Часть 9
29 апреля 2025 г., 09:44
Примечания:
Эта глава моя римская империя, я так хотела справиться с ней быстрее, но я так по-конченому заболела, что даже читала с трудом. Наслаждайтесь, дорогие.
Кажется, в полночь, Соник мчится домой. Его сердце бешено колотится в груди, но он знает, что это не из-за бега.
Он облажался. Он заснул, и не может быть, чтобы Наклз и Тейлз не поднялись на чердак и не увидели, что его кровать пуста. Он почти не хочет возвращаться, опасаясь разоблачения, опасаясь, что его в конце концов поймают, а потом, когда ему неизбежно придется признаться, что он встречался с Шэдоу, парнем, который чуть не убил Тома, они точно не захотят, чтобы Соник был рядом, и кто может их винить.
“Успокойся” – , думает он, чувствуя, что впадает в истерику. Соник не так уж плох в оправданиях. Он найдет способ.
Соник добирается до дома и разрывает стены, заглядывая внутрь через мансардное окно. К его удивлению, Наклза и Тейлза там не оказалось. Соник смотрит на чердак в замешательстве, но с благодарностью, и проскальзывает обратно в комнату. Он бросает подушки обратно на кровати, снова выключает свет и неосознанно поднимает их одеяла, валяющиеся на полу, чтобы тоже положить на кровати.
Правда, у него нет своего одеяла. Он взял его с собой в пещеру и оставил там. Вместе с палаткой, но она старая. Никто даже не заметит её пропажи, если у них есть ещё одна побольше и просторнее, из-за того, что тут живет стайка инопланетных детей, которым требуется убежище на время отдыха в лагере после гонок.
Соник плюхается на свою кровать. Ему совсем не хочется спать. Но Шэдоу определенно хотелось, думает он, и вспоминает, как Шэдоу просто... Совсем не проснулся, когда Соник ушел. Он практически лежал, свернувшись калачиком, но даже не пошевелился, когда Соник вскочил, чтобы убежать.
Соник отнес его в кресло-мешок, накрыл своим одеялом и молча ушел. Он также некоторое время смотрел на спящего Шэдоу. Но это только его дело и ничьё более.
В общем, им было весело.
За исключением того момента, когда Шэдоу полностью испортил хорошее настроение Соника.
Соник сбрасывает обувь и ставит телефон на зарядку. Затем он узнаёт тоскливую боль в своем сердце и открывает люк, покидая чердак. Он тихо спускается по лестнице. Добравшись до первого этажа, Соник садится на нижнюю ступеньку и кладет голову на руки, упираясь локтями в колени.
Он смотрит, как спит его семья. Он наблюдает, как Тейлз что-то бормочет, когда по-настоящему крепко спит, свернувшись калачиком на коленях у Тома. Сломанная рука Тома лежит на подлокотнике, а другой он обнимает Мэдди, которая прижимается к нему. Наклз положил голову ей на колени, лежа неподвижно и беззвучно, в отличие от тихого бормотания Тейлза и крошечных подергиваний его хвостов. Телевизор все еще включен, комнату заливает нежный голубой свет.
Все выглядят мирно, сбившись в кучку, прижимаясь друг к другу. И это удивительно, это чудесно. Это все, чего он когда-либо хотел. Соник больше всего на свете хочет быть здесь, уютно устроившись между Томом и Мэдди, частью семьи. Ведь он и есть часть семьи.
Так почему же ему кажется, что все это ускользает от него?
Соник отчаянно пытается удержать не только Шэдоу. Какое-то время он был зажат между двумя мирами, не имея возможности выбирать, и теперь он теряет их оба, не так ли?
Соник еще некоторое время наблюдает за ними, прежде чем ускользнуть, пробежавшись по дому и прихватив все одеяла. Он снимает обувь, прежде чем подойти ко всем в носках, и аккуратно накрывает их одеялами. Он пытается накрыть одеялом хвосты Тейлза , но в конце концов сдается, когда он, размахивая руками, сбрасывает его.
Соник замечает, что фильм, который они смотрели, закончился, застряв на конце титров.
Приглядевшись, он обнаруживает, что они смотрели “Скорость 2”, фильм, который Соник категорически не разрешал показывать во время вечеров кино. Похоже, они нашли время посмотреть его в его отсутствие.
По какой-то глупой, чересчур драматичной причине… Он снова чувствует себя виноватым. Как будто он мешал им делать то, что им нравилось.
Соник оглядывается на свою семью, видит их умиротворенные, довольные лица, прежде чем заставить себя подняться наверх и лечь в свою кровать. У него сегодня нет с собой одеяла. На улице холодно. И да, Соник может пережить минусовые температуры и снежный климат без одеяла, но все равно, сегодня ему холодно. Ему холодно, как тогда, когда он жил один в своей пещере в ненастные ночи. Ему холодно, как бывало всякий раз, когда он видел, как люди играют в снегу, смеются со своими семьями.
Он думает о своей собственной семье, уютно устроившейся внизу, и не думает, что одеяло могло бы всё это исправить.
***
Завтрак в доме Ваковски – всегда сложное дело. Тейлз всегда настаивает на том, чтобы по утрам есть только сладкие хлопья. По его словам, это главная еда на завтрак. Наклз, напротив, ест исключительно фрукты. По его словам, важно завтракать здоровой пищей, которая восстанавливает силы. Каждый день он безуспешно пытается уговорить Соника присоединиться . Мэдди и Том обычно готовят на скорую руку что-нибудь вроде блинчиков, или вафель, или тостов, или еще чего-нибудь по утрам. Соник, как настоящий гурман, всегда готов на все. А в те дни, когда Том или Мэдди решают приготовить что-нибудь особенное, например, по выходным, они все берутся помогать и едят все, что приготовят. По крайней мере, они позволяют Тейлзу помогать с приготовлением пищи, а Сонику и Наклзу – мыть посуду после, из-за их катастрофического отсутствия талантов к готовке. Соник любит завтракать. Это единственное время дня, кроме ужина, когда все обязательно собираются вместе. Тома и Мэдди нет дома во время обеда, и всегда есть вероятность, что они могут задержаться на работе во время ужина. Итак, Сонику всегда нравилось, когда они все могли провести время в компании друг друга. И этот простой факт всегда гарантировал, что за завтраком у него будет зверский аппетит. Но сегодня его просто подташнивает. Он смотрит на свою стопку блинчиков, чувствуя тошноту. Тем не менее, он откусывает кусочек и пытается прожевать. Это лучшее, что он когда-либо ел, как и всегда, но он чувствует, что его вот-вот вырвет. Тейлз сидит рядом с ним за столом, возбужденно размахивая руками. Он держит в руках какую-то листовку, рассказывает о какой-то научной конференции и практически умоляет Тома и Мэдди взять его с собой. Том и Мэдди, похоже, раздумывают над этим. Соник может это понять, так как Тейлз на самом деле никогда не просит многого. – Хорошо, – говорит Том, – Думаю, это будут познавательные выходные! – пока Тейлз радуется, Соник тычет пальцем в стопку блинчиков, оставшихся на его тарелке. Он вздрагивает, когда Том толкает его локтем, и вскидывает голову, обнаруживая, что все смотрят на него. – А? – непонимающе спрашивает он. – Мы спрашивали, не хочешь ли ты пойти, - сообщает ему Том. Соник оглядывается, видя, что все смотрят на него, и внезапно чувствует себя очень маленьким. – Э-э, нет, спасибо, Том. Ты же меня знаешь, у меня не хватит терпения торчать на научной ярмарке, – он пытается выпрямиться и придать своим словам побольше энергии, – Я, наверное, просто устану от непонимания происходящего и испорчу все Тейлзу. Но ты иди повеселись, ладно? Все остальные за столом просто поворачиваются, чтобы посмотреть друг на друга. Соник вздрагивает, когда они переводят взгляд на него. – Соник, - спрашивает Мэдди с явным беспокойством в голосе, – Все в порядке? – Да, - говорит Соник, улыбаясь и поднимая вверх большой палец, – А почему это может быть не так? Том ставит свою кружку с кофе на стол. – Ты кажешься… ты как будто где-то не здесь. – Кто, я? Я не думаю, что ты понимаешь, с кем говоришь, Том. – Соник. Соник смотрит на его обеспокоенное лицо и вздыхает. – Это была просто тяжелая ночь. Мне... наверное, приснился небольшой кошмар, – врет он, чувствуя, как его охватывает вина. Но выражение лица у всех меняется с подозрительного на сочувствующее. – О, милый, – говорит Мэдди, и Соник виновато наслаждается ласковым обращением, – Ты же знаешь, что можешь всегда прийти к нам, правда? Соник кивает, внезапно обнаружив, что ему трудно говорить, как будто что-то застряло в горле. Тейлз успокаивающе задевает его хвостом и слегка улыбается. Соник улыбается ему в ответ, стараясь не ухмыляться, как обычно, зная, что это будет всего лишь гримасой. – Мне не обязательно идти на ярмарку, Соник, – говорит Тейлз, кладя руку ему на плечо, – Я могу остаться. – Тейлз… ты не обязан этого делать, – Тейлз пытается возразить, но Соник продолжает, – Я не хочу, чтобы ты пропустил всё из-за меня. Теперь я в порядке, так что иди развлекайся, ладно? – Тейлз кивает, все еще с сомнением на лице. – Я привезу тебе что-нибудь веселенькое, – настаивает он, и Соник с нежностью гладит его по голове. – Конечно, я уже жду не дождусь . Тейлз с улыбкой хлопает его по руке, хотя все еще выглядит обеспокоенным. – Тогда, полагаю, сегодня в доме останетесь только вы с Наклзом. – К сожалению, – вставляет Наклз, – меня тоже сегодня не будет дома. Я думаю, Уэйду нужны дополнительные тренировки, поэтому я проведу с ним весь день, – Он поворачивается к Тому и Мэдди, – Хорошо? Мэдди улыбается ему. – Конечно, Наклз. Все в порядке. Соник, у тебя есть какие-нибудь планы? Соник хмуро смотрит на свои блинчики. – Нет, не то что бы. – А ты справишься сегодня один дома? Соник смотрит на Мэдди и улыбается, как он надеется, ободряюще. – Я справлюсь, - говорит он, – Вы, ребята, идите веселиться! Я немного отдохну для себя, в стиле Соника! – Если ты уверен, - соглашается Том и встает со стула. Соник слушает, как его ножки скребут по полу, и откидывается на спинку своего кресла, жуя очередную порцию блинчиков, просто чтобы было чем заняться. – Тейлз, нам лучше поторопиться, если мы хотим успеть на ярмарку. – Да! – Тейлз радостно восклицает, соскальзывает со своего места и бежит вверх по лестнице. Наклз подходит к Сонику как раз в тот момент, когда тот собирается отказаться от завтрака. – Ежик, – зовет он. – Да? – Если у тебя проблемы, ты можешь довериться нам. Мы ведь Команда, не так ли? – Все еще нужно обдумать это название, здоровяк. Но да, это так. – Так ты расскажешь, что тебя тревожит? Соник вздыхает. – Может быть, позже, –говорит он и улыбается Наклзу, – Честно говоря, там ничего серьезного. Знаешь, иногда тебе просто снятся такие сны. – Я понимаю. Соник лишь улыбается ему в ответ. – Не унывай, Накс, – говорит он, – Повеселись с Уэйдом. Выбрось из головы все мысли о плохих снах и сварливом Сониксе. Я уже справлюсь со всем, когда ты вернёшься. Наклз кивает. – Очень хорошо, Соник, – говорит он, – Я приму твои заверения. Но знай, что я здесь ради тебя, – он уходит прежде, чем Соник успевает сказать что-нибудь еще, исчезая вслед за Тейлзом. Соник смотрит ему вслед, и по какой-то необъяснимой причине его глаза жжёт.***
После того, как Тейлз, Том и Мэдди ушли, а Наклз отправился к дому Уэйда, Соник бесцельно бродил по дому. Он пытался посмотреть фильм, но не мог сосредоточиться. Он пытался закончить головоломку, которую начал, но застрял, однако обнаруживает, что все еще не знает, как продолжить. Остается только одно. Соник удостоверяется, что он надежно запер за собой дверь, и убегает. Он снова бежит через лес, через холмы, а затем обратно. Он пробегает мимо знаков, которые они установили вдоль своего любимого ипподрома, и слегка похлопывает их , когда проносится мимо, смеясь, когда знаки начинают вращаться. Соник радостно восклицает, широко раскидывая руки. – И, к абсолютно ничьему удивлению, воздушный ежик снова остаётся номером один в известной и неизвестной вселенной! – Соник на мгновение восхищается собственным невероятным комментарием, продолжая мчаться по лесу. Именно в этот момент Соник, увлеченный происходящим, не замечает темного, очевидного препятствия, стоящего перед ним. К тому времени, когда он видит это и пытается остановиться, уже слишком поздно. Соник врезается в него, и его немного заносит по земле. Он со стоном садится и потирает голову. Однако раздается еще один голос, издающий жалобный звук, и Соник вздрагивает, осознавая, во что он только что врезался на полной скорости. Или, скорее, в кого. – Шэдс! – Соник встает и подбегает к другому ежику, который тоже сидит. Шэдоу бросает на него сердитый взгляд. – Ты что, не видишь, куда идешь? – Извини за это, – говорит Соник, смущенно улыбаясь, – Давай я помогу тебе подняться, – Шэдоу ворчит, но принимает его руку. – Куда ты так спешил? – спрашивает тот, и Соник одаривает его улыбкой. – Просто бежал. Это помогает мне освежить голову , – он с любопытством смотрит на Шэдоу, – А что ты здесь делаешь? Шэдоу пожимает плечами, отводя взгляд. – То же, что и ты, я полагаю. – Я думал, тебе нельзя бегать с такой ногой, – Шэдоу смотрит на него так, словно думает, не ударился ли Соник где-нибудь головой, и Соник поднимает руки, сдаваясь. – Эй, я просто говорю. Думаю, рана зажила бы намного быстрее, если бы ты не напрягал ногу так сильно. – Я просто гулял, - бормочет Шэдоу в свое оправдание, – До того, как ты в меня врезался. – Гулял? Куда? – Куда именно, по-твоему, я мог бы уйти? Соник пожимает плечами, решив оставить этот вопрос без ответа. – Эй, хочешь потусоваться? Шэдоу усмехается. – Как будто ты собираешься меня отпустить. – Видишь, у тебя получается! – Соник подталкивает Шэдоу локтем, – Я бы побежал с тобой наперегонки, но... – он указывает на ногу Шэдоу. Шэдоу просто смотрит на него. – Мы можем просто вернуться в пещеру, - предлагает он. Соник хмурится. – Мы всегда там тусуемся, – жалуется он, – Не пойми меня неправильно, это весело, но у нас там не так много вариантов, – Шэдоу просто закатывает глаза, предпочитая больше не выдвигать никаких предложений. И тут в голову Соника приходит блестящая идея. – Эй, мы можем потусоваться у меня дома! Шэдоу смотрит на него так, словно недоумевает, почему Соник вообще заговорил. – Это шутка? – Нет, почему? Пальцы Шэдоу дергаются, как будто он хочет хлопнуть себя по лбу или, может быть, прямо по лбу Соника. – Твоя семья, – шипит он. – Оооо, – понимает Соник, – Не волнуйся, дома никого нет. Том и Мэдди пошли на научное мероприятие с Тейлзом, а Наклз гуляет с Уэ...Со своим другом. Шэдоу только прищуривается, глядя на него. – Это слишком рискованно, -–говорит он, – Я не пойду к тебе домой. Соник вздыхает и решает использовать самый старый трюк из тех, что у него есть в запасе . – Пожалуйста. – Нет. – Пожалуйста! – Нет. Соник широко раскрывает глаза и наклоняется к Шэдоу так близко, как только может. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста... — Шэдоу зажимает рот Соника ладонями, выглядя ошеломленным и расстроенным, выражение его лица всё время меняется, создавая очень забавную реакцию на маленькую выходку Соника. – Ладно, - огрызается он, – Если это заставит тебя заткнуться. – Ура! – кричит Соник и обнимает Шэдоу. Шэдоу ворчит, хотя его руки в ответ обхватывают Соника. Соник дает себе ровно пять секунд, чтобы насладиться этим , прежде чем отстраниться. – Пошли! Шэдоу вздыхает, но следует за Соником, когда тот возвращается домой. Однако он останавливается как раз в том месте, где лес расступается, показывая их дом, и выглядит встревоженным. Соник оглядывается на него, невольно вспоминая, когда он делал то же самое, набираясь смелости подойти к окну, чтобы посмотреть фильмы с ничего не подозревающими Томом и Мэдди. – Эй, все в порядке. Никого нет дома. – Ты не можешь сказать наверняка, – парирует Шэдоу, – А что, если они вернутся раньше? – Тогда ты можешь просто телепортироваться, – отвечает Соник, – Ты ведь можешь это сделать, не так ли? – Я полагаю... – Соник улыбается ему. – Тогда чего же ты ждешь? Пошли, – говорит он и протягивает руку. Шэдоу замирает и задумчиво смотрит на чужую ладонь. И затем он берет ее, обхватывая пальцами ладонь Соника. Соник крепко прижимается к нему, и они идут по траве к дорожке, ведущей к входной двери. Обычно здесь никого нет, и тяжелые ботинки Шэдоу цокают по гравию. Соник роется в своих иглах в поисках ключа от дома и открывает дверь. – Добро пожаловать в Дом семьи Ваковски! – восклицает он, становясь сбоку и пропуская Шэдоу внутрь. Шэдоу просто пялится на интерьер, как будто он смотрит в пасть гигантскому, ужасающему монстру, который с нетерпением ждет возможности полакомиться ежом. Соник просто кладет руки на плечи Шэдоу, мягко подталкивая его вперед. Шэдоу, несмотря на свои колебания, не сопротивляется. На это стоит посмотреть. Шэдоу, стоящий в этом доме и любующийся им. Соник так долго надеялся на это. Конечно, в его идеальной фантазии его семья приглашает Шэдоу пожить у него, но Соник готов довольствоваться и этим. – Здесь... мило, – говорит Шедоу, сам того не замечая. Соник бездумно обхватывает руку Шэдоу и слегка поправляет хватку, когда Шэдоу его не отталкивает. – Хочешь экскурсию? Шэдоу искоса смотрит на Соника и медленно кивает. Соник улыбается ему и тянет Шэдоу за собой, показывая на гостиную, кухню, лестницу, к сожалению, не покрытую ковром. Он практически тащит Шэдоу наверх, показывая ему все вокруг, и затем они переходят к той части, которая его больше всего волнует. – А это наша комната, - говорит он, беря Шэдоу за руки и затаскивая его на чердак. Шэдоу входит внутрь, дверь-люк захлопывается за ним. Соник наблюдает, как он оглядывается по сторонам, и в его глазах появляется знакомое выражение благоговения. Соник чувствует, как его переполняет нежность, и изо всех сил старается не расплыться в слащавой улыбке. – Давай, садись сюда, – говорит он и тащит Шэдоу к своему креслу-мешку. Шэдоу позволяет ему развернуть себя и тяжело опускается на кресло-качалку. Он медленно двигает ногой перед собой, а Соник просто хватает подушку и подкладывает ее себе под ногу. – Мне не нужно... – Даже не дума говорить это. Шэдоу поджимает губы, но подчиняется. Соник поворачивается и оглядывает свою комнату, постукивая ногой. – Что же нам поделать... – размышляет он. Его взгляд падает на его запас комиксов и на один из немногих журналов , который выделяется среди бесконечных выпусков “Флэша”. Он улыбается , подбегает и хватает книгу. – Та-да! – говорит он, протягивая ее Шэдоу, который выглядит озадаченным. – Что это? Соник ухмыляется. – Это атлас! – заметив, что Шэдоу начинает что-то понимать, он подмигивает ему, – Кажется, я обещал тебе урок географии? – Да, обещал, – соглашается Шэдоу. Соник улыбается. – Тогда отодвинься в сторону и дай профессору Сонику немного пространства! Шэдоу слегка усмехается над титулом, который Соник сам себе присвоил, но все же немного отодвигается в сторону, чтобы Соник мог сесть рядом с ним. Он открывает атлас и протягивает его Шэдоу. – Что ты хочешь узнать? – когда Шэдоу замолчал, он легонько подтолкнул его локтем, – Давай, – ободряюще говорит он, – Мне тоже потребовалось время, чтобы научиться этому. – ...Ты сказал, что покажешь мне, где находится Токио. Соник улыбается. – У тебя получилось, – он листает атлас, находит нужную страницу и показывает пальцем. – Вот, смотри! Следующие несколько часов Соник проводит, рассказывая Шэдоу обо всем атласе. Не то чтобы он сам знал обо всем, но он передает те знания, которые у него есть, Шэдоу. А Шэдоу, в свою очередь, сидит неподвижно, как статуя, рядом с Соником, с напряженным вниманием прислушиваясь к каждому слову, исходящему из его уст. В его глазах появляется тот восторженный блеск, которым Соник не может насытиться, и он пытается не обращать внимания на головокружение, которое испытывает, когда указывает на все разные штаты и начинает рассказывать о том, как он спросил Тома и Мэдди, откуда они знают названия всех штатов наизусть. В тот вечер они усадили его с картой и научили приемам, которым их научили родители, чтобы помочь запомнить их все. Шэдоу просто кивает, внимательно слушая, как Соник погружается в историю. Он не променял бы Наклза и Тейлза ни на что на свете, и если бы он их потерял, это могло бы его просто убить. Но иногда ему нравится предаваться ностальгии по тем временам, когда были только он, Том и Мэдди. Он не скучает , и его жизнь стала намного лучше, когда в ней появились его братья, но ему нравится вспоминать. Им было хорошо вместе. Когда Соник наконец делает паузу, чтобы перевести дух, Шэдоу пользуется возможностью заговорить после нескольких часов молчания. – Почему ты все это знаешь? – тихо спрашивает он. – Ну, я действительно часто смотрю “Дискавери”. – Я спросил почему, а не как. Соник поворачивается, чтобы посмотреть на него, и его осеняет понимание. Сам Шэдоу не смотрит на Соника, он решительно смотрит на деревянный пол, обводя глазами маленькие спиральные узоры. – Ну... – начинает Соник, откидываясь на спинку сиденья, – Я просто обожаю эту планету, понимаешь? Мне пришлось оставить Мобиус позади, и я побывал на множестве разных планет, прежде чем попал на Землю, но ни на одной из них я не чувствовал себя как дома. Я всегда был одинок, куда бы я ни шел. Но здесь… она такая большая, и здесь так много всего можно сделать и на что можно посмотреть. И самое главное – я обрел здесь семью. Это мой дом, – он потирает затылок, – Думаю, именно поэтому. Он не знает, чего он ожидает от Шэдоу в ответ, но он никак не ожидает, что Шэдоу откинется на кресло-мешок вместе с ним, касаясь его руки своей. – Было ли так просто найти здесь дом? – его голос звучит странно задумчиво, и Соник старается тщательно подбирать слова. – Я не знаю, – признается он, – Но я точно знаю, что очень сильно хотел быть здесь. Я хотел быть с такими людьми, как Том и Мэдди, и когда у меня появлялась возможность пообщаться с ними… Я старался изо всех сил, чтобы сделать это, – он слегка смеется, – Знаешь, Том не очень-то стремился помочь мне, когда мы встретились в первый раз, но я его раскусил. Теперь я не могу представить свою жизнь без него. Он смотрит на Шэдоу, который по-прежнему не смотрит на него. – Как ты познакомился с Марией? – спрашивает он, чувствуя себя немного смелее. Шэдоу только еще больше отворачивается, уставившись в стену. Но Соник выжидает, чувствуя странную уверенность в том, что Шэдоу скажет ему. И он говорит, тихим и ласковым голосом . – Она пришла ко мне, – говорит он, – когда на мне все еще ставили эксперименты. Она была внучкой профессора, поэтому ее впустили в запретную зону, где содержался я. Она увидела меня и решила, что хочет со мной подружиться. – И... они позволили ей? Шэдоу кивает. – Профессор так сильно любил ее. Когда она просила, он соглашался на все, что она хотела. Они выпустили меня из резервуара, разрешили побегать с ней по базе. Они разрешили мне есть попкорн и строить крепости из подушек. Они... они не заставляли меня так усердно работать после ее прихода. Она настаивала, чтобы они относились ко мне лучше, – он делает паузу и на секунду поворачивается к Сонику, прежде чем снова отвернуться, закрыв глаза. – Шэдоу? – Я все еще не понимаю, что она во мне нашла. Я ничего не мог ей дать. Соник открывает рот и закрывает его снова, чувствуя себя шокированным таким откровением. – Шэдоу, – начинает он, пытаясь придумать, что бы такое – хоть что-нибудь – сказать. Но Шэдоу сам заставляет его замолчать, резко вставая с кресла-мешка и уходя прочь. На одну мучительную секунду Соник задумывается, не убежит ли он. – Давай займемся чем-нибудь другим, – вместо этого говорит Шэдоу, и его охватывает облегчение. – Конечно, - отвечает он, – Хочешь посмотреть фильм?***
Соник и Шэдоу оказываются на кухне. Соник хотел приготовить попкорн и попросил Шэдоу присесть в гостиной, но Шэдоу настоял на том, чтобы составить ему компанию. Очевидно, он никогда раньше не видел микроволновку и выглядит озадаченным, когда Соник кладет пакет с попкорном внутрь. Соник не знает, как это объяснить, поэтому он ищет в Google информацию о попкорне и читает ее Шедоу, пока они ждут, когда все будет готово. Когда все приготовилось (наконец-то), Соник высыпает весь попкорн в огромную миску. – Хм, - говорит он, размышляя, – Этого может быть недостаточно, – увидев недоуменный взгляд Шэдоу, он поясняет, – Я много ем. Если мы будем делить всё на двоих, мне понадобится гораздо больше . – Ты можешь взять все, если это проблема. Соник ошеломленно смотрит на него. – Ты шутишь? Тебе нужно есть попкорн во время просмотра фильмов. Таков закон! – Это просто не может быть законом. – Ну, в этом доме такой закон. Так вот! Соник передает миску Шэдоу, который берет ее, каким-то образом ухитряясь создать впечатление, что он держит в руках то ли бомбу, то ли драгоценный камень. Соник качает головой и берет несколько чрезмерно сладких хлопьев Тейлза и крутых чипсов Наклза “Ранч Доритос”. – Хорошо, у нас все готово. Пошли! Шэдоу следует за ним в гостиную и садится на диван, пока Соник расставляет все на столе, одновременно просматривая обширный каталог фильмов. – Какие-нибудь рекомендации? – спрашивает он Шэдоу, который только прищуривает глаза, глядя на него. – Я не знаю ни одного из них. Выбирай ты, – говорит он. И Соник так и делает. Но он пытается заставить Шедоу выбирать тоже, по крайней мере косвенно. – Хочешь посмотреть боевик? – Нет, – Шэдоу на секунду замирает, – Особенно те, где есть битвы с монстрами. – Хорошо, - говорит Соник. У нас тут трудный клиент, – Шэдс, я действительно хочу знать, какие фильмы тебе нравятся. Фильмы для меня ничего не значат, но у тебя, вероятно, не будет возможности посмотреть их какое-то время. Шэдоу хмурится и прикусывает нижнюю губу. Соник наблюдает, как его глаза мечутся туда-сюда, прежде чем он, наконец, со вздохом закрывает их. Он смотрит на Соника, ожидая, что тот скажет что-нибудь. – Мне... понравилась романтика, – бормочет он, и Соник воздерживается от того, чтобы указать на то, насколько это шокирует. Он ни за что бы не догадался, что Шэдоу проникнется романтикой. Соник ломает голову над всеми известными ему романтическими фильмами, но все, что приходит на ум, - это ужасные ромкомы, которые нравятся Мэдди, и странные теленовеллы, от которых Наклз сходит с ума. Он хочет, чтобы Шэдоу посмотрел что-нибудь по-настоящему качественное, поэтому после минутных раздумий Соник вздыхает и ставит один из немногих романтических фильмов, которые ему действительно нравятся. – Что это? – Шэдоу срывается с места, как только видит Чудовище на экране. Соник смотрит на него в замешательстве. – Что ты имеешь в виду? Шэдоу просто машет рукой на экран с выражением крайнего отвращения на лице. – Я же говорил тебе, что мне не нравятся фильмы с монстрами. – Чувак, это не боевик, – когда Шэдоу сердито посмотрел на него, Соник просто похлопал его по плечу. – Просто наблюдай. Шэдоу, по-видимому, сейчас в плохом настроении, просто молча сидит, хмуро глядя на экран. Соник пытается немного разрядить обстановку, хватая миску с попкорном и плюхая ее на колени Шэдоу, и просто крадет попкорн, подмигивая, когда Шэдоу сердито смотрит на него. Он указывает на экран, прикладывая палец ко рту, и делает вид, что внимательно наблюдает за происходящим. Он слышит притворный вздох Шэдоу, но его спутник больше ничего не говорит. Соник просто откидывается на подушки, запихивает в рот попкорн и бездумно наблюдает. Примерно в том месте, где Белль и Чудовище начинают общаться друг с другом, Соник хмурится, глядя на экран. Как ни странно, у него в груди возникает странное чувство, когда он наблюдает, как Белль и Чудовище бросаются друг в друга снежками. Не то чтобы он когда-либо ненавидел эту сцену, но и не испытывал к ней особой привязанности. Это... прекрасно, это мило или что-то в этом роде, и это все, что он думал о ней всегда. Но сейчас смотреть ее ощущается совсем по-другому. Каким-то образом Соник чувствует себя странно похожим на персонажей на экране. Это будто… он это понимает. Он смотрит фильм, в котором Белль и Чудовище прижимаются друг к другу, чтобы почитать, а Белль читает ему, а затем пытается помочь ему читать ей. И тут что-то щелкает, как будто в его сердце зажигается свеча, и Соник чувствует, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Потому что он понимает это, он все понимает. Возможно, ему просто... знакомо это чувство. Мысли немедленно возвращают его к игре в карты, танцам, засыпанию в подушечных крепостях и пробежкам по холмам, как будто в мире больше нечего делать. Он даже не осмеливается посмотреть в сторону Шэдоу, так как слишком хорошо осознает, что его щеки горят, и Соник понимает, что он густо краснеет. Но он ничего не может с собой поделать. Он наблюдает, как Чудовище и Красавица подходят друг к другу для танца, и именно в этот момент чувствует себя достаточно храбрым, чтобы украдкой взглянуть на ежика, сидящего рядом с ним. А Шэдоу смотрит прямо на экран, не мигая, широко раскрытыми глазами, полными чего-то похожего на удивление. Он, кажется, совершенно очарован фильмом, наклоняется вперед, ни на секунду не отрывая взгляда от экрана. Соник смотрит на него, на свет, падающий на его лицо и заставляющий его глаза сиять, и он не может удержаться от улыбки, абсолютное тепло находит дом внутри него, разливается там, как будто оно проникло в саму его кровь. И все, о чем он сейчас может думать, это о том, что он хотел бы взять Шэдоу за руку; он хотел бы крепко сжать ее и никогда не отпускать.***
Вопреки своему желанию, Соник продолжает смотреть на Шэдоу на протяжении всего фильма. Он пропускает всё, потому что не может отвести глаз от Шэдоу. Шэдоу, в свою очередь, кажется, вообще ничего не замечает, увлеченный происходящим в фильме. Только когда фильм заканчивается, Соник приходит в себя, изо всех сил стараясь отвести взгляд от Шэдоу и притвориться, что он не пялился на него все это время. Шэдоу же моргает, как только начинаются титры, и Соник наблюдает, как его голова опускается, а глаза опускаются и смотрят на его колени. Миска с попкорном все еще там, и Соник протягивает руку, забирая ее из рук Шэдоу. Глаза Шедоу на долю секунды расширяются, прежде чем он поворачивается и смотрит на Соника, как будто он забыл о его присутствии. Честно говоря, Соник не может понять. – Тааак, - говорит он, неловко растягивая слово, – Что ты думаешь? – Это было... хорошо, – говорит Шэдоу, но то, как спокойно он это произносит, показывает, что он определенно думает, что это было нечто большее, чем просто “хорошо”. Соник обнаруживает, что нежно улыбается. – Правда? Шэдоу кивает. – Во всех фильмах о монстрах, которые я смотрел, монстра обычно убивали в конце, – делится он, – Я... не ожидал, что Чудовище будет счастливо жить. – Ну что ж, – говорит Соник, одаривая Шэдоу улыбкой, – Теперь ты это увидел. – Думаю, да. Они еще некоторое время сидят в тишине, просто наслаждаясь моментом и друг другом. Затем Соник вздыхает. – Я голоден, – заявляет он, и Шэдоу раздраженно фыркает рядом с ним. – Тогда ешь, - говорит он, указывая на большую миску с попкорном в своих руках. Соник только ухмыляется ему и съедает всю миску примерно за десять секунд. Даже когда он поздравляет себя с новым рекордом, Шэдоу смотрит на него, с отвращением сморщив нос. Соник просто показывает ему язык. – Этого было недостаточно, – жалуется он. – Тогда доедай остальное, Соник, – огрызается Шэдоу, указывая на разложенные на столе чипсы и хлопья. – Не-а, – отвечает Соник, махнув рукой, – Я их не ел, чем, возможно, спас себя от чьих-то ругательств, – он смотрит на Шэдоу, – Но... у нас остались макароны с сыром. Я могу разогреть их, и мы оба сможем поесть. – Я не... – начинает Шэдоу, но замолкает, когда Соник поднимает бровь, – Не бери в голову. – Видишь? Разве это не было так просто? – Соник, не дожидаясь ответа Шэдоу, мчится на кухню и достает остатки еды из холодильника. Как только он начинает разогревать ее, он слышит стук ботинок Шэдоу по полу. Они тихо стоят на кухне, прислушиваясь только к пискам и жужжанию микроволновой печи, освещенной только мягким, приглушенным светом. Соник молча берет две тарелки и передает их Шэдоу вместе с двумя вилками. Затем он достает макароны с сыром и выходит из кухни, Шэдоу следует за ним. Соник обслуживает их обоих и садится. Шэдоу, однако, просто стоит, положив одну руку на спинку стула прямо напротив него. – Садись, – говорит ему Соник, улыбаясь. Шэдоу все еще смотрит с сомнением, в его взгляде мелькает неуверенность. Поэтому Соник протягивает руку через стол, – Садись, – говорит он снова, – Пожалуйста. Шэдоу смотрит на горячую еду, стоящую перед ним, а затем на протянутую руку Соника. Он медленно берет ее, выдвигает стул и садится. Шэдоу берет вилку, слегка ковыряет макароны, подцепляет их вилкой и смотрит, как они падают обратно на тарелку. – Вкусно, – говорит Соник, отправляя в рот еще порцию. Шэдоу наблюдает за ним, а затем сам подцепляет макароны и кладет их в рот. Он медленно жует. – Это неплохо. Соник одаривает его улыбкой. – Я приму это. Они доедают остальную еду в тишине. Слышно только, как они что-то жуют, и какой-то случайный шум снаружи. Их руки все еще соединены, лишь пальцы переплелись, так как руки недостаточно длинные, чтобы тянуться через весь стол. Когда они заканчивают, Соник убирает посуду и потягивается. – Что нам теперь делать? Шэдоу просто пожимает плечами. Соник смотрит на него и отворачивается к окну, уставившись в ночное небо. Он улыбается. – Все в порядке, – говорит он, – У меня есть идея.***
– Кто-нибудь может нас увидеть. – Если нас никто не видел утром, то не увидит и сейчас, – объясняет Соник, в то время как Шэдоу следует за ним на крышу. – Если ты так говоришь, – со вздохом говорит Шэдоу, – Что это ты хотел мне показать? – Это, - отвечает Соник, указывая на небо. Он следит за взглядом Шэдоу, когда тот поднимает голову, и его глаза расширяются, когда он видит ярко сияющие в небе звезды. Его рот слегка приоткрывается от благоговения, когда Шэдоу, пораженный, смотрит на миллионы мерцающих огоньков. Соник улыбается. – Я знал, что тебе понравится, – дразнит он. – Заткнись. Даже когда Шэдоу произносит это, Соник чувствует, что сердце его говорит совсем другое, он слишком сосредоточен на ярких огнях над ними. Соник знает, что нелегко смотреть на звезды сквозь густые кроны деревьев, но с крыши дома Ваковски? Ничто не сравнится с этим зрелищем. Соник просто стоит рядом с ним и слегка дрожит от порывов ветра. И Соник, и Шэдоу способны выживать при низких температурах, но холод все равно доставляет дискомфорт, а это не то, чего хочет Соник. Поэтому он разворачивает одеяло, которое принес с собой, и накидывает его на плечи Шэдоу. Шэдоу поворачивается к нему, открывая рот, чтобы что-то сказать, но Соник хватает его за плечи и заставляет сесть на крышу. Шэдоу садится, на удивление покладистый. Соник просто присаживается рядом с ним. Поскольку голова Шэдоу по-прежнему высоко поднята, он отвинчивает принесенный с собой термос и наливает щедрую порцию горячего шоколада. Он подталкивает Шедоу локтем, а когда другой ежик оглядывается на него, протягивает ему чашку. – Вот, – говорит он, и Шэдоу принимает его с благодарностью. Соник наблюдает, как он делает глоток, осторожно обхватив чашку руками. Соник наливает немного себе и делает свой глоток, наслаждаясь вкусом напитка, позволяя теплу успокоить горло. Очень скоро их напитки заканчиваются, а чашки остаются стоять рядом. Шедоу поджимает ноги к груди, обхватывая их руками. Соник, напротив, вытягивает ноги, упираясь ладонями в крышу, ощущая шершавую черепицу под ладонями. Звезды мерцают, а Шэдоу и Соник сидят под ними в тишине. Соник смотрит на Шэдоу, наблюдая, как звезды мерцают в его глазах, их свет отражается в его пронзительном взгляде. Он думает о Луне, где они разговаривали друг с другом, и Соник видел то же самое зрелище, о свете звезд, сияющих в глазах Шэдоу, как будто им там самое место. Его сердце готово взорваться в груди, бешено колотясь. Его инстинкты, его эмоции – все это взывает к нему, и Соник чувствует себя чашей, наполненной до краев, переполненной страстным желанием и абсолютной нежностью. – Шэдоу, – начинает он, а Шэдоу просто кивает, показывая, что слушает, – Я... – Соник не может продолжать, нервозность сжимает его в тисках. Вместо этого он говорит: – Это из-за того, что ты сказал, когда мы разговаривали на Луне. Шедоу не отвечает, хотя немного напрягается. Соник, ободренный тем, что его не прерывают, продолжает. – Свет сияет, даже если звезда погасла, – цитирует он, а Шэдоу молчит, как будто ждет неизбежного взрыва. – Что это значит? Шэдоу смотрит на него, но Соник не сводит глаз с неба над ними. Соник чувствует на себе его пристальный взгляд и почти вздыхает с облегчением, когда Шэдоу снова переводит взгляд на небо. – Могут пройти сотни лет, прежде чем свет звезды достигнет Земли, и к тому времени, когда ты ее увидишь, звезды может уже и не быть, – говорит Шэдоу мягким и благоговейным голосом, и Соник смотрит на звезды с новым чувством восхищения. – Это безумие, – выдыхает он, и у Шэдоу, кажется, перехватывает дыхание. Некоторое время он ничего не говорит, и Соник закрывает глаза, вдыхая холодный воздух. – Соник. – Да? – ...Спасибо тебе. Соник поворачивается к Шэдоу, чувствуя себя крайне удивленным. Конечно, Шэдоу и раньше благодарил его, но никогда так неожиданно. – За что? – спрашивает он. Шэдоу просто поднимает голову, но закрывает глаза. – Я никогда не думал, что увижу это снова, – объясняет он приглушенным голосом, как будто доверяет Сонику самое бесценное сокровище в мире, – Звезды. Но ты сделал это возможным. Вот за это, – говорит Шэдоу и поворачивается лицом к Сонику. И Соник наблюдает за ним, чувствуя, как его глаза расширяются, а рот приоткрывается. Потому что Шэдоу улыбается ему. Это не одна из его маленьких, скрытных улыбок, которые он стирает с лица, как только Соник смотрит в его сторону, и не одна из его ухмылок соперничества. Это улыбка, которая делает его самым красивым существом на свете, от которой у его глаз появляются морщинки и они мерцают в свете звезд над ними. Это то, что заставляет Соника чувствовать, что все остальное не имеет значения, до тех пор, пока он может вечно смотреть на эту улыбку, впечатывая ее в свою память золотом. – Спасибо, – снова говорит Шэдоу, и Соник теряется. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, что-то вроде “конечно, приятель”, или “без проблем”, или что-нибудь еще. Но Соник больше не может сдерживаться, и не успевает он опомниться, как все выплывает наружу. – Я хочу поцеловать тебя. И он может только с ужасом наблюдать, как улыбка сползает с лица Шэдоу, а его глаза расширяются и становятся большими, как блюдца. – Что? – спрашивает он, и Соник чувствует, как холодный ужас скапливается у него в животе. Потому что теперь он знает, что все кончено. – Я... – Соник, – говорит Шэдоу твердым голосом, – Скажи это. – Я… Я хочу поцеловать тебя. Шэдоу просто смотрит на него, и не важно, как сильно Сонику хочется отвернуться, чтобы убежать и свернуться калачиком в каком-нибудь темном уголке мира, он выдерживает взгляд Шэдоу. – Сделай это. Соник моргает. – Что? – Сделай это, - говорит Шэдоу, и Соник пристально смотрит на него, ища в его глазах намек на насмешку. Но он не находит ничего, кроме спокойного, решительного взгляда Шэдоу. Он действительно серьезен. – Ты – ты уверен? – А ты как думаешь? – отвечает Шэдоу глубоким и ровным голосом, и Соник слышит, как эти слова эхом отдаются в его голове, пронзая его, словно удар в сердце. И он реагирует на это единственным доступным ему способом. Он протягивает ладонь, берет Шэдоу за руку. Он притягивает Шэдоу к себе, наклоняется и прижимается губами к губам Шэдоу. И это лучшее чувство в мире, без которого он не может поверить, что когда-либо жил. Губы Шэдоу мягко прижимаются к его губам. Это определенно не совсем правильно и, вероятно, очень по-любительски по сравнению с тем, что он видит по телевизору. Но Соник впитывает это как губка, наклоняясь и целуя Шэдоу изо всех сил. Когда он, наконец, отстраняется, Соник смотрит на Шэдоу и обнаруживает, что его аппетит, который теперь проснулся, делает его абсолютно ненасытным. — Могу я... – начинает он, но Шэдоу просто сверлит его взглядом своих красных глаз. – Прекрати болтать, – рычит он, и это все, что нужно услышать Сонику. Одеяло падает с плеч Шэдоу на крышу, когда Соник притягивает его ближе. Шэдоу перекидывает ногу через ногу Соника и садится к нему на колени, обхватывая руками его плечи. Соник наклоняется и снова целует его, прижимаясь губами к губам Шэдоу в каком-то маниакальном отчаянии. Шэдоу отвечает тем же, и Соник обнимает его за талию, притягивая ближе. Соник больше ничего не слышит, он даже не может думать ни о чем другом, кроме ежика в своих объятиях, который целует его так, словно завтрашний день никогда не наступит. Когда они отрываются друг от друга, чтобы глотнуть свежего воздуха, Соник жадно вдыхает холодный воздух, а затем смотрит на Шэдоу. Его лицо горит, и Соник понимает, что краснеет. Но он также замечает зеленый оттенок на лице самого Шэдоу. – Неужели у меня так плохо получается? – спрашивает он, поднимая руку, чтобы коснуться лица Шэдоу. Тот лишь ворчит и отмахивается. – У меня зеленая кровь, – медленно произносит он, как будто думает, что это что-то неправильное. Он отворачивает голову в сторону, не глядя на Соника. Очевидно, он все еще совсем не понимает Соника. Соник тянется к его лицу, проводит пальцами по щеке Шэдоу и поворачивает его голову обратно к себе. – Это так круто, – шепчет он с ухмылкой, и Шэдоу смотрит на него несколько секунд, прежде чем обхватить лицо Соника руками и снова прижаться губами к его губам. Соник целует его в ответ, готовый взорваться от переполняющих его чувств прямо сейчас. Они обмениваются поцелуями, которые кажутся вечностью, и в какой-то момент руки Шэдоу соскальзывают с его лица и обхватывают его шею. В ответ Соник крепче сжимает его в объятиях. Шэдоу теплый, и Соник чувствует, как его сила пульсирует под кожей. Его собственное сердце сходит с ума, бьется со скоростью миля в минуту, и Соник не уверен, что даже бег заставил бы его биться так быстро. Кажется, он не может насытиться, и, очевидно, Шэдоу тоже. Но, опять же, им нужно оторваться друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, и они это делают. Шэдоу делает глубокий вдох, глядя прямо на Соника. На его лице появляется странное выражение, и Соник, все еще пребывающий в эйфории от ночных событий, внезапно чувствует, что возвращается на Землю. – Шэдоу? – спрашивает он обеспокоенно. Но его прерывают, когда Шэдоу крепче обхватывает его и утыкается лицом в изгиб шеи, что, без сомнения, является объятием. Соник замирает на целую секунду, прежде чем обнять его в ответ, впитывая его тепло. Шэдоу сжимает его, и Соник делает то же самое, чувствуя новый вид отчаяния, его инстинкты выходят из-под контроля внутри его разума. Когда Шэдоу, наконец, отстраняется, он снова отворачивается от Соника. – Шэдоу, – спрашивает Соник, – что случилось? – Соник, – отвечает Шэдоу ровным и абсолютно отстраненным голосом, несмотря на то, что его руки сжимают Соника в тисках, – Мне жаль, но сегодня вечером я покидаю Грин Хиллс.
Примечания:
А теперь можно и плакать.
