Кино, которое закончилось

Сентябрь 2008-го года, Берлин, Германия

Ю квартира Ларса никогда не нравилась. Слишком душно, накурено и пыльно. По крайней мере, ощущалось именно так и находиться в этом месте не очень-то хотелось. Но он по своей воле сидел на маленькой, заваленной тетрадками кухне и вместо того, чтобы собирать шмотки в тур, пытался найти хоть какую-то истину. Последние дни были невыносимы и просто так уехать, не поговорив с другом, а Ю все еще считал его другом, он не мог. — Вот скажи честно, все действительно должно было произойти вот так? — спросил де Бюр, не зная, как еще можно было сформулировать подходящий вопрос. — Ю, слушай, без обид, но ты чего от меня хочешь? — Ларс стоял у открытого окна и с абсолютно спокойным видом курил. Настолько спокойным, что в правдивость хрен поверишь. Ханнес и не верил. — Мне указали на дверь и я ушел. — Удивительно спокойно. — Ты знаешь Страйфи не хуже меня. По-другому бы все равно не было. — А то, что он рассказывает про тебя? — Знаешь, сколько я могу рассказать про него? Я может временами себя не контролирую, но и он не бедная несчастная овца. У него очень буйное воображение и истеричный характер. — Все равно неправильно это все как-то... — К лучшему. Я теперь хотя бы смотреть на все это блядство не буду. Пусть трахается с кем хочет. — В смысле? — Чего в смысле? Вы правда настолько слепые все? Он из кровати Вольффа уже который год не вылезает. И не его одного в общем-то. Ю долго молчал, пытаясь осознать эту информацию. — Ты серьезно?.. — наконец, спросил он. Может и правда слепые. По крайней мере, он точно. — Абсолютно. — Что ж у вас за отношения такие были... — Дебильные. Я не хочу больше об этом говорить. Для меня этот кинотеатр закрылся, все. Не хочу работать в таком безумии. Во всем всегда все равно буду виноват я. Потому что солиста выгнать сложнее, потому что менеджер все равно главнее. Мне с этими ветряными мельницами бороться зачем? Без того хреново. —Ты такой же создатель этого проекта, как и мы все. — Да, и поэтому я в праве просто уйти. Не мотая нервы никому. В том числе себе. — И даже никому об этом не расскажешь? — А кому? Журналистам? Нет. В этом нет никакого смысла. Тем более что коснется это не только его, а всех вас. А с вами я вроде не ругался. — Ну а Страйфи? Ты с ним поговорить не хочешь? — Я — нет. Только знаешь в чем основная проблема между ним и мной? Он сука сам всегда возвращается. Я его назад не зову, это он приползает. Что-то торкает в его тупой башке и вот он, явился. Опять и опять и опять и опять. Мне это тоже не надо. Я не могу бесконечно прощать его хождения туда-сюда. — Ну и что ты теперь делать будешь? — Для начала в себя приду. А там посмотрим. У Ю этот разговор очень долго не укладывался в голове. Две абсолютно разные истории: Страйфи утверждал, что живет в кошмаре; Ларс — что тот вечно возвращается сам. Идиотизм какой-то. На то, чтобы поговорить, оставалось что-то около получаса перед тем, как они уедут из своей квартиры вновь мотаться по городам и гостиницам. Страйфи в это время все еще нервно собирал чемодан, явно не позаботившись об этом с утра. — Ты от меня что услышать хочешь? — зло спросил он в ответ на прямой вопрос: «что у вас произошло?». Вещи полетели в чемодан еще более яростно. — Страй, ну слушай, я же разговаривал с ним, — как можно спокойнее сказал Ю. — Он прекрасно все понимает. — Знаешь, я тоже с ним случалось разговаривал! И один день получал любящего человека, а три последующих монстра. Мне страшно! Вы не видели его таким, каким видел я. Так что не рассказывай мне о нем. Я знаю лучше. — А может ты сам монстра создал? — Я сначала тоже так думал. Но нет. — А то, что ты с Вольффом спишь — это правда? — А это тут при чем? — удивленно и от того тихо по сравнению с криком нескольких секунд назад спросил Страйфи, даже очередную рубашку из рук выронив прямо на пол. — Вот ты не поверишь, — тяжело вздохнул Ю.