In your hands

Lexa’s POV Прилив - это когда два сильных течения встречаются в определенном направлении. Я бы описала свои отношения с Кларк как прилив, который разрушил фундамент того, что мы строили, как только наши сердца начали двигаться в одном направлении. Рукопожатие - это последнее, чего бы мне хотелось. Не сейчас, когда я знаю, каково это - заниматься чем-то гораздо более интимным. Она хочет, чтобы я притворялась, что между нами что-то дружеское. Она также хочет, чтобы я перестала смотреть на нее тоскующими глазами и делать романтические признания. Хотела бы она, чтобы я также скрыла ее имя, которое вытатуировано у меня на сердце? Знаете, как долго я сопротивлялась всем этим чертовым чувствам к Кларк, и когда я, наконец, приняла то, что это неизбежно, она захотела, чтобы я снова стала тем бесчувственным человеком, которым я когда-то была. Перед тем, как поцеловать ее. Перед тем, как переспать с ней. Прежде чем рассказать ей о Костии. То, чего она хочет, практически невозможно, но я не в том положении, чтобы вести переговоры. Либо я сделаю это... попытаюсь дать ей то, что она хочет, и завязать что-то вроде "дружбы", либо мы так и будем ходить по отделению неотложной помощи несчастные с нашими друзьями посреди бесчисленных неудобных взаимодействий. И я уже и так неловкий человек, так что нет, я не могу подвергнуть кого-то еще такому испытанию. Рейвен уже стала первой жертвой. Слава богу, она приняла мои извинения. Не уверена, что кто-то другой был бы так же снисходителен. Коллеги. Забавно. Это все, чего я хотела вначале. Нормальные рабочие отношения. Ничего больше. Ох, как, черт возьми, все изменилось. Такое ощущение, что мы пожимаем друг другу руки несколько часов. Как мне остановить электрический разряд, который проходит в самое сердце? Существует миф о безымянном пальце на левой руке. Что там есть вена, которая проходит прямо к сердцу, и поэтому влюбленные носят свои кольца именно там. Что ж, могу сказать вам, что между нашими сердцами возникает бесконечное переплетение капилляров. Когда она отстраняется, я борюсь с желанием вернуть ее обратно. Мы сидим так какое-то время, и мои глаза говорят сами за себя, но ведь она хочет чтобы я перестала, поэтому я отвожу взгляд. - Можно, я провожу тебя до машины? - Это робкий вопрос, но мы всё равно идем в одном направлении,- Потому что... ну знаешь.. на улице темно. И... опасно Да что со мной не так - Телохранитель, помнишь? - Нет, слишком рано для такого рода шуток, когда я буквально умираю внутри. Я слишком много думаю, прежде чем что-то сказать. - Да, - отвечает она, прежде чем я успеваю растаять в луже собственного отвращения. Мы покидаем кафетерий, и теперь путь до гаража становится слишком мучительным, я изо всех сил стараюсь держать руки при себе. Я держу их в карманах, холодный воздух - достаточное оправдание для того, чтобы оставаться в напряжении. Я действительно понятия не имею, как мне продолжать разыгрывать эту шараду. И я действительно не понимаю, почему это кажется ей таким... легким? Я не уверена, что она полностью забыла меня, ну, или у нее гораздо больше силы воли, чем у меня. Даже просить о поддержании каких-то отношений со мной вместо того, чтобы полностью вычеркнуть меня из своей жизни, это уже по-взрослому. Я даже этого не заслуживаю. Но я приму всё что смогу, даже если это будет означать, что каждая платоническая встреча ощущается как удар ножом в сердце. - Спасибо, - она избегает улыбаться в мою сторону, а только смотрит вниз, на наши ноги. - Увидимся завтра, - Она запрыгивает в свою машину, и я иду дальше, чтобы найти свою. Когда я наконец остаюсь одна, я выдыхаю наверно весь воздух который сдерживала около часа. - Глупая. Глупая. Глупая, - бормочу я себе под нос. Друзья?? Коллеги? Она серьезно? - Мы никогда не могли быть... никем из этого, - я выгляжу совершенно ненормальной, разговаривая с собой в одиночестве пустого гаража. Я вижу, как она уезжает, а она даже не смотрит в мою сторону. Я достаю свой телефон и вижу кучу сообщений от Ани. Аня: Где ты, черт возьми Аня: после твоей сегодняшней выходки, я надеюсь, ты больше не будешь устраивать драк. Аня: мне нужно забрать тебя из тюрьмы? Аня: не из каких исправительных учреждений не звонили, так что, я думаю, это хороший знак Да, мне нужно поработать над своим характером. Лекса: я еду в сторону дома Дом. Это место, где я живу с Аней. С ума можно сойти. Я только начала чувствовать, что Кларк - это то, что мне нужно. Я начала понимать, что дом - это не место, а скорее человек. Что за чушь собачья. Когда я вхожу в дом, я вижу, что в большинстве комнат горит свет. Чему я удивлена, учитывая, что уже довольно поздно и обычно Аня в это время уже в своей комнате. - Аня? Я нахожу ее на кухне... и она не одна. - Младшая Вудс. Уф. Я не в настроении для этого. - Привет, - Аня стоит у островка с бокалом вина в руке. И она начинает наполнять вином еще один бокал, это для меня? - Я собираюсь подняться наверх. - Нет. Нам нужно поговорить. - Что это? Интервенция? - Почти, - она протягивает мне мой бокал, и мне ничего не остается кроме как сесть за стол рядом с Рейвен. Я не люблю выражать свои чувства перед кем бы то ни было, а она ожидает от меня этого перед человеком с которым она встречается? Перед кем-то, кто друг человеку с которым я переспала? Надеюсь Аня знает - этому не бывать. - Ты хочешь поговорить с нами о произошедшем сегодня…и, вообще о том что происходит ежедневно после ужина с родителями Кларк? - Не особо. - Лекс, ты ни с кем не разговариваешь. Я знаю, что бы это ни было, оно гложет тебя изнутри. - Я поговорила с Кларк. Мы все уладили. - Я пожимаю плечами, и Рейвен, прищурившись, смотрит на меня. - Ты лжешь? - Нет. Именно поэтому я поздно вернулась домой. Мы разговаривали. - И не убили друг друга? - подхватывает Рэйвен. - Нет. - Значит, вы двое вернулись к нормальной жизни? Я чуть не выплевываю вино. Нормальной. Что это, черт возьми, значит? - Мы работаем вместе. Мы собираемся перестать вести себя странно в присутствии других. Вот что мы обсуждали. - И все? - Спросила Аня с сомнением в голосе. - Да, в значительной степени. На какое-то время воцаряется тишина. Мы молча пьем из своих бокалов, и я просто хочу сбежать, но, почему то чувствую, невозможность уйти без их разрешения. Они кто? Моим родители? - Я действительно сожалею о сегодняшнем, Рейвен. Я не хотела срываться на тебе, - говорю я, и Рейвен кивает. - Все в порядке. Я не знала, что мое любопытство взорвет бомбу, так что извини. Я просто беспокоюсь о Кларк... и о тебе тоже. - Я в порядке, Кларк воспринимает это лучше, чем я, - честно отвечаю я. - Ты же знаешь, что она... ну не совсем...всё так. - Я на самом деле не хочу знать. Она хочет, чтобы я перестала говорить о нас, из-за невыносимости совместной работы. Так что я дам ей то, чего она хочет. - А чего хочешь ты? - Спрашивает Аня - Чтобы все вернулось к тому, как было... до того, как мы стали кем-то, - что бы это ни значило, это то, чего я хочу. Я упускаю, как эти двое понимающе смотрят друг на друга. Я сосредотачиваюсь на бордовой жидкости, которая дразнит меня. - Ты останешься на ночь, Рейвен? Просто я хочу знать стоит ли мне надевать беруши, - я снимаю напряжение, и они обе слегка смеются. - Нет, вообще-то я собираюсь уходить, - Она нежно сжимает мое плечо. - Я провожу тебя, - говорит Аня, и я с минуту сижу в одиночестве. - Она узнала, не так ли? - слышу я голос Ани позади себя. - О твоем разговоре с доктором Гриффин. У меня больше не осталось слез. Ненависть к себе уже поселилась во мне. Я даже не могу больше это отрицать. Чувствую себя чертовски опустошенной. Я оборачиваюсь и вижу Аню, прислонившуюся к кухонной арке. Все, что я могу сделать, это печально кивнуть. - Сказала Кларк за ужином. - произношу я, и Аня вздыхает, теперь понимая, что произошло. - Черт, - Аня хватает бутылку вина и отпивает прямо из горлышка, прежде чем передать ее мне. - Значит, она разозлилась. - Боюсь это преуменьшение года. Она ненавидит меня. - Ты объяснила свою позицию? - Мою позицию? У меня нет никакой позиции. Я облажалась. - Значит, это всё? Ты не хочешь бороться за нее? - Как я должна это сделать? Я не могу взять свои слова обратно. Эбби подходила ко мне сегодня и сказала, что договорилась о групповом собеседовании с членами совета. - Что? Правда? Что ты сказала? - Я не приняла его. Я сказала ей, что это мне не нужно. - Ты сказала это Кларк? - Нет….не было смысла. Я только сказала ей, что никуда не перевожусь, - я качаю головой, и Аня, похоже, готова возразить, но она останавливает себя, когда видит, какой побежденной я выгляжу. - Мне жаль, Лекс, - Она обнимает меня. Обычно я бы сопротивлялась, но сейчас мне это нужно. - Прости, что доставила тебе сегодня неприятности, - бормочу я. - Боже, Лекса. Только не говори Рейвен, но я знаю, ты могла бы надрать ей задницу. - Поэтому я и остановилась. Ты бы так разозлилась, - ухмыляюсь я. - Да, я бы разозлилась, - Она слегка толкает меня. - Если ты хочешь еще поговорить об этом. Я здесь, все в порядке. Тебе не нужно хранить все в себе. - Я знаю. Спасибо. Мы обе расходимся по своим комнатам. Я быстро принимаю душ и ныряю под одеяло. Я принимаю снотворное, перед тем как достать телефон. Лекса: спокойной ночи, Кларк. *** Проснувшись утром, я не чувствую себя такой опустошенной. К сожалению, я перестала испытывать подобные чувства. Я ловлю себя на том, как еду на работу раньше обычного, и мысленно готовлюсь ко всему, что может меня ожидать сегодня. Я сижу в кафетерии в наушниках и с кофе в руке. В моей голове повторяется разговор между мной и Кларк. Она хочет, чтобы мы были... коллегами. Так мне можно с ней говорить? Здороваться с ней? Но я все еще заблокирована. Я не знаю, изменится ли это когда-нибудь. Когда я вхожу в отделение ER, вижу Луну которая отчитывается перед Гайей. Я просто сажусь за компьютер позади них. Все еще сидя в наушниках, я не ожидала, что кто-нибудь попытается заговорить со мной. - Доктор Вудс! - Луна похлопывает меня по плечу. - Я сохранила это для тебя, - она протягивает мне маленький коричневый пакет. Заглянув внутрь, я вижу шоколадный круассан. - Считай это поощрением. Мы хотим, чтобы ты вернулась в ночную смену. Джексон скучный... и раздражающий, - объясняет она - Я не знаю Луна. Помнишь, как я чуть не умерла? - Я куплю тебе такую шапочку, из которой ты сможешь пить воду! Знаешь, такую, с соломинками по бокам! - Говорит она, и все, что я могу представить, - это как глупо я буду выглядеть перед людьми с такой шапкой на голове. - Я не уверена, что пациентам понравится, если их врач скорой помощи будет носить это на себе. - Поберегите это, Луна. Нам нужна доктор Вудс с нами, - вмешивается Гайя, и я не знаю, что чувствовать на такое заявление. Я знаю, что между ней и Кларк завязалась дружба. Это тяжело видеть, но я больше не могу позволить себе такой роскоши, как ревность. - Однажды у меня получится - подмигивает Луна и накидывает пальто. - Наслаждайся круассаном! - Она машет мне рукой. - Спасибо, Луна, - я возвращаюсь к своему компьютеру - Ты рано пришла, - говорит Гайя, и мне приходится прикусить язык. - Да. Хотела начать пораньше. - Преданная работе. Мне это нравится, - улыбается Гайя, и моя попытка ответить тем же превращается в полуулыбку, в основном в гримасу, но она не критикует это. Я начинаю просматривать истории болезни своих пациентов, когда Гайе звонят по телефону. Не обращая на это внимание, я продолжаю выполнять свои обычные действия и погружаться в уютную тишину, пока не слышу, как за моей спиной появляются еще двое людей. Кларк и Рейвен подходят к Гайе, но я притворяюсь, что не замечаю их. Не отрывая глаз от компьютера, но прислушиваясь к их голосам. - Здесь, - слышу я, как Кларк говорит Гайе - Кофе?? Для меня, маленькой старой меня? - Твой первый день, как главная медсестра и все такое. Я так сильно стискиваю зубы, что, кажется, до конца дня не смогу пошевелить челюстью. Я не решаюсь обернуться. Рейвен садится рядом со мной, и я понимаю, что должна попытаться немного расслабиться. - Вот, держи, - она протягивает мне горячий кофе, и я смотрю на нее в замешательстве. - Ого, сначала круассан от Луны, теперь кофе от Рейвен. У тебя сегодня день рождения или что-то в этом роде? - Спрашивает Гайя, и в этот момент я поворачиваюсь к ним лицом. Кларк стоит, в то время как Гайя сидит, и я вижу, что она смотрит на меня без того страдальческого выражения, которое, как мне казалось, никогда не исчезнет. - Нет. Я думаю, просто подлизываются, - парирую в ответ, когда Рейвен заглядывает в мою сумку. - Можешь взять половину, - говорю я, и Рейвен взволнованно хлопает в ладоши. Я вижу, как она разрывает его на части... неравномерно - Я сказала половину! А не три четверти! - Кричу я и слышу, как Кларк тихо смеется рядом со мной. - Прости! - Все в порядке... я имею в виду, ты все-таки принесла мне кофе. - Вообще-то... это Кларк, - Она указывает на нее, на ее губах появляется легкая улыбка, которую она пытается скрыть за своей чашкой. - Оу, - я дважды моргаю и поворачиваюсь к Рейвен, чтобы салфеткой выхватить круассан размером 3/4 дюйма из ее рук, прежде чем она успеет его откусить. - Вот, - я протягиваю его Кларк, игнорируя нытье Рейвен. Ей требуется секунда, чтобы согласиться. Но когда она соглашается, я вижу, как она вгрызается в него, а Рейвен стонет на своем месте. - Я должна была солгать, - говорит Рейвен - Да, тебе следовало солгать, - говорим мы с Кларк одновременно. - Что ж, я собираюсь навестить пациента, - мне нужно отдохнуть от всей этой нервотрепки. В основном из-за того, что Кларк заставляет меня испытывать какие-то чувства, потому что я обещала ей, что постараюсь подавить эти... чувства. Так что, как бы я ни старалась, я не могу допустить, чтобы она заметила, как смягчается мой взгляд, когда я вижу, насколько она довольна нашей непринужденной беседой. - Спасибо за круассан, - говорит Кларк, прежде чем я удаляюсь от них. - Спасибо за кофе. - Я поднимаю свою чашку и ухожу. Утро пролетает незаметно, и я начинаю думать, что, возможно, мы с Кларк сможем быть ... просто друзьями. Конечно, я чувствую это только тогда, когда не вижу ее, не слышу, не чувствую ее запаха и не прикасаюсь к ней. Потому что в тот момент, когда она рядом, мои чувства обостряются, и я понимаю, что долго так не продержусь. Я должна как-то найти способ противостоять своим желаниям. Поэтому после каждых 5 минут нашего общения, я трачу десять минут на то, чтобы успокоиться. Я натираю каждый бугорок на своих руках таким количеством дезинфицирующего средства для рук, что мне понадобится целый флакон лосьона, чтобы позже вылечить кожу. Каждый раз, когда я смеюсь не по своей вине, я включаю музыку в наушниках погромче. Хотя я хорошо это скрываю. Она не замечает, как я спешу уйти, когда ловлю себя на том, что пялюсь на нее. Или о том, что, когда она обращает на меня свое внимание, мое сердце замирает еще сильнее. Это только первый день нашей фальшивой дружбы, но я думаю, что у меня все в порядке. Если бы мне нужно было поставить себе оценку, я бы поставил твердую тройку с плюсом. - Доктор Лайтборн. У меня закупорка артерии бедренной кости, я возле 22-й койке. - Забавно. - Вам нужен номер медицинской карты? - Нет. Обернись, - и вот она уже направляется ко мне с озорной улыбкой на лице и волосами, собранными в конский хвост. - Если это не лучший врач скорой помощи здесь, - говорит она, и я улыбаюсь. - Ты всем это говоришь, - я игриво закатываю глаза. - Но я говорю это серьезно только тогда, когда говорю с тобой, - шепчет она. - В любом случае. Где этот пациент. У меня такое чувство, что сегодня у всех артерии закупорены. - Я тебе покажу. Он выглядит действительно опухшим, - говорю я ей, прежде чем мы входим в палату - О черт! Ну, полагаю так ты точно не должен приветствовать пациента. - Извините, мистер... Богарт. Но у вас массивная левая нога, - ее глаза расширяются от ужаса, и я действительно не думаю, что когда-либо видела ее такой измотанной. - Такое чувство, что она вот-вот взорвется. - Что случилось? - Я начал чувствовать боль после того, как на парковке меня сбила машина, но я был в состоянии ходить, поэтому не обратился в больницу. На следующий день рана сильно распухла. - Ничего не сломано? - Спрашивает меня Джозефина - Нет, просто большая гематома. Затем мы сделали УЗИ и обнаружили тромбы. - Нам нужно проверить, нет ли у вас компартмент-синдрома. - Доктор Вудс, не могли бы вы принести мне необходимые материалы. - Да, я сейчас вернусь, - когда я возвращаюсь, я вижу, как Джозефина ощупывает определенные участки, чтобы оценить чувствительность. Пациент вежлив, но совершенно очевидно, что ему больно. Сдерживая крики, когда она прикасается к нему, тогда я прошу медсестру ввести ему еще обезболивающего. Я передаю Джозефине лидокаин и манометр, затем отхожу, чтобы понаблюдать за происходящим. - Вы делали это когда-нибудь доктор Вудс? - Вообще-то.. нет - Подойдите, - она жестом подзывает меня поближе и начинает объяснять, что она делает. Я удивлена тому, как сосредоточена на ее объяснении процесса. Редко кто-то может научить меня чему-то новому. - Позвони в ортез и операционную, - тут же говорит она. Я даже не задаю ей вопросов. Просто достаю телефон и набираю нужных мне врачей. Хирурга. Анестезиолога. Пока дежурный по палате проверяет, есть ли свободная палата. Джозефина объясняет пациенту, насколько это серьезно. Если не устранить ее своевременно, возможна ампутация. Затем мне перезванивает дежурный по палате, сообщая что операционная готова для пациента. - Гайя! - Джозефина зовет ее на сестринский пост - Он нужен мне в операционной прямо сейчас. Вызовите медсестру и перевезите. - Я никогда не видела Джозефину такой серьезной. Не думаю, что она заслуживает должной похвалы за то, как хорошо она выполняет свою работу. Гайя пытается найти помощь, пока Джозефина выбрасывает перчатки в мусорное ведро. - Похоже, мне предстоит еще одна операция, - говорит она - Спасибо, что пришла, Джозефина. - Это моя работа, детка. - Ой, извини, я не хотела, это вырвалось наружу само собой. Не нужно, чтобы принцесса посылала за мной киллера, - шутит она, но я поджимаю губы. - Что такое? - Она замечает, что я не улыбаюсь ее шутке. - Мы, э-э... не.... да, это... - О-о-о, блин. Ну что ж, - перебивает она и ее глаза полны интриги и любопытства.  - Если это так... Увидимся позже.. детка, - повторяет она с большим воодушевлением, прежде чем последовать за пациенткой к лифту. - Доктор Лайтборн может быть несносной, не так ли? - Голос доносится из ниоткуда. Гайя стоит у меня за спиной и смотрит, как они исчезают в коридоре. - Она добивается своего, и это все, что имеет значение, - оправдываюсь я. Краем глаза я замечаю, что Кларк выглядит так, будто собирается вправить вывихнутое плечо. Аня зашивает рваную рану с другой стороны, а Рейвен разговаривает с Джаспером о только что случившемся инсульте. Кто бы мог подумать, что мы все сможем работать по отдельности и отложить драму в сторону . - Я собираюсь пойти на сортировку, - говорю я Гайе. Послушайте, у меня нет особых претензий к новой старшей медсестре. Но почему я начинаю желать, чтобы здесь была Найла, а не она. Я вижу, как вкатывают несколько каталок, и замечаю, что Монти забит пациентами. Он, похоже, рад меня видеть. Возможно, я останусь здесь до конца смены. Он протягивает мне пару карт, и я начинаю их читать. Самое паршивое в процедуре сортировки - это то, что в компьютере еще ничего нет. Все в бумажном виде. Сообщение поступило от парамедиков или пожарных. - Я имею в виду, конечно, она хорошо выглядит, но мне нравятся мои девочки с длинными распущенными волосами... за которые можно ухватиться, - слышу я низкий голос из-за колонны. - Заткнись, Белл, ты отвратителен. - Знаешь, что Линк сказал мне? - Что? - Она была с Гайей, и выпивала в баре. - Серьезно? - И они ушли вместе. Я хмурю брови, слушая разговор, к которому прислушиваюсь. Октавия и Беллами понятия не имеют, что этот столб - единственное, что нас разделяет. Когда я читаю отчеты нескольких пациентов, все, кажется, вылетает у меня из головы. Я не могу сосредоточиться. Единственное, что я слышу, это их разговор. - Ты думаешь, они переспали? - Я не знаю. Хотя Гайя сказала мне, что это она подстригла ее волосы. Меня чуть не стошнило прямо здесь. Поражение сиюминутное. Я легко могу связать все воедино. Как раз в тот момент, когда я думала, что сегодняшний день прошел более-менее сносно, я узнаю информацию, которую мне знать не нужно. Они проводят вместе время вне работы? И она, черт возьми, доверила этому человеку, которого знает всего пять минут, поиграть в парикмахера? Какого хрена? Какого нахер хера? Охваченный яростью, я даже не слышу, как снова открываются двойные двери. - Хей, Кларк! Ага это кислота попадает в мой пищевод - Привет, ребята. - О, и привет... Лекса, - Кларк замечает меня, и в этот момент все карты падают у меня из рук. Октавия и Беллами разворачиваются, чтобы выглянуть из-за стены, и видят, как я сидя на корточках собираю карты. Кларк пытается помочь, но замечает, что у меня дрожат руки. - Я справлюсь, спасибо, - почти вырываю бумаги у нее из рук, - Извини - и тут же оправдываюсь . - Хей, доктор Вудс. Не знал, что ты здесь, - говорит Беллами, глядя на Октавию краем глаза. - Да, просто пришла помочь Монти, но я собираюсь сделать перерыв на обед, - Немного нервничаю. Должно быть, проголодалась. Ну, я вернусь позже. - Я сую карты прямо Беллами в грудь, который отступает на шаг от такого давления. - Увидимся позже, ребята. - Я даже не могу смотреть на Кларк. Становится трудно дышать. Мои пальцы начинают неметь. Я справлялась хорошо … так чертовски хорошо. Никто не задает вопросов о том, почему я вдруг так спешу в столовую. По крайней мере, я не даю им такой возможности. Из-за моей нервной бессвязности и поведения, я уверена, они могут сделать вывод, что низкий уровень сахара в крови, вероятно, не моя проблема. Затаивать дыхание рядом с Кларк - это не всегда в новинку, но в этот раз причина была в другом, и не потому что меня поражает ее красота или даже доброта. Раньше иррациональной вероятности того, что между Гайей и Кларк может быть что-то большее, было достаточно, чтобы заставить меня готовиться к своим похоронам. Но что теперь? Существует вполне реальная вероятность того, что что-то произошло или происходит, и с таким же успехом я могла бы лечь в могилу прямо сейчас. Я смотрю на энергетические напитки, не совсем понимая, что именно они передо мной, потому что мой мозг все еще пытается осмыслить разговор, который вели Октавия и Беллами. Я пытаюсь придумать, чтобы еще это могло значить, но это и так понятно. - Ни от чего из этого ты не почувствуешь себя лучше. Кларк. Почему она вдруг оказывается везде, где бы я ни была? Еще вчера она делала все, что в ее силах, чтобы избегать меня. Теперь она появляется в самые неподходящие моменты. Если бы я не знала ее лучше, я бы подумала, что она следит за мной. - И ты должна держаться от них подальше, помнишь? Единственное, от чего я должна держаться подальше, так это от тебя - Я просто смотрю, - я прочищаю горло. - Я думала, ты сказала, что проголодалась. - Да. - Ты не можешь жевать напитки. - Тебе что-нибудь нужно, Кларк? - Да, звучит грубо. Буква "к" звучит резче и раздражительнее. У меня снова онемение в конечностях. Сначала проблемы с сердцем, теперь неврологические? Может быть, я не так здорова, как мне кажется. - Я просто хотела проведать тебя. - Зачем? Это слово вылетает из меня, как выстрел из снайперской винтовки. Она сбита с толку резкой переменой в моем отношении. Мы были вежливы... весь день. Дружелюбие, может быть, и преувеличено. Но это было... хорошо. Напряжение спало. Враждебности почти не осталось. Затем мне пришлось услышать о том, что... они вместе выпили. Она отвечает не сразу. Что-то подсказывает мне, что она переоценивает свои действия. Она отступает на шаг и думает о том, что она здесь делает. - Ты плохо выглядела. - Хотела убедиться, что ты не упадешь в обморок, - признается она почти профессиональным тоном. Я усмехаюсь, и из меня вырывается невеселый смешок. - Я что-то сделала? - Она прищуривается, глядя на меня. Какой, мать твою, сложный вопрос. Она столько всего для меня сделала. Заставила меня влюбиться в нее. Заставила меня вспомнить, каково это - быть по-настоящему счастливой. Заставила меня понять, что жизнь - это нечто большее, чем просто выживание. Но нет. Я не скажу ничего из этого вслух. Голубизна потемнела, став лазурной, как октябрьский рассвет, она хочет, чтобы я изменила свой взгляд на нее, но она ничуть не лучше. Привлекательность ко мне все еще присутствует, скрытая за напускной ненавистью, которую я слишком привыкла видеть. Ей все еще не все равно, и именно поэтому она здесь, передо мной, проверяет, почему у меня бледное лицо и дрожат руки. И вот, когда она стоит тут, хотя могла бы легко уйти, не желая иметь дело с биполярным сдвигом в моем сегодняшнем довольно нейтральном настроении, мне приходится сдерживать все, что так стремительно вырывается из меня. Контроль Контроль Контроль То, чего мне так не хватало с тех пор, как я встретила Кларк Гриффин. Но мне нужно переучиваться, потому что мы всего лишь коллеги. Это то, что я ей обещала. Я должен заставить ее поверить, что смогу сдержать хотя бы одно из своих обещаний. - Нет, не сделала - она видит мою фальшивую улыбку насквозь, потому что мои глупые глаза снова выдают меня. Задумчивые. Слезливые. Удрученные. Я ничего не могу поделать с тем, что у разных оттенков есть свои собственные определения, которые она может четко прочитать. Это ее дар, которого нет ни у кого другого, она знает меня лучше чем я сама. - Прости. - За что ты извиняешься? Боже, этот разговор ни к чему не приведет. Он разрозненный, бессмысленный. Слова, которые слетают с моих губ, - это те же самые слова, которые я повторяю уже несколько дней.  Я не могу больше ничего сказать, поэтому вместо этого указываю на зеленые шары, встроенные в мой череп, которые, очевидно, выражают больше, чем когда-либо сможет выразить мой рот.. - Оу, - она моргает, а затем неожиданно понимающе улыбается. Она не критикует непроизвольные мышцы моих глазных рецепторов, что меня действительно удивляет. Но, с другой стороны, именно она является причиной возникновения таких врожденных рефлексов. Нефрит. Изумруд. Шалфей. Острие. Расширенное. Суженное. Откуда, черт возьми, я могу знать, что делают мои глазные яблоки? - Все в порядке. Думаю, ты мало что можешь с этим поделать... - говорит она, и я наконец-то могу расслабить плечи. - В любом случае... тебе, наверное, стоит поесть... настоящей еды, - застенчиво советует она. - Могу я угостить тебя ланчем? - Спрашиваю я, прежде чем успеваю подумать, что не стоит этого делать. - Просто, знаешь... в счет кофе, который ты принесла мне раньше, - думает она. Думаю, хорошая ли это идея. Наверное, нет, но на данный момент я привыкла к боли. - Ты тоже будешь есть? - Нет, я просто буду сидеть и смотреть, как ты набиваешь себе рот. Она ухмыляется и толкает меня плечом. - Я хочу куриное филе, - говорит она мне, подходя к грилю. Честно говоря, я ожидала, что она откажет, поэтому, когда она начинает заказывать еду у повара, я невольно отстраняюсь с удивленным видом. - Твоя очередь. - Ох, бургер с индейкой. Я наблюдаю, как она подходит к холодильнику. Она достает две бутылки воды. - Ты собираешься выпить обе? - Нет. Одна из них для тебя. - Я не в настроении пить. - Мне все равно. Я могла бы сказать Уэллсу, что ты тайком приносишь энергетические напитки за его спиной. - Я не... - Я видела, сколько ты вчера выпила Дерьмо - В свою защиту... - Ты не юрист, Лекса. Ты врач. Делай правильный выбор. Не знала, что мне будут читать нотации. Также я понятия не имела, что она обратила внимание на то, что я делала вчера. Мы взяли еду и сели за стол. По какой-то причине нас привлек именно этот. Мы немного поели в тишине. Я не пытаюсь завязать светскую беседу, мне просто приятно быть рядом с ней. - Что ты думаешь о Гайе как о старшей медсестре? Ну, я была довольна... Потом ей пришлось спросить именно об этом. Я действительно хочу поговорить с ней об этом? Потому что единственное, что я хочу знать об этой женщине, это были ли они вместе и почему она позволила себе сделать такую рискованную вещь, как обрезать волосы. Итак, мое мнение о том, как она выполняет свою работу??? Не совсем уместно, но я оставлю все это при себе. - Она хороша - я проглатываю свой кусок. - Да? - Найла более эффективна, - она давится картошкой фри - Ты только что похвалила Найлу? - Я перестаю жевать, и удивленного выражения ее лица было почти достаточно, чтобы заставить меня рассмеяться. - Кажется, я так и сделала. После этого она делает нечто совершенно спонтанное. Она тянется через стол и трогает мой лоб тыльной стороной ладони. Мои глаза расширяются от нашей близости и ее прикосновения. Что, черт возьми, происходит. - Что.. ты делаешь? - Проверяю, не заболела ли ты. Я слегка приоткрываю рот, когда она приходит к выводу, что у меня нормальная температура, она возвращается к своему куриному филе. - Может быть, тебе нужно сделать МРТ - Заткнись, - я комкаю салфетку и бросаю в нее. Это... мило. Возможно, это и есть "нормально". Двое людей едят и ведут непринужденную беседу. Я имею в виду, конечно.. возможно, по крайней мере, у одного из нас есть чувства к другому. Сильные чувства. Что-то вроде безответной любви. - Лекса! -  Мы оба слышим, как кто-то выкрикивает мое имя с другого конца кафетерия. Джозефина направляется к нам в своей хирургической форме. Я случайно замечаю выражение лица Кларк. Ее улыбка увядает, и она снова опускает взгляд на свою еду. - Привет, Джозефина. Рада тебя видеть. - Привет, Кларк, - слегка запыхавшись, она встает перед нашим столиком и поправляет свой топ. - В чем дело, доктор? - в ее тоне слышится нотка горечи, но, возможно, мне это кажется. - Просто хотела, чтобы Лекса знала, что мы закончили операцию. Мы смогли спасти его ногу. - О, потрясающе. Я знала, что ты справишься. - Тебе следует как-нибудь зайди ко мне в операционную. Может быть, это станет для тебя еще одной специальностью, которой ты овладеешь. Раньше я думала, что флирт - это уже перебор. Но по мере того, как Кларк продолжает запихивать в рот все больше еды, чтобы не ляпнуть что-нибудь грубое, я начинаю понимать, что, возможно, она все еще испытывает, по крайней мере, некоторую ревность. - Осторожнее, Кларк. Мы только что говорили о закупоренных артериях. - Со мной все будет в порядке, - бормочет она, и все, что я могу сделать, это взглянуть на ее щеки набитые как у хомяка. - О, кстати... у меня есть пациент с этой сумасшедшей кровоточащей раной на ноге, я бы хотела, чтобы ты осмотрела его, когда у тебя будет время, - Она смотрит прямо на меня, но затем переключает свое внимание на Кларк. - Я бы попросила тебя, Кларк, но ты же знаешь... с ее опытом в инфекционных заболеваниях и всем прочим... - Я понимаю.  - Конечно, Джозефина. Но сначала я доем. - Без проблем. Позвони мне, когда будешь готова. Увидимся позже, ребята. Мне нужно еще почистить налет. Она кладет руку мне на плечо, прежде чем медленно опустить ее. Я дружелюбно улыбаюсь ей, возможно, слишком долго.. Кларк не так проницательна, и это заставляет меня переосмыслить некоторые вещи. Так что, возможно, это двусторонний подход, а вовсе не односторонний, как я думала. Когда Джозефин исчезает, я чувствую, как вибрирует мой телефон. Джозефина: давай как-нибудь сходим куда-нибудь вместе. ______