Между нами километры неизведанного

      Анна рвано выдохнула и зарылась руками в свои волосы. Странные чувства возникли в её сердце слишком неожиданно, на что Ллойд, конечно, была не готова.       Пульс стучал в висках, отбивая свой ритм. Дыхание сбилось, а мысли метались в разные стороны.       Это невозможно было терпеть, но нужно продолжать работать. В классе Лэйн пар сегодня не было и это как-то расстроило Анну. Вроде она и пытается избегать Лэйн, но хочется быть к ней ближе.       Анна понимает, что её привлекает в Лэйн нечто большее, чем просто академическая успеваемость или обычная студентка. Это загадочная напряженность, скрытая за маской спокойствия, этот взгляд, темный и глубокий, в котором можно было и утонуть.       Эти серые глаза были мечтой Анны и они привлекали её, будоражит её, вызывая странное чувство, которое она сама не может толком определить.       Образ Лэйн — её черные волосы, строгие черты лица, глубокий взгляд — неотступно преследует её во снах и наяву.       Анна чувствует себя растерянной, неспособной разобраться в своих чувствах. Она не может принять свое влечение, но одновременно с этим не может и отрицать сильное, непонятное притяжение, которое Лэйн оказывает на неё.       В её сознании это влечение к Лэйн борется с чувством вины, с осознанием неравенства их позиций, с пониманием того, что такое чувство недопустимо. Но эта борьба только усиливает притяжение. Анна ловит себя на том, что под любым предлогом задерживается в аудитории после лекции, чтобы еще раз взглянуть на Лэйн, оценить её осанку, услышать её голос. Она выдумывает дополнительные задания, дополнительные вопросы, просто чтобы снова оказаться рядом с ней, услышать её спокойный, уверенный голос.       Анна вдохнула воздух в легкие и вернулась в реальность. Девушка посмотрела на настенные часы, уже было два часа дня, но сегодняшний рабочий день шел дольше обычнее. Анна выпрямилась в своем рабочем кресле и принялась за работу.       Но работать дали не долго. Анна, погруженная в свои мысли, вдруг услышала громкие крики и шум, доносящиеся из коридора.       Сердце забилось быстрее — это были не просто обычные разговоры студентов. Она быстро встала и выбежала из своего кабинета, направляясь к источнику звуков. В коридоре её встретила сцена, которая заставила её кровь закипеть.       Лэйн и Кира, её ровесница, стояли друг против друга, их лица были искажены гневом. Окружающие студенты образовали круг, кто-то пытался разнять девушек, кто-то просто смотрел, не веря своим глазам. Ллойд почувствовала, как внутри неё вспыхнула тревога, но подойти ближе она не решалась.        Кира, сжимающая кулаки так сильно, что побелевшие костяшки выдавали её внутреннюю борьбу. Её лицо было красным от ярости, а глаза сверкали, как острые ножи. Каждый её мускул был напряжён, словно она была на грани прыжка.       Лэйн же выглядела более собранной. Её спокойствие было обманчивым; в её глазах горел огонь решимости. Она стояла с прямой спиной и высоко поднятой головой, словно готовая встретить любой удар от Киры.       Ведь та была способна на все.       В воздухе витала напряженность. Анна стояла в стороне, её сердце колотилось в груди, а ладони слегка потели от волнения. Она наблюдала, как Лэйн и Кира стояли друг напротив друга, прожигая друг друга взглядом.        У Лэйн текла кровь из нос и была рассечена нижняя губа. Слизав с губ кровь, Лэйн нахмурилась и дернулась вперед, чтобы снова начать драку, отомстить за свое увеченное лицо, но кто-то сзади схватил её за запястье.       Блэквуд слабо повернула голову назад, готовая заставить этого человека пожалеть, что дотронулся до неё, но Лэйн увидела Анну и вмиг вся ярость исчезала. Лэйн дала себя удержать.       Толпа студентов вокруг них образовала плотный круг, и Анна чувствовала на себе их взгляды — смесь любопытства и страха. Преподаватели выглядывали из-за дверей кабинетов, словно испуганные свидетели некоего ужасного спектакля, но вмешиваться не стали, будто чего-то опасаясь.       Когда Донован быстро подошла к девушкам и попыталась разъединить их, Анна заметила, как напряжение в воздухе увеличилось. Кира с яростью вырвала свою руку из стальной хватки Донован и выпалила:       — Она начала первой! Я просто защищалась! Донован, ведь Вы знаете, какая Лэйн на самом деле! Она и убить может!       Её голос дрожал от эмоций, и Анна могла почувствовать, как слова Кира резали воздух, оставляя за собой след из боли и недопонимания. Лэйн же не осталась в долгу, прожигая Киру взглядом.       — Ты сама виновата! Вывела меня из себя и теперь пытаешься спрятаться за спину Донован, зная, что она может защитить твою жалкую рожу от моей ярости и кулака!       Анна не верила, что из милой девушки, что и муху бы не обидела, теперь готова была размазать голову Киры по стенке.       Что же у них такого случилось между ними, что они так друг друга ненавидели и готовы были по убиваете на глазах у студентов и у самого директора?       Кира снова поддалась вперед и дала Лэйн пощечину, за что получила по руке от Донован. Блэквуд сжала губы и коснулась свободной руки своей щеки, прижимая ладонь, чтобы хоть как-то облегчить боль.       Анна краем уха услышала, как Кира сквозь сжатые зубы произносила слова, полные ненависти и презрения.       — Да ты никчемная, Блэквуд, как и твои богатенькие родители, которые откупаются от тебя своими деньгами!       Эти слова были как острый нож, пронзающий Лэйн. Анна увидела, как та слегка дрогнула; её лицо побледнело на мгновение, а глаза наполнились уязвимостью.        В воздухе витало напряжение, которое казалось почти осязаемым. Донован убрала свою руку с запястья Лэйн, и её презрительный взгляд, обращенный на Киру, словно разрезал пространство между ними.        — А что же ты всем это говоришь, а не мне лично? Боишься, что нарвусь на тебя?! Бойся дальше, если ты такая трусиха. Но никто защищать тебя не будет, ведь все знают с кем связывать. И знают, что вставать на моем пути не стоит. А то, что ты сейчас жалуешься на меня, моя ненависть к тебе растет. А рисковать, ты знаешь, я не люблю, так что просто остановимся на этом.       Кира озлобленным и безумным взглядом посмотрела на Лэйн и усмехнулась. Конечно, Лэйн же не любит рисковать.       — Даже рискнуть не можешь, так кто из нас трусиха?! А что-то ты хоть можешь сделать без своих денег и статуса, Лэйн Блэквуд?! — Слова прозвучали словно яд, расползающийся в самую уязвимую точку.        Лэйн замерла, её тело напряглось, как струна, готовая к срыву. Внутри неё бушевали эмоции: гнев, обида и желание защитить себя от слов Киры. Она сдерживала свой пыл, стараясь не дать волю ярости, которая готова была вырваться наружу. Взгляд Лэйн метался между Кирой и Анной, и в этот момент она искала поддержку и понимание.       Анна почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она смотрела на Лэйн, и в её глазах увидела не только гнев, но и глубокую уязвимость. Это был тот самый момент, когда всё могло измениться, но Анна стояла будто вкопанная.        Это был тот самый момент, в котором Лэйн была сейчас бессильна. Она могла сейчас уничтожить всех в этой академии или просто расплакаться от своей беспомощности.       Лэйн сделала шаг к Ллойд, словно искала спасение в её присутствии. Она подошла вплотную, и в воздухе повисло ожидание. Анна ощутила тепло тела Лэйн, её дыхание, которое слегка колебало пространство между ними. Лэйн нежно провела ладонями по щекам Анны, и это прикосновение было одновременно трепетным и уверенным. Взгляд Лэйн был полон эмоций — страха, нежности и чего-то гораздо более глубокого.       — Думаешь, я ни за что в жизни не рискну, да? — Лэйн повернула голову через плечо к Кире, а потом её губы соприкоснулись с губами Анны, невесомо касаясь друг друга.       В этот миг мир вокруг них исчез: шум толпы, напряжённые взгляды, все проблемы и конфликты растворились. Анна почувствовала, как её сердце наполнилось теплом и легкостью, словно она парила в облаках. Поцелуй был полон чувств нежности и страсти, которые долгое время скрывались за масками.       Краем глаза Лэйн увидела, как Донован прожигала их взглядом, и она смотрела в первую очередь на Анну.       Лэйн знала о родстве Анны с Донован и понимала всю сложность этой ситуации. Она ненавидела Донован за её высокомерие и манипуляции. Да и Донован особо не питала теплых чувств к Лэйн, но к Анне она испытывала совершенно другие чувства. Это было как противоречие — любовь к человеку, который был связан с тем, кого она презирала. Анна была для неё островком спокойствия, куда можно было сбежать и не заботиться о других.        Поцелуй продолжался, и Анна ответила не сразу. В начале она просто замерла, отдав всю свою жизнь в руки Лэйн, а затем, не обращая внимания на прожигающий взгляд Донован, ответила, двигаясь навстречу к губам Блэквуд. Она чувствовала, как между ними возникла невидимая связь.        Лэйн была сильной и уязвимой одновременно, и Анна хотела быть рядом с ней, чтобы защитить её от всего злого и несправедливого.       Язык Лэйн смело прошелся по нижней губе Анну, заставив её дрогнуть. Ллойд хотела пойти языком навстречу к языку Лэйн, но вовремя вспомнила, что на них смотрела целая толпа.       Когда они отстранились друг от друга, их взгляды встретились — в глазах Лэйн читалась благодарность и надежда. Анна поняла, что это не просто момент слабости, это было что-то сложнее и противоречивое. Это был жест Лэйн, который был сломлен по самое основание.       — Извините…       Лэйн выбежала из коридора, оставляя Анну одну, наедине с Донован и пару десятков глаз любопытных студентов и других преподавателей.        Лэйн почувствовала, как мир вокруг неё закружился. Сердце колотилось в груди, словно пытаясь вырваться наружу. А пульс гулко бился в ушах, затмевая весь шум академии.        Она не могла поверить в то, что только что поцеловала свою преподавательницу, в которую невольно влюбилась. Тот поцелуй, полон страсти и нежности, стал для неё откровением, но Лэйн боялась, что теперь её родители выгонят из дома и из академии.        Она влетела в туалет, закрыла за собой дверь и опёрлась о неё спиной, пытаясь собраться с мыслями. Внутри всё бурлило: гнев на саму себя за то, что позволила себе это мгновение, и страх перед тем, что это может означать. Лэйн посмотрела в зеркало, и её отражение показалось ей чужим. Глаза блестели от слёз, а щеки горели от стыда и волнения.        Её руки дрожали, когда она вытащила из пачки сигарету. Зажигалка попалась в руки, но пальцы не слушались — они срывались и не могли удержать её. Лэйн глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, и наконец зажгла огонёк.       Пламя зажигалки трепетало в полумраке туалета, отражаясь в её глазах. Она поднесла сигарету к губам и сделала первый вдох. Ментоловый вишневый привкус заполнил рот Лэйн, дым наполнил её легкие, а затем вырвался наружу, унося с собой часть её тревог. Лэйн закрыла глаза и позволила себе на мгновение погрузиться в этот момент — в ощущения табака, в тепло пламени и в легкую головокружительность от никотина.       Её мысли метались по черепной коробке, причиняя колющую боль. Как теперь Анна посмотрит на Лэйн? Как Донован будет разбираться с этим? Анна накажут из-за Блэквуд?        Сердце трепетно сжималось от этих вопросов, мысли, словно рой пчел, смешались в одной месиво.        Лэйн открыла глаза и взглянула на себя в зеркало ещё раз. Она увидела там не только девушку, которая сбежала от своих чувств, но и ту, кто готова была бороться за свою правду. Она глубоко вздохнула, чувствуя, как дым медленно покидает её тело.        В этот момент она поняла: она не может убежать от своих эмоций. Ей нужно вернуться к Анне и объяснить всё — даже если это будет сложно. Даже если это вызовет крики и скандал. Даже если Анна возненавидит её.        Лэйн облокотилась на холодную плитку стены, её сердце всё ещё колотилось от волнения. Она судорожно затягивалась, пытаясь найти успокоение в дыме сигареты, который медленно окутывал её, как туман. Слеза скатилась по её щеке, и она быстро стерла её рукавом рубашки, не желая показывать свою уязвимость. В этот момент дверь туалета открылась, и внутрь вошла Анна.       Анна закрыла за собой дверь на замок, её лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась тревога. Она подошла к Лэйн, её шаги были осторожными, будто она боялась спугнуть что-то хрупкое. Лэйн почувствовала, как между ними возникло напряжение — невидимая нить, связывающая их в этот момент.       — Извините, профессор Ллойд, я просто… Кира выбесила меня и я… — произнесла Лэйн, её голос дрожал от эмоций. Лэйн заметила, как губы Анны слегка приоткрылись, словно она искала слова, которые могли бы помочь с нарастающей тревогой и дрожью Блэквуд.        Анна сосредоточено смотрела на заплаканное лицо Лэйн, чужие глаза покраснели, а щеки порозовели. Но Лэйн все ещё выглядела прекрасной для Ллойд.       — Не плачь из-за них, они не заслуживают твоих слез. — Анна улыбнулась уголками губ, и, чуть наклонив голову вперёд, осторожно подняла руку к шее Лэйн, положила пальцы на чужой затылок, зарываясь в черные локоны. Блэквуд в ответ вытянула шею к ней навстречу, находя рукой вторую руку Анны, та аккуратно, еле дыша, приблизилась.       — А Вы заслуживаете? Не отвечайте, я уже знаю ответ. — Лэйн замолчала на пару секунд, будто размышляя, что сказать дальше. — Извините за то, что устроила перед всеми студентами и преподавателями.       — Не извиняйся. Ничего уже не изменить. — внутри разгоралось пламя. Лэйн не понимала тона Анны, не понимала презирает ли её та или успокаивает.       Анна, не дождавшись ответа, осторожно забрала сигарету из пальцев Лэйн. Её прикосновение было нежным и уверенным. Лэйн почувствовала, как внутри неё всё зашевелилось — от тепла её рук и от того, как Анна затушила сигарету о стену, оставляя лишь легкий запах дыма в воздухе.       — Молчи… — тихий шепот Ллойд, коснулся уха Лэйн, заставив девушку покрыться приятными мелкими мурашками и замереть.        Затем Анна наклонилась ближе, её глаза встретились с глазами Лэйн. В этом взгляде было столько понимания и страсти, что Лэйн не могла отвести взгляд. Анна обняла её за щеки, её руки были мягкими и тёплыми. В этот момент весь мир вокруг них исчез — остались только они вдвоём и это мгновение.       И Лэйн, практически с выпрыгивающим от напряжения сердцем, рвано подалась вперёд и уткнулась прямо в губы Анны, осторожно поцеловала, и, не найдя сопротивления, а точнее, когда Ллойд сама подалась вперёд и наклонилась ещё ближе, Лэйн обхватила её талию рукой и переплела их пальцы, поднимая руки к груди, слегка наваливаясь на старшую.       Это был поцелуй, полный нежности и страсти, который словно заполнил все пробелы между ними. Лэйн почувствовала, как её тело реагирует на это прикосновение: сердце забилось быстрее, а дыхание перехватило. Губы Анны были мягкими и сладкими, с легким привкусом кофе.        Лэйн не могла удержаться и зашевелила губами навстречу с такой же страстью. Её руки нашли путь к талии Анны, притягивая её ближе.        Сейчас Анне было плевать на Донован и на её будущий выговор. Главное было сейчас — это губы Лэйн и её руки, обвивающиеся вокруг талии Ллойд.        Анна углубила поцелуй, её губы скользнули по губам Лэйн с такой нежностью, что та почувствовала себя защищённой и желанной. Каждое прикосновение было как искра, разжигающая огонь внутри неё. Лэйн закрыла глаза и позволила себе потеряться в этом мгновении — в ощущениях тепла и близости.       Язык надавил на нижнюю губу Лэйн и смело вторгся в чужой рот. Проводя по верхнему ряду зубов, язык Анны коснулся языка Лэйн. Они танцевали в своем личном ритме, в своем танце, который был известен только им.       Когда они наконец оторвались друг от друга, в воздухе повисло молчание. Лэйн открыла глаза и встретила взгляд Анны — там был вопрос и надежда. Внутри неё всё перевернулось. Она понимала, что этот поцелуй изменил всё. Теперь между ними больше не было места для сомнений.       — Я… — начала Лэйн, но слова застряли у неё в горле. Она не знала, как выразить то, что чувствовала. Вместо слов она просто потянулась к Анне и вновь обняла её за шею, притянув к себе.        — Я сказала молчи, Лэйн.        Анна улыбнулась сквозь мягкий поцелуй в щеку Блэквуд, и эта улыбка была как теплый луч солнца, пробивающийся сквозь облака.       Анна водила большим пальцем по скуле Лэйн, пока та углубляла поцелуй. Она осторожно подняла руку и нащупала острую ключицу Блэквуд сквозь ткань черной рубашки, и провела по ней дорожку пальцами в сторону, положив ладонь на сердце студентки.       Пальцы нашли холодный метал креста Лэйн, который всегда весел на её шее. Кончики пальцев осторожно обводили контур украшения.       Лэйн чувствовала, как внутри неё разгорается тепло, как будто каждое прикосновение Анны освещает самые потаенные уголки её сердца. Губы Анны были мягкими и сладкими, оставляя на её коже легкий шлейф нежности. Каждый раз, когда их губы соприкасались, Лэйн ощущала, как проваливается в бездну собственных чувств и мыслей, но там было тихо.        Если бы Анна знала, что творит с Лэйн, она, возможно, улыбнулась бы ещё шире. Блэквуд наблюдала за этим волшебством, и в её глазах читалось одобрение. Ей нравились эти нежные взгляды, полные искренности и тепла. Каждый раз, когда Анна смотрела на Лэйн, в её глазах загорались огоньки, будто она открывала для себя новую сторону Ллойд. Нежную и заботливую.        Мимолетные прикосновения Анны были как легкий ветерок в жаркий день — они приносили облегчение и радость. Лэйн чувствовала, как пальцы Анны касаются её руки, нежно обнимая её ладонь, и это прикосновение было словно обещание о том, что они всегда будут рядом. В такие моменты всё вокруг теряло смысл, и оставалась только эта магия между ними — искренние чувства, которые переплетались в танце нежности и доверия.       Если бы Анна знала, что делает с Лэйн. Совратила бедную девушку, но Блэквуд совсем не против.       Ей нравились нежные взгляды Анны, нравились её мимолетные прикосновение. Ллойд мало касалась Лэйн из-за собственного стеснения, но девушке этого хватало.       — Неужели ты… любишь меня?       — Я… — Анна опустила взгляд вниз, щеки предательски краснели, а мысли не формировались в нужное русло. — Да, люблю.       Ллойд обхватила её руки в районе запястий и мягко поцеловала сначала одно, а потом другое, при этом осторожно поднимая влюблённые до безумия глаза на Лэйн.       — Люблю, но боюсь, что будет дальше. Не хочу тебя расстраивать, но я на следующий день, если Донован меня ещё не уволит, я стану прежней. Не будет всех этих зажиманий в туалете, не будет поцелуев. Я буду просто твоим преподавателем. Прости, Лэйн… Ты же знаешь, что так нельзя.       — Зачем Вы тогда меня мучаете? Целуете, успокаиваете? Если все это для Вас ничего не значит. Зачем Вы так со мной, профессор Ллойд?       — А зачем ты так со мной, Лэйн? Влюбляешь меня в себя, заставляешь думать о тебе каждую секунду, но коснуться тебя я не могу. Не положено.       Анна прикусывает нижнюю губу и прижимает Лэйн к себе. В голове тысячи раз бьются слова ”не положено”.       Ллойд бы бесконечно касались этих сладких губ с привкусом вишневых сигарет. Анна, прижалась лбом к лбу Лэйн и ласково, мягко, но цепко держала её шею и смотрела в эти глубокие серые глаза, которые выражали одну привязанность к Анне.       И Лэйн впервые видит боль в глазах Анны. Видит, как та страдает от своих же чувств и того, что она не могла любить Блэквуд так, как Анна хочет.       Ллойд права в том, что им нельзя было быть вместе. По крайней мере в данный момент, пока Лэйн учиться. Тем более ее родители вряд ли одобрят любовь Лэйн к преподавательнице.       — Я люблю тебя, но ты сама понимаешь. Ты умная девочка, ты должна понять. — Успокаивающе шепчет Анна, утирая рукавом своей блузки горячие слезы Лэйн. — Тем более ты ещё юная, найдешь кого-нибудь получше. Ты не должна меня любить.       — Хотите сказать, что мое сердце совершило ошибку, полюбив Вас? Думаете, чувствами так легко управлять? Я прям так и взяла, и пошла целоваться с другими, влюбляться в них и жить с ними долго и счастливо? Думаете, так легко разлюбите, Вы такого обо мне мнения, профессор Ллойд?! — Лэйн срывается, голос хрипит от слез, которые продолжают стекать по щекам. Девушка потерянно смотрит на Анну, приоткрывает губы, чтобы вдохнуть воздух.       Им нельзя быть вместе.        Анна Ллойд уже давно принадлежала Лэйн. Даже если и Анна сама этого не замечала. Она подписала несуществующий договор, когда они обе встретились взглядами.       — Простите меня… Пожалуйста, — Лэйн закрыла глаза и спустилась вниз, провела руками по телу Анны, опустила голову и прижалась к ногам старшей руками и лбом, губами касаясь гладкой ткани брюк. — Простите меня. Умоляю, я.. — Лэйн поднимает голову и смотрит на Ллойд, она немного шокирована неожиданным действием Лэйн, но совсем не против этого. Анна мягко поглаживает девушку по волосам. — Я сделаю для Вас все, что Вам нужно. Все что захотите, я виновата…       — Нет, я не виню тебя, Лэйн, слышишь? Я люблю тебя. Не надо себя винить.       — Прошу, дайте мне шанс. — голос на грани шепота, Анна снова утирает рукавом наступающие слезы Лэйн двумя руками и опускает ладони на чужие щеки. Гладит большими пальцами, ласкает горячую и мокрую кожу от слез. Пытается успокоить Лэйн, хотя сама стоит на грани.       Но она взрослая и должна уметь совладать своими эмоциями.       — Я люблю тебя, слышишь? Мне от тебя ничего не нужно. Я… я должна сама разобраться. Я должна подумать, хорошо?       Лэйн кусает кончик языка и кивает, а слёзы застывают в глазах.       Она подождет.       Подождет сколько потребуется.       Но ведь Анне не сбежать.       Ллойд смотрит в чужие глаза, которые полны слезами, преданностью, любовью и болью. Анна млеет от этой покорности, чувствуя дрожь улыбки на губах сквозь собственные слёзы, и теряет остатки самообладания.         Она всегда была слабой.         Держать маску в роли преподавательницы не сложно. Там можно и грозные лица построить, и пустить строгость в голос. Гораздо труднее быть смелой в реальной жизни. Но на деле Анна каждый чертов раз ломается под тяжестью обстоятельств.         Вот и сейчас она поддается собственным слабостям и на пробу касается губами кожи с россыпью веснушек, оставляя бережный поцелуй. Она замирает, вслушиваясь в чужое дыхание, и мысленно готовит себя к любой реакции. Минуты растягиваются в вечность, заставляя Анну зажмуриться и повторять про себя бесконечно длинную череду из одного слова.        Прости.         — Анна… — имя звучит неожиданно громко, подобно выстрелу, заставляя девушку в ужасе застыть.       Лэйн впервые назвала её по имени, не было никаких ”профессор Ллойд” или других кличек.       Было лишь Анна.       — Скажи мое имя ещё раз. — шепот касается губ Лэйн, обжигает своими словами и своей горечью. — Прошу…       — Анна… Ан-на. А-н-н-а. — Выговаривает Лэйн по слогам, вкладывая в этот тембр голоса всю свою любовью, всю свою страсть и преданность. — Люблю тебя, Анна.       — Я боюсь тебя потерять, Лэйн. — вторит девушка уже несколько подряд на дню, слёзы скапливаются в уголках глаз, пальцы дрожат на чужих щеках. — Боюсь, что однажды ты разлюбишь меня и я останусь одна. Я не хочу обжечься. Между нами видимая черта, за которую лучше не стоит…       — Хочешь, я поцелую тебя ещё раз? — а потом Лэйн тянет имя Анны, тягуче, словно мед или деготь.       — Когда ты успела перейти на ”ты”?       Лэйн накрывает ладони Ллойд руками своими, гладит большими пальцами нежно, так нежно, что вся тревога, весь страх Анечки пропадает, тонет в глазах Лэйн.       И Анечка впервые за всю свою жизнь ощущает такую любовь, такую привязанность. Она забывает абсолютно обо всём. О запрете, о нормах, о других людей и о Донован. Все мысли заполнены одной Лэйн.       А Лэйн тянет имя Анны низким соблазнительным голосом и Ллойд накрывает волной.