Крылья нашей свободы

      Глаза слепил яркий свет фонарика. Алфёдов закрывался от него, недовольно бормоча. Джаст лишь хихикал, но после всё же опустил его. Они осторожно шли по коридору, выглядывая из-за углов. Охранников не так много, но всё же они есть. Их шаги были тихими, почти бесшумными. Холодный пол обжигал лапы черта. Он никогда не носил обуви: особенность ног не позволяла. Алфёдову же было всё равно на это. Они пробежали коридор за коридором, оказавшись в библиотеке приюта. Снеговик вопросительно посмотрел на друга, он явно не знал, куда они придут. Джаст же просто достал ключи из кармана и, немного позвенев ими, открыл дверь. С тех пор как им исполнилось по 17, черту часто доверяли разные ключи, отчего он знал где комната охраны и как, в случае необходимости, туда попасть. Раз-два в неделю, под покровом ночи, он воровал ключи и водил Алфёдова по разным комнатам, где они раньше никогда не были.       Так, три месяца назад, они узнали что у них, оказывается, есть живой уголок в приюте. Настоящий. Там есть живые растения! Сочная трава ослепительного зелёного цвета, цветки, что дурманят своим ароматом, растения с большими и маленькими листьями. Одни были размером с чайную ложку, а другие даже больше руки снеговика. Джаст был крайне возмущён тем, что такое от них скрывают. Весь их город - огромная каменная коробка, в которой нет ни частички настоящей жизни. Проклятый купол закрывает их от мира, скрывая всё, что там есть. Он считал, что они должны знать о таком не только со страниц книг.       Дверь поддалась легко, чуть скрипнув петлями. В библиотеке они один раз были, однако мельком. Их тогда попросили принести пару книг со стола. Они это и сделали, не заходя никуда дальше, хоть и было интересно. А сейчас всё в их распоряжении. Зайдя внутрь, они стали ходить меж полок, смотреть корочки книг и искать что нибудь интересное. Джаст, судя по всему, был нацелен на что-то определённое. Ходил с фонариком, внимательно разглядывая каждую. Алфёдов же просто бродил, в полутьме мельком читая названия. Его больше интересовали обложки. Одна красочнее другой, не то что их учебники. Сверху красовалась большая надпись "Художественная литература". На одной книге - две девочки в красочных дождевиках, на другой - кошка на фоне неоновых небоскрёбов. Вон книжка с большим трактором, а тут мальчик с собакой.       — Алфёдов, иди сюда — за несколько полок от него раздался голос Джаста.       Снеговик побежал к другу, слегка запнувшись о стопку книг на полу. Небрежно поставив всё на место, он всё же дошёл. Чёрт сидел за столом, в его руках толстая книга.       — Вот, смотри — он закрыл её, оставив один палец между страницами, а после показал обложку — Конструирование.       Действительно, именно это было на ней написано. Она была чуть меньше листа А4, но очень толстая. Бежевая обложка, в центре которой белый квадрат. На нём, в стиле карандашного рисунка, были машина, корабль и самолёт. Джаст вновь открыл её на нужной странице. Алфёдов заглянул внутрь, прочитал пару строк и, чёрт готов был поспорить, ничего не понял.       — Это полезно. Мы по ней будем строить? — задался вопросом снеговик, отрываясь от страницы.       — Не совсем, но в основном да. Тут много информации о деталях, о которых мы не знаем. К тому же есть чертежи       — Ага... Только сможем ли мы забрать её? Мне кажется, та злая тётя заметит, если такой большой книги не будет.       — Да, тут ты прав. Именно поэтому сейчас мы будем переписывать самое важное. Сейчас я выделю тебе нужные строки, и начнёшь писать, а я буду перерисовывать чертежи и делать пометки там.       Он достал блокнот и ручку, протянув их другу, а себе достал пару ровных чистых листов и карандаш. Необходимое было выделено, и они приступили. Рука Алфёдова двигалась быстро, но изящно. У него, можно сказать, был каллиграфический подчерк. Он был левшой, что часто удивляло других. Его пытались переучить на правую руку, чтобы он был как все, но попытки оказались тщетными. Джасту же это нравилось. Он любил замечать детали, например то, что другой рукой, во время письма, Алфёдов постоянно теребил свои волосы. Немного спадающая на правую сторону лица чёлка постоянно подвергалась пыткам под пальцами снеговика. Он брал прядь, крутил её, тёр между пальцев. Его волосы были похожи на свежевыпавший снег. Пушистые, лёгкие и чистейше белые. У самого Джаста же они имели немного пепельный оттенок. Короткие пряди всегда стояли торчком, создавая забавную причёску. Но больше всего Джасту нравились глаза Алфёдова. Они, по его мнению, были самыми красивыми и необычными во всём приюте. В их мире преобладали люди, однако были и другие существа. Только таких не особо любили, и они оказывались в приютах куда чаще, чем обычные люди. Основной причиной обычно служила внешность. Не каждому хотелось иметь ребёнка с рогами, хвостами, шипами, необычным цветом кожи и прочим. А поскольку просто избавиться от таких не каждый может, да и это наказуемо законом, они почти со сто процентным шансом оказываются тут. Так и Джаст с Алфёдовым. Один - чёрт с угольной кожей, пепельными волосами, хвостом, когтями и клыками. Ещё и с необычными ногами, которые больше являлись лапами, не позволяющими носить обувь. Алфёдов же - снеговик, с идеально белыми волосами и кожей. У рта на щеках были небольшие точки, напоминающие угольки, что выстраивались улыбкой. И то, что Джаст больше всего любил - глаза. Абсолютно чёрные. Тёмная, непроглядная бездна, в которой ты видишь лишь отражение себя самого. И алые, словно кровь, зрачки. Джаст уже, кажется, придумал к ним десятки, если не сотни, ассоциаций: капельки крови, что появились при порезе; ягоды клюквы, только появившиеся в саду; закатные солнца, что садятся далеко за куполом, прямо как на картинках в книгах; две яркие фары новой модной машины; неоновые огни огромной телебашни и другие. Он мог придумывать бесконечно, любуясь и теряясь в них, полностью забываясь в мире. Например, как сейчас.       — Джу-уст, ты вообще слышишь меня? — Алфёдов смотрел на него, двигая ладошкой из стороны в сторону.       — Ээ.. Нет, прости, задумался просто.. — выйдя из ступора, протараторил он.       Алфёдов цокнул, закатив глаза. Такое происходило далеко не первый раз. Где Джаст постоянно летает?       — Я говорю, что закончил. Ты так долго сидел и смотрел в одну точку, что я уже волноваться начал. Всё нормально?       — Да, да, всё в порядке... Ты прям всё переписал, что я выделял?       — Ага — в его голосе чувствовалась гордость.       Джаст же с небольшим ужасом задумался о том, сколько он сидел так и таращился на Алфёдова.       — А ты закончил? — поинтересовался снеговик, заглядывая через стол к Джасту в листы.       Он наклонился, будучи уже чуть ли не лёжа. Своей рукой он взял ладонь черта и поднял. На листах виднелись карандашные рисунки самолёта, двигателя, пропеллера, шасси и прочего. Алфёдов с восхищением смотрел на это, любуясь нарисованной красотой. Когда он уже начал отодвигаться назад, Джаст сжал его руку, задерживая на месте.       — Джуст? — вопросительно спросил Алфёдов, не понимая, что парень делает.       Чёрт сам встал и наклонился навстречу. Их лица оказались практически вплотную. Горячее дыхание парня на щеке Алфёдова отдавалось теплом по телу, из-за чего его щека чуть заблестела в свете фонарика. Они смотрели друг на друга. Один непонимающе, другой решительно. И тут Джаст подался вперёд, прильнув губами к чужим, холодным, но мягким и желанным. Алфёдов широко распахнул глаза, смотря на него. Рука чуть дрогнула, а брови поползли наверх. Поцелуй был лёгким, почти невесомым.       — Прости... — тут же тихо сказал Джаст, собираясь уйти.       Но Алфёдов не дал, с силой сомкнувшись губами вновь. Теперь они оба были настойчивее. Рука снеговика легла на чужую щёку, очерчивая её, слегка поглаживая. Хвост Джаста обвился вокруг ноги Алфёдова, не желая отпускать. Парень буквально таял под напором. Их губы блестели от слюны и воды с кожи Алфа. Они не хотели отставать друг от друга, желая так и оставаться.

***

      Алфёдов открыл глаза, выйдя из объятий недолгого сна. Он поднял голову с колен, потирая щёки от соли после слёз. Он оглядел ангар, словно тут что-то могло поменяться. Но всё было так же: каркас самолёта за его спиной, приоткрытая дверь, чертежи на стене и он на полу. Алфёдов медленно встал, опираясь на металл позади. Он подошёл к порванному на полу листу. Взяв его в руки, он всё так же видел его подчерк, чуть кривой, написанный наспех, но всё же такой родной. Разные записи про детали, пометки с размерами и просто забавные словечки. В углу был маленький рисунок глаза. Небольшой, весь чёрный, с длинными ресницами и красным зрачком по центру. Губы Алфёдова тронула лёгкая улыбка. Он подошёл к столу и, взяв скотч, аккуратно соединил куски вместе, после повесив его снова на стену. Нет, он не бросит это дело. Как никак, это его мечта. Столько воспоминаний и усилий вложено, чтобы просто бросить всё сейчас? Тем более, не зря же он поступил на техническое направление. Должен оправдать своё место. Алфёдов решил, что воплотит их мечту в жизнь, чего бы это не стоило. Сделает всё так, как они хотели. Он подошёл к краю платформы, оглядывая улицы. Однако его взгляд очень чётко задержался на одном магазине - "Моторы". Отсюда он и начнёт.