И навеки своё сердце тебе отдам

Солнце мягко пробивалось сквозь шторы, наполняя кухню золотистым светом. Намджун сидел за столом, наблюдая, как Сокджин неспешно разрезает вилкой блинчик, макает кусочек в сироп и отправляет в рот. — Ты ешь с таким аппетитом, будто правда голоден, — заметил Намджун, не отрываясь от его движений. Сокджин откинулся на спинку стула, прожёвывая с явным удовольствием, а потом ухмыльнулся: — Потому что я правда голоден. Намджун нахмурился, переводя взгляд с тарелки на него. — Но ты же… — …Вампир? — Сокджин наклонил голову, наблюдая за ним с лёгким любопытством. — Ага. И что? Намджун поджал губы, не зная, как правильно сформулировать мысль. — Я просто думал, что человеческая еда для нас — больше… ну, привычка, чем необходимость. Сокджин задумчиво покрутил вилку в пальцах, прежде чем вновь отрезать кусочек блина. — В каком-то смысле — да. Она не даёт нам силы, как кровь, и мы можем обходиться без неё. Но если ты не пьёшь человеческую кровь… — он поднял глаза, — тебе нужны другие способы поддерживать тело. Намджун нахмурился. — То есть? — Мы ведь всё равно остаёмся физическими существами, — пожал плечами Сокджин. — Даже если наши тела работают иначе, чем у людей. Да, кровь питает нас глубже, чем что-либо другое, но если ты отказался от человеческой крови, твой организм будет искать другие источники поддержки. Намджун кивнул, обдумывая сказанное. — Это как… дополнительная подпитка? — Можно сказать и так, — Сокджин ухмыльнулся. — Плюс, если не есть, это может влиять на самоконтроль. Намджун поднял брови. — В каком смысле? — В самом прямом. — Сокджин с интересом посмотрел на него. — Ты ведь замечал? Чем дольше голодаешь, тем сложнее тебе себя контролировать. Намджун отвёл взгляд, вспоминая. Да, такое случалось. Голод, особенно затяжной, делал меня менее сдержанным, более раздражительным. Иногда даже ощущения становились слишком резкими, как будто всё вокруг усиливалось до предела. Он кивнул. — Да… Сокджин положил вилку и сложил руки на столе, чуть подаваясь вперёд. — Вот почему я всегда ем, даже если не нуждаюсь в этом так, как люди. Это помогает оставаться в балансе. Намджун задумчиво провёл языком по губам, всё ещё осмысливая информацию. — Так ты ешь осознанно? — Именно, — Сокджин ухмыльнулся, поднимая блинчик на вилке. — А ещё потому, что они чертовски вкусные. Намджун фыркнул, качая головой, но не мог не улыбнуться, глядя, как Сокджин с явным наслаждением отправляет в рот очередной кусочек. Намджун опустил взгляд на свою тарелку. Блинчики действительно выглядели аппетитно — ровные, золотистые, пахнущие сливочным маслом и чем-то сладким. Он медленно отломил кусочек, обмакнул в сироп и попробовал. — Хм. — Он приподнял брови. — Ты чертовски хорош в этом. — Разумеется, — самодовольно отозвался Сокджин, протягивая руку за кружкой с кофе. — Я вообще хорош во всём, что делаю. Намджун усмехнулся. — Ты сомневаешься? — Сокджин приподнял бровь, отпивая кофе. — Нет, нет, что ты, — Намджун изобразил самую невинную улыбку. — Восхищаюсь. Преклоняюсь. Восхваляю. Сокджин рассмеялся, но быстро склонил голову набок, пристально вглядываясь в Намджуна. — Что? — Просто… — Сокджин медленно положил кружку на стол. — Ты всегда так держишь себя в руках? Намджун замер, вилкой ковыряя край блинчика. — Ты о чём? Сокджин хмыкнул. — Когда голодаешь. Когда теряешь баланс. Ты ведь не пьёшь человеческую кровь, да? Намджун медленно кивнул, настороженно глядя на него. — Ну… да. — И давно? Намджун отвёл взгляд, пожав плечами. — С самого начала. — Интересно. — Сокджин опустил подбородок на ладонь, склонив голову. — Тогда… как ты справляешься? — В смысле? — Ты ведь знаешь, что мы не такие, как обычные вампиры, — Сокджин лениво провёл пальцем по краю своей кружки. — Наши тела не знают вкус человеческой крови. Мы можем не пить её, но инстинкт… он всё равно остаётся. Намджун сжал губы. — Да, я знаю. — И тебе никогда не было сложно? Он поднял на него глаза, и Сокджин встретил этот взгляд спокойно, но внимательно. — Было, — честно признался Намджун. — В самом начале. Когда запах казался слишком сильным. Когда сердце человека билось так громко, что заглушало мои собственные мысли. — А сейчас? Намджун облизнул губы, отставляя вилку в сторону. — Сейчас я научился себя контролировать. Сокджин кивнул, но что-то в его взгляде говорило, что он не совсем доволен этим ответом. — Научился, значит? — Да. — Хм. Несколько секунд он просто смотрел на Намджуна, а потом вдруг лениво потянулся через стол и взял его за запястье. — Что ты… — Тсс, — тихо произнёс Сокджин, поднося его ладонь ближе. Намджун почувствовал, как его собственный пульс слегка ускорился, когда Сокджин провёл кончиком пальца по его запястью, прямо над веной. — Ты ведь всё равно чувствуешь это, да? Намджун сглотнул. — Чувствую что? — То, как кровь течёт под кожей. — Голос Сокджина стал низким, почти завораживающим. — Её движение. Тепло. Намджун задержал дыхание. Он чувствовал. Чувствовал слишком ясно. — Так что? — тихо спросил Сокджин, не отводя взгляда. — Ты действительно так хорошо себя контролируешь? Намджун знал, что это был вызов. И проблема была в том, что он не знал, хочет ли его принять. — Ты ведёшь себя так, будто хочешь проверить меня, — хрипло произнёс он. Сокджин усмехнулся, не отводя взгляда. Он наклонился чуть ближе, его тёплое дыхание коснулось кожи Намджуна. — Ты ведь понимаешь, что это не просто вопрос контроля, да? Намджун сглотнул, следя за движением губ Сокджина. — А чего тогда? Сокджин медленно провёл большим пальцем по его запястью, по той самой точке, где бился пульс. — Баланса, — тихо сказал он. — Мы ведь не просто монстры, Намджун. Мы — мост между мирами. Намджун не ответил. В словах Сокджина был смысл, но чем больше он наблюдал за ним, тем сильнее.. он думал о другом. Сокджин спокойно отрезал ещё кусочек блинчика, поднёс ко рту и неторопливо прожевал, явно наслаждаясь вкусом. Он ел расслабленно, словно не замечая, что взгляд Намджуна вот уже несколько секунд неотрывно следит за его губами. Губами, которые совсем недавно были под моими. Губами, что прижимались к моим требовательно, жарко, безоглядно. Воспоминания вспыхнули перед глазами, как кинолента, перематывающаяся назад: хриплый голос Сокджина, его прерывистое дыхание, горячие ладони, крепко удерживающие Намджуна в плену поцелуя. Намджун сглотнул, чувствуя, как тепло медленно расползается по телу. — Сокджин. Сокджин поднял на него взгляд, всё ещё держа вилку в руке. — Хм? Намджун пристально смотрел на него, прежде чем медленно выдохнуть. — Всё, что я чувствую к тебе… — он на секунду замолчал, подбирая слова. — Это больше, чем просто приятная беседа. Или удовольствие от общества друг друга. Сокджин моргнул. Намджун медленно качнул головой. — Я хочу тебя. Слово прозвучало глухо, но отозвалось чем-то жарким внутри. — Я хочу тебя, Сокджин. По-настоящему. Сокджин медленно положил вилку на тарелку, его пальцы сжались в кулак, словно он пытался удержать себя в рамках. Он глубоко вдохнул, но не отводил взгляда. — Это… — он провёл языком по пересохшим губам, его голос слегка дрогнул, но взгляд остался твёрдым, — честно. Они молчали несколько долгих секунд, пока напряжение медленно заполняло воздух между ними. А потом Сокджин выдохнул и слегка улыбнулся. — Я рад, что ты честен. И со мной… и с собой. Его голос был низким, мягким, но в нём проскальзывало что-то ещё. Что-то голодное. Сокджин медленно потянулся к нему, его пальцы легко касались кожи, прежде чем подушечка большого пальца скользнула по нижней губе Намджуна, стирая каплю сиропа. Намджун затаил дыхание. Сокджин не спешил убирать руку. Его палец задержался на его губах, словно изучая их, чувствуя мягкость, тепло. Намджун не мог не отметить, как внимательно он смотрел на него в этот момент — взглядом, в котором отражалось что-то завораживающее, что-то слишком чувственное, слишком осознанное. А затем, не отрывая глаз, Сокджин медленно поднял палец к своим губам… и облизал его. Намджун едва не выругался вслух. Это не просто провокация. Это испытание. Сокджин улыбнулся. По его выражению лица было предельно ясно: он видел реакцию Намджуна, знал, какое впечатление произвёл. — Сладкий, — хрипло заметил он, обводя языком собственные губы, прежде чем вновь взять вилку и неторопливо отправить в рот кусочек блинчика. Намджун закрыл глаза. Сокджин только что превратил обычный завтрак в самую настоящую пытку. Намджун знал, что тот делает это намеренно. Знал, что Сокджин наслаждается его реакцией. Чёрт возьми, этот мужчина буквально играет со мной, держа тонкую грань между невинностью и откровенной провокацией. И он чертовски хорош. Намджун взял кружку с кофе, надеясь хоть немного прийти в себя, но как только сделал глоток, голос Сокджина выдернул его обратно в эту мучительную игру. — И всё же, — лениво протянул он, откидываясь на спинку стула, — весьма интересно. Намджун поставил кружку на стол. — Что именно? Пальцы Сокджина медленно обвели край тарелки. — То, как ты реагируешь. Намджун напрягся, но не отвёл взгляда. — Разве это странно? — его голос был чуть более хриплым, чем обычно. Сокджин наклонился вперёд, опираясь локтями на стол. — Нет, — его губы снова тронула та же дразнящая улыбка. — Это лестно. Намджун провёл языком по пересохшим губам. — Тебе нравится испытывать границы, да? — Мне нравится видеть, насколько далеко ты готов зайти. И это прозвучало настолько неприкрыто вызывающе, что Намджун громко выдохнул, силясь не потерять контроль прямо здесь, за завтраком. Сокджин снова потянулся к своей тарелке, словно ничего не произошло. Намджун сжал вилку в пальцах. Если он думал, что сможет победить в этой игре, то сильно заблуждался. Намджун едва мог сосредоточиться на еде. Он смотрел, как Сокджин снова берет вилку, подносит к губам очередной кусочек блинчика, как язык мелькает на секунду, слизывая сладкий сироп. — Ты ведь делаешь это специально, — наконец выдохнул он, откидываясь на спинку стула. Сокджин поднял на него ленивый взгляд, пожав плечами. — О чём ты? Намджун тихо усмехнулся, провел языком по губам и чуть наклонился вперёд. — О твоих провокациях, о том, как ты смакуешь каждый мой взгляд, каждую реакцию… Сокджин не ответил сразу. Он только снова провёл пальцем по тарелке, собирая остатки сиропа, и молча посмотрел на Намджуна. — И? — наконец спросил он. Намджун выдержал его взгляд, а затем медленно улыбнулся. — И мне это нравится. Он сказал это с такой откровенностью, что даже Сокджин, привыкший контролировать любую ситуацию, невольно задержал дыхание. А потом он усмехнулся, коротко качнув головой, словно ему льстило это признание. — Хорошо, — мягко сказал он, опуская руку на стол. Но Намджун заметил, как его пальцы дрогнули. Сокджин был хорош в играх, но, похоже, он недооценил, насколько честность может обезоруживать. Намджун наконец доел свой последний кусочек блинчика, отставляя вилку в сторону. Сокджин, казалось, всё ещё наслаждался своим завтраком, никуда не торопясь. Он откинулся на спинку стула, лениво проводя пальцами по краю тарелки, а затем поднял взгляд на Намджуна. — У меня скоро будет показ, — сказал он небрежно. — Ты мог бы прийти. Полюбоваться мной. Намджун приподнял бровь, но в его глазах мелькнул интерес. — Полюбоваться? Сокджин ухмыльнулся. — А ты как думал? Разве не этим ты занимаешься с первой нашей встречи? Намджун тихо рассмеялся, наклонив голову. — Не могу отрицать, — он посмотрел на него внимательно. — Но если после показа я снова начну тебя восхвалять… поцелуешь ли ты меня снова? Сокджин усмехнулся, наклоняясь к нему. На секунду между ними снова воцарилась напряжённая пауза, но вместо ответа Сокджин просто щёлкнул его под подбородком, заставляя Намджуна чуть приподнять лицо. — Посмотрим, — хрипло сказал он, прежде чем откинуться назад и снова сделать невинный вид. Намджун покачал головой, но не смог скрыть улыбки. Он уже знал. Этим приглашением я непременно воспользуюсь.