Влюблённый в небеса демон. Том 1

      Заклинатели подошли к массивным воротам ордена Хуэйсинь. Они были вырезаны из красного дерева и украшены серебряными узорами. По бокам от врат, рядом со статуями тигров, стояло двое стражников в чёрных ханьфу с лёгкой бронёй из серебра. На нагрудниках были вырезаны два иероглифа: «Хуэй» и «Синь». Если другие крупные кланы и ордена могли месяцами ломать голову над клановой вышивкой и символикой, то основатель Хуэйсинь ни минуты не раздумывал над подобным. Зачем все эти животные и растения, когда можно обойтись всего двумя иероглифами? Так, ведь, сразу ясно, с человеком из какого ордена ты встретился. И не нужно стоять и судорожно вспоминать, а какому же ордену принадлежит волк в бамбуковом лесу или феникс, теряющий перья.       Тянь Чао продемонстрировал стражам жетон, указывающий на принадлежность к ордену Чаньхуэй. Суровые выражения на лицах мужчин моментально сменились уважительными. Они почти с синхронной точностью опустились на одно колено, сложив копья рядом, сцепили руки в приветственном жесте и склонили головы.       — Приветствуем представителей ордена Чаньхуэй! Желаем процветания вашему дому и долгих лет жизни главе Жуну! — произнесли они и коснулись двух дорожных плиток с изображениями львов.       Ворота медленно и со скрипом открылись. За ними находился просторный внутренний двор. И тут, и там росли кусты гортензий с раскидистыми клёнами, в корнях которых были расставлены каменные фонари в форме лотосов.       — Каждый раз поражаюсь могуществу этого жетона, — негромко заговорил Хай Ян, последовав за Тянь Чао к главе ордена. — Шицзунь и слова не сказал, а перед ним уже упали на колени те, кто ни за что бы не склонился даже перед членом императорской семьи.       — Но они ведь поклонились тебе, — Тянь Чао хитро прищурился, прекрасно зная. Какой будет реакция ученика на подобные слова.       И Хай Ян действительно тцыкнул, скрестил руки на груди и страдальчески закатил глаза:       — Я не в счёт. С того самого момента, как я поклонился вам как своему учителю, я перестал быть наследным принцем.       — Но престола ведь тебя никто не лишал.       — Я личный ученик последнего главы клана Ли и не более.       — Хорошо-хорошо, мой принц, как скажешь, — Тянь Чао потрепал его по макушке. — После Хуэйсинь отправимся в Аомань. Хочешь навестим твою семью?       — Только если будет время.       — Второй глава! — раздался восторженный возглас в стороне.       Взгляды обоих юношей устремились к главе Хуэйсинь. Он широкими шагами направлялся к ним. Его руки были раскинуты в стороны, отчего рукава многослойных серых одежд развевались на ветру. Лицо его искрилось по-детски чистой и искренней радостью.       — Какой приятный сюрприз, второй глава!       Тянь Чао оказался в крепких объятиях Сюн Чжоюэ, и Хай Ян моментально изменился в лице. Кровь отлила от лица, а брови сдвинулись к переносице.       — Что привело вас в нашу скромную обитель?       Сюн Чжоюэ наконец-то отпустил Тянь Чао, но Хай Ян так и не смог расслабиться. Вместо ответа Тянь Чао достал из-за пазухи нефритовый жетон в золотой окантовке с подвеской из красных бусин и протянул его главе Хуэйсинь, совершив нижайший поклон. От одного только взгляда на эту картину, Хай Ян чуть не задохнулся от возмущения, сжал кулаки и заскрипел зубами. Нет, он прекрасно понимал, что этого требовали традиции, но до чего ж сильно раздражал вид его дорого учителя, столь низко склонившегося перед тем, кто был гораздо ниже его по статусу. А надменный взгляд этого самого низко статусного, и странный блеск в его глазах, выводили из себя ещё сильнее.       — Орден Чаньхуэй будет неимоверно рада, если глава Чжоюэ и его ученики почтут нас своим присутствием на Собрании Восьмёрки Великих орденов.       — Орден Хуэйсинь премного благодарна за приглашение.       Сюн Чжоюэ вытянул руку, и Тянь Чао передал ему жетон-пропуск.       Теперь, когда все формальности были соблюдены, между заклинателями вновь воцарилась дружеская и непринуждённая атмосфера. Тянь Чао одарил мужчину улыбкой, но Хай Ян так и не смог затушить вспыхнувшую в груди ярость.       — Второй глава всё ещё любит чай из жасмина? — Сюн Чжоюэ с лёгкой улыбкой указал на лунные ворота, ведущие в небольшой сад.       — Теперь шицзунь предпочитает вишнёвый, — Хай Ян вцепился обеими руками в рукав Тянь Чао, и его ревнивый взгляд метнулся на Сюн Чжоюэ.       — Какой милый у вас ученик, второй глава, — прикрывшись рукавом, рассмеялся мужчина, но по мальчишке скользнул холодным, оценивающим взглядом.       Он остановил проходящего мимо адепта, поручил ему принести чай и, сложив руки за спиной, направился в сад. Тянь Чао направился следом.       — Мы надолго здесь? — шёпотом поинтересовался Хай Ян, держась в шаге позади учителя.       — Чжоюэ мой дорогой друг. Позволишь мне выпить с ним чаю и поговорить? — так же прошептал Тянь Чао, одарив мальчишку виноватой улыбкой.       Хай Ян вздохнул, но не стал возражать, хоть и по выражению его лица было нетрудно догадаться, что находиться здесь у него желания нет.       Воздух в саду был наполнен густым ароматом цветов, высаженных вокруг изящной беседке из светлого дерева. Стенки были увиты ветвями цветущей глицинии. К ней вела тропинка из гладкого тёмного камня, по которой, гордо задрав хвосты, вышагивали два белых длинношёрстых кота. Заметив прошедших в сад людей, они мигом бросились в разные стороны и скрылись в кустах пионов. Хай Ян тихо прыснул, прикрывшись кулаком. Тянь Чао лишь приподнял уголки губ.       — Господин Сюн, — заговорил он, поудобнее устраиваясь за столиком в беседке напротив Сюн Чжоюэ, — я ни капли не сомневаюсь в вашей силе, но всё-таки должен сообщить, что в Хуэйсинь завёлся предатель. Он сговорился с адептами из другого клана, и они планируют выкрасть печать Хуайнянь.       — Я благодарен главе клана Ли за предупреждение, — на лице Сюн Чжоюэ продолжала сиять безмятежная улыбка, — но нет нужды беспокоиться. Печать Хуайнянь спрятана в самом надёжном месте во всём ордене, — губы его искривились в самодовольной ухмылке, и он постучал себя по груди. — Чтобы заполучить её, для начала придётся одолеть меня. А те жалкие заклинатели, — он презрительно хмыкнул, — не смогут прикоснуться к моим одеждам даже кончиками пальцев.       Хай Ян тцыкнул и покачал головой, сложив руки на груди:       — Оказывается, глава ордена Хуэйсинь такой высокомерный. Однажды даже всемогущие боги пали из-за своей самоуверенности.       Тянь Чао поднял веер и совсем легонько стукнул им по макушке Хай Яна.       — А-Ян, — лицо его было спокойным и расслабленным, но в голосе отчётливо прослеживалась строгость, заставившая мальчишку напрячься всем телом, — веди себя подобающе.       — Главе ордена Хуэйсинь тоже не помешало бы вести себя подобающе, а не задирать нос выше небес, — пробубнил себе под нос Хай Ян.       Он склонил голову и исподлобья взглянул на подошедшего адепта Хуэйсинь. На небольшом подносе он принёс небольшой керамический чайник с двумя пиалами. Спешно расставив всё на столике, он низко поклонился старшим заклинателям и отошёл в сторону, склонив голову и оставшись дожидаться новых поручений главы.       Пока Тянь Чао и Сюн Чжоюэ ввели переполненные формальностями беседы о вкусах чайных сортов и исторических трактатах, Хай Ян решил не тратить время в пустую. Получив позволение главы ордена, он отправился на прогулку по территории Хуэйсинь. Компанию ему решил составить принявший человеческий облик Юнь Цай. Тянь Чао немного поворчал из-за своевольного поведения своего меча, но возражать не стал. Ему только на руку, если за его дорогим учеником будут присматривать оба меча.       Хай Ян шёл неспешно, лениво обмахиваясь веером и с явным скепсисом во взгляде осматривая убранство внутреннего двора.       Лунные ворота с замысловатой резьбой, что вели в немалое количество самых разнообразных садов, ни один из которых, впрочем, не привлёк внимание мальчишки. Вдоль дорожек, ведущих в учебные залы, были выстроены каменные статуи священных зверей. А сами учебные павильоны были выстроены из мрамора и украшены нефритом и золотом. Из них доносилось монотонное бормотание юных адептов, читающих заклинания.       Всё вокруг кричало о достатке и об отсутствии вкуса. Множество разных стилей были собраны воедино. Слишком вычурно. И слишком пафосно.       Отвратительно.       Хай Ян презрительно фыркнул, поморщив нос.       Юнь Цай шёл позади, сложив руки за спиной. Он не был заинтересован в местных красотах. Взгляд его был прикован к подвеске на рукояти меча мальчишки. Колокольчик на ней изредка тихо позвякивал, вызывая на лице Юнь Цая лёгкую улыбку.       — Эй, вы! — раздался громкий голос позади.       Оба парня замерли на месте и повернули головы, бросив взгляд через плечо. Перед ними стояла юная заклинательница. Лет семи, не больше. Но источала она такую духовную силу, что Хай Ян явно чувствовал: по уровню развития она лишь на пару троек ступеней ниже него.       — Если я не ошибаюсь, это юная госпожа Сюн, — прошептал Юнь Цай, склонившись к Хай Яну.       — Ага, — также шёпотом протянул Хай Ян, прикрывшись веером. — Уже поздно сделать вид, что мы глухие и слепые?       — Боюсь, это будет выглядеть нелепо.       — Когда я рядом, шептаться запрещено! — девочка скрестила руки на груди и недовольно топнула ногой, отчего пучки на её голове забавно дрогнули.       Хай Ян повернулся к ней полностью, и его губы растянулись в ехидной ухмылке.       — Простите, мелкая госпожа, но я вас плохо слышу, — заговорил он, продолжив обмахиваться веером. — Прошу, соизвольте подойти ближе и повторить свои претензии. Только прошу, в этот раз поднимитесь на носочки, чтобы суметь докричаться до нашей высоты.       Стоящий позади Юнь Цай прыснул со смеху, спешно зажав рот ладонью. Лицо девочки же мигом побагровело от злости. Она вся насупилась и молниеносным движением обнажила, яростно поблёскивающий меч, клинок которого был чуть длиннее её руки.       — Найнай думает, что сможет запугать меня этой тростинкой? — язвительно протянул Хай Ян.       Наполненным презрением взгляд скользнул по лезвию меча. Самое обычное железо, без каких-либо примесей, и уж точно в рукоять инкрустированы лишь обычные драгоценные камни, не хранящие в себе и толики духовной силы. Такой меч будет запросто разрушен Бо Ланом.       Мальчишка с тихим хмыканьем отвернулся, не желая дожидаться ответа. Он собирался просто уйти, но был остановлен. Юнь Цай положил ладонь ему на плечо и настойчиво сжал его.       — Сюнди, думаю, тебе стоит извиниться перед молодой госпожой, — вполголоса произнёс он. — Мне бы не хотелось потом получить нагоняй от твоего учителя.       Хай Ян закатил глаза, поведя плечом, чтобы освободиться.       — Эта букашка ни по статусу, ни по уровню развития не достойна того, чтобы я извинялся перед ней.       В глазах молодой госпожи Сюн вспыхнули гневные искры.       — Наглец! — прошипела она, и в следующее же мгновение, подобно ястребу, сорвалась с места.       Меч её рассёк воздух и устремился точно в спину Хай Яна. Но вместо ткани мальчишечьих одежд, остриё пронзило клубящуюся чёрную дымку, которая тут же рассыпалась на сотню чёрных махаонов. Их крылья мерцали и переливались, на миг задержавшись в силуэте Хай Яна, прежде чем разлететься в стороны и окружить девочку.       Одна из бабочек приземлилась на её клинок, и на лезвии начали прорастать и распускаться бутоны вишнёвых цветов. Их яркий и густой аромат растёкся по округе, дурманя сильнее.       — Запомни, найнай, лучшее не надоедать мне, когда я не в настроении, — прозвучал голос Хай Яна, но молодая госпожа Сюн не обратила на него никакого внимания, пригвоздив взгляд к бабочкам.       Сам же мальчишка не стал упускать момент и поспешил уйти. Юнь Цай всё же прав, и его шицзуню точно не понравится то, что Хай Ян подшучивает и задирает слабого ребёнка. Но извиняться перед ней он всё равно не собирался, оттого и решил поскорее сбежать. Подумаешь, она потом побежит жаловаться отцу. Своего имени Хай Ян ведь ей не называл, так что и вины на его плечах никакой нет.       Юнь Цай предпочёл не реагировать на произошедшую ситуацию даже мысленно, молча последовал за мальчишкой. Однако не успели они пройти и сотни чи, как молодая госпожа Сюн вновь престала перед ними и вновь была окружена махаонами. Но уже спустя полсотни пройденных Хай Яном чи, девочка догнала его вновь.       Скрыться от той, кто всю жизнь провёл в стенах ордена Хуэйсинь, оказалось непростой задачей. Девочка хоть и была мала, но по скорости совершенно не уступала Хай Яну и находила его везде, где бы он ни спрятался: и в густой листве деревьев, и на, и под крышами мраморных павильонов, и за дверьми комнат.       Оторваться от неё не помогали даже бабочки. Уже спустя десяток использований «Поступи небожителя» молодая госпожа Сюн перестала обращать внимания на этот отвлекающий манёвр.       Хай Ян даже расщедрился на мысленную похвалу. У его шиди и шимэй ушло чуть больше трёх месяцев на то, чтобы выработать полный иммунитет к гипнотизирующим махаонам.       — Да остановись ты уже! — потребовала молодая госпожа Сюн. — Я не собираюсь с тобой сражаться!       Скрыв облегчённый выдох за веером, Хай Ян остановился на крыше одного из павильонов и вцепился в рукав остановившегося рядом Юнь Цая. Он и так уже израсходовал немалое количество духовных сил. Если продолжит бегать от молодой госпожи Сюн в том же темпе, то непременно свалится без сил.       Девочка остановилась на крыше соседнего павильона, не решившись подходить ближе к тому, кто та тщательно старался сбежать от неё. Облокотившись о меч, она смахнула со лба капельки пота и рвано выдохнула.       Колокольчик на мече Хай Яна тихо звякнул, привлекая внимание Юнь Цая. Тот вмиг нахмурился и весь напрягся.       — Движение твоей ци стало нестабильным, — шёпотом оповестил он.       — Да я и сам это чувствую. Если буду падать, будь доб, подхвати, — с губ Хай Яна сорвался нервный смешок.       Он расправил плечи, выпрямился и горделиво вздёрнул подбородок, устремив на молодую госпожу наполненный презрением взгляд. Нужно поскорее избавиться от этой девчушки и поспешить обратно к Тянь Чао.       — Мелкой госпоже что-то нужно от меня?       — Во-первых, я приказываю прекратить называть меня так, — девочка требовательно топнула ногой, сжав кулачки. — А во-вторых, ты должен помочь мне.       — Я вообще-то очень занятой человек и не собираюсь тратить свои силы и время на чужие проблемы.       — Я заплачу.       — А ещё я очень алчный человек, так что в качестве оплаты принимаю только сокровища небожителей.       — Ты! — девочка возмущённо втянула воздух носом и широко округлила глаза. — С ума сошёл?! Да ты вообще знаешь, сколько стоит одно такое сокровище?       — Мелкая госпожа может не сомневаться, я как никто другой знаю истинную ценность этих безделушек.       Хай Ян достал из-за пазухи небольшой свиток и два нефритовых браслета, от одного взгляда на которые у молодой госпожи Сюн отвисла челюсть.       — Это же…       — Техника владения пятью небесными мечами и утерянные браслеты прошлого императора небесного царства, — с лица Хай Яна сошло всё его высокомерие, и во взгляде поселилась душащая боль и печаль. — Они стоили моему учителю три шэна крови и месяца, проведённого в постели. Но более в них нет никакой ценности. Они не больше, чем просто бесполезный хлам.       — Как ты можешь так говорить? Твой учитель ведь так старался добыть их…       — Чтобы в итоге просто разочароваться, — Хай Ян поджал губы, наблюдая за тем, как резко вспыхнувший огонь поглощает сокровища, превращая их в горстку пепла. — Итак, сможет ли мелкая госпожа Сюн по достоинству оплатить мою помощь?       Девочка замялась. Сможет ли она заплатить тому, кто способен вот так просто, ни на мгновение не задумываясь, превратить в пепел сокровища, за которыми гоняются и люди, и демоны? Очевидно же не сможет! Кто вообще настолько богат, чтобы расплатиться с этим мальчишкой? Да ещё и по достоинству!       — Смогу, — уверенно произнесла она.       — И чем же?       — У моего отца есть печать, которая открывает сокровищницу Хуайнянь. Там целая куча всяких сокровищ. Если поможешь мне, я уговорю отца открыть Хуайнянь, и ты сможешь забрать себе абсолютно любое сокровище оттуда. Можешь даже не одно.       Хай Ян покачал головой. Он прекрасно понимал, что ничего хоть сколько-нибудь полезного для себя он там не найдёт. Ведь если бы было иначе, Тянь Чао уже наверняка бы пробрался в Хуайнянь и перевернул бы там всё вверх дном. И для этого ему бы даже не потребовалась какая-то там печать. Но даже несмотря на это, Хай Ян всё же решил согласиться. Уж больно сильно его заинтересовало, с чем же таким нужно будет помочь молодой госпоже Сюн, раз она обратилась не к кому-нибудь из старейшин Хуэйсинь, не к своему отцу и даже не ко второму главе верховного ордена, а именно к Хай Яну, всего лишь обычному ученику Чаньхуэй.       — Так, с чем же тебе нужна помощь?       — Нужно разобраться с демоном в деревне неподалёку.       На лицах Юнь Цая и Хай Яна отобразилось искреннее удивление. Всего лишь разобраться с демоном? Не с отрядом, не с армией, а всего лишь с одним демоном?       — Мой отец, — поспешила объяснить всё девочка, — считает, что раз этот демон не причиняет людям вреда, то он не представляет никакой серьёзной угрозы, и оставил уничтожение этого демона на мелкие кланы. Но уже прошёл месяц, а от демона так никто и не смог избавиться.       — В таком случае, почему ты сама его не убьёшь? Ты же достаточно сильна для этого, — Хай Ян прищурил глаза.       — Думаешь, я не пыталась? Пыталась. И не раз. Но сколько бы ран я ему не нанесла, это ему никак не вредило.       Юнь Цай вмиг стал серьёзным. Обхватив пальцами подбородок, он задумчиво уставился на мечи юных заклинателей. Ему и Бо Лану за столько лет удалось повидать множество самых различных демонов. Некоторых из них можно было пронзить даже самым обычным мечом, для убийства большинства было достаточно заклинательских мечей, но лишь троих было способно ранить только божественное оружие.       — Сколько у него было рук? — поинтересовался юноша, а в его голосе явно прослеживалась надежда. Может его догадки всё же ошибочки?       — Шесть, — немедля ответила девочка.       С губ Юнь Цая слетел страдальческий вздох, и он накрыл лицо ладонью, заставив Хай Яна забеспокоиться.       — И недели не прошло, а мы уже наткнулись на второго генерала демонов. Что ж за невезенье такое на нас напало?       — Генерала? — Хай Ян выгнул бровь, постучав веером по подбородку. — Что он здесь-то забыл?       — Явно замышляет что-то недоброе. Вот только что? — девочка приложила кулачок к губам и задумчиво хмыкнула.       — Что бы он там не замышлял, это не имеет значения. Он пересёк границу двух царств, а значит уже заслуживает смерти. Но я с ним не справлюсь. Пойдём, нужно позвать моего шицзуня.       Хай Ян перебрался на крышу к девочке и потянулся к её руке, но молодая госпожа Сюн сделала шаг назад, а руки спрятала за спину и замотала головой.       — Твой учитель ведь второй глава Чаньхуэй? Не нужно к нему идти. Мой отец точно убедит его, что демон не опасен.       — Своим мечом клянусь, что мой шицзунь не откажет в помощи. Поверь, такую серьёзную угрозу он не проигнорирует.       — Ты если и клянёшься, то клянись своей душой, а не Бо Ланом, — ворчливо пробурчал себе под нос Юнь Цай.       Молодая госпожа Сюн недоверчиво взглянул на руку мальчишки и всё же вложила в неё ладонь. Они спустились с крыши павильона и поспешили обратно к саду. Но уже на середине пути телом Хай Яна овладела слабость, так что ему пришлось всю оставшуюся дорогу опираться на подставленную руку Юнь Цая.