Шаг в неизвестность.

Ранний звонок от Авербуха заставил Женю нехотя разлепить глаза и уже возненавидеть этот новый день. И почему она не отключила звук на ночь… — Алло, — вздохнула Медведева, переворачиваясь с боку на бок и прикрывая глаза. — Жень, привет, — доброжелательно раздалось на том конце провода, — слушай, мы же Ледниковый сейчас будем запускать. Ты как? Готова поучаствовать в этом году? — В роли ведущей? — зевнула девушка и потерла свой глаз. Сон, о котором мечтала девушка, помахал рукой и обещал вернуться не скоро. — Я бы хотел видеть тебя в роли участницы. Зритель соскучился по фигуристке Медведевой. — Опять три месяца ада, Илья? — вздохнула Женя и выбралась из теплой кровати, доставая свой ежедневник из сумки. Перед тем, как давать ответ, нужно было проверить своё расписание, — ночные тренировки, да? — Как всегда. И съемки со второй половины дня, примерно, до ночи. По графику можем подстраиваться, но не наглей, — усмехнулся мужчина. Он знал, что Медведева достаточно ответственная и работоспособносная девушка, поэтому с ней точно не будет проблем. — В целом.., — Женя начала перелистывать страницы, закусив уголок губы, — можно попробовать. А кто партнёр? — А вот партнёра мы подберём непосредственно на льду. Попробуешь скатываться с разными мальчиками, а там видно будет, — убедил Илья, — сегодня к семи вечера сможешь подъехать на пробы партнёра? — Думаю, что да, — Женя тяжело вздохнула. Всё-таки ледниковый не сильно входил в её планы, но лишний раз посверкать лицом на Первом канале тоже было неплохо. — Тогда до встречи. Зубы наточи перед пробой партнёров, — хихикнул мужчина, — только с костями их не ешь. — Я постараюсь, Илья, — усмехнулась девушка и повесила трубку. Денёк предстоял веселый… После того, как Илья договорился с Женей, он решил на всякий случай позвонить ещё одной участнице шоу. Всё-таки та была занятая женщина и могла замотаться и попросту забыть о пробах и подборе партнёра. — Доброе утро, многоуважаемая и всемилюбимая Этери Георгиевна, — хихикнул в трубку мужчина, — Илья Авербух беспокоит. Надеюсь, не узнала. Хочу быть богатым. — Как пафосно. К твоему сожалению.., — произнесла женщина. Она неподвижно сидела, наблюдая, как за окном пробуждается город. Сделав несколько глотков обжигающего кофе, который каждое утро возвращал её в реальность, она услышала знакомый голос, — богатым не будешь. Если ты звонишь, чтобы напомнить мне о пробах, то не волнуйся, моя память ещё при мне. — Я в тебе не сомневался, дорогая, — усмехнулся мужчина, — просто решил удостовериться, что ты точно будешь. Тогда в семь вечера жду тебя на Чкалов-арене. Будем пробовать подбирать тебе и ещё одной участнице партнёра. — Я буду. И да, Илья, я надеюсь, что хоть в этот раз вы нашли более подходящее, иначе никаких нервов с вами не останется, — выдохнула Этери, едва заметно приподняв уголки губ. — Постараемся сделать всё по красоте, Этери, не переживай. До встречи, — Авербух отключается и идет готовиться к трудовому дню. Будет непросто, как и всегда. Учитывая, что команда в этом году у него сборная солянка. И профессионалы, и непрофессионалы. И у каждого свой характер. Чего только стоят Медведева и Тутберидзе. Две дамы со сложным характером. Наверное, он делает большую ошибку, назначая им одно время, но деваться некуда. Все остальные часы расписаны под других фигуристов. Приехав на Чкалов-арену, Женя в коридоре пересекается с Сашей Энбертом. — Привет, — улыбнулась Женя мужчине, который лучезарно одарил улыбкой в ответ, — скатался? — Вроде бы подобрали партнёршу. Легкая, миниатюрная. Не как ты, конечно, но тоже ничего, — улыбнулся Александр, — ты только приехала? — Да, будем теперь мне подбирать, — Медведева задумалась. Кого же Илья подсунет — девушка даже не догадывалась. — Надеюсь, тебе не попадется Егор Шип, который буквально пару минут назад зашел в мужскую раздевалку, — подмигнул Александр, намекая, что, возможно, именно Шип — предполагаемый партнёр Жени. — Вот чёрт… Я так и не отдала ему цепочку, — Медведева обречённо ударет ладонью по лбу, мотая отрицательно головой, — он меня убьёт об лёд. — Не переживай, Илья будет рядом, — Саша ободряюще похлопал Женьку по плечу и поехал по своим делам. Переодевшись в тренировочный костюм, который состоял из леггинсов и футболки, девушка выходит на лёд и обкатывает его, выполняя простые движения. Через пару минут появляется и Авербух. — Жень, иди сюда, — крикнул мужчина, подзывая брюнетку к себе, — смотри, я пригласил Егора. Попробуй сначала с ним скататься. — Привет, — Медведева слегка улыбнулась, протягивая руку. — Привет, воровка, — рассмеялся Егор и пожал Жене руку, выходя за ней на лёд. — Ну прости, она правда классная, — Медведевой было неловко за поступок, но не от всего сердца. Цепочка правда была уникальной и радовала глаз девушки, находясь где-то дома. — Забей, я уже, считай, забыл, — отмахнулся парень, — попробуем скататься? — Давай попробуем, — девушка потащила парня в центр льда. Тот еле-еле перебирал ногами, стараясь подстроиться под Женю. Илья всё это время наблюдал со стороны и хмурился. По росту ребята очень хорошо подходили друг другу. Но это был единственный плюс, который он видел. Егор и Женя не смотрелись, как пара. Не чувствовали друг друга от слова совсем. Возможно, на это нужно больше времени, чтобы ребята прочувствовали и себя, и партнёра. Но даже картинка, которую видел Илья, ему не нравилась. — Ребят, — вздохнул Авербух, подзывая их к себе, — не то. Вы не смотритесь на льду вместе. Егор, тебе лучше попробовать встать с Аней Щербаковой, но не с Женей… Она перекрывает тебя своей харизмой и энергетикой. Авербух на минуту отвлекся, ведь на лед грациозной походкой вышла Этери. — В общем, Жень, сейчас я позову другого мальчика. Из народа. Вряд ли ты его знаешь, но познакомитесь, не страшно. Медведева кивнула, вздохнув. Егора она, хотя бы, знала, а тут её будет лапать какой-то неизвестный — сомнительное удовольствие. Шип покинул лёд, обняв Женю на прощание, — будь осторожна, — кинул парень и стремительно ушел. Аня будет только завтра, поэтому здесь ему было делать нечего. — Добрый вечер, я не опоздала? — подъезжая ближе, спросила у Авербуха. Её ледяной взгляд на секунду задержался на Жене. Их пути никогда не пересекались, поскольку не было для этого оснований. Этери наблюдала несколько впечатляющих выступлений девушки, оценивая их как тренер и зритель, но на этом их знакомство ограничивалось. Личной встречи до настоящего момента у них не состоялось. — Ты как раз вовремя, — улыбнулся мужчина, поглядывая на обеих девушек. — Этери, позволь представить тебе Женю Медведеву, твою будущую соперницу на проекте. Думаю, Этери Георгиевну не нужно представлять. Их взгляды, наконец, встретились. Тутберидзе окинула девушку оценивающим взглядом, в то время как брюнетка внимательно следила за реакцией женщины, пытаясь уловить её мысли. — Да, слышала пару раз о такой, — произнесла девушка с лёгкой иронией. Без сомнения, Этери Тутберидзе — выдающийся тренер, воспитавший целое поколение талантливых фигуристов. Однако, находясь в Канаде, она не воспринимала её методику. Жёсткость и расчётливость, а также её многолетняя сдержанность были не всем понятны, в том числе и Медведевой. — Замечательно, — ответила Этери. В её взгляде произошли мгновенные изменения. Ранее он был расслабленным и слегка уставшим, но после колкой фразы она ощутила дискомфорт, словно Медведева намеренно попыталась её задеть. — Приятно познакомиться, Евгения. — Взаимно, Этери Георгиевна, — хмыкнула Медведева, вновь пробегаясь взглядом по тренеру, что стояла перед ней. Тутберидзе и Ледниковый период — две никак не связанные между собой вещи, а уж Тутберидзе и участница ледового шоу — и подавно. Видимо, Илья решил хайпануть на Этери, пригласив её в Ледниковый период. Но какими путями он её сюда втянул — оставалось загадкой для всех. — Ученики и международка перестали приносить доход, а «Большие девочки» не совсем ваш конёк, раз вы опустились до Ледникового периода? Чем вы руководствовались, соглашаясь пойти сюда в качестве участницы? — хмыкнула Женя, облизав свои губы. Медведева всегда была прямым человеком и говорила то, о чем думает. Иногда говоря быстрее, чем работает мозг. — Мои пальто – доказательство, что денег у меня достаточно. Я просто люблю лёд, а он отвечает мне взаимностью, — женщина была абсолютно права. Её связь со льдом была особенной, гораздо более глубокой и тесной, чем у большинства фигуристов. Она ощущала его под своими ногами, совершенно не боялась падений, зная, что они не причинят ей серьёзной боли. Она создавала удивительные программы для своих учеников. А поистине уникальные и достойные прокаты порожали и восхищали зрителей, тренеров и даже тех, кто не является поклонником фигурного катания. Однако её больше всего удивила реакция Медведевой — бестактная прямолинейность сразу после двух минут знакомства, колкие замечания и взгляд, не выдающий восторга. Эта девушка была иной, она не была той поклонницей, которая восхваляла её без остатка, и это добавляло интереса к общению. — Этого ответа будет достаточно? — женщина оставалась полностью спокойной, её равнодушный и стремительный взгляд подтверждали её реакцию. — Более чем, Этери Георгиевна, — хмыкнула Медведева. Девушка всю свою жизнь тренировалась в Канаде. Плата за тренировки была огромной, но она знала, что в России далеко не так. Российские тренеры были на зарплате, ну и получали процент с призовых, когда их ученики достигали каких-либо вершин. В Канаде же менталитет был совершенно иным. Другое отношение к спортсменам, другое отношение к тренировкам. Хочешь тренироваться — тренируйся, не хочешь — заставлять никто не будет ни при каких обстоятельствах. Но о методах Тутберидзе и других тренеров Женя знала, слышала и читала. Всё-таки многие товарищи тренировались под крылом Этери Георгиевны — жесткой и хладнокровной женщины, которая была верна своим принципам и строила дисциплину. Которая заставляла через кровь, боль и «не могу» идти к намеченным целям, особенно если видела талант и представляла ученика на пьедестале. — Видимо, мне пора. Увидимся, — Женя отъехала от блондинки и отправилась к входу на лёд, где встретила Авербуха и какого-то брюнета. Долгих полчаса ребята пытались скататься. Молодой человек, которого подобрал для Жени Илья был конькобежцем, поэтому какие-никакие навыки имел. Но это было совершенно не то, что хотел бы видеть Авербух. — Попробуйте легенькую поддержку, — Илья вышел на лед и показал молодому человеку, как нужно поднять Женю. Глаза Медведевой расширились, она очень боялась доверять свою жизнь малознакомому парню, который был метр восемьдесят. Падать почти с двух метровой высоты было не лучшей идеей. Тем более сейчас. — Жень, не бойся, — Илья слегка улыбнулся, — расслабься. Если ты будешь напряжена, он не сможет тебя удержать. — Легко сказать, — фыркнула в ответ брюнетка, закусив губу, — ладно. Давай попробуем. Не урони, пожалуйста. Молодой человек ловко поднял Женю и закинул на своё плечо, начиная крутиться вокруг собственной оси. У Жени сперло дыхание от страха и она, побоявшись отпустить руки, вцепилась в плечо парня, зажмурившись. — Бляяяя, — выругнулся брюнет, ведь поймал себя на мысли, что сейчас упадет назад себя. За секунду он упал навзничь, роняя и Женю. — Да твою мать, — фыркнула брюнетка, стараясь подняться. — Стоп, стоп, стоп, — Авербух подъехал к паре, скривившись, — ты как? В порядке? — Нормально, — Медведева поднялась и начала смахивать снег со своих штанов. Было больно. Очень больно. Но девушка об этом не скажет, — еще раз? — Надо подумать, покатайтесь просто в тройку, — Илья махнул рукой и начал внимательно следить за танцевальными движениями, раздумывая. Падение Евгении не осталось незамеченным, оглушительный звук раздался по всему катку. С каждым разом наблюдать за этим становилось все труднее и труднее. Этери молча находилась за бортиком, наблюдая за происходящим. Такое катание трудно было назвать красивым. — Он её угробит, — тихо произнесла женщина, обращаясь к Авербуху. — Но не Шипа же мне ей ставить, — Илья задумался. Он осозновал, что ни один из этих молодых парней не был готов к столь высокой нагрузке, и с большой долей вероятности мог сломать Медведеву. — Жень, подъедьте сюда, пожалуйста, — крикнул Авербух и через пару мгновений фигуристы уже направлялись в его сторону. — Мы сейчас с Этери покажем вам несколько элеметов, а ваша задача будет их повторить. Но для начала просто попытайтесь. — сказал Илья, заметив вопросительный взгляд. Этери была крайне удивлена, не понимая, о каком примере идет речь. Мужчина с умоляющим взглядом обратился к женщине, в его глазах читалось «помоги». — А мне что за это будет? А то бесплатно работать не про меня ведь, вдруг на пальто не хватит, — с иронией произнесла женщина, переводя взгляд на Медведеву. Женя взглянула, приподнимая бровь, неужели Тутберидзе обиделась? — Спасибо, что бескорыстно согласилась нам всем помочь. Я всегда знал, что ты – настоящий друг, — сказал Илья с улыбкой, надеясь, что его слова смогут хоть немного смягчить невидимую атмосферу напряжённости. — Вашей основной проблемой является отсутствие взаимопонимания. Между вами нет связи, того самого огонька, а главное — желания работать вместе. Я не могу точно сказать, почему это происходит, но вам, возможно, стоит просто скататься, почувствовать друг друга. Особенно твой артистизм, Жень. Его сейчас не видно. Попробуй расслабиться и не зацикливаться на возможных падениях, пока что сложные элементы мы разучивать не будем. Это просто пробы, ребят, относитесь к этому проще, — Авербух понимал, что с каждым днём ситуация ухудшается тем, что времени остается совсем немного, и необходимо как можно скорее приступить к тренировкам, разработать программу, изучить различные поддержки, дорожки и элементы. — Хорошо, Илья. Как скажешь, — кивнула брюнетка, соглашаясь. Авербух был прав, и слава всем богам, что он додумался об этом сейчас, а не тогда, когда Женю бы уже увозили на скорой. Её будущему партнёру хорошо бы сначала потренироваться с табуреткой делать поддержки, но никак не с живой Женей, которая хотела бы ещё немного пожить на этом белом свете. Двадцать пять лет — жизнь только начинается. И было бы нехорошо закончить её здесь, на льду Чкалов-арены. — А что вы можете нам показать? — хмыкнула Медведева, улыбаясь, — я так и не поняла, Этери Георгиевна у нас тренер или участница? — Участница. Но сейчас я попрошу её составить мне пару, — Авербух протянул свою раскрытую ладонь, приглашая блондинку. Как только рука Тутберидзе коснулась его руки, Илья закружил женщину в ледовом танце. Они подстроились друг под друга максимально быстро, ведь оба были танцорами в юности. Как только импровизированный номер Ильи и Этери подошел к своему логическому завершению, мужчина посмотрел на Женьку и Вадима, выгибая бровь. — Я так вряд ли закружусь, — замежевался Вадим, ведь то, что показали Этери и Илья для него было сверхъестественным. — А вот это вот… — Женя расположила руки на воображаемого партнёра и начала кружиться по льду, будто её ведут, — вот так? — Не совсем, прогнись побольше. Так, будто хочешь, чтоб он поцеловал тебя в шею, но кокетничаешь при этом, не даёшься, — начал объяснять Илья и умоляюще посмотрел на Тутберидзе, мол «объясни», — сейчас Этери Георгиевна объяснит. А лучше покажет! Этери тяжело выдохнула и обречённо взглянула на Авербуха ещё раз. Медленно скользя по гладкой поверхности льда, она подъезжает к брюнетке. — Руку, — женщина говорит холодным и отстранённым тоном, в то время как Женя внимательно слушает и берёт её руку в свою. Глаза напротив внимательно следили за каждым движением Медведевой, которая двигалась с такой же грацией, как и женщина, стремясь запечатлеть в своей памяти каждое из этих элементов. Илья молча наблюдал с интересом и восторгом за происходящим. Спустя несколько движений Женя замечает лёгкую улыбку на лице женщины. Но мгновение спустя всё сменятся тревогой. Зубец конька девушки цепляется за лёд, всё происходит очень быстро. В голове Медведевой уже тысяча и один вариант дальнейших последствий, каждый из которых заканчивается её падением на холодный, блестящий лёд. Но женщина вовремя успевает среагировать и удерживает брюнетку, помогая ей сохранить равновесие. — Аккуратнее, — говорит Тутберидзе и прижимает Женю к себе сильнее, рисуя на гладкой поверхности льда всё новые и новые узоры. Медведева на столько втянулась в это чудесное катание, что начала отдаваться полностью, чувствуя себя более расслабленно. Сейчас, в эту секунду, девушка точно понимала, что она находится в безопасности. Этери быстро смахнула с лица Жени мешающую прядь волос, что выпала из общего пучка, но этого было достаточно, чтобы Авербух загорелся новой идеей. — Ногу закинь ей на талию, — крикнул мужчина, составляя в голове сценарий, — Жень, закинь ногу! Медведева на секунду нахмурила брови, но потом сделала так, как говорит постановщик. Она закидывает ногу блондинке на талию, прижимаясь всё сильнее. — Это шедевр… — прошептал мужчина сам себе и задумался, — стоп. Как насчет вашей пары? — Чего?! — Медведева резко отстраняется от Этери, глядя на Авербуха. То ли он белины объелся, то ли выпил втихаря, пока никто не видел. — Вы шикарно смотритесь вместе. Это то, что нужно! Девочки, — Илья засиял, словно начищенный пятак, и вышел на лед к девушкам, — это будет шедевр. Встаньте в пару. Рейтинги будут огромные, да еще и вы такие красивые вместе. Созданы просто друг для друга. — Ты не в себе? — Этери возмущённо посмотрела на мужчину. — Если ты думаешь, что мне не хватает денег, как и эта... девушка, то ты не прав, Илья. Рейтинги поднять, я понимаю. Но как это будет выглядеть в глазах остальных? — в голове одна мысль плавно переходила в другую, создавая нарастающее чувство возмущения. — Этери, мне абсолютно плевать кто и что подумает. Это хайп, это замечательный пиар ход. Кто-нибудь когда-нибудь что-то подобное делал? Нет! — фыркнул Илья. Ругаться ему очень не хотелось, но он сильно загорелся идеей поставить Женю в пару с Этери. Это было замечательной тактикой раскрутить проект. Да и Этери с Женей бы точно не остались без внимания. — Я, конечно, всё понимаю, но неприлично говорить о человеке в третьем лице, когда он рядом стоит, — Медведева скуксила лицо и слегка толкнула блондинку локтем, намекая, что она всё еще здесь, — лично я тоже не особо поддерживаю эту идею. Гомофобы будут недовольны, — хихикнула девушка. — Жень, какие гомофобы? Я не буду заставлять вас целоваться на льду. Просто красиво покатаетесь, — заверил Илья, — попробуйте ещё что-нибудь прямо сейчас, почувствуйте друг друга. Я же вижу, как вы и сами кайфуете. Особенно ты, Жень. Щеки Медведевой покрылись легким румянцем, неужели было сильно заметно, что с Этери ей понравилось кататься? — Как мы поддержки будем делать? — резонно спросила Женя, выгибая бровь, — она и меня сломает, и сама надорвется. А я то уж и подавно её не подниму. — Вы будете делать поддержки красиво. Никто не будет срывать спину заслуженному тренеру, но по льду она может тебя повозить, не сломаешься. Так, либо вы встаёте в пару, либо мы не придём ни к чему, потому что достойного партнёра для Жени нет! — Я не сильно расстроюсь, Илья, — хихикнула Медведева и посмотрела на блондинку, — может попробуем откатать пару программ, а потом закосячим и вылетим, когда надоест? Этери с безмолвным вниманием наблюдала за происходящим. В её мыслях царили противоречия, сомнения и несогласие с мнением мужчины. — Что ты опять задумал... — устало выдохнула женщина. — Какие мне поддержки? Когда я соглашалась на проект, я совсем другое имела ввиду. — Этери, попробуй хотя бы, зачем ты отрицаешь то, что тебе действительно нравится? — он изо всех сил пытался отчаянно договориться. Имея полное понимание того, что договориться с женщиной — задача непростая, но, тем не менее, она вполне осуществима. — Но, знай, одним пальто ты не отделаешься, — фыркнула Этери, сказав с лёгким насмешливым тоном. — И да, мне лучше знать, как ставить программу для себя же. Я буду не только в качестве спортсмена, но ещё и тренера, а это подразумевает двойную оплату, — блондинка демонстративно сложила руки на груди, бросив задумчивый взгляд, — не разоришься? — Ты ведь прекрасно знаешь, что деньги – это не проблема, всё будет. Вы с Женей ещё мне спасибо скажете, — Илья перевёл взгляд на Медведеву, ожидая услышать её мнение. — А чего ты на меня смотришь? — Женя повела бровью, удивлённо глядя на Авербуха, — ты же уже всё решил, Илья. Так для чего ломаешь комедию? Я своё слово тебе сказала сегодня утром, когда ты меня поднял ни свет, ни заря. А давать заднюю и сдаваться я не привыкла, поэтому вперёд, — девушка пожала плечами, кидая взгляд на Этери. — Но я не уверена, что мы не прибьем друг друга. Она может и кушаком от своего пальто меня придушить, если я где-то ошибусь. — Не могу не согласиться с тобой, Евгения, — произнесла она, устремив на Медведеву холодный и безэмоциональный взгляд. Женя была права не только в том, что Тутберидзе не терпит ошибок, но и в том, что назад дороги нет. — Илья, если мы договорились по оплате, то я сделаю всё, что от меня будет зависеть. Можешь во мне не сомневаться, — Этери не могла предугадать, что из этого получится и как отреагируют остальные, но один шаг сделан и этот шаг ведёт в неизвестность.