How To Disappear Completely

Когда Эндрю проснулся, никого в комнате не было. Только он один. Его состояние ощущалось настолько странно, что ему не оставалось ничего, кроме как подумать о том, что события последних двух дней, — слишком яркий сон. Что никакого рыжего, голубоглазого беглого пациента своей же больницы он не встречал, что никуда он вовсе не ехал. В мгновение у него заболело все тело одновременно. Ему казалось, что он способен почувствовать боль каждой клетки организма. Эндрю не потянулся за таблетками, не встал с кровати, а остался лежать с зажмуренными глазами. Было прохладно и темно, ветер с приоткрытого окна дул прямо на него. Он открыл глаза и некоторое время наблюдал за разноцветными фигурами перед собой. Негромко доносящиеся голоса откуда-то с другой комнаты вроде бы были похожи на голоса Ники и Эрика, потом появился женский голос, наверное, Кейтлин. Его дыхание было прерывистым, будто он о чем-то тревожился, и эта тревога набирала обороты. Тело постепенно расслаблялось, боль болезни ушла на второй план, но боль тревоги за что-то почти несуществующее осталась. Он стиснул зубы, стараясь взять себя в руки, стараясь контролировать свой рассудок. Если это был сон, если он был сном, ему хотелось поспать ещё немного. Эндрю потянулся на кровати, выставил вперед руки и пошевелил кистями. То же он провернул с ногами. Пока он делал ленивую зарядку, его глаза привыкли к темноте. Он осмотрел свою кровать и неожиданно для себя осознал, что находится не в своей постели. Парень задержал дыхание и быстрыми движениями головы осмотрел комнату. Бар, Клайро, Маттео, Хорхе, Нил. Все это было не сном. Он просто спал слишком крепко, настолько, что счел реальность за мираж. Голоса снизу ошибочно приняты за голоса родственников, но если прислушаться, то они же совсем разные. Наверное, сейчас ещё нет восьми, потому что бар пуст, Эндрю даже отсюда может это понять. Голос Маттео очень звучный, есть ощущение, что он говорит прямо за дверью, а не этажом ниже. Кровать Нила пуста и аккуратно заправлена. Если бы Эндрю не знал, то мог бы подумать, что на этой постели никто не ночевал. Нил, в общем, очень следит за своими вещами, хоть их и немного. Использовав что-нибудь, он обязательно уберет, поставит так, будто вещь и не брали. Можно скинуть все на дотошность, если бы сам Нил не был бы чересчур странным. Очевидно все это он делает не из любви к порядку. Анализировал ли Нил Эндрю так же, как Эндрю анализирует Нила? Так ли важен анализ в их ситуации? Эндрю, последовав за незнакомым пациентом, уже обрек себя. Тогда же он решил позволить себе то, чего раньше никогда бы не позволил. Год назад он бы и не подумал поехать с кем-то, кого знает полчаса, за сотни километров. Он и не подумал бы делить с ним комнату, слушать его истории и немного делиться своими. Ночью Эндрю пообещал Нилу рассказать о себе. Эндрю никогда никому не рассказывал своевольно о себе, если только не Би. Потому что если бы он не рассказал ей, то не смог бы измениться. Ему не нравится думать о том, что он изменился, но так оно и есть. Эндрю сейчас и Эндрю те же шесть лет назад — разные. И ему комфортно с тем фактом, что кроме неё, никто не знает. Никто и не догадывается. Так он оставался монстром, которого остерегались, которого не понимали и ненавидели. Узнай другие, то о нём начали бы думать по-другому. Жалость. Вот, что они бы испытывали. Не страх, а жалость. И от одной мысли, что на него смотрят жалостливо, тошнило. — Эндрю? — прошептал голос с дверного проема, — Ты спишь? Нил тихо зашёл в комнату и посмотрел на лежащего Эндрю. — Больничная пижама уже не в моде? — первое, что сказал Эндрю, отчего Нил неловко улыбнулся. Видимо, это была идея Клайро переодеть его. Сравнивая стиль женщины и одежду, которая сейчас на Ниле, определённо можно уловить сходство. Черные джинсы слегка свисали, но выглядели относительно гармонично, благодаря ремню, удерживающего их от падения. В темноте немного сложно рассмотреть цвет, но, кажется, футболка была темно-красного цвета, ее рукава доходили до локтей, а воротник сидел впритык к шее. Даже так Эндрю знал, что Нил выглядит хорошо. Но теперь ещё сильнее заметно его худобу. — На ней было больше грязи, чем чего-либо еще. Не помню, где я мог ее так испачкать, — с задумчивым лицом произнес Нил, — Ты голоден? Я не хотел завтракать без тебя. Они сделали из меня рабочего, и я красил стены. Представляешь, когда я закончил, то понял, что покрасил не тем цветом…Клайро уехала, не хочешь помочь мне скрыть косяк, пока она не явилась? Она слишком хорошего мнения о нас, а мы скоро уезжаем. Я обязательно должен был все испортить. Нил снова тихо посмеялся, на что Эндрю выгнул бровь. — Это же просто стена, — сказал он, вставая с кровати, — Не проблема. Эндрю встал перед Нилом и включил лампу, стоящую на тумбочке. В комнате появился тусклый свет, едва ли доходящий до углов и противоположных участков. Но главное, что так они могут видеть друг друга. Видеть реакцию, видеть эмоции, а не гадать и предполагать. Лицо Нила было уставшим, синяки под глазами стали ярче, а скулы заметнее. На вид ему даже было тяжело моргать, не говоря уже о чем-то другом, ведь его веки так медленно и будто нехотя закрывались и открывались. Он прикусил нижнюю губу, как делал это всегда при взаимном молчании. — Как я выгляжу? — поинтересовался Эндрю. Нил оживился и быстрее заморгал. — Э-э…в каком смысле? — Ладно, привожу пример. Ты выглядишь так, будто умрешь через неделю. — Мда. Значит, я соответствую своему внешнему виду, — Нил удивлённо замотал головой и хотел отвернуться, но Эндрю притянул его за край футболки. — Ну? — ждал Эндрю, — Говори. Нил чуть задумался и прищурился, оглядывая Эндрю. Он мотал губами в разные стороны, обдумывая ответ. Эндрю не торопил его, давая все время на мысли. Ему было интересно, выглядит ли он так же истощенно? Сам он не мог дать себе объективную оценку. Он ведь видит себя каждый день, а Нил впервые увидел его совсем недавно, невозможно, чтобы тот не задумывался об этом. — Вообще, это нечестно, — выдал Нил. Эндрю закрыл глаза от неудовлетворения и томно вздохнул. — Почему? Что значит «нечестно»? — Я тоже могу сказать, что ты выглядишь так, будто умрешь через две-три недели, но это вряд ли тебе понравится. Давай по-другому. Они зависли в таком положении на некоторое время, совсем позабыв, что стоят в сантиметрах друг от друга. Эндрю уже знал, как развернуто ответить, поэтому он с забавой глядел, как Нил, склонив голову вбок, размышляет. — Я начну, — прервал тишину Эндрю, — Ты худеешь с каждым днём, выглядишь жутко слабо, связи между твоим состоянием и твоим поведением нет. Тебе плохо, но ты притворяешься, что бодрый и полон сил. Не знаю, как ощущаешь все это ты, но, учитывая, внешнее проявление болезни, я бы не сказал, что ты чувствуешь себя так же хорошо, как ты это показываешь. Нил внимательно дослушал и промычал. — Теперь я. Сначала добавлю, что я скидываю все отличия «внешних проявлений» на специфику наших болезней. Но да, ты выглядишь вялым, я бы сказал, тебе тяжело и ты быстро устаешь. Как и я. Но мы изначально различались…формами тела, поэтому на мне изменения заметны в большей степени. Нил остановился и будто хотел продолжить, но сначала он повнимательнее посмотрел на Эндрю. — Но мне нравится, как ты выглядишь. Ты относишься к категории хорошо выглядящих дохляков, — усмехнулся Нил. — Ты о другом, — со странным взглядом добавил Эндрю, — Когда я говорил, что ты выглядишь плохо, я имел другое «плохо». Нил с непониманием поднял брови и снова нервно прикусил губу. — Что? — Я уже говорил, что ты идиот? — тяжело вздохнул Эндрю. — Ну, было пару раз, — невинно пожал плечами Нил и, наконец, направился в сторону выхода, зовя Эндрю с собой, — Бар пустой, поедим, покрасим эту стену и можно уезжать. Они прошли по коридору к лестнице и отсюда услышали гул снизу. Нил шел первее, но был медлительным. Эндрю заметил, что сейчас он спускается с большим трудом, чем вчера. И от этого вида и понимания Эндрю снова осознал, как мало им осталось. Как мало ему осталось. Однако было понятно: если Нил умирает постепенно, то Эндрю может откинуться каждый раз, когда начинает кашлять. В такие заходы кашля он всегда задыхается и без посторонней помощи не может собраться. Выблевывая кровь, задыхаясь ею, когда она заполняет горло, рот, а это ему не в новинку. И скорее всего Нил застанет его в таком виде. Внизу их встречает Хорхе, держащий в руках музыкальную шкатулку и инструменты. Он был злым и ворчал себе под нос, покачивая головой, когда отвертка не проходило в нужную точку. И больше никого. Пару минут назад, когда Нил шел за Эндрю, здесь, в углу за столиком, ещё сидел Маттео. Сразу в глаза бросается та самая стена, отличающаяся цветом от других. Творение Нила. Глядя на неё, он стыдливо оборачивается. —Клянусь, я выброшу эту проклятую коробку в мусор! — прикрикнул Хорхе и только потом обратил внимание на них, — О, желтый пришел. Доброе утро. — А я оранжевый, — тихо сказал Нил в ухо Эндрю, — Примерно угадал, как он назовет тебя. Эндрю осмотрел помещение и заметил столик с тарелками. Классический завтрак: яичница, сосиски и кофе. То, чего так давно хотел Эндрю, учитывая, что у Аарона началась ЗОЖ эра, и он почти полностью избавился от всей нормальной еды. Столик был круглый с прозрачной скатертью, а по сторонам два стула. В тишине они сели и принялись завтракать. — Уже остыло, — пожаловался Нил, закидывая сосиску в рот. Они ели молча, уставившись на еду, перекидываясь парой фразочек. Сегодня было довольно-таки прохладно. Уже середина сентября, но в их штате жаркий климат. К несчастью многих. Эндрю не любит жару, но и не фанат мороза. Но если тепло одеться в конце осени, то будет приятно. Сейчас прохладно, окна бара настежь открыты, отчего холодный ветер врывается в помещение. Эндрю чувствует, как кожа покрывается мурашками, и былая неприязнь к холоду притупляется. — Холодно? — Нил поднимает заинтересованный взгляд, — Я открыл окна, чтобы проветрить, тут витал какой-то кошмарный запах. Если тебе холодно, я закрою. Эндрю оторвался от еды и посмотрел в сторону окон. — Нет, не холодно. Нил понимающее покачал головой и продолжил завтракать. Хорхе тихо занимался своими делами, они втроем не мешали друг другу. Общество Хорхе было комфортным, потому что от него доносились только звуки ворчания и недовольства. Позавтракав, они отложили тарелки и, как просил Нил, решили перекрасить стены. На полу лежала краска, малярные кисти, перчатки и другие нужные предметы. Работа не была сложной, тем более стены не сказать что большие. Если они поделят работу, то к приезду Клайро все будет готово, и она ничего не заподозрит. Таков был план Нила. Нил передал ему вторую пару перчаток, сам надел свои, и они приступили к работе. Как оказалось, для «особого» эффекта Клайро смешивала два разных цвета и только потом красила. А Нил, взяв одну, не слишком задумывался. Сейчас, смотря на стены разных цветов, он даже не может поверить, что совершил такую глупость. Когда Эндрю ему так и сказал, для собственной защиты Нил скинул вину на плохую освещенность. Так и пошла работа маляров. Они красили стены через одну. Одна стена была за Нилом, следующая — за Эндрю. — Я уверен, ты красишь как попало! — возмутился Нил, — Иначе как ты уже почти закончил эту стену, когда я даже не на половине? — А может ты хочешь ускориться? — не оборачиваясь, поиздевался Эндрю. Нил вздохнул. Вся его новая одежда снова испачкана. Он попросил Эндрю повернуться, но тот, видимо, слишком аккуратный. Когда они закончат, то сразу же отправятся в дорогу, но он грязный и не хочет пачкать салон машины, а просить новую неловко. Возможно, поэтому он тянет время. Дает краске засохнуть, чтобы не пачкать сидение. — Ты плохо спал? — Эндрю вытащил Нила из мыслей. — Было тяжело заснуть. — Тогда зачем так рано встал? — Эндрю, наконец, повернулся, кладя кисть на пластик. — Мои биологические часы, я привык вставать в это время, — Нилу стало скучно стоять одному, он подошел к Эндрю и сел на пол. Тот одарил его странным взглядом, но после сел напротив него. — И что мешало тебе заснуть? — Э-эм…я бы сказал, мне трудно заснуть, когда темно-темно. — Рядом с твоей кроватью была лампа, если ты не забыл, — удрученно напомнил Эндрю, — Ты предпочел страдать? Мученик. — Большинству не нравится спать даже с малейшим проблеском света. Если бы я включил свет, наверняка тебе было бы сложнее заснуть. Они сидели в турецком стиле, уставившись друг на друга. Нил сидел у незатронутой части стены, поэтому он, не задумываясь, прислонил голову к поверхности. — Я бы все равно заснул, свет бы меня не покалечил, — раздраженно посмотрел Эндрю. — Нет, покалечил бы. Я читал, что мелатонин не вырабатывается, когда горит свет. Так что… — Нил, — перебил его Эндрю, — Вспомни, сколько нам осталось, и напоминай себе каждый раз, когда подобные мысли придут к тебе в голову. — Ты итак умираешь, зачем мне добивать тебя? — язык Нила заплелся, и он пару секунд безнадежно пытался что-то выпалить, пока не отчаялся. Хорхе покинул бар, они остались совсем одни. Запах краски уничижительно влиял на них, но они настолько им пропитались, что уже не замечали его. Лицо Нила все больше наполнялось противоречивыми эмоциями. Он беспомощно размахивал руками, но в конце они бездыханно упали на колени. — Я родился в плохой семье. Эндрю не ожидал этого от Нила сейчас. Он резко перескочил с темы сна на родню. Теперь он понял, что творилось с ним последние секунды. Эндрю серьезно посмотрел на него, действительно желая, чтобы тот продолжил. — Мой отец был плохим человеком. Моя мать…взяла меня и сбежала. Так начались годы скитаний, которые длятся и по сей день. И…я с самого начала понял, что ты тоже…странный? Мы оба странные. Да, так и есть. Нил говорил с опущенной головой, уставившись на свои руки, которыми он нервно двигал. Для него в новинку рассказывать эту часть своей истории, но он с самого начала решил, что не будет ничего утаивать. Нил не знал, какой будет реакция Эндрю, предполагал, но не мог сказать точно. Он вкратце и более мягко рассказал ужасную историю, но готов поделиться деталями. — Насколько плохим? — бесстрастно спросил Эндрю, не показывая никаких эмоций. Наверное, это и подбодрило Нила. — Он был убийцей. И многие годы искал нас с мамой. Очевидно не для того, чтобы погладить по голове. И деньги, — Нил оглянул комнату, — Мама перед уходом немного опустошила сейфы. В какой-то момент Нил перестал понимать эмоции Эндрю. Как будто никогда и не мог. Эндрю специально нацепил на себя эту маску, вероятно, чтобы Нил ни о чем не догадывался. Но какую же от этого он чувствует досаду. Нил пытался всмотреться в каждый миллиметр лица парня, ища ответы, но оно было бесстрастным. Он даже и не знал, что Эндрю может так. — Я сначала думал, что нужно подождать хорошего момента, чтобы рассказать. Поэтому не торопился. А сейчас…у меня плохое предчувствие насчёт своей жизни, и я не уверен, доживу ли я к завтрашнему дню. Я ведь пообещал рассказать, и представь, возьму и умру. Кто я после такого? — настроение Нила улучшилось, он тихо посмеялся и решил встать, чтобы докрасить свою стену. — Что отец делал с тобой? — спросил Эндрю, потянув того за край футболки. — Разное, — Нил пожал плечами и посмотрел на другие столики. Эндрю по примеру Нила тоже встал и посмотрел на него испепеляюще. — Ты должен останавливать меня, когда я перехожу черту. — Мне…мне не хочется тебя останавливать. Нил смотрел, как Эндрю аккуратно берет в руки больше ткани его футболки и придвигает к себе. Миллион мыслей проносилось в голове, ему нравилась уверенность Эндрю, то, как он держится; в нём было что-то, за что Нилу хотелось хвататься. — Тебе не понравится, — выкинул Эндрю и отвернулся к стене с кистью в руках. Ошеломленный и слегка разочарованный Нил остался стоять на своем место, уставившись на спину Эндрю, уже принявшегося за работу. Нил сам не знал, чего ожидал, он не может дать объяснение ни своему поведению, ни поведению Эндрю. Ему просто нужно ещё чуть-чуть подумать, и всё само решится. Добил его тот факт, что стена Эндрю выглядела красивее его стены. Что ещё может пойти не так? Подумал он, прежде чем повернулся и ногой задел три банки с краской. Те в ту же секунду опрокинулись и залили весь пол. Краска медленно текла по полу, заходя в небольшие проемы. Нил не затревожился, не поторопился, не запаниковал. Он достиг той точки, когда чрезмерная реакция не спасет ситуацию. Наоборот, лучшее, что он мог сделать, — не паниковать. Он выбрал оптимальный вариант. Блять. Ему точно пиздец. Теперь не только ему. Им точно пиздец.

***

— Ну и ну, — Маттео взялся на голову, смотря на их творение, — Не, стены замечательные, но…Что это? Все посмотрели на пол или на то, что от него осталось. Были видны попытки оттереть ее, но они обернулись крахом. Огромное пятно, резко контрастирующее с другой частью пола, находилось в самом видном месте. Нил стоял позади Эндрю, гуляя взглядом по комнате и нервно сжимая нижнюю губу. Эндрю чувствовал, как тот постоянно тянет его сзади, то ли извиняясь перед ним, то ли подталкивая его говорить вместо себя. Эндрю закатил глаза и устало вздохнул. Клайро с убитым видом сидела за стойкой, Маттео, только что увидевший картину, ошарашенный стоял перед ней, интенсивнее рассматривая. А Хорхе все еще возился с музыкальной шкатулкой. Он был первым, кто увидел разлитую краску, но его реакция была не яркой, он не придал большого значения произошедшему, кинув простое «Никто же не умер» и сев на свое место с отверткой. Эндрю наблюдал за угнетенным видом Нила и хотел сказать что-нибудь, что заставило бы того легче отнестись к ситуации, но Нил на этот раз проигнорировал колкие замечания. — Они же не бар взорвали, чего вы так драматизируете, господи, — Хорхе откинул отвертку в сторону и поставил шкатулку перед собой. — Крас… — хотел было начать Эндрю. — Эндрю, дай ключи, — перебил его Нил, наконец, спустя полтора часа заговорив. Эндрю без лишних вопросов прошелся по карманам, ища предмет. Когда Нил получил их, то повернулся к двери и направился к выходу. Не может же он сбежать. Уход Нила был настолько неожиданным, что все непонимающе уставились друг на друга. В баре было пару человек, которые не обращали на них особого внимания. Клайро все еще уныло сидела за стойкой. Она понимала, что не может попросить их исправить все, потому что они уезжают, поэтому ей придется самой оттирать или вовсе менять. А пол, который она так радостно выбирала пару лет назад, как сказал продавец «очень чувствительный», поэтому она не могла предсказать, что будет с ним после. Она уже обдумывала, когда сменит его, куда пойдёт, купит ли новый, более качественный и, к сожалению, более дорогой. В прошлый раз все было сложно, потому что в ближайшем магазине сидит очень неприятный типок, которого она больше не планировала видеть. Даже Эндрю уже засомневался в происходящем, но в следующий момент Нил зашёл внутрь, держа красный пакет в руках. Эндрю помнит этот пакет, он нашел его вчера в салоне, но не успел выкинуть. Похоже пригодился. — Это…надеюсь, как-нибудь поможет и загладит мою вину, — Нил поставил пакет на стойку ближе к Клайро и снова встал сзади Эндрю. Взгляд Клайро недоверчиво метался между братьями, но те не повели себя оборонительно, поэтому она с большей уверенностью взяла в руки пакет и заглянула внутрь. Её глаза тут же расширились, а брови взлетели. — Господи! Э-э…ребятки, не стоило, это…это слишком много, вы чего, — Клайро, охая, передала пакет Хорхе с Маттео. Окружающие зеваки, услышав интонацию женщины, глазами приклеились к красному пакету. Эндрю загородил видимый участок собой, чтобы те ничего не могли рассмотреть. Видимо, там были деньги. И он почти уверен, что Нил даже не считал, прежде чем закинуть, а скорее взял наобум. Он посмотрел назад и увидел того же нервного Нила. Идиот. Дал им столько денег и всё равно нервничает. Клайро вздохнула и подошла к ним, она тоже видела, в каком состоянии был Нил. — Тебе не следует так себя винить, — она по-матерински положила руку на его плечо и аккуратно гладила, — Я все равно хотела сменить этот скучный пол. Вы просто создали мне безвыходную ситуацию. Нил снова тыкнул куда-то в спину Эндрю, но на сей раз без ясной причины. Он тихими шагами вышел вперед и облегченно улыбнулся. — Спасибо за ночлег, — все-таки заговорил Нил, — И за истории. Последнее в большей степени было обращено к Маттео и Хорхе, и те это поняли. Хорхе встал, неся в руках музыкальную шкатулку, и остановился перед ними. Он безмятежным взглядом осмотрел их с головы до ног. — Вам бы помыться, я вам пригоню свои старые вещи, — мужчин вытянул руку со шкатулкой, — Пока вы красили и страдали, я ничего не делал. Неправильно это, что вы пашете не на своей земле, да? А потом за это нам ещё и платите, ну и придумали вы. Вот, держите. Не зря же весь день чинил. Эндрю принял шкатулку с его рук и с прищуром взглянул на неё. Что-то ему подсказало, что она очень даже во вкусе Нила. Обстановка в помещении резко поменялась. Эндрю мысленно усмехнулся, раздумывая, подобрела бы ли Клайро, если бы Нил не притащил деньги. Но зато тот расслабился и не стоял как вкопанный. Хоть какие-то плюсы. Слишком драматичная ситуация для тех, кто знает друг друга день.

***

Через час они, искупанные и в новой одежде, стояли у своей машины. Клайро, Маттео и Хорхе попрощались с ними ещё в баре, поэтому они снова в первоначальном составе. Нил даже не осознавал, как соскучился по угнанному Мерседесу, поэтому сейчас стоял в обнимку с капотом. Маттео одолжил им свою карту, чтобы они облегчили себе поездку. Нил раскрыл её сразу же, как они сели внутрь. Она была огромных размеров, отчего пришлось наполовину её закрыть, оставив на виду только три штата. Нил взял маркеры разных цветов, которые тоже одолжил Маттео, и начал проводить линии, ища лучший вариант. Эндрю назвал его задротом, когда увидел позу и сфокусированность Нила на деле. Спереди, у окна, они выставили ту самую музыкальную шкатулку Хорхе. Нил, как и предполагал Эндрю, был в восторге от нее. Она была золотисто-красно-сине-зеленая, на ней были фигурки трех танцующих лягушек вокруг мальчика, вероятно какого-нибудь принца; по разным уголкам видны звездочки. Лицо мальчика изображено очень детально, можно даже прочитать его эмоции. Когда Эндрю сказал, что мальчик в раздумьях, Нил поспорил, предположив, что тот, возможно, грустит. — Зачем ему грустить? Три лягушки, почти с него размером, танцуют вокруг, естественно, он ничего не понимает, — покачал головой Эндрю. Нил цокнул языком, взял в руки шкатулку, отложив карту с маркерами, и приблизил к себе. — Нет, видно же, что грустит, — наставил он, — Подумай. Может все не так. Да, три лягушки танцуют вокруг него, но, возможно, ему грустно от того, что он не может веселиться с ними. Потому что он отличается. Думаю, лягушки слишком высокомерные и не хотят принимать его. Эндрю некоторое время молчал, а потом глянул на него. — Ладно, звучит неглупо, принимаю твое мнение. — О, — торжественно произнес Нил, — Спасибо вам, господин, вы такой щедрый. — Прекрати, — Эндрю закатил глаза. Нил приложил голову к стеклу и прикрыл глаза. Они договорились, что сначала поведет Эндрю из-за плохого самочувствия второго, а потом поменяются. Но Нил ощущал досаду: его клонило в сон, но и разговаривать тоже хотелось. В голове все намешалось, и он раздумывал над следующей историей. Можно рассказать про его бесчисленные попытки найти работу, про то, сколько разных профессий он уже распробовал; или про то, что ему нравится. А можно и спросить, что нравится и не нравится Эндрю. Или… — Когда умерла твоя мать? — спокойно спросил Эндрю, вырывая Нила из сна. Тот резко открыл глаза и некоторое время приходил в себя. — Вроде семь лет назад, — протянул сонно Нил хриплым голосом, — Мне было семнадцать, тогда я ещё не забил на свой день рождения, поэтому помню. Эндрю думал над ответом Нила и пришел к следующему вопросу. — Как она умерла? Нил ожидал этого. — Люди отца смогли найти нас, ранили её. Она умирала, но бежать надо было, поэтому… — Нил никому не рассказывал про это и в мгновение ему стало не по себе от того, что он знает, какую реакцию получит. Что если это чересчур для Эндрю? Что если он вышвырнет его с омерзением из машины? — Поэтому что? — спросил Эндрю из-за длительного молчания Нила. — Поэтому я убил её. Они оба замолчали. Нил снова стал кусать нижнюю губу, страстно желая, чтобы Эндрю не вышвырнул его. — У нас больше сходств, чем я думал, — хмыкнул Эндрю. — Чего? — Нил странно посмотрел на него, — Ты тоже убил свою мать? — Ага. — И ты… — Сначала закончи свое, — перебил его Эндрю. Нил вздохнул и быстро заморгал, переводя взгляд на окно. — Я не хотел её смерти, это же моя…мама? Да, не хотел. Ей было больно, кровь была повсюду, мы сидели в продырявленной от пуль машине. Она потеряла слишком много крови, было понятно, что не выживет. Кроме того, мы не могли пойти в больницу, а у меня не было врачебного опыта. Она сказала мне уходить, а я застыл. Ноги прилипли. Я вышел с машины, мама смотрела на меня, уже хотел захлопнуть дверь и побежать, но не смог. Мама сказала мне не плакать, сказала, если я не уйду, то мне будет плохо, причем она еле дышала. Дура, потратила последние слова на ругань. Я знал, что не мог уйти и оставить все так. Представь, полиция найдёт машину с мертвой женщиной внутри. Опасно. Поэтому я решил избавиться от следов. Решил сжечь. Но мама была внутри, и я не знал, умерла ли она или просто лежит. Я тогда впервые захотел застрелиться. Кроме мамы у меня никого не было, — последними словами Нил будто оправдывался за мысли, — Я на самом деле и не знаю, почему не застрелился. Но вот насчёт мамы я не был уверен, поэтому и не хотел рисковать. Если бы я сжег машину, а она ещё была жива, то…получается, я бы сжег свою маму заживо. Ужасная боль. Я подумал об этом и решил сначала застрелить её. Как бы поступил ты? Эндрю дернул бровью. — Если бы это была моя мать, я бы не особо думал, будет ли ей больно или нет. — Ты бы сжег её? — Нил выглядел удивленным. Эндрю лишь пожал плечами, — Должно быть, она делала что-то ужасное. — Не со мной, с моим братом. Она била его, а я предупреждал её. — Она била его, но не била тебя? С чего бы такое деление. — Надо было сказать с начала, — Эндрю понял, что Нил не совсем понимает, — Изначально она бросила нас обоих, но, послушав мольбы своего брата, забрала одного. — И это был не ты, — закончил Нил. — И это был не я. Нил снова снял обувь. Вся его одежда была подарена Хорхе, кроме той самой медицинской обуви. Она была легкой, и Нилу это нравилось. Он скинул их с себя и поднял ноги на сиденье. — Она путала нас, вообще-то и на мою долю пришлось. Но я не Аарон с его стокгольмским синдромом и не разрешал ей своевольничать. В один из таких дней, когда она нас перепутала, мы ехали с ней в машине. Я сделал все, что мог, чтобы она не выбралась из неё живой. — Авария? — предположил Нил. — Да. — Но ты тоже мог умереть, верно? — Я не планировал выживать, — без особых эмоций ответил Эндрю. Нил затих, анализируя услышанное. Эндрю опустил окно, и прохладный ветерок резко заполонил машину. — Перепутала? — Нил был в недоумении, — Она была настолько пьяна? — Мы близнецы. Даже боковым зрением Эндрю видел легкий шок Нила. — О. Я даже и не думал. Близнецы. И какого это? — Ноль веселья. Он зануда. — А как он отреагировал на ее смерть со своим стокгольмским синдромом? Эндрю хмыкнул. — Мы начали нормально разговаривать только в прошлом году, когда он узнал, что я в волоске от смерти. За годы в университете мы изменились. Думаю, если бы это произошло во время учебы, ситуация была другой. — Мда. А я боялся, что ты за мою историю больше не будешь со мной разговаривать. — Сходство есть, но я никогда не жалел о сделанном. — А? — непонимающе спросил Нил, — Я не говорил, что я жалею. Наоборот, я даже рад…что она умерла. Не потому, что не любил ее, а потому, что так легче. И ей, и мне. Она слишком устала от беготни, а я стал свободнее. Если бы я слишком устал и отчаялся, то мог бы убиться без лишней мысли. — Но ты продолжил убегать от отца. — Потому что я хотел жить. Наверное, это мать мне привила, но что было, то было. — Ты сейчас слишком спокойный для того, кого ищет отец-убийца. — Потому что он меня уже не ищет, — Нил откинул голову назад, — Он сдох два года назад. — Что нам на руку, а то пришлось бы и с ним разбираться, — отметил Эндрю. — Оу, — лениво улыбнулся Нил, — Ты бы убил его для меня? Эндрю с уставшим взглядом посмотрел на него. — Идиот. Они отошли от обмена правдами и перешли на более легкие темы, в которых Нил был спецом и снова мог делиться недавно полученными знаниями. Нил серьезно глядел на карту и точками показывал Эндрю, через что они проедут и что бы ему хотелось увидеть. Нил заметил, что Эндрю начинает уставать, поэтому предложил поменяться, когда они доедут до Невады. — Бывает, что мне хочется потянуть тебя за руку, но я заметил, ты не фанат такого, — заключил Нил, — Тебя вообще нельзя трогать или я могу расчитывать на поблажки? Сейчас Нил выглядел как кот, сидящий в ожидании. Его отросшие волосы прикрывали глаза, но они не становились менее заметными. Каждый раз Эндрю планировал сделать что-нибудь с собой в такие моменты, когда ему хотелось. Но Нил просто не давал этому прекратиться. Он будто только и делал, что игрался с ним, а Эндрю всякий раз велся. — В зависимости, каких «поблажек» ты хочешь, — уточнил Эндрю. — Я уже сказал. — И ты ограничишься этим? — поинтересовался Эндрю, сжимая руль покрепче. Нил не ответил. Он сидел в раздумьях долгое время, а когда понял, что ответить, уже было поздно, прошло достаточно много времени с вопроса Эндрю, и ему стало неудобно отвечать спустя сто лет.

Добро пожаловать в Неваду

Чуть дальше от знака располагался небольшой магазин. Нил предложил Эндрю купить поесть или чего-нибудь другого и передохнуть. Перед магазином стояло пару машин, а у входа смеялись четыре женщины. Нил, уверив себя, что это не безлюдное место и они в безопасности, направился вперед. — Я возьму холодную воду, — раздумывая, произнес Нил, — Чипсы? Давай. Владельцем небольшого магазина был пожилой мужчина, он улыбался каждому гостю и всякий раз предлагал помощь. Рядом с кассой стоял большой рыболовный набор, мимо которого Нил точно не мог пройти. — Ох, прошу прощения, — жалостливо сказал владелец, — Он не продается. Дело в том, что это мой набор. Мы с сыном должны были поехать на рыбалку, но у него снова появились дела. Нил взглянул на мужчину, а потом перевел взгляд на Эндрю. Потом ещё раз на мужчину и снова на Эндрю. Эндрю уже все понял. Мужчина с интересом наблюдал за ними. Магазин был уже пуст, похоже, те женщины были последними. А Нилу снова не хотелось быстро доехать до океана. Ему нужно высосать все, что можно, из последних дней жизни. — Ты когда-нибудь рыбачил? — прошептал Нил.