Somebody Once Told Me...

Толпа удивлённо ахнула, машинально отстранившись от ворвавшихся на празднество девушки и эльфа. Рядом с Вэй Ином и Цзысюанем образовался небольшой полукруг, и Ванцзи направлялся прямо в его центр — но ещё никогда в жизни чужие шепотки не волновали эльфа меньше, чем сейчас. Ведь его горящий яростью взгляд был прикован к юноше, всё ещё стоявшему рядом с его Вэй Ином. — Я сказал — прочь!!! — Лань Чжань! — уже совсем не обращая внимания на «второго» Лань Ванцзи, Вэй Ин невольно широко улыбнулся — впервые за прошедшие два дня. Пусть у второго и было лицо его эльфа, именно в движениях, голосе, взгляде голубых глаз, осанке, эмоциях на красивом лице, да даже походке этой девушки был виден его, настоящий Лань Чжань! Где он был? Что случилось? Не важно, сейчас не важно, как хорошо, что он вернулся!.. Взгляд Лань Ванцзи тотчас изменился, стоило посмотреть на Вэй Ина — ярость исчезла без следа, оставив тревогу и нежность. Принц было бросился к своему эльфу, желая сейчас же заключить его в объятия… Как вдруг на краю зрения сверкнула вспышка, врезавшись в мощёную площадь прямо между ними. Эльф и принц невольно отпрянули на шаг, а люди вокруг поспешно отошли к самому краю площади, — теперь было даже слишком просторно. — …Почему ты не мог просто убраться в свой лес… — потирая кончиком пальца ещё мерцающее кольцо, Цзинь Гуаншань медленно двинулся к Лань Ванцзи. — Кажется, мне действительно надо было сразу… Даже не пытаясь слушать, Лань Ванцзи, забыв про все слабости своего нынешнего облика, бросился на Цзинь Гуаншаня. Колдун мгновенно поднял руку с кольцом — но Ванцзи увернулся. Несколько мгновений спустя, ему удалось подойти вплотную и схватить колдуна за запястье. В конце концов, пусть он был девушкой и медленным, в сравнении с эльфами, человеком, — он всё ещё был моложе Гуаншаня, с лучшей реакцией. К тому же, прямо сейчас между Лань Ванцзи и Сюэ Яном было кое-что очень схожее — по разным причинам, оба были готовы голыми руками задушить хоть человека, хоть настоящего дракона. Из королевской семьи первой опомнилась госпожа Юй. Вскочив с трона и положив руку на всегда висевший на поясе кнут, королева со злостью крикнула: — Стража! Живо сюда!!! Яньли, прочь во дворец! Рыцари почти тотчас окружили площадь, к королеве мгновенно подоспела Вэнь Цин. Сичэнь тоже метнулся к брату, не заботясь об оружии… Но, к сожалению, Ванцзи мог лишь отвести руку колдуна от самого себя. Раньше, чем рыцари успели атаковать, а Яньли — уйти во дворец, с кольца сорвалась яркая искра, ударившая о землю с такой силой, что всех вокруг колдуна и эльфа тотчас отшвырнуло к стенам. Заметив, что Вэй Ин тоже не удержался на ногах, Ванцзи резко дёрнул на себя Гуаншаня за запястье и всё с тем же молчаливым гневом в глазах изящно врезал ему прямо по лицу. Вэй Ин и Цзысюань упали совсем близко друг от друга — к счастью, просто на землю, не врезавшись ни в какие стены. Вскочив, Вэй Ин мгновенно схватил поднявшегося рядом принца за воротник рубашки. — Лань Ванцзи, Лань Ванцзи… — ядовито процедил Вэй Ин, крепче сжав чужую рубашку. — И каким это образом ты украл его лицо?! Стиснув зубы, Цзысюань заставил себя не вырываться и не хватать принца в ответ. — Оборотное зелье. Отец солгал о том, что это никому не причинит вреда. Кажется, такой честный ответ на миг даже обескуражил Вэй Ина. Прикусив губу, Цзысюань всё-таки придержал чужую руку за запястье. — Я не отказываюсь от сделанного и знаю, тем, что мне тоже много врали, ничего не оправдать. Но я могу объяснить… — Тюремщикам объяснять будешь, самонадеянный павлин! — серые глаза Вэй Ина полыхнули злостью. — Не побью тебя сейчас только из-за того, что на это лицо рука не поднимается, но клянусь, навредишь Лань Чжаню или ещё раз взглянешь на Яньли — всё между ног повырываю!!! И что это у тебя с лицом, а?.. Цзысюань молча прикрыл глаза рукой. Ну конечно. Для полного счастья ему не хватало лишь того, чтобы эффект оборотного зелья закончился именно сейчас. Одно мгновение Вэй Ин слегка удивлённо смотрел на человека перед собой — чужая рука не могла полностью скрыть, как постепенно менялось лицо. Но вдруг рядом с ними раздался грохот, а у Лань Сичэня вырвалось встревоженное: «А-Чжань!». Резко отведя взгляд от Цзысюаня, Вэй Ин слегка побледнел. — Лань Чжань!.. Всё же Цзинь Гуаншань был достаточно силён, чтобы вырвать запястье из женской хватки, — Ванцзи в последний миг успел увернуться от заклинания, разбившего несколько плиток на площади, но его всё равно отбросило назад. Сичэнь мгновенно подхватил брата, не давая тому упасть. — Цзысюань! — Гуаншаню уже явно было всё равно на конспирацию. Не важно, пойдёт королевская семейка на поводу у «влюблённой» принцессы, или же колдун предложит снять заклятие на своих условиях, — ему было на руку всё. — Она выпила зелье, целуй её, сейчас же! Вэй Ин недоуменно поднял брови, всё ещё держа принца за ворот рубашки. Цзысюань, стиснув зубы, резко обернулся к Гуаншаню — только сейчас люди на балу увидели его настоящее лицо, как и до сих пор не укрывшаяся во дворце Цзян Яньли. — Нет! Отец, я не… Устало закатив глаза, Цзинь Гуаншань поднял руку с кольцом. Оба принца вдруг почувствовали, словно что-то толкнуло их назад, — в первый миг Вэй Ин машинально согнул руки, держащие Цзысюаня за воротник, но кое-как успел выставить назад ногу, чтобы не упасть… Однако Цзысюаня не поддержало ничего. А после рефлекторного движения Вэй Ина лица принцев сблизились так резко, что ни тот, ни другой не успели даже моргнуть. Побелев, Ванцзи сорвался с места, бросившись к супругу. — Вэй Ин!!!.. Но губы двух принцев уже столкнулись — и, судя по удовлетворённой улыбке Цзинь Гуаншаня, этого действительно было достаточно. Округлив глаза, Цзысюань отшатнулся от Вэй Ина, глядя на того почти что с паникой и искренним раскаянием. На секунду на площади стало очень тихо — не надо было быть гением, чтобы понять смысл обронённой фразы про зелье. Сам же принц замер, опустив ресницы, и вдруг медленно улыбнулся, глядя на Цзысюаня. Кончики пальцев Лань Чжаня задрожали, стоило Вэй Ину сделать шаг к Цзысюаню и неспешно протянуть к нему руку. Принц невольно попятился, явно радуясь происходящему не больше, чем Ванцзи, — лишь Цзинь Гуаншань довольно улыбался, наблюдая за юньмэнской принцессой. Рука Вэй Ина ненавязчиво легла на чужое плечо… Но прежде, чем Цзысюань отшатнулся вновь, пальцы Вэй Ина резко схватили уже помятый после прошлой хватки воротник рубашки, и принц, резко замахнувшись и дёрнув Цзысюаня на себя, со всей силы врезал тому кулаком по лицу. Отлетев после этого удара едва не под ноги стражников, Цзысюань окончательно перестал считать Вэй Ина девушкой. Но, несмотря на растоптанные репутацию и самооценку, принц отчего-то почувствовал невероятное облегчение. Улыбка на губах Цзинь Гуаншаня резко застыла. — Лань Чжань! — Вэй Ин тотчас бросился к своему эльфу. Не медля, Ванцзи побежал навстречу и заключил мужа в долгожданные крепкие объятия. Сичэнь, стоявший рядом, наконец-то мог спокойно выдохнуть — брат всё успел. Только вот, сам Лань Хуань пока что не увидел в толпе того, кого искал… — …Ты. Рыцари схватили с достоинством не сопротивлявшегося Цзысюаня и, подняв мечи, уже окружили было Гуаншаня — но всех, кто стоял рядом с колдуном, мгновенно отбросило назад ещё дальше. Лицо Цзинь Гуаншаня застыло пугающей маской, кольцо на указательном пальце правой руки искрилось, готовое к атаке в любой момент. Не глядя, Гуаншань вытянул руку, направив кольцо на толпу гостей, — все мгновенно отшатнулись в стороны, боясь попасть под возможный удар. На месте остался только один человек. — Ты… — Гуаншань медленно повернул голову. — Ты должен был дать ему зелье, не так ли?! Мэн Яо на миг взглянул на Ванцзи и Вэй Ина, удивлённо поднявшего брови в ответ на слова Гуаншаня. Юноша не смотрел на Сичэня, но взгляд светло-золотых глаз наконец-то ощущался на коже, — пусть колдун был страшен в гневе, этот взгляд успокаивал гораздо больше. — Ох… Как внезапно, — Мэн Яо слегка улыбнулся, на этот раз даже не пытаясь играть убедительно. — Отец… Кажется, я по рассеянности… — юноша обернулся к Цзинь Гуаншаню — яркие каре-золотые глаза встретились с абсолютно такими же, сверкавшими гневом. — …Перепутал бокалы. Даже Вэй Ин, принц и чистокровный человек, с которым они встречались лишь несколько раз, умудрялся относиться к полукровке как к равному, в то время как родной отец вспомнил о сыне, лишь когда он понадобился, впервые за более чем двадцать лет. Но это было далеко не главной причиной, по которой Мэн Яо всё же поменял их бокалы. Цзинь Гуаншань никогда не ценил Мэн Яо больше, чем полезный инструмент, который можно выкинуть после использования. Он не доверял ему, ни во что не ставил — но совсем не подумал о том, что тогда уж не надо было доверять и свои коварные планы. Так уж сложились обстоятельства, что от этого любовного зелья, от одного-единственного действия Мэн Яо зависел грандиозный успех почти сорванного плана… Равно как и его окончательный крах. Что же… Кажется, Гуаншань действительно забыл, насколько важной фигурой на его шахматной доске в действительности был Мэн Яо. И лицо колдуна сейчас, медленное осознание поражения и невозможного, как тому глупо казалось, предательства, было для Мэн Яо лучшей наградой. Цзинь Гуаншаня вновь попытались схватить. Только вот теперь колдуну было абсолютно всё равно, пострадает кто-то или нет. Выхватив спрятанный на поясе бутылёк, Гуаншань резко бросил его вверх, разбив в воздухе сорвавшейся с пальцев искрой. В тот же миг, вместо наполнявшей его жидкости, во все стороны разлетелось яркое пламя, от которого Ванцзи и Вэй Ин едва успели увернуться. Огонь, слишком высокий для человека, начертил за спиной Гуаншаня полукруг, отрезав его от стоящих там рыцарей. Но ещё было, куда уходить, — Мэн Яо бросился в сторону, туда, где заканчивалась полоса огня… Но всё же нельзя было быть быстрее заклинаний. Краем глаза Мэн Яо чудом заметил движение руки и короткую вспышку — он отшатнулся назад в последний миг. Зрачки Лань Сичэня резко сузились, эльф, выхватив меч из рук стоящего ближе всех рыцаря, бросился к нему. Искры врезались в землю, заставив треснуть несколько плит, но одна из них всё же пролетела слишком близко, — Мэн Яо отбросило назад, швырнув спиной на площадь. Он успел лишь поднять голову — глаза на миг вновь встретились с глазами Цзинь Гуаншаня. Колдун обычно был осторожен, не действовал без запасного плана и дорожил репутацией — но после того, что произошло, всё это было бесполезно. И, кажется, Гуаншаню сейчас было всё равно на план — лишь бы убить того, из-за кого он и был так сокрушительно сорван. Рука с кольцом уже была направлена на Мэн Яо. Когда вспыхнула яркая искра, он машинально закрыл глаза… Но внезапно звук трескающегося камня раздался чуть позади — его приглушили возгласы людей и сдавленный болезненный стон. Мэн Яо резко открыл глаза. Но фигуру Цзинь Гуаншаня уже заслонил другой, высокий и стройный силуэт в белых одеждах. Лишь когда одна рука обвила его плечи, а вторая, бросив меч, скользнула под колени, Мэн Яо увидел кровь на лезвии и валяющийся между ними и Цзинь Гуаншанем палец, на котором всё ещё было кольцо с крупным камнем. В глазах Гуаншаня на миг потемнело. Да, ещё не догоревшее пламя за его спиной было слишком высоким для человека — но не для эльфа. В самый первый миг не настало даже боли — глаза увидели, как палец отлетел на землю, но разум не сразу понял, что на руке на его месте ничего нет… Однако секунду спустя боль пронзила руку до плеча, а из раны хлынула кровь, капая на светлые плитки площади. Сзади вдруг раздалось тихое шипение, почти тотчас сменившееся бряцаньем рыцарских лат. За те несколько секунд, что Гуаншань отвлёкся на Мэн Яо, Вэнь Цин без проблем потушила огонь. А за те мгновения, что он отвлёкся на палец, куда-то исчезли и сам Мэн Яо с этим мальчишкой-эльфом. Взгляд Цзинь Гуаншаня сверкнул болезненной яростью, на миг заглушившей боль. Прижав рану к ткани своей же одежды, он бросился к пальцу в луже крови. Да, он был отрублен, — но какая разница, на какой из пальцев надеть это кольцо?!.. Заметив это, Лань Ванцзи и Вэнь Цин бросились вперёд. Нельзя было позволить Гуаншаню вернуть кольцо — однако оба всё равно были слишком далеко, и не успели бы раньше колдуна… Но вдруг вместо них перед колдуном пронеслась чёрная тень, выхватив палец практически у него из рук. Стремительно описав небольшой круг, чёрный кот вернулся назад, прямо с пальцем в зубах запрыгнув на плечо взвизгнувшего при виде крови Хуайсана. — Вэй Ин, чтоб тебя!!! — вместе с котом и колдуном на площадь подоспел ещё один человек. — Что произошло?! Принц обернулся. Цзян Чэн, как всегда, кричал таким тоном, словно обвинял в произошедшем исключительно Вэй Ина, — но по лицу было легко заметно, насколько он волновался. И, кажется, Вэй Ин впервые с прибытия в Юньмэн просто широко улыбнулся брату в ответ. — Цзян Чэн! — раздался резкий оклик королевы Юй. — В сторону, и уведи с собой этого мальчишку в платье! Что встали?! — эта фраза уже была обращена к рыцарям. — Взять его!!! Рыцари тотчас окружили Цзинь Гуаншаня, направив на него мечи. Зажимая свою рану, колдун как сквозь пелену посмотрел на Вэй Ина. Проклятая девчонка. Гуаншань столько лет потратил на то, чтобы через неё и этого мальчишку Цзысюаня заполучить власть, однако… Его план был испорчен с самого начала. Тогда, когда проклятие попало не на сынка Юй Цзыюань, а на этого… Этого… Взгляд вдруг упал на меч, брошенный Лань Сичэнем. Глаза Цзинь Гуаншаня вспыхнули, и он, прежде, чем рыцари успели подойти ближе и схватить его, выхватил из-под одежды ещё один бутылёк, разбив прямо перед собой. Площадь тут же заволокло молочно-белой дымкой. Она не была опасной и развеялась бы всего через несколько секунд — но и этих мгновений могло быть достаточно. — Лань Чжань! — Вэй Ин, опасаясь потерять супруга из виду, бросился к нему и схватил за руку. — Осторожнее… Лань Ванцзи положил было свою ладонь поверх руки Вэй Ина… Но вдруг в уже начавшем бледнеть тумане прямо за спиной принца мелькнул тёмный силуэт. Зрачки Ванцзи резко сузились, и он, не успев ни о чём подумать, дёрнул Вэй Ина на себя и порывисто обнял, закрывая собой. Лицо принца побелело, стоило различить за спиной Лань Ванцзи блеск металла. — Лань Чжань!!!.. Но внезапно что-то сверкнуло между ними и Цзинь Гуаншанем. Меч так и не достиг цели, а самого колдуна резко отшвырнуло на землю. Кошачья морда Сюэ Яна, обернувшегося на крик Вэй Ина вместе с остальными, просияла. Резко спрыгнув с Хуайсана, он сменил облик и выплюнул чужой палец на ладонь, и на лице тотчас появилась совершенно идиотская улыбка. — Сладкий! К счастью, вовремя подоспевший в Юньмэн Сяо Синчэнь не мог увидеть эту картину наяву. — …Лань Чжань! — придя в себя, Вэй Ин резко утянул Лань Ванцзи подальше от Гуаншаня. Впрочем, это уже было не обязательно. — Лань Чжань, дурак, ты что творишь, совсем с ума сошёл, а если бы он тебя… Ванцзи с мягкой тревогой придержал его за запястье. — А если бы тебя?.. — …Замолчи! — принц со стоном стукнулся лбом о плечо Лань Ванцзи. — Ещё раз попробуешь так сделать, я тебя… Твоей же лентой к кровати привяжу, чтобы не убился! — Лань Ванцзи издал какой-то странный и едва слышный звук, больше похожий на тихий кашель. — И не смейся, она у меня прямо здесь, между прочим, — Вэй Ин вяло махнул рукой, где из-под рукава платья слегка торчал конец белой ленты. — Лань Чжань, ты чуть не оставил наших кроликов без отца. Что ты за родитель такой, а?.. Сзади вдруг раздался сухой щелчок кнута. Юй Цзыюань резко хлестнула Гуаншаня по руке, потянувшейся было обратно к мечу. — Дёрнешься ещё раз — казню прямо сейчас! — несколько стражников наконец-то схватили колдуна, забрав меч. Сяо Синчэнь тактично отошёл на пару шагов назад. — Что, думал, раз этот уличный щенок мне никто, то можешь поднять на него руку и тебе ничего не будет?! Ничего не спасёт ни тебя, ни твоего сынка!.. — Матушка… — робко попробовала вмешаться Цзян Яньли. — Молчать, — от королевы, казалось, во все стороны летели искры. — В темницу всех, живо! Не Хуайсан, подумав, на всякий случай юркнул за спину стоящего ближе всех Цзян Чэна. Сюэ Ян же, не дожидаясь реакции очередного принца на то, что он стал новым хуайсановским щитом, растолкал парочку людей и со спины налетел на Сяо Синчэня. — Сладкий! — оборотень умело спрятал объятия за сунутым прямо в лицо прорицателю пальцем с кольцом. — Смотри, что у меня есть! Тебе такое нужно, нет? Ты, вроде, чему-то учил Хуайсана, значит, маги могут пользоваться кольцами, да?.. Сяо Синчэнь, слегка повернув голову к Сюэ Яну, тактично отодвинул его руку. — И почему это их только двое? — Юй Цзыюань, тем временем, всё ещё была в ярости, и у Цзян Фэнмяня пока что совершенно не получалось успокоить супругу. — Где этот третий мальчишка? Найти его, живо! Кто помог сбежать?!.. А ведь на самом деле, «сбежать» было не сложно — их скрывал огонь, после люди отвлеклись на самого Гуаншаня, вся стража была здесь, на внутренней площади, а не где-либо ещё, так что Сичэню ничего не помешало, подхватив Мэн Яо на руки, быстро исчезнуть из виду. Нельзя было уйти иначе, чем через дворец, — благо, пока что из-за бала он был почти пустым. Сичэнь, на всякий случай свернув в более укромный боковой коридор, наконец остановился и бережно поставил Мэн Яо на пол. — Ты в порядке? — первым делом спросил он. Юноша, помедлив, кивнул. — Скорее всего, мост снова опустили… Сяо Синчэнь должен скоро прийти, я попрошу его перенести нас хотя бы за пределы дворца. Я пойду, посмотрю, как остальные, ты останься здесь, — боюсь, теперь у тебя могут быть проблемы… — У тебя тоже. Ты помог мне сбежать, — довольно спокойно заметил Мэн Яо. Помолчав, он слегка улыбнулся. — Лань Сичэнь. Спасибо, — пусть улыбка была слабой, даже от неё на щеках показались мягкие ямочки. — За то, что успел вовремя. Сичэнь промолчал, глядя в сторону и будто о чём-то задумавшись. Наконец, он вновь повернулся к Мэн Яо. — А-Яо, — в светло-золотых глазах всё же не было упрёка — лишь беспокойство и вопрос. — Что всё-таки произошло? О каком зелье говорил этот… Этот колдун? Мэн Яо отвёл глаза, глядя в пустоту между стенами. Что же, по крайней мере, Сичэнь ничего не спросил про «отца». Прямо сейчас юноша совершенно не хотел говорить о Цзинь Гуаншане. — …Зелье, которое я должен был дать Вэй Ину, заставило бы его влюбиться в первого, кого он поцелует, — наконец произнёс Мэн Яо. — Но я поменял наши бокалы и выпил его сам. И, признаться, мне интересно, что будет, если поцеловать того… В кого ты и так уже влюблен?.. Лань Хуань слегка нахмурился, явно всё ещё не понимая, к чему ведёт Мэн Яо и зачем он выпил это, если точно знал, что налито в его бокал. Устало вздохнув, Мэн Яо вдруг сжал пальцы на рубашке эльфа и, приподнявшись на носках, поцеловал его в губы. Золотистые глаза Лань Хуаня расширились. Мэн Яо, напротив, опустил ресницы, сосредоточившись лишь на так и не двигающихся в ответ губах. Впрочем, всё это длилось совсем недолго. — …Ничего, — совсем тихо сорвалось с дрогнувших в улыбке губ. Мэн Яо почти не отстранился, так что это слово теплом ощутилось на эльфийской коже. — Кажется, сильнее и правда… уже нельзя. Наконец отстранившись, Мэн Яо отвернулся, собираясь пойти дальше. По крайней мере, он выбрал это сам. Однако… Каким идиотом надо было быть, чтобы хоть на миг понадеяться на то, что Сичэнь ответит?.. Вдруг, на плечо легла чужая рука, не давая подняться и уйти. — …А-Яо, — Мэн Яо невольно обернулся. Почему-то ни в голосе, ни во взгляде Лань Хуаня не было неприязни. — Ты знаешь, что значит это «а»?.. Юноша обескураженно поднял брови. При чём тут было… — Ты обращаешься так к Лань Ванцзи, — всё-таки ответил он. — Я думал, у эльфов это обращение к младшим… Губы Лань Хуаня тронула ласковая улыбка. — К младшим родственникам. Но кроме них — к кому ещё?.. Мэн Яо на миг замер, не понимая, чего вообще сейчас хочет от него эльф… Но Лань Хуань уже наклонился вперёд и, вместо ответа, накрыл его губы своими. Золотисто-карие глаза удивлённо расширились. Руки Лань Хуаня мягко лежали на его плечах, длинные пряди волос, упавшие на грудь, тонко пахли деревом, лесной землёй после дождя и чем-то едва уловимым, похожим на сладкие цветы. Они жили вместе два месяца, но всё же между ними всегда была хотя бы небольшая дистанция, — Мэн Яо сам пытался сохранять её, боясь давать себе какую-либо надежду. Но сейчас… И он ведь так давно начал звать его «а-Яо». Значит, оказывается, Сичэнь всё это время… Закрыв глаза, Мэн Яо подался вперёд, обвив руками шею Лань Хуаня и наконец-то отвечая на поцелуй. Ответ на вопрос эльфа был слишком понятен, чтобы произносить его вслух. На площади тем временем всё постепенно начало затихать. Гуаншаня увели, кровь с плитки убрали удивительно быстро, рыцарей тоже осталось меньше. Вэй Ин, ещё немного полежав головой у Лань Чжаня на плече, наконец хмыкнул и, ловко вытянув белую ленту из-под рукава платья, быстро повязал вокруг головы эльфа. Вышло и в половину не так аккуратно, как когда Ванцзи делал это сам, — концы не ровно, да и узел слишком выпуклый. Но Лань Чжаню было совершенно всё равно. — Вот, снова мой красавчик! — рассмеялся Вэй Ин. — Или красотка, а-а? Лань Чжань, а я говорил, что девушки мне тоже нравятся?.. Эй, не смотри так, только вот такие девушки… С твоим лицом, ха-ха! — Вэй Ин! — отцепив от себя Хуайсана, который всё-таки слегка осмелел после того, как королева Юй отошла подальше, Цзян Чэн поспешил к брату. — Ин, что за ерунда снова творится?! Сколько тебе можно… Так… Ты, — взгляд тёмных глаз принца вновь переместился на Лань Ванцзи. — Что произошло? Почему она… он… Эм… — Цзян Чэн на мгновение запнулся, пялясь на приподнявшего брови Вэй Ина. — Чёрт, знаешь, что? Сперва определись, как ты выглядишь, а потом уж буду как-нибудь там звать! — он вновь резко отвернулся от брата к Ванцзи. — Почему Ин опять выглядит так?! И что… — взгляд принца обескураженно скользнул по нынешней фигуре эльфа. — Что это?!.. — Тише ты, Цзян Чэн, — вздохнув, Вэй Ин толкнул брата в бок. — Но эй, Лань Чжань, я тоже хочу спросить! Хуайсан сказал мне, что вы украли какое-то зелье, жаль лишь, что об эффекте не обмолвился, так что именно оно сделало? Ты… Зачем украл то, которое сделало из нас девушек? Не подумай, я совсем не против увидеть тебя таким, — на губах принца мелькнула игривая улыбка. — Но почему… — Я… Не знаю, — ответил Ванцзи. Вэй Ин удивлённо поднял брови. — Я не знал, как именно оно подействует. Могу понять, что со мной. Но ты… — Что?! Погоди, то есть ты… Просто выпил чёрт знает что, из-за того, что думал, будто так больше понравишься моей родне, и мне будет полегче? — Вэй Ин с тихим стоном помассировал переносицу. — Лань Чжа-ань… Ну как ты можешь так себя не беречь?! А если бы оно тебе навредило? Мало ли, спутал бы с ядом! Или что-то было бы не так, из-за того, что ты эльф! Или вдруг там просто в составе что-нибудь мясное, откуда мне знать, из чего делали эту штуку. Ты ведь не ешь… Или… — Эй, отойдите! — раздался голос Вэнь Цин. Девушка быстро пробралась к Вэй Ину и Ванцзи через толпу. — Вэй Ин… Что только что… — О, Вэнь Цин! — встрепенулся принц. — Слушай, что за ерунду выпил Лань Чжань?! — всё ещё слегка взволнованно спросил он. Эльф молча приподнял брови. — Что с нами вообще, почему мы оба девушки? Это было какое-то зелье Цзинь Гуаншаня… Да? Лань Чжань, ты сможешь описать его, или вроде того… — У меня есть бутылёк! — вдруг встрепенулся Хуайсан. Порывшись в складках одежды, он в самом деле выудил оттуда треснувшую, но не разбитую склянку и протянул её Вэнь Цин. — Вот, так проще… Наверное… Я тут ничего не понимаю, давай лучше ты, Вэй Ин говорил, ты хорошо разбираешься в зельях… Подняв брови, Вэнь Цин взяла бутылёк и, повертев, внимательно вчиталась в состав, побочные эффекты и прочую информацию на внутренней стороне этикетки. Ведьма медленно перевела взгляд на Ванцзи и Вэй Ина, смерив их с головы до ног, снова взглянула на зелье… — …Хм. Ну, понятно, — девушка скрестила руки на груди. — С тобой, — она кивнула на Ванцзи, — всё в порядке. Точнее, так, как и должно быть. Отличное зелье, кстати, действительно сложное и качественное, особенно учитывая его тип… Зелья подобного парного действия — вещь непростая, и для облегчения создания считается, что именно тот, кто непосредственно пьёт, готов… «жертвовать» большим. Как вижу, оно должно было сделать из вас идеальную пару… — Вэнь Цин задумчиво покрутила бутылёк в пальцах. — Ну вот и сделала вас жёнушкой и мужем одной расы. — Ага… А я тогда тут при чём?! — Вэй Ин выразительно вытаращился на собственную грудь. Вэнь Цин только вздохнула, помассировав висок кончиками пальцев. — Честно? Кажется, ты вообще мог не измениться, — ответила она. — Это уже не из-за зелья, а из-за твоего проклятия… — все, кто стоял рядом, с непониманием взглянули на ведьму. — Не смотрите так. Да, оно снято. Но проклятия редко исчезают бесследно, а ты был проклят едва не до рождения, верно? Словом… Колдовать над проклятыми правда надо аккуратно. То, что ты сейчас девушка — побочный эффект. Ничего страшного, я могу снять его, надо просто приготовить нейтрализующее зелье. Это безопасно. — А, да? — Вэй Ин задумался, машинально почесав кончик носа. — Хах… Лань Чжань, то есть, если бы не моё старое проклятие, ты бы сейчас впрямь был моей жёнушкой! Да, Лань… Вдруг, по площади пронёсся низкий стальной гул. — Лань Ванцзи! — вскрикнул Хуайсан. — Уже полночь! Все невольно взглянули на высокие большие часы — обе стрелки и впрямь смотрели строго вверх, и только что затих первый из двенадцати ударов. И до последнего оставалось не больше, чем полминуты. Лань Чжань порывисто обернулся к принцу. — Вэй Ин, — сорвалось с губ. — Хочешь остаться таким? Вэй Ин приподнял брови, глядя Лань Чжаню в глаза, в которых сейчас внезапно засверкала твердая решимость. — Ты о чём?.. — Хочешь остаться таким? — повторил Ванцзи. Площадь огласил второй удар часов. — Или хочешь, чтобы я остался таким?.. — Вэй Ин удивлённо округлил серые глаза. — Тогда поцелуй меня. Если решишь остаться девушкой, я буду тебе хорошим мужем. Если решишь быть мужчиной — поцелуй меня, и я буду тебе хорошей женой. Что хочешь — только… скажи. Вэй Ин не отрывал взгляд от лица Лань Чжаня, уже почти не слыша медленный бой часов. Он… Сейчас серьёзно? — Ты… Лань Чжань, я ведь пошутил, ты… Ты правда собираешься остаться в этом теле?.. Ванцзи лишь кивнул, — Так ты хочешь?.. Вэй Ин прикусил губу, не сразу найдясь, что ответить. Эти дни в Юньмэне были такими тяжёлыми — и всё из-за его мужского тела и их с Лань Чжанем рас. Все говорили, что никакое проклятие не изменит то, кем Вэй Ин являлся на самом деле… Но только сейчас, глядя на Лань Чжаня, готового, кажется, быть кем угодно, напрочь забыть о собственном комфорте, лишь бы только был счастлив его супруг, Вэй Ин понял, что они, возможно, впрямь были в чём-то правы. — …Я хочу, чтобы мы были теми, кем должны, — наконец произнёс Вэй Ин. Часы били уже в девятый или десятый раз. Лань Ванцзи было наклонился к супругу, опустив длинные ресницы… Но вдруг на губы эльфа мягко легли чужие пальцы, не давая завершить поцелуй. — Только вот… Я не девушка, проклятая превращаться на ночь в юношу, — Лань Чжань открыл глаза — и встретился со смеющимся серым взглядом Вэй Ина. — Я парень, каждый день превращавшийся в девушку. И мой муж — самый прекрасный эльф в мире… Ванцзи на миг замер — но после губы эльфа тронула лёгкая, как дуновение ветра улыбка. Вэй Ин, уже не сдерживаясь, со смехом обвил руками шею Лань Чжаня, ненавязчиво схватившись за один конец лобной ленты, а ладони эльфа легли принцу на спину и затылок, так же крепко прижимая его к груди. Жаль, что нельзя было поцеловать его прямо сейчас — но теперь между ними точно не осталось недомолвок. Часы ударили в последний раз — площадь огласил переливчатый звон, гораздо более долгий, чем предыдущие удары. Пальцы Лань Чжаня слегка дрогнули, сжавшись на ткани платья Вэй Ина, — тот закрыл глаза, крепче прижавшись к мужу в ответ. В конце концов, Вэй Ин как никто знал, что это превращение каждый раз было немного болезненным. Но это совсем ненадолго. Часы смолкли — пальцы Лань Чжаня расслабились вновь. Отстранившись и ненавязчиво проведя пальцем по кончику вновь острого уха, Вэй Ин с яркой улыбкой взглянул в такие родные светло-золотые глаза. — Ха-ха, Лань Чжань, а тебе… Принц вдруг резко замолчал, поняв, что с его голосом по-прежнему что-то не так. Вокруг тоже было как-то тихо, хотя лишь миг назад люди на площади с умилением вздыхали и о чём-то перешёптывались, да и брови Лань Чжаня теперь были слегка нахмурены. И, медленно скосив глаза вниз, Вэй Ин легко понял, почему. Вскрикнув и машинально отскочив от Ванцзи, Вэй Ин испуганно уставился на… свою женскую грудь. — Что за чёрт?! Какого… — Вэй Ин, не ругайся, — мягко остановил его Цзян Фэнмянь. В глазах принца промелькнула паника. — Как не ругаться, когда мы оба должны были… — Вэй Ин, успокойся, — махнула рукой Вэнь Цин, ещё раз внимательно вглядываясь в рецепт на пустой склянке. — Это не зелье. Его действие закончилось, всё в порядке, — я же сказала про побочный эффект, — Вэй Ин обескураженно изогнул брови. — Он-то и не должен уходить с полуночью. Не паникуй. Я сделаю зелье, чтобы снять его, когда захочешь, оно не сложное, — и будешь снова парнем, пока не решишь опять выпить какой-нибудь дряни с побочкой. — Точно?.. — с опаской уточнил Вэй Ин. — Прямо… Когда угодно, хоть сейчас, хоть завтра, всё вот… это… Полностью уйдёт, да?.. Вэнь Цин закатила глаза. — Да, — ведьма убрала бутылёк себе в карман. — Главное, что с Лань Ванцзи никаких проблем, а уж твой облик я быстро верну. Вэй Ин облегчённо выдохнул. Но взгляд почти тотчас упал на Цзян Фэнмяня, со странным выражением на лице слушавшего разговор названого сына с Вэнь Цин. Принц на миг прикрыл глаза. Глубоко вдохнув, он наконец повернулся к Цзян Фэнмяню. — Дядя Фэнмянь, — этот разговор всё равно больше нельзя было откладывать. — Я мужчина. Я был проклят, сколько себя помню, и, думаю, даже мои родители не смогли бы сказать, действительно ли я родился парнем… Равно как и утверждать, что я родился именно девушкой. Но сейчас я мужчина — и никакое проклятие этого не изменит. Я… — Вэй Ин на мгновение бросил взгляд на Ванцзи. — Я люблю Лань Чжаня, и хочу быть с ним, а не с кем-либо другим. Я скучал по всем вам, и не хочу ссоры — но останусь только вместе с ним, вот так, как есть, и я не… Вздохнув, Фэнмянь положил руку на плечо Вэй Ина. — Ин, — принц замолчал. — У тебя в самом деле… Была вся жизнь, чтобы понять, кто ты на самом деле. Я растил тебя, как свою дочь, и мне сложно привыкнуть так быстро, — но я постараюсь. А что до Лань Ванцзи… — король перевёл взгляд на замершего в паре шагов от них эльфа. Всё, что произошло за этот вечер, нельзя было обдумать быстро — однако одно всё же было ясно. — Что же, кажется… он действительно подходит тебе больше, чем другие. Вэй Ин поджал губы, глядя на названого отца. Положив руку поверх чужой ладони, всё ещё лежащей на его плече, принц широко и с облегчением улыбнулся — губы Фэнмяня в ответ тронула мягкая улыбка. Наконец, Вэй Ин вновь перевёл взгляд на Ванцзи. Что же, теперь они могли держаться за руки, сколько хотели. Его дорогой муж снова был эльфом, смотрел на него своими светлыми глазами, на шее вновь появился кадык, который Вэй Ин так любил игриво целовать по ночам, но который всё ещё был нецелованным уже целых пять дней… Как и то, что вновь появилось в чужих штанах. Серые глаза принца лукаво сверкнули, стоило какой-то идее созреть в совершенно бесстыдной голове. Но это немного позже. Облегченно улыбнувшись своей яркой как солнце улыбкой, Вэй Ин ринулся к Лань Чжаню и бессовестно прыгнул ему на руки. Ванцзи легко поймал принца, снова забывшего о том, что на них, вообще-то, смотрит половина знати Юньмэна. — Ну, что стоите?! — весело крикнул Вэй Ин, одной рукой обнимая Лань Чжаня за шею, и окинул взглядом всех, кто находился рядом. Довольного новой сплетней Хуайсана, Сюэ Яна, украдкой пялящегося на Сяо Синчэня, спокойную Вэнь Цин, Цзян Фэнмяня и улыбающуюся Яньли, всё ещё раздражённого, но скорее по привычке, Цзян Чэна… — Разве бал закончился? Теперь-то точно есть, что праздновать!.. Цзян Фэнмянь только вздохнул, давая оркестру знак играть, — вскоре по площади опять разлилась лёгкая музыка. Люди везде были одинаковыми — впечатлительными, охочими до сплетен, а ещё больше — до развлечений, так что вскоре гости расслабились вновь, танцуя, угощаясь закусками и вином, и взволнованно обсуждая всё, что успело случиться до полуночи. Особенно часто взгляды, само собой, падали на красавца-эльфа, которого уверенно закружила в танце слишком уж бойкая принцесса Юньмэна. Вэнь Цин тихо хмыкнула, глядя на этих двух счастливых дураков. Что же, по крайней мере, бал продолжился — значит, она не зря готовила фейерверк. А дурацкое зелье сделает другу завтра. Кажется, на самом деле Вэй Ин был совсем не против немного побыть девушкой, если знал, что у него действительно есть выбор. Около получаса спустя, бал вновь был в самом разгаре. Сяо Синчэнь куда-то исчез, из-за чего мгновенно упало настроение у Сюэ Яна, да Яньли всё пыталась со скрытой тревогой сказать что-то матери, но в остальном — кажется, успокоился даже Цзян Чэн. У всех было, чем или кем заняться, так что в какой-то момент Вэй Ин в самом деле смог незаметно утащить Лань Чжаня во дворец. — Вэй Ин? — Ванцзи приподнял бровь. — Чш-ш, — улыбка на губах принца была даже слишком игривой. Ванцзи это слегка обескураживало — зачем такая секретность, когда они и так одни в стенах дворца? — Мы уже внутри… — Чш-ш! — ещё раз коротко прижав палец к губам, Вэй Ин вдруг толкнул своего эльфа к стене. — Лань Чжань… Слушай, я тут подумал… Вэнь Цин ведь правда может сделать это зелье когда угодно, да? Завтра будет нормально, а пока что… — в серых глазах заплясали шаловливые огоньки. — Когда ещё выпадет такой шанс? У нас ведь впереди вся ночь, да?.. Кончики острых ушей Лань Чжаня заалели, стоило понять столь прозрачный намёк. — Вэй Ин!.. Явно не собираясь слушать никакие возражения, принц одной рукой задрал подол платья выше колена и без малейшего стыда запрыгнул на Ванцзи, обвив руками шею, а ногами — талию. Эльф машинально подхватил его, чтобы не упал, довольно легко держа на весу, — и, стоило обеим рукам Ванцзи оказаться занятыми, Вэй Ин ловко перехватил его губы своими. Хватило нескольких мгновений этого совершенно распутного поцелуя, чтобы всё тело Лань Чжаня тотчас бросило в жар. Эльф прижал Вэй Ина спиной к стене, целуя глубже и прикусывая соблазнительно полные губы. Стройные ноги всё ещё были крепко обвиты вокруг талии Ванцзи, Вэй Ину не было абсолютно никакого дела до того, в каком неприличном состоянии оказалась его одежда всего за одно движение, — равно как и, судя по всему, не было дела до того, что кто-то услышит их дыхание, тихие и влажные звуки поцелуя или совершенно не тихие томные стоны, вырывающиеся из груди принца. — М-м… Лань Чжань… — когда Ванцзи на миг отстранился, выдохнул Вэй Ин. — Тащи меня к нам в спальню, Лань Чжань… Лань Чжань, ты ведь не забыл, что этот бал устроили в честь нашей свадьбы? Разве это не значит, что нам надо провести ещё одну брачную ночь?.. Я, конечно, вряд ли стал девственником за пять дней воздержания, но вот в этом теле… М-м!.. Не удержавшись, Ванцзи резко отстранился от стены и вновь закрыл рот Вэй Ину своими губами. И правда. Два дня в пути, три дня в Юньмэне — они уже пять дней не выполняли клятву, выгравированную на паре серебряных колец. Сказать, что в самом начале шестого дня обоим хватило лишь нескольких секунд наедине, чтобы захотеть друг друга так сильно, как не хотели, должно быть, даже в первый раз, — не сказать ничего. Почему-то в этот раз Ванцзи нашёл их спальню без проблем — несмотря на то, что весь обзор закрывал Вэй Ин. Поставив супруга на пол лишь у самой двери, Ванцзи резко распахнул её — Вэй Ин с лукавой улыбкой толкнул эльфа внутрь, с шумом закрыв дверь за ними. Правда, здесь пришлось ненадолго отстраниться друг от друга — малыши-кролики, покормленные, причёсанные и незаконно очаровательные, бессовестно заняли их кровать. Но, кажется, мягкая лежанка рядом с ней их тоже вполне устроила. Наконец, Лань Ванцзи и Вэй Ин, скомкав одеяло где-то в ногах, рухнули на простыни. Платье было не особо-то пышным, и нормально раздвинуть ноги в нём не получалось — поэтому Вэй Ин, махнув рукой, ненавязчиво стянул с головы своего мужа криво завязанную лобную ленту. Всё равно меньше минуты спустя Лань Чжань сам стащит с него это платье. — Ах… Лань Чжань, а, Лань Чжань, на нашей свадьбе я был в чёрном и красном, а теперь весь в белом, прямо как невеста, — что в одном теле, что в другом, рот у Вэй Ина не закрывался совершенно. — Ой боже, Лань Чжань, так непривычно, что у меня между ног ничего не… Но эй, обычно в штанах всё твёрдо, но сухо, а сейчас я чувствую себя таким… Мокрым? Я серьёзно, Лань Чжань! — заметив секундный взгляд Ванцзи, Вэй Ин изогнул губы в улыбке, а одной рукой взялся за край наполовину задранного платья. — Или не веришь и хочешь сам посмотреть, а-а?.. Лицо Лань Ванцзи вспыхнуло. Схватив Вэй Ина за запястья, он перевернул охнувшего от неожиданности принца на живот и резко разорвал белое платье на спине. С губ Вэй Ина сорвался прерывистый вздох. Лань Чжань, внезапно поняв, насколько дорогую вещь испортил, на мгновение застыл. — Прости… Приподнявшись на локтях, Вэй Ин бросил на Ванцзи взгляд через плечо. Платье разошлось ещё больше, открывая стройную и гибкую спину, выступающие под светлой кожей позвонки и треугольники лопаток. — Ох нет, насилуют! Лань Чжань, уж думал, не порвёшь… Сейчас Вэй Ин выглядел совершенно соблазнительно — словно кто-то наполовину сорвал обёртку с дорогого подарка, снедаемый любопытством, что же там внутри, но так и не решившись посмотреть полностью. Однако Лань Чжань уж точно не был таким нерешительным. Стоило получить одобрение — весь стыд испарился окончательно. Опять перевернув принца на спину, Лань Чжань вновь рванул платье, заставляя его разойтись пополам буквально до самых бёдер, спустил расшитый тонкими узорами лиф, оголяя грудь. Он однажды видел грудь Вэй Ина в этом теле, и знал, что она не была большой, как раз умещалась в его ладонь, — но всё же сильно отличалась от мужской, широкой и твёрдой. Вэй Ин откинул голову назад, прогнувшись в пояснице навстречу Лань Чжаню, — и с каждым судорожным вдохом его грудь, приподнимаясь, слегка дрожала следом, под горячими губами эльфа она казалась нежной и упругой. Вэй Ин охотно стянул с Лань Чжаня рубашку в ответ и, обвив руками за плечи, прижал к себе, грудь к груди, вновь кусая полные губы и зацеловывая скулы, шею и ключицы. Брюки Лань Ванцзи всё ещё не были сняты, а порванное платье лишь путалось в ногах, но на шеях, ключицах и груди обоих уже расцвели красноватые пятна — а то старые уже почти сошли. А ведь два дня назад, перед странным уходом Лань Чжаня, они были в этой же комнате — и Вэй Ин впервые отказал Лань Чжаню, ведь всё вокруг было… таким девчачьим и чужим. Сейчас комната была той же самой, нежно-розовый балдахин не стал ни на тон другим, но почему-то… Больше это не тревожило. Какая, в конце концов, разница, где они делают это? Главное, что это Лань Чжань, настоящий и такой родной, его сильный красавец-эльф с пылким, темнеющим от страсти взглядом и покрасневшими кончиками чувствительных острых ушей, днём такой приличный и холодный, а ночью — срывающий с него разорванное платье и бросающий его прямо на пол у кровати. Брюки Лань Чжаня вскоре полетели туда же, и Вэй Ин наконец-то смог широко раздвинуть ноги, давая Лань Ванцзи устроиться между ними. Но когда обжигающие поцелуи прочертили дорожку от ключиц к груди и спустились к животу, Вэй Ин понял, что кое-что всё-таки тревожит до сих пор. — Лань Чжань… — сорвалось с губ принца. Ванцзи на миг остановился — это прозвучало немного иначе, нежели прочие стоны супруга. Подняв глаза, эльф встретился взглядами с принцем — слегка придержав Ванцзи за плечо, тот выдохнул: — Точно нормально? — Ванцзи с непониманием нахмурил брови. — Ну… что я сейчас девушка?.. Вздохнув, Лань Чжань коротко опустил ресницы и, вместо ответа, спустился губами ниже, широко раздвинув бёдра Вэй Ина. Да какая вообще разница, кем был Вэй Ин — мужчиной, девушкой, человеком, не человеком, да хоть кем. Если тот тоже хотел, то Лань Чжань желал его всеми способами, какими они только могли сделать это сейчас. И под «всеми» Лань Чжань действительно имел ввиду абсолютно все. Лань Ванцзи, нежно, но крепко держа дрожащие от возбуждения бёдра Вэй Ина, погладил кончиками пальцев его кожу. Губы покрыли поцелуями плоский живот, эльф слегка прикусил кожу на внутренней стороне бёдер, заставляя Вэй Ина вновь сладко застонать, а после, потратив лишь миг на то, чтобы взглянуть, коснулся принца прямо где был влажный жар. Вэй Ин невольно вздрогнул, откинув голову назад. Низ живота словно обожгло, стоило почувствовать язык Лань Чжаня в таком месте — обычно Вэй Ин чаще ласкал супруга губами и ртом, а если уж эльф сам проявлял инициативу, то делал всё неспешно, слишком интимно, отчего Вэй Ин каждый раз сходил с ума от возбуждения, мечтая лишь о том, чтобы Лань Чжань скорее взял его как следует. Кажется, в этот раз тактика его дорогого мужа совсем не поменялась. Только вот… Это было ещё интимнее. Губы Лань Чжаня касались его слишком откровенно. Тёплое дыхание лишь усиливало сладкую истому внизу живота, а каждый раз, когда язык влажно скользил внутрь, по телу пробегала дрожь, а с губ Вэй Ина срывался глухой стон, — принц не сразу понял, когда его пальцы оказались в густых волосах Ванцзи. — Лань Чжа-ань… — простонал Вэй Ин, зажмурив глаза. — Эй, а ну признавайся… Откуда так умеешь?.. Ванцзи на миг остановился и, почти не отстраняясь, поднял на Вэй Ина потемневшие глаза. От такой картины у принца перехватило дыхание. — М-м… Правда, Лань Чжань… — уголки губ Вэй Ина дрогнули в улыбке. — Я ведь точно знаю, что кроме меня у тебя никого не было, так откуда же ты знаешь, как обращаться с девушками? Лань Чжань, неужели ты по моему ужасному примеру… Почитывал развратные книжонки с рынка?.. Ванцзи приподнял брови, медленно облизнув губы. На самом деле, в этот раз он впрямь действовал только по наитию. — Я действительно дурно на тебя влияю!.. — продолжил взыдхать Вэй Ин, поглаживая Ванцзи по волосам и слегка массируя кончиками пальцев его голову. — Того и глядишь, впрямь начнёшь сам утаскивать меня в кусты при каждом удобном случае… Лань Чжань, признавайся, что ещё собрался со мной сделать? — кажется, принц в самом деле решил повторить их брачную ночь, ведь допускал ту же ошибку, что и тогда, — не видел, как в ответ на эти поддразнивания опасно сверкнули золотые глаза. — Я ведь правда в этом облике ни с кем ни разу… Если ты в первый раз вытворял такое, то что же будет сейчас, а… Ах!.. Не в силах выслушивать эту болтовню, Лань Чжань резко поднялся, схватив запястья принца одной рукой. Подняв их над головой Вэй Ина, эльф ловко связал их валяющейся рядом лобной лентой — коварно улыбнувшись, Вэй Ин лишь широко раздвинул ноги, перекинул связанные руки Лань Чжаню через шею, притянув его к себе, и медленно, совершенно распутно провёл языком по припухшим губам… Но тут почувствовал, как рука Ванцзи твёрдо придержала его бедро, а в следующий миг напряжённая плоть вошла в его разгорячённое и влажное нутро. Вэй Ин вскрикнул, выгнувшись всем телом, — губы Лань Чжаня тотчас перехватили этот крик. — Прости… Больно?.. — О-ох… Лань Чжань, я сейчас, конечно, девушка, но ты ведь у меня такой большой! — простонал Вэй Ин, впившись ногтями в спину эльфа. — И эй, это всё равно, что снова первый раз!.. После этих слов по телу Лань Ванцзи прошла лёгкая дрожь, а расширившиеся от желания зрачки, казалось, стали ещё больше. Но это всё-таки было не так больно, как впервые в мужском теле, — крепче прижав эльфа к себе, Вэй Ин сам слегка подался бёдрами навстречу Ванцзи. — Ай, помедленнее… Да… — Вэй Ин прикусил губу, стараясь немного расслабиться. — Ох чёрт, Лань Чжань, это я отвык за эти дни, или он у тебя стал больше… А-ах!.. Не сдержавшись, Ванцзи порывисто двинул бёдрами вперёд — впрочем, он и так почти вошёл полностью. Вэй Ин широко распахнул потемневшие серые глаза, сжавшись вокруг напряжённой плоти внутри себя. Это было менее упруго, более обволакивающе, глубокое и мягкое заполнение вместо тягучего растяжения — и от новизны этих ощущений у обоих сладко закружилась голова. Лань Чжань, хоть это и было невероятно трудно, старался двигаться медленно — но стоило Вэй Ину немного привыкнуть к ощущениям, и он вновь и вновь начинал болтать всякую чушь, откровенно провоцируя эльфа на более глубокие и быстрые движения. Связанные руки совсем не помешали принцу оставить царапины на эльфийской спине, и, казалось, он так же продолжил бы болтать с завязанным ртом. А уж протяжные, совсем не сдержанные и громкие стоны подавно не заглушили бы ни ткань, ни рука, ни даже чужие губы. Тела обоих давно стали влажными от пота, как и длинные пряди волос, приставшие к спине и плечам. Вэй Ин уже не различал ни комнаты, ни дурацкий балдахин — перед глазами было лишь лицо Лань Чжаня, а все прочие чувства сошлись внизу живота в один горячий, пульсирующий шар. Лань Ванцзи тоже не видел и не чувствовал ничего, кроме Вэй Ина — его раскрасневшееся лицо, прикосновения рук и мягкой лобной ленты к спине, слегка дрожащие и плотно обвившиеся вокруг его талии стройные ноги, дыхание на своей коже… Замедлиться сейчас было бы почти что больно — но ни один из них и не хотел замедляться. Вскрикнув и резко прижав Лань Чжаня к себе, Вэй Ин откинулся на подушках, задрожав всем телом. Стенки его нутра импульсивно сжались вокруг пульсирующей плоти, Лань Чжань, спрятав лицо на плече Вэй Ина, ещё несколько раз порывисто и глубоко двинул бёдрами… И Вэй Ин, на самом краю затуманенного сознания, почувствовал обволакивающее тепло, наполнившее его внутри, а слуха коснулось тихое, такое же нежное, как и в их первый раз: «Вэй Ин…» Принц в изнеможении рухнул на кровать — Ванцзи лишь развязал его руки, прежде чем упасть рядом с ним. Несколько мгновений оба молчали, лишь глядя друг на друга всё ещё совсем тёмными от расширившихся зрачков глазами. — Ах… Лань Чжань, признавайся… — тяжело дыша, кое-как проговорил Вэй Ин. — Ты каждый раз, с самой первой нашей ночи, изливаешься так глубоко в меня, потому что хочешь от меня детишек? — Лань Чжань молча приподнял бровь. — Клянусь, не будь мы оба мужчинами, я бы уже был на втором месяце! Но эй, Лань Чжань… — уголки губ принца в который раз за ночь изогнулись в лукавой улыбке. — У нас ведь целая ночь впереди, чтобы завести детей? Да ведь, Лань Чжань… А-ах!.. Оба, конечно, понимали, что это просто шутка — завтра Вэнь Цин приготовит обещанное зелье, и Вэй Ин снова станет юношей, какие тут дети? Однако… Того, как легко эта фраза заставила Лань Чжаня вновь наброситься на своего болтливого принца, было уже не изменить. *** — …А потом он признался, что в детстве часто воровал твои конфеты, — с хитринкой в глазах рассказывал Хуайсан. — Вэй Ин, он совершенно не умеет пить, когда речь идёт о более чем двух бокалах! — Ха-ха, ох, Цзян Чэн… — Вэй Ин осуждающе покачал головой, не переставая улыбаться. С той истории с колдуном Гуаншанем, принцем Цзысюанем и совершенно прекрасной девушкой-Ванцзи прошло уже месяца три. За это время почти ничего не поменялось — Хуайсан не научился нормально колдовать, Сюэ Ян всё так же сходил с ума, безуспешно ухаживая за Сяо Синчэнем, Вэй Ин и Лань Чжань всё так же заботились о кроликах и занимались всякими непотребствами. Разве что Сичэнь вновь начал жить с Мэн Яо, и теперь совсем не как соседи, — да остальные периодически гостили в приветливом Юньмэне. Как, например, сейчас. — Что же, я обязательно припомню ему это — следующий десерт точно будет… Не договорив, Вэй Ин вдруг запнулся, а после, отвернувшись, зажал рот рукой. — Вэй Ин, что с тобой?! — мгновенно переполошился Не Хуайсан. Посидев так пару секунд, принц наконец выпрямился. — Ой, не волнуйся… Меня вчера всю ночь тошнило, если честно. Наверное, это остаточное… — Тошнило? — приподнял брови колдун. — Ха, в твоей курице всё же было слишком много острого перца! — Да как же! — махнул рукой Вэй Ин. — Я и ещё острее съесть могу! Не знаю почему, правда. Может, из-за погоды, ха-ха? В конце концов, это будет моя первая зима за несколько лет, в башне времена года будто и не менялись… — Но чтобы всю ночь? — недоверчиво протянул Хуайсан. Вэй Ин хотел ответить, но вдруг снова замер и поспешно зажал рот рукой. К счастью, на этот раз его тоже не стошнило. — Ох, божечки, Вэй Ин… Может, всё-таки чем-то отравился? — Нет, — махнул рукой принц. Где-где, а в Юньмэне он едой не отравится… — Тогда… Перепил! — Ага, сейчас! Я тебе не Цзян Чэн, чтобы меня тошнило всего лишь с пятого бокала! — Ну ладно, тогда, может… Ты беременный? — Да нет, я… Стоп, что?.. Вэй Ин уставился на Хуайсана, глядя на его почти абсолютно серьёзное лицо… Но в конце концов, колдун не выдержал и прыснул со смеху, а следом захохотал и Вэй Ин. — Ха-ха, ладно-ладно, подловил! — Вэй Ин толкнул друга в плечо. — Ты продержался целых пять секунд, Хуайсан! — И дольше бы держался, если бы ты на меня не смотрел, — шутливо надулся тот. — Но если серьёзно, Вэй Ин, может, тебе сходить к Вэнь Цин? Если уже второй день тошнит, то точно что-то не так! — Да успокойся, не превращайся в Лань Чжаня, — вздохнул принц. Эльф правда слишком сильно разволновался из-за вчерашнего состояния своего мужа, но Вэй Ин не хотел, чтобы вокруг него бегали. Одно дело — притвориться, что больно запнулся о цветок на поляне, чтобы Лань Чжань немного пронёс несчастного тебя на руках, но заболеть взаправду — совершенно другое! — Всё со мной нормально. Так что, говоришь, ещё разболтал Чэн?.. Наверное, правда надо сходить к Вэнь Цин. Но тихонько — в чём бы ни было дело, это наверняка решится одним простым зельем или вовсе советом отдохнуть. Не надо было по пустякам беспокоить Лань Чжаня.