Somebody Once Told Me...

— Яньли, — в дверь постучали. — Ты здесь? Я зайду?.. Принцесса Яньли улыбнулась. В пятнадцать лет или в двадцать, в женском теле или мужском, — она всегда легко узнавала голос Вэй Ина. — Конечно, Ин! Заходи скорее… Принц не стал медлить, проскользнув в комнату и закрыв за собой дверь. Его уговорили-таки надеть тёмное платье, и теперь Вэй Ин совсем не понимал, привычна ему такая одежда, или же он, наоборот, чересчур отвык. Казалось бы, много лет носил платье каждый день — а стоило снять его всего на пару месяцев… — Ты… Не видела Лань Чжаня? — спросил он Яньли. Та покачала головой. — После того, как вы с ним ушли, я не видела Лань Ванцзи. Ин, он вновь куда-то ушёл? Ты такой обеспокоенный из-за этого? Вэй Ин только вздохнул. Конечно, Цзян Яньли сразу заметила плоховато скрытые эмоции на его лице. Только вот… — Я не знаю, где он, — стража говорит, он ушёл из дворца совсем недавно. Но честно… Я не волнуюсь из-за этого, — принц задумчиво прикусил губу. Яньли мягко усадила его в кресло, опустившись на соседнее. — Пусть идёт, лишь бы в этот раз вернулся к ужину. Просто… Какой-то он… Странный. Яньли приподняла брови. Вэй Ин двинулся на край кресла, подперев голову рукой. — Я могу понять, почему он такой неразговорчивый и скованный. Ещё бы —окажись внезапно в чужом теле! Эльфы и люди похожи друг на друга, но чувствуется это, если вдруг из эльфа стать человеком, наверняка не меньше моего! Но… Ты представляешь, он отстранился, когда я попытался его поцеловать. Вот это действительно странно! Мы ведь с ним четвёртый день не… Кхм, — быстро вспомнив, что говорит не с братом или Хуайсаном, а с милой сестрой, Вэй Ин прокашлялся. Нет, не стоит ей знать, что он сейчас собирался ляпнуть. — Четыре дня уже не целовались. А он так уходит! И чёрт, он чересчур зажатый, даже кролики к нему на руки не хотели! И почему он даже не вспоминает про свою ленту?.. — Вот оно что, — Яньли слегка кивнула. — Знаешь, Ин, мне тоже… показалось, что Лань Ванцзи немного странный. — А? Тебе тоже? — принц быстро поднял голову, взглянув на сестру. — Мы мало виделись, но после вашего приезда мы говорили спокойно, — объяснила Яньли. — А сейчас он будто хочет быстрее уйти. — И ушёл ведь, — Вэй Ин устало опустил голову на руки, совсем не женственно облокотившись локтями о колени. — Что, чёрт возьми, сделало это дурацкое зелье… Это была не совсем вся правда. Что-то было не так — что-то слабо уловимое, ведь Лань Ванцзи и до этого много молчал, чувствовал себя некомфортно во дворце, его лицо не выражало почти никаких эмоций. Однако сейчас его взгляд на Цзян Фэнмяня и Юй Цзыюань был как будто не таким прямым — словно он что-то не договаривал о своём внезапном исчезновении. В какой-то момент Яньли показалось, что он очень мало смотрит на Вэй Ина, — зато бросает взгляды на неё, но поначалу девушка выбросила это из головы, посчитав, что Лань Ванцзи просто тревожит реакция родственников его супруга на произошедшее. Однако потом… Цзян Яньли могла поклясться, что когда она спросила, сложной ли была дорога, раз его не было так долго, Лань Ванцзи едва заметно покраснел. Его взгляд теперь… Казался таким знакомым. Но Яньли даже подумать не могла, что он ей действительно хорошо знаком. — …Яньли… Ты думаешь, то зелье, о котором он сказал… могло изменить что-то, кроме внешности? — негромко спросил Вэй Ин. — Что, если эта штука… Поменяла его полностью?.. Мало ли, что там приготовил этот колдун… — Что ты, Вэй Ин, — сестра успокаивающе положила руку на его плечо. — Что бы ни случилось, я уверена, это всё ещё твой Лань Ванцзи. Возможно, ему просто нужно немного времени? Или тебе, чтобы привыкнуть к нему?.. — Но я хочу назад своего мужа, а не знакомиться с ним заново! — воскликнул принц. — Ты знаешь, ладно с ними, с ушами, цветом глаз, но его взгляд… Сам взгляд, знаешь, он теперь… такой чужой. Вэй Ин говорил вслух лишь о самых очевидных переменах, но в мыслях то и дело проскальзывали крошечные детали. Тон голоса Лань Чжаня, когда он говорил какие-то привычные слова. То, что он почему-то не звал супруга по имени. Мелкие и редкие жесты, вроде поджать губы, поправить пряди волос, коротко сжать кулаки, — то, что Лань Чжань делал и раньше, но неуловимо по-другому. Прошло всего два-три часа, а Вэй Ин уже заметил сотни странностей в поведении супруга. И было почти страшно думать, что всё это могло быть из-за зелья, — того, что Лань Чжань принял ради него. — Я не хочу привыкать. Я хочу, чтобы он объяснил мне, что на самом деле сделало это варево, — Вэй Ин упрямо скрестил руки на груди. Теперь, когда мысли чуть успокоились в присутствии сестры, подобное решение было очевидным. — И если это действительно не только внешность, я попрошу Вэнь Цин сделать нейтрализующее зелье. Мне всё равно, что скажет дядя Фэнмянь, и всё равно, на нас обоих оно подействует или нет, только бы Лань Чжань снова… — Тогда поговори с ним, — Яньли ласково кивнула. — Он обязательно вернётся к балу, верно? Я тоже скажу Вэнь Цин, когда она освободится, что ты хочешь обсудить это с ней. Уверена, она сможет сделать всё, что нужно. Вэй Ин слабо улыбнулся. Сестра как всегда была права. Оставалось лишь подождать Лань Чжаня. *** — Лань Ванцзи? Лань Ванцзи!.. Эльф медленно открыл глаза. Запястье и шея странно затекли, они заболели, когда он с трудом поднял голову, — кажется, он сидел в этой позе слишком долго. — Лань Ванцзи, наконец-то! — Хуайсан встрепенулся, стоило понять, что Ванцзи проснулся. Ещё бы — он никак не мог уйти, бросив эльфа одного, так что со стороны казалось, будто колдун стережёт свою напившуюся подружку. Один раз какой-то мужчина из пока не многочисленных посетителей бестактно спросил, занята эта красотка, или же они с Хуайсаном оба девушки, вырядившиеся парнями — от этого всего было ужасно неловко! — Ты как, в порядке? Похмелья нет?.. Ох мамочки, я боялся, ты будешь спать дольше… Лань Ванцзи, ты меня слышишь?.. Эльф не отреагировал ни на одно слово. Лишь продолжил неподвижно сидеть, глядя на барную стойку сквозь пустой бокал вина. Наклонившись и заглянув ему в лицо, Хуайсан слегка вздрогнул — оно было даже мрачнее, чем пару часов назад. — Л… Лань Ванцзи?.. — ещё раз несмело окликнул колдун. Ванцзи не хотел отвечать. Он действительно не слышал своего имени, да и не хотел слышать, пока его произносили не те губы. Взгляд так и не отрывался от бокала — на самом дне ещё остался пахнущий фруктами осадок глубокого бордового цвета. Наверное, Вэй Ин бы допил эту последнюю каплю, сказав, что оставлять вино на распитие мухам, — настоящий грех. Но Лань Чжань не хотел. Может… Если так важно, может, отнести этот остаток ему? Но как, просто украсть бокал из таверны, или оставить Хуайсана последить, а самому привести сюда Вэй Ина? И Лань Ванцзи ничего не смыслил в вине, понравится ли такое… — Лань Ванцзи, ты слышишь хоть что-то?! Ты в порядке?!.. Ох, боже, боже, да простит меня Вэй Ин… Л-лань Чжань! Лань Ванцзи сам не понял, когда перед глазами вместо бокала оказался зачем-то зажмурившийся Хуайсан — голова повернулась почти рефлекторно. Но это был не Вэй Ин. Не та интонация. Не тот голос. Не то, не то, всё не то… — Прости-прости-прости, — замахал руками колдун. — Я просто испугался! Лань Ванцзи, ты совсем не реагировал, а у Вэй Ина так вроде получалось… Так что в итоге, ты… Вдруг, Лань Ванцзи вскочил со стула, схватил бокал и, до боли стиснув зубы, толкнул Хуайсана в плечо. Тот вскрикнул от неожиданности, едва не упав с собственного стула. — Лань Ванцзи! — воскликнул Хуайсан. Мужчина за барной стойкой обернулся — эта возня явно привлекла его внимание. — Ты… Ты пьян, да?.. — Эй, барышня! — встрял мужчина, с интересом глядя на эльфа. — Кажется, с вас хватит, но если понравилось, просто скажите налить ещё… Не нужно так в него вцепляться! Ванцзи отступил на шаг, прижимая бокал с остатками вина к груди так, словно это был сам Вэй Ин. Или, по крайней мере, один из их кроликов. Как это — не нужно вцепляться?.. Вэй Ин так любил вино. Он ведь где-то рядом, да? Лань Чжань должен был сберечь для него каждую каплю. А лучше… Лучше купить ещё! Два бокала, три… Целую бутылку! Деньги… Деньги, деньги, эльфы не особо пользовались ими, а те, что Ванцзи взял с собой ещё перед уходом из дворца, были потрачены на перекус по пути к Гуаншаню и сейчас, на вот этот бокал… Может, можно было бы обменять бутылку на что-то? Что стоящего у него могло быть с собой? Самое ценное… Для любого эльфа, самое ценное — его лобная лента! Она стоит что-то для людей? Стоит ведь?.. Одной рукой всё так же болезненно нежно прижимая бокал к груди, второй Лань Ванцзи коснулся лба… И не почувствовал ничего. В голубых глазах сверкнула паника, пальцы лихорадочно потрогали лоб, уши, нос, макушку, запястье второй руки, в конце эльф даже гневно воззрился на Хуайсана, думая, что тот зачем-то спрятал ленту… Но потом перед глазами Ванцзи встала картинка со вчерашнего вечера — как Вэй Ин, лёжа на кровати, вцепился в конец белой ленты, словно не хотел разжимать пальцы вообще никогда. — Лань Ванцзи… — Хуайсан на всякий случай отодвинулся. — Т-твоя лента у Вэй Ина, не помнишь? И зачем она тебе сейчас?.. Рука Лань Чжаня безвольно упала вниз. Вэй Ина… Совсем не было рядом, да?.. Только эти капли вина… — О-ох, боже, — пробормотал себе под нос Хуайсан, устало помассировав виски. — Лань Ванцзи, сядь лучше обратно… Так, давай посидим тут ещё немного, а к Вэй Ину пойдём, когда ты протрезвеешь, хорошо?.. Ай, Лань Ванцзи! Поставь бокал!!! Стоило понять, что Вэй Ин настолько далеко — это вино показалось самой мрачной усмешкой из всех, какими могла усмехнуться жизнь. Лицо вспышкой молнии исказила болезненная злость. Почти не заметив, как Хуайсан утянул его обратно на стул, Ванцзи поднял руку, собираясь швырнуть о пол бокал, разбив его вместе с вином. — Поставь, поставь, прошу!!! — к сожалению, колдун успел выхватить бокал и испуганно отдал его озадаченному бармену. Рука Ванцзи слабо потянулась следом, но уже ничего не могла сделать. — Уф… О боже… Ненавижу понедельники. И почему Вэй Ин никогда не говорил, что тебе настолько сильно нельзя ничего пить… Дверь таверны приоткрылась. Заметив это краем глаза, Не Хуайсан машинально посмотрел на вошедшего — невысокий человек в наброшенном на голову капюшоне, он отвернулся слишком быстро, чтобы Хуайсан успел увидеть лицо. Тот направился к работнику, колдун было отвёл взгляд — но вдруг увидел, как пристально на вошедшего человека смотрели янтарные глаза Лань Ванцзи. В таверне было тихо, мало людей — поэтому Хуайсан смог отчётливо услышать раздавшуюся мгновение спустя негромкую, осторожную и со знакомой улыбкой в голосе фразу: «Колдун Гуаншань… Он уже здесь?..» Яркие глаза колдуна округлились, стоило понять, что он знает этот голос. Он резко обернулся, вновь уставившись на этого человека. — Мэн… Рот Хуайсана внезапно зажала рука Лань Ванцзи. Эльф всё так же неподвижно проследил, как фигура Мэн Яо скрылась за дверью в тусклом коридоре… И вдруг, резко вскочив, схватил Не Хуайсана за плечо и потянул к выходу из таверны. — Ай-яй, Лань Ванцзи! — вскрикнул колдун, чуть не запнувшись и не грохнувшись прямо на эльфа. — Постой, куда ты… Лань Ванцзи!.. Но Ванцзи даже не подумал замедлиться. Ни человеческое тело, ни женское, ни то, что он был совершенно пьян, не помешало Лань Чжаню удивительно проворно и скоординированно протащить Хуайсана через всю таверну на улицу. Эльф не остановился даже тогда, когда они едва не столкнулись с кем-то на выходе — какой-то высокий мужчина, тоже прятавший лицо под капюшоном, чью лошадь как раз привязывали рядом с таверной. Даже не посмотрев на того, в кого чуть не врезался, Ванцзи просто поволок Хуайсана дальше, обходя таверну сзади. В отличие от Хуайсана, Лань Ванцзи успел мельком увидеть лицо Мэн Яо, когда тот только зашёл. Все общие знакомые напоминали о Вэй Ине, и сперва Лань Чжань просто застыл, глядя на Мэн Яо, но думая о супруге… А после слуха коснулась та короткая фраза. Лань Чжань был не настолько пьян, чтобы не узнать имя Гуаншаня. Было очень странно, что Мэн Яо пришёл поговорить с ним, так внезапно, тайно, в отдалении от города. И вино, ударившее в голову, подсказывало, что эльф и колдун должны были услышать этот разговор. *** Дверь одной из внутренних комнат тихо приоткрылась. Цзинь Гуаншань уже был здесь — как сегодня утром, только один, без Цзысюаня. Плотно закрыв за собой дверь — впрочем, Мэн Яо на личном опыте знал, что подслушать из-за неё всё равно несложно, — юноша легко улыбнулся, показав мягкие ямочки на щеках. — Вы желали меня видеть?.. Цзинь Гуаншань отвернулся от окна и небрежным кивком указал Мэн Яо на скамью у стены, сам сев напротив. — …Говори прямо, а не как обычно, — колдун бросил взгляд на дверь, будто опасаясь, что их могут подслушивать. — По-твоему, какие шансы у этого мальчишки Цзысюаня на успех?.. Мэн Яо ненадолго задержал взгляд на Гуаншане. Тот понятия не имел, что вчера подслушал юноша, и спокойно продолжал делиться своими планами, на этот раз пренебрежительно отзываясь уже об отсутствовавшем Цзысюане. Что же… В эту игру могли играть и двое. Пока что Мэн Яо всё равно не был уверен, чем всё закончится и на чьей стороне лучше быть, — стоило ещё немного подыграть. — …Шансы невелики, — как и просили, прямо ответил Мэн Яо. — Цзысюань прямо говорит, что не хочет участвовать в этом плане, боюсь, в последний миг он может не решиться. Полагаю, Вэй Ин скоро заметит, что с его супругом что-то не так, — даже если не догадается об оборотном зелье, как бы они из-за этого не разошлись. К тому же, покуда Цзысюань выглядит как Лань Ванцзи, формально Вэй Ин всё ещё замужем не за ним, а за Лань Ванцзи… Каким образом потом объяснить подобную смену внешности? — Значит, я не просто так беспокоюсь, — хмыкнул Гуаншань. — Хочет Цзысюань чего-то или не хочет, без разницы — это беру на себя. Как и оправдания, почему Вэй Ин вдруг променяла своего эльфа на принца Цзинь Цзысюаня. Главное — чтобы эта девчонка перестала мешать и осталась с Цзысюанем… — Я подумал… — осторожно начал Мэн Яо. — Возможно, было бы проще оставить всё как есть? Вэй Ин — впрямь лучшая партия, но не единственная. Может, Цзысюань охотнее согласился бы жениться… на Цзян Яньли? — Что? — Гуаншань презрительно скривил губы. — Я столько времени потратил на Вэй Ин, а ты пытаешься говорить что-то про эту невзрачную девицу? За закрытой дверью раздался какой-то шорох. Мэн Яо коротко бросил взгляд туда, но всё стихло так же быстро. — Ради Вэй Ин, ради снятия моего проклятия, Фэнмянь был готов дать Цзысюаню очередь на трон, а что же эта Цзян Яньли? — однако сам Гуаншань ничего не услышал. — Её отдадут жениху вместе с приданым, и всё! Или был бы один из вас девчонкой, я бы просто сосватал её этому мальчишке Цзян Чэну, и никаких проблем… Но так, кроме Вэй Ин… — Прошу прощения, — Мэн Яо вновь улыбнулся, опустив ресницы. — Я лишь волнуюсь, что будет, если что-то пойдёт не по плану, ведь никому не под силу заставить человека влюбиться… Цзинь Гуаншань усмехнулся, с прищуром глядя на сына. — Да неужели?.. Я только этим и занимаюсь. Всё с той же лёгкой усмешкой, Гуаншань слегка повернул голову вслед за рукой, скользнувшей в карман. Но прежде, чем он выпрямился, достав то, что хотел, Мэн Яо нечаянно бросил взгляд на окно — и внезапно заметил две фигуры, притаившиеся у края стены и внимательно следящие за каждым движением Цзинь Гуаншаня. Хуайсана было легко узнать сразу. А высокая девушка в мужской одежде рядом с ним… Кто ещё, если не сам Лань Ванцзи. Не от двери, так от окна, — теперь их разговор точно подслушивали. — Вот, — Мэн Яо резко отвёл взгляд от окна, услышав голос отца. Гуаншань уже держал в руке небольшой бутылёк с розовой жидкостью. — Если Вэй Ин выпьет это, она влюбится в первого, кого поцелует. Я позабочусь о том, чтобы это был Цзысюань. А ты… — колдун неспешно протянул зелье Мэн Яо. — Уж позаботься о том, чтобы она действительно его выпила. Лань Ванцзи и Не Хуайсан не заметили секундного взгляда Мэн Яо — а их самих пока что не заметил Гуаншань. Было неясно, как давно они стояли там и что успели услышать, но это всё равно кардинально меняло ситуацию. Сторону надо было выбрать прямо сейчас — и или незаметно дать эльфу с колдуном больше информации, или сразу предупредить Цзинь Гуаншаня о слежке. Возможно, вчера или даже сегодня утром выбор был бы трудным — с одной стороны, Мэн Яо всё ещё пытался заслужить доверие отца, с другой — не хотел втягивать в дворцовые интриги ни в чём не виноватого Хуайсана и прямо вредить брату Лань Сичэня… Но сейчас… — …Брат всё ещё выглядит, как Лань Ванцзи, — Мэн Яо бережно принял зелье из чужих рук, внимательно разглядывая изящный бутылёк. — Возможно, вопрос глупый, но я совсем мало знаю о зельях, — не получится ли так, что Вэй Ин не полюбит Цзысюаня, просто потому, что во время поцелуя не будет видеть его настоящее лицо?.. — Раз я даю тебе это зелье, значит, уже всё продумал, — отмахнулся Гуаншань. — Кровь этого эльфа была уже подсохшей, когда её нашли, — на самом деле, эффект не продержится даже до полуночи, но мне дольше и не надо. А если Цзысюань не поцелует её сам, я уж подтолкну этого мальчишку. — О, вот как, — на губы Мэн Яо вернулась привычная улыбка. Он аккуратно убрал зелье в карман. — Кажется, я действительно зря волнуюсь. Прошу прощения… отец. Гуанщань поморщился, стоило услышать последнее слово. — Сколько повторять, не… — Отец?!.. Цзинь Гуаншань резко развернулся к окну, из-за которого внезапно раздался этот возглас. Мэн Яо, перед тем, как напустить на себя удивлённый вид, устало прикрыл глаза. Он дал им всё. Весь план, время, методы, действующие лица — оставалось тихо пойти во вдорец, найти Вэй Ина и рассказать всё королю с корлевой. Почему Не Хуайсану именно сейчас понадобилось так громко удивляться новости об их с Гуаншанем родстве?.. Каре-золотые глаза Цзинь Гуаншаня встретились с голубым взглядом Лань Ванцзи. — Эльф!.. Схватив испуганно юркнувшего ему за спину Хуайсана за шиворот, Ванцзи резко отстранился от окна. Гуаншань бросился прочь из комнаты, явно намереваясь перехватить их у входа в таверну, — эльф, не медля ни секунды, ринулся обратно к тропе, ведущей в Юньмэн. Несмотря на вино, он всё ещё мыслил слишком трезво. Раз Мэн Яо назвал колдуна своим отцом, а Цзысюаня — братом, то, выходит, Гуаншань всё это время просто хотел протолкнуть на трон своего второго сына. Вэй Ин никого не любил, никого другого, но он просто не знал о том, как его собираются обмануть!!! Зелье… Любовное зелье… Эта отрава не должна была коснуться губ Вэй Ина. Эльф и колдун не смогли добежать до входа в таверну раньше, чем дверь распахнулась, явив их взору Гуаншаня. — Задержать их! — в ответ на этот крик, двое рыцарей, стоящих недалеко от входа, мгновенно обернулись к Хуайсану и Ванцзи. — Задержать этих бандитов!!!.. Кольцо на пальце Цзинь Гуаншаня опасно засверкало, а рыцари, схватившись за копья, уже бросились за ними. Путь не был отрезан, они могли бежать дальше — но как было успеть раньше рыцарей и заклинаний?.. Лань Чжань мыслил трезво. Но всё-таки вино взяло своё. Плотно сжав губы, эльф бросился к привязанной чуть в стороне лошади. Заклинание Гуаншаня попало в землю, где они стояли всего миг назад — к счастью, оно же слегка замедлило отшатнувшихся рыцарей. Почти швырнув Хуайсана на лошадь, Лань Ванцзи едва успел развязать верёвку и запрыгнуть в седло, прежде чем второе заклинание в щепки раскрошило столб с привязью. Хуайсан испуганно взвизгнул, из-за спины крепко обхватив Лань Ванцзи за пояс. Следом за ринувшейся по тропе галопом лощадью почти тут же понеслись всадники-рыцари — что же, теперь эльф и колдун действительно были «бандитами», раз украли средь бела дня чужую лошадь на глазах у стражи. Но Лань Чжаню было всё равно. Абсолютно всё равно, вино придало сил на отчаянные действия, а тревога за Вэй Ина стёрла все впитанные с детства этические нормы. Главное — успеть. Успеть в Юньмэн, во дворец, найти Вэй Ина и рассказать ему всё, пока их не окружило ещё больше стражников!!! Ванцзи сейчас был действительно слабее, чем обычно, — до этого мига он не мог предположить, насколько обычные сёдла, использовавшиеся всеми мужчинами, могли быть неудобными для девушек, и насколько тяжелее было человеческое тело, когда надо было запрыгнуть на лошадь, в сравнении с совсем лёгким на подъём эльфийским. Обученные рыцари — это не неотёсанные мужики из амбара. Если их будет слишком много, у Лань Чжаня не получится отбиться от них всех… По крайней мере, не получится в одиночку. Но кто успеет помочь?.. *** Цзинь Гуаншань выбежал из комнаты стремительно, толкнув дверь и не удосужившись закрыть обратно. Кажется, здесь они с Мэн Яо и должны были разойтись вплоть до вечера. Юноша мельком взглянул в окно — уже ничего, все скрылись за углом таверны. Задумчиво нахмурив брови, Мэн Яо поднял руку, в которой всё ещё держал любовное зелье. Сильное оружие. Слишком. Если Вэй Ин вдруг заявит на весь королевский двор, что влюблён в Цзинь Цзысюаня, вся родня радостно решит забыть о существовании Лань Ванцзи — кто-то потакал ему, после долгих лет в башне, кто-то просто сам хотел, чтобы это был принц Цзысюань, а не «безродный» эльф. Никто даже не захочет вдумываться в причины таких внезапных перемен — кроме, может, Цзян Яньли, но её голос был слишком тихим. До этого план, по многим причинам, казался довольно-таки обречённым… Но с этим зельем… Приоткрытая дверь вдруг тихо скрипнула. Мэн Яо обернулся, быстро убрав зелье в карман. Прищурившись, юноша подошёл к двери, толкнул её кончиками пальцев, намереваясь просто выглянуть в коридор… Но вдруг перед глазами мелькнул высокий силуэт, возникший из-за двери. Блеснула сталь — юноша машинально отшатнулся назад, но этот человек двигался слишком стремительно, и на следующем шаге Мэн Яо оступился, упав на спину. Он успел лишь опереться на локти, прежде чем у горла замерло острие меча. — Ты… — голову человека закрывал капюшон, но с такого ракурса он был бесполезен, — тем более, пусть внешность была чужой, Мэн Яо в любом случае узнал бы его голос. — Значит, о таких вещах вы каждый раз шептались с отцом?! На губах юноши появилась улыбка, обнажив ямочки на щеках. — Цзысюань. Я знал, что это ты. — Замолчи!!! — меч в руке Цзысюаня слегка дрожал. Это не было попыткой убить — лишь вспышкой злости, которая, не пройдя, сменилась смятением. Принц всего-то, проведя едва ли не два часа во дворце, решил ещё раз поговорить с отцом, надеясь, что тот изменит план, когда по пути нечаянно заметил Мэн Яо. Подозрения подтвердились — брат тоже шёл к отцу, но… Цзысюань уже почти жалел, что, не сдержавшись после стольких недомолвок, подслушал их разговор. — Я знал, что он не договаривает, знал, что ты врёшь, но… Настолько… Что ещё вы хотите сделать?! — рука, сжимавшая рукоять, напряглась сильнее. — Убить принца Цзян Чэна, а мне сказать, что это — несчастный случай?! Сварить очередное зелье и отравить меня, чтобы я делал, что прикажете?! Мэн Яо поднял руку, кончиками пальцев взявшись за лезвие — лишь зафиксировав, но так и не отведя от своего горла. Снизу вверх, он взглянул Цзысюаню в глаза — пусть это было лицо Лань Ванцзи, он слишком ясно видел за ним своего брата. — Отец думал над зельем для тебя, но я смог отговорить, — спокойно произнёс он. Рука принца вновь дрогнула. — Цзысюань, ты винишь меня в том, что я не говорил тебе о настоящих планах Цзинь Гуаншаня… Но неужели у тебя всё это время не было глаз, ушей и ума, чтобы узнать правду? Или неужто тебе сейчас не достаёт рассудка, чтобы понять: дело не в том, что я молчал, а в том, что он, задолго до того, как я встретился с ним, на самом деле был способен сам проклясть Вэй Ин?.. Лицо Цзысюаня смертельно побледнело. Он резко отшатнулся — Мэн Яо выпустил меч, скользнувший по пальцам. Лезвие так и не задело кожу, вонзившись вместо неё в деревянную скамью. — Я не верю… — принц, всё такой же бледный, тяжело оперся о меч. — Он… Не мог… Он всегда был себе на уме, всегда любил власть, но он не мог ради неё… Мэн Яо встал с прохладного каменного пола. Отряхнув одежду, он подошёл к Цзысюаню, всё так же прямо глядя на него. — Мог, — коротко подтвердил юноша. — И ты не «не веришь». Ты не хочешь верить, — в голосе послышались стальные нотки, совсем не вяжущиеся с привычным, мягким и дружелюбным тоном. — Ты был готов подыграть, поверить любым его оправданиям, даже осознавая, что с ними что-то не так, лишь бы не думать, что твоя мать когда-то лишилась всего из-за настолько подлого человека, не так ли?. Плечи Цзысюаня задрожали. Не выпуская из пальцев рукоять воткнутого между досок короткой скамьи меча, он пошатнулся, едва не упав на одно колено. Его мать редко хорошо отзывалась об отце, но она вообще нечасто хвалила других, включая сына, — а сам Цзысюань, когда был ребёнком, не видел в своём отце ничего плохого. И дальше он тоже не видел плохого по-привычке. Да и зачем было, если с отрочества он, уже окружённый вниманием, всё растущей любовью людей и готовящийся, как подобает принцу, к первым подвигам, знал, что ему суждено спасти принцессу от чудовища в далёком замке и прослыть героем на весь Юньмэн?.. Принцесса Цзян Яньли стала первым, что выбивалось из этой простой и понятной жизни любимого всеми храброго принца — Цзысюань постарался возненавидеть её за это, но так и не смог. А потом Вэй Ин, спасённая другим. Потом объявившийся брат. Потом отец, чьи странные поступки с каждым днём было всё сложнее игнорировать. Этого было много, слишком много, и это нельзя было просто разрубить мечом, никак не… Вздохнув, Мэн Яо уже сверху вниз взглянул на брата. — …Я тоже. Цзысюань поднял голову, медленно переведя взгляд на Мэн Яо. Твёрдые нотки слишком внезапно исчезли из голоса, а на губах вновь появилась улыбка, — только вот золотисто-карие глаза совсем не улыбались. — Я тоже хотел оправдать его. По тем же причинам, — Мэн Яо отвернулся, сделав шаг к окну. — Но Цзысюань… Не только ты умеешь подслушивать. После вашего с ним разговора утром, у меня был не один час чтобы решить, хочу я и дальше помогать ему, или нет. Принц прикусил губу. — Прости. За то, что он сказал, — прости… — Не нужно, — Мэн Яо с усмешкой покачал головой. — Если кто-то должен извиняться, то он сам. Но знаешь… Я не хочу слышать его извинения. Отойдя от окна, Мэн Яо направился к двери, — и, вместо того, чтобы закрыть, открыл нараспашку, медленно обведя взглядом коридор. Никого не было — это и ожидаемо, ведь всем наверняка интереснее смотреть на погоню рыцарей за девушкой и колдуном. — …Цзысюань, — рука Мэн Яо невольно сжалась на кармане, в котором было спрятано зелье. — Я знаю, что он твой отец. Он и мой отец тоже. Но… — обернувшись к брату, юноша широко улыбнулся, сверкнув глубоким ямочками на щеках. — Ты не будешь против, если сегодня вечером я сделаю что-то, совсем не подобающее почтительному сыну?.. Выпрямившись и выдернув меч из лавки, Цзысюань закрыл лицо рукой. — Как хочешь, — глухо ответил он. — А что делать мне?! Мэн Яо приподнял брови. Цзысюань порывисто убрал меч в ножны, сделав несколько шагов по комнате. — Я не буду участвовать в этом. Мне не нужно королевство, полученное таким путём, оно в целом нужно только ему, я не собираюсь подыгрывать! Но… — он остановился, сжимая и разжимая пальцы на рукояти меча. — Но он правда… Всё ещё мой отец. Я не могу… Если ты попросишь меня помочь навредить ему, разрушить репутацию, засадить в темницу, убить — я не смогу… Что бы я сейчас ни выбрал, это или поможет его плану, или прямо подставит, так что же мне… Губы Мэн Яо тронула слабая улыбка. Конечно, Цзысюаню было трудно — у него были и хорошие воспоминания, связанные с отцом. Принц всегда был сильным, он мог бы перенести многое… Но разве есть человек, которому было бы легко выступить против своего отца на глазах у множества людей, отлично зная, что из-за этого его могут бросить в темницу или вовсе казнить?.. Разве кто-то не надеялся бы до последнего, что отец отступит сам, и можно будет жить, как прежде?.. — …Не волнуйся, Цзысюань, — наконец произнёс юноша. — У меня есть план. И мне нужна твоя помощь… — плечи Цзысюаня заметно напряглись. — …Подыграй ему. Принц обернулся, с непониманием глядя на брата. — Что?.. — Просто продолжи… это, — Мэн Яо с улыбкой бросил взгляд на лицо Лань Ванцзи, смотрящее на него тёмно-карими глазами Цзысюаня. — Тебе не нужно идти на сделки с совестью и действовать против отца — я всё сделаю сам. А ты… Вернись во дворец, играй Лань Ванцзи. Вечером, когда начнётся бал, будь с Вэй Ином, потанцуй с ним, может, поцелуй его… — глаза Цзинь Цзысюаня расширились. — Но обещаю тебе. Это… — он лёгким движением достал из кармана бутылёк с розовой жидкостью. — Точно не окажется в стакане Вэй Ина. Помедлив, Цзысюань всё-таки кивнул. Зелье вновь исчезло в кармане тёмного плаща. Кажется, они всё же были братьями, раз Цзысюань решил поверить. Только вот рассчитывать на него полностью было нельзя — когда всё закончится, у принца самого будут одни проблемы. Мэн Яо слишком хорошо понимал, что какую бы сторону он ни выбрал, когда правда раскроется, его попытается убить или королева Юй, или собственный отец. И если от дворцовой стражи можно было сбежать, то от Гуаншаня — вряд ли. Кажется, в этот раз ему действительно понадобится помощь.