Surviving the Present (Выживая в настоящем)

16 ноября (1945) 2005 – 5 февраля 2006 Стоя рядом с Гриндевальдом, Гарри позволил себе мгновение счастья. Как только он закончит с этим, он умрёт и воссоединится со Стивом и Баки. Высшее руководство знало о его разорванной связи душ и не ожидало, что он вернётся; отчасти поэтому Гарри приказали принести труп, а не пленника. К тому же они не хотели рисковать очередным побегом Гриндевальда. Держа палочку, Гарри произнёс заклинание, которое положит конец всему — и войне, и его личным страданиям. — Авада Кедавра. Он с небольшим удовлетворением наблюдал, как зелёный луч направился к бывшему Тёмному Лорду, но остановился, когда из теней вышел ещё один человек. Дамблдор. Я должен был догадаться, что он появится в последний момент, после того как я сделал всю тяжёлую работу. Стоя рядом с Геллертом, Альбус вызвал зеркало перед своим бывшим возлюбленным. Он не собирался позволить этому выскочке забрать его славу или убить его любовника. Как только майор Поттер будет устранён, Альбус «захватит» Гриндевальда, приведёт его в МКВ и присвоит всю славу себе. Увидев, как его заклинание отразилось на него самого, Гарри почувствовал только облегчение. Улыбнувшись, он опустил палочку, раскинул руки и откинул голову назад, приветствуя смерть как старого друга. Вот оно. Вот как он воссоединится со своим мужем и братом. Он снова увидит свою маму и встретит своих родителей. Это принесёт ему покой… Гарри проснулся, чувствуя себя отвратительно. Всё болело. Почему всё болит, если он должен быть мёртв? Простонав, он приподнялся на локтях и огляделся. Он ожидал оказаться на лугу, где загнал Гриндевальда в угол. Вместо этого он обнаружил, что смотрит на Хогвартс, превращённый в поле битвы. — Какого чёрта? Встав на ноги, Гарри осмотрел местность, надеясь увидеть кого-то знакомого или намёк на то, что происходит. Убедившись, что у него есть оружие и палочка в кобуре, Гарри осторожно направился к звукам боя. — Гарри! Какого чёрта ты здесь делаешь? Гарри в шоке обернулся на голос. Он не слышал этот голос уже десять лет. — Драко? Какого чёрта? Он был благодарен, что первым, кого он встретил, оказался друг. Большинство людей считали бы Драко Малфоя его врагом, но они ошибались. Во втором классе они столкнулись друг с другом в библиотеке, обменялись привычными колкостями, но затем Гарри пожаловался на Локхарта и его бесполезность. Согласившись с гриффиндорцем, Драко упомянул, что тоже занимается самообучением, и они договорились делиться книгами и знаниями. Учебные встречи стали чаще, и между ними завязалась дружба. Они поддерживали видимость вражды на публике, но втайне дружили. К концу третьего года Гарри считал Драко ближе, чем Рона или Гермиону. — Быстро! Иди со мной. Драко схватил Гарри за руку и потащил в укромный угол, где Люциус и Северус планировали следующий шаг. — Где ты, чёрт возьми, был последние десять лет? — Глупый вопрос, но… какой сегодня день и год? — Шестнадцатое ноября две тысячи пятого, — ответил Драко, выглядя совершенно растерянным. — О, Мерлин, — Гарри рухнул на землю. Он хотел заплакать: он вернулся в своё время, но его Стив всё ещё был мёртв. — Гарри… — Драко опустился рядом с расстроенным мужчиной. — Что с тобой случилось? — Я даже не знаю, с чего начать. Слишком многое произошло. — Почему бы тебе не начать с того момента, когда ты и Диггори исчезли во время третьего испытания, — предложил Северус. Он видел, что Поттер многое пережил за время своего отсутствия, но ему могло понадобиться спокойное присутствие. — Там был Петтигрю, он убил Седрика, затем использовал кость отца Змеиного Лица, отрезал себе руку и взял мою кровь, чтобы вернуть Змеиному Лицу тело. Змеиное Лицо много говорил, созвал своих последователей, ещё поболтал, а потом мы сражались. Наши заклинания столкнулись, произошёл Приори Инкантатем, и вокруг нас возникла золотая клетка. Когда его заклинание ударило в мою палочку, клетка сомкнулась вокруг меня, и следующее, что я помню, — это Бруклин тысяча девятьсот тридцать пятого года. К счастью, меня нашёл волшебник, и его семья приютила меня. Я учился в Ильверморни, стал аврором и сражался во Второй мировой войне. Последнее, что я помню, — это дуэль с Гриндевальдом в сорок пятом, когда появился Дамблдор и вызвал зеркало. Оно отразило мою Аваду обратно на меня, и вот я здесь. Что тут происходит? Северус положил руку на плечо Драко, останавливая его от миллиона вопросов. — Здесь дела давно идут под откос. После того как ты и Диггори исчезли, Фадж объявил, что вы сбежали вместе. Он отказывался верить, что Змеиное Лицо, как ты его называешь, вернулся. Это дало Тёмному Лорду время набрать новых Пожирателей Смерти и наложить Империус на многих людей. Фаджа вынудили уйти в отставку в девяносто восьмом, и министром избрали Пия Тикнесса, который, к сожалению, был под Империусом. Во время его правления приняли законы, сделавшие маглорождённых вне закона и возродившие охоту на магглов. Тёмный Лорд объявил себя правителем волшебного мира. Люциус, Драко и я годами шпионили за тёмной фракцией. Орден не смог многого сделать и не сумел завербовать достаточно людей для борьбы с Тёмным Лордом. Большинство просто хотело спрятаться и притворяться, что ничего не происходит. Дамблдор отчаялся и вызвал Тёмного Лорда на бой. Вместо того чтобы выбрать укромное место, они решили провести битву здесь, в Хогвартсе, идиоты. Это было три дня назад. Гарри потёр лицо рукой. Иногда он не мог поверить в глупость волшебников. — Ладно, хорошо. Посмотрю, что смогу сделать. Встав, Гарри потянулся. — Думаю, Змеиное Лицо быстро меня заметит, как только я выйду туда. Могу ли я рассчитывать на вашу поддержку сзади? — Не знаю насчёт твоих шести часов, мистер Поттер, но мы прикроем тебя с тыла, — заявил Люциус. Он хотел положить конец этому безумию. Усмехнувшись, Гарри направился в бой, не скрывая ни своей магии, ни присутствия. Полностью игнорируя всех остальных, он пошёл туда, где видел, как дерутся Волдеморт и Дамблдор. Откашлявшись, он стоял в стороне, ожидая, пока они его заметят. Прождав некоторое время и потеряв терпение, он выпустил громкий звуковой взрыв из палочки. — Знаете, в последний раз, когда я проверял, дети не должны участвовать в войнах, особенно как бойцы. Вам обоим должно быть стыдно. — Гарри Поттер. Спустя все эти годы ты наконец-то осмелился встретиться со мной, — прошипел Волдеморт на пропавшего мальчика-который-выжил. Хотя захват власти без него был проще, его исчезновение давало людям надежду, а этого он не мог допустить. Он предпочёл бы просто убить мальчишку и покончить с этим. Дамблдор же впал в панику. Он узнал в стоящем перед ними человеке того, кто почти убил его возлюбленного в дуэли и публично опозорил его в Косом переулке за отказ сражаться. То, что этот юноша оказался Гарри Поттером, всё ухудшало. Теперь он вернулся, и это разрушит все его планы. Хотя… раз Поттер вернулся, можно воплотить в жизнь другие задумки. Пока Дамблдор строил планы, а Волдеморт разглагольствовал, Гарри становился всё более скучным и раздражённым. Всё, чего он хотел, — это умереть, чтобы снова увидеть Стива, а эти два идиота заставляли его снова играть героя. — К чёрту всё это. Достав пистолет с пояса, Гарри выстрелил. БАХ! Волдеморт, величайший Тёмный Лорд со времён Гриндевальда, рухнул на землю мёртвым. За спиной Гарри раздался почти истерический смех. Обернувшись, он увидел Северуса Снейпа, сидящего на земле и смеющегося. Усмехнувшись про себя, Гарри признал, что в убийстве Тёмного Лорда маггловским оружием было что-то забавное. Повернувшись к Пожирателям Смерти, он снова и снова стрелял, в итоге достав винтовку, чтобы разобраться с последователями этого змеиного ублюдка. Убрав оружие, Гарри повернулся и пошёл к замку. — Гарри, мой мальчик, что ты наделал? — Дамблдор в ужасе смотрел на тела. Это не входило в его планы. — Простите, разве вы не хотели, чтобы Волдеморт умер? К сожалению, теперь я мало что могу с этим сделать. — Пожав плечами, Гарри отвернулся от старого директора и продолжил путь к замку. — А теперь, если не возражаете, я хотел бы побыть один. С их места на поле боя Малфои с беспокойством наблюдали за Гарри. — Идём, Северус. Нужно присмотреть за Поттером. Что-то не так, — Люциус наклонился, поднял зельевара на ноги и последовал за спасителем в замок. Увидев, как тот исчез в подземельях, трое слизеринцев бросились вперёд, чтобы не потерять Гарри в лабиринте коридоров. Они проследили за ним в заброшенный класс и были крайне рады, что сделали это. Гарри покинул поле боя, чувствуя себя опустошённым и уставшим. Он направился в замок и спустился в подземелья; он знал, что Дамблдору потребуется время, чтобы найти его здесь. Отыскав пустой класс, он вошёл и устроился на учительском столе. Достав пистолет, он убедился, что в нём осталась пуля. Кивнув себе, Гарри снял предохранитель, взвёл курок и приставил дуло к голове. Он не собирался ждать смерти. Войдя в комнату, Люциус и Драко бросились вперёд, чтобы остановить Гарри от самоубийства. Драко первым добрался до него и выхватил пистолет, отведя его от головы Гарри. Понимая, что ситуация может быстро обостриться (а пуля у него была только одна), Гарри быстро вернул предохранитель на место. — Чёрт возьми, Драко, отпусти! Просто дай мне это сделать! — Какого чёрта я позволю тебе вышибить себе мозги. Отдай мне пистолет, Поттер. — Драко прав. Самоубийство — не выход, Поттер, пожалуйста, отдай нам оружие. Пока Гарри спорил с Малфоями, Северус изучал магию спасителя — с ней было что-то не так. Произнеся диагностическое заклинание, Северус медленно подошёл к столу, на котором сидел Гарри. Прочитав результаты, он вздохнул: это слишком многое объясняет. Очевидно, он потерял своего связанного и хочет к нему присоединиться. Полагаю, он не знает, почему всё ещё жив. — Гарри, — тихо произнёс он, и все трое волшебников замерли. Гарри замер, услышав, как зельевар назвал его по имени. Он был уверен, что за всё время в Хогвартсе этот мрачный человек ни разу не обращался к нему по имени. Посмотрев на тёмного мужчину, Гарри моргнул в замешательстве. — Гарри, — мягко продолжил Северус, не желая напугать молодого человека своими новостями. — Я понимаю, что ты потерял своего связанного и хочешь воссоединиться с ним, но сначала взгляни на это. Он медленно протянул Гарри диагностический пергамент, обведя важную информацию. Взяв пергамент, Гарри просмотрел его, не совсем понимая, что видит. Хадриан (Гарри) Джеймсон Поттер Дата рождения: 31 июля 1980 Отец: Джеймс Флимонт Поттер — умер Мать: Лили Элеонора Эванс — умерла Крёстный отец: Сириус Орион Блэк Список травм: Ушибленные рёбра Множественные неглубокие порезы Растяжение левого запястья Связь душ: Лорд Теодор Грант (дед) Сара Теодора Роджерс, урождённая Грант (мать) — связь разорвана, умерла Стивен Грант Роджерс (муж) — связь повреждена Джеймс Бьюкенен Барнс (брат) — связь повреждена Физические недуги: Беременность — скрыта — 9 месяцев 16 дней Гарри несколько раз моргнул, глядя на пергамент, не веря своим глазам. — Я беремен? Пистолет выпал из его онемевших пальцев на стол и был быстро отодвинут обеспокоенным Люциусом. — Гарри, — Северус положил руку ему на плечо. — Хочешь, я проверю тебя и убедимся, что с вами обоими всё в порядке? Он дождался кивка Гарри, прежде чем произнести ещё несколько заклинаний. — Кажется, твоя магия решила, что ты в слишком большой опасности, и скрыла беременность. С ребёнком всё в порядке, хотя пройдёт ещё несколько месяцев, прежде чем он сможет родиться безопасно. Я бы сказал, жди ребёнка в начале февраля. Думаю, в ближайшие недели у тебя начнут проявляться симптомы, поскольку твоя магия решит, что ты теперь в безопасности. Хочешь узнать пол? Гарри был ошеломлён. Он был беремен ребёнком Стива. Чёрт возьми этот человек. Даже мёртвый, он всё ещё спасает меня. — Да, пожалуйста. Я хочу знать пол. Это облегчит выбор имени. — Возможно, — Люциус остановил Северуса, прежде чем тот успел произнести заклинание, глядя на открытую дверь. — Лучше закончить этот разговор в более безопасном месте. — Куда бы вы предложили, мистер Малфой? — спросил Гарри. — Зови меня Люциус. Я предлагаю Малфой-мэнор. Я запечатал поместье вскоре после того, как Тёмный Лорд вернулся, и жил в одном из моих меньших домов. Никто не может войти, если он не из крови Малфоев или не приведён кем-то из Малфоев. Это, вероятно, так же безопасно, как Хогвартс. — Учитывая, что Дамблдор в Хогвартсе, думаю, ваше место безопаснее. Пойдёмте, пока он нас не поймал. Соскочив со стола, Гарри направился к двери. — О, пока не забыл. Дамблдор всё ещё Верховный Магглумп? — Нет, — Драко улыбнулся, вспоминая, как Дамблдор лишился своих титулов. — Он потерял этот титул вскоре после твоего исчезновения. Если я правильно помню, теперь Верховный Магглумп — человек по имени Абамонти. — Это хорошо. Если он хоть немного похож на своего отца или деда, полагаю, он будет хорошим лидером. Не дожидаясь остальных, Гарри вышел из класса и направился к Хогсмиду. Он добрался до ворот, прежде чем его остановила толпа членов Ордена. — Гарри, мой мальчик! Куда ты так спешишь? — Дамблдор подбежал к нему, рядом шли Гермиона и Рон. Гарри тут же насторожился. — Я покидаю Хогвартс на время. Хочу посмотреть, что произошло, пока меня не было. — Ты действительно считаешь это разумным? Было бы гораздо лучше остаться здесь, где безопасно. Нам не удалось захватить всех Пожирателей Смерти Волдеморта. К тому же мне очень хотелось бы узнать, где ты был последние десять лет. Мы все очень беспокоились о тебе. — Да, дружище, где ты был? Мы должны были стать аврорами вместе, — сказал Рон, выглядя разочарованным. Гарри тут же заметил, что на нём нет ни мантии аврора, ни каких-либо символов, указывающих на эту профессию. — Знаешь, это было очень безответственно с твоей стороны, Гарри, — начала читать лекцию Гермиона с другой стороны Дамблдора. — Уйти вот так прямо перед годом СОВ. Ты вообще закончил обучение? Если у тебя нет хотя бы пяти СОВ, они могут забрать твою палочку и связать твою магию. — Она права, мой мальчик. Возможно, лучше остаться здесь, подготовиться к СОВ, а затем к ЖАБА. Я уверен, Гермиона с радостью поможет тебе учиться. Дамблдор выглядел чрезвычайно довольным идеей сломать палочку Гарри и связать его магию. — Не думаю. Видите ли, я уже сдал и СОВ, и ЖАБА. На самом деле, я пропустил пятый курс, так как вступительные тесты в Ильверморни были экзаменами СОВ. Я сдал все четырнадцать предметов. Затем сдал девять ЖАБА. Кроме того, я с отличием прошёл расширенную подготовку авроров MACUSA и последние пять лет работал в МКВ. И как я уже говорил вам однажды, Альбус, я не ваш мальчик. Я — аврор-майор Хадриан Поттер из спецкоманд МКВ. К счастью, вы больше не Верховный Магглумп и, следовательно, не мой начальник. А теперь, если не возражаете, у меня есть дела и места, где нужно быть. Не дожидаясь ни минуты, Гарри повернулся и прошёл через ворота, доверяя Снейпу и Малфоям прикрыть его спину. Только добравшись до безопасного Хогсмида, четверо мужчин остановились. — Если возьмёшь меня за руку, Пот… Гарри, я аппарирую тебя в Малфой-мэнор. У меня есть опыт аппарирования с беременными, так что могу обещать, что вы оба будете в безопасности. Гарри кивнул. — Я тебе доверяю. Не знаю почему, но доверяю. Все четверо рассмеялись над признанием Гарри. — Не пора ли нам отправляться, пока к нам не пожаловали гости? Протянув руку, Люциус дождался, пока Гарри крепко ухватится, и аппарировал. Они оказались в роскошном приёмном зале, Драко и Северус прибыли через секунды. — Добро пожаловать в Малфой-мэнор. Здесь ты будешь в безопасности. Следуй за мной, я покажу тебе твою комнату и распоряжусь принести еду. Поднявшись по лестнице за Люциусом, Гарри огляделся, понимая, почему Драко в школе был таким заносчивым зазнайкой. Люциус отвёл Гарри в комнату в семейном крыле, в нескольких дверях от комнат Драко и Северуса. — Это твоя комната; наши комнаты в том же коридоре, и если тебе что-то понадобится, просто позови Твиг. Я оставлю тебя на попечение Северуса. Дай знать, если что-то потребуется. — Спасибо, Люциус. Я не буду долго вас обременять. Хочу вернуться домой как можно скорее. — А где твой дом? — спросил Северус, входя в комнату с небольшой коробкой зелий. — Бруклин, Нью-Йорк. — Какое-то конкретное место в Бруклине? — спросил Люциус, желая помочь молодому человеку как можно больше. Драко рассказал Люциусу о своей дружбе с Гарри и о трудностях, через которые тот прошёл в школе. Он также поделился своими предположениями о жизни Гарри дома. — Мы планировали купить дом на Стратфорд-авеню. Это был трёхэтажный белый дом с башней. Мы мечтали купить этот дом и растить там семью. Гарри прикусил губу, чтобы не заплакать. Он никогда не будет растить этого ребёнка со Стивом в том доме, но он вернётся в Бруклин и вырастит ребёнка Стива один. — Помнишь номер дома? — Четыреста девяносто три. Это был четыреста девяносто третий. Мы так часто говорили об этом, даже когда были на войне, что забыть этот номер невозможно. — Оставлю вас двоих на осмотр. Поклонившись, Люциус вышел из комнаты и направился в свой кабинет. Ему нужно было купить дом в Бруклине. — Ну что, Гарри, продолжим осмотр? Северус поставил коробку на прикроватный столик и дождался кивка молодого человека, прежде чем произнести необходимые заклинания. Прочитав пергамент, Северус кивнул и передал его Гарри. — Ты и ребёнок здоровы, хотя тебе стоит есть побольше. Я принёс тебе пренатальные зелья, принимай по одному каждый день — утром или перед сном. Что ещё, — Северус улыбнулся раздражённому выражению лица Гарри. — О, да. У тебя будет сын. Гарри не смог сдержать улыбку. У него будет сын — именно то, чего хотел Стив. Он сразу понял, как назовёт ребёнка, но решил пока оставить это при себе. — Что-то ещё, о чём мне нужно беспокоиться? — Только одно скажу: если не собираешься лететь в Америку на самолёте, подожди, пока твоему сыну исполнится месяц, прежде чем использовать портключ или каминную сеть. Если тебе понадобится целитель, могу предложить свои услуги. Я лицензированный целитель и принимал несколько родов. — Спасибо, сэр. Думаю, это хорошая идея, я не уверен, могу ли доверять кому-то ещё здесь. — Знаю, мы все здесь не лучшим образом начали, — Гарри фыркнул, заставив Северуса улыбнуться. — Однако я поклялся памятью Лили защищать тебя, и это касается твоего сына тоже. Протянув руку, Северус сжал плечо Гарри. — Дай знать, если что-то понадобится. Оставлю тебя устраиваться. Слегка улыбнувшись Гарри, Северус вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Прислонившись к двери, он вздохнул. — Всё в порядке, Сев? — спросил Люциус, идущий по коридору. Оттолкнувшись от двери, Северус выдавил слабую улыбку. — Да, всё нормально, Люк. Просто рад, что Гарри вернулся, в безопасности, и Тёмный Лорд мёртв. — Идём, — Люциус протянул руку старшему мужчине. — День был долгим, мы все устали, нам стоит поспать. Обхватив пальцы Северуса, Люциус повёл тёмного мужчину в свою комнату. В своей комнате Гарри сидел на кровати, подтянув колени к груди, как делал это более десяти лет назад, когда впервые попал во времени. Только на этот раз он знал, что мама не придёт его утешить. Прижав глаза к коленям, Гарри позволил себе заплакать. Он снова оказался в своём времени, без Стива, Баки или мамы. Всё, что у него осталось, — это разбитое сердце и сын Стива. Поднявшись после перекуса на кухне, Драко остановился у комнаты Гарри. Он был уверен, что слышит плач. Открыв дверь, он почувствовал, как сжалось сердце. Казалось, мир Гарри рухнул, оставив его единственным выжившим. Пожалев другого мужчину, Драко принёс свои закуски в комнату и сел на край кровати. — Я принёс чай, — тихо сказал Драко. Гарри поднял голову и слабо улыбнулся. — Спасибо. Превратив блюдце в ещё одну чашку, Драко налил чай им обоим и устроился рядом с Гарри в тишине. На следующее утро, проснувшись, Гарри был один, укрытый в своей кровати. Он не мог вспомнить, когда в последний раз спал в такой удобной постели. Потянувшись, Гарри протянул руку через кровать в поисках Стива, но нашёл лишь пустоту. Открыв глаза, ему потребовалась минута, чтобы вспомнить, где и когда он находится. Осознав, что произошло, Гарри разрыдался. Прижав подушку к груди, он пытался найти хоть немного утешения в её мягкости. Он не знал, как долго пролежал так, но в итоге голод и потребность в ванной победили. Встав, Гарри направился в ванную и привёл себя в порядок. Зайдя в душ, он вздохнул, чувствуя, как горячая вода струится по телу. Когда я в последний раз принимал горячий душ? — подумал Гарри, моя волосы. Это было в Лондоне, до смерти Баки. Снова почувствовав депрессию, Гарри вышел из душа, вытерся и оделся. Нуждаясь отвлечься от мыслей, Гарри отправился искать занятие. — Есть ли эльф, который может мне помочь? — позвал он. Мгновение спустя появился хорошо одетый эльф. — Чем Твиг может помочь гостю хозяина? — Где твой хозяин, Твиг? — Хозяин в малой гостиной с мастером зелий Снейпом и молодым хозяином. — Можешь показать мне, где малая гостиная? — Следуй за Твиг. Спускаясь по лестнице, Гарри последовал за домовым эльфом в то, что тот назвал малой гостиной. Стоя в дверях, Гарри взял минуту, чтобы собраться и понаблюдать. В комнате Люциус сидел на большом диване, читая книгу и потягивая чай. Напротив него у камина Драко и Северус играли в шахматы. Подняв взгляд от книги, Люциус усмехнулся, заметив недовольное выражение лица Драко. — Не понимаю, почему ты так расстроен, Дракон. Ты играешь против Сева годами и ещё ни разу его не победил. Хотя признаю, ты сильно улучшился за эти годы, но чтобы его обыграть, нужно больше практики. Доброе утро, Гарри, надеюсь, ты хорошо спал. — Да, спасибо. Честно говоря, не помню, когда в последний раз спал в такой удобной кровати. Войдя в комнату, Гарри встал за спиной Драко и на мгновение изучил шахматную доску, позволяя Северусу сделать ход. Усмехнувшись, Гарри взял одну из фигур Драко и передвинул её. — Шах и мат. — Как ты это сделал? — удивлённо спросил Драко. Он играл в шахматы против Северуса с детства и ещё ни разу не побеждал. — Много учился и играл по принуждению. Плюс годы сражений в разных войнах. Гарри подошёл к дивану и принял чашку чая, которую протянул ему Люциус. — В каких войнах ты сражался? — спросил Драко, встав с шахматного стола и устроившись в ближайшем кресле. Гарри сделал долгий глоток чая, прежде чем ответить. — Если тебе правда интересно, я дам тебе несколько мест и дат, чтобы ты сам посмотрел. Пока не хочу об этом говорить. — С этим я могу работать. Драко улыбнулся, наливая себе чашку чая. Он прекрасно понимал нежелание говорить о своих поступках во время войны. Сам он всё ещё пытался смириться с тем, что ему пришлось делать за последние десять лет. Однако ему было крайне любопытно, чем занимался Гарри. Кивнув, Гарри призвал пергамент и перо и быстро написал список своих миссий до вступления в ССР. — Вот, — он передал его Драко. — Это всё до сорок третьего года. Не дожидаясь ответа, Драко вскочил и помчался в библиотеку. — Что случилось в сорок третьем? — спросил Северус, садясь на подлокотник рядом с Люциусом. Гарри с грустной улыбкой заметил это. Очевидно, между этими двумя что-то было. — Меня направили в Стратегический научный резерв. Гарри так сильно сжал чашку, что костяшки побелели. Люциус протянул руку и коснулся плеча молодого человека. — Тебе не нужно рассказывать, если это слишком больно. Но знай, что, когда захочешь поговорить, мы будем здесь и выслушаем. — Спасибо. Трое мужчин сидели в тишине, попивая чай и перекусывая закусками, принесёнными домовыми эльфами. — Могу я спросить, как давно вы двое… — наконец набравшись смелости после третьей чашки чая, спросил Гарри. Оба мужчины рассмеялись. — Мы с Севом начали встречаться ещё в школе. К сожалению, мой отец уже составил брачный контракт с Нарциссой, от которого я не мог отказаться. К счастью, Северус был очень понимающим и остался рядом. После того как Нарциссу убили, я спросил, готов ли Северус начать всё заново. Люциус протянул руку и взял ладонь Северуса в свою. — Мы вместе уже четыре года. Гарри улыбнулся, но оба мужчины заметили, что улыбка не дошла до его глаз. — Это здорово. Я рад за вас обоих. Северус и Люциус обменялись встревоженными взглядами. — Можно спросить, как долго ты был со своим связанным? — В июле было бы десять лет, но я потерял его в феврале. Он сделал мне предложение через пару недель после моего пятнадцатилетия. Это было в тридцать пятом. Он попросил меня выйти за него в июне сорок третьего. Нам пришлось долго планировать тот день вместе, или, по крайней мере, мне, у него был отпуск в тот день. Трое мужчин некоторое время сидели в тишине, не зная, о чём говорить. В итоге заговорил Северус: — Не хочешь сыграть в шахматы? Улыбнувшись, Гарри быстро согласился, и оба мужчины направились к шахматной доске и устроились. Люциус покачал головой и заказал ещё чая, снова взяв книгу. Они всё ещё играли в ту же партию, когда спустя несколько часов вернулся Драко с большой стопкой пергамента. Упав на диван рядом с Люциусом, Драко уставился на темноволосого волшебника в недоверии. — Как, во имя Мерлина, ты до сих пор жив, Поттер? Гарри поднял взгляд от игры с весёлым, но болезненным выражением. — Во-первых, это Роджерс, а не Поттер. Во-вторых, понятия не имею, о чём ты говоришь. — Роджерс? — переспросил Драко. — Да. Мой связанный муж — Стивен Роджерс. Мы договорились, что я возьму его фамилию, так как он был… наследником Грантов, так что логичнее было мне взять его имя, ведь, скорее всего, наши внуки или правнуки унаследуют титулы Поттеров и Блэков. Гарри замолчал, погрузившись в мысли. — Полагаю, теперь наш сын унаследует все три титула. — Ладно, а как насчёт этого, Гарри, — Драко помахал длинным куском пергамента в его сторону. — Это кусок пергамента, Драко. Северус и Люциус рассмеялись. — Он прав, Драко, — усмехнулся Северус. — Это кусок пергамента. — Ненавижу вас всех, — прорычал Драко. — Я имел в виду, что на пергаменте. Этот список войн, Тёмных Лордов и других тёмных волшебников, которых он уничтожил. Более ста санкционированных устранений тёмных волшебников и десять Тёмных Лордов, поверженных менее чем за три года. Не говоря уже о мелких ведьмах и волшебниках, уничтоженных во время сражений. И всё это в одиночку. Северус и Люциус повернулись и в шоке уставились на Гарри. — Драко говорит правду, Гарри? Ты действительно всё это сделал? Гарри вздохнул и передвинул фигуру на доске. — Да. Это примерный список того, что я сделал; и нет, я не хочу об этом говорить. Северус кивнул. — Это нормально. Мы понимаем, как трудно говорить о таком, и не будем спрашивать, пока ты не будешь готов. Он бросил на Драко взгляд, чтобы убедиться, что тот понял. — Северус прав. Мы все совершали поступки, о которых предпочли бы не говорить. Однако, если мы можем что-то для тебя сделать, пожалуйста, дай знать. Люциус налил себе ещё чашку чая и взял книгу. — Вообще-то, — Гарри на мгновение замялся. Он знал, что может доверять Драко, а тот сказал, что Люциус и Северус достойны доверия, так что Гарри хотел попробовать. — Я хотел спросить, не могли бы вы найти информацию о паре людей для меня. — Конечно. Полагаю, эти люди в Америке? — Люциус встал и подошёл к небольшому письменному столу в углу. — Да, они там. Думаю, оба могут быть в Нью-Йорке, но я давно их не видел. Гарри горько улыбнулся шахматной доске, делая очередной ход. — Это не должно быть проблемой. Назови мне их имена и дай столько информации, сколько сможешь. Я спрошу у своих контактов и посмотрю, что смогу найти для тебя. Сев за стол, Люциус придвинул к себе пергамент, перо и чернила. — Первый — Джаред Александр Коулсон. Он закончил Ильверморни в тридцать седьмом, проходил расширенную подготовку авроров с тридцать седьмого по сороковой. После выпуска с отличием он принял предложение работать у Непроизносимых. Его родители — Линнетт и Александр Коулсон. Оба преподавали в Ильверморни: Линнетт была главой дома Вампус и преподавала руны и защиту, а Александр — дуэли и право. Его младшая сестра — Абигейл. Если я правильно помню, одного из его дедушек звали Филипп. В последнем письме он писал, что встречается с девушкой по имени Элизабет Грей. Люциус быстро записал всё, что рассказал Гарри. — Это очень хорошо. Чем больше информации, тем легче найти человека. Кто второй? Гарри закрыл глаза и обнял себя руками. — Я даже не уверен, жив ли он ещё. Я ищу деда Стива, лорда Теодора Гранта. Его родители — Деметриус Грант и Рианна О’Брайен. Он был женат на Стефанусе Принце, сыне Септимуса Принца и… — Ариэль Блэк, — перебил его Северус, выглядя шокированным. — Откуда ты знаешь? — Септимус Принц — мой прапрадед. Я происхожу от младшего брата Стефануса, Северино. — Это безумие! Какой маленький мир. — Он становится ещё меньше, — улыбнулся Северус молодому человеку. Он знал, что Гарри будет рад новой семье. — Моя прабабушка, жена Северино, была Шарлоттой Поттер. — Так ты мой двоюродный дядя или кузен? — Гарри был взволнован: ещё один родственник. — Как пожелаешь. — Значит, мы кузены, Гарри, — Драко встал, подошёл к Гарри и обнял его за плечи. Гарри улыбнулся блондину. Было приятно снова иметь семью. В следующие несколько недель Гарри сблизился с тремя мужчинами. Он и Драко возобновили дружбу с того места, где остановились, и она только укреплялась. Они делили время между сплетнями, игрой в квиддич или шахматы или просто сидели и болтали ни о чём. Люциус помогал Гарри разобраться в политике двадцать первого века, как британской, так и американской. Вместе они работали с гоблинами, чтобы Гарри получил свои лордства. Он также помог Гарри официально сменить фамилию на Роджерс, не теряя лордств. Люциус учил Гарри тем же урокам, что и Драко в детстве, и даже поделился историями из детства Драко. Гарри искренне наслаждался уроками, особенно когда Люциус говорил, что они те же, что он давал Драко. Люциус старался относиться к Гарри и Драко одинаково, с небольшими исключениями из-за состояния Гарри. Когда он застал их гоняющимися за снитчем, как подростки, Люциус потерял самообладание и отчитал обоих за беспечность. Гарри был в шоке: единственные, кто злился на него за то, что он подвергал свою жизнь опасности, были его мама и дедушка, но это было шестьдесят лет назад. Северус играл с Гарри в шахматы. Оба мужчины были рады иметь соперника, который бросал вызов и мог поддерживать достойную беседу во время игры. Убедившись, что Гарри понимает, о чём речь, они обсуждали новые разработки в зельях за последние шесть десятилетий. Когда они не говорили об академических темах, Северус рассказывал Гарри истории о своём детстве с Лили. Через несколько дней таких рассказов Гарри начал открываться и поведал Северусу о своём времени в Бруклине. Хотя поначалу они столько же времени кричали друг на друга, сколько делились историями. Это было катарсисом для обоих — высказать все проблемы, что у них были друг с другом. Люциус и Драко вбежали в малую гостиную, впервые услышав крики, опасаясь, что началась дуэль. Войдя, они были шокированы, увидев, что палочки лежат на столике у двери, а два волшебника находятся на другом конце комнаты и орут друг на друга. — Ну, — сказал Люциус, уводя Драко из комнаты. — По крайней мере, они додумались убрать палочки подальше, прежде чем начать. — Ты правда думаешь, что позволить им так орать друг на друга — хорошая идея? — Драко не хотел оставлять Гарри наедине с Северусом. — Думаю, им это действительно нужно, Драко. У них обоих накопилось много проблем друг с другом. Они справляются с этим так, как им удобно, и делают это безопасно. — Безопасно?! — Драко яростно указал на всё ещё кричащих мужчин. — Что тут безопасного? — Их палочки лежат на другом конце комнаты на столе, защищённом от призыва, даже их владельцами. Они сделали всё, чтобы никто из них не мог навредить другому. Сейчас они просто выпускают напряжение. Пойдём со мной в мой кабинет, дадим им выпустить пар и успокоиться. Положив руку на плечо Драко, Люциус увёл его подальше от кричащей пары в более тихую часть дома. Чуть позже, после того как Северус зашёл в кабинет Люциуса, чтобы пожаловаться на идиотов-гриффиндорцев, Драко с помощью эльфов принёс поднос с чаем и закусками в комнату Гарри. Тихо постучав, он дождался тихого «войдите». Открыв дверь, он быстро вошёл и закрыл её за собой. Поставив поднос на столик перед камином, он сказал: — Тащи сюда свою задницу и поговори со мной. Сев в кресло, он бросил на Гарри мрачный взгляд, пока тот не подошёл и не начал ходить перед камином. — Не могу поверить этому жирному гаду. Злится на меня только из-за того, кто мой отец. Я даже не знал этого человека; как я могу быть на него похож? Это несправедливо! Знаешь, я действительно ждал уроков зельеварения. А потом этот чёртов гад открыл рот и всё испортил. Драко просто протянул другому мужчине чашку чая и печенье. — Я слушаю. Продолжай. — Серьёзно, кто винит человека за существование его отца? Что бы я ни делал, для него это никогда не было достаточно хорошо, как бы я ни старался, всегда было мало. Ему было плевать, что я не мог прочитать записи на доске или что мне не дали набор для маглорождённых. — Какой набор? — Я узнал, что каждому маглорождённому дают набор книг, объясняющих волшебный мир. Там есть разбор каждого предмета и базовые знания, которые большинство детей, выросших в волшебном мире, знают с детства. — Например, что? — Драко был сбит с толку. Что такого особенного нужно было знать маглорождённым? — Например, разницу между нарезкой, шинковкой и рубкой. Основы латыни. — Это безумие! Я думал, это общеизвестно. — Именно. Это общеизвестно для чистокровных и полукровок, выросших в волшебном мире, но для тех из нас, кто рос в маггловском мире, это всё новое. И мне никто не дал этой информации. Хагрид ввёл меня в волшебный мир, чёрт возьми. Они отправили человека, которого исключили и который не может использовать магию, чтобы познакомить меня с магией! — Серьёзно?! Это смешно. Они должны отправлять одного из глав факультетов к маглорождённым. Они даже посылали Северуса представлять некоторых маглорождённых. — Точно! Вместо этого Дамблдор отправляет чёртова Хагрида! Клянусь, он специально держал меня в неведении о волшебном мире. Я даже не знал о лордствах, пока не попал в Гринготтс в тридцатых! Клянусь, он просто хотел, чтобы я встал перед Волдемортом и дал этому ублюдку убить меня, чтобы избавиться от хоркрукса в моей голове. — Какого хоркрукса? — потребовал ответа Северус из дверного проёма. — Как долго ты там стоишь? — возмутился Гарри. Он не мог поверить, что Северус вошёл в его комнату, а он этого не заметил. — Достаточно долго. Я хочу разозлиться на Дамблдора за его планы относительно тебя, но я знаю его слишком хорошо и потому не удивлён. Покачав головой, Гарри просто вызвал двухместный диванчик. — О, просто затащи сюда Люциуса и присоединяйтесь к нам уже. Легче говорить здесь, чем когда один из вас прячется в коридоре. Улыбнувшись, Северус потянулся назад и втащил Люциуса в комнату. Вместе они сели на диванчик, и Люциус вызвал домового эльфа за дополнительным чаем, чашками и закусками. — Прошу прощения за прерывание, Гарри, но я подумал, что лучше вам с Северусом поговорить сейчас, когда вы оба немного успокоились. — Это правда. Хотя, честно говоря, выплеснуть всё было приятно, — усмехнулся Гарри, садясь. — Что ты хочешь знать? — Ты упомянул что-то о хоркруксе? — Северус выглядел расстроенным от этой идеи. — Был. У меня был хоркрукс внутри. Оказалось, этот злобный ублюдок оставил часть себя в моей голове, когда пытался меня убить. Гоблины нашли его, когда дедушка привёл нас в банк в тридцатых. Они отвели меня в ритуальную комнату и удалили его вместе с несколькими другими заклятиями, зельями и принуждениями, наложенными Дамблдором. Они были весьма расстроены, кстати. — Неудивительно. Если у тебя было столько проблем, они бы расстроились. Гоблинам не нравится, когда наследников или лордов ставят под чужой контроль, — Люциус взял маленький сэндвич, принесённый эльфами. — Это логично. Они хотят, чтобы люди с деньгами могли принимать ясные решения, — сказал Драко, наливая себе ещё чашку чая. — Но он удалён? — Северусу нужно было знать. — Да. Его быстро убрали, как только я впервые попал в Гринготтс. — Хорошо. А что насчёт того, как Хагрид ввёл тебя в волшебный мир? — Что тут знать? Дамблдор решил держать меня в неведении о волшебном мире как можно дольше. Он отправил Хагрида, чтобы я попал в Гриффиндор, ненавидел всё, что связано со Слизерином, и смотрел на Дамблдора снизу вверх. Думаю, он знал о хоркруксе и строил планы… О, Мерлин, что это было? — Гарри подпрыгнул и положил руку на живот. — Что было что? — Ты в порядке? — Что случилось? Все трое мужчин вскочили и бросились к нему, обеспокоенные. Гарри моргнул и ждал, положив руку на живот. Затем он снова это почувствовал. Движение в животе. — Что-то происходит в моём животе. — Что именно происходит? — спросил Северус. У него было чувство, что он знает, в чём дело, но ему нужно было услышать. — Это было похоже на… бабочек, шевелящихся там. Улыбнувшись, Северус медленно подвёл Гарри обратно к креслу. — Это твой сын шевелится. Со временем движения станут достаточно сильными, чтобы их могли почувствовать другие. — Ты имеешь в виду, что вы сможете почувствовать, как ребёнок двигается? — Да. Именно это я и имею в виду. Рад, что ты чувствуешь движения. Обычно это начинается между тринадцатью и восемнадцатью неделями, а другие не могут почувствовать до двадцати недель. Это доказывает, что твоя магия чувствует себя достаточно безопасно, чтобы начать проявлять беременность. Остальные трое мужчин улыбались и радовались этому событию. Однако Гарри чувствовал неуверенность. Часть его была рада, что с ребёнком всё в порядке и что его магия счастлива и в безопасности. Но большая часть всё ещё была расстроена и несчастна. Он был беремен сыном Стива, но Стив мёртв. Их связь разорвана, и большая часть его души отсутствовала. Заметив смену настроения Гарри, Северус встал и вывел Малфоев из комнаты вместе с собой. — Я зайду проверить тебя завтра, Гарри. Отдыхай сегодня ночью. Закрыв за собой дверь, он вздохнул и повернулся к двум блондинам. — Нам нужно следить за Гарри. Ему тяжело справляться с разорванной связью. Я беспокоюсь о нём. Люциус притянул тёмного мужчину в объятия. — Не волнуйся, Сев. Мы присмотрим за Гарри. Никто из нас не хочет, чтобы с ним или его ребёнком что-то случилось. Обменявшись взглядом с Драко, Люциус увёл Северуса в их комнату. В коридоре Драко с тревогой смотрел на закрытую дверь Гарри. Вспомнив, как делёж полуночной закуской помог в первую ночь, Драко направился на кухню. Достав поднос из шкафа, он нагрузил его сладостями, включая миниатюрный пирог с патокой, который эльфы сделали специально для Гарри. Подойдя к плите, он быстро вскипятил чайник и приготовил полный кувшин горячего шоколада. Добавив его и две чашки на поднос, он собрал всё и вернулся в комнату Гарри. Постучав, блондин не стал ждать, пока Гарри позовёт, а просто открыл дверь и вошёл. Гарри, как он заметил, не сдвинулся с места, где они его оставили. Мужчина всё ещё сидел в кресле, положив руку на живот, с потерянным выражением лица. Поставив поднос, Драко молча налил две чашки горячего шоколада и наполнил две тарелки угощениями. Поставив одну чашку и тарелку перед молчаливым мужчиной, Драко опустился перед ним на колени. — Гарри, — тихо позвал он. — Я не могу притворяться, что понимаю твою боль, но знаю, что боль утраты со временем угасает. Когда я потерял маму, думал, что никогда не переживу этого. Мне долго было больно, до сих пор больно, но я не чувствую себя раздавленным этой утратой. Со временем ты выйдешь из-под гнёта своей потери. Гарри посмотрел на блондина со слезами на глазах. — Я потерял часть своей души, Драко. Не знаю, смогу ли я это пережить. Ещё больнее от того, что я беремен, но мой ребёнок никогда не узнает своего отца. Стив всегда хотел детей; он так ждал, когда станет папой, но теперь этого не будет. К тому же я почти уверен, что с разорванной связью я не проживу дольше семнадцатого дня рождения моего ребёнка. — Ох, Гарри. Драко не знал, что сказать, поэтому просто обнял другого мужчину. Он крепко держал его, пока Гарри рыдал на его плече. Когда Гарри перестал плакать, Драко отстранился ровно настолько, чтобы увидеть, что тот заснул. Переместившись, Драко встал с Гарри на руках и отнёс его в кровать. Взмахнув палочкой, Драко превратил одежду Гарри в пижаму и наложил на него следящее заклинание. Собрав поднос, Драко вернулся в свою комнату. Когда Гарри проснулся в следующий раз, он всё ещё чувствовал усталость. Голова казалась набитой ватой, а конечности — словно из свинца. Посмотрев на окно, он увидел голубое небо с летающими птицами. Простонав, Гарри зарылся в одеяла, довольный остаться там навсегда… пока что-то в его животе снова не шевельнулось. Гарри тут же вскочил с кровати, потрясённый и встревоженный. Стряхнув шок, он решил, что раз уж встал, то стоит что-то сделать. Вздохнув, он направился в ванную и залез в душ, надеясь, что горячая вода облегчит боль в мышцах. Включив воду настолько горячую, насколько мог вытерпеть, Гарри быстро встал под струю. Он стоял там, пока кожа не начала протестовать от жара. Выйдя, он быстро вытерся и оделся. Решив, что раз уж он встал, стоит показаться внизу, чтобы трое мужчин снова не вторглись в его комнату. Медленно, с минимальной энергией, Гарри спустился в малую гостиную, где, скорее всего, собирались остальные. — Доброе утро, Гарри, — поприветствовал его Люциус с места, где он разбирал бумаги. Кивнув, Гарри сел в огромное кресло у пылающего камина, почему-то чувствуя холод несмотря на душ. — Хорошо ли ты спал? Блондинистый лорд беспокоился за молодого человека, которого начал считать сыном. Гарри пожал плечами. — Не уверен, правда. Я всё ещё очень устал. Всё болит, и я не знаю почему. — Полагаю, твоё тело снова проявляет симптомы беременности, — Северус протянул Гарри чашку чая и маленькую тарелку с едой. — Тебе нужно есть каждый день и отдыхать как можно больше. Твоё тело проходит месяцы развития за несколько дней. Взяв тарелку, Гарри несчастно кивнул. Северус вздохнул, видя поведение Гарри; он крайне беспокоился о его психическом состоянии. — Дай знать, если боль станет слишком сильной. Есть несколько зелий, которые ты можешь принимать во время беременности. Гарри ел в тишине, не обращая внимания на происходящее вокруг. Иногда кто-то из остальных наполнял его чашку или тарелку, и Гарри послушно ел, но на этом его участие заканчивалось. Вокруг него Люциус, Северус и Драко строили планы на предстоящий июль. Они пытались вовлечь Гарри, но беременный мужчина казался потерянным в своих мыслях. Гарри слышал, о чём говорят остальные, но не находил в себе энергии участвовать. Его последний июль прошёл в поле со Стивом, Баки и коммандос. Они уничтожили ещё одну базу Гидры и, вместо того чтобы сразу вернуться в Англию, решили остаться на пару дней и насладиться тишиной вдали от всех. С магией Гарри и Стива у них не было особых проблем. Это было тихое празднование, никто не смог купить подарки, но они наслаждались обществом друг друга. Теперь он здесь, в будущем, без мужа и брата. Если бы он остался в прошлом и поезд или самолёт не случились, он был бы в Англии или Америке с семьёй. Он и Стив были бы женаты, и их сын родился бы несколько недель назад. Внезапно встав, Гарри выбежал из гостиной, игнорируя призывы подождать, и спрятался в своей комнате. В следующие несколько недель Гарри погрузился в депрессию. Он проводил большую часть дней, сидя в своей комнате у камина, глядя в огонь. Иногда он прижимал руку к животу, чувствуя движения ребёнка и думая о Стиве. Северус, Люциус и Драко пытались вовлечь Гарри в разные занятия, но безуспешно. Он отказывался играть в шахматы с Северусом, не интересовался изучением лордств с Люциусом и не хотел говорить о квиддиче с Драко. Чем больше двигался ребёнок, тем глубже Гарри погружался в депрессию. Трое мужчин слегка обрадовались, когда у Гарри начались роды поздно ночью четвёртого февраля. Сначала Гарри игнорировал боль в пояснице и животе. Он продолжал свой день как обычно, или, по крайней мере, как стало его новой нормой. Гарри проводил большую часть дня, сидя в кресле у камина в своей комнате, глядя в огонь. Каждые несколько часов Драко, Люциус или Северус приносили ему еду и чай, которые он медленно потреблял. Иногда он даже не вставал с кровати, просто лежал на боку, глядя в окно. Сегодня было иначе. Гарри проснулся от резкой боли в спине и животе. Игнорируя её, он заставил себя встать и пойти в душ. Закончив в ванной, он надел свободные штаны и рубашку — кожа стала слишком чувствительной для обтягивающей одежды. Сев в кресло, Гарри взглянул на календарь, который принёс ему Драко, чтобы следить за датами, и почувствовал, как сжалось сердце. Четвёртое февраля. Завтра будет год со дня смерти Стива. Ещё одна вспышка боли заставила Гарри задыхаться и схватиться за живот. К счастью, боль прошла к тому времени, как Драко принёс завтрак. — Утро, Гарри. Как дела сегодня? — поставив поднос, Драко сел в кресло напротив, наливая себе чашку чая. — Всё ещё здесь. Эта неделя тяжёлая. Прошёл год с тех пор, как умер Баки, а завтра будет год, как я потерял Стива. Протянув руку, Драко положил её на ногу Гарри. — Ты потерял так много, но у тебя есть мы. Знаю, это не то же самое, но ты не один. Кивнув, Гарри быстро сжал руку блондина. — Спасибо, Драко. Может, когда-нибудь я в это поверю. — Хочешь, я останусь с тобой утром? Драко надеялся, что на этот раз Гарри согласится, но удача его не ждала. — Нет, спасибо. Я в порядке один. Гарри ценил, что каждый день Драко предлагал остаться и никогда не расстраивался, когда он отказывался. Было приятно знать, что, когда он будет готов к компании, Драко будет рядом без вопросов. К обеду еду принёс Люциус. Сегодня он пришёл не только с едой и чаем, но и с книгой. Поставив поднос, Люциус протянул Гарри книгу. — Ты упоминал, что тебе нравится эта книга, вот я её достал для тебя. Взяв книгу, Гарри посмотрел на название и улыбнулся. Хоббит. — Спасибо, Люциус. Я ценю это. Проведя рукой по обложке, он улыбнулся. Люциус положил руку на плечо Гарри. — В любое время, Гарри. Когда будешь близок к завершению этой книги, дай знать, и я достану следующую. Знаю, ты пока хочешь остаться один, и это совершенно нормально. Знай, что, когда будешь готов к компании, мы все будем рядом. Слегка сжав плечо Гарри, Люциус повернулся и вышел из комнаты. Ужин принёс Северус и сразу заметил, что с молодым человеком что-то не так. — Ты в порядке, Гарри? — Да, я в порядке, — Гарри попытался звучать уверенно, но боли не проходили. — Если уверен. Дай знать, если что-то понадобится. В любое время, днём или ночью. Выйдя из комнаты, Северус тут же вызвал Твиг и приказал эльфу внимательно следить за Гарри ночью. Гарри внезапно проснулся от невыносимой боли в животе. Сев, задыхаясь, он схватился за живот, вскрикнув от боли. За болью последовал поток влаги между ног. В панике и смятении Гарри позвал единственного человека, на которого всегда мог положиться. — МАМА! Услышав крик, Северус вскочил с кровати и бросился в комнату Гарри. — Гарри! Ты в порядке? — Не знаю. Очень больно, и, кажется, я истекаю кровью. Гарри был в ужасе: хотя ему было трудно осознать свою беременность, он не хотел потерять ребёнка. Взмахнув палочкой сложным узором, Северус улыбнулся. — Всё будет хорошо, Гарри. Твой сын решил, что хочет появиться на свет. Вероятно, ты уже давно в родах. — Это объясняет боль, которую я чувствовал весь день, — выдохнул Гарри, когда его настигла ещё одна схватка. Покачав головой, Северус отправил Твиг за Люциусом, Драко и припасами. Помогая Гарри встать, он направил его ходить по комнате, передав его Люциусу, когда блондины прибыли. С помощью Драко и Твиг Северус подготовил комнату и кровать к родам. Вместе они заменили простыни на резиновый защитный слой, затем добавили специальные простыни для впитывания жидкостей. Пока волшебники занимались кроватью, Твиг принёс кроватку, пеленальный столик и другие необходимые вещи для ребёнка. Вместе Северус и Драко превратили каркас кровати в подобие больничной. — Вы двое готовы? Думаю, это произойдёт скорее раньше, чем позже, — Люциус просунул голову в спальню. — Да, мы готовы, если Гарри готов. Спустя мгновение Люциус помог Гарри вернуться в спальню. — Гарри, нам нужно снять с тебя эту пижаму и надеть вот эту мантию. Потом заберись на кровать, чтобы я мог тебя осмотреть. Вместе Северус и Люциус помогли Гарри переодеться из пижамы в трансфигурированную мантию и уложили его на кровать. Драко держал Гарри за руку, пока Северус накладывал заклинания, проверяя его состояние. — Всё выглядит хорошо. У тебя сформировался родовой канал без проблем, и ты уже полностью раскрыт на десять сантиметров, так что на следующей схватке тебе нужно тужиться. Кивнув, Гарри сжал руки Драко и Люциуса, готовясь к боли. Ждать пришлось недолго. Следующая схватка наступила буквально через несколько мгновений. Кряхтя, Гарри наклонился вперёд и начал тужиться. Снова и снова он преодолевал боль, сжимая руки Малфоев так, что те едва выдерживали. Между его ног Северус улыбнулся, глядя на напряжённого мужчину. — Ты отлично справляешься, Гарри. Ещё одно усилие, и ты сможешь взять своего сына на руки. Крепко сжимая руку Драко, Гарри всем сердцем желал, чтобы это была рука Стива, но он знал, что это невозможно. Стиснув зубы, он сделал последний рывок и услышал крик своего сына. — Драко, займись Гарри, а я позабочусь о малыше, — сказал Северус. Взяв новорождённого, он отнёс его в угол, где Твиг уже разложил всё необходимое для ребёнка. Северус быстро обтёр, взвесил, измерил и одел младенца. — Гарри, хочешь подержать своего сына? Гарри покачал головой. Он удобно устроился на огромной куче подушек в чистых простынях, в свежей пижаме, с кроватью, вернувшейся в нормальное состояние. — Можно сначала заполнить документы? Уложив ребёнка в колыбельку, мастер зелий собрал бумаги, часть которых он уже заполнил. Северус передал Гарри пергамент и самопишущую ручку на подносе для завтрака. — Это форма регистрации рождения. Заполни, что сможешь, и если будут вопросы — дай знать. Гарри посмотрел на пергамент и сглотнул. Вот оно; так он сделает своего сына официальным. Взяв ручку, Гарри на мгновение собрался с духом. Последнее, чего он хотел, — это расплакаться прямо на документе. Имя ребёнка: Джеймс Стивен Роджерс Имя матери/носителя: Хадриан Джеймсон Роджерс, урождённый Поттер Имя отца: Стивен Грант Роджерс Дата рождения: 5 февраля 2006, 2:30 утра Вес: 8 фунтов 11 унций Рост: 20 дюймов Родительские бабушка и дедушка: Сара Теодора Грант и Джозеф Роджерс Бабушка и дедушка по материнской линии: Лили Элеонора Эванс и Джеймсон Флимонт Поттер Крёстные родители: Джеймс Бьюкенен Барнс (умер) и Драконис Люциус Малфой Дополнительная семья: Прадед по отцовской линии: Теодор ГрантПриёмные дедушки: Люциус Абраксас Малфой и Северус Тобиас Снейп Кивнув, Гарри отложил ручку и посмотрел на Северуса. — Я… я закончил. Просмотрев пергамент, Северус быстро поднял взгляд на Гарри. — Ты уверен в этом, Гарри? — спросил он, передавая документ Люциусу. Гарри улыбнулся трём мужчинам. — Да, уверен. Драко и я были близкими друзьями со второго курса. Я считаю его братом. Вы с Люциусом относились ко мне как к сыну. Все остальные, кого мой сын мог бы назвать бабушками и дедушками, мертвы… если только вы не против. Драко бросил на Гарри лёгкий сердитый взгляд, взял пергамент у отца, взял кровавое перо и подписал внизу. Люциус тоже быстро поставил подпись. Ни один из Малфоев не счёл нужным отвечать на вопрос Гарри. Северус взял перо у Люциуса. — Не глупи, Потт… Роджерс. Хотя, — он скривился, подписывая, — неужели нужно было называть его в честь твоего отца? — Что? Ох. Знаешь, я даже не подумал об этом. Нет, он назван в честь другого крёстного, который погиб на войне. Взяв пергамент, Северус подошёл к колыбельке, где спал новоиспечённый Джеймс. Это была часть регистрации рождения, которую он ненавидел больше всего. Приподняв ножку мальчика, Северус быстро произнёс мягкое режущее заклинание и окунул край пергамента в кровь. Когда крови впиталось достаточно, он наложил исцеляющее заклинание на маленький порез. Посмотрев на пергамент, Северус замер: почти всё стало фиолетовым, что означало, что магия приняла написанное. Всё, кроме мест, где Гарри написал «умер» рядом со Стивом Роджерсом и Джеймсом Барнсом. Пожав плечами, решив, что магия сочла это несущественным, Северус передал документ эльфу, чтобы тот убрал его пока. — Хочешь подержать Джеймса? — предложил Люциус, протягивая маленький свёрток. Он взял малыша на руки, чтобы утешить после взятия крови. Быть дедушкой — это было чудесное чувство. Гарри покачал головой. — Нет, пока всё в порядке, спасибо. Если можно, я бы хотел просто поспать. — Конечно, Гарри. Отдыхай. Мы будем здесь, если понадобимся. Вынося ребёнка из комнаты, Люциус обменялся взглядом с Северусом. Оба мужчины были согласны в одном. Это было нехорошо.