Не все вечера бывают добрыми

Бона попросила Сару высадить её рядом с магазином, а не прямо у дома. Всё равно нужно было купить куриные яйца, губки для мытья посуды и что-то, о чём она вновь забыла. Девушка, практически лёжа на переднем сидении, расслабленно наблюдала за мелкими каплями дождя, что стекали по лобовому стеклу. Благодаря своему росту она вполне могла свернуться в клубочек на кресле, как котёнок, и заснуть под успокаивающую классическую музыку, которую включила Сара. – Ты давно машину водишь? – поинтересовалась мисс Хатер, задумчиво поглядывая на свою спутницу. – Лет с двадцати, – безучастно ответила мисс Лонгман, внимательно наблюдая за дорогой. – Конкретно эту – полгода. – У Арбена тоже права есть, – отметила Бона и, широко зевнув из-за убаюкивающей атмосферы, продолжила: – А я слишком неусидчивая, чтобы таким заниматься. – Не думала сдать? К этому привыкаешь. Девушка отрицательно мотнула головой и упомянула, что у неё в детстве подозревали СДВГ. Некоторые симптомы не сошлись, а потому диагноз не был поставлен. Сара ничего слишком личного не рассказала, но отметила прохождение психологических курсов пару лет назад. Разумеется, это не давало ей права проводить консультации, хотя помогало лучше понимать себя и других. Дорога оказалась удивительно короткой. Прощаться не хотелось, пусть обе понимали: они не могли просидеть в машине целую вечность. В голове рождались совершенно разные предлоги остаться, от проработки сюжета книги до рассказов о собственной жизни. – Так странно, – тихо хмыкнула Бона, накидывая ремешок сумки на плечо. Уходить она не спешила. – Ты простила мне проигрыш, подвезла, хотя самой надо в другую сторону ехать... – Если бы мне было это в тягость, я бы не предлагала, – напомнила Сара, а затем, игриво усмехнувшись, добавила: – Приятно помочь красивой девушке. Мисс Хатер самодовольно заправила огненно-рыжий локон за ухо и, кокетливо подмигнув ей, предложила: – Тогда давай эта красивая девушка в качестве оплаты в щёку тебя поцелует. Карие глаза заинтересованно сверкнули. Не размышляя ни секунды, соавторка согласно кивнула. Они потянулись друг к другу одновременно. Бона была готова действовать, но в последний момент остановилась. «Как она отреагирует, если я немного... сменю траекторию?» – задумалась девушка, разглядывая миловидное лицо соавторки. Аккуратно уложенные гелем брови, нежно-розовые тени, персиковые румяна и манящая помада пудрового цвета. Втянув побольше воздуха через нос, мисс Хатер почувствовала сладкий запах ванили вперемешку с белым шоколадом, и это, по всей видимости, стало для неё последней каплей. Сара удивлённо охнула, когда почувствовала короткое прикосновение чужих губ к своим. – Обещала же в щёку! – с притворным возмущением выпалила она, прикрывая рот рукой. – А ты чем-то недовольна? – на румяном лице растянулась лисья ухмылка. В голову закрались сомнения: а если ей действительно этого не хотелось? Меньше всего Бона желала, чтобы эти несерьёзные заигрывания доставляли соавторке дискомфорт. Мисс Лонгман, помолчав всего секунду, понизила голос до приятного хриплого шёпота: – Да. Тем, что ты не довела дело до конца. Соблазнительно облизнув нижнюю губу, Сара резко подалась вперёд, целуя мисс Хатер. Та тихо простонала – сначала удивлённо, будто протестуя, а затем от блаженства. Пышные ресницы задрожали, рука щекотнула подбородок, притягивая партнёршу ещё ближе. Соавторка хотела отстраниться, но, ощутив пальцы Боны в своих волосах, охотно подалась вперёд. Их языки ненавязчиво переплелись. Ладонь Сары скользнула к талии спутницы, робко огладила ткань топа и брюк, словно спрашивала разрешение на прикосновение. Терпкая страсть, смешанная с мягкой осторожностью, – именно это было в их поцелуе. Обе шумно дышали, будто куда-то спешили и понимали, что второй такой возможности не предоставится. Хотя, напротив, шанс повторить был всегда. Отодвинувшись, мисс Лонгман заметила, как ярко загорелись зелёные глаза. Она никогда не видела Бону настолько счастливой. Естественный румянец на пухлых щеках выглядел очаровательно. – Теперь всем довольна? – поинтересовалась авторка. Её хриплый голос больше напоминал успокаивающее мурлыканье. – Абсолютно, – легко призналась Сара, кокетливо подмигнув ей. – Ты хорошо целуешься. – А знаешь, что ещё у меня отлично получается? – вкрадчиво прошептала мисс Хатер, соблазнительно прикусывая нижнюю губу. – Удиви. Девушки вновь оказались в опасной близости друг от друга. Наваждение не давало мыслить здраво. Казалось, ещё одна двусмысленная фраза – и одним поцелуем они не отделаются. Интимная атмосфера разрушилась, когда Бона выпалила: – Главы писать. Завтра увидимся? Сара растерянно захлопала глазами, не сразу соображая, что нужно ответить. – Не волнуйся, я тебя не отшила, – мисс Хатер рассмеялась, закатила глаза. – Надеюсь, нашему сотрудничеству всё происходящее не помешает. – Я умею разделять личное и рабочее, не беспокойся, – убедила её соавторка, мягко кивнув. Теперь, кажется, она вела себя чуть увереннее. – Что бы между нами ни случилось, книгу допишем. Бону такой ответ явно успокоил. Попрощавшись, она вышла из машины и направилась к круглосуточному продуктовому. Расхаживая между рядов с корзинкой в руках, девушка старалась понять свои эмоции. Сара действительно понравилась ей не только как коллега. Губы всё ещё приятно горели, а от воспоминаний о внезапном поцелуе хотелось радостно смеяться. Мисс Хатер тщетно пыталась скрыть широкую улыбку, из-за которой ныли уголки рта. Благо, посетителей в магазине почти не было, поэтому она не боялась выглядеть глупо. Чувства к мисс Лонгман нельзя было назвать влюблённостью, но вот симпатией, желанием, притяжением – вполне. С ней было комфортно. В груди разливалось нежное тепло, когда Бона вспоминала её заботу после вечера поэзии. А ещё она считала соавторку безумно красивой. Кажется, всю дорогу девушка только и делала, что любовалась ей. Пришлось мысленно спуститься с небес на землю. Нужно было купить пару упаковок спагетти, ведь в последнее время Арбен ел только пасту с соусом песто. Изредка сестре удавалось уговорить его добавить в привычное блюдо хотя бы обжаренную куриную грудку. К остальному парень почти месяц испытывал невероятное отвращение. Она привыкла к таким особенностям психики брата. В один день он мог выкинуть новую футболку, потому что вещь неприятно липла к телу, и отказаться от целой порции привычного завтрака. Непредсказуемость, привередливость, категоричность – всё это, разумеется, иногда ранило Бону. Она понимала, что Арбен не желал её обидеть, а потому просто проработала принятие. Положив в корзину филе индейки, девушка задумалась: как бы сложилась их жизнь, если бы им пришлось разъехаться? Когда-нибудь это наверняка произойдёт. Делить съёмную квартиру до конца своих дней было бы слишком глупо, учитывая то, что Бона хотела бы создать семью. Возможно, без детей, лишь с партнёршей и домашним питомцем. А с кем остался бы Арбен? Кто напоминал бы ему о приёмах пищи, успокаивал бы во время мелтдаунов? Нет, безусловно, мистер Леммель являлся взрослым, самостоятельным человеком, но, может, без сестры он не справится? Мисс Хатер тряхнула головой, глубоко вдохнула в попытке избавиться от колкого чувства тревоги в животе. «Ему не нужна гиперопека. Да и мы пока не собираемся менять место жительства», – повторяла она про себя, чувствуя, как от этих слов становилось поистине легче. «И почему я вообще задумалась об этом?». Чтобы точно не беспокоиться по пустякам, Бона достала наушники. Путь к кассе самообслуживания, а затем и к дому уже не казался скучным. Едва она вышла из магазина, как музыка прервалась из-за телефонного звонка. Сначала девушка обрадовалась, ведь ей позвонил папа. С каждой секундой разговора брови всё больше сдвигались к переносице, а рот в удивлении приоткрывался. В какой-то момент мисс Хатер остановилась как вкопанная и испуганно вскрикнула: – Porca Troia! – Бона, tesorina, кто ж тебя словам таким научил? – озадаченно спросил Брайан. Его дочь сразу представила, как он осуждающе покачал головой. – Прости, – буркнула девушка, почти не чувствуя себя виноватой. – Считай это маминым воспитанием. Она ввалилась в квартиру совершенно без настроения. Арбен понял это, когда ощутил её объятия: совершенно вялые, а не крепкие или почти удушающие, как обычно. Сообщив о своём беспокойстве, он получил просьбу разложить купленные продукты по полкам и ждать в её комнате. – Вечер поэзии прошёл плохо? – поинтересовался парень, сидя на кровати спиной к сестре. – Нет, всё было отлично, – равнодушно бросила Бона, спешно одеваясь в домашнюю футболку и велосипедки. – Мы с Сарой даже поцеловались. Арбен прокашлялся. Мисс Хатер коротко усмехнулась от такой реакции. «Да, пожалуй, настолько стремительного развития отношений у меня никогда не было», – отметила она в мыслях, вспомнив все свои предыдущие романы. – Неожиданно быстро, – тактично отметил он, в замешательстве заводя руку за голову. Девушка никак это не прокомментировала, лишь села рядом в позе лотоса и похлопала брата по плечу, намекая, что тот больше её не смущает. – Звонил папа. Я думала, просто поболтать, – Бона тяжело вздохнула, устало прикрыла глаза. В следующую секунду она почти подпрыгнула на кровати от возмущения: – А он меня попросил завтра поработать переводчицей на переговорах с каким-то важным хером! – Это разве плохо? Отличная тренировка твоих навыков, – Арбен непонимающе выгнул бровь, подпирая голову рукой. – И наверняка заплатят хорошо. – Это пиздецки страшно! – в ужасе воскликнула она, подскакивая со своего места. – У нас в универе было мало практики устного перевода, я плохо помню профессиональную лексику на португальском... Блять, да я этот язык вообще по песням первое время учила! Мисс Хатер мельтешила по комнате и бормотала тысячи причин, по которым точно не справится со столь ответственной задачей. Её брат молча наблюдал, понимая, что лучше всего было позволить ей выплеснуть эмоции. – Vai te foder – вот что я этому высокопоставленному пенису скажу! – выкрикнула она, гневно оборачиваясь в сторону Арбена. – Я ж нихуя не знаю! Испорчу папе все переговоры или... Парень резко поднялся, в два шага оказался рядом с сестрой и схватил её за запястья. Не слишком болезненно, чтобы не вызвать ещё большую агрессию. Та охнула от неожиданности, но остановила поток ругательств на разных языках. Мистер Леммель не говорил ничего, ждал, пока Бона восстановит дыхание. – Какая оценка у тебя в дипломе по устному переводу стоит? – спокойно уточнил он, оценивая девушку холодным взглядом. – Высший балл, – взволнованным полушёпотом откликнулась она, скрещивая руки на груди. – Но это ведь ничего не значит. Там преподша добрая была, она почти всем... – Расскажи, кого по государственному каналу показывали как одну из лучших студенток на практике? – напомнил Арбен, повторяя позу сестры. – Это тоже счастливая случайность? Бона промолчала, задумчиво отвела взгляд, не желая продолжать разговор. – Ответь мне, – настойчиво попросил парень. Его ладони покоились на опущенных плечах мисс Хатер и по неизвестной причине казались удивительно тяжёлыми. – Почему ты так недооцениваешь себя? – Я не знаю, – буркнула девушка, выворачиваясь из крепкой хватки брата. Она облокотилась на подоконник, делая вид, что ей очень интересно наблюдать за играющими во дворе детьми. Арбен не услышал просьбы оставить её в покое, а потому в миг оказался рядом. – Если бы ты действительно была не очень хорошей переводчицей, отец не стал бы тебя в это вовлекать, – размеренно объяснил он, будто боялся спугнуть. – А если меня просто из-за связей туда берут? – Бона встрепенулась и обиженно добавила: – Не хочу, чтобы во мне видели только фамилию. В фирме некоторое время приходилось мириться с тем, что во время знакомства люди удивлённо переспрашивали: «Как-как? Хатер?». Первые несколько лет обучения в университете прошли примерно так же. Девушка была сыта по горло разного рода шутками, скептическими взглядами и предвзятым отношением. Иногда даже хотелось взять фамилию мамы. Пусть она и не хотела иметь ничего общего с этой женщиной, Бона Моррико́не, по её мнению, звучало действительно лучше. – Давай не будем больше поднимать эту тему, пожалуйста, – тихо, жалобно попросила мисс Хатер, растирая собственные плечи. – Она даёт слишком много поводов для самокопания. Арбен согласился без лишних вопросов и уже собрался уходить, как вдруг услышал чуть более радостный голос сестры: – Но... спасибо, что веришь в меня. Возможно, когда-нибудь я и сама в себя поверю. Вечер они провели вместе. Бона решила пересмотреть любимый фильм на португальском, а её брат был совсем не против, ведь она включила субтитры.

***

Утро выдалось нервным. Девушка ещё прошлым вечером предупредила Сару о переносе встречи, бросила в сумку пропуск для мэрии, чтобы точно его не забыть, но всё равно находила поводы для драматизации. Без положительных моментов не обошлось: чувства получилось излить в новой главе. Картер как раз переживал совершенно ужасный, полный тревоги день благодаря своей авторке. Писательство, как обычно, помогло успокоиться, хотя и совсем немного. «Возьму главу с собой, вдруг где-нибудь пересечёмся с Сарой», – это было единственной хорошей мыслью перед выходом. От неё сердце приятно ёкнуло, а губы растянулись в улыбке, которая ровно через секунду исчезла на испуганном лице. В очередной раз выслушав поток подробных описаний того, насколько Боне было страшно, Арбен ободряюще похлопал её по плечу, стиснул в крепких объятиях и буквально выпихнул из квартиры, чтобы та не опоздала. Девушка почти никогда не посещала мэрию. Первый и последний её визит сюда был около года назад, на практике от университета после курса устного перевода. «Тогда я и вправду хорошо справилась. Может, сегодня тоже повезёт?» – успела подумать она, прежде чем перешагнула порог величественного здания с массивными колоннами. Сначала нужно было зайти к отцу – так сказал мужчина, встретивший мисс Хатер на входе. Это поистине порадовало девушку. Можно было не только поныть ему, но и расспросить о человеке, с которым он планировал вести переговоры. – Посол из Восточной Ибе́рии, – размеренно объяснил папа, раскачиваясь на кресле в своём кабинете. – Вот почему нужен был человек со знанием португальского. В той части страны... – ...другие языки почти не используются, да, – несколько раздражённо бросила Бона. Острые ногти уже отбивали чечётку на столе из дуба. – Зачем говоришь то, что мне и так известно? – Переживаю за тебя, – робко признался мистер Хатер, смущённо отворачиваясь. – Вроде все детали уже знаешь, но... Дочь задержала на нём взгляд, полный недоверия. Брайан сегодня и вправду выглядел довольно нервным. По-особенному нервным. Это не было похоже на простое волнение за своё чадо. – Пап, – медленно, понизив голос, протянула девушка, – есть что-то ещё? Тот тяжело вздохнул, схватился пальцами за переносицу. Отец никогда не умел скрывать эмоции при Боне, хотя очень старался. – Мы будем говорить об экологии, – напомнил он. Мисс Хатер уже была готова вскочить со стула от нетерпения. – У нас в стране немного нестабильная обстановка в этом плане из-за... последователей радикальных организаций. Кажется, ровно через секунду мужчина пожалел о сказанном. Не стоило нервировать дочь перед таким ответственным мероприятием и вдобавок накручивать себя. Бона захлопала ресницами, округлила глаза, прикусила щёку изнутри. «А если все мои догадки верны? Я что, могу сейчас переводить речь законника? Вот это нихуя себе!» – шокированно подумала она. – И ты, зная об этом, всё равно позвал меня? – глядя на него исподлобья, напряжённо уточнила мисс Хатер. – Не я. Он попросил. В глазах цвета свежескошенной травы читалась безысходность. «Хватит надумывать! Нормально он смотрит!» – тут же одёрнула себя девушка. Все сведения о существовании «Нового закона» являлись лишь теориями, но подтверждений им в последнее время находилось поразительно много. Она сделала несколько глубоких вдохов, сложила пальцы в домик и, не дав папе сказать ни слова, строго отчеканила: – Это не должно меня волновать. Мой переводческий долг – стать посредницей между вашим общением, но не собеседницей. Именно этому её учили в университете. Фразы, произнесённые на автомате, в какой-то момент показались правдивыми. Мисс Хатер повторяла их снова и снова в попытках собраться с мыслями. «Через полчаса уже пойду. Тем более, у папы с этим мужиком налаживаются отношения. Надеюсь, они быстро придут к компромиссу», – успокаивала она себя, сверля взглядом массивную белую дверь с резной ручкой. Глубокий вдох, медленный выдох, прежде чем переступить порог кабинета для переговоров. Напряжение достигло высшей точки, будто Бона была вулканом, из которого вот-вот хлынет обжигающая лава. Девушка представила рядом с собой брата. «Всё получится, я в тебя верю, огонёк», – мягко проговорил столь родной образ, развеивая все её страхи. В уголках глаз внезапно скопились слёзы. Пришлось несколько раз моргнуть и до боли прикусить губу, чтобы собраться с духом. Завидев посла, мисс Хатер поняла: кажется, она была готова. Переводчица стояла между двумя деловыми партнёрами. Пауло Ме́ндеш, депутат партии «Зелёные страницы», говорил довольно размеренно, чётко, что позволяло запомнить каждое произнесённое им слово и грамотно озвучить на языке, понятном мистеру Хатеру. Бона даже не испытывала дискомфорта от очевидно колких вопросов, на которые её отцу пришлось давать ответы. «Отлично держится», – отметила она про себя во время небольшой паузы, с беспокойством поглядывая на Брайана. «А могло быть иначе? Он ведь мэр, а не хер с горы». Мистер Мендеш также упомянул вчерашнюю новость о сомнительном законопроекте. На лбу его партнёра вздулась вена, а спокойная речь стала чуть более напряжённой. Дыхание переводчицы участилось, но она, невзирая на волнение, лишь выполняла свою работу. По истечении получаса, как и ожидалось, Бону сменила другая девушка. Мисс Хатер оказалась в небольшой кабинке, из которой вышла её временная коллега. Оттуда можно было услышать всё, что проговаривалось в основной комнате. Она старалась следить за всем: за мимикой и жестами участников диалога, за речью португальца, за тем, не искажён ли смысл его реплик при переводе. От огромного потока информации разболелась голова, а щёки загорелись, будто у девушки была лихорадка. Зато она держала всё под контролем. Во второй половине переговоров Бона не нашла ничего двусмысленного или странного. Мужчины постепенно пришли к компромиссу, весь процесс близился к завершению. Оба встали, чтобы закрепить согласие крепким рукопожатием, и в этот момент Пауло произнёс свою последнюю фразу: – Estamos em contato com pessoas certas. O verdadeiro trabalho começa depois. Кажется, никого, кроме мисс Хатер, эта фраза не смутила. «Да что ты, чёрт побери, такое несёшь? Нужные люди – это явно не наша мэрия, палец на отсечение даю!» – размышляла она. Напряжённый, испепеляющий взгляд наверняка мог прожечь дыру в сером пиджаке португальца. Всё закончилось. Операторы подхватили оборудование и вышли из комнаты. Бона выбралась из каморки, чтобы поблагодарить мужчин за сотрудничество с ней, хотя в данную минуту возникало желание лишь уйти по-английски. Мистер Мендеш, услышав её неторопливые шаги, резко развернулся и протянул девушке широкую ладонь. – Спасибо, – с сильным акцентом шепнул он. Деловая улыбка явила дёсны и зубы. – Отличный работа, мисс Хатер. Переводчица затаила дыхание. «Он? Похвалил? Меня? Этот высокопоставленный пенис?!» – только и успела подумать она. Бона неловко кашлянула и, удивлённо глядя ему в глаза, робко протянула: – Благодарю Вас. Жест был довольно крепким. «Я после этого никогда руку мыть не буду! И не важно, что до этого ты мне нервы вымотал!» – пронеслось у неё в мыслях. Чуть позже девушку выловил в коридоре отец. Он постоянно повторял, как гордится ей, что ни на секунду в ней не сомневался и какая она замечательная. Именно в эту минуту Бона поняла: она была на высоте. Она справилась. Это ощущение было лучше, чем выпуск из университета, первое признание в любви или даже прибавка к зарплате. Выйдя из здания мэрии, мисс Хатер почувствовала себя так, будто обрела крылья. Никого не стесняясь, девушка радостно взвизгнула и подпрыгнула на месте. – Я смогла! Я смогла! – повторяла она, не в силах спрятать счастливую широкую улыбку. В руках Боны тут же оказался телефон. Первое сообщение было отправлено брату.

——————————

Бона

ВСЁ ХОРЛШО

МЕНЯ ХВАЛИЛИ

ПО ОМ ПОЗВОНЮ

Арбен Ты умничка. Жду.

——————————

Следом почему-то захотелось поделиться личной победой с Сарой. Лишь от одной мысли об этом всё лицо вплоть до кончиков ушей стало пунцовым. Через мгновение девушка вспомнила: соавторка жила где-то рядом с мэрией. Может, имело смысл навестить её под предлогом работы? Если она не была занята, конечно.

——————————

Бона

привет!! ты дома сейчас?

Сара Привет, да

Бона

давай я тогда зайду и отдам тебе главу

тебе будет комфортно?

Сара Заходи

——————————

В следующем сообщении от Сары был её адрес. Она снимала квартиру в недавно отстроенном микрорайоне, как раз там, где Бона всегда мечтала приобрести жильё. Несколько небоскрёбов с невероятной красоты муралами возвышались над уютными двориками, в которых, на удивление, всегда было совсем мало людей. Мисс Хатер, воодушевлённая возможностью узреть всю эту красоту, включила музыку в наушниках и побежала к остановке. Лишь в троллейбусе к ней пришло осознание: соавторка наверняка предложит ей остаться хотя бы на полчасика. Голубое небо уже было затянуто плотными тучами, на улице стало душно, а значит, скорее всего, вот-вот должен был начаться дождь. Пожалуй, следовало посмотреть прогноз погоды перед тем, как писать Саре. С другой стороны, если сегодня они останутся наедине в её квартире, то Бону может ждать ещё более быстрое развитие отношений. Лифт довёз её на пятнадцатый этаж. Всё это время девушка круглыми глазами рассматривала подъезд изнутри, отмечая то, насколько современно он выглядел. Бежевые стены чудесно сочетались с тёмно-коричневым деревом, плитка на полу напоминала мрамор, приглушённый свет в коридорах создавал уют, особенно в дождливую погоду. «Интересно, сколько здесь стоят квартиры? А аренда? Сколько тогда Сара зарабатывает? Она что, миллионерша?» – девушка была готова обрушить нескончаемый поток вопросов на солидного парня в чёрном костюме-двойке, что ехал вместе с ней наверх, но всё же ограничилась лишь многозначительным шокированным взглядом. Дверь семьдесят третьей квартиры уже была открыта в ожидании гостьи. Бона обрадованно отметила: на Саре был шёлковый розовый халат, едва прикрывающий подтянутые ляжки. Возможно, только он. Все положительные эмоции разом улетучились, как только мисс Хатер приблизилась к соавторке. От неё разило алкоголем. Этот запах вызывал незамедлительную панику, желание убежать, свернуться где-нибудь калачиком и не выходить из укрытия. Девушка остановилась как вкопанная, не зная, как реагировать на это. Страх сковал её движения, резко схватил за горло, не давая вдохнуть. «Только не говори ничего! Я отдам тебе эти жалкие бумажки, а ты просто молчи!» – мысленно взмолилась она, трясущейся рукой протягивая коллеге распечатанные главы. – Надеюсь, ты не будешь против, если я вычитаю... чуть позже, – медленно протянула Сара, опираясь правой рукой о дверь. Язык совсем не поворачивался, вечно заплетался, будто вдруг стал желейным. – Всё нормально, – дрожащим голосом выпалила Бона, инстинктивно отступая на шаг. «Выглядит спокойной. А если нет? Если сейчас начнёт орать как резаная, замахнётся? Откуда мне вообще знать, что в её башке творится?!» – напуганно думала мисс Хатер, одновременно с этим прикидывая, как можно было вежливо свести разговор на нет. – Не зайдёшь? – предложила Сара, с прищуром оглядывая коллегу. Соавторка встала чуть ровнее, будто от этого сложилось бы впечатление, что она трезва как стёклышко. – Там ливень на улице... – Нет! – в ужасе пискнула Бона и, выставив ладони вперёд, промямлила: – М-мне д-домой надо... срочно. Т-там, короче... – Да ла-а-адно, – мисс Лонгман непринуждённо махнула рукой. На покрасневшем лице растянулась улыбка, больше похожая на оскал. – Переждёшь, а потом поедешь. У меня вино ещё осталось... – Нет! – испуганно вскрикнула девушка, напрочь забыв о тактичности, дёрнулась всем телом. Мозг напомнил о том, как надо вести себя в подобной ситуации: бежать. Она, не взглянув на Сару, ринулась к лестнице. Ноги не гнулись, колени дрожали так сильно, что, казалось, Бона могла упасть в любой момент. Через несколько пролётов мисс Хатер остановилась, чтобы отдышаться, вызвала лифт и, чуть не уронив телефон, открыла приложение для вызова такси. «Плевать, сколько оно сейчас стоит. Я просто хочу домой! К Арбену!» – от этих мыслей пара горячих слезинок скатилась по раскрасневшимся щекам.