Голосовые сообщения

Проснулся Игорь только в 9 утра, позавтракал, радуясь всё ещё внушительной кучке продуктов, и записал голосовое Сергею: — Доброе утро, Солнышко! Надеюсь, ты сегодня спал. Сергей проснулся лишь через пару часов после того, как Игорь отправил ему сообщение. Звук на ночь отключил, наконец-то. Но как только проснулся, почти сразу взял в руки телефон, проверив сообщения от Игоря. Они были, Сергей счастливо улыбнулся, прослушав его. «Доброе утро, Игорь! Спал, да, только проснулся)» «Ты как?» — Прекрасно! — Тут же ответил Гром, и с размаху ударил стоящего рядом мужчину в челюсть кулаком, мужчина охнул и лёг. — Отличное утро выходного дня! «У тебя там точно всё хорошо?» «Где ты?» — Заволновался Разумовский, услышав удары. — Всё великолепно! — Самодовольный тон. — Солнышко, ты через час где-то сможешь спуститься, буквально минут на пятнадцать? Не сильно занят? «Смогу конечно» «А что?» — Увидишь, я напишу, до встречи, Солнышко! Игорь следующее сообщение отправил Разумовскому ровно через час. — Я тебя жду внизу! «Боюсь и иду» — Сергей усмехнулся, нажав на кнопку вызова лифта. Через пару минут он был уже внизу, и, выйдя из башни, увидел довольно побитого, но счастливого Игоря. — Оу… Игорь, что случилось? Ты где опять нарвался? — Сергей окинул Грома удивлённым и обеспокоенным взглядом. — А, да я в порядке. — С улыбкой отмахнулся Игорь. — Пойдём, не бойся, тут рядом. — Он бережно взял ладонь Сергея, и повёл в сторону от башни, туда, где был довольно глухой двор. И там, в этом самом дворе стояли четверо. Стояли едва-едва, опираясь друг на друга, и выглядели они просто в разы хуже Игоря. Те самые охранники казино «Золотой дракон». Сергей остановился даже, в шоке смотря на мужчин. Это… Это… — Игорь, это что?.. — Тихо спросил Разумовский, не отрывая взгляда от охранников. — Извините нас!.. — Произнёс чуть шепеляво один из охранников. — Ц-ц-ц! — Гром покачал головой, цокая при этом языком. И четверо мужчин разом рухнули на колени. — Уважаемый Сергей, простите нас за то, что посмели вас ударить! — П-простите, что разбил ваш телефон… — Заикаясь сказал второй. — Я… Я к-компенсирую стоимость нового, и вот, ваша с-симка и к-карта п-памяти! — И он протянул симку и флешку на окровавленной ладони — Простите, очень сожалеем!.. — Третий вытер кровь с лица рукавом. — Сэр, этого больше не повторится. — Негромко пробормотал четвёртый. Сергей чуть ли не с ужасом смотрел на мужчин, стоящих перед ним на коленях. Он долгое время просто молча стоял, не веря. — Игорь… Ты… Ты… Ты что сделал?.. — Тихий голос. Разумовский охреневше посмотрел Игорю в глаза. — Ты совсем, что ли?! Это… Это как называется вообще, это ужас, Игорь! — Паника в голосе. — Я ведь обещал, что они пожалеют. Серёж, я никому тебя обижать не позволю! — Игорь пожал плечами, забрал у охранника флешку и карту памяти, и посмотрел Сергею в глаза. — Ну что, отпустим их? Ты их прощаешь на первый раз? — Ты издеваешься?.. Прощаю, отпускай, блин! Ёбанный пиздец нахуй… — Пробормотал Сергей, закрыв лицо руками. Пригладил волосы, отворачиваясь. Гром махнул на них рукой, и четверо моментально поднялись, и ушли настолько быстро, насколько смогли. Игорь же обнял Сергея, осторожно, боясь испачкать его кровью. — Думаешь, это было слишком, м? — Слишком! Никогда больше так не делай, слышишь? — Сергей нахмурился, посмотрев Игорю в глаза. — Ещё и сам пострадал. Идиот. — Буркнул он, уткнувшись лицом Игорю в плечо. — Хорошо… Прости меня. Я просто слишком разозлился, они не имели права… Ладно, прости. А я — я-то в порядке, ну что со мной будет! — Улыбка окровавленными губами. — Я с тобой буду. — Вздохнул Разумовский, взял Игоря за руку. — Пойдём, туча. Хоть раны твои обработаю. — Да, будь со мной, я буду счастлив. — Довольно ответил Гром. — Идём, Солнышко, куда скажешь. — А если скажу на хуй пойти? — Хмыкнул Сергей, и потащил Игоря в башню, в свой кабинет. — На твой? — Рассмеялся Игорь. — А он у тебя большой? Сергей смутился, возмущённо посмотрев на Игоря. — Да иди ты в лифт. Нормальный, отстань! — Хорошо, пойдём в лифт. Хорошо, что нормальный! — Игорь несколько удивлённо осматривался. Какое всё стеклянное, красивое, чистое, просто блестящее, и дорогое. — Угу. — Разумовский прикусил губу. Они зашли в лифт, Сергей нажал на кнопку последнего этажа, и двери закрылись. — Красивая башня, как-то не бывал в таких. — О, он реально удостоился чести попасть в крепость Разумовского! Восторг. Сергей улыбнулся, кивнув. Вскоре они приехали на последний этаж, двери открылись, и Разумовский прошёл внутрь кабинета, потащив за собой Игоря. Диван, столик, стол с ноутом. — О! Ты реально спишь на этом диване?! Мне снилось это. Да, можно сказать — снилось, я засыпал, и мне показалось, что я вижу, как ты лежишь на диване, на этом самом. Сергей удивлённо посмотрев на Игоря, усмехнувшись. Оу, он ему так часто снится? Мило. — Ну да, сплю, и впринципе почти всё своё время нахожусь тут. Садись. — Сергей показал Игорю на диван. Игорь сел, а потом увидел автоматы с газировкой. — Ого! Зачем тебе столько? — Удивлённый взгляд. Сергей обернулся, тоже посмотрев на автоматы. — А… Ну… В детстве я всегда завидовал сверстникам, что могли позволить себе что-то такое. Так что, можно сказать, закрываю гештальт. Навёрстываю упущенное. — Неловкая улыбка, Сергей достал откуда-то перекись, вату и пару пластырей. — Неплохо. — Игорь-таки подошёл к автомату. — Можно? — Конечно! — Кивнул Разумовский, вздохнув, положил всё добытое им на столик около дивана. Гром набрал номер нужного напитка, нажал кнопку, баночка шевельнулась и застряла. Техника! Игорь замахнулся, чтобы ударить неработающую как нужно машину. — Игорь, Игорь! — Сергей заметил этот порыв избить его любимый автомат. — Это решается простой перезагрузкой, не бей автомат. — Разумовский подошёл к своему столу, нажал что-то, и банка тут же упала вниз. Игорь усмехнулся, взял баночку, и сел обратно на диван, косясь на пластыри. Они не особо ему нравились. — Что ты так смотришь на это всё, как Ленин на буржуазию? — Заметил взгляд Грома Сергей, взял со столика перекись и вату, сев рядом. — Хм. Никогда не видел как Ленин смотрит на буржуазию! — Задумчиво произнёс Игорь. — Вообще, когда я видел Ленина в Мавзолее, он не смотрел уже вовсе. Сергей фыркнул, промочив вату в перекиси. — На меня посмотри, туча. Игорь послушно повернул голову к Сергею. — Смотрю. Ты красивый! — Да ну. Ты красивее. Вон, какой разукрашеный весь. — Буркнул Сергей, начав обрабатывать царапины. Гром хмыкнул, и промолчал, чтобы не мешать Сергею заниматься тем, чем он тут решил заняться. Через минут пять Сергей обработал все ссадины, и наклеил на Игоря пластыри. Лишним пластырем зачем-то заклеил Игорю рот. — М?! — Возмутился Гром, и удивлённо поднял брови. Так даже газировки не попьёшь. А ещё, раны на губах от этого щипало, и Игорю казалось, что теперь пластырь отдерётся вместе с мясом. — Мгм. — Хмыкнул Сергей, и осторожно снял пластырь, подумав, что, наверное, это была так себе идея. Пластырь снялся легко и без проблем. — Спасибо! Спасибо за помощь, и прости, что отвлекаю тут тебя. — Гром открыл газировку, которая полетала, повалялась на диване, и теперь хлынула из банки фонтаном. — Бля! Ну ёбаный в рот… — Игорь вскочил, чтобы не облить диван, но себя он облил изрядно. Сергей посмотрел на Игоря, и тихо рассмеялся, убирая перекись и вату. Мокрый, растерянный Игорь, ещё и липкий теперь. Мда. — Прости! — Ну тебе-то за что извиняться? Не ты же меня испачкал. Кажется, выглядит это всё так, словно бы ты притащил бомжа с улицы! — Улыбка. — Не похож ты на бомжа, Игорь. — Улыбнулся в ответ Сергей. — Ты липкий весь, может, вымоешься? У меня душ есть. — Ну, у меня нет чистой одежды, не пойду же я домой голый! — Это, пожалуй, даже как-то странно было — мыться у Разумовского НА РАБОТЕ. — Могу свою одежду одолжить, у меня было где-то пару оверсайз вещей. — Пожал плечами Сергей. — Оверсайз? Хм. — Игорь представил трусы оверсайз и рассмеялся. — Да странно как-то мыться в офисе! — Да нормально, каждый день моюсь. — Сергей сел обратно на свой любимый диван. — Ну, ладно, пойдём. — Кивнул Гром. Сергей посмотрел на Игоря, усмехнувшись. — Такое ощущение, что ты приглашаешь меня мыться вместе с тобой. — Разумовский, всё же, встал с дивана, подойдя к Игорю. — Хм, я, конечно, не против, но ты преувеличиваешь — просто один я в твоей башне заблужусь, даже если ты расскажешь мне путь. И, да, а душ у тебя тоже сложный? А то и правда, пошли лучше вместе! — О… Ну, да, сложный. — Сергей смутился. — Он настраивается с помощью Марго. Ну, то есть, чтобы включить душ нужно попросить её его включить, и назвать температуру воды, которая тебе нужна. — Чё?! Э… Тебе секретарша душ включает?! — Пришёл в ужас Гром. — В смысле… А. — Сергей понял, что Игорь-то не знает, что Марго это искуственный интелект. Разумовский рассмеялся. — Господи, нет. Марго — искуственный интелект, голосовой помощник, моя личная разработка. Марго! — Позвал Сергей, и на огромном экране во всю стену появилась мультяшная голова беловолосой девушки с голубыми глазами. — Здравствуйте, Сергей. — Отозвалась она. — Е-бать!!! — Игорь перекрестился даже. — Кошмар какой… У тебя в душе говорящая голова… — В душе её нет, Игорь, не волнуйся. — Сергей прикусил губу, улыбаясь, сдерживая смех. — Я тебя обожаю. — Выдохнул он. — Давай ты просто настроишь мне душ сам? — Вздох. — Я тоже тебя обожаю, но твой мир пока слегка так сложен для меня. — Пойдём. — Сергей взял Игоря за липкую руку, и повёл в душ. Гром послушно шёл за Разумовским. Какая ж большая эта башня! И душ и правда сложный, а ещё — красивый, мраморный такой. — Симпатично. — Знаю. — Сергей настроил Игорю душ, дал одежду. — Если что — я рядом, ори. — Сообщил Разумовский. — Ага, договорились. — И Гром начал раздеваться, прямо при Сергее, скинул куртку, футболку, и начал снимать джинсы. Разумовский смутился, отвернулся и вышел. Тьфу на этого Игоря. — Не утони там. — Фыркнул Сергей. — Караул, тону! — Громко крикнул Игорь, и рассмеялся. — РАЗУМОВСКИЙ!!! ГДЕ В ЭТИХ СТРАННЫХ БАНКАХ ХОТЬ МЫЛО, ТУТ ПО-КИТАЙСКИ ВСЁ-Ё! — Тёмно-синяя бутылка, Игорь! — Отозвался Разумовский. — Хватит тонуть, мне труп твой некуда будет спрятать. — СПАСИБО! А, ну так приди и спаси меня! — Марго, спаси Игоря. — Крикнул Разумовский, и вода выключилась, вся остальная вода тут же утекла. — Блять, не работает твой душ! — Мокрый и абсолютно голый Игорь распахнул дверь ванной, вопросительно уставившись на Сергея. А ещё, он был в пене. Разумовский тут же отвёл взгляд, смутившись. — Иди обратно, идиот. Работает он, попроси Марго включить. — Не умею я! Сам попроси! А хочешь, я тебе нормальный кран сделаю, ну, такой, с которым не надо за жизнь разговаривать? — Уходить Игорь не спешил. — Игорь. Я тебя сам сейчас утоплю. — Пригрозил Сергей, и запихнул Грома обратно, закрыв дверь, не глядя на него. — Марго, включи этому уёбку воду. Гром довольный вернулся под душ, помылся, грустно вздохнул. Крана не было. Совсем. — Марго, выключи воду! — Крикнул Гром, ощущая себя шизофреником. — Хорошо, Игорь. — Отозвался откуда-то голос искуственного интелекта, и вода тут же прекратила литься. — Кошмар… — Буркнул Гром, вытерся, оделся и вышел. Толстовка какая-то подростковая прямо, а вот джинсы хорошо сели. Сергей окинул Игоря взглядом. — Фен дать? — Поинтересовался Разумовский. — Фен? Нахуя? — Изумился Гром, считая эту штуку чисто женским атрибутом. — Волосы высушить. — Пожал плечами Сергей. — Ты не знаешь, для чего нужен фен? — Я думал им только девушки пользуются, не? Мои волосы сами в течении минут десяти высохнут. Короткие! — Фен для всех, Игорь. — Нахмурился Сергей. — Я же не девушка. — Ну, у тебя-то волосы красивые, не спорю, их надо сушить, чтобы ровно, а я-то что? Не дуйся, Солнышко, я просто не знал! Ну, что для всех. Разумовский фыркнул, машинально пригладив рыжие волосы рукой. — Не нужен, так не нужен, так бы и сказал, туча. Гром обнял парня. — Не нужен, так и говорю. — И носом зарылся в рыжие волосы Разумовского. Сергей прижался к тёплому Игорю, обнимая в ответ. Какой хорошенький, тупенький Игорёшенька — прелесть! Разумовский невольно улыбнулся. Гром наслаждался запахом Сергея, его теплом. Он и правда пах солнцем, и чем-то летним, лёгким. Так приятно. — Сергей, вам звонит Дмитрий Шалушкин. — Послышался голос Марго. Сергей отлип от Игоря. — Извини, это по работе. — Разумовский пошёл в кабинет, потащив зачем-то за собой и Грома. И Гром послушно молча потащился. Тащат же! Придя в кабинет, Сергей Игоря отпустил, и взял в руки телефон, ответив на звонок, прокашлявшись. — Ало, да? Здравствуйте, Дмитрий. — Холодный, серьёзный тон. Гром просто сел на диван, и стал наблюдать за Сергеем. Такой сосредоточенный, серьёзный, рассказывает вещи, которых Гром не понимает вовсе, но, всё же, в целом это весьма занятно — видеть Разумовского другим, таким, каким его видит большинство людей. Сергей довольно быстро закончил разговор, ничего особо важного у Дмитрия не было. Разумовский положил телефон обратно на столик, неловко взглянув на Игоря. — Ну, и… Какой у нас план? — А у нас есть план? — Гром приподнял бровь, глядя Сергею в глаза. Его волосы уже и впрямь высохли. — Вот об этом я и спрашиваю. — Ты работаешь, я мучаю твой автомат с газировкой, а в полночь мы вместе ложимся спать на твоём диване! — Гром пожал плечами. — Как вариант. — А… Ты уверен, что тебе будет удобно?.. Диван не слишком широкий. — Сергей прикусил губу, думая, устраивает ли его этот план, и вообще, нормально ли соглашаться с таким планом? — Уверен, мы с тобой поместимся точно — тоже не слишком широкие. — Невозмутимо ответил Игорь. — Ну… Ладно. — Смирился Разумовский. — А песенку споёшь? — Усмешка. — Да, конечно же спою. — Кивнул Игорь. — Хоть две. — А двести? — Боюсь, нам не хватит ночи, но со временем спою и двести, если за вечер по две… То я уложусь за сто дней! — Отлично. — Сергей улыбнулся. — Кстати, всё-таки, не мучай автомат, я его люблю, он хороший. И бить его не надо. Он, может, сдачи даёт. — Хорошо, я буду с ним ласков, Солнышко. — Как мило. — Заметил Разумовский, и посмотрел на время. Три часа дня. Нормально. Время ещё есть. Почти девять часов. Гром сидел тихо, Сергея он не отвлекал, лишь иногда брал что-то из автомата, но бить его не пытался, а ещё раз попросил Марго довести его до туалета. Благо, смыв там был нормальный, кнопкой, не нужно было просить Марго убрать за тобой дерьмо. Обратно он даже вернулся сам, понемногу начав запоминать устройство коридоров этого этажа. — Серёж? — Тихо позвал он около семи вечера. — Прости, что отвлекаю, на вот, поешь. — И он поставил перед Разумовским поднос с тёплой едой. Да, где и что Марго подсказала, и Гром даже сам приготовил картошку с мясом и салат, поджарил тосты, сварил кофе — то, что нашлось на кухне. — Оу… — Сергей удивился даже, посмотрев на еду. — Спасибо большое, Игорь! А ты сам-то ел? — Разумовский вскинул взгляд на Грома. — Тоже сейчас поем, мои порции вон, на столике, Марго отказалась есть! — Улыбнулся Игорь. Сергей тоже улыбнулся, вздохнув. — Ну, приятного аппетита тогда. — Сказал он, тыкнув вилкой картошку, засунул в рот. — М… А вкусно! — Приятного аппетита! — А Грому даже понравилось вот так заботиться о Сергее. Да, он умел готовить, просто сам-то он обойдётся. А вот Разумовский должен питаться хорошо. — Спасибо. — Кивнул Сергей. *** — Солнышко, ночь! — Игорь окликнул Сергея без десяти полночь. В целом, выходной прошёл просто отлично, правда, Гром, наверное, впервые за очень долгое время ничего не делал, и действительно отдыхал, это было странно. — Устал? Хочешь чего-нибудь? Например, тёплого молока с печеньем перед сном? — Сам Гром хотел просто уснуть в обнимку с Разумовским, он давно этого хотел, и сейчас ему нетерпелось улечься уже. А ещё, не хотелось уходить завтра на работу, и целый день проводить без Сергея, впрочем, это завтра, а сейчас у них есть ещё целая ночь. — Не надо, спасибо, Игорь. — Сергей улыбнулся, посмотрев на Грома поверх ноута. Быстро сохранил всё, привёл в порядок рабочее место, и встал из-за стола. — Найдётся запасная зубная щётка? — Гром потянулся, взял ладонь Сергея в свою, погладил нежные пальчики, коснулся щеки, убрал пряди его волос ему за ухо. — Найдётся, конечно. — Сергей смутился, отведя взгляд. Касания были приятны. — Тогда идём чистить зубы, и ляжем спать. Придумал, что мне тебе спеть, Солнышко? — Безумно мило смущается! Самый лучший. — Не придумал. — Вздох. Сергей взял Игоря за руку и повёл в ванную, подумав, что Грому, возможно, и щётки его не понравятся. Электрические ведь. — Тогда снова выберу я! — Игорь улыбнулся. А вот щётка была странной формы, ну да ладно, он выдавил пасту, и начал чистить. Сергей усмехнулся, покосившись на Грома, но ничего не сказал. Свою щётку он включил, и она жужжала, довольно громко. — Э… — Гром тоже нажал на кнопку, рассмеялся. — Вибратор! Ха. Аха-ха! — Это не вибратор, а электрическая зубная щётка, Игорь! — Улыбнулся Сергей. — Ну, электрический зубной вибратор! — Гром начал чистить включенной щёткой, а потом, вспомнив, ещё раз порадовался, что в туалете просто кнопка и просто вода. Сергей фыркнул, продолжив чистить зубы. А вот вода в кране включалась только тогда, когда к нему поднесёшь руки. Так что, с нормальной кнопкой был только туалет. Закончив с извращёнными водными процедурами, Игорь увёл Сергея обратно к дивану, нашёл внутри него плед, укутал Разумовского, нырнул под тот же плед, обнял парня, бережно прижимая к себе. Было удобно, и им вполне хватало места, тепло, уютно, Гром пока просто наслаждался близостью Сергея, улыбаясь тому, что вот они вместе, и это так прекрасно. Сергей прижался к Игорю. Ему нравилось быть с ним вот так, рядом, под одним пледом. На его диване. Это тепло и мило. Сергей уткнулся в плечо Игоря, думая, что, наверное, это странно — вот так спать с другом. Гром мягко коснулся поцелуем виска Сергея, а потом начал негромко петь, почти в самое ухо, гладя мягкие рыжие волосы: — За дальними морями, за тридевять земель, В сухом безжизненном лесу Стоит кривая ель. А рядом врыт железный столб, На нём ужасный кот, Стальные когти точит он, И в тишине поёт: Баю-бай, баю-бай, вечным сном засыпай, Баю-бай, баю-бай, Свою душу отдай, Баю-бай, баю-бай, Буду я тебе петь, И во сне колдовском Ты найдёшь свою смерть. Этакая песня-сказка, о коте, дарующем либо вечную жизнь, либо погибель. Сергей слушал, внимательно, почти не дыша. Гром пел очень красиво, что бы он ни пел, Сергею нравился его голос, его касания, и совсем скоро он уснул, прижимаясь к Игорю. Игорь был очарован, совсем всерьёз — спящий Разумовский был самым прерасным и милым человеком, из всех, кого Грому доводилось видеть. Он завис, и пару часов любовался сном парня, а потом тоже уснул, довольный, как никогда. Его Разумовский, его личное Солнышко.