Нянька

Месяц. Чёртов месяц прошёл с того дня, как он выбрался из Тёмной Обители, как Скрэтч перестал копаться в его голове, как Сага помогла ему с концовкой книги, как они вместе с Кейси вытащили его оттуда обратно в реальный мир. Однако главная дилемма оставалась нерешённой. Элис всё ещё была там. Если бы Алану не было так паршиво, он бы хорошенько посмеялся. Они с Элис раз за разом пытались вытащить друг друга из этой дыры, прыгали из одной реальности в другую, и у них никогда не получалось довести это дело до конца. Постоянно бегали друг за другом, безнадёжные любовники, в попытке ухватиться за запястье другого и оттянуть его обратно. Он так гордился ею. Алан знал, что ничего не мог с этим сделать, но ему становилось сложнее справляться с ненавистью к себе, когда он вспоминал, что Скрэтч мучал Элис по ночам. Жизнь сыграла с ней очень злую шутку, но она смогла найти способ бороться с этим страхом. Уэйк ненавидел Обитель и за то, что она отняла у него так много воспоминаний. Он бы съездил обратно в Нью-Йорк, вытащил эти два несчастных альбома с фотографиями со свадьбы, с отпусков и командировок, на которые Элис часто ездила вместе с ним. Алан не любил фотографироваться, но, когда у тебя есть девушка-фотограф, в которую ты влюблён по уши, это может иметь свои привилегии. Альбомы заполнены фотографиями. Он помнил, как Элис оставила последний разворот второго альбома для их путешествия в Брайт-Фоллс — как же он ненавидел это название, — чтобы заполнить его фото отсюда. У неё всегда была слабость к горным пейзажам. Она успела сделать только эту единственную фотографию на пароме, которую Алан уже даже не увидит, потому что всё кануло в этом треклятом озере посреди леса, которое теперь вызывает ледяной холодок по спине вместо эстетического восхищения. Он бы отдал всё, чтобы Элис снова сфотографировала его. Она улыбнулась бы, подставляя фотоаппарат к лицу, наругала бы за то, что Алан горбится и хмурит брови, рассмеялась бы от его выражения лица под щелчок камеры. Они не смогут вернуться к тому, что у них было. Да и до того, как Элис пропала, Уэйк не уверен, что это была любовь мужа и жены. Они стали чаще ссориться из-за проблем на его работе, но он не переставал ощущать на себе её заботу. Чем мог, тем и помогал ей. Когда он вернёт Элис, им точно предстоит долгий разговор. Элис опасно рядом с ним. Чёрт возьми, всем опасно рядом с ним, он и сам не чувствует себя в безопасности в те моменты, когда его сознание начинает вырисовывать различные образы. Тёмная Обитель будет преследовать его ещё очень долго, если не до конца жизни. Этот пунктик будет висеть над ним тяжёлой тенью, ограничивая во взаимодействии с людьми. Алан чувствовал, что изменился. Тёмная Обитель забрала у него всё, что он считал самим собой разумеющимся — жену, друга, популярность. Осознание того, что ему снова нужно привыкать к реальности, к обычной жизни просыпалось к вечеру, когда на улице темнело, а рука сама тянулась к алкоголю. — Знаешь, если я ничего тебе не говорю по этому поводу, это не значит, что нужно злоупотреблять выпивкой, — раздалось откуда-то со стороны двери. Ещё одна проблема, появившаяся в жизни Алана, называлась Алекс Кейси. И как только его потянуло написать про угрюмого, занудного детектива? Он поднял глаза на вошедшего в комнату человека и крепче сжал бутылку. Проигнорировав его слова, Алан наклонил её над стаканом и вылил последние капли виски. — Неужели? — поднял он брови с лёгкой насмешкой. — Это не шутки, Уэйк, — заявил Алекс, развязывая галстук быстрым движением и откидывая его на стул напротив Алана. — Ты должен соображать. Не хватало мне ещё разбираться с твоей писаниной на пьяную голову. Алан пропустил смешок, но его рука замерла на стакане. В горле встал тяжёлый ком. Постоянное внимание к его персоне не было чем-то необычным тринадцать лет назад. Сейчас постоянный надзор никем иным как его же написанным персонажем — ну ладно, может, это и не соответствовало реальности в полном размере — ощущался как вторая кожа. И в самом плохом смысле. После того как они выбрались из Тёмной Обители, Сага оставила Кейси присматривать за горе-писателем, а сама решила вернуться домой, чтобы провести время с Логан после всего, что с ней произошло в Брайт Фоллс. Алан не стал её удерживать здесь, потому что чувствовал глубокую вину перед ней. Хотя его очень успокоило то, что Андерсон пообещала вернуться и закончить расследование. Однако прошёл уже месяц с лишним, а от Саги они получили звонок только на прошлой неделе. Она рассказала, что они с Логан и Дэвидом слепили снеговика из внезапно выпавшего в ноябре снега. Алан не участвовал в разговоре, но слышал, как глубоко вздыхал и низко смеялся Кейси. Сага не сказала, когда вернётся, а значит, Уэйк проведёт ещё некоторое время наедине со своей нянькой. Не сказать, что Алекс был этому тоже рад. Он постоянно странно косился на Алана, первое время даже тянулся к пистолету, когда тот терял контроль над своими мыслями и говорил о Тёмной Обители обрывками фраз. Каким-то чудесным образом ему всё-таки удалось убедить Кейси, что Скрэтча больше нет, и поэтому он был в безопасности. Эти недели тянулись мучительно долго. В первую неделю Алан совсем не спал: Кейси выкинул упаковку кофе, которую купил ранее. Вместо этого в холодильнике появилось молоко, которое Алекс нагревал им обоим ближе к полночи. Это тоже не продлилось долго, потому что уже на четвёртый день Кейси воскликнул, что он ему не мамочка, и Алан заставил себя нагреть молоко самостоятельно. Удивительно, но оно помогало. В совокупности с таблетками, конечно. В первые ночи Алан время от времени просыпался в холодном поту, но уже на середине второй недели проспал всю ночь. Первое, что спрашивал у него по утрам Алекс: что ему снилось. Алан был не до конца уверен, вошло ли это у него уже в привычку или он каждый раз заставлял себя это сделать, потому что Алан Уэйк, страдающий от бессонницы, не принёс бы ничего хорошего им обоим. — Я не пишу уже почти месяц, — процедил сквозь зубы Алан, наблюдая за тем, как Алекс приближается к нему. Тот забирает стакан с виски и опустошает его залпом, чуть кривясь лицом. — Я ничего не делаю уже месяц! Вместо этого я торчу здесь, в этом сраном номере, и слушаю новости о том, как они отстраивают повреждения, нанесённые моими словами. Кейси хмурится — хотя вроде это было его обычное выражение лица — и опускает стакан на стол. — Поэтому ты считаешь, что пить и ныть о том, какой ты несчастный, — это хороший выбор? — Тот скрещивает руки на груди. Алану казалось, что он сейчас взорвётся. — Ты знаешь правила. Я не держу тебя здесь как какую-нибудь принцессу. Тебе разрешено покидать стены этого номера, но только под моим присмотром. Я не хочу разбираться с ещё одним Илмо. — Алекс резко махнул рукой, выражая своё недовольство от воспоминания. Илмо пытался убить Алана около трёх недель назад. Несмотря на то что Коскелла заявлял, что никогда бы не лишил жизни человека своими руками, Алекс нашёл у него в заднем кармане пистолет. «Я же не могу точно знать, он ли это или то, что убило моего брата!» — воскликнул он тогда. Алекс не мог его винить в этом, все жители города были потрясены произошедшим, но Илмо всё-таки отсидел свою заслуженную неделю в изоляции. Кейси навещал его почти каждый день, чтобы услышать подробный рассказ о том, что происходило с ним и его братом в тот период, когда над ними висела опасность Скрэтча. — Тебе не придётся, — пробурчал Алан, вперившись тупым взглядом в стол из тёмного дерева. Закат за окном красиво падал на его лицо персиково-золотым отблеском. Было очень необычно видеть солнце спустя столько пасмурных и морозных дней. — Да ну? — фыркнул Кейси. — Ну смотри: если Андерсон вернётся, когда тебя сожрёт этот город — я не буду защищаться, а так и передам ей твои слова. Ты большого мнения о себе, Уэйк. Уэйк. Кейси. Они так и не научились называть друг друга по именам. По правде говоря, у них никогда не получалось разговаривать, как это делают нормальные люди. Постоянно эти споры, насмешки, неуместные шутки и напряжённые молчаливые взгляды. Алан не имел права злиться на него. Несмотря на то, что внимание Алекса могло быть вызвано опасением, Кейси всё равно заботился о нём. Покупал продукты, готовил еду, приносил стакан воды, если Алан будил его посреди ночи криком, даже пытался успокоить. Уэйк доверял ему в это время, потому что был уверен, что Кейси не раз сталкивался с эмоционально тяжёлыми моментами во время своей работы. Обычно он просил назвать пять вещей, которые Алан видел в комнате. Когда паника охватывала его, он вспоминал этот способ и немного успокаивался. В конце концов, если бы не он, вряд ли Алан сейчас был жив и здоров. После встречи с Илмо он отделался лишь небольшим синяком чуть ниже рёбер с правой стороны. Алан глубоко вздохнул, проводя ладонями по лицу. — Я просто… — он издал звук, чем-то похожий на стон и рык вместе. — Я не могу придумать. Я не знаю, что мне делать. Как мне помочь ей в этот раз. Если я возьмусь за новую книгу, это снова изменит реальность. Пострадают люди. Я ищу способы каждый день, но рано или поздно всё заканчивается этим. Алекс взглянул на то, как он махнул рукой на бутылку виски, и вздохнул, покачав головой. — Ну уж нет, кофе ты меня лишил, но алкоголь я не выкину, — заворчал он, опускаясь на стул, стоящий ближе к Уэйку. — Похоже, мне просто придётся каждый раз забирать у тебя бутылку. Алан приоткрыл глаза и взглянул на него из-под подрагивающих ресниц. — Где ты сегодня был? Кейси встретился с ним уставшим взглядом. В комнате горела только напольная лампа у дальней стены, попадая тёплым светом на правую половину лица детектива. — В «Вальгалле». — Он откинулся на спинку стула, разведя ноги. Одна из них чуть подрагивала. — Уже давно надо было туда зайти. Андерсон просила проверить, как они там поживают. — А её дедушка?.. — голоса Алана затих на полуслове. — О Торе и Одине ничего так и неизвестно, — покачал головой Кейси. — Эй, — заметив поникнувший взгляд собеседника, тут же начал он, — они ведь говорили, что знают, что делают, когда отправлялись за Андерсон, так? Смотри на это с положительной стороны. Может, оттуда они смогут помочь нам вытащить твою жену. — И нам всего лишь нужно дождаться Сагу, — фыркнул Алан. Он не сразу поверил ей, когда она рассказала о своих способностях. Благодаря этой особенности она становилась ещё более ценным союзником. Хотя было странно удивляться этому, когда его слова меняли реальность. — Роуз просила зайти. — Уэйк тяжело вздохнул от этого имени. Ему казалось невозможным, что после всего случившегося эта сумасшедшая девушка была его фанаткой. Вряд ли у него вообще остались фанаты. — Сказала, что в прошлый раз ты был так сильно занят спасением мира, что она даже не успела тебе ничего рассказать. — Рассказать что? — Не смотри на меня так. Я не знаю, что происходит у неё в голове. — Алекс ухмыльнулся. — Ты приехал в этот город тринадцать лет назад. Может, она хочет тебе рассказать увлекательную историю, как они здесь выживали, пока тебя не было. Она любит поболтать. Алан кивнул несколько раз, поджав губы. Он стал постукивать подушечками пальцев по столу, пытаясь успокоиться. Уэйк хорошо относился к Роуз — она только и делала что помогала ему, но её чрезмерное внимание к его персоне было тяжёлым грузом на плечах. — И как они поживают? — Кейси нахмурился на этих словах. — Старики. — Они в порядке. — Он потянулся за упаковкой сигарет в заднем кармане брюк. — Как и все пожилые люди, они не перестают разговаривать о произошедшем даже спустя время. Мне пришлось обмануть их, чтобы спастись от ещё одного часа воспоминаний молодости. — Зажав между зубами сигарету, Алекс поджёг её кончик. — Сказал, что ты отравился. — Как мило. — Алан не заметил, что засмотрелся на то, как Кейси чуть откинул голову назад, убирая сигарету от губ. Уэйк уже привык к этому запаху, и ему было всё равно на плохое влияние на лёгкие. Алекс снова ухмыльнулся. — Если ты продолжишь в том же духе, то это очень скоро станет реальностью. — Ты заботишься о моём здоровье? — хмыкнул Алан, сжав пальцы на столе в кулак. — Да, чёрт возьми. Потому что если это не буду делать я, то этот город пострадает в третий раз. — Ты слишком большого мнения о себе, Кейси, — передразнил его Уэйк, не сумев сдержать лёгкой улыбки. Алекс, затянувшись сигаретой, пропустил смешок. — И как только твоя жена выносила тебя, — пробормотал он, заставив Алана поджать губы. — Я и сам часто задавался этим вопросом. Кейси выпустил дым, чуть отвернувшись от Уэйка. Алан на секунду подумал, что на лице того отобразится сожаление. «Выносила». Звучало так, будто её уже не было в живых. Но это не могло быть правдой. Элис жива. Он уверен в этом. — Знаешь что, принцесса, — просипел Алекс, поднимаясь со стула, — давай сегодня прогуляемся. Тебе надо подышать воздухом. Сколько ты не выходил из дома? Уже четвёртый день? Я слышал, что свежий воздух полезен для мозга. Алан поднял голову, проследив за тем, как тот поправил свою одну из многих белоснежных рубашек. — Приглашаешь на свидание, Кейси? Алекс встретился взглядом с писателем и, когда с его лица исчезло явное удивление, ухмыльнулся. — Ты, блядь, такой странный, — покачал головой он, подходя к окну и выдыхая сигаретный дым. Алан проследил за его длинными ногами и отвёл взгляд на пустой стакан. На дне ещё осталась капля виски.

* * *

Плеск воды успокаивал. Улицу у причала освещали несколько фонарей, но под крышей беседки было довольно темно. Оно и лучше — возвращаясь к Алану из закусочной, Кейси бы не уловил то, как заслезились глаза Уэйка. Он быстро скрыл это, потерев руками лицо, пытаясь казаться уставшим. — Если бы я не успел взять этот кофе, я бы сбросил тебя в воду прямо сейчас, Уэйк, — заявил Алекс, облокачиваясь свободной рукой о перила. Алан хмыкнул, оглядываясь на детектива. Тот сменил рубашку на свитер, когда-то подаренный Сагой, и накинул чёрное пальто, купленное по скидке в магазине на прошлой неделе. Они задержались, потому что Алан надел слишком мало одежды для погоды в ноябрьский вечер, и ему пришлось вернуться в номер за более тёплой одеждой. — Какой это стакан по счёту за сегодня? — Он смотрел за тем, как Кейси поднёс стаканчик к губам и скривился, похоже, не прочитав надпись на крышке о том, что кофе может быть горячим. — К твоему сведению, первый, — пробурчал тот. — Утром их кофемашина была сломана. — Наверное, поэтому ты сегодня был настолько злым. — Алан встретился с ним взглядом, и тот нахмурился. — Хотя… погоди. Ты всегда такой. Почему ты не поехал в Уотери? Там вроде целый парк развлечений посвящён кофе. — Я похож на человека, который будет гулять по парку аттракционов? — вскинул брови Кейси, и Уэйк невольно улыбнулся, отведя взгляд. — До Уотери немало ехать. Да и я не настолько кофеман, чтобы ехать в другой город за стаканом кофе. — Американо? — поинтересовался Алан, получив в ответ удивлённое молчание. Он и сам не ожидал, что их разговор станет таким нормальным. — Всегда. С одной ложкой сахара. — Алекс отпил немного кофе и глубоко вздохнул; Уэйк даже уловил его аромат. — А ты привередливый, — решил пошутить писатель, поправив шарф в клетку. Роуз доброжелательно отдала Алану старые вещи, завалявшиеся в кладовке «Вальгаллы». Как-то раз, когда температура на улице опустилась до нуля, она появилась на пороге их номера рано утром с большой коробкой в руках. Она очень хотела увидеть Алана, но Кейси заверил её в том, что он «болел». Поэтому Уэйк стоял здесь в потрёпанной куртке тёмно-синего цвета с вышитой гитарой и ярко-жёлтой молнией на спине. Наверняка она принадлежала Тору или Одину. — Кофе сам по себе горький. Мне хватает горечи в жизни, — сказал Кейси, облокотившись о перила второй рукой так, чтобы ему было удобно в такой позе подносить к лицу стакан. — Для этого в кофе добавляют молоко. — Посмотрите на него, — проворчал своим низким голосом детектив, — каков гений. — Сделав небольшую паузу, он отпил ещё кофе. — Андерсон обычно берёт капучино. Я считаю, что оно ничем не лучше мыльной воды. Алан лишь хмыкнул на это, вглядываясь в гладь озера. Солнце уже давно зашло за горизонт, позволяя звёздам искриться на небе. Со стороны воды дул лёгкий ветер, приятно охлаждая кипящую от мыслей голову. — Я всё ещё не могу уложить в мыслях, что это озеро стало порталом в ту дыру, в которой ты застрял, — чуть тише сказал Алекс. — Чёртова паранормальщина. Писатель ничего не ответил на это, только поджал губы и кивнул. Тринадцать лет назад он тоже и подумать не мог, что такое возможно. Вот бы вернуться назад и сказать Элис, что он не хочет уезжать из Нью-Йорка. Он ведь действительно не хотел. Алан перевёл взгляд на Кейси и тут же заметил, как тот ухватился обеими ладонями за горячий стакан. — Что? — нахмурился Алекс. Уэйк едва заметно усмехнулся, отворачиваясь. В голове всплыла фраза детектива о том, что на улице холодно, поэтому «он не собирается затаскивать его отмороженную задницу обратно в гостиницу». — Ничего. Сегодня на небе была полная луна — редкость, учитывая, что в последние дни небо было заполнено тучами. Она ярко светила чуть выше горы напротив этого берега, красиво отражаясь в воде где-то на середине озера. Спокойный вечер. — Знаешь, Уэйк, — глубоко выдохнув, начал Алекс. Алан снова взглянул на него. — Иногда мне кажется, что ты похож на это озеро. Глубокое, тёмное, с кучей дерьма на дне, но сверху оно всё равно красиво блестит. — Пауза. — И я, чёрт возьми, не знаю, как тебя вытащить целиком, но я пытаюсь. Алан на секунду замер. Слова, сказанные из губ Кейси, звучали слишком странно и инородно. Слишком приторно, слишком не в его стиле, словно он пытался сказать что-то колкое, что-то со своим фирменным сарказмом. И Алан в какой-нибудь другой день обязательно придумал бы что-то похожее, чтобы скрыть свою неловкость от общения с ним: тринадцать лет в изоляции сильно сказывались на нём. Однако в его голове пустота. Слова Кейси грели тем, что его ещё кто-то пытался спасти, и ему снова становилось тепло. — Спасибо, Алекс, — вместо этого произнёс Алан, встретившись взглядом с Кейси. Казалось, собственное имя, услышанное от Уэйка, немного сбило его с ног, смутило, но Кейси продолжил стоять прямо, не отводя взгляд с лица писателя. Уэйк шмыгнул носом, отвернувшись первым. Молчание нарушал только едва слышный плеск воды и внезапно раздавшийся женский смех где-то на улице сверху. Через какое-то время Алекс отошёл от Алана, чтобы выбросить стакан в урну с другой стороны. — Ладно, принцесса, — подал он свой хрипловатый низкий голос, — тут становится холоднее. Пойдём обратно в номер, чтобы Андерсон не приехала к двум простывшим идиотам. Уэйк кивнул, оттолкнувшись от перил. — И не смей меня больше так называть, — пробурчал Кейси, спрятав ладони в карманы пальто. — Это было ужасно. — Я знаю, что тебе понравилось. — Алан не смог сдержать улыбки, заметив, как детектив закатил глаза.