no homo

Артём не пытался ничнго разузнать. Вообще не пытался. Он просто зашёл зажигалку забрать. Дверь в комнату Ильи была не до конца закрыта. Щель небольшая, но света изнутри хватило, чтобы заметить движение. Обычно в таких ситуациях Артём сразу врывается – без стука, без вопросов, потому что когда это он вообще спрашивал разрешение? Но в этот раз что-то его притормозило. Илья сидел перед зеркалом. И выглядел не как обычно. Не как скейтер в мешковатых джинсах. Не как модельный хрен в дорогих брендах. Не как этот вечный "да мне похуй" в растянутых футболках. Артём залип. На Илье было платье. Чёрное, короткое, обтягивающее. Из тех, что Каролина таскает, чтобы сводить парней с ума, но тут оно сидело иначе. Акцент не на фигуре, а на чем-то другом. На том, как Илья двигался. Он поправил локоны (ЛОКОНЫ, БЛЯДЬ?), мазнул кистью по губам – и внезапно перестал быть Ильёй. Или нет. Всё ещё Илья, но другой. Уверенный, расслабленный, лёгкий. Совсем не тот человек, который вечно раздражённо закатывает глаза, когда ему говорят, что он красивый. Артём почувствовал, как во рту пересохло. Он не понимал, почему его это так вштыривает. Ну, кроссдрессинг, ну и что? Поцики в платьях – не новость. Не впервой видеть чуваков, которые врубают феминность по фану. Но Илья... Илья всегда был другим. Он всё делал с таким холодным пофигизмом, что даже дорогущая одежда на нём смотрелась так, будто он её просто с пола поднял. А тут – нет. Тут Илья знал, что делает. И это чертовски сбивало с толку. — …бля, ты серьёзно? Голос Артёма звучал чуть хрипло, будто его самого перед этим кто-то за горло схватил. Илья дёрнулся. Секунду смотрел в отражение, затем медленно перевёл взгляд на дверь. Их глаза встретились. Тишина. А потом – взрыв. — ТЫ ЧТО, ДОЛБАЁБ?! Илья вскочил, на автомате дёрнув платье вниз, будто это могло хоть как-то помочь. Артём шагнул вперёд, но Илья тут же отступил. — ВОН! — Схуяли? — ВОН, БЛЯТЬ! — Погоди, ты чё— — ВЫШЕЛ, СУКА! Илья выглядел так, будто его сейчас реально разорвёт. Щёки покраснели, взгляд метался. Он схватил первую попавшуюся вещь – какую-то футболку – и швырнул в Артёма. — Я ТЕБЕ ЩАС ЖЕЛЕЗОМ ЗАПУЩУ! — Да подожди ты, заебал! Но Илья уже рылся в комоде, будто надеясь, что если натянет обратно привычные шмотки, вся эта сцена магически сотрётся из памяти. Артём прикрыл за собой дверь. Но не ушёл. — Илюш, да успокойся ты нахер. — НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК, БЛЯДЬ! — Ты заебал. Я тебя с сигаретой в ванной видел, когда тебе двенадцать было, и чё? Я тебя пьяным с Каролиной чуть ли не до кровати дотащил, когда ты бухой в хлам был. Я тебя, сука, видел в шубе Аделины, когда ты рофлил. Чё ты паникуешь-то? — Это другое, — тихо выдавил Илья. Голос уже не злой. Почти сломанный. Артём скрестил руки. — В чём? Илья молчал. — В том, что ты охуенно выглядишь? Ещё тишина. — В том, что я тебя почти не узнал? Илья посмотрел на него резко. Глаза горели. — Ты... Он сжал челюсть, но не договорил. Артём не дожал, не стал давить дальше. Он только усмехнулся. — Ты меня развёл бы, если б я тебя не знал. — Чё? — Если б ты просто прошёл мимо, я бы тебя не узнал. И, бля, я бы точно дал тебе денег, если б ты попросил. Он произнёс это спокойно, без стёба. Илья перевёл дух. Тишина. Артём снова прислонился к двери, вынул сигарету, но даже не зажёг. — Это твой новый способ зарабатывать? — …не твоё дело. — То есть да. Илья дёрнулся, но Артём лишь усмехнулся. — Да ладно, хорош. Это даже круто. Ты же кучу бабла на этом поднимаешь? — Нормально. — Сколько? — Тебе зачем? — Просто интересно. Илья закатил глаза. — Достаточно, чтобы не париться. Артём кивнул. — Красавчик. Илья замер. — Чё? — Говорю, красавчик. Они снова встретились взглядами. Артём усмехнулся. — Но ты и так знаешь. Илья отвернулся. Губы плотно сжаты. Руки вцепились в подол платья, но он не снимал его. — Ты никому не скажешь? — Бля, ты рофлишь? Конечно, нет. — Даже Каролине? — Даже Каролине. Пауза. — Почему? Артём выдохнул дым в сторону. — Потому что я хочу посмотреть, как далеко ты зайдёшь. Он снова усмехнулся. Илья почувствовал, как его бросило в жар.

***

— Значит так, — Илья ловко встряхнул парик, поправляя его перед зеркалом в торговом центре. — Ты не ржёшь, не пялишься и не мешаешь мне работать. — Да я вообще в ахуе, если честно, — пробормотал Артём, глядя, как друг заправляет светлую прядь за ухо. — Вот и молчи. Илья даже голос сменил. Говорил мягче, медленнее. Не его обычное хрипловатое и насмешливое «чё надо», а что-то… обволакивающее. Артём не знал, как лучше описать это ощущение. Но было стремновато. Он следил, как Илья выходит на улицу — спина прямая, подбородок чуть выше обычного. Лёгкая улыбка. Не наглая, не хищная — тёплая. Именно такая, какая нужна. Мужик сидел на лавочке у фонтана. Пожилой, но крепкий. В костюме, но без галстука. Из тех, кто в молодости, наверное, рвал город на части, а теперь по вечерам пьёт дорогой коньяк и ностальгирует по тем временам. Илья плавно сел рядом, не слишком близко, но и не слишком далеко. Вытянул ногу, как будто случайно демонстрируя изящную линию икры. Артём чуть не поперхнулся воздухом. — Простите… — голос у него был такой, каким он никогда не говорил с их компанией. Звонкий, с лёгкой дрожью. Как будто робкий. Как будто это не он три дня назад чуть не подрался с продавцом в автосервисе. Дед повернул голову. Оценил. Артём видел, как оценил. — Да, барышня? «Блядь», — мысленно сказал Артём и попытался слиться с фоном. — Мне так неловко… — Илья чуть склонил голову, глядя на деда снизу вверх. Глаза блестят. Он хорошо играет. — Я не из города. Приехала… — он тихо вздохнул, будто даже сам стеснялся этой истории, — а у меня украли сумочку. Даже не знаю, что делать… Дед сразу оживился. — Вот беда-то… Такая молоденькая, такая хорошенькая… Как вас зовут, милая? Артём сцепил зубы. — Алиса… Илья даже покраснел. Или сделал вид, что покраснел. — Алиса, Алиса… Красивое имя. А вы откуда к нам приехали? — Из Петербурга… — Илья отвёл взгляд. Не резко, а плавно, с лёгкой грустью. — Меня должны были встретить, но… Ну вот… Я такая глупая. Дед уже доставал кошелёк. — Да что вы, девочка моя, какая же вы глупая… Это кто-то другой глупый, что такую красавицу одну в чужом городе оставил! Артём закатил глаза. Блядь, это слишком легко. — Спасибо вам, — Илья чуть дрожащими пальцами принял купюры. Прижал к груди. — Я обязательно верну, как только доберусь до дома! — Да ну, что вы, — дед махнул рукой. — Главное, будьте осторожны. Девушка с вашей внешностью — это просто магнит для всяких нехороших людей… Илья улыбнулся. Как-то по-особенному. Будто внутри ему было искренне весело. — Я запомню, — сказал он, поднимаясь. Артём наблюдал, как он медленно уходит, как лёгкий ветер подхватывает светлые локоны. И только когда они свернули за угол, Илья расхохотался и сдёрнул парик. — БЛЯДЬ, ТЫ ВИДЕЛ ЕГО ЛИЦО?! Артём медленно выдохнул. — Бля… ты серьёзно? Он стоял в тени, прижавшись спиной к бетонной колонне. Он не знал, что конкретно его сейчас напрягает больше: сам факт того, что Илья только что облапошил какого-то пожилого мужика, или то, что выглядел он при этом… слишком хорошо. Илья медленно обернулся, улыбаясь так, будто только что провернул самую безобидную сделку в мире. — Чего? — Его голос звучал лениво, даже насмешливо. Артём просто смотрел. Смотрел на то, как с тонкой шеи Ильи свисают светлые локоны парика — густые, шелковистые, дорогие. Смотрел на тонкие запястья, на идеально выверенную небрежность в осанке. Чёртов гад. В платье, в парике, с макияжем, который делал его лицо ещё более выразительным, он не просто выглядел, как красивая девушка. Он выглядел, как персонаж из какого-то фильма про мошенников, который обчищает богачей с одной только улыбки. — Ты только что взял у него пятьдесят тысяч. — Артём медленно выдохнул, прикрыв глаза. — Ну да. — Просто так. — Ну, мы же мило поговорили. — Илья пожимает плечами, заправляя прядь «волос» за ухо. Это какой-то пиздец. — Охуеть. Артём знал, что у Ильи талант к манипуляциям. Знал, что он умеет заставлять людей чувствовать себя по-особенному, говорить то, что они хотят услышать. Но одно дело — умело флиртовать с девушками, которых он всё равно игнорировал после пары свиданий. Другое — вот это. Артём покачал головой, не сводя взгляда с Ильи. — Ну и что теперь? — В смысле? — Ты на эти деньги мотоцикл купишь? — Ага. — Илья усмехнулся, поигрывая ключами в руке. — Чё, завидно? — Я хуею. — Завидно же. — Братан, это уже не развод, это искусство. Илья довольно кивнул, будто его только что похвалили за отличную работу. В его глазах мелькнул привычный насмешливый огонёк. — Так и знал, что ты меня понимаешь. Артём нихуя не понимал. Вернее, не хотел понимать* но внутри уже начинала шевелиться эта странная, липкая мысль, от которой хотелось либо закурить, либо удариться головой о стену. Он слишком хорошо в этом выглядит. Артём заставил себя отвести взгляд, но это было сложно. — Ладно, пошли отсюда, пока дед не очухался. Илья лишь усмехнулся, легко ступая на каблуках. Будто он всегда так ходил. Будто ему вообще не требовалось адаптации к новому образу. Будто ему нравилось.