In your hands

Clarke’s POV Я услышала скрип отодвигаемого стула, и шум вокруг меня прекратился. Пока я пыталась понять, почему все так странно себя ведут, я увидела, что моя лучшая подруга стоит над Лексой, наморщив лоб и сжав руки. Не отступая, Лекса медленно поднимается со стула, словно с трона, а Рейвен не сводит с нее пристального взгляда. Следя за ее движениями, пока Лекса пытается утвердить свое превосходство, Рейвен произносит что-то, чего я не могу расслышать с такого расстояния. Рейвен не боец, но в ней это есть. В конце концов, она пламенная латиноамериканка. Я вижу, как она тычет указательным пальцем Лексе в грудь, и понимаю, что должна немедленно вмешаться, пока ситуация не обострилась.   - Тебе действительно нужно быть осторожнее в том, как ты разговариваешь со мной. - Рэй, что случилось? Встав посередине, очевидно что внимание обеих по-прежнему приковано друг к другу. Я вижу, как охрана с другой стороны поглядывает в нашу сторону, и это становится не очень хорошо. Медсестры шепчутся друг с другом, в то время как другие не спускают с нас глаз, на всякий случай, если вдруг что-то всё таки случится. - Спроси доктора Вудс. Я смотрю на Лексу, неузнаваемую в ее презрительной позе, и почти забываю, что утешать ее больше не входит в мои обязанности. Немного отодвигая свое беспокойство, я подхожу ближе к Рейвен, тогда же Лекса наконец переключает внимание. Безмолвная мольба и довольно убедительный аргумент, в виде драгоценных камней перидот в ее глазах, почти удерживает меня, но я остаюсь нейтральной по отношению к реальной проблеме, которая мешает Рейвен броситься вперед. Я слишком радуюсь, когда вижу, как мимо вальсирует Аня, которая сразу же замечает, что именно мы трое в сборе, поэтому она уверенной походкой направляется в нашу сторону. Она кладет руку на плечо Лексы, но быстро убирает ее, как только дотрагивается до него. Лекса стремительно уходит, а Аня смотрит на нас с Рейвен так, словно у нас в кармане припрятаны ответы на все вопросы. - Я понятия не имею, Аня. Твоя сестра неуправляема, - Рейвен вскидывает руки в воздух, решая заговорить первой, прежде чем Аня успевает задать свой вопрос. - Что случилось? - Я спрашиваю. - Хороший вопрос, - Аня сцепляет руки за спиной и пристально смотрит на меня. - Что. Случилось. - да, похоже она сейчас имеет ввиду совсем не то что только что произошло. Значит, Лекса с ней не разговаривала. - Всего несколько дней назад вы целовались в аэропорту. А теперь, когда вы рядом, кажется, что вот-вот взорвется атомная бомба. Я молчу, и понятия не имею, что делать. Рейвен знает, что что-то происходит. Аня просто ужасна. Рабочий день только начался, и это не нормально. - Кларк? Серьезно, это полный разворот на 180 градусов - Рейвен усаживает меня на стул рядом. Я понятия не имею, как она догадалась, что у меня вот-вот могут подогнутся колени. - Все кончено. Мы... расстались. - Почему? - Просто...Ничего хорошего не получилось, окей? - Краем глаза я замечаю, как Аня оглядывается в поисках Лексы. Затем на ее лице появляется выражение грусти, когда она видит, как я поддергиваю коленом вверх-вниз. - Мне нужно найти ее, - Аня достает свой телефон и пытается дозвониться до нее. Я же сижу здесь и думаю, как, нахрен, мы должны себя вести. Эмоции на пределе у обеих, и грозит большой атомный взрыв, так скоро от больницы ни чего не останется. - Эй, ты в порядке? - Рейвен сканирует мое лицо. Даже если я кивну, она мне не поверит. Как мне объяснить, что я стараюсь изо всех сил? Что каждый раз, когда я сталкиваюсь с Лексой, во мне словно происходят две битвы. Одна в моей голове, а другая в моем сердце. До сих пор я была на стороне своего разума. Который говорит, чтобы я больше не поддавалась на ее успокаивающий голос и пронзительный взгляд. Если, я просто не буду позволять ей прикасаться ко мне, то смогу сдержаться и не броситься в ее объятия. И я неплохо справлялась, мои вспышки гнева вместе с обидными слова, которые вырываются из меня, вроде как работают. И это то, что мне нужно сделать... солгать сквозь зубы, чтобы она поняла намек.   - Ответа нет, - Аня убирает телефон обратно в карман. - Что она тебе сказала, Рейвен? - Она велела мне отвалить нахуй от нее. А когда я спросила, в чем ее проблема, она ответила, что во мне и во всех остальных здесь, - усмехается она, и Аня выдыхает через нос. - Зачем ты вообще с ней говорила? - Потому что я могу? Всмысле? - Ты ее разозлила. - Ты же не серьезно. - Лекса вспыльчива, так что да, я серьезно. - В чем, черт возьми, моя вина, Аня? Ей нужно держать себя в руках, мы на работе. Теперь я чувствую, что назревает еще один спор. Я не хотела быть в центре всего этого. Мы не должны быть причиной ссор между нашими друзьями и семьей. - Рэй, успокойся, - я пытаюсь остановить ее от ссоры с еще одним членом семьи Вудс. - Нет, Кларк, это чертовски смешно! Я не сделала ничего плохого! - Восклицает Рейвен, и Аня отступает назад. - Нет, ты этого не делала, - вздыхает Аня, садясь рядом с Рейвен и стараясь не прикасаться к ней, когда она так зла. - Я хочу знать, почему вы двое расстались, - Аня поворачивается ко мне. - Ну, очевидно, что она испортила все, что было у нее с Кларк, и теперь она не может с этим справиться, - Рейвен может быть в некотором роде провокатором, когда не может контролировать свои слова. И она также будет яростно защищать меня до последнего вздоха. - Рейвен, - предупреждаю я. Она причмокивает губами и скрещивает ноги, как будто хочет подразнить Аню. - Я должна... Затем из ниоткуда, словно темные тучи, надвигающиеся перед бурей, появляется Лекса и смотрит на Рейвен сверху вниз. Аня поднимается со своего места и внимательно следит за ее движениями на случай, если ей придется вмешаться. Рейвен же, невозмутимая, но недовольная тем, что Лекса стоит над ней, терпеливо ждет, когда та что-нибудь скажет или сделает. - Я просто хочу извиниться, доктор Рейес. Это было непрофессионально с моей стороны. Надеюсь, мы сможем забыть об этом. Она протягивает руку и надеется, что Рейвен примет рукопожатие. Мы все мягко говоря удивлены, что Лекса пренебрегла своей гордостью и сделала это перед... всеми. Это определенно на нее не похоже. - Это действительно чертовски странно. Несмотря на то, что мы знакомы с сестрами Вудс уже довольно давно, мы обе испытываем к ним чувства, и они по-прежнему остаются для нас загадкой.  После того, как Рейвен пожимает ей руку, Лекса исчезает в палате для пациентов. - Что это было? - Рейвен смотрит прямо на Аню. Если кто-то и может объяснить действия Лексы, то это она, но даже она выглядит растерянной. - Я не знаю. Просто... дай ей сегодня побыть одной, - уверена, это больше относилось ко мне, чем к Рейвен. В итоге сегодня мы работаем в разных концах отделения ER. Я не знаю, почему я все еще ловлю себя на том, что пытаюсь хотя бы мельком увидеть ее, хоть я ясно сказала ей держаться от меня подальше, но это несправедливо. Она именно так и поступает. Оставляя меня в покое. Отдаляясь не только от меня, но и почти от всех. Рейвен, кажется, снова стала самой собой. Несмотря на свою вспыльчивость, она все же знает, что нужно идти своим путем, когда это необходимо. Мы все работаем отдельно, потому что у нас сегодня еще один чертовски напряженный день. - Привет, Кларк, - Гайя застает меня за просмотром таблицы. - Привет, как дела? - Наконец-то нашлась минутка, чтобы попить воды. Просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь после сегодняшнего утра. - Я в порядке, спасибо, что спросила. Мои социальные навыки на исходе. Да, я известна как человек, с которым можно легко связаться. Медсестры могут попросить меня о чем угодно, и я обычно не возражаю, но сейчас, я просто немного вымотана. - Ты уверена? - Да, - я поднимаю глаза от карты и вижу, как Гайя достает свой телефон. - Итак, доктор Джордан прислал мне это, - она показывает мне фотографию. - О да. Вечеринка в честь Хэллоуина. Трикру устраивает ее каждый год. Ты планируешь пойти? Каждый год мы с Рейвен подбираем подходящий костюм. И каждый раз, когда мы не выигрываем конкурс, Рейвен запрыгивает на стойку и требует "пересчета", что бы это ни значило. - Я имею в виду, что если ты пойдешь, то и я тоже, - я замечаю блеск в ее глазах, озорную улыбку и то, как она раскачивает ногами взад-вперед, облокотившись на стол. - Какой у тебя будет костюм? - спрашиваю я, и она потирает подбородок пальцами. - Он уже есть. - Уже? Скажи мне. - Я не думаю, что ты сможешь с этим справиться. Это невероятно сексуально. - Теперь мне действительно нужно знать. - Подойди ближе, - говорит она, и я слегка пододвигаю свой стул, чтобы она могла наклониться вперед и прошептать мне на ухо. - Хот-дог. Я отталкиваю ее, когда она смеется, и не могу удержаться, чтобы не закатить глаза и не рассмеяться. - Я тебя ненавижу. - Давай же!! Ты можешь быть напитком. Мы можем быть фирменным блюдом из Costco* (Costco Wholesale Corporation — крупнейшая в мире сеть складов (магазинов) самообслуживания клубного типа. Пятое по величине продаж розничное торговое предприятие в США) - О, пожалуйста, я лучше буду запеченной курицей. Я случайно замечаю, как Найла ходит по кругу вокруг Лексы, которая печатает на компьютере. Они неохотно разговаривают друг с другом, поэтому меня сбивает с толку то, что на лице Лексы не появляется обычной гримасы. Вместо этого она кивает и даже поддерживает зрительный контакт. Мне действительно нужно научиться читать по губам, потому что я вижу, как Лекса бросает на меня быстрый взгляд, но не проходит и секунды, как ее внимание снова переключается на Найлу. Самое удивительное в их встрече? Это то что, Найла кладет руку ей на плечо, и Лекса не съеживается и даже не вздрагивает. Что, черт возьми, сегодня происходит. - Итак, это мой последний ознакомительный день, - Гайя замечает, что я на нее смотрю. - Ты готова вести смену самостоятельно? - Я думаю да. Я не знаю, готов ли кто-нибудь когда-нибудь быть сам по себе? - Как долго ты была старшей медсестрой в больнице, где работала в последний раз? - 3 года. - Всего лишь? О да, ты определенно не готова, - она легонько пинает меня, и я отодвигаю свой стул. - Иди, и помоги мне с этим задиристым парнем во 2-ой - я вскакиваю со стула. - Если я должна, - она притворяется, что зевает и потягивается. Мы входим в комнату, и Харпер, которая была там, пытается его успокоить. - О, слава богу, ты здесь, - Она пытается поднять его ноги на кровать, но он извивается. - Ты дала Ативан? - Да - Галоперидол? - Да - Эй, прекрати, пока не навредил себе! - Гайя приказывает, но он пытается плюнуть в нее. - Если ты не успокоишься, я применю к тебе меры пресечения, - угрожаю я. - Пошла ты! Ты не можешь держать меня здесь против моей воли! - Какой сейчас год? - 1976. Очевидно, что он недостаточно компетентен, чтобы самостоятельно принимать решения. Он изо всех сил пытается встать с постели, пиная окружающих его сотрудников, поэтому представляет опасность для себя и окружающих. - Харп, присмотри за ним, мы собираемся надеть на него наручники. Мы с Гайей спешно направляемся в кладовку. Когда я открываю дверь, то безмерно удивляюсь, увидев Лексу и Рейвен и ... они обнимаются? Это то, что происходит? Лекса в шоке от двух новых лиц, которые входят в комнату, и быстро уходит, вытирая глаза. Рейвен смотрит на меня и качает головой. - Ты можешь дать нам секунду Гайя? - спрашивает Рейвен. Гайя берет ремни и уходит, чтобы помочь Харпер с пациентом. - Какого хрена, происходит? Только сегодня утром ты была готова оторвать ей голову. - Я сочувствую семье Вудс, что я могу сказать. - В любом случае... мы просто разговаривали.. она явно расстроена. - Только не говори мне, что ты на ее стороне, - усмехаюсь я. - Я ни на чьей стороне. Просто констатирую факт, - она скрещивает руки на груди, и я узнаю этот взгляд. Тот, который говорит мне, что я должна быть большим человеком и как-то это исправить. - Кларк, она тебе важна... - Мне нет.. больше нет, - я чувствую, что сейчас повторится то, что произошло вчера. Еще одна стычка в кладовке. Наверное, мне стоит перестать сюда заходить. - Я чертовски устала от заботы и от того, что меня постоянно достают. С меня хватит! - Слова вылетают у меня из груди, и я не хочу повышать голос, но Рейвен не обижается на это. Вместо этого она делает шаг вперед и притягивает меня к себе. - Кларк, пожалуйста, успокойся. - Я...Я не думала, что она будет такой же. Я не думала, что она чего-то от меня хочет. Я была неправа, - Тихим шепотом произношу я, когда она гладит меня по спине. - Эй... все в порядке. Но, по-моему, ты злишься не на того человека. - Она рассказала тебе, что произошло? - Нет... просто догадалась, что в этом замешана Эбби. Послушай, мне неприятно видеть тебя расстроенной. Но очевидно, что ты немного перегибаешь палку... - Что это должно означать? - Твои волосы.. Гайя - Мы просто друзья... и она хорошо поработала, - она приподнимает бровь, глядя на меня. - Она хорошо поработала? В смысле, ты позволила ей подстричь тебя? - Я открываю и закрываю рот, на самом деле не ожидая, что скажу то что Гайя приходила прошлой ночью, но Рейвен быстро улавливает суть и оценивает мою неспособность поддерживать хоть какой-то зрительный контакт. - Вы вместе или что-то в этом роде? - Нет! нет... она мне не нравится в этом плане, - неубежденная и разочарованная, Рейвен не хочет углубляться в то, как все это произошло. - Послушай... Ничто из этого не изменит того факта, что вы с Лексой по-прежнему будете работать в одном отделении. Насколько я понимаю, она чувствует себя дерьмово. И с вами не все в порядке, сколько бы раз вы ни говорили, что всё наоборот. Вам двоим нужно понять, как, по крайней мере, находиться в одной комнате, чтобы ничего не взорвалось. Она права. Я ненавижу это. Невозможно вечно избегать ее. Это неудобно и странно, и никто из нас не может работать в такой обстановке. - Я поговорю с ней. - Круто. Сходишь за ней? - Рейвен указывает на дверь. Я не планировала делать это прямо сейчас, но Рейвен указывает на дверь, ожидая, что именно сейчас я этим и займусь. Я не могу даже возразить, поэтому выхожу с опущенной головой. Не уверена, куда несут меня ноги, но я нигде не вижу ее поблизости. Как будто мое тело все еще настроено на ее волнующий вид, и тут я мельком замечаю ее длинные темные локоны, когда она достает свой значок, направляясь на сортировку. - Лекса! Двойные двери открываются, пока я пытаюсь удержать ту, что в моем сердце, запертой. Она не сразу оборачивается. Я вижу, как напрягается все ее тело под этим белым халатом. Как прерывается ее дыхание. Я могу только представить выражение ее лица. Мне приходится собрать все силы, чтобы нежно не повернуть ее к себе и не погладить по щеке. Заглянуть в эти глаза и утешить ее, как я делала это раньше. Я ненавижу то, кем мы стали. Во что мы превратились. Это огорчает, но я должна держать себя в руках ради нашей работы. Когда она, наконец, находит в себе силы встретиться со мной взглядом, я поражаюсь этому циклону на лугу в ее глазах. Обычно оживленному и блистательному, но все, что осталось, - это последствия стихийного бедствия. Кладбище всех цветов, которые она посадила. Нет пастбищ, которые можно было бы исследовать, хаос пронесся по некогда яркой зелени. Слезы - это вода. Вода - это жизнь. Так как же возможно, что все эти слезы на самом деле убили цвет в этих глазах? Слишком много соли и недостаточно других компонентов, из-за чего ее слезы фактически иссушили ее сад, которым я так привыкла восхищаться.  - Нам нужно поговорить. Мой голос реагирует раньше всего, и я рада, потому что, если бы мои руки двигались первыми, то она бы уже была в моих объятиях. Она замирает, не в силах ответить. И я не виню ее, потому что я снова заворожена строением ее лица. Несправедливо симметричное и отвлекающее, я ловлю себя на том, что пытаюсь найти изъян. Нет, и я даже не знаю, зачем я вообще пыталась. - После работы. - я сглатываю, а она даже не кивает. Не уверена, что она вообще слышит меня, я переминаюсь с ноги на ногу, и это легкое движение, кажется, будит ее. - Волосы. О боже, мои гребаные волосы. Как я могла забыть, что она видит только мои золотистые локоны, ниспадающие каскадом на плечи. Что она к этому не привыкла. Вот почему она потеряла дар речи. Я начинаю чувствовать себя неуверенно, наблюдая, как она смотрит на меня, словно я совершенно новый человек. И, возможно, часть меня стремилась к этому. Я пыталась изменить ту часть себя, которую, как я знала, она любила. Что ж, теперь я сожалею об этом. Жаль, что я никогда не делала ничего настолько радикального. черт возьми, она это ненавидит. зачем я это сделала. - Прости, - она качает головой, - Выглядит хорошо, - ее голос такой тихий и робкий, совсем не такой, как у меня. Я чувствую, что теряю контроль над собой. Мои руки хотят протянуться, а ноги - придвинуться ближе. Я не могу. Я просто не могу. - После работы. Встретимся в кафетерии. Похоже, она собиралась что-то сказать, но еще одно-два слова из ее прекрасных уст, и я бы поддалась этому чувству. Я практически убегаю от нее, и возвращаюсь к пациенту, который нуждается во мне. Когда я отдергиваю занавеску, он оказывается привязанным к кровати, рядом вместе с Гайей и Харпер, которые ищут информацию о ближайших родственниках. - Ты пропустила самое интересное, - Харпер выбрасывает перчатки в мусорное ведро. - С меня и так достаточно событий на сегодня - говорю я, не задумываясь, и Гайя отворачивается от меня. - Что ты сделала? Он сейчас спит. - Просто спела ему, - пожимает плечами Гайя - Что??! - Я кричу, и Харпер начинает смеяться. - Боже, я шучу, я бы, наверное, разорвал ему барабанные перепонки. Мы втроем обсуждаем, дальнейшую судьбу пациента, ведь его жена умерла. Дети живут за пределами штата и не особо хотят иметь с ним что-то общее. Только дом престарелых, но никто не возьмет его, если он будет таким агрессивным. - Не могла бы ты попросить социального работника осмотреть этого парня? С медицинской точки зрения мы мало что можем сделать. - Да, я позвоню им, - Харпер вводит в компьютер заявку на консультацию. - Тебе еще что-нибудь нужно от меня, Харп? - Да. Твое терпение. Все эти люди заставляют меня рвать на себе волосы. - Извини, я ничем не могу тебе помочь, - я дружески похлопываю ее, когда мы с Гайей выходим. Мы видим, как Найла вводит кому-то капельницу с ультразвуковым контролем, и Гайя стучит в стену, чтобы предупредить ее о своем приходе. - Привет. - О, привет, ты в порядке? - Спрашивает Найла, когда я встаю в стороне. - Да. Просто хотела узнать, не нужна ли тебе помощь. - Здесь все хорошо. Я наблюдаю, как она заканчивает перевязку, и пациентка благодарит ее и она выходит с нами из палаты. - Чем вы занимаетесь? - О, ты знаешь... усердно работаем, как всегда, - поддразнивает Гайя - Ну, это твой последний день со мной... у тебя есть еще вопросы? - Да, тысячу, но я уверена, что смогу с этим разобраться, - говорит Гайя. Найла поворачивается ко мне, пока я играю ручкой между пальцами. - Так ты думаешь, она готова, док? Наверное, это первый раз, когда Найла добровольно пытается завести со мной нормальный разговор, за целую вечность. Не похоже, что ее заставляют разговаривать со мной, как обычно. Я вижу, как легкая улыбка появляется на ее губах, и это говорит мне о том, что мы пытаемся вернуть былую динамику между нами. Каким бы дерьмовым ни было наше общение, Найла всегда была хорошей подругой. - Не-а. Я позабочусь о том, чтобы работать только в твои смены, - шучу я, и Гайя толкает меня, а Найла смеется. - Я давным-давно отчиталась о тебе - подмигивает Найла, а Гайя стонет. - Ребята, вы отстой. Я люблю доктора Джордана и доктора Грина, но они вместе поднимут мое кровяное давление до самой высокой отметки. При упоминании о хаотичном дуэте я нахожу их на сестринском посту, разговаривающими с Лексой. Оба парня показывают ей что-то в своих телефонах. Я вижу, как Джаспер крутится на своем стуле, а Монти удобно устраивается рядом с ней. На ее лице появляется едва заметная улыбка, и я не могу не восхищаться ею. Словно падающую звезду видишь только раз в несколько лет, я ловлю себя на том, что пытаюсь вспомнить, когда в последний раз видела ее улыбку. Высокие скулы приподнимаются, когда она выражает радость, и я прихожу к выводу, что в последний раз я видела что-то столь же чистое, как счастье Лексы Вудс, когда помогала роженице на парковке. Веселье. Блаженство. Ликование. Я имею в виду, что сейчас ничего из этого не выражено в легкой ухмылке на ее лице, но в последний раз я видела что-либо подобное, когда мы были вместе в постели. Возможно ли обрести хоть какой-то покой, если мы станем друзьями? И не более того? Могу ли я разговаривать с ней так, как я разговариваю с Рейвен или даже с Гайей, не испытывая желания поцеловать ее? Смогу ли я сохранить ее в своей жизни без нее, будет ли это вообще жизнь? Я наблюдаю, как Лекса разговаривает с нашими друзьями, уже не так напряженно. В расслабленном состоянии, когда она не ожидает ничего большего, часть меня хочет этого. Большая часть меня хочет чего-то гораздо большего, но чем дольше я думаю о том, почему мы вообще оказались в таком положении, тем сильнее меня охватывает негодование. - Я собираюсь закончить кое-какие дела, ребята, увидимся позже, - я оставляю двух медсестер наедине. И нахожу место, где меньше людей, но все равно вижу Лексу. Смена почти закончилась. Приближается ночная смена. Я наблюдаю, как Лекса встает и снова надевает свой белый халат. Какое-то время она смотрит на часы на стене. Я не уверена, чего она ждет, но она то и дело поглядывает на свое запястье, а затем на стену, словно проверяет, совпадают ли минуты и секунды. Я вижу, что она нервничает и понятия не имеет, что я наблюдаю за ней. Забрав свои вещи из шкафчика, я иду в кафетерий. Общественное место - это именно то, что нам нужно. Вот почему я выбрала это место. Не мой дом. Не ее дом. Не кладовка.... Я думаю, мы сможем сохранить дружеские отношения, если будем находиться в окружении хотя бы нескольких человек. Что я вообще хочу получить от разговора с ней? Какова цель этого? Подавить враждебность? Простить и забыть? Рейвен права в том, что мы не можем работать в такой враждебной обстановке, но мне все равно чертовски больно от всего этого. Сказать ли ей, чтобы она просто держалась от меня подальше? Может, снова перейти в ночную смену? Нет. Точно нет. Я была бы опустошена, если бы она так поступила, как бы иронично это ни звучало. На самом деле, это парадокс - кричать на нее, чтобы она оставила меня в покое, но при этом требовать, чтобы она оставалась на расстоянии вытянутой руки. Боже, вот почему люди говорят, что в девушках нет ни черта смысла. У меня действительно не хватает времени. Я еще не закончила внутренний монолог в своей голове, пытаясь составить сценарий этого разговора, как Лекса садится напротив меня, и я просто не... готова. Я всегда буду чувствовать себя так, когда мы остаемся наедине? Мои бабочки сейчас спят. Но любой громкий шум или внезапное движение - и они разбегутся. И вот, когда она говорит... двигается... дышит... У меня в животе начинают порхать бабочки, и я понятия не имею, как с этим бороться. С бомбой от насекомых? Инсектицид? Все мое тело словно горит огнем, но они все еще живы и трепещут. - Ты голодна? - Я имею в виду, что это был неплохой способ начать разговор. Я спрашиваю только потому, что знаю, какой она бывает, и я не видела, чтобы она что-нибудь ела сегодня. Я не хочу, чтобы она думала, что мне не все равно... хотя это может показаться именно так, учитывая вопрос, который я только что задала, потому что это был рефлекс.  - Нет, - ее руки плотно прижаты к бокам. Она смотрит куда угодно, только не на меня. - Ты ела? - Типа... когда-нибудь? Я чуть не рассмеялась, увидев, как ужас от ее ответа отразился на ее лице. Она не хотела показаться такой невежественной, и, к сожалению, я нахожу это восхитительным. - сегодня... вчера, - она останавливается, чтобы вспомнить, что ела в последний раз, а это значит, что она определенно ничего не ела. - Да. Очевидная ложь почему она никогда не может просто сказать мне гребаную правду. Все так чертовски трогательно, но я знаю, что она делает это не нарочно. - Просто не хочу, чтобы ты снова была моей пациенткой, - это прозвучало стервозно. Это прозвучало совершенно неправильно, но я не могу сдержать горечи, которая обволакивает мой язык. Мой голос звучит резко. Я практически вижу, как она лихорадочно соображает. Я знаю, что слышу, как колотится ее сердце. Возможно, я ошибаюсь из-за того, насколько громкий у меня голос, но я не обращаю внимания на тот факт, что мы были настолько синхронны до того, как все это произошло. - Не буду.  У меня вспотели ладони. Я кладу их на стол, а она печально смотрит на меня. Странно не видеть зелени, а видеть только эту черную бездну. Здесь нет постепенного перехода. Только поглощающая тьма. Я стараюсь не пялиться, чтобы не отвлекаться от стола. Только так я смогу справиться с этим и не сорваться. - Я не могу так работать, - я горжусь, что мой голос не дрогнул. Дрожат только мои руки. Хотя меня и не видно, но если бы она прикоснулась ко мне, то почувствовала бы, как я дрожу. - Вокруг столько напряжения. Люди странно смотрят на нас. Все спрашивают, все ли со мной в порядке, а ты ходишь так, будто тебя избили или... ты собираешься кого-то избить. И это правда. Лекса и раньше не отличалась особой улыбчивостью, но это? Похоже, что ее губы теперь не слушаются. Легкой ухмылки, которой она одарила Джаспера и Монти, было явно недостаточно. Еще немного, и ее лицо исказилось бы от выражения любых других эмоций, кроме тревоги. - Ты разозлилась на Рейвен, - напоминаю я ей. - Я извинилась за это. Я вижу ее вину. Она не хотела, но это не меняет того факта, что она сделала это. - Во-первых, этого вообще не должно было случиться. То, что произошло между нами, это... Душераздирающе. Разрывает меня на части. Убивает меня. - Это между нами. Я не планирую разглашать подробности того, что случилось со всем миром. Я имею в виду, что только Аня и Рейвен действительно знали, что мы... что-то значим, но все остальные? Они могут не знать, но они не глупы. - Мы должны понять, как быть дружелюбными. Мы все еще работаем вместе, и я не хочу, чтобы кто-то чувствовал себя неловко рядом с нами. - Ты говоришь так, будто это легко. Во всем этом нет ничего чертовски легкого. - Это должно быть легко. У нас не было отношений. Мы даже не встречались по-настоящему. Мы не были... - Прекрати. Она прерывает мои мучительные рассуждения. Я пыталась придерживаться логики. Рациональности. Думала об этом как о чем-то большем, чем то, чем оно было на самом деле. Без ярлыка. Без первого свидания ... так что по определению... это ничто... верно? - Я больше не могу слышать о том, кем мы не были, когда очевидно, что мы... были. Я могла бы сломаться прямо сейчас. Искренности в выражении ее лица почти достаточно, чтобы заставить меня наклониться вперед и поцеловать ее. Лучше бы я не замечала ее сияющих глаз, так, какой я вижу себя в них. Словно зеркало, которое вот-вот разобьется от каждого моего обидного слова, она пытается держать себя в руках. Ее нижняя губа дрожит, но она быстро прикусывает ее зубами, чтобы успокоиться. Я не могу смотреть на нее в таком состоянии. Разве это справедливо, что нам обоим чертовски больно? Она причинила мне боль, но поскольку ей чертовски больно, я тоже это чувствую. Такое чувство, что я на боксерском ринге, но каждый ее удар рикошетом возвращается ко мне. - Когда ты уходишь? - Не знаю, зачем я вообще спрашиваю. И волнует ли это меня. Мне просто нужно знать. - Ухожу? - Все это из-за должности места в администрации, верно? Итак, когда ты принимаешься за эту работу? - Я не устраиваюсь ни на какую работу. Я остаюсь в отделении неотложной помощи. - Почему? - Потому что я хочу. Слишком похоже по произношению на "я хочу тебя", и я чуть не падаю в обморок. Я слышала это раньше... вчера, на самом деле. И я, черт возьми, не могу с этим справиться. - Ты хотела продвинуться, - усмехаюсь я. - Нет. - Серьезно? Это все, что она может сказать по этому поводу? Я не уверена, что именно хотела услышать, но это было не оно. Я думаю... подсчитываю... анализирую. Как нам двигаться дальше, чтобы не чувствовать себя несчастными? Доверие подорвано. Я все равно продолжаю убеждать себя в этом. Но с каждым ее полупризнанием я чувствую, что в этой истории есть нечто большее, чем просто разговор с моей мамой за моей спиной. - Чего ты хочешь от меня, Кларк? Так много чертовых вещей. Чтобы ты все не испортила. Чтобы мы вернулись в прошлое и просто никогда не вернулись домой. Чтобы ты была честна со мной с самого начала. Чтобы мы все исправили. - Друзья. Это то, чего я хочу Чушь собачья. Это последнее, чего бы я хотела - Ты хочешь, чтобы мы были друзьями? -  Недоверчиво переспрашивает она. - Скажи мне...на что похожа дружба со мной? В моей голове тут же всплывает картинка. Двое людей сидят на моем диване и смотрят фильм. Между ними одна подушка. На столе попкорн и конфеты. Мы держим в руках бокалы вина и разговариваем о работе и наших выходных. Мы рассказываем о людях, с которыми встречаемся или которые нам интересны. Спрашиваем совета, как заинтересовать человека. Мы смеемся, делимся историями. В конце вечера она уходит домой, а я увижусь с ней завтра. Проблема с этим снимком в том, что это Рейвен сидит напротив меня. Или Октавия. Да даже Гайя. Есть совершенно другая фотография, на которой изображена Лекса. Мы обнимаемся. Целуемся. Трогаем. Стонем. Наши тела переплетаются. Интимные признания. Она на мне. Я под ней. Очарованная. Загипнотизированная. Не подозревающая о мире за пределами нас. Вот что я вижу в ней, и это так чертовски расстраивает. - Потому что я не целую... - Прекрати Лекса! - Я чуть не ударяю кулаками по столу. Я так стараюсь, но почему я не могу разделить Лексу и любовь? Две буквы "Л". четыре буквы. Обе синонимичны. - Я не могу быть с тобой друзьями, Кларк, - она произносит это с таким непоколебимым спокойствием, что я думаю, она могла видеть картинку, которая возникла у меня в голове вместе с ней. - Тогда мы продолжим доставлять всем неудобства в нашем присутствии. Должны ли все страдать из-за нас? Нет... это несправедливо. - Если ты не можешь быть... моим другом... ладно. Но я не хочу ходить на цыпочках рядом с тобой в приемном покое. Мы должны оставаться профессионалами, иначе оба снова окажемся в отделе кадров...-  логично... рационально. Голова над сердцем. - Я не буду...не буду избегать тебя, не буду смотреть на тебя так, словно хочу убить. Мне просто нужно, чтобы ты... прекратила. Перестань так на меня смотреть. Перестань говорить мне то, что я хочу услышать. Перестань произносить мое имя единственным известным тебе способом. Перестань заставлять меня влюбляться в тебя еще сильнее, даже когда я заставляю себя ненавидеть тебя. Перестань быть собой. - Просто... прекрати. - Это то, чего ты на самом деле хочешь? - Между ее бровями залегла морщинка, явно встревоженная и оскорбленная моими требованиями. Я вижу, как подергиваются ее пальцы, что говорит мне о том, что она хотела сделать что-то, что заставило бы меня передумать. Я должна действовать быстро. - Да. - Я откидываюсь назад, чтобы создать больше пространства, как будто стола между нами недостаточно. Тишина. Я чувствую, что назревает еще один спор. И да, с моей стороны глупо хотеть, чтобы она боролась за меня, когда я настойчиво говорю ей этого не делать. И она смотрит на меня испытующим взглядом, признавая поражение. - Если ты хочешь, чтобы я притворялась, я буду притворяться. Притворяться?? Например, как она притворялась, что поддерживает меня, но на самом деле была в сговоре с моей мамой без моего ведома? - Это не изменит моего отношения к тебе, но ты права. Мы не можем работать в такой обстановке. - Итак, мы можем попытаться подружиться, но я не могу контролировать свои... глаза. Однако я могу попытаться контролировать слова, которые слетают с моих губ. На моих губах появляется легкая улыбка. Она замечает это и прячет восхищение. Я протягиваю ей руку, а она смотрит на это так, словно никогда не видела подобного жеста. - Коллеги, - говорю я. Она скользит своей ладонью по моей. Я не обращаю внимания на эту искру. Она подавляет свою гордость и кивает. - Коллеги. _______________