девушка залипла на полоску света, окунаясь в воспоминания. «Ох, вы… Доброе утро», — неловко произнесла «Ивонн», здороваясь с ней саду. Раздражение отдавалось покалыванием в пальцах. Пенелопа пыталась держать себя в руках, стараясь не сказать лишнего, злость и усталость от случившегося все ещё плескались внутри. Сверкнув глазами, он ровно посмотрела на девушку и кивнула ей в ответ. «Идешь встретиться с Иклисом?» «Да», — улыбнулась «Ивонн», кивая. «Я слышала, что твоя проверка еще не закончена», — очередной кивок в знак согласия. «Я попросила от… его светлость. Иклиса заперли из-за меня…» — Пенелопа нахмурилась. Вот, значит, как: ей его видеть нельзя, а этой, получается, можно? «Одна и без охраны даже?» «Экономка показала мне дорогу, но у нее и без меня дел полно, поэтому…» — девушка виновато улыбнулась. «Болит?» — Пенелопа кивнула на ее рану на лбу, точь-в-точь такую же, как у той ведьмы с острова. Пока «Ивонн» в замешательстве смотрела на нее, девушка решила, что с нее хватит, и, попрощавшись, пошла прочь. Не дав ей уйти, та ухватила ее за руку. Слушая ее извинения, Пенелопа только хмурилась: такой цирк ее все больше бесил. «Мне неважна цель, с которой ты пришла в этот дом, давай жить так, будто не знаем друг друга». «У м-меня нет никакой цели! Леди, постойте. Ах!» — споткнувшись, девушка начала падать к ее ногам. Схватив за руку, она рывком поставила ее на ноги. «Мне надоело слушать этот бред!» — раздался голос Рейнольда за ее спиной как раз после слов об избиении и поведении. Слушая бред, который несет парень, Пенелопа только больше погружалась в отчаяние и разочарование. Он тоже нисколько не изменился. Сказав ему об этом, она наконец-то беспрепятственно ушла. Утро наступило будто бы внезапно. Резко открыв глаза, девушка тут же застонала. Словно и не спала: тело слегка ломило и безумно хотелось пить. Скривившись, она потянулась и села. Спустя несколько минут пришла Эмили, помогая ей умыться и собраться. Смотря на себя в зеркало, девушка вновь поморщилась от того, насколько худой она была. Хотя если вспомнить, насколько все хуже было в прошлом-будущем, то это еще ее лучшее состояние. Хмыкнув себе под нос, она повернулась к служанке. — Эмили, я прогуляюсь, приготовь пока документы, которые я вчера просила. — Точно… вы… — она и забыла про новых спутников, которых к ней приставали. — Леди, куда вы? — спросил один из них. — В сад. Я бы просила вас не следовать за мной, но… идите как можно дальше, так, чтобы я вас не видела. Все понятно? — хмуро спросила она, понимая, что эти двое все равно будут с ней еще какое-то время и могут быть полезны. — А. Как прикажете, — в замешательстве кивнул он и посмотрел на напарника. «Я считала, что ничего не стою в этой семье для них. Ха-а-а-а…» — пронеслось в голове девушки, когда она вспомнила свои мысли при прошлой прогулке здесь. Пнув ногой камень, она заметила розовые пряди впереди, а вскинув голову, столкнулась с голубыми глазами, «невинно» смотрящими на неё. — Приветствую, леди, — Пенелопа застыла, смотря на нее в упор. Узнала ли она ее? Вспомнила? Пытаясь найти хоть каплю узнавания в родных глазах, она не заметила того, что уже минуту просто пялится на нее и молчит. — Леди? — в замешательстве сжала губы девушка, и Пенелопа узнала ее прежнюю игру в невинную девочку. Почему она это делает? Она думает, что Пенелопа ничего не помнит? Или не уверенна? Почему? — И тебе доброе утро, — наконец отмерла она, кивая ей. — В-вы наконец-то мне ответили, — «Ивонн» просияла, словно лампочка. Повторять прошлый диалог Пенелопа не горела желанием от слова совсем. Скривив губы, она просто кивнула. — Вы гуляете? — спросила девушка, хлопая глазами. Почему, почему, почему? Почему она так себя ведёт… — Да, а ты идешь на встречу с Иклисом? — Пенелопа заметила, как та вздрогнула: наверняка задумалась о том, как она догадалась. — Верно, а как вы… — Можешь не волноваться, с ним все в порядке, — хмыкнула, перебив ее. Ну как все в порядке? Что тогда, что сейчас ей не было его жаль ни на йоту, так что его состояние в данный промежуток времени для нее рассчитывалось как нормальное. — А… Хорошо… Я рада, — все еще будучи в замешательстве, ответила «Ивонн». — Простите меня, леди. Своим появлением я наверняка причинила вам неудобства и… Пенелопу скрутило. Все повторялось, вновь. Почему она так себя ведёт? Точно! Рейнольд. Сейчас он как раз таки должен слушать их диалог под влиянием магии Лейлы. Поэтому она не показывает, что помнит ее. Выдохнув, Пенелопа слегка улыбнулась. — Нет, все замечательно, — прости, но это твоя игра, а не моя. Больше не моя. — Моя семья давно искала тебя. Я рада, что ты вернулась к ним. Девушка напротив зависла в шоке, уставившись на неё. Руки слегка подрагивали, и Пенелопа усмехнулась про себя. Наверняка она не ожидала такого ответа, ну ничего — это еще больше покажет ей то, кем она является. Чтобы у нее не было сомнений на ее счет. — Так что не волнуйся, — Пенелопа вновь ей улыбнулась и развернулась, уходя. Продолжения сцены ей не хотелось. «Ивонн» окликнула ее и схватила за руку. — Осторожнее, — сказала Пенелопа, подхватывая ее за талию, когда та споткнулась и начала на неё попадать. — Тебе ведь не нужны еще травмы. Ее кожа была все такой же холодной, как у трупа, но это уже давно не вызывало прежнего отторжения. Голубые глаза в шоке смотрели на нее, и Пенелопа давила в себе улыбку от того, насколько сильно она была рада довести ее до шока. Обычно это делала ведьма. Отпустив, она вновь попрощалась и удалилась под взгляд цепких глаз.

***

Рейнольд стоял неподалёку и наблюдал за происходящей сценой. За каждым словом родной сестры. От этой мысли он скривился. Родным от нее не веяло, хотя ее внешность так и кричала: «Вот я, Ивонн, прямо перед тобой! Я вернулась». Так вот, с каждым ее словом и жестом он чувствовал, как внутри что-то будто шепчет. Шепчет на неправильность поведения Пенелопы. Когда девушка чуть не упала, туман в голове начал шептать выйти и отчитать сестру за ее поведение и слова. Что вот она — злодейка. Прямо перед тобой. Как эта сука вообще смеет так себя вести? — Я рада, что они наконец-то нашли тебя, — в этот момент туман будто рассеялся и Рейнольд в шоке уставился на сестру. Ее улыбка была теплой, и он почувствовал, как внутри все сжимается. В шоке смотря перед собой, он ощутил головокружение. «Поэтому-то в нашем доме с тобой и не обращались нормально!» «Рейнольд, ты в итоге так и не изменился». «Я не хочу принимать твои извинения! Это все из-за тебя, Рейнольд Экхарт!» Картинки так и проносились перед глазами, и, шатаясь, он ухватился за дерево. — Какого хуя?.. — прошептал он. Что это, чёрт возьми, было? Он… он же… Парень в шоке смотрел на землю, все еще видя несуществующие кадры перед глазами.

***

— Леди, я все подготовила, как вы и просили, — сказала Эмили, как только Пенелопа вошла в покои. Посмотрев на нее, Пенелопа почувствовала, как улыбка сама лезет на лицо. — Спасибо тебе, — она все еще помнила слова служанки о признании ее как человека. Щеки Эмили слегка покраснели и она кивнула ей. — Позови мне Феннеля. — Хорошо. Сев в кресло, Пенелопа начала вчитываться в документы. Дела с шахтами пока шли неплохо, но этого было мало. Нужно было больше разрешений. Подчеркнув некоторые детали в бумагах, она подпёрла голову рукой, болтая ногой. Спустя некоторое время дворецкий постучал к ней в покои. — Что-то случилось, госпожа? — спросил он и обратил своё внимание на документы в ее руках. — Это сущие пустяки, — она отложила бумаги, махнув рукой. — Я позвала тебя по другому поводу. — Слушаю вас. — Эмили. Выпиши ей двойную премию в этом месяце, — она заметила, как служанка вздрогнула рядом с дворецким. Феннел в замешательстве застыл. — Ты все верно слышал. Она прекрасно выполняет свои обязанности, поэтому достойна награды, — девушка улыбнулась, смотря на шок в глазах мужчины. — К-как прикажете, госпожа. Что-нибудь еще? — Когда ты в последний раз отдыхал, Феннел? — Что? А… — Не волнуйся, я не гоню тебя на пенсию. Ты достойно служишь этому дому уже кучу лет, не помню, чтобы за последний год у тебя был нормальный отпуск. Я поговорю с отцом по этому поводу, — дворецкий всё ещё в шоке смотрел прямо на нее, не смея двигаться. Пенелопа тепло улыбнулась на это. — Госпожа… это… спасибо вам, — в конечном итоге он поклонился ей, и девушка прочувствовала еще большее веселье. Оба слуги вздрогнули, услышав ее смех, смотря на нее во все глаза.