Ищи меня между своих вен

Никаких новостей. Только этот мужик, расхаживающий между учениками, как граф по своим владениям, то и дело раздавая свои любимые советы. Антон фыркнул, закатывая глаза. Ему было приказано сидеть и не отсвечивать, пока «нормальные люди» заняты делом. Ну, конечно. Они-то такие все из себя классные, все уже умеют, с ними запариваться не надо. Ходи себе, языком чеши, будто сильно умный. Шастун зевнул, утыкаясь в телефон. Все равно больше нечем заняться на этой вашей «свободной практике». Попрактикуется в листании ленты. Тоже, кстати, не простое занятие. Особенно, когда каждое второе видео — какой-то дебильный тренд, основанный на «посмотрите, какой я загадочный». Арсений не обращал на него никакого внимания, лишь изредка поглядывал, чтобы пронырливый молодой человек никуда не свинтил часом. Бедный Тоша еще не знал, что у мужчины на него свои злодейские планы, оно и к лучшему, иначе точно убежал бы далеко и надолго. Через час усиленного листания социальных сетей, к нему наконец приблизились, совершенно невежливо пнув его ногой в бедро. -Подъем, — приказал преподаватель, скрестив руки на груди. -Пойдемте. У нас с вами свободная практика. Шастун поднял недовольный взгляд на человека, только что пнувшего его, как мешок с говном. Что он себе вообще позволяет? Ничего, что Антон, вообще-то тоже человек, личность, с ним надо как-то учтивей быть, например? Да и какая «у них» практика? Пара уже к концу подходит, не хочет он факультативных занятий. -Шастун, оглох? Подъем, — повторил Попов. Да, не отвязаться от него так просто. Настойчивая сука, упорная. Паренек раздраженно вздохнул, опять закатил глаза, что-то пробурчал, но все равно поднялся, отряхиваясь от прилипшей к брюкам травы. -И че? Куда? — уточнил он, оглядываясь по сторонам. Опять в зоопарк попал. Вон, Позов носится, хвостом ветки ломает, а вон вообще олень какой-то прыгает. Жесть. -Подальше от людей, — спокойно сообщил Арсений, разворачиваясь. -Вы особо опасны. Мне не нужны дополнительные жертвы. -А вы особо неприятны, — прошипел почти беззвучно Тоша, следуя за преподавателем по пятам. -Я все слышу, — напомнили ему тут же, но останавливаться на этой теме не стали. И слава богу. С каждым метром студенту становилось не по себе. Он, какой-то мужик, вокруг глухой лес, а они с каждым шагом все дальше и дальше от бога. А вдруг, он психопат? Вдруг, в стенах этой академии витают слухи и пропавших учениках, просто до него пока не дошли? Или, того хуже, вдруг это… насильник? Ладно маньяк-психопат, ну почикают его, ну отрежут голову, ничего страшного. Но если перед этим еще и трахнут… или, не дай господи, после… не, все, никуда он не пойдет, не нравятся ему такие прогулки, совсем не нравятся. -Я дальше не пойду, — сообщил Антон, застывая на одном месте. -Боишься меня? — обернулся через плечо Попов, притормаживая немного. На его губах почему-то играла очень сомнительная ухмылка. Ему что, нравится, когда его боятся? Что за фетиши? -Правильно делаешь, — хмыкнул он, делая пару шагов спиной назад, чтобы приблизиться к мальчику. -Ладно, давай тут. Звучит сомнительно. Очень. Шастун на всякий случай огляделся, в поисках чего-нибудь тяжелого. Отлично, вон ветка валяется в метре буквально. Если что — схватит, бахнет по голове, да побежит. Все, решено. -Ну, демонстрируй, — махнул рукой Арсений, удобно устраиваясь на поваленном дереве. О, офигенно просто. Что демонстрировать? Вот что? Будто сам не знает, что по щучьему велению он не умеет. -А, ну да, — моментально ухмыльнулся мерзким образом мужчина, но вместо того, чтобы что-то сделать, просто закинул одну ногу на другую, явно наслаждаясь ситуацией. -Бездарность же. Как я забыл? -Слушайте, издеваться позвали? — фыркнул Антон, убирая руки в карманы и бездумно катая камушек по земле. -Ну можно было и при всех, я не особо стыдливый. -Антон, вы — абсолютный неудачник, в руки которого свалилась огромнейшая сила, — развел руками препод, беспечно пожимая плечами. -Я от вас ничего не жду, ни успехов в учебе, ни каких-то сдвигов с мертвой точки. Просто сделайте вид, что вы хоть что-то можете. А не много ли ты себе позволяешь, падла? Тоша терпеливый, но не терпила, и напрямую оскорблять себя вряд ли позволит. -Блин, да почему я вообще должен выслушивать от вас это все? — вскинулся моментально паренек, быстро приближаясь к обидчику. -Вы ни к кому так не относитесь, только ко мне, я что, имею какую-то особую ценность в ваших глазах? -О, нет, вовсе нет, — практически рассмеялся Арс. -Никакой ценности, поверь. Ты — обычное ничтожество, практически пустое место, если не считать колоссального количества сангры, которой, вот уж невезение, некому управлять, к тому же… Мужчина бы так и продолжал с удовольствием поливать мальчика помоями, если бы у того не закончилось любое терпение на подобные высказывания. Послышался громкий, уже привычный для слуха щелчок, но… никто не вскрикнул, даже не пискнул, наоборот, Антон ойкнул, испугано распахивая глаза. Он не хотел, честное слово, Шастун не из тех, кто бросается с кулаками, вовсе нет! Просто его форма реагирует раньше, чем он сам хоть о чем-то подумает, поэтому так и вышло… -Ну наконец-то, — устало выдохнул Арсений, рассматривая дергающийся, вырывающийся из его цепких пальцев чешуйчатый хлыст, который только что чуть не выдал ему приличного такого леща. -Я уж думал, тебя стукнуть придется разочек. -Вы че… -Я шучу, да, — признался он, встряхнув нападавший хвост как следует, чтобы в чувства привести. Тот недовольно взметнулся, но быстро обмяк. -Наверное. Мне просто не хочется опять долго тебя расшатывать. А на агрессию ты очень быстро реагируешь. Ну, ладно, в этом был смысл, честно говоря. Но блин… как-то все равно неприятно. -Хорошо, понимаешь ли, Антон… — вздохнул брюнет, выпуская «дракона» из рук и поднимаясь вновь на ноги. -Очень сложно работать с человеком, который не понимает абсолютно ничего. Я попытаюсь объяснить тебе все очень быстро и коротко, но… — он закусил губу, неоднозначно качнув головой, будто не мог нормально подобрать слов, -но не факт, что это поможет. -Ну конечно, — буркнул Шастун, а хвост позади опять недовольно вильнул, рассекая воздух с тихим «щелк». -Мне уже ничего не поможет, видимо. -Слушай, — с напором произнес преподаватель, глядя на него с каким-то… нетерпением, что ли? Временами бывает очень сложно разобрать эмоции этого человека… -Мне глубочайше наплевать, на твое раздражение, мы друг другу взаимно не нравимся, поверь, но я единственный, кто способен понять тебя… -Прям так «единственный», — фыркнули тут же в ответ, скрещивая руки на груди. -Если на счет три ты не закроешь рот я сорвусь на тебя, — нажимисто и очень холодно произнес мужчина, явно предупреждая. -Раз. Тоша наконец затихать не собирался. Че это на него бочку катят?! Поверить? Непонятно, почему он должен доверять случайному человеку, с которым знаком от силы три дня, слишком много чести. -Ну срывайтесь, — выдохнул мальчик с вызовом, не отводя взгляд. Ему все еще было некомфортно на едине с этим мужиком, да и бесил ужасно. Кого из себя строит-то постоянно? -Я все равно не могу им управлять, хоть бейте, хоть убивайте, — он указал на бездумно шевелящийся хвостик, игравшийся с каким-то листиком. Очень нежно, кстати. То подбрасывал, то по траве гонял, как котенок буквально. -А ты вообще об этом не думай, — посоветовал Попов, которого действительно начал выводить этот пацан. -Ты просто представь, что это — твоя нога или рука, неважно. Смотри, есть базовое упражнение для детей-метаморфов. Мозгами пошевели, это не так уж сложно, — Арсений протянул свою руку вперед, словно для рукопожатия. -Пожми мне руку. Антон вместо руки пожал плечами, обхватывая ладонь мужчины своей и встряхнул пару раз. Голубые глаза моментально помрачнели. -Шастун, хвостом. А, вот оно что. Повисла неловкая пауза. Конечность продолжала развлекаться, совершенно не обращая внимания на все просьбы, листик ей явно было куда интереснее. Арс смотрел на него, как на очень упрямого первоклассника, который напрочь отказывался учиться читать и писать. -Ну, я пытаюсь… — честно признался Тоша, наблюдая за тем, как эта зараза уже не просто играется, а в наглую игнорирует. -Не пытаешься, а просто смотришь на него, — поправил его строго Попов, настойчиво удерживая руку перед собой. -Ты буквально стоишь и наблюдаешь за тем, как твоя рука живет своей жизнью. Думаешь, это норма? -Вот когда вы это сказали — стремновато звучит, — почесал затылок паренек, но все еще ничего не делая с этой полезной информацией. -Правильно, потому что это ненормально. Давай, это ты. А ты должен себя слушаться. Тяжелых вздох пронесся по пространству. Ладно. Итак. Он — хвост. Он и есть хвост. Всем телом — хвост, всем хвостом — тело… Какого хера он делает вообще? В воцарившейся тишине длинный хлыст дернулся, бросил листик и… застыл. -О! О! — оживился Антон, указывая на этот «прорыв». -Он меня слушается! Он замер! Я его испугал! -Это ты испугался, — совсем разбито заявил преподаватель, у которого внутри медленно угасала последняя искра веры в человечество, и в этого зеленоглазого идиота в особенности. Нервы сдавали, а такого позволять нельзя. -А он — просто устал дурака валять. Сосредоточься. Вот просто пожми мне руку, как бы ты это сделал своей, только хвостом. Давай, Шастун, ты не можешь оставаться чертовой бомбой замедленного действия. Студент закрыл глаза, пытаясь хоть как-то собраться. Так, вот, вот оно… нет, стоп, это плохо переварившийся перекус на бегу, отмена. Не, ничего не чувствует. Вообще. Спокойно, ладно. Арсений неуверенно поморщился, наблюдая за тем, как паренька почти трясет от напряжения. Ну надо же, насколько все плохо. Итак, пора бы уже поверить, что это он сам решает, как будет вести себя в той или иной ситуации. Сейчас ему нужно просто хотя бы дотронуться до мужчины, просто медленно, не торопясь поднять, протянуть… ну же… Попов не вмешивался, просто терпеливо ждал, когда бездарь наконец разродится хоть чем-нибудь. Вы когда-нибудь пробовали пошевелить ногтем? Нет, не пальцем, а именно ногтем? А вот Антон искренне старается. Казалось, еще секунда — и его просто разорвет к хренам собачьим, но… в один момент, когда Тошу почти судорогой сводило, это чешуйчатое нечто непокорно дернулось, взвилось, а потом застыло, будто раздумывая, хочет ли оно повиноваться или, все-таки, нет? Подрагивая, извиваясь, подобно змее на сковородке, хвост медленно потянулся в сторону Арсения, который теперь даже моргнуть боялся, чтобы не сбить настрой ученика. Кончик очень неуверенно дотронулся до чужого запястье, будто щенок ткнулся носом в руку человека, спрашивая разрешения. Потом, так же трясясь, неспешно, очень осторожно обвился вокруг запястья. Не крепко, но это уже было нечто невероятное в их случае. Попов наконец выдохнул, попросив страдальца открыть уже глаза и перестать скрипеть зубами. Тот приоткрыл один глаз, со страхом наблюдая за тем, как он же и обвивает чужую руку. -Охренеть, оно слушается… — прошептал мальчик, которому впервые удалось «приручить» это нечто. -Оно слушается… -Запомни ощущения, — подметил брюнет безэмоционально, все еще разглядывая свой новый кожаный браслет. -Теперь отпусти. О нет, зря попросил. Опять началась тряска, словно паренька на отжим поставили. Ну, ладно, подождем. Где-то через полчаса страданий, судорог, тремора и каких-то непонятных звуков, напоминавших больше стоны умирающего кита, Антон все-таки смог один раз нормально пожать руку. Ну, почти нормально. Отпускать все еще было сложнее, чем обвивать, но черт! Это же дичайший прогресс! -Уже лучше, — констатировал факт преподаватель. -Хорошо, ты ведь с Димой живешь? Проси его иногда помогать тебе. Пусть пока он занимается своими делами, будет готов, что ты можешь схватить его за руку. -Не думаю, что он откажет, — пожал плечами Антон. -А можно краткую инструкцию, как этот хвост доставать-то? Или просить Поза обзывать меня периодически? -Это не так тяжело, как тебе кажется, — кивнул Арс, готовясь к новой порции трясучки и зубного скрежета. -Вдох, Шастун… Еще какое-то время, может быть, те же полчаса, может, больше — пролетело почти незаметно. Когда с тебя сходит семь потов, ты пытаешься управлять тем, чего не чувствуешь, а тебе еще и советы дают мерзким голосом — время проходит довольно быстро, кстати. Когда Арсению просто надоело все это дело, он остановил пытки, удостоверившись, что это чудовище, в целом, обучаемо. Если честно, это сравнимо с попытками использовать протез руки или ноги, только когда у тебя с рождения отсутствует конечность, а не в результате несчастного случая. Ты не чувствуешь, не понимаешь, но оно есть, оно двигается, оно существует. Вот примерно такие же ощущения и испытывал Тоша. Сейчас бедолага лежал на траве, глядя в небо в надежде, что то как-нибудь поможет ему избавиться от этого дотошного мужика. Или хотя бы поддержит, например. Но нет: небесное войско молчало. Попов сидел все на том же дереве, безразлично вертя в руках какую-то увесистую палку. Может быть, даже ту, которой ученик хотел в случае чего его же и стукнуть. Рядом с Антоном валялся его собственный хвост, который тоже устал от вечной нервотрепки, и теперь лишь немного похлопывал кончиком по земле, приходя в себя после экзекуции. -Апорт, — внезапно выдал преподаватель, метнув эту самую палку точно в Шастуна. Тот ойкнул, не успев никак среагировать на приближающуюся угрозу, только зажмурил глаза и резко закрыл лицо рукой, чтобы и так пострадавший нос не доломало окончательно. Но удара не последовало. Арсений глухо рассмеялся, явно довольный своей выходкой, а один зеленый глаз немного приоткрылся, аккуратно изучая обстановку. Прилетевшую в него дубинку обвивала чешуя, удерживая орудие вероятного убийства над парнишкой. Какая полезная штука… -Да вы че охренели, чтоль?.. — выдавил хрипло мальчик, приподнимаясь немного на локтях. -Вы зачем в меня палку кинули? ОЙ! — парень скривился, когда непослушный хвост разжался, роняя предмет четко на середину живота своему хозяину. Какая мерзкая штука… -Шастун… — крякнул от еле сдерживаемого смеха брюнет. -О-ой, ладно, — мужчина убрал выступившую слезу пальцем, продолжая весело хихикать, словно его бесконечно забавляла сложившаяся ситуация. -Вставай, хватит на сегодня. -Арсений Сергеевич, разрешите? — в дверь преподавательского блока коротко стукнули костяшками один раз, моментально дернув за ручку, даже не дожидаясь ответа. Двое мужчин, распивающих кофе и мило беседующих за большим столом, обернулись в сторону прибывшего. Высокий человек, покрытый татуировками уже перешагнул порог без всяких приглашений и разрешений и теперь стоял, держа в руках небольшую тетрадь. -Добрый день, Павел Алексеевич. -Привет, — поздоровался преподаватель, ловя на себе говорящий взгляд товарища. -Ладно, ладно, секретничайте, — фыркнул он, стукая своей чашкой по поверхности. -Пойду, гляну, что там мой третий курс накалякал. Дятлы… Попов подозвал ученика, принимая из его рук тетрадь, на которой были схематичные рисунки и большие пояснительные тексты со стрелочками, указывающими на разные части изображений. Эд присел на диван, подтягивая ближе к себе вазочку с печеньем. -Мы с парнями разобрались, — он отправил в рот одну сладость, наблюдая за тем, как Арс изучает написанное. -Там все не так просто, пацан не просто не контролирует форму, — он потянулся за второй, а никто и не сопротивлялся, что немного странно. -Мы такое только в учебниках и видели. У него сформировался второй нейронный контур, — пояснил студент, видя, что у мужчины, сохранявшего полное молчание, нахмурились брови. -Он проходит через те же центры, что и его обычная нервная система, ну, как у всех, но работает параллельно. Журавлева называет это «вторичным псевдосознанием», мы к этому и решили склоняться. И да, вот, — он протянул руку, показывая все тот же узор из вен, до сих пор бушующий под кожей, словно ожог. -Оно не хочет, чтобы его трогали. Очень не хочет. -Короче, Эд, я правда перегрузился, не понимаю ничего. -Короче: его сангра создала вторичную нейронную систему, которая совершенно автономно реагирует на внешние факторы, в его сангротидах вшиты поведенческие паттерны, я без понятия откуда они взялись, почему так, но они и реагирует раньше него самого, — как мог коротко пояснил юноша, скучающе закидывая ногу на ногу, словно каждый день такое видит. -Никакой магии, никакого «внутреннего дракона», всего лишь наш профиль. -Шутишь? — хмыкнул Арсений, откидывая эти записи. -Ты хоть представляешь, сколько у него должно уходить энергии на постоянное поддержание этой системы? Он бы поймал… — мужчина осекся, словно дальше говорить просто не смел. -Разгон, да, — закончил его мысль Эдуард, пожимая плечами. -Арс, наши семьи дружат десятилетия. Хватит, тебя никто не винит. -Мы не это пришли обсуждать, — моментально отрезал Попов, стискивая челюсти. -Я понял, спасибо. -А еще он очень вкусный. -Эдуард! — рыкнул преподаватель, кидая на него осуждающий взгляд. -Что? — безобидно развел руками тот. -Я не виноват, меня торкнуло, когда я дошел до шейного узла, ты прикинь? -Ты неисправим… — вздохнул Арс, откидываясь головой на спинку кресла и зажмуриваясь изо всех сил. Вот оно, как. Ладно, поводов не верить исследованиям этого маленького гения крови не было, как и четкого понимая, как с таким работать. Попов прикрыл глаза, пытаясь переварить все это дело. Первый раз на его практике такие… бездарности. -Но оно обучаемо, это я уже выяснил. -Я хочу забрать его для диплома, — поделился своими планами старшекурсник, не отлипая от кондитерских изделий ни на секунду. -Клянусь, сильно облизывать не буду. -Делай что хочешь, только не взорви его. -Да один раз было, да и то… -Помолчи, пожалуйста, не делай хуже, — отмахнулся преподаватель, возвращаясь в нормальное положение. -Хочешь сказать, что он не может нормально справляться с формой, потому что она уже обучена? — уточнил он, снова сводя брови к переносице. -Правильно? -Да, — подтвердил самодовольно Эд. -Видишь ли, его не надо обучать, его нужно переучивать. Ты же знаешь, как это работает: у ребенка пробуждается сангра, она нулевая. Ничего не знает, ничего не умеет, и на эту чистую базу уже кладутся умения. У него — не так. У него она пробудилась уже «осознанной» и обученной, как инстинкт у животных. Поэтому чистого листа нет, придется записывать новые данные на уже забитый жесткий диск. -Просто невероятно, — мотнул головой Арсений, раздумывая, насколько это может быть проблематично. -А вы не посмотрели показатели? -Я пытался, — щелкнул пальцами ученик. -В итоге меня укусили. Меня, представляешь? Меня! -Да, да, самого Выграновского цапнула его любимая сангра, я слышал, не повторяй, — хмыкнул Попов, покачивая в руке блокнот. -Ладно, будем думать, как с этим быть. У тебя пары? -Херня, мутации, — отмахнулся Эд, доедая последнюю печенюшку. -Можно и опоздать. Тебя осмотреть? -Нет, все в порядке, — задумчиво произнес мужчина, смотря куда-то мимо друга, с которым они знакомы с самого его рождения. -Вали на свои пары, потом поговорим. Примерно в это же время в блоке Антона творилось нечто похожее на маленький апокалипсис. Позов, спокойно варганящий им всем обед, то и дело ронял ножи, вилки и ложки, потому что Шастун «практиковался». Да, парень был терпеливым, понимающим, но, когда это тонкое, длинное, а главное, блин, сильное чудовище опять шибануло его по запястью, выбивая из руки крышку кастрюли — пузырь терпения лопнул. -Ну Тоха! — воскликнул он, потирая ушибленное в очередной раз место. -Я понял, что ты научился вытаскивать хвост, очень круто, молодец, дай мне закончить готовить! Мы же сдохнем от голода, если я ничего не сделаю! -Пусть Матвиенко сделает, — пожал плечами Тоша, балуясь со своей же формой. Прикольно, если дать ей кружку, она будет держать ее. Но недолго: пока не надоест, потом роняет. Уже две разбил. Ну ничего, опыт требует жертв. Интересно, какая длина у этого хвоста? Если вытянуть… Не вытягивается, ладно, не получается. Но, если получается дотянуться до столешницы со стула… да, полтора метра точно есть, плюс остается еще. Нормально, комплексов не будет. -Матвиенко уже один раз сделал, чуть блок нам не спалил, — фыркнул товарищ, наконец накрывая бурлящий суп крышкой. -Кстати, помнишь, ты про драконов спрашивал? -Ну? — заинтересованно спросил Шастун, позволяя себе наглость: шлепнул по кончику, когда тот пытался забраться под его же футболку, но в ответ его стукнули по лбу. Опять абьюз в семье… -Ванек какую-то книжку у себя в блоке нашел, спрашивал, нужна ли она тебе. Что-то типа сборника разных легенд и сказаний про драконов твоих любимых. В памяти моментально вырисовался то самое крылатое существо из сна, огромное, с глазами-янтарями, просившее о помощи… может, лучше попытаться разобраться в этой теме? Ну, для своего же внутреннего спокойствия, как минимум. Никаких открытий он, конечно же, не планирует делать, но просто так, ради успокоения — почему бы и нет? Но потом сходит, сейчас хочется поесть уже наконец. После вечерних пар, загруженный до «я уже не могу» учебниками, рабочими тетрадями и словарями по какому-то там латинскому языку, бедняга первым делом вернулся домой, скинул весь этот груз, смотался к одногруппникам в блок, забрал ту самую книжку, кое-как отмазался от дегустации их ужина, больше напоминавшего попытки впасть в алкогольную кому, и только после всех этих мотаний по всей академии, наконец тяжело выдохнул, вытаскивая свое полотенце из шкафа. Все, душ и спать. Позов все еще залипает в библиотеке, явно возвращаться не собирается еще долго, ботаник, блин. Серый вообще непонятно где ошивается, может быть, со своими одногруппниками, а может, вообще в город умотал, развлекаться. Неважно, главное — наконец смыть с себя этот день и спокойно лечь спать… Антон зевнул, прикрывая за собой входную дверь в душевое помещение. У раковин стояла парочка студентов, поздоровавшихся с новоприбывшим пареньком. Прикольно, такие тут все доброжелательные, все-таки. Никто никого особо не цепляет, нытиков и душнил пока замечено не было. Приятная компания, в общем-то. Да, теплая водичка однозначно лучший антидепрессант и антистресс разом. Капли приятно стекали по телу, шампунь правда в глаз попал, но это так… вряд ли тут водятся монстры, желающие напасть на него, пока он ничего не видит. Хотя, это кого считать монстром еще. Он и сам-то, вон, черт рогатый, любая Бабайка испугается. Мальчик устало откинулся спинок на стену, проводя рукой по волосам, чтобы убрать их назад. Может, все не так уж и плохо? Например, уже есть какой-то минимальный прогресс, вроде и обитать тут не так уж плохо. Учеба, правда, напрягает конкретно, но ничего, жить можно. Сейчас еще в курилку зайдет, вообще жизнь новыми красками заиграет… вскоре дверь тихо скрипнула, закрываясь за мальчиком. Снова полотенце на волосах, челка на глазах, футболку оставил в стирке, нацепив только штаны. А какого стесняться, правильно? У девушек своя душевая, ничего такого… Ой. Нет, ну это уже даже не смешно. Что на этот раз? Труба опять? Кондиционер? Напор не тот? -Вы что, следите за мной? — буркнул студент, вновь глядя в голубые глаза напротив. -Я? За вами? — Арсений приподнял бровь, явно удивляясь таким выводам. В руках у него были бутылочка шампуня, какой-то гель для душа, пена для бритья и полотенце с бритвой. Как и у всех обычных смертных. -Мне бы что-нибудь поинтереснее для наблюдений, — слегка насмешливо заметил он, пожимая плечами. Если честно, мужчина выглядел слишком нормальным. Волосы чуть растрепаны, либо уснул вечером и только-только проснулся, либо просто устал за целый день занятий. Бесил в таком виде даже больше, чем в своей этой мантии, закрывающей лицо капюшоном. -Просто у нас все занято. Не хочу ждать. Такое объяснение вполне устроило Антона. Он бы тоже не хотел ходить грязным и потным, так что оправдан. Шастун лишь хмыкнул, никак не отреагировав на эти слова. Так, взять свежую футболку, потом в курилку и на боковую… ага… Только на подходе к своему блоку, паренек вспомнил, что забыл в душевых свой шампунь. С одной стороны — да и наплевать, потом заберет. А с другой — он до сих пор не уверен, что тут контингент настолько правильный. Лишаться единственного способа сохранить голову чистой тоже не особо хотелось. Вернувшись обратно уже в одежде, он забрал с полочки рядом с кабинкой свой тюбик. Тут как-то сильно жарко, просто как в бане. Дотронувшись до батареи, Тоша задумчиво нахмурился. Холодная. Странно, но ладно, неважно, мало ли. И только оглянувшись, Антон тут же дернулся, притихнув. Видимо, преподаватель оставил что-то снаружи, поэтому выглянул, протягивая руку к полочкам. Из его кабинки буквально валил пар, словно тот мылся в бурлящем кипятке. Мальчика не было видно, так как тот стоял около самой последней кабинки, а мужчина располагался спиной к нему. И черт возьми. Даже через огромное облако белого пара было видно, что буквально всю его кожу от шеи до середины пояса покрывали огромные белые рубцы, словно плохо зажившие странным узором глубокие ожоги. Шастун вообще впервые видел такие шрамы. Парень замер, чуть не выпустив свой шампунь из рук. Арсений же наконец схватился за нужную баночку, моментально исчезая за стенкой. Вода снова зажурчала, облако осело, возвращая нормальную видимость, а зеленоглазый наконец выдохнул. Откуда? Что это? Почему? Кто? Он встряхнул головой, отгоняя лишние вопросы. Не его дело, совсем не его дело. Это всего лишь препод, наглый, неприятный препод. И все же… В курилке, на удивление, никого не было. Оно и хорошо. Постоит в спокойствии, выкурит одну-две, да пойдет себе с богом. Увиденное до сих пор не отпускало. Это ведь не просто уродливые шрамы. Они такие… симметричные, ровные, одинаковые, один к одному. Интересно. Дым вылетел вместо с глубоким выдохом. Сколько еще странностей таят в себе стены этого места? И почему никто не собирается ему ничего объяснять? Этот голос в голове, загонявший его до обморока в первый день, еще создавал целый рой неприятных мыслей в черепушке. Такого больше не повторялось, но одного раза хватило, чтобы чуть не сойти с ума. Вопросов, как обычно, больше, чем ответов. Этой ночью вообще не получалось уснуть. Вроде бы устал, вымотался, спать хотелось люто просто, а все равно не удавалось упасть в темноту. То комар прямо над ухом жужжит, то лежит неудобно, то уведомления постоянно приходят. Короче… было принято самое лучшее решение — выйти прогуляться. Говорят, свежий воздух помогает заснуть. Бродить в три часа ночи вокруг академии — то еще занятие, но, раз уж вариантов больше нет, придется как-то выкручиваться. Пришлось еще какое-то время побродить по бесконечным лестницам, ведь у Антона какой-то топографический кретинизм: мелкий тупо не запоминает дорогу. Добравшись окольными путями до главных дверей, он все-таки вывалился на улицу, накинув капюшон темной кофты на голову. Прохладненько, однако. Он обещал себе не шататься по улице слишком долго, чтобы окончательно не взбодриться, но в итоге под спокойный трек успел ушлепать куда-то в лес. Ну тут просто больше некуда идти, из вариантов либо гулять по внутреннему дворику, который ничего интересно из себя и не представляет, либо выйти в лес. Шастун не дурак, заранее узнал, не водится ли тут какой дряни. Его заверили, что территория охраняется, да и вообще: «Тох, рофлишь? Двадцать первый век, это вообще огороженный со всех сторон лес, какие волки?». В целом, весьма логично. Минут через пятнадцать ходьбы, Тоша вышел на нечто, похожее на опушку. Ого, тут и речка есть. Маленькая, совсем неглубокая, скорее ручей просто, но блин, какой же вайб. Луна пробивалась сквозь верхушки деревьев, заливая слабым светом пространство вокруг. Красиво. Правда красиво. Мальчик огляделся, присаживаясь у воды на корточки. Где-то вдалеке качались деревья на ветру, тихо поскрипывая, а тут у него — тишь да гладь. Еще минутку посидит и пойдет обратно. Просто отдохнет от этих постоянных лекций, странных событий и жизни. Только он, вода, какая-то странная музыка в наушниках и больше ничего и никого. Сказка… Тоша дотронулся кончиками пальцев до прохладной, мокрой поверхности, задумавшись о чем-то своем, совершенно незначимом. Внезапно по воде пробежала какая-то тень, необычная, буквально промелькнула и скрылась вновь. Антон оглянулся, ни ничего подозрительного не заметил. Ну, птица. Посидев еще немного, паренек снова выпрямился, решительно передумав заниматься подобной чушью. Завтра опять вставать к первой паре, а он как леший тут. Не дело, снова как зомби будет ходить. Но стоило ему подняться, как его моментально скрутило вновь: в висках снова ударили колокола, заставив его услышать тот самый голос, впившийся в мозг острыми шипами. Мальчик покачнулся, хватаясь рукой за голову и стискивая зубы от резкой головной боли. -Ты?.. -Не я, — шепнул паренек, собираясь всеми силами ради этого. -Ты… — более убедительно и настойчиво сообщил голос, даже немного рыкнув на паренька, и рык этот будто резанул мозг скальпелем, заставляя Шастуна вскрикнуть и упасть на спину, сжимаясь в клубок. Черт, в прошлый раз не так больно было, он хоть думать и двигаться мог. Что это? Почему? Боль сковывала тело, не выходило даже позвать на помощь или вытянуть телефон из кармана, чтобы написать кому-нибудь. Звук прокатывался волнами порезов по сознанию, оставляя после тебя туман, смешанный со звенящей пустотой. Антон сжался еще сильнее, цепляясь пальцами за волосы, просто молясь о том, чтобы это все скорее прекратилось. -Выпусти… -Отстаньте, вы обознались, пожалуйста! — прохрипел парень, у которого уже слезы на глазах навернулись. -Выпусти… — повторил раскатистый голос, явно требуя каких-то конкретных действий. Но в нынешнем состоянии Тоша не мог сделать ничего, кроме как валяться на земле, скручиваясь от нестерпимой боли, раздирающей голову изнутри. Можно было бы сказать, что в глазах резко потемнело, но те и так были зажмурены до отказа, так что темнота как была, так и осталась. Чудовище до сих пор гремело, приказывало и молило, упрашивало и ругалось, но повторяло всего лишь одного слово «выпусти». Продрать глаза вновь удалось уже в совершенно незнакомом месте. Боли и голоса в голове наконец-то замолчали, но сил не было никаких. Антон гулко выдохнул, опять накрывая горячий лоб ладонью. Потолок один в один, как у них в блоке, но запахи и обстановка — другие. Ну, он хотя бы в академии, уже хорошо. Значит, кто-то его нашел и притащил сюда. Мобильник даже на зарядке стоял, удивительно добрый человек. Нужно будет поблагодарить его или ее, когда встретятся… Тоша взял устройство в руку, зажимая кнопку включения. На экране загорелся логотип, а потом и экран блокировки. Куча пропущенных от Димы, еще столько же от Серого… Жесть, а время вообще за два часа дня. Это он половину учебного дня просто провалялся в отключке? Черт. Быстро сорвав телефон с зарядки, Шастун метнулся сразу во все стороны, в поисках какого-нибудь листика, чтобы оставить на нем слова благодарности за чудесное спасение и свои контакты, если этому «кому-то» захочется связаться с ним. Схватив со стола какой-то первый попавшийся лист бумаги, парень даже не подумал читать, что на нем напечатано. Просто перевернул чистой стороной вверх, быстро нашкрябав цифры и снизу дописал кривым почерком: «Спасибо большое, я думал, что сдохну там. Шастун А., 1 курс факультета метаморфоз, блок 5.» Зачем оставлять такой подробный адрес — Антон сам не понял, просто посчитал нужным, чтобы спасший его человек знал, что тот не испарился в никуда и не оставил его без внимания. Обычная тактичность и вежливость. Вылетев из чужого блока, мальчик буквально промчался по коридору, прокатился по перилам на этаж ниже и только сейчас понял, что без понятия, куда именно ему идти. Что там по расписанию? Заканчивается четвертая пара, как раз обед. Хорошо, значит, сразу домой. Развернувшись на девяносто градусов, студент проскочил несколько коридоров, снова поднялся по массивной лестнице с коваными перилами и остановился лишь тогда, когда перед ним возникла родная дверь с циферкой «5» на табличке. Что за ужасы, мать вашу, происходят? Ладно сон, плевать, что угодно могло присниться, но вот это? Это уже ни в какие рамки. Ворвавшись к себе, первым делом на пол полетели вообще все книги, какие у них только были. Теория и практика метаморфоз, пособия пользования огненной стихией для водяных, стихийные самоучители, медицинский справочник с миллионом закладок… Ну хоть что-то, что даст ему ответы, это невыносимо. Рассказывать кому-то? Ага, чтобы его из одной дурки в другую перевезли? Увольте, не дебил, не имеет такого желания. Зарывшись в обилие литературы, Тоша резко выдохнул, бессильно оседая на пол. Все. Он накрыл руками лицо, стараясь собраться и перестать паниковать. Почему? Почему он? Почему никто, никто больше не слышит этот голос, почему другие уже все умеют, а он один, как конченный идиот носится от этих чертовых крыльев, рогов и хвостов? Мальчик со стоном упал на спину, утыкаясь взглядом в высокий потолок. Что он такого умудрился сделать в своей жизни, что теперь судьба над ним так сильно издевается? Вот что? Не крал, не убивал, даже подножку всего один раз подставил и то себе же. -Я просто хотел стать айтишником, — прошептал он в пустоту. -Просто закончить универ, просто устроиться на работу, просто жить. Что происходит? Ему, как обычно, никто не собирался отвечать. Антон так и лежал посреди раскиданных книг, думая о том, как все было бы хорошо, если бы не эта дурацкая сангра, буквально сломавшая ему абсолютно все. Завел бы себе семью, собаку, уехал бы на какую-нибудь Аляску, да и жил бы себе, как нормальный человек. А теперь что? Живот неприятно скручивало от голода, хотелось курить и плакать. Больше курить, все-таки. Или плакать. Тоша скривился, закрывая глаза и ложась на бок. Хочется домой. Хочется спокойствия. Хочется бросить все это и свалить, никогда сюда не возвращаться, не видеть всех этих метаморфов, стихийников, теневиков, кровянников, не видеть ничьи лица, просто спрятаться куда-нибудь и никогда больше не высовываться. Слезы как-то сами собой выступили в уголках глаз. Уже просто не вывозит, все три дня происходит какая-то полная ересь, он пытался, пытался держаться, пытался не воспринимать все это всерьез, осваивался, адаптировался, но нет. Ничего не выходило. Ни на учебе, ни в жизни, нигде, сука, нигде. В его влажную от слез щеку внезапно что-то ткнулось. Очень аккуратно, как будто виновато, что ли. Паренек открыл глаза, замечая, что прямо перед его носом висит платок, зацепленный за небольшой шип на его же хвосте. -Пошел ты, — рыкнул он, отпихиваясь от этой подачки и отворачиваясь на другой бок. Настойчивая чешуя поползла за ним, все еще предлагая взять ткань и вытереть лицо. Тогда студент рвано вздохнул, опираясь на локоть и с раздражением оглядел всю эту картину. -Что, я настолько ошизел, что мое же тело меня успокаивать пытается? Сука, ненавижу тебя, — убито заявил он, падая обратно на спину. Даже затылком больно ударился. Хвост повисел с платочком над ним еще пару секунд, а потом миролюбиво свернулся рядом, практически извиняясь за свое «поведение». Примерно в таком состоянии его и нашли друзья, вернувшиеся с пар. Парни переглянулись, наблюдая за тем, как Антон, словно слепой щенок, тыкался во все книги сразу, листая страницы с такой скоростью, будто успевал хотя бы слово прочитать в таком темпе. -Ты где был? — спросил Позов, аккуратно подходя к обезумевшему товарищу, перешагивая через бумаги с текстом. -В лесу дох, — коротко буркнул Шастун, захлопывая очередной справочник. Снова никаких ответов. Интересно, чего он вообще ожидал от книги рецептов. Жильцы блока опять посмотрели друг на друга с полным непониманием. Зачем их друг дох в лесу? -Зачем?.. -Зачем?! — взвился Антон, подскакивая моментально на ноги с таким видом, словно только что один против толпы стоял. -Потому что голоса в моей голове! Потому что второй раз за все время голос в моей голове говорит мне странные вещи! Он кричит на меня и просить «выпустить»! -О-о… — Дима задумчиво почесал затылок, а Сережа аккуратно вытянул мобильник из кармана, переходя в стадию готовности вызвать людей в белом. -Брат, может, тебе чай ромашковый?.. -Хуяшковый! — взвизгнул тут же паренек, пнув ногой никому ненужную энциклопедию. -Я с ума схожу, а ты мне траву пихаешь! -Оксана обещала приготовить рагу, ты будешь? — аккуратно уточнил Серый, все-таки набирая нужные цифры. Еще одно странное заявление — и все, он нажимает на зеленую кнопочку вызова. Тоша еще раз рыкнул, опять растрепал свои и без того спутанные волосы, а потом наконец выдохнул, махнув на них всех рукой. Конечно, сумасшедших не понять. Согласившись на рагу, мальчик ушел в свою комнату, но все равно хлопнул дверью с такой силой, что с комода свалилась еще одна книжка, привлекая его внимание. Хм. -Легенды и сказания, — парень поднял ее с пола, прочитав название на обложке. Как раз та самая книжка, которую он недавно забирал, чтобы прочесть, но так и не приступил. Ладно, чем черт не шутит? Вдруг тут будет… хоть что-нибудь? Пусть даже неправда, выдумка или полный бред, ему уже ничего нестрашно. Углубившись в изучение всех этих историй, он лишь один раз вышел на обед, заботливо приготовленной милой девушкой с факультета Тени, которая, кажется, скоро поселится у них тут, а потом вновь пропал у себя и в тексте, хватаясь за любую легенду, как за научно подтвержденный факт. Ни на какие пары он не пошел, даже не подумал. Ну и что, что у них вечером лекционная с Арсением? Ну и что, что тот его сожрет живьем, если он хоть один раз прогуляет? Да плевать, его и так сумасшествие до ручки уже довело, какой-то препод никак не волнует. Так он проводил свое «свободное» время до тех пор, пока ему на телефон не пришло сообщение от незнакомого номера. Неизвестный абонент 18:13 Ты где? Чего? Тоша моргнул пару раз, перечитывая сообщения. Какого…

Вы 18:15

а вы кто?

Неизвестный абонент 18:15 Шутишь? Ты номер оставил И свалил Зайти к тебе? Антон завис с открытом ртом над прочитанным. Если он все правильно понял — это его спаситель. Нет, ну если так, то вообще без проблем, пусть приходит конечно.

Вы 18:17

а, это ты меня из леса вытащил

давай, без проблем, конечно, 5 блок

Служба спасения 18:18 Я умею читать Жди Тоша положил закладку посередине страницы. За все это время он прочитал чуть больше половины, правда некоторые просто пролистывал, когда понимал, что это больше похоже на неудачный фанфик, чем на имеющую право на жизнь легенду или сказ. Ладно, гости намечаются, нужно хоть одеться поприличнее, в общем зале прибраться… Много времени это не заняло, его друзья предусмотрительно поставили разбросанные книги на место, а Оксана прибралась за собой на кухне, так что работы ему почти не осталось. Просто убрал вещи с дивана, запихав их в шкаф как попало, лениво протер своим же рукавом пыль с комода, ну и успокоился на этом. Не император же идет, в конце концов. Минут через семь к нему в дверь постучали. Открыв ее, Шастун первым делом охренел, а только потом смог открыть рот, чтобы сказать хоть что-нибудь. -Арсений Сергеевич?.. — уточнил на всякий случай мальчик, ибо в свете последних событий он уже сам себе не до конца верит. -А ты кого ждал? Спасателя Малибу? — хмыкнул мужчина, впихивая в руки оторопевшего студента упаковку чая и противовирусных таблеток. -Как ты себя чувствуешь? -А… э… — Тоша все еще стоял посреди прохода, переводя ошалелые глаза с гостинцев на преподавателя и обратно. -Э… а… -Буду считать это за «все более-менее», — кивнул Попов, отодвигая парнишку в сторону, чтобы зайти в блок. Не, стоп, чего? Шастун повернулся на месте, наблюдая за тем, как Арс спокойно оглядывается по сторонам, подходит к полке с книгами, берет в руки одну, пролистывает без особого интереса… это еще че за… -Может, чай предложишь, например — наконец спросил он, оглядываясь на парня, находящегося в глубочайшем ступоре. -А? — пискнул тот, но моментально пришел в себя, наконец закрывая распахнутую дверь. -А, да, конечно, чай. Хотите чай? -Офигеть, Шастун, — покачала головой брюнет, располагаясь за столом. -Чего на пары не пришел? -Да я… — Тоша замялся, пока набирал воду в чайник, даже не зная, что придумать. Не говорить же, что он половину дня просто валялся без сознания, а вторую — сказки галимые читал? -Да не знаю, чувствовал себя, наверное, плохо… -Попробуй не ночевать в лесу, — пожали ему плечами в ответ. -Ходят слухи, что на кровати спать удобнее. -Да знаю, просто не спалось, я вышел прогуляться, — начал свою повесть мальчик, щелкнув кнопочкой на нагревателе воды. -А потом вышел к ручейку, просто посидел, уже уходить собирался, и тут вдруг… — он осекся, придумывая наиболее правдоподобную историю, чтобы хотя бы весь преподавательский состав не считал его поехавшим на голову. Под внимательным взглядом голубых глаз ничего логичного в голову не лезло, так что паренек лишь выдохнул, решаясь рассказать правду. -А потом снова этот голос в голове. И вот. -Голос в голове? — уточнил мужчина, непонимающе прищурившись. -Да, — подтвердил Антон. Заднюю давать поздно, нужно рассказать, как все было на самом деле. Быть может, этот мужик подскажет, как быть? -Такой, прямо внутри мозга, очень больно, невыносимо просто. Уже второй раз. Сначала там, в коридоре, а этой ночью в лесу. Я не знаю, что это, честно. Я не сумасшедший, клянусь! — тут же попытался оправдаться ученик, размахивая руками с такой силой, что хотелось верить в обратное все сильнее с каждой секундой. Однако, мужчина ничего не сказал. -И… почему ты не сказал сразу? — это прозвучало немного раздраженно и с явной претензией. -Что? — не понял зеленоглазый, отвлекаясь от нарезки хлеба для бутербродов. -Ну, а зачем? Меня Эд посмотрел, сказал, что все нормально, просто стрессанул… -Я ваш куратор, — напомнил строго Арсений, сложив руки на груди. -Я ответственен за ваш курс. И если что-то происходит — я должен знать первым. -Да блин, херня это все, просто, наверное, я заболел или не знаю… да короче, — Шастун громко плюхнул на стол тарелку с криво-косо слепленными бутербродами, фыркнув раздраженно. -Неважно. Просто спасибо, что притащили меня обратно. -Как дела с практикой? — моментально перевел тему Попов, оглядывая шедевр кулинарного искусства перед собой. -Хоть что-то удалось тебе, бездарь? -Ну… что-то — да, — усмехнулся Антон, перекладывая чайные пакетики в кружки. -Поза бесит, но он не выделывается. Просто терпит. Кстати, а что вы делали в лесу ночью? Тоже не спалось? -Да, — моментально кивнул Попов. Как хорошо, что у мелкого язык за зубами не держится, и он сам накидывает правильные ответы на свои вопросы, не заставляя лишний раз придумывать всякие истории. -М-м, Антон, слушай, — уже чуть более спокойно попросил мужчина, задумчиво цокнув языком. -Мы с Выграновским… то есть, с Эдом, все-таки выяснили, что с тобой происходит. -Вы знаете, что это за голос в голове?! — парень чуть весь чай не расплескал, так надеялся услышать конкретный и четкий ответ, что запутался в собственных ногах. -Нет, это узнает психиатр, а не мы, — слегка издевательски заявили ему тут же. -Но мы знаем, как работает твоя сангра. И, знаешь, мне интересно поработать с этим. И Эду тоже. Ты ведь не против стать его дипломной работой, верно? О, ну да, конечно. Тут человек душу изливает, а его пытаются сделать чьей-то дипломной работой. Шикарно. Как всегда, блин. Он уже не стал уточнять, как именно работает его сангра, потому что все равно ничерта не поймет. А зачем лишний раз нагружать и без того воспаленный мозг? -Нет, не против, — буркнул Антон, наблюдая за тем, как брюнет совершенно спокойно обхватывает кружку с только что налитым кипятком ладонью и даже не морщится. Мальчик попытался повторить, но моментально отдернул руку. Какой… крепкий мужик. После своих откровений Тоша притих, ожидая какой-нибудь еще реакции. Чего именно? Насмешек, может быть, поставленного с барского плеча диагноза, но Арсений молча пил чай. Он хотел было перевести тему и уточнить, зачем Арс держится практически за кипяток, но пока что не стал, потому что вспомнил еще об одной странности, выставляющей его в ярком, шизофреническом свете. -А еще меня преследует тень, — тихо добавил мальчик, когда молчание слишком сильно затянулось. Попов хмыкнул, кидая на ученика слегка саркастичный взгляд. -Да, Шастун. У тени есть такая особенность: всегда с тобой ошивается. Моя такая же назойливая, не бери в голову. -Ну не моя, не блин! — возмутился зеленоглазый, -Какая-то большая. Я видел ее вчера с утра, и ночью в лесу, — заговорщическим голос сообщил он, переходя на шепот. -Она была за окнами коридора этого этажа с утра, а потом отразилась в ручейке, я видел, я сам это все видел. Понимаете? -Антон, ты ужастиков пересмотрел? — нахмурился преподаватель, слабо веря во все эти записки сумасшедшего. -Голоса, тени, ты уверен, что это не твое больное воображение? Конечно уверен, черт возьми! Воображение не заставляет стирать зубы в пыль от боли, не заставляет терять сознание на ровном месте и не вгоняет в панику чуть ли не каждый день. Если насчет чудовища, рвущего его мозг в клочья, брюнета еще можно было убедить, то в «выдумки» про теневое преследование тот уже вряд ли поверит. Шастун устало выдохнул, понимая, что что никто кроме доктора Врача его слушать не будет. Зря он вообще решил, что мужчина ему сможет помочь. Очень зря. -Ладно, не изводись так, — более миролюбиво попросил Арсений, допивая свой напиток большими глотками. -Пей чай, ходи на занятия, практикуйся, а я попробую разобраться, что происходит. Договорились? -Да вам-то нахрена? — буркнул паренек, с грустью рассматривая толстенный кусок колбасы на неровном ломтике хлеба. Попов хотел было ответить, но последний момент передумал, резко отодвигаясь от стола. -Вы — мой факультет, я несу ответственность за вас, — отчеканил он выученную фразу. -Не задавай вопросов. Завтра жду на занятии, не смей прогуливать снова.