С самого начала

      Выходя из душного вагона поезда, Тэхен вдыхает полной грудью свежий воздух, прикрывая на несколько секунд глаза. Поездка хоть и не была слишком длинной, но при такой высокой температуре отняла у него все силы.       Парню приходится прийти в себя после сильного пинка в плечо. Тучный мужчина кидает на него нахмуренный взгляд и тихо бурчит извинения, после чего сразу же отворачивается. Вздыхая, Тэ берет за ручку свой маленький чемодан с самыми важными вещами, и направляется к выходу в город. Намджун написал ему, что встретит, но не на самом перроне, а на парковке рядом. Поэтому найти его становится самым важным и сложным заданием на сегодняшний день. Машин на стоянке рядом с вокзалом слишком много, потому что в выходной день все хотят отдохнуть и выехать из города.       С момента последнего звонка отца прошло чуть более недели. Мама, узнав о чужом предложении сразу же назвала всю эту затею достаточно хорошей. Не только из-за того, что Тэ познакомиться с новой возлюбленной своего папы, но и, возможно, подружится с ее детьми и найдет в них своих друзей. Тэхен в этом уверен не был, но против ничего не говорил. Он не слишком общительный, и одного единственного друга для него достаточно.       На парковке парень, через минуты поисков, находит нужный внедорожник старого выпуска. Оперившись о темно-синий капот, рядом стоит Джун, докуривая сигарету своей излюбленной марки. Он смотрит вперед себя и глазами выискивает нужную темную макушку, а когда они встречаются взглядами, сразу же выкидывает окурок и тушит носком обуви.       Приветствие, как ни странно, выходит достаточно сдержанное. Старший ерошит его волосы ладонью и, видя недовольство Тэхена из-за сильного запаха сигарет, сразу же открывает багажник, прося подать его чемодан.       Сколько себя помнит, Тэ никогда не любил запах сигарет. Они чесали ему нос и заставляли глаза гореть настоящим огнем. Но сколько бы он не просит отца кинуть эту гиблую привычку, тот, все обещая, так от нее и не избавился.       – Как доехал? – заводя машину, спрашивает Намджун. Он кидает на него короткий взгляд и сразу же фокусируется на дороге. Насколько младший знает, ехать им не менее получаса.       – Нормально. Душно только было в вагонах. – дергает губами в недовольстве, после чего машет рукой, показывая, что ничего страшного в этом нет.       – Мы с Чонгуком недавно кондиционер дома поставили, то у нас прохладно. – звучит так, будто бы гордиться. Своей работой, или чужой помощью — непонятно.       – А Чонгук это…?       – Сын Еджин. – поясняет, кивая при этом.       – И… – не то, чтобы ему и правда было интересно, просто не хочется сидеть в тишине все время дороги.       – Ему двадцать пять. – раздается почти что сразу же после вопроса. – В этом году закончил пятый курс медицинского. Он у нас будущий врач.       Пропуская мимо ушей несколько последних предложений про какую-то Мину, Тэхен погружается в свои мысли. Может быть они с этим Чонгуком подружатся, а может и нет. Тут в большинстве все зависит от второго. Тэ не слишком открыт для незнакомцев, но чужое поведение заставит его или почувствовать себя в открыто, или же дискомфортно. Они, возможно, пообщаются лишь эти две недели и, разойдясь, друг про друга больше не вспомнят. Будут перекидываться фразами пересекаясь на общих праздниках, а может будут кивать друг другу с разных концов комнаты.       Тэхен не был уверен, стоит ли ожидать чего-то от Чонгука. Возможно, тот тоже не ждал от Тэхена ничего кроме вынужденного и сухого дружелюбия. Пожалуй, такое может касаться и иных детей Еджин. Все они могут быть заведомо и не в восторге от него, сына Намджуна, который остался от прошлого брака, и которого не хотят оставлять в стороне. Может быть за эти две недели, на которые Тэ сюда приехал, они будут пересекаться лишь раз в день за столом, как и сказал ему недавно Чимин.       Под пропущенные рассказы Намджуна они доезжают до трехэтажного большого дома. Тэхен в гостях у отца еще ни разу за три года не был, поэтому размером чужого жилища поражен слишком сильно. Он вжался на долгие по ощущениям секунды в мягкое покрытие кресла. Напряг все мышцы и сжался всем телом настолько сильно, будто бы во всем помещении машины было слишком мало места для его неуверенности и накрученных нервов. Лишь сейчас он и правда осознал насколько плохо был готов к этой встрече, которую отстрочить уже не получиться. Даже на короткие минуты для сбора всех мыслей в одну кучу. Хоть этих минут ему все равно бы не хватило.       Все кажется настолько незнакомым и новым. Новая семья, новые лица… Сейчас, как никогда прежде, Тэхен хочет вернуться к себе домой.       Выходя из машины, он останавливается на месте и осматривает все вокруг: сам дом и местность вокруг. Впивается взглядом в маленький бассейн в углу просторного участка, и сразу же обещает себе завтра днем расслабиться в наверняка теплой после таких жарких дней воде.       Возвращаясь из своих мыслей, Тэхен перехватывает свой чемодан из рук Джуна и по его наставлению направляется ко входу в дом. Медленно, будто будучи неуверенным, он поднимается по ступенькам и сразу же ощущает, как его тело словно окаменевает, когда двери резко открываются и на улицу выходит высокая женщина со светлыми волосами, струящимися по плечам. Тэхен уверен на все сто процентов, что это Еджин.       Как только взгляд темных глаз фокусируется на нем, чужие руки сразу начинают тянуться в его сторону. На лице Еджин виднеется самая добрая и искренняя улыбка, из-за которой узкие глаза становятся более блестящими.       – Ну наконец-то вы доехали! Уже все готово, Джуни, давай быстрее! – после кинутых своему бойфренду слов, она хватает Тэ за дрожащую от происходящего руку и тянет в прохладу дома. Все так же ярко улыбается, кидая на него взгляды через плечо, и останавливается лишь возле лестницы, ведущей на верхние этажи. Отпускает влажную ладонь и позволяет ее спрятать за спину. – Оставляй свои вещи тут. После ужина Чонгук или же Мина покажут тебе твою комнату и помогут со всем нужным. Пока иди в ванную и мой руки. Скоро будем кушать! – последнюю фразу женщина чуть ли не пропевает. Затем сразу же «упархивает» в другую сторону. Тэхену думается, что там находится кухня.       Вздыхая от такого резкого знакомства, парень дергает плечом и идет вдоль лестницы, думая, что ванная может быть именно там. Моет липкие от жары и нервов руки и, не имея возможности себе отказать, несколько раз плескает ледяную воду на лицо, пытаясь прийти в себя. Ему нужно чуть больше времени, которого у него нет. Ему нужно успокоиться и собраться с мыслями за считаные минуты, потому что что-то ему подсказывает, что Еджин много времени для его потери не нужно, и уже совсем скоро она будет его звать за стол.       Если быть честным, то никакого ужина сейчас Тэхену не хочется. Единственное, о чем он мечтает в данную секунду, это душ и чистая домашняя одежда. От всей жары, в которой он будто бы варился всю дорогу до Пусана, у него полностью пропал аппетит и хотя бы какое-то желание к коммуникации с другими людьми. Особенно если от этой коммуникации зависит отношение новой семьи его родного отца к нему. Главное не сболтнуть лишнего и не выглядеть слишком уж уставшим от всего происходящего.       Осматривая свое лицо в зеркале, висящем над большой белой раковиной, Тэ следит глазами за сбегающими каплями. Молча дожидается пока несколько из них скатятся по светлой коже к подбородку и с неприятными щекочущими ощущениями отправляться в свободное падение до умывальника.       Он снова вздыхает, прикрывая глаза. Опирается руками о края светлой керамики и размерено считает от нуля до десяти, не забывая между счетом глубоко вдыхать и медленно выдыхать. Дергается от холодных мурашек, пробежавшихся по спине, и будто бы чувствует, как незнакомые ему темные глаза смотрят на него не отрываясь. Следят за ним, ждут, когда он выйдет с закрытой светлой комнаты.       Когда Тэ выходит из ванной, его тело все еще напряжено, но он старается выглядеть спокойным. В голове уже крутятся все возможные ответы на вопросы, которые, как он уверен, не заставят себя долго ждать. И в первую очередь — вопросы его отношений. Ему не хочется сразу же вешать на себя ярлык, говорить о своих предпочтениях в партнерах и отношениях. Но врать Тэхен никогда не умел и все его действия всегда выдавали вранье с самых первых слов.       – О, Тэ, садись быстрее за стол, а то все остынет. – голос Еджин снова выводит его из раздумий.       Тэхен хмурит брови, едва уловимо, но не произносит ни слова. Чужое обращение к нему заставляет пальцы на ладонях дернуться с непривычки. Коротким «Тэ» его называла лишь мама, да и то — слишком редко, чтобы привыкать. Ери больше любила какие-то уменьшительно-ласкательные «сынок», редкие «малыш» или же, самое любимое, «милый». Играть с именами она никогда не бралась, приучив к этому и самого Тэхена.       Прослеживая за взглядом женщины, парень садится на намеченное для него место. Стол прямоугольный, по всему периметру расставлено шесть стульев: два с одних сторон, и по одному с других. Ему место выделили самое крайнее с более длинного края.       В комнате по мнению Тэхена, присутствует легкое напряжение, не покидающее его от того, насколько тут все кажется чужим и незнакомым. Но может быть ему просто стоит ко всему этому привыкнуть.       Дожидаясь пока все придут и сядут на свои места, Тэхен несколько раз успевает спросить у старшей не нужна ли ей какая-то помощь. Та, отмахиваясь, постоянно отказывается. Это только усиливает чувство неудобства, заставляя Тэхена еще больше нервничать. Потому что бегающая Еджин не успокаивает его внутренние метания и снова нарастающую нервозность.       Первым из новой семьи на кухню входит Намджун. Он, улыбаясь принесшей тарелку с рисом Еджин, садится во главе стола рядом с Тэ и сразу же оборачивается к сыну, начиная вести непринужденные разговоры. Это явно попытка отвлечь его, потому что Тэхен нервничает, и этого от старшего не спрятать.       Когда на столе заканчивается свободное место для любых тарелок, женщина выдыхает так, будто бы победила в какой-то игре — восхищенно и даже немного пораженно. Она упирает руки в боки и, все еще улыбаясь, смотрит на своего парня, ожидая реакции. Тэхен невольно замечает это короткое ожидание и предвкушение, после которого Намджун хвалит ее за стол, говоря, что сегодня он особенно хорош. И лишь после этого Еджин громко выкрикивает имена своих детей, прося поторопиться к столу потому что, цитата: «Все совсем скоро уже умрут от голода».       Через несколько минут по деревянной лестнице слышаться громкие шаги, будто бы спускаются по ним несколько малолетних детей. Тэ знает, что у Еджин есть сын, Чонгук, которому уже больше двадцати, однако отец упоминал, что детей у нее чуточку больше чем один. Поэтому второй из них вполне может быть примерно дошкольного возраста.       Он уже готовится погрузиться в шум и гам маленького ребенка, когда вбежавшая на кухню девчушка лет двадцати буквально ошеломляет его. Она сто процентов совершеннолетняя, и Тэхен без труда определяет это с первого взгляда.       – Боже, где он?! Где мой братец! – шума от нее, однако, не меньше чем от малолетнего ребенка. Когда взгляд ее светло-карих глаз падает на Тэхена, он ощущает, как все вокруг замирает.       В замедленной съемке, будто бы время решило замедлить свой ход, Тэхен имеет возможность рассмотреть девчушку полностью. Первое, что кидается в глаза — она красивая. Все ее черты хорошо сочетаются между собой, а не слишком низкий рост делает ее милой и привлекательной. Каштановые волосы не слишком темные и подстрижены чуть короче оригинального каре. Они шелковистые, мягкие на вид и постоянно лезут в лицо при малейшем движении.       Большие глаза, как показалось с первого взгляда, не только карие. Голубые вкрапления притягивают внимание настолько сильно, что Тэхену приходится приложить усилие, чтобы опустить глаза на вещи, в которые та была одета. Простые черные спортивные штаны и темно-синяя футболка с незамысловатым рождественским рисунком. В какой-то момент Тэ ловит себя на мысли, что такая простая одежда не совсем сочетается с ее яркой и запоминающейся внешностью.       Медленно поднимая взгляд обратно на чужое лицо, Тэхен понимает, что все в комнате, кажется, смотрят на него. Девчушка с широко распахнутыми глазами смотрит словно в саму душу. Ее взгляд за тонкими стеклами очков и легкая улыбка на губах говорят, что она явно что-то от него ожидает.       – Что…? – переспрашивает Тэхен, несильно отодвигая свой стул от стола. Он растеряно переводит взгляд на Намджуна, без слов прося о помощи, которая неожиданно приходит с иной стороны.              – Ты его напугала. – спокойно раздается чужой голос, и на кухню входит последний член семьи.       Тэхен, глядя на него, решает, что это должно быть Чонгук — единственный и неповторимый взрослый сын Еджин, которому двадцать с хвостиком лет и который учится в медицинском. На нем одеты темные брюки и простая футболка без какого-либо рисунка. Он стоит в стороне лишь несколько минут, перекидываясь с сестрой незамысловатыми фразами, при этом сложив руки на груди, заставляя мышцы показываться без особых усилий. У него темные волосы, которые, нетяжело догадаться, не стригли слишком долго. Они легкими волнами падают на лоб и прикрывают густые брови.       – Я всего лишь спросила его имя. – фыркает девушка и показательно с улыбкой закатывая глаза.       – Будто ты его не знаешь. – Чонгук отвечает с улыбкой, приподняв одну из бровей. Его взгляд говорит, что да, они прекрасно знают, кто такой Тэхен. Им рассказывали про него вкратце, а может быть и не только.       – Давайте за стол, дети. Сейчас сядете, и мы все нормально познакомимся.       Тэхен, скрываясь за своей челкой, опускает голову и украдкой наблюдает, как все садятся на места. Еджин садится рядом с Намджуном, напротив Тэ, а девушка — прямо к маме. Она, до сих пор даже не представившись, с хитрым взглядом осматривает еду, облизывает губы и, похоже, уже готовится выбрать что-то первым.       Отвлекаясь от дочери Еджин, Тэхен поворачивает голову в бок и видит, что Чонгук так и не сел. Взглядом скользит по столу и замечает, что единственное свободное место с приборами находится рядом с ним. Из-за этого он старается чуть подвинуть стул, чтобы освободить больше места и как можно дальше уйти от не слишком радостного на вид старшего.       Поднимая голову чуть выше, чтобы посмотреть на того, Тэхен замирает от вперившегося в него взгляда. Они смотрят друг другу в глаза и долгие по ощущениям секунды даже не двигаются. Чонгук медленно придвигается к нему, наклоняясь, однако в последнюю же секунду хватает тарелку с приборами с пустого места и делает шаг назад, спокойно собираясь сесть напротив Намджуна во главе стола.       Через короткие секунды, осматривая весь стол, Тэхер снова встречает с заинтересованным, но достаточно отстраненным Чонгуком. Они смотрят друг другу в глаза, и секунды растягиваются будто бы до бесконечности. Тэхен ощущает, как его сердце бьется быстрее, а руки начинают дрожать. В этот момент он чувствует, как в нем нарастает необъяснимая паника. И, несмотря на то, что он пытался убедить себя, что отношения с детьми Еджин не так важны для него, теперь он понимает, что ему хочется иметь с ними хотя бы просто нормальные отношения. Сейчас ему бы этого хотелось.       Тэхен, опуская голову, снова начинает считать от нуля до десяти, чтобы успокоиться. Не то, чтобы он вообще горел желанием узнать новую семью папы поближе до этого, но после такого знакомиться ни с кем ему не хочется совершенно точно.       – Ну, давайте знакомиться. – воодушевленно говорит Еджин, не замечая чужого напряжения. Она несильно хлопает в ладоши и обводит взглядом всех сидящих за столом. Задерживается темными глазами на Намджуне, подталкивая того к дальнейшим действиям.       – Тэхен? – спокойно обращается отец, привлекая внимание сына. Тот медленно поднимает голову и, стараясь не труситься от накрывающего его разочарования, кивает, показывая, что слушает. – Это, как ты, наверное, уже догадался, Еджин. – он поворачивает голову с теплой улыбкой в сторону и показывает на женщину, которую парень и так именовал той самой возлюбленной отца из снов.       Еджин с искренней радостью от встречи кивает на чужие слова и проговаривает тихое «привет», все так же улыбаясь от уха до уха. Если при знакомстве с Намджуном она вела себя так же, несложно понять, чем она его привлекла. Отец всегда говорил, что улыбка — главное украшение человека.       – А это Мина, младшая дочь Еджин. – продолжает Намджун, указывая на девочку. – Я тебе немного рассказывал о ней в дороге. – Тэхен с трудом припоминает это. Видимо, отец упомянул ее после ситуации с кондиционером.       Мина, тем временем энергично машет ему рукой, но ничего не говорит, слишком увлеченно жуя. Похоже до этого она была слишком голодна.       В последнюю очередь Намджун представляет Чонгука. Тот лишь коротко смотрит на Тэхена, кивает и вновь сосредотачивается на еде, не проявляя особого интереса.       – Расскажешь что-нибудь о себе? – спрашивает Еджин, запивая вином кусочек мяса. Она явно счастлива этому знакомству и искренне не замечает напряжения в госте.       – Ну… – Тэхен так и не доносит кусок маринованной редьки до рта. Откладывает приборы в сторону и прячет руки под стол, сжимая их между коленями. – Мне двадцать два. В этом году я закончил третий курс университета.       Он говорит неуверенно и оттого достаточно тихо. Не знает, что от него ожидают услышать, поэтому глазами бегает по лицам старших, будто бы ища ответ. Он напрягается, пытаясь придумать, что добавить. У него нет особых увлечений – он либо читает, либо смотрит фильмы с Ери, которая никогда не возражает против его компании.       – А на кого учишься? – проявляет интерес Еджин, помогая с продолжением. В отличие от нее, остальные выглядят достаточно равнодушными.       – Международный бизнес. – коротко отвечает Тэхен. Выбор профессии был долгим и мучительным, но в итоге он поступил туда, куда посоветовала мама.       – О! Значит, ты можешь помочь мне с экономикой?! – внезапно оживляется Мина. Она привстает, опираясь руками на стол, и смотрит на него с таким восторгом, будто найдя своего спасителя. – Только не говори, что тоже ничего не понимаешь!       – Я… понимаю. – смято отвечает Тэхен, неуверенно смотря на вспыхнувшую воодушевлением девчушку. Он чувствует себя сбитым с толку такой энергией.       Когда девочка снова усаживается, он незаметно выдыхает. Намджун замечает это и тут же перенимает все внимание на себя: наполняет бокалы, болтает обо всем подряд, рассказывает шутки, через раз подкладывая закуски в тарелку Еджин.       В самом конце, когда Мина с матерью начинают уносить грязные тарелки, Тэхен, отказавшись от десерта, уходит в свою комнату, сославшись на усталость. И хотя он действительно вымотан, сил для самокопания у него остается более чем достаточно.       Идя по коридору, он снова и снова прокручивает в голове слова отца про поиск выделенной ему комнаты. Парень старается дышать через раз, из-за чего дыхание сбивается, будто кто-то сжимает грудь изнутри. Непонятная истерика, накрывающая его, заставляет терять воздух, и он пытается дышать глубже, чтобы ее предотвратить. Но в последний момент, когда тяжесть эмоций окончательно накрывает его и с губ срывается тихий, но достаточно слышный всхлип, Тэхен все же находит нужную дверь, заходит в комнату и сползает по лакированному дереву на пол. Зарывается руками в волосы на голове и прячется от всего мира. Как же он хочет сейчас оказаться дома — рядом с мамой, которая знает о нем полностью все и всегда старается поддерживать, не надавливая вежливостью или хорошим настроением.       И хорошо, что он догадался в порыве неясного страха запереться на ключ. Потому что по ту сторону двери Чонгук несколько раз бесшумно поворачивал ручку, пытаясь войти и убедиться, что все в порядке. Он слышал тихие всхлипы и точно знал: от радости они быть не могли.