Разорванные связи

Лин Цин, справившись, наконец, со всеми делами на сегодня, вдруг заметил свет свечи в палатке своего генерала, осторожно заглянул внутрь и увидел Янь Фэйли, согнувшегося пополам в углу. Слуга сейчас же бросился к нему: - Генерал, что с вами? Ян Фейли медленно выдохнул: - Я в порядке. Он вернулся к столу и бросил тяжёлый взгляд на оставленный ужин. - Генерал, Вы очень бледны... Что случилось? — обеспокоенно спросил Лин Цин. - Все в порядке! - повторил Янь Фэйли уже более твёрдым голосом, и кивнул на остывшую еду так, будто это было что-то абсолютно омерзительное, - Убери пожалуйста, это отсюда. Слуга пожал плечами и предложил, убирая со стола посуду: - Я могу приготовить для генерала что-нибудь другое, горячие овощи, например? Генерал Янь ничего не ел больше суток. Это нехорошо. Янь Фейли мягко улыбнулся, стараясь не смотреть на убираемую им еду и, похлопав слугу по плечу, дал понять, что не собирается ничего есть: - Сейчас середина ночи, не делай этого. Тебе следует скорее пойти отдохнуть.Ты - мой единственный слуга, и я не хочу, чтобы ты валился с ног из-за моих прихотей. Вот это будет действительно нехорошо. - Да, генерал Янь, - благодарно кивнул чертовски уставший Лин Цин и вышел из палатки, унося с собой треклятый ужин. Янь Фэйли не стал особо раздумывать над случившимся. Он решил, что виной всему его постоянная и уже почти невыносимая усталость. Конечно, так и есть. Он, и правда, слишком уставал в последнее время и постоянно думал о плохом, не зная ни минуты покоя. Вернувшись на кровать, Янь Фэйли расправил походное одеяло, и из его складок выпала вдруг красивая красная бумажка. Вероятно, она с вечера ждала внимания генерала на его кровати, но он так устал, что совсем не заметил её, когда засыпал. Янь Фэйли некоторое время тупо смотрел на неё, прежде чем наклониться, чтобы поднять. Это была традиционная поздравительная открытка от Совета Ордена Четырех Небесных Врат, на которой было напечатано всего несколько слов: Мастер секты Северных Врат благополучно женился, братья Ордена счастливы! Свадебная открытка, оповещающая братьев ордена об этом важном событии, была отправлена из орденской столицы второго апреля. Прошло больше полумесяца, прежде чем она прибыла в лагерь Янь Фэйли. Открытка была действительно очень красивой и донельзя странно смотрелась в армейской палатке Янь Фэйли этой тёмной и промозглой ночью посреди чужой земли, теснимой пожарами войны с одной стороны, и страшным наводнением - с другой. Хотя дата свадьбы Бэйтан Ао была известна уже давно, сейчас генерал Янь вдруг осознал, что совсем позабыл об этом. Мастер Бэйтан, его прекрасная жена, двор Шэньмэй... в какой-то момент всё это стало казаться ему далёким зыбким сном. Но теперь снова... Что ж! Тот, кто не желает помнить и слышать, наверное, смог бы прожить свою жизнь, обманывая себя и других. Но теперь долгожданная новость всё же добралась до него, в таком вот издевательски-праздничном виде, заставив его взглянуть правде в глаза. Снова вспомнив о большой свадьбе Бэйтан Ао, генерал Янь почувствовал себя неуютно. Теперь можно ждать скорого появления наследников, а как же его сын? Что теперь будет с ним? Мастер секты сказал, что ребенка отослали, но куда? Лиэр - его старший сын, и, пусть мастер секты и обещал не причинять ему вреда, но что он будет делать, когда родится законный наследник? Вспомнит ли он тогда своё обещание? Той ночью Янь Фейли ворочался на кровати и не мог заснуть до самого рассвета. В течение следующих нескольких дней Янь Фэйли был занят обсуждением грядущего наступления армии с Мастером Секты Симэнь Юэ и несколькими другими генералами. После почти месяца наблюдений и манёвров враждующие стороны примерно поняли силу друг друга. И вот пришло время действовать по-настоящему. Надвигалась неминуемая война. Янь Фэйли был занят постоянно, и дни не казались грустными. Иногда он чувствовал себя отвратительно, но он не воспринимал это всерьез. Однажды он зашёл в палатку Симэнь Юэ, чтобы обсудить с мастером новые данные разведки. Однако, на входе он почти столкнулся с Цю Еюанем, выбегающим из палатки, не разбирая дороги. Лекарь был так взбешён, что не видел ничего вокруг. Его лицо было красным и полным гнева, но он вдруг остановился, увидев Янь Фэйли. Цю Еюань смутился, но не нашёл нужных слов. Он даже не поздоровался, просто повернулся вдруг и убежал. Янь Фэйли удивился, но не слишком, помня о том, что Цю Еюань и Мастер Секты Симэнь Юэ всегда были в ссоре. Возможно, только что произошёл очередной спор между ними. Янь Фэйли, как и многие другие в лагере, прекрасно знал, что Мастер Секты Симэнь не имел никакой настоящей злобы на гениального лекаря. Хотя он и был чрезвычайно высокомерен, но всё же, он, скорее, дразнил Цю Еюаня большую часть времени, получая от этого какое-то своё удовольствие и отдых от тяжёлых армейских будней. Лекарь же всегда был натурой слишком чувствительной и при этом ужасно наивной, поэтому легко вёлся на любые провокации и никогда не разочаровывал Симэнь Юэ, яростно и ярко реагируя даже на пустяки. Обнаружив в палатке весьма довольного Симэнь Юэ, генерал Янь ещё раз убедился в своих догадках и выкинул из головы этот случай. Тем более, что встреча с мастером Симэнь принесла долгожданные вести. Войска союзников выдвинулись на помощь армии царства Юэ, и следовало как можно скорее предпринимать решительные действия, иначе орденские войска рисковали в самое ближайшее время оказаться в весьма невыгодном положении. В итоге масштабное наступление было назначено на послезавтра. Когда Янь Фэйли вернулся в свою унылую палатку в сумерках, он открыл карту и заставил себя в сотый раз перепроверить, нет ли каких-либо слабых мест в их плане наступления. Вдруг кто-то отдёрнул полог палатки и вошёл. Янь Фэйли, не отвлекаясь от работы, решил, что это Лин Цин, поэтому небрежно сказал: - Поставь, пожалуйста, ужин там, я съем его позже. - Генерал Янь, извините, что прерываю Вас... Янь Фэйли вздрогнул и поднял глаза. - Доктор Цю, почему Вы здесь? - он быстро убрал карту и свои записи и позволил Цю Еюаню сесть за стол. - Все в порядке. Я уже так долго нахожусь в действующей армии, но у меня никогда не было возможности поговорить с тобой. Поэтому я и решил зайти. Если генерал Янь не против, конечно... Янь Фэйли посмотрел в застенчивое лицо Цю Еюаня, который, казалось, хотел сказать что-то ещё, но не решался. Генерал в ответ на его слова улыбнулся ему своей обычной мягкой и добродушной улыбкой: - Мне давно следовало зайти к доктору Цю... Армия — это тяжелая работа. Думаю, тебе было непросто к ней привыкнуть. Я должен был поддержать доктора Цю. Цю Еюань покачал головой: - Что за тяжелая работа? По сравнению с твоей работой, генерал Янь, это ничто. Они немного поболтали за чаем. В лагере не разрешалось пить алкоголь, но обжигающе-горячий чай в такую погоду принёс не меньше удовольствия. Янь Фэйли налил лекарю ещё чашку и устав, наконец, оттого, что тот явно чего-то не договаривает, произнёс, терпеливо вздохнув: - Доктор Цю, наши с тобой отношения уже давно позволяют говорить друг с другом совершенно открыто. Если ты хочешь что-то сказать, просто скажи это прямо. Цю Еюань колебался некоторое время, но потом медленно кивнул и произнёс: - Генерал Янь совершенно прав. Я прошу прощения у генерала. Дело вот в чём... Я слышал, что наводнение на границе довольно серьезное и с каждым днём дела там обстоят всё хуже и хуже. Многие люди серьёзно ранены. Если возможно, я хотел бы помочь там и выполнить свой долг целителя, спасая людей. Янь Фэйли не совсем понял, почему лекарь решил обратиться с этим вопросом именно к нему, о чём сейчас же и сказал: - Я думаю, ты должен поговорить об этом с Мастером Западных Врат. В армии нет недостатка в военных врачах, и Мастер Секты, конечно, согласится на твою просьбу. Услышав о Симэнь Юэ, Цю Еюань ответил с гневом: - Я сегодня говорил с ним об этом. Он отказал мне! Мастера секты совсем не волнует гибель каких-то там людей на границе. Его волнуют исключительно собственные прихоти и удобство. Понимаешь ли, генерал Янь, ему действительно не нужен ещё один лекарь, ему нужен шут! - Доктор Цю слишком строг к себе и к мастеру секты, - невольно улыбнулся генерал, отметив про себя, что лекарь, и правда, легко теряет контроль над собой и невероятно забавен в гневе. Подобные качества среди братьев ордена действительно были редкостью, и, вероятно, поэтому так интересовали Симэнь Юэ. - Чем я могу помочь доктору Цю? - спросил он, спрятав улыбку. Лицо Цю Еюаня покраснело, выражение его лица дрогнуло, и он смущенно сказал: - Я хочу попросить генерала Яня об одолжении. Не мог бы генерал Янь поговорить с мастером Симэнь и попытаться уговорить его прислушаться к моей просьбе? Янь Фэйли смутился. В конце концов, он сам был здесь чужаком, присланным сюда Северными Вратами лишь на время. И в подобных делах у него не было никаких полномочий. Однако, именно Цю Еюань первым оказал ему большую услугу, и он должен был помочь любым способом. Янь Фэйли ответил: - Доктор Цю, не волнуйся. Я поговорю с Симэнь Юэ. - Отлично! Большое спасибо тебе за это, - Цю Еюань был вне себя от радости. Пока они разговаривали, Лин Цин принёс ужин. Слуга знал, что Цю Еюань заглянул к ним в гости, поэтому предусмотрительно принес дополнительную пару мисок и палочек для еды. После того, как лекарь, наконец, изложил то, что так его волновало, всякий налёт официальности и сдержанности окончательно спал с них обоих, и Цю Еюань с удовольствием согласился остаться на ужин. Они все ели то же, что и солдаты. Однако, с приближением даты масштабного наступления еда всё же стала лучше. Сегодня была свежая рыба. Сейчас это можно было считать просто роскошью! Однако, Цю Еюань вдруг заметил, что генерал совсем не разделяет его радости по этому поводу, и удивленно спросил: - Почему ты не ешь? Янь Фэйли обезоруживающе улыбнулся и ответил: - Не обращай внимания, пожалуйста. У меня нет аппетита. Я не хочу есть. Лин Цин стоял рядом и ворчливо добавил: - У моего генерала в последнее время никогда нет аппетита. Возможно, доктор Цю сможет осмотреть моего генерала? - Ты очень много говоришь, - тут же сказал ему Янь Фэйли, впрочем, вполне беззаботно, и даже не глядя на него. Однако, Лин Цин сразу понял, что лучше будет помалкивать. Но было уже поздно. Лекарь встрепенулся и совершенно забыл о еде. - О? Дай-ка я измерю твой пульс, - Цю Еюань присмотрелся. Под светом свечи лицо Янь Фэйли выглядело не очень хорошо и, кажется, заметно осунулось за последнее время. Янь Фэйли очень не хотел этого внимания и отмахивался от него как только мог, но Цю Еюань всегда был ужасно упрям и настойчив во всём, что касалось его дела. В конце концов, Янь Фэйли всё же протянул ему левую руку. Цю Еюань на мгновение замер, сжимая руку генерала всё сильнее. Увидев выражение его лица, Янь Фэйли насторожился и впервые задумался, не заболел ли чем-то серьёзным. - Доктор Цю... Ну, и что со мной? Цю Еюань открыл рот: - Генерал Янь, ты... Грохот военных барабанов прервал слова Цю Еюаня. Янь Фэйли мгновенно вскочил на ноги и схватился за меч. Лин Цин влетел в палатку и закричал: - Генерал! Люди Цзянь и Юэ напали на лагерь! - Доктор Цю, оставайтесь здесь и не выходите, - крикнул Янь Фэйли, выбегая из палатки.