Отблески маленькой жизни

***

Время экзаменов для Террелла было любимым: по всему Замку стояла настолько глубокая тишина, что даже собственные мысли казались криками. Лучшая обстановка для работы или отдыха, а трудоголиком он был тем ещё, так что про отдых и подумать не успел, как склонился над бумагой, составляя географические атласы территории, где находился Замок. Одно из самых нудных занятий из всей его работы, но нужно было приносить пользу обществу, так что, скрипя зубами, он лежал на рабочем столе в горе карандашей, ластиков и книг. Спасением от скуки стал вернувшийся в комнату Ройс. Он снова шлялся где-то ночью, не спал до самого утра, а с трудом проспав пару часов, куда-то ушёл, не отвечая на вопросы друга о том, где он был и куда идёт сейчас. С злостью бросив на пол коридора рюкзак, Ройс зашёл в спальню Террела, хлопнул дверью и уселся на его кровать, уставившись в пол. Террелл смотрел на него, не моргая, и ждал рассказа, что же случилось, но это же Ройс Дрейк — не расскажет ничего, даже под дулом пистолета, пока его не спросят. — Ну? — Монт не выдержал. — Будешь молчать или пояснишь причину своей кислой рожи? Дрейк поднял на него удивленный взгляд, будто совсем не узнав своего друга, и пробубнил: — Тебе нельзя общаться с Кельфером — он плохо на тебя влияет. — Террелл только усмехнулся, а Ройс продолжил уже более эмоционально, — Меня Мик избегает. — Ты уверен? Как ты это понял? — Хоть этого и не показывал, но Монт был рад, что с ним завели диалог о чем-то, кроме дурацких атласов. Он начал крутиться на стуле, запуская маленькие кусочки ластиков в мусорное ведро и иногда даже попадая в него. — Как понял?! — Дрейк вскочил с кровати. — Я, значит, захожу в столовую, а это рыжее существо под стол к Элиасу Гарталь лезет с криками, чтобы он его не выдавал! Тут же Террелл истерично расхохотался и Ройс невольно посмеивался, но больше от нервов и осознания правда глупых действий. — Хватит угорать! У меня траур! — Еле проговорил он сквозь смех, пока Террелл сам лез под стол, пытаясь изобразить только что услышанную ситуацию. Он чуть ли не задыхался, краем глаза уже видел праотцов, вспоминал всю свою жизнь, как кино, чтобы отвлечься, но все равно возвращался к представлению "прекрасной картины". — Почему меня там не было?! Я хочу это видеть! По-настоящему взял он себя в руки только тогда, когда от нехватки кислорода градом потекли слезы. Тяжело отдышавшись и откинувшись на спинку стула, Монт отмахнулся от всех мыслей, вглядываясь в окно. — Спокойно, — приказал он сам себе и снова обратился к Дрейку. — Хорошо, он избегает тебя. А из-за чего? И Ройс снова сел на кровать. Он сильно сомневался, что Террелл не догадался сам о его влюблённости в Мика Фосмана, но говорить об этом вслух ему казалось чем-то постыдным. Но Паджет он об этом рассказал, хоть и дружили они с ней меньше, чем с Терреллом. Абсолютно все он сообщать не собирался, но в общих деталях пояснил: — Он нравится мне, и я рассказал ему об этом. Мик отверг меня и стал избегать. Как и ожидалось — Монт не был сильно удивлен, ответив только: — И все? Только из-за этого? Ну да, для него эта причина была не больше, чем "и все?", ведь про поцелуи Дрейк рассказывать не будет. Он только кивнул, пропуская мимо ушей утешительные слова друга. Вернее, нечто, что при иных обстоятельствах отдаленно могло бы их напоминать. Проблемы с поддержкой у Террелла были такими же большими, как и с математикой. Ройс его в этом не винил. Он уже давно знал, что его друг рос в семье, где слова поддержки слышали лишь новоиспеченные вдовы на похоронах своих мужей, и по праздникам, если повезёт, президент. Дослушав до конца Монтовский монолог, скорее всего, заученный заранее, Дрейк поспешил сменить тему на более глубокую, как он вспомнил позже: — Слушай, ты же у нас гений, верно? — Не зказал бы, — Террелл пожал плечами. — А что? — Ты упоминал, что по некоторым данным можешь найти ряд нужной информации о конкретном человеке... — Эй, стоп. — Монт кинул в сторону Ройса кусочек ластика, но промахнулся, попав в стену. — Такого не было. Я когда-то всего лишь просмотрел все социальные сети девочки, что мне нравилась, и нашёл много информации про её жизнь, исключительно из-за её ошибки. Это абсолютно не то, что сказал ты. Ройс поджал губы, на минуту перестав моргать. — У тебя отец — мент, а ты выкрадывал у него личные дела людей. Террелл нахмурился: — Не докажешь. Дрейк передразнил его и замер от осознания, что невольно перенимал повадки Мика. Оставалось надеяться, что Монт не придал этому значения. — Ладно, проехали, — Террелл снова отвернулся к окну, вежливо делая вид, что великий слепой. — Так о ком информацию тебе нужна? О Фосмане? — Нет уж, — усмехнулся Ройс. — У меня загоны побольше: мне нужно все, что сможешь узнать, о их с Кельфером мёртвом друге — Мартине Кё. Монт буквально подавился воздухом от услышанного: — Зачем тебе это?! Серьёзно, а зачем? Дрейк мог бы просто забить на это, как обычно делал всегда, когда не находил ответов, но почему-то проблемы Мика его интересовали не меньше своих. Вернее даже больше, чем его собственные. — Я узнал, что Мик косвенно причастен к его смерти... — Слова давались ему ещё тяжелее, чем те, что он говорил этой ночью Паджет. Он искренне волновался о Фосмане, сам не осознавая насколько. — Его это сильно гложет, а я не могу ничем помочь. Если бы я знал, что случилось в день смерти Мартина... — Заплачь еще. — Внезапно выдал Террелл. Ройс покосился на него, обиженный из-за прерванного монолога: — Тебе и со мной общаться нельзя — не только Кельфер на тебя плохо влияет. Террелл с улыбкой прокрутился на стуле, явно сказав свои слова не со зла, а чтобы вернуть друга в реальность. — Ладно уж, что-нибудь поищу, — согласился он вскоре. — Но от Лейтона я знаю только примерную дату смерти, а от тебя — её место. В Ахоски же? Дрейк закивал, решив не интересоваться при каких обстоятельствах, почему и зачем Кельфер рассказал Монту о Мартине. Меньше знаешь — крепче спишь. — Я ничего не обещаю, так как в Замке гаджетов нет. — Террелл напомнил совсем простую истину, но Ройс уже представлял свои и Мика эмоции, когда он узнает всю правду. После множества слов благодарности Дрейк снова ушел, предварительно кинув в качестве объяснений "Пойду еще Мика поищу". Монт вернулся к атласам и настроение тут же испортилось.

***

С первого дня в Замке Мик прибрал к своим рукам кухонный гарнитур в общей с Лейтоном комнате, используя его исключительно как сидения. И сейчас он сидел на столешнице кухонных тумб, осматривая друзей, собравшихся за столом: в два раза больше, чем он ожидал увидеть. Он долго пялился на Мелони и Террелла, а после оглядел Паджет и Лейтона. — Я звал только Падж. — Напомнил он укоризненно Лейту. Тот лишь пожал плечами: — Эти двое сами за мной увязались, вины моей здесь нет. Террелл громко и раздражительно откашлялся: — Дико извиняюсь, но если ты, Фосман, не забыл, то мы — тоже твои друзья. И если происходит что-то, из-за чего Лейтон в панике искал одну из нас... — он покосился на Паджет, — то мы тоже должны быть в курсе. Если случилось что-то плохое, то мы сможем тебе помочь. Мик виновато уставился в пол, не в силах возразить, пока Мелони заботливо не подала голос: — Что у тебя с глазом? — Выпендривался много, поэтому по заслугам получил. — Буркнул Фосман, соврав в очередной раз. — Ты подрался? — Драка — это двусторонняя бойня, — он повернулся к Лейту. — А в моем случае били только меня. — Сам виноват. — Огрызнулся Кельфер, пока остальные, широко раскрыв глаза, сопоставляли в голове услышанные фрагменты. — Неважно. — Мик молчал ещё немного, но, собрав всю волю в кулак, обратился к Паджет. — Помнишь, что означает статус Десятого? На ее лице отразилась смесь всех отрицательных эмоций, начиная от гнева, заканчивая страхом. — К сожалению, помню. — И что это значит? — Лейтон был не намерен оставаться в неведении. Слишком уж многое от него скрывали. — Каждый десятый среди "святых" получает роль избранного, своей смертью очищает человечество и отдувается за чужие грехи. — Скороговоркой протараторил Фосман, все еще гипнотизируя пол. — Что, прости? — Прошептала Мелони. — Прекращай говорить загадками! — Раздражённо выкрикнул Лейтон, вцепившись в столешницу. Мик глубоко вдохнул и перекричал его: — Я — сектант! Ясно?! Повисла гробовая тишина, которую Террелл в своей голове сравнил с утренней-экзаменационной. — Бывший. — Уточнил Мик уже тише и пальцем указал на Паджет. — И она тоже. — Ну спасибо, предатель. — Прокряхтела она. — Мог бы и промолчать. — Тонешь сам — топи другого! Он тяжело выдохнул, оглядев испуганные лица друзей. — Если вкратце, то, возможно, Десятый — я. Тогда меня хотят убить. И вы тоже в опасности. — Каждое слово Фосман говорил тише предыдущего, стыдливо отворачиваясь. — Смысла скрывать все уже нет, поэтому слушайте, что я узнал. Из Замка можно выбраться, и в нем есть связь с внешним миром. Также у него есть "владелец", который, как я только что понял, связан с сектой, если вообще не является её основателем. Скорее всего, все люди, что находятся в Замке, здесь по моей вине... Во рту стало как-то горько. Почти так же, как во время поцелуев с Ройсом. Мик нервно крутил на пальцах край футболки, ожидая хоть какой-то реакции от друзей. — Как... Ты все это узнал...? - Спросила Мелони, сжав кулаки. Заметив это, Падж накрыла её ладонь своей, успокаивающе заглядывая в глаза. И это не помогло. Эстис глубоко в душе могла начать бояться её. — Я уже рассказывал об этом Лейту, — Обиженно сообщил Фосман и, не дождавшись негодования друга, перебил его. — Просто в неверной формулировке. Он вспомнил фразу, которую озвучивал дважды за жизнь — "Замок съел меня". Почти два месяца назад он говорил ее Лейтону и сегодня — странному голосу в комнате-ловушке. Поспешно спрыгнув со столешницы, Мик поплелся в коридор. Он остановился в дверном проёме и грустно оглядел всех сидящих за столом. — Прошу, не рассказывайте об этом никому. В особенности Дрейку. Лейтон кивнул, прокрутив в воспоминаниях всю ситуацию, Террелл и Паджет переглянулись, зная все без ведома Фосмана, а Мелони в непонимании хлопала глазами. — И я пойму вас, если после этого вы не захотите со мной пересекаться. — Продолжил Мик. — Вернее, я настаиваю, чтобы вы этого не делали. Ради вашей же безопасности. Кельфер вскочил из-за стола и схватил Мика за ухо, с силой потянув к себе, чтобы он оказался за столом. От боли Фосман шипел и потирал покрасневшее ухо, когда Лейт его отпустил. Встав к нему за спину и скрестив руки на груди, он предложил ему выбор: — Либо ты отвечаешь на все мои вопросы, либо я ставлю тебе второй фингал. Мик послушно остался сидеть, положив голову на стол. — Когда вы попали в секту? — Тут же последовал первый вопрос. — Я не буду говорить без своего адвоката. — Еле слышно пробубнил Фосман. Лейтон поднял взгляд на Паджет. — Ему было двенадцать, — спокойно ответила она. — За пару месяцев до него там оказалась я. "Совсем еще дети", — у всех, как у одного, возникла мысль. — Именно там вы и познакомились? Поэтому скрывали? Падж кивнула. — При каких обстоятельствах вы туда попали? И как вышли? Нафт проигнорировала первый вопрос: — Не выходили — сбежали. Поэтому можем до сих пор числиться в их рядах. Лейтон долго молчал, ожидая всех ответов, но получил только: — Обещаю, мы все расскажем, когда будем готовы. Только не сейчас. Никто и не стал заставлять. Скрывавший страшную тайну на протяжении пяти лет Мик ощущал себя паршивым лгуном, кем, собственно, и являлся. Заметив его буквально подавленое состояние, Террелл наклонился к нему: — Стоит ли нам сделать вид, что этого разговора никогда не было? Мик пожал плечами:       — А смысл? Главное, чтобы кто-то другой не узнал, а так — мне все равно. Монт положил руку ему на плечо. — При таком раскладе мы все будем бороться, если надо. Фосман поднял голову, удивленно на него уставившись. — Верно! — Подхватила Мелони. — Мы же друзья, Мик. И нас много. Мы в силах дать отпор злодеям. Она по-детски улыбалась, смотря то на Мика, то на Паджет. Лейтон тоже кивнул, потрепав Мика по голове. Не описать словами, как Фосман был им всем благодарен. Он почти светился, когда этого делать не надо было. Тепло разливалось по всему телу и, казалось, он вот-вот заплачет. — Спасибо. — Только и смог он выдавить из себя. Вскоре Лейт проводил друзей, оставшись с Миком наедине. Только закрыв входную дверь, он вернулся на кухню и сел за стол напротив друга. Долго смотрев ему в глаза, он резко спросил: — Как умер Мартин? Мик тут же съежился. — Во время теракта в торговом центре... — Тогда почему ты винишь себя? — Я на допросе? — Фосман тихо посмеялся, пытаясь не выдавать нервозность. — Да. — Сухо ответил Кельфер. Поджав губы, он все же ответил: — Тот теракт был устроен сектантами... Я видел, как умирал Мартин... — Лично ты его убил? Вопрос бил под дых. Слово "убил" звучало эхом. — Нет, клянусь... И после того дня я и сбежал вместе с Паджет... Я не хотел, чтобы все так обернулось, и чтобы мои друзья умирали... Мик жалобно говорил, не отрывая взгляда от Лейтона. — Тогда прекращай этот цирк. — Голос Лейта звучал очень строго. — Я зол на тебя, но лишь потому, что ты мне врал. Других причин нет. Ты не убивал Мартина, сам сказал, а просто оказался в ненужном месте, в ненужное время. Хватит жить прошлым. "А сам-то?", — захотелось ответить Фосману, но он промолчал, кивнув. Лейтон взял его за руку. — Возвращайся ко мне в реальность. После обеда будет церемония выпуска двенадцатиклассников, где должны присутствовать все. Верхушка еще будет нотации читать. Мик активно замотал головой. — Ты идешь, — Лейт поставил его перед фактом. — Тебе нужно развеяться. Фосман долго ломался и ныл, но, от нечего делать, согласился. Когда в гостиной Кельфер сообщил, что не пустит его в "таком" виде на мероприятие (футболка, что он ему одолжил, была до ниток вся в пыли), Мик снова попытался отказаться, но было уже поздно. В недрах шкафа Лейтон откопал стопку одежды и торжественно вручил её другу. — Я это не надену. — Отмахнулся Фосман, рассматривая чёрные брюки и красную рубашку. — Откуда это вообще у тебя? Лейт указал на брюки: — Эти, вообще-то, твои. Ну или, как минимум, размер не мой. Еще больше удивившись, Мик скинул всю одежду на диван. — Да у меня в помине брюк не было. — Значит, теперь есть. Через силу Фосман заставил себя переодеться, а Кельфер помогал ему стилизовать образ: в душе он точно был модельером. Надев сверху рубашки галстук-боло с зеленой брошью и зацепив по краям его кудри одолженными у Мелони разноцветными заколками, Лейтон отошел на два шага назад, оценивая свою работу. — Ну вот, хотя бы на человека стал похож. — А до этого кем был? — Расстроенно выпалил Мик. Лейт рассмеялся и пожал плечами. — Пошли уже, скоро обед. И он потащил за собой друга, который периодами ныл обо всем на свете. Уже перед дверьми столовой Мик вспомнил о Ройсе, который, к его сожалению, до сих пор находился в его кругу общения. Мала вероятность, что он пропустит обед, или сядет за отдельный стол. Лейтон распахнул двери, подталкивая Мика вперёд. Ему на глаза тут же попались Паджет, Мелони и Террелл за одним столом в компании Ройса, с которым Фосман пересекся взглядами. Кельфер и моргнуть не успел, как Мик пропал из его поля зрения. Озираясь по сторонам, он нашёл его быстро идущим к выходу. — Фосман! — Догнав его большими шагами, он схватил его за руку и потащил за собой, пока тот сопротивлялся. Ройс наблюдал за Миком, не в силах оторвать глаз, даже невольно раскрыв рот. Паджет, заметив это, наступила ему на ногу под столом и шикнула: — Не пялься! Дрейк расстроился, опустив глаза в тарелку. — Но ты же видишь, какой он красивый... — Не разделяю твоего мнения. — Отмахнулась она, когда Лейтон усаживал Мика за стол и дал ему подзатыльник, чтобы сидел тихо. Террелл пододвинул к ним два подноса и Мик поспешно забрал свою "специальную" еду. Часто была она настолько пресной и малоразнообразной, что здоровый человек никогда бы не стал её есть. Все время обеда Ройс косился на Мика — трудно было не заметить. Фосман усердно старался не обращать внимания, но давалось ему это с трудом. Он смотрел куда угодно, лишь бы не пересечься взглядом с Дрейком. В какой-то момент он засмотрелся на Элиаса, который истерично ржал, указывая Айвану на сие зрелище. На секунду Мик почувствовал себя преданным. Не прошло и получаса, а в столовую нагрянули рабочие, отодвигая все столы к стенам, расчищая место для проведения церемонии. Многие студенты негодовали, но быстро доедали свой обед и выстраивались кругом, с любопытством наблюдая за остальными. Еще спустя четверть часа все молча стояли вдоль стен, а в центре уже собрались члены Верхушки. Слева от Мика стоял Лейтон, раздавая ему указания о подобающем поведении. Мик его не слушал, но и желания устраивать дебош, как обычно, у него не было. Ну а справа от него, по чистому стечению обстоятельств, оказался Ройс. Как после всего, что Мик творил, смотреть ему в глаза? Да даже стоять с ним рядом без угрызения совести было невозможно. Выпускники долго толкали благодарственные речи. Верхушка долго толкала нотации. Все мероприятие проходило очень долго и нудно. Но при всем этом Фосман не мог отделаться от взгляда Дрейка. Не выдержав, он повернулся к нему, захотев нагрубить, но потерял все слова, когда встретился с этими гребанными голубыми глазами. Ройс сразу понял, где и за что должна была быть предъява, и опустил голову в пол. — Прости. — Прошептал он. — Просто... Красиво выглядишь. В попытках оправдаться он чувствовал себя жалко, или хуже — как одержимый сталкер. — Спасибо. — Ответил Мик и тоже отвернулся. К нему наклонился Лейтон со злорадствующей улыбкой: — Как же неловко, да? Фосман только зажмурился. От стыда хотелось проволиться под землю. Церемония, казалось, длилась вечно, и закончилась только к ужину, но к ее концу Мик был первым, кто покинул столовую. Еще минуту рядом с Ройсом он бы не выдержал, так что от еды пришлось отказаться. Закрывшись в своей спальне, он устало свалился в кровать, жалея, что время идет так медленно — ему бы уже сейчас хотелось оказаться в глубокой ночи, уснуть и проснуться в новом дне, где нет стыда и всех проблем. Слишком тяжело было сегодня, столько он пережил, что не было желания проживать последующие дни. Если каждый из них будет похож на этот, то Мик точно сойдёт с ума. Зарывшись лицом в подушку, он попытался уснуть, что вышло довольно быстро. Его не мучали кошмары и вообще не снились сны: обычная, спокойная ночь впервые за долгое-долгое время. Но утро оказалось хуже. Проснулся он от чьего-то плача рядом с собой. Перед глазами все плыло и светилось белым. — Я что, умер? — Прокряхтел он, размышляя вслух. — Мик! — Тут же выкрикнул женский голос около его уха. Как оказалось, плач принадлежал именно этому голосу. Развернув голову, он встретился с лицом матери. — Чего?! Подскочив на месте, ему на грудь легка чужая рука. — Лежи, сынок, не делай резких движений. — Папа?! Мик лег обратно, оглядываясь по сторонам. Больничная палата. Рядом родители. — Где я?! Что происходит?! Мама погладила его по голове, никак не унимая слезы. — Теперь все хорошо. Ты в безопасности. — Мягко лепетала она, пытаясь улыбаться. Отец вышел из палаты и позвал врача. Молодая медсестра поменяла капельницу, пока Мик приходил в себя. После в палату зашел седой мужчина, представившийся офицером полиции. — Как себя чувствуешь? — Хриплым голосом обратился он к Фосману. — Я ничего не понимаю! — В панике врать не хотелось совсем. — И я тоже. — Офицер провел рукой по редким седым волосам. — В общем, парень, ты без вести пропал два года назад. И мне нужно знать все, что сможешь вспомнить. Мик уставился в потолок. Как это вообще возможно? Странный голос из ловушки говорил, что из Замка можно выбраться, но сейчас он узнал, что просто исчез из своего города на два года. Где-то были несостыковки. Он снова посмотрел на офицера. — Где Лейтон Кельфер? И Паджет Нафт? — Немного помолчав он ещё добавил, — И Ройс Дрейк? — Они считались пропавшими, как и ты. Я только вернулся из палаты Кельфера. Он бредил, так что вся надежда на тебя. — Офицер слегка нахмурился. — Бредил? — С маминой помощью Мик сел. — Говорил что-то о Замке, верно? Офицер недоверчево оглядел Мика и кивнул. — Он говорил правду! Два года назад я уснул в своей комнате, а проснулся в Замке. Это огромный особняк, где помимо меня была еще почти тясяча человек. — Фосман снова нервно тараторил, когда его перебили. — Все это я уже слышал. — Офицер был явно недоволен. — Приходи в себя полностью, а потом мы поговорим. Мик перешёл на шепот: — Это правда, я клянусь... Где Паджет и Ройс? Медсестра быстро вышла из палаты и вернулась через пару минут, рассказав: — Паджет Нафт числится в нашей больнице, а Ройс Дрейк — нет. "Но ведь он тоже из Ахоски, он должен быть в этой больнице", — подумал Мик, от усталости не в силах больше говорить. Офицер покинул палату и медсестра выпроводила родителей Мика, оставив его одного, предварительно кинув "Отдыхай". Фосман снова пялился в потолок. Замок есть, это точно, и он огромен, но почему его нельзя найти, если не знать, где искать? Почему он пропал и снова оказался дома? И где... — Ройс...? — Тихо прошептал он, сжимая одеяло. — Лишь бы он был в порядке...