Я буду кормить твоих бесов с руки если ты успокоишь моих

- Дон Сик! Дон Сик, это я! Джу Вон! Пожалуйста... Пожалуйста, посмотри на меня. Мужчина как то оцепенело, медленно поднял голову, не меняя позы, из-за чего Джу Вон слишком явно возвышался над ним. Ему пришлось пригнуться, чтобы не было такой гнетущей разницы. - Дон Сик... Ты... - Джу Вон старательно пытался поймать взгляд напротив, усилием воли взяв себя в руки и понизив тон голоса. Но Дон Сик продолжал смотреть на собственные колени, загнанно дыша. - Ты слышишь меня? - он чувствовал, как непроизвольно кривится лицо в смущении. - Я... Я не... - у него не получалось подобрать слов. Что вообще можно сказать в такой ситуации? С чего начать? - Я не должен был всего этого слышать. Знаю, но... Пожалуйста, отреагируй хоть как-нибудь? Пожалуйста? Я не должен был просто стоять и... - молодой человек не знал, что сказать. Мысли с бешенной скоростью метались в голове в такт сердцебиению. - Твои слова... То, что ты сказал? Это... - Джу Вону было необходимо успокоиться. Из них двоих эту ношу должен был взять на себя он. У них не было выбора. - Это правда? Дон Сик, наконец, поднял на него взгляд. И этот взгляд был полон ужаса. - Как... Много ты слышал? - мужчина вообще перестал понимать, что происходит. - Что ты вообще здесь делаешь? Ты и правда здесь? - ему казалось, что он путает сон с реальностью. Выдает желаемое за действительное. - Да! Да, конечно, конечно, я здесь! Вот. Чувствуешь? - он взял ледяные руки Дон Сика и прижал к своей груди в жалкой и бессмысленной попытке согреть их. Он уже насквозь промок и замерз, но продолжал сидеть на холодной земле. - Я держу тебя. Дон Сик не отводил от него взгляда, как только уцепился. - Сказанное тобою... - Да. Мужчина прервал его, не дав повторно задать тот же ужасно волнующий его вопрос. - Да это правда. Каждое сказанное слово. - боже, он выглядел таким уставшим. Уставшим и отчаявшимся. - Но это не имеет значения. Джу Вон почувствовал себя так, словно его сначала подняли на поверхность воды, а потом вновь тут же окунули с головой, не дав и секунды вдохнуть. - Что? Как?... Почему? - он совсем потерялся от последних сказанных слов. - Тебе нельзя здесь оставаться. Уж точно не ради меня. - сказано это было так, словно человек очень сильно пытался уверить себя в том, что говорит. Говорил одно, а глаза выдавали совсем другое. Джу Вона всегда это поражало, при каждом взаимодействии с Дон Сиком. Было невероятно видеть, сколько разнообразных граней сочеталось в одной личности. От дерзости, буйности, в какой-то степени даже безумия, до так ярко выраженных доброты, понимания, милосердия и заботы. Джу Вон видел все это. Он видел Дон Сика разбитым и отчаявшимся, готовым упасть в темную бездну, разинувшую пасть и ожидающую его. Видел его горящие от безумия и жажды справедливости глаза, готовым пролить кровь обидчика. Видел его нежную, добродушную улыбку, обещающую, что все будет хорошо, которой хотелось верить. Все это было и еще не раз будет. Но сейчас... Сейчас Джу Вон обомлел от осознания того, что видит в лице и позе Дон Сика. Кротость. Покорность. Он ничего не просил и ничего не ждал. Довольствовался тем, что есть, боясь потерять даже эти крохи, как и все остальное, что у него отобрали в течение жизни. И это было неправильно. Что то настолько неправильное и несочетающееся с этой натурой, Джу Вон поклялся себе в ту же секунду, что больше никогда в жизни не позволит так сложиться судьбе, чтобы еще хоть раз нечто подобное появилось на этом лице. - Тебе не следует здесь оставаться, если не хочешь загубить свою жизнь окончательно. Уезжай.- очень быстро запал Дон Сика перешел в смирение. Буквально за те несколько секунд, что молодой человек молчал. И почему то стало так больно. Больно от того, как легко на словах человек, так близкий его сердцу, отказывался от него. Даже не оставил выбора. Больно и обидно. - Почему ты?... Решаешь за меня? Ты готов так легко отказаться от меня? - язык еле поворачивался, говорить такое было безумно тяжело. В тот же момент лицо напротив исказилось от боли и подрагивающих губ. - Мой милый Джу Вон, ну что ты такое говоришь. У молодого человека сперло дыхание от такого обращения в свой адрес. Как человек мог секунду назад прогонять его, а потом говорить такое? Да еще и с такой нежностью и сожалением в голосе, что хотелось зажать уши руками. - Ты готов отказаться от меня? А ради... Ради чего? Какой такой благой цели? - Ради тебя. Джу Вону пришлось сморгнуть слезы, накатывающие с новой силой. Он чувствовал, как приближается истерика. - Меня? Это то, чего ты хочешь? Дон Сик зажмурился, опустив голову и поджав плечи. Из его груди издавался то ли плач, то ли смех. Или и то, и то. - Ответь! Почувствуй мое сердце, посмотри мне в глаза и скажи, что это то, чего ты хочешь! Мужчина по прежнему отказывался поднимать голову. - Пожалуйста... - Джу Вон понизил голос до шепота за секунды потеряв весь пыл и гнев. Человек перед ним был напуган. Это было видно по его позе, глазам и отчаянному сопротивлению к зрительному контакту. - Чего ты хочешь, Дон Сик? Чего хочешь ты? Не что от тебя требуется, чего от тебя все ждут... Не что требует твоя совесть. Что говорит тебе сердце? - Мое сердце говорит мне... Что я не могу заставить тебя остаться со мной. Тебе незачем оставаться здесь. - его голос превратился в болезненный шепот. Джу Вон смог разобрать слова только потому, что склонился над самой его головой. - Тебе не нужно заставлять меня. Я сам хочу остаться, слышишь? Здесь. С тобой. Это все, чего я хочу. Один вздох и Дон Сик резко вздернул голову. - Да что за чушь ты несёшь, придурок малолетний?! - и дернулся назад, пытаясь вырваться из хватки. Джу Вон не позволил ему этого сделать, лишь сильнее прижал его сжатые руки к собственной груди. Слова злые, колкие, он практически прокричал их ему в лицо, но вышло довольно слабо. А голос полон боли и отчаяния, в то время как глаза широко раскрытые и сильно покрасневшие от солёной влаги, которой, казалось, нет конца. - Я говорю то, чего хочу. И в ответ еще раз спрашиваю тебя: чего хочешь ты? Пожалуйста, Дон Сик. Одно слово. От тебя требуется сказать всего лишь слово, и я останусь. Умоляю тебя. - Джу Вон и правда был готов умолять, в очередной раз стоя на коленях. Все, что угодно, лишь бы этот человек перестал пренебрегать собой и своими желаниями хоть раз в жизни. - Одно твое слово и я либо останусь и помогу тебе справиться с болью, потому что хочу, либо уеду, и мы оба навсегда останемся несчастными до конца жизни, пока кто-нибудь из нас не пустит себе пулю в лоб от боли в разбитом сердце. - он чувствовал, как мужчину трясет. Его дальнейшие слова были крайне жестокими. - Мне уйти? - Нет! Пожалуйста... Не уходи. Не оставляй меня. Все. Это все, что Джу Вону нужно было услышать, прежде чем сгрести напуганного Дон Сика в объятья. Как только он это сделал, шедшую трещинами плотину прорвало, и мужчина буквально упал на его грудь, вцепившись руками в ткань одежды, сотрясаясь от рыданий. - Держу. Я держу тебя. Дон Сик продолжал содрогаться от того количества эмоций, что наконец то нашли выход. Все только что произошедшее было слишком хорошо и похоже на сон, чтобы быть правдой. Но в голове у него набатом отдавалось лишь одно: "Не отпускай. Не отпускай меня, прошу. Пожалуйста, пожалуйста, держи меня, пока я не в состоянии самостоятельно стоять на ногах да и после тоже. Будь рядом. Боже, если ты есть, пусть это не окажется очередным бредом воспалённого сознания. Прошу. Я не переживу очередного удара. Не отпускай мою руку." Он чувствовал, как крепко Джу Вон обхватывает его везде, куда может дотянуться, его крепкие поддерживающие руки были сейчас всем, о чем хотел думать Дон Сик, все, на чем мог сосредоточиться. Однако к нему продолжали лезть мысли, полные противоречий и сомнений. И он не мог их сдержать, сознание помутнело и ослабло настолько, что мужчина и не заметил, как начал надрывно шептать сквозь слезы, положив голову на подставленное плечо. - Зачем... Зачем тебе это, Джу Вон? Зачем тебе это?... Зачем тебе я? "Милый, милый Джу Вон, зачем тебе такой искалеченный человек, зачем ты рушишь свое светлое, счастливое будущее? Зачем ты променял его на меня?" - Мое будущее никогда не будет светлым и счастливым без тебя. Я ни на что тебя не менял, ты - залог моего счастливого будущего. Ответ прозвучал над самым ухом, слышать такое было одновременно самым прекрасным и самым удручающим. Но сказано было так уверенно, настолько непоколебимо. Глаза уже совсем перестали видеть от воспаления из-за слез. А они все не останавливались. - Чшш. Все. Все хорошо, не молчи. Пожалуйста, не молчи, не сдерживай себя. Плачь, сколько просит твое искалеченное сердце. Я рядом здесь, чтобы удержать тебя. Я держу тебя. "Пожалуйста, не закрывайся от меня. Позволь быть ближе, позволь помочь. Позволь войти и добраться до самых болезненных ран твоей души и тела. Есть пределы того, сколько может стерпеть один человек, прежде чем... Прежде чем. А ты больше не один и никогда не будешь. Я здесь столько, сколько ты захочешь. Я буду бороться за тебя, если сам ты не в состоянии даже поднять голову. Не отталкивай мою руку." - Спасибо... Джу Вон лишь крепче прижал его к себе, зарывшись лицом в мокрые волосы, чувствуя, как на лице зарождается проблеск улыбки. Это не конец, ничего еще кончено. Но тошнотворный узел в животе значительно ослаб, оставив место переживаниям, но не тревоге. - Я не могу избавить тебя от боли. Никто не может. Ты... Жил под этим гнетом двадцать лет, такое невозможно пережить без отпечатка. Но я могу попробовать. Я хочу попробовать, попытаться облегчить ту вселенскую боль, что впитали твои глаза. Попытаться показать, что такое счастье. Чтобы ты вновь нашел в себе силы улыбаться. Силы идти дальше, жить, смеяться, дерзить, спокойно спать. Я так сильно хочу помочь тебе вновь обрести себя. Давай поможем друг-другу.