I Keep My Lips Red

Луи не мог отвести взгляда от Гарри, когда тот возвращался в «Гнездо». Он никогда не испытывал такого сильного желания преклонить колени перед чем-то, пока не увидел его ноги. Бесконечно длинные, молочно-белые, с гладкой, шелковистой кожей, они вызывали неудержимое желание узнать, так ли они божественны на вкус, как и на вид. Луи не мог отрицать — его не просто привлекало, а манило к Гарри. Как можно было игнорировать этого высокого, татуированного парня, гордо вышагивающего в девчачьей форме чирлидера? Луи все никак не мог на него насмотреться. По случайному стечению обстоятельств, с Гарри дружил Найл и теперь постоянно пытался их свести. И хотя он отчаянно хотел согласиться, поддаться уговорам лучшего друга, его сердце было занято другим. Совпадение ли, но в этот момент у Луи зазвонил телефон, захлестнув его волной леденящего душу страха. На экране, словно приговор, высветилось имя Финна. Он знал, что секундная задержка только усугубит ситуацию, но в мыслях вертелся всего один вопрос: «Что я опять сделал не так?» — Алло, — дрожащим голосом пробормотал Луи. — Почему ты так долго не отвечал? — Резко спросил Финн. — Прости, я просто не слышал звонка. Прости пожалуйста, я правда не специально, клянусь, — сердце Луи бешено колотилось, стук эхом отдавался в висках. — Не ври мне, Луи! Ты что, думаешь, я совсем тупой? Луи затрясло, его взгляд лихорадочно метался по сторонам. Яростный голос Финна, гремевший из трубки, заставлял его вздрагивать и сжиматься, словно пытаясь сделаться меньше, провалиться в трещину на асфальте и наконец исчезнуть. Это было жалкое зрелище, но сейчас он не мог думать о том, как он выглядел в глазах проходящих мимо людей. — У меня везде глаза и уши, ты же знаешь. В следующий раз, когда ты, блять, решишь мне соврать, тебе не жить. Ты меня понял? — Прошипел Финн. — Д-да… — Луи почувствовал, как к горлу подступили слезы. — Тебе никто не поможет, Луи. Финн бросил трубку, оставив Луи в леденящей тишине. Он судорожно прижал телефон к груди, сдерживая рвущиеся наружу рыдания. В глубине души он понимал, что сближаться с Гарри было ошибкой. Он слишком хорошо знал Финна, знал, чего от него можно было ожидать. Луи не сомневался, расплата не заставит себя долго ждать. Ему не стоило даже здороваться с Гарри, не следовало даже тратить на него время, но было в Гарри что-то настолько притягательное, что устоять оказалось выше его сил. «Минутная слабость», — твердил себе Луи. Момент между ними казался таким интимным, словно весь мир замер в тот миг, когда их взгляды встретились. Луи отчаянно хотел запечатлеть в памяти каждую черточку Гарри, чтобы они навеки врезались в его сознание. Он не хотел забыть этот мягкий взгляд, в котором мерцала некая тайна, скрытая за зеленой дымкой. Только когда его обняли теплые руки Найла, Луи осознал, где он и как сильно его трясло. В спасительных объятиях друга Луи наконец дал волю слезам, уткнувшись лицом в грудь Найла. Найл видел его таким не в первый раз, и, наверняка, не в последний. Он уже знал, что делать, это стало своего рода рутиной. Найл продолжал обнимать его, нежно поглаживая по голове и шепча слова утешения. Луи редко позволял себе проявлять слабость, обычно он старался не обращать внимания на подобные эпизоды, списывая все на неизбежные проблемы в отношениях. Но в эти самые темные моменты Найл всегда оказывался рядом. Луи ненавидел, когда кто-то видел его в таком состоянии, чувствовал себя измученным и потерянным, но без Найла он бы никогда не смог со всем этим справиться. — Домой… пожалуйста, — едва слышно прошептал Луи. Найл молча кивнул и помог ему подняться с бордюра, и они стали ждать такси под тусклым светом уличного фонаря, которое Найл снова вызвал к их общежитию. Луи чувствовал себя совершенно голым и беззащитный в теплом желтом свете, льющемся с фонаря над головой. Всего несколько минут назад он стоял здесь с Гарри, и они оба купались в этом же свете. Но сейчас он не мог отделаться от призрачного ощущения пальцев Гарри к его щекам, подбородку. — Это неправильно, — пробормотал он. — Что? — С тревогой в голосе переспросил Найл, глядя на друга. — Гарри… все это… неправильно. Он такой… — Луи замолчал, боясь сказать лишнее, опасаясь, что кто-то может их услышать. — Мы можем потом об этом поговорить, ладно? — Найл легонько подтолкнул его плечом, оглядываясь по сторонам. Такси, наконец, приехало, и после долгой ночи парни отправились домой. На улице было совсем темно, в окне машины Луи едва различал свое отражение. Он выглядел болезненно бледным, глаза были красные и опухшие от слез, а былой блеск в них сменился глубокой тоской. Разительный контраст с тем, каким его привыкли видеть окружающие: веселый, общительный футболист, легко заводивший друзей, а не этот пустой, несчастный и недовольный своими отношениями парень. Сможет ли он вернуть прежнего себя, каким был до встречи с Финном? Но он тут же отбросил эту мысль, понимая, что пути назад уже не было. Что бы ни случилось, он уже изменился навсегда. Такая уж теперь его жизнь, и он давно с этим смирился; никто не сможет его спасти, даже этот красивый и загадочный юноша. Луи настолько погряз в своих самоуничижительных мыслях, что не заметил, как они подъехали к общежитию. Сейчас ему больше всего хотелось свернуться калачиком в своей кровати и забыть обо всем, что произошло этой ночью. Добравшись до комнаты, он даже не потрудился раздеться, сразу забрался в постель и с головой укрылся одеялом. Уже собираясь закрыть глаза, Луи почувствовал вибрацию телефона в кармане джинсов. Было слишком поздно для сообщений, поэтому он достал телефон, и на его лице отразилось недоумение. Это было сообщение от Финна, с видео во вложении. Он открыл диалог и тут же пожалел, что нажал «воспроизвести». Перед Финном на коленях стояла девушка, увлеченно делая ему минет, и Луи затошнило. Он выронил телефон, но все еще слышал непристойные звуки, доносящиеся из проигрываемого видео. Это было не первое подобное «наказание», но боль и отвращение были такими же сильными, как и в первый раз. Схватив небольшое мусорное ведро, стоявшее у кровати, Луи выблевал все содержимое своего желудка. Звук рвотных позывов Луи в сочетаний с мерзкими стонами из видео привлекли внимание Найла, который чистил зубы в ванной. Он выбежал из ванной комнаты с пеной на губах и тут же опустился на колени перед Луи. Увиденное на экране телефона повергло его в ужас. — Это я во всем виноват, Найл. Все из-за меня. — Луи оторвал голову от мусорного ведра и посмотрел на него взглядом полного поражения. Выражение лица Найла смягчилось, он схватил салфетку с прикроватной тумбочки и вытер Луи рот. — Лу, ты этого не заслужил. Это не твоя вина, слышишь? Посмотри, как он к тебе относится, это не любовь. — Не надо было идти на тот концерт, не надо было сегодня соваться в «Гнездо», — прошептал Луи, и его голос дрогнул. Он не планировал ни с кем знакомиться в тот вечер, это должна была быть обычная посиделка с друзьями по команде. Найл уговорил его пойти в «Гнездо», сказав, что там будет выступать какая-то группа под названием «Red Echo». Луи подумал, что это очередная дерьмовая инди-группа, пытающаяся сделать себе имя, как и все остальные бэнды, выступающие в «Гнезде». Но он никак не ожидал, что после выступления к нему подойдет сам солист «Red Echo». Он сразу взял быка за рога и, даже не представивись, попросил у Луи номер телефона. Парень был привлекательным и на вид явно старше, но все же решил ему подыграть. Во время их общения Луи все время был настороже; в этом типе явно чувствовался плейбой и самовлюбленный эгоист, и вел он себя так, словно мир уже лежал у его ног. Он видел, как во время выступления вокалист остановился, чтобы взять сигарету из рук девушки в первом ряду, затянулся и выпустил дым прямо ей в лицо. Это было кокетливо, даже горячо, но Луи знал, что этому мужчине доверять нельзя. Возможно, его соблазнила дьявольская улыбка Финна или неведомое очарование, но Луи попал в его сети и запутался в них без остатка. Они обменялись номерами, и даже когда Луи видел, как Финн и остальная часть группы уходили через заднюю дверь с этой самой девушкой в обнимку, он наивно надеялся, что Финн сдержит свое обещание и напишет ему на следующий день. Оглядываясь назад, Луи понимал, что в ту ночь совершил самую большую ошибку в своей жизни. Найл продолжал успокаивать Луи, пока того выворачивало в мусорное ведро. Он не знал, усугубил ли ситуацию алкоголь, но из него словно выходило все, что когда-то было внутри него: еда, выпивка, и жалкие остатки любви к Финну. — Знаю, тебе сейчас не хочется это слышать, но тебе нужно уйти от него, Лу, — тихо сказал Найл. Луи покачал головой: — Ты же его знаешь, как я могу просто взять и уйти? — Мы что-нибудь придумаем, мы тебя защитим. С его губ сорвался слабый, болезненный смешок, потому что он знал, что такого понятия как «защита» для него не существовало. Пока Финн знает, кто такой Луи, он никогда не будет в безопасности. Мрачная и циничная мысль, но это была та печальная реальность, в которой он жил. Найл нахмурился, словно судорожно ища выход, способ облегчить страдания своего лучшего друга. И тут, словно над его головой загорелась лампочка, Найл схватил телефон и встал. К этому моменту Луи уже снова лег на подушку, не в силах пошевелиться. С телефоном в руке Найл вернулся в ванную и запер за собой дверь. Из ванной доносился его приглушенный голос, но Луи не придал этому значения, пока не потянулся за телефоном, чтобы поднять его с пола, но смартфона там не оказалось. Его сердце забилось чаще, он пытался сообразить, куда же мог деться его телефон. Голос Найла в ванной стал немного громче, и Луи замер, услышав обрывки разговора. Адреналин хлынул в кровь, прогоняя слабость, и он принялся отчаянно дергать ручку, и когда понял, что дверь заперта, начал стучать и кричать. Его горло все еще саднило, крики звучали болезненно и отчаянно, ему так сильно хотелось, чтобы его пустили в ванную. Луи потерял над собой контроль, он не знал, какое наказание его ждало на этот раз, и даже не хотел знать. Он умолял и плакал, прося Найла открыть дверь, но все было тщетно, он все еще слышал, как тот разговаривал с Финном. — Ты, блять, его не заслуживаешь, держись от него подальше! Никогда больше не звони ему! — Кричал Найл в трубку. Издав последний, душераздирающий вопль, Луи рухнул на колени перед дверью. Внутри него бушевал ураган чувств, и он не хотел чувствовать ничего. Он не знал, чувствовать ли ему облегчение или бояться того, что произойдет после этого. Луи знал Финна достаточно хорошо, чтобы понимать: так просто тот его не отпустит. И эта мысль вселяла в него дикий ужас. Тихий щелчок замка дал понять, что дверь наконец открыта, и в дверном проеме появился Найл с телефоном в руке. Их взгляды встретились, и Луи не смог сдержать нового потока слез. Как бы он ни пытался убедить себя, что у Найла были только благие намерения, голос в глубине души твердил, что все кончено. Найл опустился на колени рядом с ним и крепко обнял. — Прости меня, — прошептал Найл, — я больше не мог на это смотреть. Поверь мне. Слезы продолжали течь по лицу Луи, но тело оставалось неподвижным и словно чужим. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал? — Спросил он, вырываясь из объятий. — Луи, пожалуйста, послушай… — начал Найл. Вдруг из груди Луи вырвался тихий смешок, который быстро перерос в истерический хохот. Он покачал головой, вытер слезы, и все его тело затряслось в приступе смеха. — Найл, ты не понимаешь. Мне конец! — Луи резко перестал смеяться. — Я в заднице, и все из-за тебя! Кто тебя просил играть в героя? Я бы и сам справился. Я не девица в замке, и уж точно не нуждаюсь в том, чтобы ты меня спасал. — С каждым словом он яростно тыкал Найла пальцем в грудь. — Это тебя-то не нужно спасать? Да ладно тебе, Луи! Я, блин, хотел как лучше, неужели ты этого не понимаешь?! Я видел, что он вытворяет, когда что-то идет не по его, он обращается с тобой, как с мусором, и делает все, что захочет. И тебе напомнить, что он еще и… — Хватит, — оборвал его Луи. Оба стояли, тяжело дыша, с глазами полными разочарования друг в друге. Луи стиснул зубы и сжал кулаки, позволяя горечи слов Найла проникнуть в его сознание. Всего за пять месяцев жизни с Финном он пережил то, что раньше казалось немыслимым. Отличник, он был одним из сильнейших игроков в своей команде, и его выпускной год должен был начаться просто прекрасно. Но стоило ему вступить в отношения с Финном, и жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов. Пять месяцев… Пять месяцев, которые он уже никогда не вернет. Напряжение в теле Луи постепенно отступало, гнев на Найла медленно угасал. Он все еще боялся того, что будет дальше, но понимал, что вечно злиться он не сможет. Луи нужна была помощь, и он понимал, что пришло время это признать. — Прости, я просто… Черт, Найл, мне страшно, — голос Луи слегка дрогнул, но плакать больше не было сил. Найл понимающе кивнул, он знал, как тяжело это признание далось Луи. — Я сделаю все, чтобы он больше не смог причинить тебе вреда, хорошо? Вместе мы справимся, — тихо и уверенно произнес он. Чувствуя слабость и истощение, Луи вернулся к своей кровати, и мгновенно провалился в беспокойный сон. Найл последовал за ним, положив телефон Луи на прикроватную тумбочку. В комнате воцарилась полная тишина. Они лежали рядом, каждый думая о своем.

𖤐𖤐𖤐

Все следующее утро Луи изо всех сил пытался вытеснить из памяти воспоминания о прошлой ночи. Усугубляло ситуацию и то, что он не пошел на занятия, за что получил письмо от профессора английской литературы с намеком на скорый серьезный разговор. Но Луи давно был к этому готов, все к тому и шло. Он все чаще пропускал занятия, сдавал задания с опозданием и даже перестал слушать преподавателя на лекциях, что было на него совсем не похоже. Последние несколько месяцев превратились в вихрь неудач во всех сферах жизни, и Луи не мог остановить этот процесс. Даже когда все шло неплохо, он ощущал себя неудачником. Единственное, что он твердо решил сделать сегодня — это пойти на тренировку, надеясь, что это поможет ему справиться с навязчивыми мыслями о Финне. Когда Луи проснулся, Найла уже и след простыл, поэтому он предположил, что встретится с ним на поле, что стало еще одной причиной туда пойти. Находиться одному в комнате становилось все невыносимее, пока он лежал, проклиная свое существование. Ни звонков, ни сообщений, ни писем от Финна так и не последовало, что его невероятно удивило. Он был уверен, что Финн обязательно вернется и обрушит на него свой праведный гнев. Но все было тихо. Его снова начинала снедать тревога, и он снова и снова ковырял заусенцы, пока пальцы не превратились в кровавое месиво. Луи больше не мог оставаться на месте, поэтому он резко встал и схватил свою спортивную сумку, бездумно побросав в нее одежду и экипировку. Он вышел без телефона, решив, что так будет лучше, иначе он всю тренировку будет гадать, пытался ли Финн с ним связаться или нет. Возможно, оставить телефон было не самым разумным решением, но в его отсутствие Луи стало несказанно легче. Едва выйдя из комнаты и ступив в коридор этажа, его снова замутило. Мимо спешили студенты, идя на занятия, но Луи не мог отделаться от ощущения, что все они смотрели прямо на него. Он перекинул сумку через плечо и снова потянул большой палец ко рту, отрывая зубами чувствительную кожу. Бешеный стук сердца отдавался в ушах, пока он старался идти как можно быстрее. Луи мимолетом бросал взгляд на каждого проходящего человека, стараясь понять, смотрели они на него или нет. Казалось, все уставились прямо перед собой, но это лишь усиливало его тревогу. Он опустил голову, надеясь, что если будет избегать зрительного контакта, то сможет добраться до футбольного поля, не привлекая внимания. «Продолжай идти, левой, правой, левой, вот так», — твердил себе Луи, с остервенением грызя кожу большого пальца. Вдруг кто-то сильно его толкнул, едва не сбив с ног. Этот толчок стал последней каплей. Луи тут же рухнул на корточки, закрыв голову руками. Он без конца шептал «извините, извините», не поднимая глаз. — Эй, парень, с тобой все в порядке? — Спросил кто-то над ним. Луи слегка приподнял голову и украдкой взглянул сквозь пальцы. Перед ним стоял совершенно незнакомый человек, просто еще один студент, живущий своей обычной жизнью. — Прости, я не смотрел куда иду, — сказал парень и протянул руку, чтобы помочь Луи подняться. Луи уже потянулся к ней, но на мгновение засомневался. «А вдруг его прислал Финн?» Этот вопрос проник в его сознание тихим шепотом, но становился все громче и громче, захватывая каждую частичку разума, словно паразит. Он резко отдернул руку и быстро поднялся с пола. Не говоря ни слова, он быстро проскользнув мимо незнакомца, оставив озадаченного парня стоять в коридоре одного. Коридор словно начал сжиматься вокруг него, каждый шаг давался с трудом, как будто ему не хватало воздуха. До поля было буквально рукой подать, но из-за нарастающего страха казалось, что оно переместилось на другой конец света. Ему все сверлила мозг та же мысль о Финне, он боялся, что за ним тайно следили. Финн любил повторять, что у него везде глаза и уши, даже там, где это казалось невозможным. «Всегда найдется кто-то, кто за тобой наблюдает, Луи. Всегда.» Эта фраза Финна не выходила у Луи из головы. Когда они были вместе, с этим было как-то проще, но теперь, благодаря вмешательству Найла, Луи был в замешательстве. Мог ли он теперь делать все, что хочет? Или ему все еще стоило ждать наказания? Рот наполнился противным медным привкусом крови, возвращая Луи в реальность. Острый, но почти сладкий, подумал он, глядя на свой большой палец, с которого теперь довольно сильно шла кровь. Он засунул палец в рот, жадно высасывая кровь из ранки, и почувствовал, как тело немного расслабилось. Это странным образом его успокоило, и казалось, что теперь он без происшествий сможет добраться до поля. В лицо ударил прохладный осенний ветерок, стоило ему выйти на улицу. Все уже тренировались, и Луи почувствовал вину за то, что так сильно опоздал. Как объяснить причину своего опоздания, не выкладывая все подробности своей личной жизни на всеобщее обозрение? За последние несколько месяцев он исчерпал все возможные оправдания, и каждое новое звучало все менее правдоподобно. — Луи! — Окликнул его тренер, жестом подзывая к себе. Крик заставил его вздрогнуть, но, собравшись с духом, Луи направился к тренеру. — Да, тренер? — Ты опоздал. Снова, — сказал тренер, скрестив руки на груди. — Простите, я… — начал было Луи. — Больше не желаю ничего слышать. Если ты не возьмешь себя в руки, у меня не останется причин держать тебя в команде. Эти слова ударили по Луи, как обухом по голове, усугубляя и без того плачевную ситуацию. — Да, тренер. Тренер помолчал, внимательно посмотрев на Луи и на то, каким непривычно подавленным он казался. — С тобой все в порядке? — На этот раз его тон был мягче. Луи был ошеломлен. Никто, кроме Найла, никогда не интересовался его самочувствием. Он уже долгое время боролся с трудностями и не делал все, что в его силах, но совершенно не подозревал, что кто-то еще мог это заметить. Ему казалось, что весь его мир, все, что он знал, начинал постепенно рушиться. Он хотел вернуться к нормальной жизни, просто играть в футбол, как все, но сейчас это казалось несбыточной мечтой. — Все нормально, просто учеба, — сказал он, пожимая плечами. После еще одной короткой паузы тренер похлопал его по плечу и отправил на скамейку запасных, пока остальные продолжали разминаться. Луи внимательно наблюдал, мечтая играть вместе со всеми. Было очевидно, что сегодня ему это не светит. «Все больше и больше наказаний», — подумал Луи; это уже становилось для него новой нормой. Он хотел верить, что не заслуживает всего этого потока неприятностей, но о чем еще можно было думать после всего этого? Углубившись в свои мрачные мысли, Луи перестал следить за товарищами по команде и вновь сосредоточился на руках. Рана на пальце все еще кровоточила, и он надавил, выдавливая еще больше крови. Боли он почти не чувствовал, научился ее избегать. Он не помнил, когда именно, но во время физической боли он словно оказывался вне своего тела. Если убедить себя, что страдает не он, то можно вообще ничего не чувствовать. Граница между его физическим телом и душой исчезла — теперь это были две отдельные сущности со своими мыслями, чувствами и действиями. Иногда он грыз ногти непроизвольно, а иногда намеренно обдирал кожу вокруг них не потому, что ему это нравилось, а чтобы проверить, остался ли он человеком. Способность не чувствовать боль его пугала, хотя он и считал это еще одним побочным эффектом отношений. Наверняка любой человек мог чувствовать боль, думал Луи, а значило, может быть, он уже и не человек вовсе. Он не заходил дальше постоянного обгрызания ногтей, хотя часть его и хотела проверить свой предел. Но вид крови, струящейся по пальцу и заполняющей линии на ладони, немного успокаивал: «У людей идет кровь», шепнул внутренний голос. Внезапно Луи замер. Его охватило неожиданное чувство ужаса — не обычная тревога и паранойя, а предчувствие грядущей беды. Голубые глаза метнулись к команде, продолжавшей тренировку. Он сканировал игроков одного за другим, проверяя, все ли на месте. И быстро понял, что кого-то не хватало. — Найл… — прошептал он. Паника резко усилилась. Луи принялся лихорадочно вертеть головой, но нигде не видел своего лучшего друга. Найл никогда не пропускал тренировки, ни дня. Ни разу. Луи не понимал, почему никто еще не забил тревогу, почему все спокойно продолжали заниматься своими делами? Как будто ничего не случилось. Но это гнетущее чувство не отпускало. Луи подхватил сумку, подошел к тренеру и спросил, не появлялся ли Найл. Тот лишь пожал плечами и сказал, что не видел его, и на этом все. Луи вышел с поля и направился обратно в здание на поиски друга. Он ощупал все карманы, но в них ничего не было. Тогда он бросил сумку на землю и нагнулся, чтобы обыскать и ее. Внутри лежала только его футбольная форма и экипировка, но того, что ему было нужно сейчас больше всего, там не было: его телефона. Он тихо выругался себе под нос, вспомнив, что оставил его в общежитии, чтобы не отвлекаться во время тренировки. Теперь у Луи было два варианта: вернуться в комнату за телефоном или пойти в те места, где обычно бывал Найл, чтобы проверить, может он сидел где-то там. Луи выбрал второе, решив, что так будет проще найти Найла, чем пытаться связаться с ним. Первой остановкой был кафетерий. Он знал, что Найл всегда был голоден, и когда ему нечего было делать, его можно было найти именно здесь. Но, даже обыскав каждый уголок столовой, Луи так его и не нашел, даже у стойки с пиццей, которую тот просто обожал. Все еще не теряя надежды, он вышел из кафетерия и направился к школьному бассейну. Найл, будучи таким же трудоголиком, как и он сам, записался еще и в команду по плаванью и иногда проводил свободное время от занятий на дальней дорожке. Луи раньше был таким же, поэтому они и подружились. И пусть сейчас он и сдавал позиции, Найл всегда поддерживал его стремление к успехам в футболе и в изучении английского языка. Без него у Луи ничего бы не было, и поэтому он должен был непременно его найти. Когда там не тренировалась команда по плаванию, по средам и пятницам, бассейн обычно пустовал. Между студентами существовало негласное правило — бассейн только для своих. Если кто-то и появлялся здесь в неурочное время, то это был член команды. Но когда Луи распахнул двери, под водой оказался кто-то незнакомый. Он сидел неподвижно, скрестив ноги. Странное зрелище — словно он умел сидеть под водой, не касаясь дна и не всплывая на поверхность. Луи был настолько ошеломлен, что чуть не забыл, зачем вообще сюда пришел. Он отпустил дверь, и она с грохотом захлопнулась за его спиной. Человек в воде даже не шелохнулся. — Эм… привет? — набравшись смелости, выдавил Луи. Фигура в воде вытянула ноги и вынырнула из воды. Увидев его лицо, у Луи перехватило дыхание. Длинные волосы прилипли к лицу, с худощавого, но мускулистого тела стекала хлорированная вода. Он откинул волосы назад, открывая лицо. — Чего смотришь и молчишь? — Голос Гарри эхом прокатился по бассейну. Луи потерял дар речи, Гарри был слишком хорош, и дело было вовсе не в том, что он выглядел как прекрасная нимфа из сказок. В конце концов, именно он был виноват в разрыве Луи с Финном. Ему хотелось кричать и ругаться, но он не мог себе этого позволить. Сейчас главное — как можно скорее найти Найла. — Н-нет, ничего, извини. Я пойду, — пробормотал Луи, поворачиваясь к двери. — Тебе страшно? Этот вопрос заставил Луи замереть. Страшно? Он, конечно, переживал за Найла, но боялся ли? Сегодня было и так слишком много странных вопросов, он уже не знал, что и думать. — Я чувствую его даже отсюда, — сказал Гарри, выбираясь по лестнице из бассейна, — твой страх. Луи снова повернулся к нему, все еще ничего не понимая. — Не понимаю, о чем ты говоришь, но разговор окончен. — Это из-за твоего «кое-чего»? — Ехидно поинтересовался Гарри. — Да пошел ты, ты ни черта не знаешь о том, что у меня происходит! — Раздражение Луи только усиливалось. Гарри улыбнулся, изящно прикрыв рот рукой, и из его губ вырвался тихий смешок. Он потянулся за полотенцем и обернул его вокруг бедер, прежде чем подойти ближе к Луи. В каждом медленном, нарочитом движении Гарри чувствовалась опасная уверенность, от которой Луи становилось не по себе. Ему хотелось уйти, сделать вид, что он никогда не видел Гарри, но его ноги будто приросли к полу. Это была всего лишь вторая их встреча, но притяжение никуда не делось. — Ты прав, я ничего не знаю. Но я знаю, что ты чего-то боишься, возможно, кого-то. Я могу тебе помочь, Луи. — Гарри говорил так, словно знал о жизни Луи больше, чем он сам. Конечно, Луи ему не поверил. Он относился ко всем и каждому с опаской, и никому не доверял. Это Гарри был виноват в том, в какой ситуации оказался Луи. Если бы они никогда не встретились, Луи все еще был бы с Финном. Возможно, это были не самые счастливые отношения, но Луи за них держался. Даже если он все еще считал, что Гарри — самый красивый человек, которого он когда-либо видел, тот, перед которым он не мог устоять, у него был Финн, и его сердце и верность принадлежали ему. Но сейчас найти Найла было важнее его чувств к Гарри. — Я не могу найти Найла, — сдался Луи. — С утра его не видел, и на тренировке его тоже не было. Я уже везде искал. Ни один мускул на лице Гарри не дрогнул. Все то же мягкое, но стоическое спокойствие. Луи не мог понять, что у него на уме, так ли сильно он хотел помочь, но выбора не было. После короткой паузы Гарри кивнул. Он пошел в раздевалку и вскоре вернулся в футболке, спортивных штанах и удобных кроссовках. Волосы были собраны в пучок, и Луи подумал, что сейчас он выглядел еще прекраснее, хотя казалось, это просто невозможно. Сейчас он был полной противоположностью тому, каким был при их первой встрече. Более расслабленный и мягкий. — Ты опять пялишься, — сказал Гарри, даже не глядя на Луи. Он покраснел, не подозревая, что Гарри мог почувствовать его взгляд, и сразу смутился из-за того, что его поймали. Они молча смотрели друг на друга. Луи хотел отвести взгляд, ему было страшно оставаться рядом с Гарри, но тот умел смотреть в глаза, не моргая и не шевелясь. — Так что, Найл? Ты поможешь? — Спросил Луи, нарушая тишину. — Я видел его сегодня на занятиях. Сказал, что пойдет в библиотеку. Ему вроде как нужна была книга для курсовой, можем вместе туда пойти, — ответил Гарри. Луи не понимал, почему ему самому не пришло в голову поискать в библиотеке. Найл не часто туда ходил, все же предпочитая интернет, именно поэтому эта идея показалась Луи странной. Тем не менее он кивнул и снова открыл дверь, пропуская Гарри вперед. — Дамы вперед, — пробормотал Луи. Гарри ухмыльнулся и прошел мимо Луи в коридор. Даже в этой ужасной ситуации Луи продолжал разглядывать Гарри и отпускать колкости в адрес зеленоглазого парня. Дамы вперед? Луи покачал головой, мысленно ударив себя по лицу. Он должен паниковать и переживать, но вместо этого рядом с Гарри он чувствовал себя спокойно, словно все непременно будет хорошо. Это было как-то неправильно. Кто он вообще такой? Вдруг это Финн его подослал, чтобы проверить? Если так, то Луи, очевидно, уже провалил проверку, и с треском. Он не хотел об этом думать и просто принял это странное чувство покоя, как глоток облегчения в хаосе. Библиотека находилась на другом конце кампуса, так что путь туда был неблизким. Луи и Гарри не виделись с прошлой ночи, с того мимолетного, но волнующего момента. Он изменил жизнь Луи, но Гарри об этом даже не подозревал. Луи все еще винил Гарри в случившемся. А кого же еще? Это же Гарри первым к нему подошел. Это же Гарри околдовал его каким-то странным заклинанием. И именно Гарри заставил его чувствовать то, чего он не чувствовал уже давно. Во всем был виноват Гарри, и Луи собирался держаться этого убеждения как можно дольше. Какое-то время они молча шли рядом. Слышно было лишь, как поскрипывают кроссовки и гудят лампы освещения. Тишина давила, но не была неловкой. Никто не решался заговорить о вчерашнем, не пытаясь разобраться, что все это значило. Луи украдкой поглядывал на Гарри, любуясь мягкими чертами его лица. Он знал, что это неправильно, что не должен думать о Гарри в таком смысле. Он еще не выяснил отношения с Финном, а это было важнее. Но мысль о том, что его отношения с Финном фактически закончены, не давала покоя. Финн не попытался связаться с ним после ссоры с Найлом. Может, и правда все кончено? Луи не хотел верить, что Финн так быстро сдастся только из-за того, что кто-то в кои-то веки вмешался. Он вспомнил, как Финн изменял ему, как наказывал за мелочи, вроде забытого ответа на сообщение, как переходил черту. Он терпел все это, оставался с ним из любви. У него голова шла кругом, он не мог поверить, что Финн только что бросил его из-за одной ошибки. «Да ради Бога, я даже не целовался с Гарри!» В голове все кричало, страх уходил, его место занимал гнев. Это было несправедливо. Луи считал, что хоть раз в жизни он должен был заслужить прощения. — Так ты расскажешь, чего ты так боишься? — Спросил Гарри, поворачиваясь к нему. — Я же уже сказал, что не могу найти Найла, — сказал Луи, теребя ремешок сумки. — Но не в этом дело, да? Он же не несколько дней назад пропал. Почему ты так переживаешь? — В вопросе Гарри сквозила искренность. Первым порывом Луи было солгать и сказать, что он просто хочет найти друга. Хоть это и было отчасти правдой, что все, что привело к внезапному исчезновению Найла, было слишком тревожно. — Вчера вечером, ну, мы с моим парнем поругались, и Найл просто его отчитал, знаешь, как хороший друг. Но иногда Финн бывает немного… иррациональным, так что я просто волнуюсь, что могло что-то случиться, — он избегал смотреть Гарри в глаза. — Иррациональным? Луи кивнул: — Просто он иногда злится. — Ты думаешь, он что-то сделал Найлу? В этом все дело, да? Луи остановился, и Гарри, заметив это, тоже замедлил шаг. Он не хотел признаваться себе, что Финн мог причинить Найлу вред, но он знал, на что тот способен. Финн не любил, когда ему указывают, что делать, Луи узнал это на собственном опыте в самом начале их отношений. — Он тебя бьет? — Продолжил Гарри. — Не неси ерунды, — Луи попытался засмеяться. Получилось плохо. Луи изо всех сил старался не паниковать, но говорить об этом вслух с человеком, который по сути был незнакомцем, было невероятно тяжело. Он чувствовал себя слишком уязвимым, даже несмотря на то, что лгал прямо Гарри в лицо; Луи никогда не умел хорошо врать. Что-то во взгляде Гарри изменилось, в его глазах плескалось что-то мрачное. Челюсти Гарри были крепко сжаты, а дышал он тяжело через нос. А Луи просто стоял перед ним, слишком напуганный, чтобы сдвинуться с места или произнести хоть слово. Он его не боялся, нет, но часть Луи боялась того, почему Гарри казался таким злым. Он же не сделал ничего, чтобы расстроить Гарри, или же сделал? Он быстренько мысленно пробежался по их разговору, от того, как он произносил свои слова, и до того, как стоял перед Гарри, сейчас он сомневался во всем. — Я не хотел тебя расстраивать, прости, — извиняющимся тоном сказал Луи. — Тебе не за что извиняться, Лу. Пошли, нам все еще нужно в библиотеку, — Гарри прошел вперед. «Лу». Он назвал меня «Лу». Луи вспыхнул, но быстро догнал Гарри. По дороге в библиотеку они болтали о всякой ерунде, то и дело посмеиваясь. Ему редко удавалось так непринужденно общаться с незнакомцами, эта легкость и возможность говорить обо всем и ни о чем были роскошью, которой Луи долгое время был лишен. Обычно он общался с Финном и Найлом, а если повезет, то мог немного поболтать с товарищами по команде. Но сейчас, разговаривая с Гарри, он чувствовал что-то странное, словно в его жизни чего-то не хватало. Он пытался игнорировать, как согревала его улыбка Гарри и как ему было интересно слушать его рассказы о ненавистном однокласснике. Луи просто скучал по друзьям, вот и все, ничего больше. — Серьезно! Клянусь, он пытался стащить у меня тетрадь прямо посреди урока! — Гарри рассказывал свою историю, хохоча и активно жестикулируя. — Думаю, парень просто искал повод с тобой заговорить, пусть даже и таким странным способом, — поддразнил его Луи, смеясь. — Заговорить со мной? С какой стати? Он усмехнулся: — Действительно, с какой стати. — Ну скажи, — Гарри все еще смеялся, но в его голосе слышалась доля серьезности. — Да просто посмотри на себя, — Луи повернулся к Гарри, не переставая идти, — Ты, прямо скажем, неплохо выглядишь. К тому же с тобой приятно общаться, ты забавный и все такое. — Так ты считаешь меня симпатичным и смешным? Приятно знать. — Симпатичным? Ну, уж нет, это ты сам придумал, — Луи попытался сдержать наступающий румянец, но почувствовал, как кончики его ушей быстро потеплели. — Ты ужасный лгун, Лу. Он весь покраснел, услышав, как Гарри снова произнес это прозвище. В том, что люди называли его Лу, не было ничего необычного, но то, что его так называл Гарри, застало его врасплох. Ему это даже нравилось, но ведь это просто прозвище, которым пользовались все вокруг, оно ничего не значило. Луи открыл было рот, чтобы ответить, как вдруг они услышали громкий стон, доносящийся из одной из комнат. Библиотека была всего в нескольких шагах, но шум исходил не оттуда, решил Луи. Оба замерли, чтобы убедиться, не показалось ли, и, конечно же, стон повторился. Они переглянулись, Луи широко распахнул глаза от страха, и его снова охватила паника. Луи шагнул вперед, туда, откуда, как ему казалось, доносился шум, но Гарри остановил его, приложив руку к его груди. Это неожиданное прикосновение заставило его вспыхнуть, он замер, ожидая, что сделает Гарри дальше. — Подожди секунду, — сказал Гарри, поворачивая голову в сторону, словно пытаясь сконцентрироваться на звуке. Гарри взял Луи за руку и повел его за собой по коридору. Несмотря на охватившую его панику, Луи был еще больше ошеломлен тем, как крепко держал его Гарри. Вчера они почти поцеловались, но то, как рука Гарри сжимала его руку, было настолько непринужденно, что сбивало с толку. Он попытался перестать думать обо всех этих несущественных вещах и сосредоточился на проблеме; что бы там ни было, Луи понимал, что добром это не кончится. Ему не хотелось в это верить, но глубоко внутри он знал, что они там увидят. Они остановились перед каморкой уборщика, которая находилась всего в нескольких шагах от дверей библиотеки. Гарри повернулся к Луи, чье дыхание участилось, и выглядел он явно напуганным. Гарри захотелось его утешить, обнять и попытаться развеять его тревогу. Это чувство было совершенно новым для него. Не зная, как правильно поступить, Гарри ободряюще сжал руку Луи и быстро кивнул, надеясь, что это поможет ему успокоиться. Луи медленно выдохнул и кивнул в ответ. Гарри отпустил его руку, потянулся к дверной ручке кладовки и быстро повернул ее, как будто срывая пластырь. Дверь скрипнула, открываясь, и Гарри замер у входа. На его лице застыло выражение неверия, смешанное с ужасом, и, хотя он видел вещи и похуже, увиденное поразило Гарри гораздо сильнее. Луи почувствовал, что что-то не так, и тут же попытался заглянуть внутрь, но его остановила сильная рука Гарри. — Луи, не надо. — О чем ты вообще, Гарри? Отойди! — Луи оттолкнул его руку от своей груди, заходя в кладовку. В полумраке, среди полок и разбросанных чистящих средств, на полу лежал Найл, скрючившись и держась за живот. Из его головы и носа хлестала кровь делая его почти неузнаваемым. На нем были футбольные шорты, открывавшие его ноги, покрытые рваными ранами и синяками. Найл снова простонал, на этот раз зашедшись хриплым кашлем с кровью, которая брызнула на обувь Луи. Взгляд голубых глаз опустился на кроссовки, белая ткань которых была усыпана каплями крови его лучшего друга. Он знал, что должен что-то сделать, чтобы помочь Найлу, но не мог оторвать взгляд от красной субстанции. В его нос тут же проник отчетливый металлический запах, он почти мог чувствовать привкус меди на языке. Во рту обильно выделялась слюна, но он сглотнул ее, и его затошнило, поэтому он попытался дышать носом. Луи рухнул как подкошенный, его колени с глухим стуком ударились о паркет. Он мог думать только о том, что это он во всем виноват. Это не несчастный случай, это было сделано намеренно, и он не мог вынести этой мысли. Его даже не было рядом, чтобы хотя бы попытаться помочь Найлу, какой из него друг? — Лу, давай, вставай. Мы поможем ему, но мне нужно, чтобы ты встал. Слова Гарри звучали как белый шум, Луи улавливал лишь обрывки фраз. Он заставил себя подняться, но кровь звала его, насмехаясь над ним. «Посмотри, что ты натворил. Ты никчемный друг, отброс общества. Прикоснись ко мне, почувствуй меня, эта кровь на твоих руках. Посмотри на меня, я везде, и он умирает. Умирает.» Он протянул руку, чтобы коснуться лица Найла, но Гарри снова его остановил. «Гарри. Он тоже виноват. Найл умирает, потому что Гарри не мог держать себя в руках. Гарри. Гарри. Гарри. Он помог его убить. Гарри.» Луи кричал и бился в руках Гарри. Он не помнил, что именно говорил, просто знал, что кричит. Каждое слово вырывалось из глубины его живота, словно поднимаясь по кишечнику, продираясь вверх через легкие. Он продолжал вырываться из цепкой хватки Гарри, сжимая руки в кулаки и колотя по любой части тела Гарри, до которой мог дотянуться. Луи не помнил, когда его крики перешли в рыдания, но вдруг из его холодных голубых глаз начали течь слезы, скатываясь по щекам и подбородку. Как он сюда попал? Как добрался до этой комнаты? Луи попытался напрячь мозг, но перед ним все также лежал окровавленный Найл. Все плохо, это он понимал, но как это произошло? В голове словно выключили свет. Какая-то часть его помнила, как он сюда попал, но в голове словно раздался резкий удар. Все отключилось, стало слишком больно думать, пытаться что-либо вспомнить. А потом его затрясло. Луи слишком хорошо знал этот симптом. Слезы, головная боль, дрожь, а потом он исчезнет. Независимо от того, сколько раз он это переживал, воспоминания, предшествовавшие этому, стирались из его памяти. Он не хотел забывать этот момент, ему нужно было оставаться в сознании, он должен был быть с Найлом. Чья-то рука обвилась вокруг его талии, другая легла на плечо, нежно коснувшись изгиба шеи. Это было странно… привлекательно. Твердое тело прижалось к спине Луи, но он лишь хотел растаять в этих объятиях. Его уха коснулись мягкие губы, мелодичный шепот достиг барабанной перепонки, и, наконец добрался до той части его мозга, которая все еще могла соображать. Все рубильники, которые внезапно выключились в его голове, снова включились. Шепот стал яснее. — Борись, ты сильнее своего разума. Ты здесь, и с тобой все в порядке. Борись, Лу. Останься со мной. — Я-я здесь. Луи вернулся, и его снова захлестнула реальность. Гарри, кладовка, Найл, кровь. Все медленно возвращалось. Когда он мучительно осознал близость Гарри, тело которого так плотно прижималось к нему, Гарри быстро разжал объятия и отступил. — Нам надо его отсюда вытащить, ему больно, Луи. — Думаешь, я тупой? — Рявкнул Луи, и тут же об этом пожалел. — Прости, ты прав. Но куда? К медсестре? Звонить в полицию? Черт, полиция. Они не должны ничего знать, никто не должен ничего знать. Отнесем его обратно в общагу, ладно? Непроницаемая маска на лице Гарри на секунду дрогнула, он оценил уровень страха Луи, продолжая смотреть, как тот что-то несвязно бормотал. Его первым инстинктом было позвать на помощь, но меньше всего ему хотелось вмешиваться, когда его об этом не просили. Гарри понимал, что он что-то скрывает. Но что ему было делать? Гарри все еще был для Луи незнакомым парнем, и Луи ничего ему был не должен, даже правду. За исключением того, что Найл был также и другом Гарри. Его это тоже касалось. — Луи, он серьезно ранен. Нам нужна помощь, мы не можем отнести его обратно в вашу комнату. А если нас кто-нибудь увидит, что они подумают? Я не позволю ему страдать из-за твоего страха. Возьми себя в руки, Луи, — настаивал Гарри. — Ты его не знаешь, ты не знаешь, что он еще может сделать. Если Найл расскажет, мне будет еще хуже. Это только чтобы его защитить, понятно? Ты должен мне доверять. — У него, блять, может быть сотрясение, ты себя вообще слышишь?! Пошел ты, ему нужно к врачу. — Гарри обошел его, чтобы поднять Найла, но Луи перегородил ему путь. — Мы отнесем его в мою комнату, и если ему будет совсем плохо, тогда позовем на помощь. Гарри, ты не понимаешь, пожалуйста. — Может, уже заткнетесь оба и решите, что делать? — Слабым голосом произнес Найл, и оба парня тут же уставились на него. — Он прав, Эйч. Отнеси меня в нашу комнату. Гарри переводил взгляд с окровавленной головы Найла на испуганное лицо Луи. Он выругался себе под нос и присел рядом с Хораном. Осторожно просунул руки под его колени и туловище и без труда поднял его с пола. Луи тупо уставился на него; он, конечно, знал, что Гарри сильный парень, но Найл был крупным спортсменом, и даже он не смог бы так легко его поднять. — Пялишься, — коротко бросил Гарри, выходя из кладовки с Найлом на руках. Луи вспыхнул от смущения. Он робко последовал за Гарри, осторожно ступая у него за спиной. Им удалось благополучно добраться до комнаты Луи и Найла. Из-за приближающихся промежуточных экзаменов почти все студенты корпели над учебниками в своих комнатах или в учебных залах. Луи был рад, что их никто не видел, лучше избегать каких-либо дальнейших инцидентов или вопросов. Все это время Найл молчал. Он казался безвольной куклой в руках Гарри, и Луи даже не мог вообразить, как ему было больно. Когда у него были проблемы с Финном, до такого никогда не доходило. Да, у Луи оставались синяки и порезы, но его друга жестоко избили. Подумать только, он же верил, что Финн о нем забыл. Как же он ошибался, и каким ужасным образом ему это доказали. Может быть, если бы Луи смог с ним связаться и попросить у Финна прощения, то все бы разрешилось. Но… сможет ли Найл его простить? Он посмотрел на своего друга, который свернулся калачиком на кровати от боли. Это был его лучший друг, тот, кого он должен был защищать, и не смог. Он подвел его. Гарри отошел в ванную, чтобы взять теплое, влажное полотенце и стереть запекшуюся на лице Найла кровь. Луи изо всех сил старался не разрыдаться, но слезы горьким комом подкатили к горлу. Они жгли его изнутри, неумолимо и жестоко, но он все же отказывался дать им волю. «Как эгоистично», — подумал он. Найл весь в синяках и побоях, а плакал почему-то он. Вся боль, которую он когда-либо испытывал, была несоизмерима с тем, что испытывал сейчас Найл. — Эй, Ни? Найл ничего не сказал, но его голубые глаза смотрели на Луи, ожидая продолжения. — Я… — Луи изо всех сил пытался подобрать слова, что-нибудь, что могло бы утешить его лучшего друга, но все казалось таким безнадежным. — Я все улажу, ладно? Луи не ожидал, что Найл ответит или как-то отреагирует, но в ответ получил лишь медленное моргание и одинокую слезинку, скатившуюся из его правого глаза. Было невыносимо видеть Найла таким, и он понимал, что о прощении можно лишь мечтать. Если бы Луи изначально послушал Найла в тот самый раз, когда вернулся домой с разбитой челюстью, их бы здесь не было. Все пошло по спирали, и Луи больше не пытался выкарабкаться; ему оставалось только смириться. Гарри вернулся и сел рядом с Найлом на узкую кровать. Луи внимательно наблюдал за ними обоими, пока Гарри нежно прикладывал полотенце к голове Найла. Если бы обстоятельства были другими, Луи отметил бы, каким заботливым был Гарри. Но вместо этого его переполняла вина. Это он должен был заботиться о Найле, он должен был его спасти, а не Гарри. Найл никогда его не простит, когда он даже не потрудился помочь ему умыться. Гарри слишком быстро забирал у Луи все. В его сердце закипала обида. Сначала Финн, а теперь Найл, у Луи так совсем ничего не останется. Наконец-то до Луи дошло. «Как я мог быть таким идиотом?» — Я схожу за водой, скоро буду, — отрезал Луи, наконец схватив свой телефон с прикроватной тумбочки. Он выскочил из комнаты, не дожидаясь ответа Гарри. Телефон почти разрядился, но от Финна все также ничего; ни сообщений, ни звонков, и это злило его еще больше. Этот ублюдок выпил из него всю кровь. Луи отошел от их комнаты, чтобы его не услышали, нашел в контактах Финна, разблокировал его и набрал номер. Один гудок. Два гудка. Три гудка. С каждым гудком он терял остатки терпения, пока наконец не услышал голос Финна в записанной голосовой почте. Луи выругался, сбросил вызов и снова набрал номер. На этот раз гудки шли дольше, но в итоге он снова перешел на голосовую почту. — Слушай сюда, ты, сраный придурок, я знаю, что ты задумал. Я знаю, что ты сделал. Думаешь, это игра такая? Решил его ко мне подослать и разрушить мне жизнь. А ты и рад, да? Ты превзошел сам себя, придумал этот гениальный план. Решил меня так проверить, ты вообще в своем уме? Думал, я не догадаюсь? Я тебя насквозь вижу, Финн, и всегда видел. Где ты вообще его нашел? Ты ему заплатил, да? Заплатил? Не могу поверить, что ты так поступил со мной, Финн, это так… Луи прервал звуковой сигнал, сообщающий об окончании записи сообщения. Он огляделся, чтобы убедиться, что никто не пришел, прежде чем снова позвонить Финну. — Ага, конечно, продолжай меня игнорировать, я еще не закончил. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Хочешь, чтобы я доказал тебе, что ты мне нужен, показал, что мне нужен только ты? Так я от него избавлюсь! Я все сделаю, только, пожалуйста, вернись. Я убью его, если хочешь, слышишь? Я не знал, что это тест, я убью его, клянусь тебе. Ты не должен был так поступать с Найлом, ты больной ублюдок, ты знаешь это? Я делал все, что ты просил. Я, блять, любил тебя! Я все еще люблю тебя… поверь. Просто перезвони мне, ладно? Его руки дрожали и вспотели, но он решил еще и написать. Луи отправил не меньше пятидесяти сообщений, но ему все еще нужно было доказать, что его все еще можно любить. Луи: ответь мне. Луи: Конченый ублюдок Луи: ты меня убиваешь, просто ответь мне. Луи: перестань со мной играть Луи: приходи ко мне? я могу сделать так, что тебе понравится. Луи: мы сделаем то, что тебе нравится. на этот раз я не буду жаловаться. Луи: пожалуйста? Луи: да блять ответь мне Но все это было бесполезно, сообщения перестали отправляться после семьдесят второго (Луи считал каждое). Это казалось верхом предательства, и он не мог перестать удивляться, чем заслужил это. Это же Финн прислал к нему Гарри, так почему расплачиваться должен Луи? Луи любил Финна, соблюдал его правила и повиновался каждому его слову, но даже этого было недостаточно. Он принимал каждый удар, как поцелуй, каждый багряный и синий оттенок, распускавшийся на его коже, был всего лишь знаком любви Финна. «Он любит меня, любит.» Последние несколько часов его жизни были слишком нереальными, и все началось с Гарри. Луи нужно было от него избавиться. Он пошел в другую сторону по коридору к автомату с напитками, чтобы взять несколько бутылок с водой. Холодные бутылки упали в поддон, и он наклонился, чтобы их поднять, когда почувствовал, что кто-то появился рядом с ним. — Убьешь меня, да? Это был Гарри. Луи сделал все возможное, чтобы снова не начать паниковать, и осторожно схватил две бутылки, вставая, чтобы встретиться с Гарри лицом к лицу. — Ты не должен был это слышать, — холодно сказал Луи. — Ты как-то не особо старался говорить тише, — огрызнулся Гарри. — Ну… — Луи почувствовал себя неловко, даже пристыженно. Гарри все слышал, и теперь ему приходится иметь дело с собственными словами. Как он мог все объяснить, как рассказать про эту большую игру, в которую любил играть Финн? Но конечно, Гарри уже и так все знал… правда? — Я разочарован, Лу. Ты просил меня о помощи, а теперь угрожаешь мне? Жалкое зрелище, — последнее слово Гарри буквально выплюнул. — Не строй из себя дурачка, Гарри. Я знаю, что это он тебя подослал. Гарри помолчал секунду, а потом вдруг рассмеялся. Бутылки с водой хрустнули под руками Луи, словно бумажные стаканчики. «Что смешного?» — Не знаю, что за психопаты ты и твой парень, но не надо меня в это впутывать. Я не знаю его, я никогда с ним не встречался, а с тобой я едва знаком. Я пришел сюда, чтобы помочь тебе, чтобы помочь Найлу. — Но… все началось с тебя. Это все ты. Он прислал тебя, — голос Луи предательски задрожал. — Ну, так убей меня. — Гарри, я… — Убей меня, Луи, — Гарри сократил дистанцию, нагло вторгаясь в личное пространство. От Гарри пахло ванилью и мускусом, но под этим было что-то более сильное. Этот аромат разом наполнил чувства Луи, это не было похоже ни на что, что он когда-либо чувствовал. Что-то внутри него хотело взять Гарри в свои руки и притянуть ближе, только чтобы на нем остался этот запах. Они стояли вплотную друг к другу, но ни один из них не сдвинулся ни на дюйм. Гарри пристально вглядывался в глаза Луи, прежде чем наклониться к его уху. Он безумно хотел положить руку ему на талию, но Луи держался, изо всех сил стараясь держать руки по швам и сжимать бутылки. Гарри выждал, чувствуя сердцебиение Луи. Оно громко колотилось, и это возбуждало его. Сердце Луи билось не от страха, а от возбуждения. — Ты же хочешь убить меня, так сделай это. Нам было бы так хорошо вместе, — тихо прошептал Гарри.