Два капитана

Море бушевало, предупреждая о надвигающейся буре. Нереида разрезала вздымающиеся под собой волны, поднимаясь и падая в такт. Рассвет, который в порту едва падал на доски причала, уже затянулся свинцовыми тучами вдали. На горизонте, белые паруса вражеского корабля неестественно выделялись на фоне чернеющего неба. Ветер становился, все сильнее кидая Нереиду из стороны в сторону, рвано, дергая паруса. — Эдгар! — Мистик крепко держал штурвал, едва заметно щурясь от боли во всем теле. — Готовь корабль к шторму, Дрейк ему на помощь. Синхронно кивнув старшие члены корабля удалились на палубу. Лаггер с опаской выглядывал за борт корабля. Волны, все сильнее бушующие там, разбивались о фальшборт корабля поднимая тучу брызг ввысь. Боцман, казалось, не ощущал нарастающую качку и ловко перебирался с места на места лишь изредка останавливаясь, держась за борт. — Сол, Тоби и Фин, стаксель держать, рифы на фок-марсель. Живо! Юнги тут же принялись за работу, соленая вода, подхваченная ветром, иглами впивалась в кожу. Руки замерзали и проскальзывали по канатам, оставляя горящие мозоли и едва различимые полосы крови. Сол зашипел, упрямо борясь со стихией пока товарищи вязали узлы. На помощь к ним Дрейк отправил Кая и Лиама, чтобы как можно быстрее юнги и молодые матросы убрали лишнюю площадь паруса. — Филипп, Хью, Гаррье и Бранко - закрепить пушки и ящики в трюме. — Взгляд боцмана метнулся к остальным членам команды. — Лаггер, Мирон, Морган, Аксель, Дрейк готовимся к абордажу. Дрейк, услышав свое имя убрал подзорную трубу, оглядываясь на Эдгара. — Они не ставят рифы. Блондинистые волосы разметались и выбившиеся пряди липли к лицу. Боцман прищурился единственным глазом и крепко задумался. Лаггер вгляделся в сгущающуюся темноту, корабль картографа был уже совсем близко. Паруса угрожающе надувались, дергая корабль. В один момент послышался треск древесины сродни раскатам грома, а затем одна из матч угрожающе наклонилась вбок. — Идиоты. — Эдгар перевел взгляд на свою немногочисленную абордажную команду. — Это наш шанс, воспользуемся моментом. Напуганные преследователями и возможным гневом, который обрушится на них, команда картографа поспешила ретироваться. Понадеявшись на удачу, паруса не убрали для скорости, пытаясь поймать ветер, но море ошибок не прощает и это знал каждый. Накренившись, грот-мачта зацепилась парусом за фок-мачту и повисла над палубой. Ход замедлился, и «Нереида отречения», подхваченная волнами, быстро нагнала свою «добычу». — Действуем быстро, иначе пойдем на дно вместе с ними. — Эдгар ступил на фальшборт, держась свободной рукой за канат. — Закидывай кошки. Крюки заблестели в остатках солнечных лучей и с гулким стуком зацепились за борт вражеского корабля. Полностью растерянные матросы суетились на палубе, пытаясь предпринять хоть какие-то попытки не сделать ситуацию еще хуже. Первым в бой, пробежав по доске, вступил Эдгар, за ним Дрейк и Лаггер. — Забрать то, что принадлежит нам! — Раздался голос боцмана. Лаггеру повторять не нужно. Быстро оценив ситуацию, он ринулся в бой. Множественные схватки за его плечами позволяли уворачиваться мгновенно и читать все атаки противника. Несмотря на свой, довольно, юный возраст и не совсем крупное телосложение, по силе Лаггер не уступал даже самым бывалым матросам. На верху хлопали паруса, трещало дерево и плотная ткань полотнища, внизу бушевали волны, норовившие поглотить нерадивых моряков в свою пучину. Шторм действительно сыграл на руку команде Нереиды. Кто-то в спешке или в гуще битвы выпал за борт, кого-то придавило обломками, падающими сверху. Замерев на мгновение, Лаггер обвел взглядом палубу. «Капитана» корабля нигде не было видно, значит он прятался где-то внизу, прямо как Мистик в их самую первую встречу. Все наглецы так поступают? Он хмыкнул и протиснулся в трюм, выбивая дверь ногой. — Вылезай крыса. — Прошипел он. — Я знаю, что ты здесь. Бочки и ящики угрожающе наклонялись от волн и казалось, что ремни и сетки вот-вот не удержат их, рухнув прямо на Лаггера. Корабль, накренившийся из-за упавшей грот-мачты, опустил пушечные порты ниже ватерлинии, и вода уже хлестала внутрь, стоило лишний раз волне накатить. Где-то в углу плескалась лужа, под ногами хлюпала вода. Пнув один из незакрепленных ящиков, он обнаружил картографа, жалко забившегося в угол. На шее болтался кулон, а руки неуверенно сжимали кинжал. — Не подходи ко мне! Картограф выглядел до смешного неуклюжим. Его грузная фигура полностью вымокла и без того редкие волосы, взмокли и прилипли к лбу. Лаггер скривил губы и одним движением выбил оружие из рук этого несчастного. — Верни кулон. — Лаггер приставил лезвие сабли к горлу мужчины. — И может тебя не убьют. — Где гарантии?! — Завизжал он. — Какие гарантии? — Лаггер наклонился, заглядывая в глаза бусинки. — Ты их боцмана видел? Он тебе голову не глядя откусит, — Он щелкнул зубами и ухмыльнулся. — Скажи спасибо, что я не одна из его псин и ты, пока что, жив. — Лаггер, черт бы тебя побрал! — Слышится грозный оклик сверху. — Живо на палубу! Лаггер не отрывал взгляда от картографа, а лезвие продолжало угрожающее скользить по шее. Вода уже плескалась у их лодыжек, холодная, обжигающая солью открытые раны. —Тик-так, часики тикают. — Он кивнул на воду под ногами и подцепил кулон на шее, потянув. — Кулон мне, и я не стану связывать тебя, глядишь, сможешь сбежать. Хотя я сомневаюсь. — Он деланно задумался, — Попробую прикрыть тебя, конечно. Наверху раздался оглушительный треск - часть мачты все-таки обрушилась на палубу, частично пробив деревянные доски. — Чертовы крысы. — Пробухтел он, нехотя снимая кулон с шеи. — Они точно меня не тронут? Лаггер забрал кулон и довольно улыбнулся. — Точно-точно, ладно, бывай. — Он направился к лестнице и махнул картографу не оборачиваясь. Сверху на него уже гневно смотрел Эдгар, который, казалось, не замечал хаос царивший вокруг. — Как раз тебя вспоминал, уважаемый боцман! — Он похлопал его по плечу и резко наклонился к уху. — Картограф внизу, если хочешь с ним разобраться – самое время. Лаггер отстранился, ловко лавируя между трупами на палубе. Все погрузилось в тишину, только ветер хлестал по рваной парусине, скрипел такелаж и редкие капли дождя начинали барабанить по доскам. Он перепрыгнул на Нереиду, едва не свалившись в пучину морскую от накатившей волны, и вальяжно прошел на квартердек, под недовольный и уставший взгляд Мистика. Лаггер подбросил кулон капитану и тот ловко словил его в полете. — Не благодари, капитан. Мистик удивленно вскинул брови, но, действительно, отвечать не стал. Взгляд остановился на отчаянно отбивающемся картографе. Мужчина, вопил что-то невнятное, пока Эдгар тащил того за связанные руки к мачте. Рядом с веревкой на плече шел Дрейк, наблюдая с какой ловкостью и легкостью, боцман усаживает картографа спиной к сломанной мачте. Накинув веревку и пару раз и обмотав мужчину, Дрейк завязал крепки узлы. Вся остальная команда уже ждала на бригантине поэтому, закончив, боцман и штурман вернулись обратно. Ветер трепал волосы, а дождь начинал лить все сильнее. Вражеский корабль медленно шел ко дну, не пришлось даже тратить лишние ядра, чтобы потопить его. Мистик продолжал стоять у штурвала, Лаггер, поймав на себе жалобный взгляд картографа, лишь пожал плечами и улыбнулся. Впереди всю команду ждал тяжелый день. Они не спали целые сутки, и судьба злодейка именно сегодня решила проверить их на прочность. Шторм не вписывался ни в какие планы. Возвращаться обратно в порт сродни самоубийству, причем, глупому, сейчас лучше остаться в море. — Пушки закрепили? — Закрепили, капитан. — Отозвался Бранко с палубы, перепачканный сажей и порохом. Капитан кивнул и продолжил раздавать указания. — Эдгар! — Дождавшись, когда боцман подойдет ближе, Мистик перекрикивая ветер, сказал: — Сол, Тоби и Финн на реи. Если заметят хоть один намек на разрыв – пусть режут канаты без моего приказа, ясно? — Принято. Боцман тут же нашел глазами юных пиратов и двинулся в их сторону. — Лаггер помоги Дрейку с шкотами на гроте. Лаггер молча кивнул. Исполнять чьи-то приказы до сих пор не вошло в его привычку, но жить хотелось безумно. Он подошёл к штурману, который, стиснув зубы, тянул мокрый канат, пытаясь удержать парус от разрыва. Вдвоем работа шла быстрее, хотя мышцы рук быстро забивались от тяжелой работы и борьбы со стихией. Одно неверное движение и корабль пойдет ко дну. Все, кто выходил в море это прекрасно понимали. Волны разбивались о фальшборт, окатывая моряков с ног до головы и сбивала с ног. Руки разбитые и стертые в кровь ныли от морской соли, разъедающей, казалось, закаленную грубую кожу. Нереиду поднимало на волнах и тут же бросало вниз, на мгновение могло показаться, что еще одного удара она не выдержит. Но бригантина, как и её обитатели, стойко держалась, принимая все удары о воду. Капитан корабля не сдвинулся с места с самого начала шторма, все тело болело от множественных ран, но он продолжал направлять корабль сквозь бурю. Юнги, вцепившись мертвой хваткой в ванты стойко наблюдали за парусами, принимая каждый порыв ветра и раскат грома. Ливень словно не хотел уступать, пока окончательно не сломит волю команды Нереиды, но, к счастью, на горизонте затянутым тучами уже виднелись пробивающиеся лучи. Становилось спокойнее, волны уже не разбивались о фальшборт и несли корабль в произвольном направлении, сохраняя ощутимую качку. К счастью, в этот раз море было благосклонно к команде Нереиды Отречения. Лаггер мельком бросил взгляд наверх, где юнги уже заметно расслабились. Сол сидел на марсах свесив ноги вниз, на вантах застыли Финн и Тоби о чем-то оживленно переговариваясь. Раскаты грома до сих пор гремели вдалеке, но все уже позади. Лаггер оглядывается, матросы, полностью выбившись из сил расселись вдоль фальшборта. Кто-то промывал раны, кто-то чистил палубу от водорослей. Лаггер посмотрел на свои руки и поджал губы, кожа содралась, по виску стекала кровь, напоминая, что он не такой уж и непробиваемый. Голова тотчас разразилась пронзающей болью, а мозоли на руках заныли. Он болезненно поморщился. — Держи. — В бок ткнул один из матросов, кажется его звали Мирон. Закаленный в боях мужчина, протягивал флягу. — Сразу полегчает. По запаху внутри было что-то запредельно крепкое и, недолго думая, Лаггер сделал несколько глотков. Алкоголь согревал горло, утоляя жажду и позволяя затуманить разум и приглушить боль во всем теле от чего становилось лучше. — Ну и дрянь… Поджарый матрос в ответ рассмеялся и хлопнул его по плечу. — Зато какая действенная! Мирон отправился дальше предлагать «Удар Дьявола» остальным. Юные члены экипажа отнекивались, понимая, что один глоток и Кай и Лиам свалятся без задних ног до следующего утра. Юнги кривили лицо от терпкого запаха. Зато остальные матросы и старшие не отказались. Лаггер мельком глянул на капитана. Он о чем-то увлеченно беседовал с Дрейком указывая на карту и спустя пару мгновений согласно кивнул. Из раздумий Лаггера вывел Финик, подошедший сзади. — Ром – от всех болезней. — Юнга протянул деревянную кружку. Лаггер улыбнулся и протянул ладони. Обрабатывать раны было не самой приятной процедурой, но самой безобидной из всех, что могли произойти в море. Юнга по очереди обработал каждую ладонь, а затем передал кружку капитану. Руки молодняка всегда страдали больше всех, как и сегодня. Содранная кожа, струйки крови, стекающие по запястьям. — Н-да, ну и досталось же тебе. — В подтверждение его слов Финн зашипел, стиснув зубы. — Ничего. Все пройдет. Капитан шхуны лишь согласно кивнул, не находясь с ответом. Голова немного кружилась, но боль, действительно, отошла на задний план. — Команда нуждается в отдыхе, — сказал Эдгар, глядя на Сола и Тоби, которые, спустившись, сидели спина к спине у одной из мачт. Головы были склонены к груди, вероятнее всего оба дремали, пока была возможность. — И в провизии… — Сказал он, протягивая свою флягу с ромом капитану, намекая, что вода на исходе и приходится довольствоваться тем, что есть. Мистик кивнул. — Отправимся на Терру. — Сказал он, не повышая голоса. — Уже? — Дрейк перевел взгляд от карты на капитана. — Да. — Он открыл кулон и достал карту, сверив её с обычной. — Остров, который нам нужен как раз в том же направлении. — Принято, держим курс на юго-запад. — Штурман задумался, проводя невидимые расчёты в голове. — Путь не близкий, около двух с половиной дней. — Справимся. — Коротко отозвался Мистик, а затем повысив голос добавил. — Держим курс на Терру господа. Финн, до этого стоящий понуро, вдруг оживился, а по палубе прошелся шепот. — На ту самую Терру? — Понизив голос спросил он у своего капитана. — Получается, что так. — Он поднял взгляд на Мистика и тот кивком головы подозвал к себе. Старшие члены отряда уже ушли на заслуженный отдых, как и другая половины команды, поэтому на квартердеке сейчас стоял лишь один капитан. — Значится, — Лаггер запрыгнул на фальшборт. — Плывем на вашу родину? — Точно. — Он крепко сжимал штурвал, словно нервничая. — В первую очередь нам нужен отдых и провизия. Будет славно еще поставить Нереиду на верфь и навестить пару контактов. — Контактов? — Глаза заблестели, в целом поездка на Терру казалась чем-то немыслим для Лаггера и сейчас внутри разыгрался азарт. Песнь Ветра была стереотипным кораблем, которого стоит остерегаться, даже если команда поднимала флаг торгового судна. Многие торгаши все равно предпочитали избегать шхуну. Песнь Ветра выглядела как твоя закадычная боевая подруга – её корпус был покрыт сетью трещин и выбоин, залатанных наспех досками другого оттенка, будто старые шрамы на коже. Потемневшие паруса словно загорелая кожа от бесконечного палящего солнца над морской гладью. А команда? Команда была сомнительным, шумным, дерзким контингентом, который больше годился для таверны, чем для светского салона. Что не скажешь о Нереиде Отречения. Бригантина служила, не то, чтобы идеальным примером торгового судна, но корпус из светлого дерева и такие же почти нетронутые паруса, создавали ауру доверия к судну. Экипаж говорил сам за себя. Недавние дворяне, еще не совсем одичавшие в условиях морского быта, могли закатить на палубе чаепитие по всем каноном этикета и скрипкой для сопровождения. И все, кто смотрел в подзорную трубу с другого корабля, поверили бы в их игру. Вот только за этой иллюзией скрываются умелые убийцы, брезгливо переступающие трупы после удачного абордажа. — Самый надежный источник дохода нереиды – контрабанда. Мы возим оружие и порох с «нашей» стороны и передаем их королевству, иногда табак, какао, кофе и прочее или важных шишек. — Он посмотрел на Лаггера. — Если понимаешь, о чем я. — Знаешь, — Он провел рукой по борту. — На своей «посудине» мы только грабили и убивали, поэтому, будь добр, посвяти меня. Мистик выгнул бровь и мельком глянул на Лаггера, тот криво улыбнулся, словно издеваясь. — Задачка. Представь, что ты король, а твоя дочь — принцесса. Красавица, наследница, свет очей всего дворца. Но однажды она рожает ребёнка от простолюдина. Не то чтобы бродяга, но явно не из «голубых кровей». В семье — скандал. Честь под угрозой. Будущее трона в опасности. Лаггер кивнул, понимая к чему идет «задачка». — В один день – она исчезла из дворца. Ты велел её найти, обещал стражникам повышение, титулы, ордена, признание, поместья. Стража прочёсывает каждый закоулок и рыщут по границам. А она как будто сквозь землю провалилась. Знаешь, где она сейчас? Лаггер усмехнулся. — Хочешь сказать, вы её вывезли? Подальше от королевства, пока не затихнет шум? Недавний холодный, колючий ветер, сменился на приятный морской бриз. Скрипел такелаж, корабль погрузился в тишину. — Именно. — Мистик сверился с компасом и продолжил. — Принцессе повезло, что судьба завела её на наш корабль, бывших «джентльменов». — И что же «Джентльмены» не решились тронуть королевскую особу? — Если было бы нужно – мы бы повесили её на реях или кинули за борт. — Он помолчал, задумавшись, будто переносясь в тот день. — Но мы оставили её в первом же порту. Он сделал паузу, проводя пальцем по краю компаса. — Иногда контрабанда — это не груз. Иногда это возможность войти в салон или таверну и сказать: «Я знаю, кто вы» — и видеть, как дрожат руки у людей, которые считают себя неприкасаемыми. Власть, информация, связи — вот какую выгоду можно получить с таких «пассажиров». Лаггер задумался. Он посмотрел на Нереиду, на её безупречные паруса, на матросов, которые могли бы сойти за офицеров империи, если бы не блеск клинков за поясами и множественные шрамы, скрытые под камзолами и рубахами. — Вот как значит… Мистик кивнул и спросил: — Не ты ли кичился знаниями о торговых путях? — Было дело. — Он спрыгнул и подошел ближе, заглядывая в карту. — Но это все результаты бесчисленных боев и слежке за «важными шишками» как ты сказал. У нас не было связей, к сожалению или к счастью. — Он поднял смеющийся взгляд на Мистика. — Но не в этом ли прелесть? Азарт? Когда кровь кипит, паруса расправлены и в воздухе витает запах пороха от очередного преследования, которое обернется безоговорочной победой? — Безрассудство однажды погубит тебя, — сказал он тихо. — Ты летишь навстречу огню в лампе, словно мотылек, только большинство из них потом погибают, а тебе повезло. — Я это уже слышал от вашего штурмана. — Он прав, — ответил Мистик, наконец повернувшись к нему. — Чёткий план, дисциплина, хладнокровие — вот что даёт преимущество. — Зануда. Главное преимущество – напасть исподтишка, неожиданно, понимаешь? — Напомнить, чем закончилось ваше второе проникновение на Нереиду? На первый взгляд дружелюбная беседа вдруг оборвалась, превратившись в пропасть между ними. — Я никогда не прощу тебе то, что ты сделал с Лией. — Я капитан, — ответил он спокойно. — И вся моя команда стала мне семьёй, как тебе шхуна. — Мистик перевёл взгляд на Лаггера, и в его глазах не было ни злобы, ни раскаяния. — Как и ты, я не позволю им навредить. Ни тогда. Ни сейчас.

***

Прошло уже больше суток с начала пути к Терре. Будни моряков изо дня в день не отличались особыми развлечениями и досугом. Скорее это нудная рутина откачки воды, ловли крыс в трюме и бесконечный перебор припасов из-за того, что большинство портилось быстрее, чем их успевали съесть. Палящее солнце обжигало открытые участки тела и лишь иногда спасал легкий бриз с моря. Тем не менее были и маленькие радости на пиратском корабле. Где-то между бочками с пресной водой и ящиками с провизией, Мирон и Гаррье каждый вечер устраивали свои тайные картёжные баталии. На кону обычно сушеная рыба, ром или, в особенно жаркие вечера, ночь в таверне за счёт проигравшего. Юным обитателям корабля, если старшие члены экипажа были в хорошем расположении духа, разрешали подниматься на квартердек и слушать лекции о судоходстве, параллельно отвечая на небольшие «экзаменационные» вопросы. Если же капитан не располагал временем или желанием, юнги пропадали в камбузе, помогая Луке. Кто-то ловил рыбу, кто-то пел шанти так и тянулся обычный день без «приключений». Уже под вечер, когда закатные лучи окрашивали паруса в оранжевый оттенок, с палубы послышался свист и улюлюканье. Толпа местных «зевак», состоящая в основном из матросов, расселась на бочки и палубу вдоль фальшборта. На квартердеке дежурил Дрейк и Эдгар, с любопытством наблюдая за сценой у мачт, где две фигуры застыли друг напротив друга. Мистик стоял, скинув свой камзол и оставшись в белой рубашке с закатанными рукавами. Руки были покрыты старыми шрамами и новыми ссадинами после недавнего похищения. Напротив него Лаггер, с лёгкой улыбкой на губах, перехватывал свой клинок, будто примерялся к нему впервые. — Что на кону, капитан? — Проиграешь — будешь драить палубу вместо юнг неделю, — ответил Мистик, не отводя взгляда. — Выиграешь — получишь право командовать следующим абордажем. — Идет. — Легко согласился Лаггер. На палубе воцарилась тишина. Все, кто находился здесь давно замечали, что между двумя капитанами давно зрела не только вражда, но и странное, непризнанное уважение. Лаггер рванул вперёд, используя всю свою скорость, нанося серию быстрых ударов, пытаясь выбить противника из равновесия. Мистик ловко парировал каждый из них. Лаггер не собирался сражаться вполсилы, понимая, что капитан бригантины не тот человек, с которым нужно сдерживаться. Звенели сабли, отбрасывая едва заметные искры. Один контрудар, второй, третий. Лаггер попытался обмануть его ложным выпадом слева, но Мистик уже стоял справа, поставив саблю к горлу противника. — Мёртв, — произнёс он тихо, глядя сверху вниз. Лаггер хищно улыбнулся. Он резко увернулся под саблей, оставив оппонента в замешательстве. Мистик едва успел отклониться от внезапной атаки. Клинок проскользнул в сантиметре от ключицы, оставив на рубашке тонкий разрез. — Неплохо, — сказал он на выдохе, одобрительно кивнув. Бой продолжился. Клинки продолжали звенеть, а две фигуры, словно в танце кружили по палубе, будто не замечая окружающих их матросов. Все замерли, юнги с азартом наблюдали на стычку двух капитанов, беззвучно поддерживая каждого. Мистик перешел в наступления, ведя войну на измождение. Клинок рассекал воздух с холодной точностью, заставляя соперника тратить всё больше энергии на защиту, не оставляя ни малейшего просвета для контратаки. Лаггер отбивался, пот стекал по лбу, руки дрожали от напряжения, дыхание стало чаще. С каждым ударом, казалось, его улыбка становилась шире. Такая улыбка расцветала лишь тогда, когда перед тобой стоял равный. Мистик это видел. Видел, как Лаггер, почти обессиленный, ловит момент и упрямо пытается прорваться сквозь оборону. Видит взгляд бледно серых глаз, бегающих по его фигуре и в итоге встречающихся с его голубыми глазами, словно лазурное море. Запал Мистика постепенно сходил на нет, тяжелые удары занимали столько же силы, как и защита от них. Поймав, друг друга на ошибке они замерли. Клинок Мистика застыл у самого горла Лаггера, лезвие касалось кожи, оставляя едва заметную полоску. Сабля оппонента угрожающе застыла у сердца капитана бригантины. Грудь тяжело вздымалась, рубахи взмокли, пряди волос прилипли ко лбу, руки едва заметно подрагивали от напряжения, но никто не собирался опускать оружие. — Чего это вы, капитан, — Начал Лаггер, переводя дух. — Силы свои не рассчитываете? Мистик ухмыльнулся, вспоминая их самую первую встречу. Наглый до невозможности, на первый взгляд юнец, смеется глядя в глаза капитану. Связанный и разбитый, но довольный с улыбкой на лице, словно не его словили в плен, а он в одиночку взял бригантину штурмом. — Ничья. — Тихо отозвался Мистик синхронно с Лаггером опуская клинок. Солнце скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь тонкую оранжевую полосу, теряющеюся в волнах.