The Man in the Mirror | Человек в зеркале

Эта ночь стартовала с отметки «‎плохо»‎ и теперь события раскручивались, неумолимо приближалась к отметке «‎катастрофа»‎. Импала вылетела с парковки «‎Элизиум Филдс»‎, взметая мокрый гравий и зверски скрежеща шинами по мокрой дороге. Дождь лил стеной, отчаянно барабаня по крыше и лобовому стеклу, которое заливало быстрее, чем дворники успевали сгонять воду. Капли дождя отскакивали от асфальта, взмывая в воздух почти на фут, превращаясь в туман, мгновенно вспыхивающий в ярком свете фар, а затем исчезающий в ночи. Внутри машины царило напряженное молчание. Сэм все еще тяжело дышал после побега из отеля, адреналин бурлил в крови. Он дернулся. Одно лишь присутствие Люцифера заставляло его замирать, сдавливая грудную клетку и не давая сделать вдох. Но с каждой минувшей милей осознание произошедшего накрывало всё сильнее: они бросили Габриэля. Одного. Против его обезумевшего старшего брата. Сэм может и не испытывал к Трикстеру особой симпатии, но Люцифера он ненавидел. Даже заигравшийся языческий Архангел не заслуживал такой смерти. Сэм сглотнул. Он видел этот затаенный ужас в глазах Габриэля, когда он выглядывал из-за стола… Раздался громкий хлопок, выдернувший его из размышлений и, глянув в зеркало заднего вида, Сэм понял, что Кали исчезла с пассажирского сиденья. И в этот момент он принял самое глупое решение в своей жизни. Прокусив губу от отчаянья, он решился. Пришлось почти кричать, чтобы Дин его услышал сквозь грохот дождя: — Нам нужно вернуться! Габриэль может погибнуть! — И что? — Дин не сводил глаз с дороги, сжимая руль с такой силой, будто они тонули и это был спасательный круг. — Что занчит "и что"? Мы должны ему помочь! Дин резко повернул голову, бросив на брата взгляд, полный недоумения и раздражения: — Почему? — Дин, серьезно? Ты не понимаешь насколько полезно было бы иметь архангела на нашей стороне? Дин вернул взгляд на дорогу: — Габриэль нам не друг. Даже не союзник! И он знал, на что идет! Ты сам слышал! Пока Люцифер превращает богов в кровавую кашу, ты предлагаешь вернуться прямо туда и попытаться кого-то спасти? — В конце голос Дина сорвался на крик. Это были отличные аргументы, логичные и убедительные. Сэм это понимал. Но он был в отчаянии. В отчаянии от потери еще одного возможного союзника, даже если их знакомство было далеко не радужным. Да, и, возможно, он всегда был немного заинтригован Габриэлем. Может быть, он подозревал, что за маской шутовства и напускной жестокости скрывается нечто большее. Сэм всегда был падок на тайны, а если этот Архангел умрет, то все его секреты будут похоронены вместе с ним. — Я беру это на себя! Разворачивайся, Дин! Дин выругался сквозь зубы, яростно крутанул руль, и Импалу юзом занесло на мокрой дороге. Сэма швырнуло в дверцу, а затем вжало в кресло, когда машина снова набрала скорость, устремляясь обратно к отелю. — Не заставляй меня об этом пожалеть, Сэм! Если ты нас убьешь... я  убью тебя! Машина с визгом влетела на парковку, и Сэм на ходу открыл дверь и выпрыгнул еще до полной остановки, проигнорировав окрик брата. У него не было времени. Он ворвался в здание сквозь открытую дверь, рванул по коридору, пролетая мимо мертвых тел, чуть не поскользнувшись на луже крови.  Времени в обрез, ну же, ну же... Он повернул из-за угла и влетел в банкетный зал как раз в тот момент, когда Люцифер вонзил клинок глубоко в грудь Габриэля Сердце Сэма рухнуло в пятки. Два Архангела повернулись к нему, два сияющих взгляда приковали его к месту. Лицо Габриэля застыло в гримасе боли и шока. Он отчаянно замотал головой, беззвучно произнеся губами "Беги!", но Сэм не мог сдвинуться. Ноги примерзли к полу.  Он опоздал. Или нет? Габриэль не сгорал. Пока нет. Глаза Сэма были прикованы к свету и крови, истекающему вокруг ангельского клинка, руки Габриэля болезненно сжимали рукав Люцифера. Габриэль был ранен. Его оболочка умирала. И в этот момент в голове Сэма промелькнула безумная мысль: был еще один доступный сосуд. Искра надежды запузырилась у Сэма под ребрами.  Сэм похолодел. Он правда об этом думал? Готов был позволить вселиться в него? Мозг бешено заработал. Он так долго боролся с Люцифером, что возникшая мысль ощущалась как поражение, даже если на самом деле это могло привести их к победе. Он пришел сюда, чтобы спасти Габриэля, но не думал, что это зайдет так далеко. Это могло обернуться ужасными последствиями для всех. Габриэль мог его выжечь. Запереть. Умереть и утащить его за собой. Так почему он об этом думает? Может, это просто его чертова тяга к запретному, которая снова подведет его к краю? Но он преодолел весь этот путь не для того, чтобы позволить Габриэлю умереть. У него больше не было времени обдумывать это. Он должен был довериться своей интуиции. “Боже”, взмолился он, “пожалуйста, пусть это сработает”. Сэм сжал кулаки до боли и глубоко вдохнул: — Я согласен! — выкрикнул он. Глаза двух существ в изумлении расширились. Сэм сделал вдох, его тревога росла, но, к его раздражению, Габриэль все еще не понимал что от него хотят. — Да, Габриэль! Я тебя принимаю! На лице Архангела как в калейдоскопе промелькнули  эмоции: недоверие, проблеск надежды, затем сосредоточенность. Он запрокинул голову, губы приоткрылись, и свет в глазах ослепительно вспыхнул. Сэм не мог отвести взгляд. Раздался грохот, словно прорыв плотины; жидкий свет вырвался из сосуда Габриэля, заполнив комнату... Затем чувства накрыли Сэма с головой. Тепло и сияние хлынули в рот, заполняя лёгкие, ослепляя его, лишая опоры, увлекая за собой в бездонную глубину... И голос, гремящий как гром: — Сэм... Это было слишком. Тьма накрыла его, и он скользнул в нее, подчиняясь охватившему его безмолвию.