Привычный порядок непривычного

Все? Лимит исчерпан? Недавно починенное опять сломалось? Или это изначально был косметический ремонт? От зелий, которыми его напичкал Рон, клонило в сон, но у Гарри не получалось провалиться куда-то в другое измерение, подсознание или что там создает сновидения… Нелепость какая-то — он же устал! Он не спал несколько суток, носился в стрессе, пострадал физически, казалось бы, ложись и вырубайся! Но нет! Рон всхрапнул и зашевелился, но не проснулся, только немного сдвинул руку. Гарри смотрел на него через приоткрытые ресницы и, блин, завидовал! Так, ладно. Пока он бесится, что не может уснуть, он только сильнее себя раздраконит, и хуже сделает. И еще нельзя давать своему мозгу считать часы до пробуждения — ему всегда хочется это сделать, как будто это паническое напоминание заставит организм одуматься и немедленно отключиться, но на деле оно просто кормит тревогу, тревога ускоряет сердцебиение, и вот ты уже лежишь, словно перекофеиненный. Гарри попытался перевернуться на другой бок и найти положение, в котором у него ничего бы не болело. Задачка с тремя звездочками — и те закрывают слово из трех букв. Он фыркнул, подумав, что это шутка очень в духе Рона, он точно раз или два что-то такое выдавал. Возле уха простонал комар, Гарри с раздражением махнул рукой и охнул от того, что от такого простого движения ему отдало в лопатку. Вроде, там его Рон лечил как раз?.. И палочка, как назло, лежала на прикроватной тумбочке, и чтобы добраться до нее, нужно как минимум шевельнуться и начать тянуться, а как максимум — перелезть через спящего Рона так, чтобы его не потревожить. Судя по всему, он тут тоже в отсутствие Гарри не в гамаке валялся, и сейчас имел полное право отоспаться за весь тот стресс от неизвестности, который он пережил. Комар снова подлетел близко-близко. Блядь, ну хочешь жрать — жри молча, что ты гудишь-то, блин! Гарри опять дернулся, пытаясь его отогнать. От разгорающегося раздражения сердце начало колотиться. Ну все, теперь он точно не уснет… Пересуетился, перевозбудился, как Тедди, когда в Хэллоуин объедается сладостями, а потом буянит. Гарри шумно выдохнул через нос. Точно, Тедди. Вот на кого ориентироваться. Как он много раз успокаивал взволнованного крестника, так может успокоить и самого себя. Опустим момент, когда он сам себя гладит по головке (здесь Рон точно бы ехидно уточнил, о какой из двух идет речь), стартуем с признания действительности. Да, Гарри, тебе досталось. Твои планы нарушились, твой близкий из-за этого перенервничал, а тебя еще об стенку приложили разок. Ну, может, два… Ты ничего не ел, ты не спал. Ты пребывал в состоянии полной боевой готовности слишком долго. Твой Патронус не мог проскочить сквозь защиту, ты не мог позвать на помощь, ты недооценил ситуацию, твой сослуживец серьезно пострадал. А кому бы из-за всех этих факторов не было бы хуево? Вот и тебя кроет. Вполне объяснимо, вполне понятно. Волдеморта больше нет, все миссии закрыты, новые пророчества не озвучивались — уймись. Гарри вздохнул. Кажется, он понял, в чем причина. Раньше он ставил все чувства на паузу, потому что надо было завершить свое большое великое дело, а теперь условия другие, на паузу ставить ничего не надо, а ощущение такое, что надо. Просто он так привык, просто он уже сам от себя ожидает, что опять окаменеет и попрет дальше, как голем. А вот, нет, не голем ты, Гарри. Ты человек, а у человеков бывают и бессонницы, и бесячки, и что угодно еще. Ну, не спится тебе, случается, хрен с ним. В первый раз что ли?.. Сердцебиение и правда начало замедляться, а дыхание выравниваться — и Гарри понял, что на правильном пути. Сознание еще цеплялось за реальность, но это ничего. В конце концов, он может просто о чем-то хорошем подумать. О Тедди. О Роне. Да даже о кошечке этой дурной. Интересно, она так и торчит под диваном или все-таки выползла на разведку, пока они с Роном тут, на другом этаже? Оставит ли ее Рон или все-таки выпустит? Наверное, надо будет как минимум новый лоток купить, потому что тот, что от Живоглота оставался, э-э… пахнет Живоглотом? Или у кошек это не принципиальный вопрос? А сам Гарри как к этому? Пока Рон и Гермиона встречались, Живоглот тут постоянно жил, вроде не мешал, даже наоборот добавлял уюта и тепла. Но то взрослый воспитанный кот с высоким интеллектом, а у них маленькая дурная кошечка. У них. Уголки губ растянулись в улыбке. Эта мысленная мысль почему-то оказалась такой приятной, хотя ничего такого в ней не было. «У них» не обязательно же что-то глубокое подразумевает, ведь всегда можно сказать «у них есть крыша над головой» или «у них красно-золотые шарфы», и никак это не звучит, но… Но. Конкретно у них — это «у них». Другое. Особенное. Новое. Веки снова начали наливаться тяжестью. Писк комара доносился как будто из другой реальности. Гарри слышал его и посапывание Рона, но уже находился не в кровати. Начинающийся сон забросил его подсознание в сад, удивительно светлый и солнечный. Что-то в этом саду было знакомое, но Гарри пока не мог понять, что именно. Детали до конца не собирались в одну картинку, кусты, как декорации, двигались, когда он поворачивал голову, пытались успеть, чтобы выстроиться в сцену, но немного опаздывали. Единственное, что Гарри уловил — это точно не сад возле Норы, слишком уж аккуратные кусты гортензий, как под линеечку выстриженные. Откуда-то появилось ощущение, что на него кто-то смотрит, но не следит, а наблюдает. Гарри не чувствовал угрозы, скорее даже наблюдающий мог его испугаться. Наверное, это он ненароком вторгнулся в чей-то чужой сад и… ХЛОП! Гарри резко открыл глаза и приподнял голову, ошалело осматриваясь по сторонам. Рон тоже завозился и что-то простонал. Дверь. Сквозняк. Капли дождя молотили в стекла и ту железку с наружной стороны окна. Вдалеке царствовала гроза. Они не закрыли окно. Гарри устало опустил голову на подушку и закрыл глаза. Он слышал, как Рон захлопал ладонью по столешнице, пытаясь найти свою палочку на прикроватном столике. Она покатилась и упала на пол, где продолжила свой путь куда-то. Рон выругался и резко встал, Гарри почувствовал, как матрас отогнулся без его веса. Под тихими шагами скрипнула половица, потом Рон закрыл дверь — медленно и аккуратно поворачивая ручку, чтобы замок не грохнул, хотя обычно он не церемонился с этим. Так мило… Матрас рядом с бедром Гарри прогнулся, но не так, как раньше. Рон не лег, а встал коленями, чтобы дотянуться до окна через Гарри. Шорох дождя утих, стук капель уже не казался таким оглушительным, а сквозняк не пробирал до костей. — Спишь? — шепотом спросил Рон. Вес распределился как-то иначе, он уже не стоял над Гарри, но еще не лежал. — Угум… — Ну спи-спи, — произнес Рон, поправив одеяло Гарри.

* * *

Да какое там спи… Его недопробуждение, потому что Гарри так и не смог ни полноценно отключиться, ни полноценно включиться, началось с утреннего громовещателя от Робардса. Утром Рон все же открыл окно, чтобы проветрить. Тогда уже дождь кончился, а в помещении стало душно. На грани сна и бодрствования Гарри, кажется, слышал скрип петель оконной рамы… Вот даже не хватило сил, чтобы подскочить и раскрыть красный конверт до того, как он подорвался и начал орать, и Гарри просто равнодушно смотрел, как тот трансформируется в оригами-рот, а потом вопит-вопит-вопит… На этот вопль Рон и вошел в спальню. Он активно шерудил щеткой во рту, но сам выглядел нахмуренным и сонным. — Щто ткое? — спросил он. Гарри тяжело вздохнул. — Наорал зат, чт съеблся, — объяснил он вялым, едва поворачивающимся языком. — Они дмали, мня твои в Мунго забрали... Ну, технически забрали, просто не в Мунго. Ладно, не забрали, он сам аппарировал… Но пролечил-то Рон!.. — Я бебя бодкину, — сообщил Рон, пытаясь говорить с полным ртом зубной пасты. Гарри кивнул и перевернулся на живот. Для Мунго, куда ему приказал лететь Робардс (он еще одно место упомянул, куда Гарри мог бы отправиться, но он пока не был готов перейти на такой сексуальный этап с Роном), можно было и не собираться, не прихорашиваться. Раз он уже туда вынужденно попадет, целители наверняка устроят ему еще и базовую комиссию заодно — все равно каждый год надо, а Гарри еще ни разу не попадал в Мунго за последнее время. Хорошо, что Рон помог ему с душем еще вчера, сейчас Гарри точно бы не поднялся ради этого… Он слышал утреннюю суету Рона за стеной, как он ходит, открывает и закрывает кран, стучит бритвой по раковине, полощет рот. Мозгу хотелось как-то абстрагироваться от всего, но он, наоборот, цеплялся за все эти маленькие звуки обычного быта. Наверное, будь на месте Рона кто-то другой, это все бесило бы Гарри куда больше… Тем более действовал Рон на удивление тихо. Если бы Гарри спал, то его чуткий сон ничего бы не нарушило, но в полудреме не получалось полностью игнорировать все. — Завтракать будешь? — спросил Рон, заглянув в комнату. — Или хочешь поваляться? До Гарри донесся запах пены для бритья. Он почесал подбородок — ему бы тоже не мешало побриться. Но сегодня — вряд ли… — Да, — ответил он. — И да… Рон фыркнул. — Сейчас принесу что-нибудь, — пообещал он. — Угум… Господь, Мерлин, Моргана, Вселенная — кто бы и что бы ни рулило всем происходящим, но Гарри был благодарен этой силе, которая свела его с Роном перед первым курсом. Впихивать в себя еду не особо получалось по итогу, но за сам факт, что ее принесли сюда в кровать, и не пришлось за ней ползти с дичайшим головокружением на кухню вниз или еще хуже — аппарировать с огромным потенциалом расщепа… серьезно, Гарри прям прочувствовал важность такой приятной привилегии. Живи он один, точно потянулся бы в Мунго голодным. Когда Гарри кое-как прожевал кусок пирога, из-за всех сил борясь с тошнотой, Рон уже более-менее подсобрался, включился в свою роль целителя и начал осматривать Гарри. — Ай! — Гарри попытался закрыться рукой от света Люмоса. — Да погоди ты, дай зрачки проверить, — Рон попытался схватить его за подбородок. — Я тебе и так скажу — они реагируют, — проворчал Гарри, — и они в ахуе… — Больно? — деловито спросил Рон. — Режет глаза? Или размывается? Двоится? Гарри поморщился. — Лоб болит, — наконец-то определил он и снова попытался закрыться рукой. — Да все, не свети ты! — У тебя вчера зрачки были разного размера, — парировал Рон. — Потерпи одну секунду, я быстро… Гарри набрал в легкие побольше воздуха и опустил руку. Кожу на лбу аж натянуло от напряжения, но он все-таки перетерпел. Правда, теперь на сетчатке плясало несколько следов Люмоса, отпечатавшимся визуальным эхо… — Вроде лучше, — заключил Рон, — а то вчера вообще это жутко выглядело, так что за ночь зелье… Он продолжил говорить что-то там на своем целительском, но внимание Гарри почему-то уцепилось в сам голос, его тембр, эмоцию. Рон говорил спокойно и уверенно, и в целом этого хватало Гарри, чтобы расслабиться. Он знал, что Рон бы совсем иначе себя вел, будь у Гарри там что-то очень серьезное. — …ли предложат, соглашайся на больничный, — услышал он, словно через стену, хотя Рон сидел рядом с ним на кровати. — Тебе как минимум сутки-двое еще отлежать свое сотрясение надо, прежде чем активничать, тем более аппарировать там куда-то. Обычно Гарри в больницах не задерживался. Как только у травмы появлялся хотя бы намек на заживление, тут же начинал просить выписку. Он не мог долго лежать, такое положение сводило его с ума, собственные мысли становились к нему беспощадными, поэтому к комментарию Рона Гарри отнесся скептически. Тем более после Мунго (если у него ничего страшного не обнаружат), Гарри все равно нужно было в Аврорат, чтобы как минимум слить свои воспоминания для расследования, а как максимум получить от Робардса… что-то там. Как-то уже и так похер, если честно… Глаза Гарри сами собой закрылись, но Рон вдруг начал трясти его за плечо. — Давай-давай, нам уже надо выходить, — напомнил он. Гарри нахмурился, надул губы и что-то промычал. Рон тяжело вздохнул и коснулся волос Гарри. — Да знаю я, — сообщил он. — Если бы от меня зависело, вообще бы тебя не трогал еще неделю и дома лежать оставил… Ну вот почему Рон всего лишь целитель скорой, а не целитель в самой больнице? Как было бы хорошо… И особенно разница ощутилась, когда Гарри все-таки оказался в Мунго. Рон деликатничал и предупреждал, что собирается делать, говорил спокойным голосом. В больнице же была какая-то суета, в каждом движении скользило явное раздражение, а голос целителя господствующим тоном рявкал на Прытко пишущее перо, фиксирующее все комментарии о здоровье Гарри. — Кто вас лечил, мистер Поттер? — строгим голосом спросил целитель, осматривая его лопатки. Гарри его тон не понравился, и он повел плечами не столько от прохлады в помещении, столько от желания «сбросить» с себя этот вопрос. Почему-то ему подумалось, что у Рона будут неприятности, если сказать правду. — Не помню, — сорвал Гарри, — вчерашние события как в тумане… Целитель взбесился, но не потому что уличил Гарри во лжи, а потому что тот умолчал о важном симптоме — нарушении памяти, а это значит, что его сотрясение куда серьезнее, чем казалось. Да что сразу сотрясение-то, как будто только от него могут быть эпизоды потери памяти! Это же вообще даже не всегда про физиологию, вот даже при посттравматическом стрессовом ра… Гарри сглотнул, не додумав мысль до конца. Ему не понравилось, что первая ассоциация зацепилась за подобное. Как будто других причин просто и быть не могло. Нет, Гарри, если в тебя никто заклинанием Локхарта не бросался, то это точно отголоски прошлого все вытеснили, стерли тебе память и… Стоп, какое стерли? Гарри же наврал, никому ничего не стерли!.. Гарри помотал головой, пытаясь вынырнуть обратно в нормальный мир, уставился на то, как целитель перечитывает все, что накатало его волшебное перо за это время. — Аппарировать самостоятельно сейчас нельзя, — перечислял он, — только с кем-то вместе, кто способен вас перевести, мистер Поттер. А еще зелье для восстановления… Мерлин, как же хочется спать! И наверняка, как только Гарри придет домой, завалится на кровать, мигом что-то такое случится, что вытянет его решать общечеловеческие проблемы, наплевав, выдержит ли он там или нет. Про больничный ничего и говорить не пришлось, его просто дали — и все. Пусть и не очень долго, но хоть что-то… Однако поход в Аврорат это не отменяло…

* * *

— Сильно влетело?.. Гарри перестал сжимать переносицу и опустил очки со лба обратно на нос. Перед ним стоял Эллиот Хейг — тот самый стажер, которому никто не поверил. — Мне влетело не за нашу сымпровизированную операцию, а за то, что сам вчера свалил с места происшествия, — пояснил Гарри. — Не парься, ты вообще-то молодец, и все делал правильно. — Но Амброуз… — С ним… э-э, вроде более-менее стабильно. Мой… — тут Гарри осекся, потому что не понял, как ему назвать Рона, — …друг в Мунго работает. Вчера мне сказал, что Амброузу сильно досталось, но он уже не в критической точке. По крайней мере, Гарри знал, что изменись там ситуация как-то резко и драматично, маленький патронусный пес Рона уже бы прибежал сюда и все доложил. Эллиот поджал губы и кивнул. — Ладно, — произнес он слабым тихим голосом. — Просто как-то не очень хорошо вышло… — Забей, — махнул рукой Гарри. — Робардс бесится, потому что недооценил опасность. Это, по сути, управленческий косяк — не твой. И за этот озвученный факт Гарри тоже прилетело, кстати… Не то что бы он пытался переложить на кого-то ответственность — они с Амброузом тоже недооценили масштабы, когда прибыли на место. Но нечестно, если отдуваться за всех будет один лишь стажер, который изначально всего-то заметил и рассчитал преломление в пространстве, а потом сообщил об этом — даже не кинулся сам проверять. А что? Гарри вполне бы мог такое вытворить, особенно по малолетству, когда они с Роном только закончили обучение и заступили на службу… — Я думаю, наоборот хорошо, что тут появляются и такие люди, как ты, — поделился Гарри. — Более… э-э, аналитические? В общем, не как мы, дуболомы, кидающиеся вперед, не взвесив, не перепроверив, не сверившись… Эллиот усмехнулся и обхватил себя руками. — Спасибо, — произнес он, опустив взгляд в пол. — А то я… в общем, мне уже начало казаться, что не тот путь выбрал. — Тебе просто привыкнуть и освоиться надо, — сказал Гарри. — Тем более, вроде как вырисовывается ниша, где твою экспертность через время уже никто не сможет поставить под сомнение. — Через время… — со вздохом повторил Эллиот. — То есть, ты тоже не сразу стал чувствовать себя здесь на своем месте? От этого вопроса в висках почему-то запульсировало, Гарри поморщился и помассировал их пальцами. — Угум, — отозвался он, осознав, что не особо-то хочет продолжать эту тему. — Слушай, сможешь меня аппарировать в одно место? Там каминная сеть не подключена, а у меня еще сотряс. На самом деле дом Блэков был подключен, но Гарри этот факт как раз не нравился. Да, без его разрешения никто бы не смог туда вломиться, но вот… вот даже не хотелось тут свой адрес озвучивать. Не ваше, блин, дело… И хотя Хейг отлично себя показал, и в рабочих вопросах Гарри понял, что может ему доверять, но в остальном — нет уж, спасибо. Поэтому он назвал место не совсем рядом с домом, но так, чтобы суметь добраться туда пешком. Эллиот предложил проводить Гарри, но тот отказался, соврав, что тут два шага осталось. Но сдвинулся с места он, только когда стажер растворился в воздухе. Блин, может, стоило точку поближе выбрать?.. После того, как он слил воспоминания в Омут, голова еще кружилась, а тут духота после дождя, да и вопли Робардса еще стояли в ушах… Его вдруг повело, и Гарри схватился за фонарный столб, чтобы удержаться на ногах. Хрена себе, конечно… Хорошо, что он, не стал, как обычно, настаивать, чтобы его быстрее пустили на работу — сейчас бы так по стеночке Аврората обтекал, при этом усиленно делая вид, что все в порядке. — Да я бы все эти пабы позакрывала, — процедила какая-то мимо проходящая тетенька, бросившая на Гарри презрительный взгляд. — Еще даже обеда не было, а этот уже вон!.. Гарри поднял брови и фыркнул. Ох, мадам, поверьте, если бы он был пьян, вы бы это поняли. Скажем так, все  бы это поняли, и это не то знание, с которым кому-то понравилось бы сосуществовать в одном пространстве… Проигнорировав продолжившийся бубнеж, Гарри отстранился от фонарного столба и продолжил свой путь. Первое, что услышал Гарри, когда зашел домой, странный звук, похожий на… чавканье? Нет, не совсем оно, но что-то близкое… Он скинул кеды и, осторожно ступая, заглянул в приоткрытую дверь. Пьет! Ура! Качельки наконец-то стала подбираться к мискам, и Гарри заметил, что еды точно стало меньше, значит, в их с Роном отсутствие она наконец-то решилась поесть. Перед выходом Рон как раз сменил все, дал новой свежей еды, налил воды, беспокоясь за Качельки, как за свою пациентку. Гарри к кошке был пока равнодушен, но его уже заранее радовало, что Рон воодушевится от прогресса, и неважно, решит ли он в итоге оставить ее или нет. Качельки словно почувствовала на себе его взгляд, перестала лакать, повернула голову к Гарри и замерла, словно мантикора в свете фар. — Да пей-пей, — проворчал Гарри, махнув на нее рукой. — Все, не буду мешать… Когда он добрался до кровати и лег, тело вновь «предало» его, перестав держаться за все возможные «надо» и «обязан», растеклось по простыни какой-то ослабевшей жижей, состоящей из стонов недовольства. Вот отчасти поэтому он и стремился побыстрее убежать в работу — там нет времени думать и фиксироваться на своем состоянии, а тут нет, каждая косточка, каждая уставшая мышца пыталась напомнить и заявить о себе. Глаза беспощадно слипались. Дрожащими пальцами Гарри потянулся к ширинке, чтобы хотя бы суметь снять с себя штаны. О том, чтобы переодеться нормально, он уже даже не мечтал. Штаны он стянул, но только то щиколоток. В целом, и так сойдет, главное, что под коленками джинса больше не терла. Гарри снял очки и перевернулся на живот, обхватив руками подушку. Как же хочется спать, Мерлин, ну усни ты уже, усни, усни, усни… Но мозг почему-то начал прокручивать в голове все события сегодняшнего утра, да еще и в каком-то странном порядке. Вот рычащий на Гарри Робардс сменяется целителем, тот что-то диктует своему перу, потом светит в глаза, а следом за вспышкой перед мысленным взором появлялся Хейг, поджимающий губы и гипнотизирующий взглядом пол… — …каким местом думал?! — …были зафиксированы нарушения памяти… Почему-то бессознательное сознательно прыгало из Аврората в Мунго, и из Мунго в Аврорат, как квоффл в финале чемпионата — еще попробуй уследи, как лучшие игроки им перекидываются. — Через время… — пробился туда и голос Хейга. А может, ту тетеньку все-таки стоило послать? Все равно же отчитала, а так было бы за дело… — То есть, ты тоже не сразу стал чувствовать себя здесь на своем месте? Гарри нахмурился и зло выдохнул через нос. — … а что же ты на Гавайи сразу не аппарировал, Поттер? Ой, а тебя ебет, что ли, старый ты троглодит? — То есть, ты тоже не сразу стал чувствовать себя здесь на своем месте? Кожа на лбу натянулась так, что захотелось разгладить ее пальцами. Гарри кое-как сделал усилие и дернул рукой. Когда пальцы коснулись шрама, его словно молнией пронзило, и по позвоночнику прошлась волна холода. Гарри сглотнул и широко раскрыл глаза. Да что с ним такое? Шрам же не болел, не пульсировал, не набух, почему вдруг… почему?.. Гарри знал, что нужно убрать руку, опустить голову обратно на подушку, но почему-то ему не хватило воли это сделать. Казалось, что шрам немедленно лопнет и опять начнет болеть, если он отпустит и перестанет давить на него пальцами. — То есть, ты тоже не сразу стал чувствовать себя здесь на своем месте? Пиздец… — Волдеморта нет, — проговорил Гарри вслух. — Все закончилось. Ты не спал — и тебя кроет. Если продолжишь теребить этот чертов шрам, то он точно начнет болеть или зудеть по-настоящему. Вот только ускорившемся сердцебиению и сжавшимся легким было глубоко плевать на доводы разума. — Ладно, похер, — заявил Гарри, наконец-то сумев отодрать руку ото лба, — лежи и бойся. Можно подумать ты — первая паничка, пытающаяся сдавить горло. И посильнее бывало, и пострашнее, и коленки тогда тряслись, и слезы лились по щекам — и ничего. Выжил, справился. — Я в радикальном принятии пиздеца, — продолжил Гарри. — Добивай быстрее — и разойдемся. Возможно, Джон — его психотерапевт сказал бы, что попытка обесценить паническую атаку — не совсем похоже на честное принятие и проживание ее, но уж как пошло. Если уж страдать, то на своих условиях. Гарри перевернулся на спину и сложил руки на груди, как будто бы ждал, что нашкодивший ребенок вылезет из-под стола и начнет устранять свой собственный бардак. Ну и? Что там дальше по сценарию? Вину за смерть Сириуса сегодня подрубим или оставим на потом? Может, еще Хедвиг вспомним? Уползающего Снейпа? Какая-то часть подсознания понимала, что он скрестил руки, чтобы опять не потянуться к шраму, но ему больше нравилось думать, что он отчитывает этот маленький импульс страха, пытавшегося устроить саботаж в его психике. Сердце еще тряслось, а кровь стучала в висках, но одновременно с этим Гарри ощутил, что у него начали гореть еще и щеки. Значит, это уже злость, а не страх. Ну, неплохо. Гнев хотя бы продуктивный, гнев хотя бы защищает. Да, Джон бы, наверное, сказал, что это все тоже избегание, но пусть сначала тоже не поспит пару-тройку суток, переживет сильнейший стресс, пострадает физически, а потом бухтит, что Гарри не стоит убегать от возможных точек роста. — Сначала вернусь в точку, где я выспался, а потом посмотрим, — заявил он, словно кто-то реально мог бы ему ответить и отговорить. Хотя сердце еще колотилось, но дыхание вроде как восстановилось, по крайней мере Гарри теперь мог дышать полной грудью. Он опустил руки, уложив их вдоль тела. Они больше не пытались дотянуться до лба, но все равно хотелось держать их подальше оттуда. Мда, охренительно, конечно, он вступил в свое двадцатисемилетие. Прям как в дерьмо.

* * *

Он чувствовал, что штаны по-прежнему болтаются на щиколотках, но во сне Гарри почему-то был нормально одет — до конца, даже ширинка застегнутая, он зачем-то проверил. Солнце жарило в макушку, она прям нагрелась, и под веками покраснело, наверное, луч солнца пробрался в спальню через окно и пытался его «лизнуть», но в саду, где Гарри оказался, он стоял в тени дерева. Кто-то смотрел на него. Гарри заозирался по сторонам, но отметил, что ему не хотелось тянуться к палочке за поясом джинсов. Наблюдатель не ощущался, как что-то опасное и враждебное, но его взгляд был пристальным. Не в кустах, не за деревом, не из окна… — Можешь выйти, — тихо сказал Гарри, — я не причиню вреда. Он услышал шорох, но сколько ни пытался, не мог понять, откуда он. Звук доносился одновременно отовсюду, и из ниоткуда. — Я заблудился и просто пытаюсь понять, где я, — объяснил Гарри, вытянув шею, чтобы посмотреть, нет ли кого за кустом гортензий. Отсюда было ощущение, что как будто между ними и домом есть пространство, куда можно лечь. Но нет, там, никого не было. Хрустнула веточка, а потом кто-то спрыгнул — с дерева. Гарри успел уловить, как что-то прошмыгнуло, и оно было не особо высоким. Даже звук, с которым он приземлился — мягкий, тихий, осторожный. Тяжелее, чем животное, но это не кто-то комплекции и роста Рона — там точно грохоту было бы на весь сад. Сам Гарри, наверное, тоже спрыгнул бы куда «тяжелее», но не мог сказать наверняка, давно уже не залезал на деревья, чтобы оценить. — Поможешь мне выйти? — попросил Гарри. — Или… Он вдруг осекся, осознав, почему у них с тенью не складывается контакт. — Или, может, позовешь кого-то из взрослых? — уточнил он. — Я лучше у них тогда спрошу. Тень долго-долго молчала, а потом тяжело вздохнула. — Не лучшая идея, — произнесла она. Голос то ли женский, то ли детский. Но скорее детский. — Почему? — спросил Гарри. — Они заняты? Тень не ответила. Штаны попытались свалиться с щиколоток. А, нет, их кто-то тянул… Гарри бросил взгляд вниз, на свои джинсы, которые по-прежнему были надеты на него полностью, и нахмурился. Солнце жгло макушку уже почти беспощадно и… — Ой, прости, Головастик, — прошептал Рон. — Не хотел тебя будить. Гарри дернул ногой, помогая стянусь с себя штанину до конца. — Нчего, — пробормотал он, а потом попытался перекатиться подальше от жгущего луча солнца, падающего ровно на подушку. — Головастик? Рон фыркнул. — Ну да-а-а, — протянул он и поправил Гарри волосы, — голове твоей вечно, блин, достается… — Угум… На теневой стороне кровати оказалось неожиданно прохладно, и Гарри удивился такому контрасту. Он широко зевнул и приоткрыл глаза. Рон встряхнул его джинсы и повесил их на изножье кровати, а сам сел рядом с ногами Гарри. — Амброуз очнулся пару часов назад, — поделился он. — Мне сказали, что сознание еще спутанное, и травмы достаточно… э-э, в общем, заживление займет какое-то время, но… нормально, короче. Решил, что ты захочешь знать. Гарри выдохнул. Ну слава Мерлину, хоть один тревожный фактор отвалился! Вроде как еще по вчерашней информации все указывало на то, что дело обратимо, но знать наверняка куда лучше. Хоть Гарри и контузило от взрыва, но его осмысленности хватило, чтобы уловить — Амброузу досталось. Сильно. — Спасибо, — произнес он. — А на меня Робардс наорал… — Пф-ф, не удивлен вообще, — отозвался Рон, а потом резко смягчился: — Мигрень хоть не разыгралась, от шумов не раздраконило? Все норм? Если продолжишь точно так же почесывать под коленкой, все будет не просто нормально, а прям зашибись, Рон! Вместо этого Гарри снова зевнул. — Скорее взбесило, — рассказал он. — И я ужасно устал… — Само собой. — И мне пока нельзя аппарировать. — Да, лучше не надо. — И… — Гарри прикрыл глаза и тяжело вздохнул: — Кажется, у меня опять проблемы со сном… Рон охнул и шумно выдохнул. Гарри осторожно подглядел за ним одним глазком, не понимая, какой реакции ожидать. К счастью, Рон не стал драматизировать и нагнетать. Наоборот, снова включил целителя. — Слишком чутко спишь? — спросил он с участием. — Или отрубиться нормально не можешь? — И то, и то, — вздохнул Гарри, внутренне радуясь, что пока обошлось без всплесков. — Вроде как я сейчас уснул, но… не уснул. Не знаю, такое состояние, короче… — Словно ты не спал, а загон гиппогрифий несколько часов расчищал? — угадал Рон. Гарри кивнул. Они вздохнули одновременно, а потом растянули губы в улыбке, но такой, неуверенной, неловкой… И так обидно, блин! За последний месяц все уже успело прийти в норму, Гарри даже стал забывать, что у него были какие-то проблемы, и тут вот вам! Он пожаловался об этом Рону, и добавил: — И ведь я устал! Реально устал, прям хочу отрубиться, но… ни ночью, ни сейчас вот, как в полудреме какой-то. Сны есть, а я слышу и чувствую все, что вне его, понимаешь? — Терпеть не могу такое, — поморщился Рон. — Еще обязательно во сне ты обо что-то споткнешься, а потом ногами дергаешь. И вот уже у тебя на пятке висит один обиженный Живоглот, а уснуть обратно не получается… Гарри хмыкнул, легко вообразив эту сцену: Живоглот лежал в изножье кровати, но вдруг одна из ног Рона дернулась и заехала по носу, и тут же за это поплатилась. — Надеюсь, это разовая акция, — поделился Гарри и схватил пальцами переносицу. — Просто перебесился, как Тедди, обожравшийся конфет… — О, у Виктуар тоже бывает такое, — согласно закивал Рон. — Да, вполне может быть. Как только немного успокоишься и заземлишься, возможно, оно само и решится? Гарри прикусил губу. Не хотелось самостоятельно создавать себе самосбывающееся пророчество, но… Он не мог объяснить, откуда взялась эта идея, но его не отпускало ощущение, что все не так просто. Есть в этой ситуации что-то, что нельзя будет проигнорировать, но по иронии внимание Гарри пока «игнорировало» эту проблему и не определяло это как проблему… — Что-то я боюсь, как бы меня обратно не откатило, — тихо произнес он. Вот здесь он точно мог ответить — это опасение касалось не только сна. Рон какое-то время молчал, переваривая сообщение Гарри, смотрел куда-то в пол, и почти не моргал, но кивал, изображая активное слушание. Было похоже, что он обдумывал какую-то мысль, а реплику Гарри услышал, но еще пока не обработал, чтобы отреагировать. Момент, когда произошло переключение, было прям очевидно. Рон быстро и часто заморгал, а потом перевел взгляд на Гарри. — Если оно так, то… бля, это отстой, — вздохнул он и утешающе провел рукой по ноге Гарри. — Что ты тогда собираешь делать? Гарри уже открыл рот, чтобы ответить, но вдруг осознал, какие именно слова выбрал Рон, когда задал этот вопрос. Ты. Что ты собираешься делать. Не мы, не я, не они, не кто-то еще. Ты. — Э-э… пока не знаю, — ответил Гарри, сглотнув. — Пока просто понаблюдаю, вдруг правда всего-навсего угомониться надо. Неужели Рон?.. — Ну да, все правильно. Не стоит себя заранее пугать и накручивать, — согласился Рон, дернув уголками губ. Вот так просто?.. — Но ты-то в курсе меня держи, ладно? — продолжил Рон, и вновь начал водить руками по ноге Гарри, как будто пытался согреть его бедро. — Все-таки, у меня теперь свои целительские каналы есть. Вдруг увижу, у кого можно спросить или попросить о чем-то… Нет. Гарри не показалось. Это не было ошибкой, Рон произнес это не случайно, а осмысленно. — Спасибо, — с облегчением выдохнул Гарри. Рон не пытался его «лечить». Рон не хотел его исправить. Рон спросил, что Гарри сам обо всем этом думает. Рон не бросился решать что-то за него. Рон просто попросил держать его в курсе. Рон дал ему варианты. И пространство. И выбор. Гарри положил руку на грудь, удивившись, насколько ровно стало биться его сердце. Он согнул колено, и Рон тут же устроился на нем подбородком, обхватив руками всю ногу, потом мягко улыбнулся, поймав взгляд Гарри. — Ты и не такое вывозил, — напомнил он тихим голосом. — И эту херню переживешь. Гарри кивнул и снова тяжело вздохнул. — Напомни мне об этом, если меня снова поплавит, — попросил он. — Лучше я напомню, что надо позаботиться о себе, ладно? — фыркнул Рон. — Выживать ты так-то и сам умеешь. Уже пора бы начинать жить. Метко и четко — прямо в цель. — Да, — согласился Гарри. Никакого спасательства, никакого геройства, никакого самопожертвования. Никакого ебаного долга. Просто Рон — и он здесь. Этого достаточно.