Somebody Once Told Me...

Ночи в Юньмэне были светлее, чем в лесу близ Цишани. Свежая прохлада укрыла замок, и хотя на улицах большого города всё ещё были прохожие, и не так уж мало, вокруг было довольно тихо. До полуночи ещё оставалось время — но Лань Ванцзи чувствовал, что встретит новые сутки с открытыми глазами. Этот день, должно быть, был самым тяжёлым в жизни эльфа, — а следующий обещал быть не легче. Ванцзи нужен был сон, хотя бы немного, но сон не шёл из-за заполнивших голову тревожных мыслей. Мыслей о Вэй Ине. О них с Вэй Ином. Лань Чжань искренне хотел быть ему хорошим… нет, идеальным мужем, сделать всё, чтобы его Вэй Ин, и без того настрадавшийся за свою жизнь, больше не тревожился ни о чём, хотел баловать его и защищать. Но что если этого действительно было недостаточно? Что, если Вэй Ин предпочёл бы защищать себя сам… но в прежнем женском теле? Хорошо. Ванцзи было всё равно на тело, главное — это был Вэй Ин, но если так, что ему сделать, чтобы вернуть супругу облик, который тот хочет? Или что, если все усилия Ванцзи были бесполезны, потому что он сам — эльф, не ровня принцу? А ведь ради Вэй Ина Ванцзи бы сделал что угодно — вплоть до того, что стал бы человеком. Если бы знал, как. И точно ли это то, что нужно его Вэй Ину?.. Светлые глаза украдкой посмотрели на лежавшего рядом принца. Сегодня тот даже спал не так, как обычно — не разваливался как попало поперёк кровати и мужа, а более-менее аккуратно свернулся на боку, уткнувшись Лань Чжаню в плечо. Беззвучно вздохнув, Ванцзи осторожно отстранился, встал с кровати и, накинув рубашку, тихо подошёл к окну. Лобная лента осталась зажата в пальцах Вэй Ина. Ночные пейзажи тоже не помогли. В голову Лань Чжаня стали лезть картинки сегодняшнего дня и ненароком оброненные супругом фразы, из-за чего последняя надежда на то, что Вэй Ину всё нравится, и дело только в его родственниках, затухала, как тлеющие угли костра. Буквально ни разу за весь день Вэй Ин не поправил отца, мачеху или брата, когда те называли его девушкой, — кроме как после ужина, но там принца разозлило многое другое. Может, ему просто всё равно на обращение? Но как же это: «он уж точно не делал ничего, чтобы навсегда превратить меня именно в парня»? «Спало проклятие или нет, девушка или мужчина»? «Откуда тебе знать, кто я на самом деле, когда даже я сам не знаю этого»?.. Вздохнув, Ванцзи отвернулся от окна и всё так же тихо прошёлся по комнате. Если бы хоть кто-то знал ответ… Вдруг, стоило пройти мимо двери, чуткий эльфийский слух уловил какой-то шум в коридоре. Лань Ванцзи прислушался. Странно. Близилась полночь, кто мог не спать в такое время? — …Всё, прямо, не заблудишься, — различил эльф чей-то голос. — Давай, до завтра… — Может всё-таки то сладкое вино из-за моря? — как-то странно, почти игриво спросил другой человек. Но первый точно не заметил ничего подозрительного. — Сказал же, это на бал! — Да всего пара бутылок! — Чёрт, иди уже! Второй человек захихикал, и, судя по звуку шагов, люди разошлись. Ванцзи слышал, что оставшийся направился по коридору в сторону их двери, но вдруг, пройдя чуть дальше, остановился и тихонько ахнул. — Ох чёрт, а имя… — пробормотал тот. — Эй, постой, как тебя… О нет, ушёл… Устало прикрыв глаза, Лань Ванцзи приоткрыл дверь. Интересно, каким же образом Не Хуайсан, сбежавший с ужина лишь из страха перед местной аристократией, успел разговориться аж с самим принцем Цзян Чэном. Когда одна из дверей в коридоре внезапно открылась, Хуайсан от неожиданности вздрогнул, — но тотчас расслабился, поняв, что белым призраком был Лань Ванцзи. Хоть, почему-то, и без своей ленты. — Лань Ванцзи! — воскликнул колдун. Эльф слегка нахмурился. — Тише, — он бесшумно закрыл дверь. Впрочем, Вэй Ина обычно не мог разбудить даже самый громкий шум. — Что… — Ой, Лань Ванцзи, представляешь, я подумал, что вы должны были закончить ужинать, вышел из комнаты, хотел найти вас и едва не потерялся! — кажется, Хуайсану было всё равно, с кем сплетничать, — с болтливым Вэй Ином или его молчаливым хмурым мужем. — Я уже испугался, но вдруг столкнулся с кем-то… Он казался злым, но я просто хотел выбраться, а потом мы вдруг разговорились и как-то слово за слово пошли выпить по чарке вина… Но какой я дурак, я совсем забыл спросить, как его зовут! Он много говорил про Вэй Ина, то ли его друг, то ли… — Принц Цзян Чэн, — без единой эмоции в голосе подсказал Лань Ванцзи. — О, ты его… Стоп, — Хуайсан, стоило осознать фразу целиком, приоткрыл рот, уставившись на Ванцзи. — Ты сказал… Тот, который… Ой, боже… — скулы колдуна от чего-то слегка порозовели. — Лань Ванцзи-и… Брат Вэй Ина — такой красавчик? Брови эльфа едва заметно дёрнулись к переносице. Цзян Чэн явно не был человеком, о котором Лань Чжань сейчас хотел бы поговорить. — Так вот, что он так много говорил про бал, я-то думал… Ой, Лань Ванцзи, п-почему ты так смотришь? — кажется, Хуайсан наконец-то обратил внимание на лицо эльфа. — За ужином что-то случилось?.. Ванцзи коротко смерил колдуна взглядом. Возможно, Вэй Ин мог рассказать другу что-то, о чём не говорил с мужем… Вспоминать вчерашний вечер не хотелось, поэтому Лань Чжань пересказал всё очень коротко и сухо. Не Хуайсан задумчиво постучал кончиком пальца по подбородку. — …Как ты сказал… Гуаншань? — внезапно переспросил он. Помедлив, Ванцзи кивнул. Он вскользь упомянул колдуна и какого-то принца ещё в начале, почему Хуайсан вдруг… — У меня странное чувство, что я слышал это имя… — пробормотал Хуайсан. — Причём сегодня… Нет, не смотри, не от Цзян Чэна, с ним мы вообще о колдунах не говорили… Ох, точно! Мэн Яо! — заметив вопросительный взгляд Лань Чжаня, колдун быстро объяснил: — Ну, вы же знаете, мне интересно, кто вообще живёт в Юньмэне, кроме людей! Я поспрашивал его сегодня днём, и я точно помню, он упоминал вот этого колдуна! Говоришь, этот Гуаншань помогал с проклятием Вэй Ина и… Сказал, что его суженый, — какой-то другой принц?!.. Не успел Ванцзи ответить хоть что-то, Не Хуайсан вдруг встрепенулся, схватил эльфа за запястье и потянул куда-то вперёд. — Не Хуайсан! — только и успело сорваться с красивых губ. — Идём, спрошу его ещё раз! — потерявшийся во дворце всего пару часов назад Хуайсан как-то удивительно быстро и точно вывел их обоих к лестнице. — Может, Мэн Яо знает, где его найти, ну или знает того, кто знает, или… Брови Лань Ванцзи, когда он высвободил руку из хватки Хуайсана, всё ещё были нахмурены, но в светло-золотых глазах блеснула надежда. Ведь верно. Хуайсан прав. Колдун Гуаншань был тем, кто много лет помогал с проклятием Вэй Ина, буквально вчера тот сказал что-то о том, что… проклятие приняло другую форму?.. Если Вэй Ин сейчас недостаточно счастлив, и если дело в его старом проклятии… ответ может дать только колдун Гуаншань. Лобная лента всё ещё была зажата в пальцах мирно спящего Вэй Ина. Но Лань Чжань всё равно не собирался забирать её, боясь разбудить супруга. То, что Хуайсан заблудился во дворце, было совсем не удивительно, — Лань Чжань пока что тоже терялся в коридорах, колоннах и залах, совсем не похожих на лес. Однако найти выход было не так сложно, как какую-нибудь конкретную комнату. Хуайсан проворно выбежал на площадь перед дворцом, лишь слегка заробев перед стоящими у ворот стражниками, — Лань Ванцзи, уже давно освободивший руку из чужой хватки, прошёл мимо них с привычным нечитаемым выражением на лице. Должно быть, ворота закрывали в полночь — мост через ров ещё был опущен, стрелки часов на высокой башне показывали десять минут до двенадцати. — Ты знаешь, куда идти? — спросил эльф, когда они пересекли мост. Хуайсан махнул рукой. — Нет, но сейчас что-нибудь… Хм… — колдун огляделся, прищурив яркие глаза. Кажется, жизнь в Юньмэне правда не останавливалась ни днём, ни ночью, — хоть людей стало меньше, они явно не торопились по домам, кто сидя в тавернах, а кто вовсе гуляя по мощеным улочкам, обрамлённым ещё почти полностью зелёными деревьями. — Ой нет, не помню, чтобы он говорил, где сейчас живёт или вроде того, этого я не знаю… О, точно! Лань Ванцзи! — Не Хуайсан вдруг встрепенулся, обернувшись к эльфу. — Я придумал… Смотри, что я теперь умею! Юноша воодушевлённо, но слегка неловко протянул вперёд руку с кольцом на указательном пальце. Лань Ванцзи на всякий случай отошёл подальше, глядя, как Хуайсан бормочет под нос очередное неработающее заклинание… Но наконец, раз на третий, с кольца вдруг в самом деле сорвалась пара искр, а следом за этим к колдуну подлетела птица, сидевшая до этого на одном из деревьев. Радостно улыбнувшись, Хуайсан протянул руку, давая птице опуститься на неё. — Итак… Давай встретимся на главной улице, там же, где сегодня днём? — обращаясь к кому угодно, но не к птице, быстро сказал колдун. — Прямо сейчас. Это срочно! И… извини, если вдруг разбудил! Хуайсан слегка тряхнул рукой; птица улетела, направившись к другому человеку, а сам колдун гордо обернулся к слегка удивлённому Лань Ванцзи. — Сяо Синчэнь научил, пока вас не было! — довольно объяснил он. — Пытался ещё нескольким, но там у меня совсем ничего не выходило, слишком сложно… У меня это-то заклинание всё ещё плохо получается… Но получается! Лань Ванцзи приподнял брови. Синчэнь? — Он ведь маг. — Ну… — Хуайсан задумчиво склонил голову набок. — Он, оказывается, немного пользуется заклинаниями, и мне тоже кажется, что это странно! То есть, маги ведь легко колдуют без них и палочек-колец… Как думаешь, может, у него что-то с силами? — в каре-голубых глазах вновь зажёгся огонёк сплетен. — Но мне как-то страшно спрашивать… Если там что-то серьёзное, и я нечаянно расстрою Синчэня, Сюэ Ян, как узнает, мне голову откусит! Эй, пойдём же, Лань Ванцзи, птицы обычно находят людей довольно быстро!.. Лань Ванцзи оставалось только пойти следом и вместе с Хуайсаном ждать на широкой улице. Колдун какое-то время просто с любопытством косился на эльфа, но в конце концов, не удержавшись, вновь начал спрашивать об ужине, о родственниках Вэй Ина, о том, видел ли Ванцзи его подругу-ведьму и так далее, — Лань Чжань почти не отвечал, но меньше вопросов почему-то не становилось. Часы издали пробили двенадцать, мимо проходили люди, в голову Ванцзи постепенно закрадывались мысли, не проснулся ли его Вэй Ин, и если да, не сильно ли он волнуется из-за того, что рядом отчего-то нет супруга… Но наконец вдалеке показался знакомый силуэт. Первым его заметил Хуайсан. Широко улыбнувшись, колдун побежал по улице навстречу. — Мэн Яо! Тихо вздохнув, Ванцзи тоже пошёл вперёд. Оставалось надеяться, что это последний на сегодня человек, с которым ему придётся говорить. — Хуайсан. Надеюсь, я не поздно, — подойдя ближе, Мэн Яо улыбнулся колдуну и обменялся вежливыми кивками с Лань Ванцзи. — Что у вас за дело?.. — Нет-нет, ты очень даже быстро, — Не Хуайсан, стоило кому-то разбавить грозную ауру Лань Ванцзи, мгновенно расслабился, схватив приятеля под руку. — Слушай, мы ведь с тобой сегодня говорили о местных оборотнях, колдунах и прочих… Ты упоминал какого-то Гуаншаня, да? Мэн Яо слегка помедлил, будто не понимая, зачем Хуайсану могло понадобиться спрашивать об этом колдуне. — Да, кажется, правда говорил, — слегка кивнул он. — Почему ты… — Ох… — Хуайсан покосился на Лань Ванцзи. — Ты представляешь, кажется, этот колдун и придумал снять проклятие Вэй Ина, заперев его в башне! — наклонившись чуть ближе к другу и всё так же поглядывая на Ванцзи, чтобы тот безмолвно подтверждал его слова, негромко и взбудораженно начал рассказывать Хуайсан. — А ещё… король Юньмэна сказал, что Вэй Ин помолвлен! Представляешь? С каким-то… Лань Ванцзи, как, ещё раз, звали этого принца? Цзысюань?.. Эльф мрачно кивнул. Мэн Яо задумчиво нахмурил брови. — Принц Цзинь Цзысюань? Он один из самых известных людей в Юньмэне, — юноша аккуратно придержал за локоть слишком бодро двинувшегося вперёд по улице Хуайсана. Лань Ванцзи, всё ещё не проронивший ни слова, шёл рядом, выдерживая небольшую дистанцию. — Вэй Ин никогда не говорил о том, что был помолвлен с ним… Как же так вышло?.. — Ой, я сам знаю только со слов Лань Ванцзи, — махнул рукой Хуайсан. Мэн Яо едва заметно покосился на эльфа — раз со слов Лань Ванцзи, значит, очень мало. — Но слушай, кажется, дело в том, что этот колдун, Гуаншань… Ванцзи не знал, сколько времени занял немного спутанный пересказ Не Хуайсана, но они успели пройти ещё несколько длинных домов. Дворец остался где-то за спиной и, скорее всего, стража давно подняла мост. А впереди был незнакомый город. Мэн Яо слушал внимательно, не перебивая, лишь слегка хмуря брови и явно обдумывая каждое слово. — Вот как, — наконец сказал он. — Это всё действительно странно. Но… Неужели вы хотите найти колдуна Гуаншаня только из-за Цзинь Цзысюаня?.. Лань Ванцзи плотно сжал губы, глядя на дорогу перед собой. Нет. Конечно нет. Если бы дело было в одной этой непонятной помолвке, он бы даже не вышел из их с Вэй Ином спальни во дворце, — главный вопрос, который Лань Чжань хотел задать колдуну, был совершенно не связан с местным принцем. Впрочем, Мэн Яо легко заметил не только эти недомолвки, но и изменившееся настроение эльфа. Юноша улыбнулся, сверкнув ямочками на щеках и опустив длинные ресницы. — Хотя, это не так важно. Я не знаю, где Гуаншань сейчас, однако… Его колдовские услуги пользуются спросом, особенно зелья, — я могу подсказать, где находится его мастерская, и, возможно, вы застанете его там… — Возможно… — застонал Не Хуайсан. — Почему Юньмэн такой большой, что никто не знает, кто где находится?! В Цишани с этим было гораздо проще… Ванцзи же, помолчав, спросил лишь: — Где она? Мэн Яо протянул вперёд руку, указывая в сторону городских ворот. — Выйдите из города и сверните направо — на дороге встретится таверна, она там одна. Когда дойдёте до неё, какое-то время продолжайте идти по тропе, свернёте налево, когда… Дорога была не сложной, но долгой. Пожалуй, пешком на неё можно было потратить и несколько часов, — Не Хуайсан обречённо застонал, стоило понять это. Лань Ванцзи же, выслушав, слегка кивнул Мэн Яо и вдруг молча пошёл вперёд. — Лань Ванцзи?! — воскликнул Хуайсан. — Ты куда? Ты… Ты же не собираешься идти туда прямо сейчас?!.. Обернувшись, эльф проронил: — Собираюсь. Всё равно ворота дворца, скорее всего, уже закрылись. Если он пойдёт сейчас, будет на месте к утру — чем раньше Лань Чжань сможет спросить этого колдуна, что не так с проклятием Вэй Ина, и что сделать, чтобы его супруг действительно был счастлив, тем лучше. — Не иди, если не хочешь, — добавил эльф, бросив взгляд на ошарашенного Хуайсана. — Скажи Вэй Ину, чтобы не волновался. Развернувшись, он вновь пошёл вниз по длинной улице, в сторону ещё далёких городских стен. Хуайсан нервно прикусил губу. — Ох, чёрт… — пробормотал он. Мэн Яо, заметив колебания приятеля, поспешил отговорить его. — Кажется, Лань Ванцзи уже не переубедить, но, думаю, тебе правда лучше остаться, — мягко сказал он. — Кто-то должен сказать Вэй Ину, куда вдруг пропал его муж… — Это да… И я спать хочу… Но я ведь тоже переживаю за Вэй Ина… — ещё немного покусав губы, Хуайсан вдруг встрепенулся. — Ай, ладно, я с ним, — колдун сорвался с места, собираясь побежать за эльфом. — Лань Ванцзи!.. — Хуайсан! — Мэн Яо с беспокойством придержал его за руку. — Ночью небезопасно выходить за город. Ты уверен, что хочешь… — Мне немного страшно, но Лань Ванцзи здорово сражается! — махнул рукой Хуайсан. — К тому же, если что, я могу ещё раз накосячить с заклинанием и кого-нибудь взорвать, разве нет?.. Я так и не научился нормально колдовать! Скажешь, если что, Вэй Ину, куда мы пошли, ладно? — Но… — Мэн Яо попытался сказать что-то ещё, однако Хуайсан не дослушал. — Пока! И спасибо! — помахав другу рукой, он, так и не отговорившись, снова бросился следом за эльфом. — Лань Ванцзи!.. Две фигуры довольно быстро скрылись в полумраке города. Вздохнув, Мэн Яо развернулся, собравшись было пойти назад… Как вдруг заметил птицу, сидящую на одном из обрамлявших улицу деревьев. Эта птица словно наблюдала за ним весь день, чего-то ожидая, — и, кажется, теперь дождалась. Мэн Яо поднял руку; птица, находящаяся под чужими чарами, слетела с ветки и опустилась на тонкие пальцы. Бросив ещё один короткий взгляд на уходящие вниз улицы, Мэн Яо негромко произнёс: — Готово. Лань Ванцзи уже идёт к вам. Хуайсану этой ночью действительно стоило остаться в городе. Ведь Мэн Яо точно не знал, зачем именно Цзинь Гуаншаню понадобилось заманить к себе Лань Ванцзи. Изначально Хуайсан никак не был вовлечён в эти дворцовые интриги, так что Мэн Яо надеялся, что друг сможет выйти сухим из воды… Но он не мог сказать того же про Лань Ванцзи. «Ты упоминал какого-то Гуаншаня»… Ох, знал бы Хуайсан, что это было не случайно, и что Мэн Яо не были нужны никакие объяснения странной помолвки Вэй Ина с другим принцем. Он уже всё знал. Ведь Цзинь Гуаншань был его родным отцом. — Что ты сейчас сделал?.. Мэн Яо резко отвернулся от улетающей птицы, услышав чей-то голос из-за спины. Стоило заметить статную фигуру в плаще с капюшоном, наброшенным поверх неподобающе элегантных одежд, на губах юноши расцвела приветливая улыбка. — Цзысюань? Так мне не показалось, что за нами кто-то шёл?.. Юноша кашлянул, раздражённо прикрыв глаза. Мэн Яо улыбнулся чуть шире — принц Цзысюань был слишком честным для того, чтобы шпионить за кем-либо по-настоящему незаметно. Впрочем, Лань Ванцзи и Не Хуайсан, кажется, его не увидели, — и ладно. — Не уходи от ответа, — принц поправил капюшон, покосившись на пару идущих мимо людей. — Что отец снова сказал тебе сделать? — Ничего такого, просто держать его в курсе событий, — легко пожал плечами Мэн Яо. — Стоит предупредить его о том, что его ищет Лань Ванцзи. Но Цзысюань, почему ты здесь? — непринуждённо сменил тему юноша. — Тебя просил прийти отец? — Нет, — покачал головой Цзинь Цзысюань. — Отец ни при чём, я сам хотел поговорить. А эти двое никак не могли уйти! — он раздражённо поджал губы. — Мне надоело ходить. Пойдём, поговорим внутри! — он развернулся, направившись к одной из ближайших таверн. И хотя место выглядело тихим, в душе Мэн Яо невольно зародилось беспокойство. — Цзысюань, — он мягко покачал головой. — Юньмэн — спокойное место, но даже здесь лучше не ходить в такие места по ночам, тебе не кажется? К тому же, если там будет много людей… Однако Цзинь Цзысюань в ответ лишь неспешно махнул рукой. — Пойдём, — вновь бросил он. — Хотел бы я посмотреть на человека, который посмеет приблизиться ко мне, — с тенью высокомерия добавил он. У Мэн Яо было много причин недолюбливать оживлённые места — прежде всего потому, что люди порой были поразительно внимательными. Цзысюань бы удивился, если бы узнал, как легко раскрывалось то, что ты полукровка. Но, впрочем, принц был прав — он сражался слишком хорошо, чтобы бояться мелких пьяных драк. Вздохнув, Мэн Яо всё же пошёл с ним. Внутри и правда было довольно тихо. Чем ближе к дворцу, тем приличнее были все подобные заведения, — да и вино, хоть всё ещё уступало королевскому, тоже заметно улучшалось. Внизу людей было многовато — Цзысюань сразу направился к лестнице на второй этаж, по пути остановив девушку, только поставившую на один из столов две кружки пива. — Лучшее вино, что у вас есть, принесите наверх, — Цзысюань бросил взгляд на Мэн Яо. — Ты будешь? Я заплачу. Юноша с вежливой улыбкой покачал головой. Пожав плечами, Цзысюань бросил девушке несколько золотых монет, — судя по её лицу, этого было слишком много. Но принц уже скрылся на лестнице. — Отец просил тебя пока что не появляться в Юньмэне, поэтому ты надел этот плащ и скрываешь лицо, — слегка прищурив глаза, произнёс Мэн Яо. — Однако, боюсь, если ты и дальше будешь так разбрасываться деньгами, ты привлечёшь даже больше внимания. — Я не стану из-за этого пить плохое вино, — скривил губы Цзысюань. Оба присели за небольшой стол в углу, подальше от других гостей таверны, — Мэн Яо примирительно улыбнулся, не продолжая эту тему. Всё равно Цзысюаня невозможно было сделать менее заметным — никакой капюшон не поможет. — Так о чём ты хотел поговорить? — вместо этого спросил юноша. Цзинь Цзысюань помолчал, глядя куда-то сквозь поверхность стола. Но, наконец, тяжело вздохнув, он поднял голову, посмотрев Мэн Яо в глаза. — …Почему отец так настаивает на том, чтобы я женился на этой Вэй Ин?.. — очень устало спросил он. Мэн Яо виновато улыбнулся. — Цзысюань… — Она мне даже не нравится, — юноша раздражённо прикрыл глаза. — Не говоря уже о том… Что она — это он!.. Мэн Яо только вздохнул. За последние несколько лет Цзинь Цзысюань успел и услышать сплетни, и пообщаться с королевской семьёй о своей невесте, так что он уже давно пытался сказать Цзинь Гуаншаню, что совершенно не хочет жениться именно на этой девушке. А ещё упрямо не признавался даже самому себе, что ему гораздо больше нравится другая принцесса Юньмэна — но это, всё-таки, была не главная проблема. — С того дня, как отец… узнал о проклятии принцессы Юньмэна, он долго работал над тем, чтобы сосватать к ней именно тебя, — улыбнулся Мэн Яо. На стол поставили вино — Цзысюань поднёс бокал к губам и, кажется, остался почти удовлетворён. — Пусть Вэй Ин не родной ребёнок Цзян Фэнмяня и Юй Цзыюань, король обещал большую награду тому, кто её спасёт, а для тебя отец почти договорился с королём на очередь на трон, пусть и после кровных наследников… — Я могу добиться королевства и каким-нибудь другим способом! — Цзысюань вздохнул. — Мне не нравится всё это. Мне кажется, что отец что-то не договаривает. И ты с ним, — глаза принца недоверчиво сверкнули. Улыбка на губах Мэн Яо даже не дрогнула. — Если ты так поддерживаешь планы отца, какими бы они ни были, почему бы тебе самому и не жениться на этой принцессе Вэй Ин? Я найду себе невесту получше! Мэн Яо не ответил, глядя на Цзысюаня. Ох, он даже не знал, сколько Цзинь Гуаншань не договаривал на самом деле. А Вэй Ин… Неужто Цзысюань и впрямь не видел, что Гуаншань скорее вовсе откажется от своих планов на Юньмэн, чем позволит второму своему сыну приблизиться к трону. Цзинь Цзысюань и Мэн Яо были очень разными. Пусть у них был один отец — оба пошли в своих матерей. Цзысюань был старше, но не на год, не на месяц и даже не на неделю, — на смехотворные несколько часов. Ни магия, ни толком внешность, не передались обоим, но у Цзысюаня, ко всему прочему, были обычные, тёмно-карие глаза. Он был всё равно, что простым человеком, и никто в целом мире не заподозрил бы не проявившую себя колдовскую кровь, — глаза же Мэн Яо были абсолютно того же цвета, что у Цзинь Гуаншаня. Уже одно это делало их жизни несопоставимо разными — что было говорить об остальном. Цзысюаня неспроста называли «принцем» — когда-то давно его мать, поверив сладким речам обаятельного колдуна в расцвете лет, сбежала с ним из королевства. Цзинь Гуаншаню она и без того надоела так же быстро, как и все его прошлые девушки, поэтому, узнав, что она ждёт ребёнка, колдун сам сбежал от неё, поначалу не собираясь возвращаться… Однако потом в голову закрались мысли о том, что ребёнка можно будет использовать. В итоге Гуаншань вернулся необычно быстро для себя, а девушка хоть и сильно злилась, всё же понимала, что не сможет вырастить ребёнка одна. Родное королевство было уже очень далеко, да и гордость не давала вернуться. Мать растила сына в Юньмэне, бессознательно вновь и вновь повторяя, что он принц и достоин всего самого лучшего, и даже Гуаншань, так и не найдя в себе желания жить вместе с этой женщиной, но довольно часто навещавший их и помогавший деньгами, делал вид, что ему небезразличен маленький сын. Сбежав от любовницы после новости о ребёнке, Цзинь Гуаншань первым делом направился в бордель. Обычный, человеческий, но одна из девушек — красивая, умная и неожиданно образованная для проститутки, — понравилась ему достаточно сильно для того, чтобы заглянуть к ней несколько раз. Очень нескоро Цзинь Гуаншань узнал, что и от неё у него родился сын. Только вот, на этого сына колдуну было абсолютно всё равно. Мэн Яо и Вэй Ин действительно встретились совершенно случайно — юноша даже не думал, что отец, единственная его встреча с которым закончилась наименее приятным образом, имеет какое-то отношение к названому принцу Юньмэна. Зато Гуаншань, узнав, что проклятую девчонку выкрали из башни у него из-под носа, нечаянно нашёл Мэн Яо сам, — и впервые в жизни подумал, что и второй ребёнок может быть… немного полезен. Почему нет, раз уж он так удачно познакомился с принцессой, сблизился с её друзьями и братом её супруга. К тому же, Цзысюань… Совсем не годился для дворцовых интриг. Он был рыцарем в блестящих латах, любил публику, которая любила его, слегка высокомерный, разбалованный и гордый, но совершенно бесхитростный, даже справедливый. Он бы не стал помогать, если бы узнал правду о планах Гуаншаня хотя бы наполовину, — нужен был кто-то третий. Кто-то, на кого можно скинуть мелкие дела, кто умеет притворяться и следить за другими, и кто сможет ослепить Цзысюаня, уже начавшего подозревать в чем-то отца, ещё ненадолго. Мэн Яо не был идиотом, и понимал, что Цзинь Гуаншань по прежнему ценит его чуть больше, чем пыль на дороге, — но… Его мать так часто говорила о том, каким хорошим, галантным, сильным и харизматичным был его отец. О том, как она ждёт его возвращения, о том, как хочет, чтобы Мэн Яо остался с ним, раз и навсегда забыв жизнь мальчика на побегушках в борделе и презираемого всеми полукровки. Почему он не должен был воспользоваться этим шансом? Цзысюань как-то смог получить отцовскую любовь. Почему не мог и Мэн Яо?.. Только вот… Он покидал Лань Сичэня. Единственное хорошее, что случилось с ним за последние годы. Не просто хорошее — лучшее, тёплое и уютное, как домашний очаг, и полюбившееся за эти два слишком коротких месяца, как никто другой. Но Сичэнь ничего не замечал, — наверное, к лучшему. Мэн Яо не нравилось, что Лань Ванцзи, к которому Гуаншань, из-за сорвавшихся планов, питал много неприязни, был его братом, — было бы легче помогать отцу, не думая про Сичэня каждый миг. Но… Пока это не касалось Сичэня, и пока Мэн Яо мог быть полезен Цзинь Гуаншаню, он не упустит свой шанс. Может, колдун наконец признает и его. В конце концов, разве это грех — то, что сын хочет немного любви родного отца?..