Чёрт бы побрал этих вампиров

Краткое содержание: Астарион решает, что раз уж он по-настоящему влип, то почему бы и не повеселиться. Лейн заправил прядь золотых волос за ухо. — Можешь выпить моей крови, — предложил он. Астарион приподнялся. — Да, я не глухой, но с чего вдруг такие предложения? Хвост Лейна обвился вокруг талии Астариона. — Не уходи. — Прекрати это немедленно, — сказал Астарион. Он попытался высвободиться, потянув за хвост, но тот лишь крепче сдавил его, к его досаде. Астариону оставалось лишь молить небеса, чтобы этот тифлинг не оказался охотником на монстров. Он вздохнул, и плечи его опустились. — Откуда тебе известно? Лейн провёл кончиками пальцев по груди Астариона. — Ты весь холодный, — проговорил он. — И я всего один раз видел эльфа с такими красными глазами. Астарион вздрогнул и обхватил себя руками. Лейн продолжил: — Я не был уверен, пока не снял с тебя плащ и не увидел следы укусов на твоей шее. Астарион отстранился от прикосновения тифлинга. — Почему ты меня впустил? Лейн пожал плечами. — Я тебя не боюсь. — Ну, тебе следовало бы! — огрызнулся Астарион. Он попал. Конкретно попал. Никакого запасного плана на случай, если тифлинг узнает, не было. Он не должен был знать. — Я, знаешь ли, мог бы тебя убить. Лейн коснулся ладонями щёк Астариона. Астарион вздрогнул, но не отстранился. Прикосновение тифлинга было тёплым и нежным. Астарион обычно не удостаивался чего-то тёплого и нежного. Кивнув, Лейн сказал: — Мог бы, но не убил. Астарион нахмурился. — Почему ты позволил мне затащить тебя в постель? Лейн снова пожал плечами. — Потому что ты красивый, и я хотел тебя. И до сих пор хочу. Астарион отвернулся от тифлинга и потёр переносицу. Это катастрофа. У него будут огромные неприятности. Он даже представить себе не мог, что с ним сделает Касадор. Он вздрогнул, когда почувствовал тёплые кончики пальцев на своей спине, обводящие его шрамы. — Почему у тебя на спине инфернальные письмена? — спросил тифлинг. — Это что, они и есть? — Астарион снова повернулся к Лейну. — Я и понятия не имел. Что там написано? Лейн покачал головой. — Ничего. Это часть фразы, но она не закончена. Я не могу понять, что это значит, без остального. — Они есть у всех нас, — сказал Астарион. Лейн взял Астариона за руку, их пальцы сплелись. — У других отродий? Астарион сглотнул, услышав это слово от Лейна. Отродье. Он отвёл взгляд и кивнул. Он вздрогнул, когда руки Лейна обвили его. Он напрягся, в животе всё скрутило, но медленно он позволил себе расслабиться в объятии. Он был обречён. Он примет любое утешение. — Они придут за тобой, — сказал он. — Даже если я тебя не приведу, они придут. — Пусть попробуют, — ответил Лейн. Астарион нахмурился. — Тебе нужно отнестись к этому серьёзно. Ты в большой опасности. Теперь и я в большой опасности. Мы оба будем мертвы до того, как всё закончится. Такой смертью, после которой нет возврата. Он откинулся на тифлинга со вздохом. Эти сильные руки крепче обняли его. Лейн поцеловал его в плечо. Его голос звучал глубоко и мелодично, успокаивая, словно колыбельная. — Мы поговорим об этом с Джакко. Он мой наставник. Он умный и что-нибудь придумает. Астарион закрыл глаза. Безнадёга. — И что Джакко знает о вампирах? Лейн ответил: — Он сказал мне, на что обращать внимание. Он знает, что Касадор Зарр охотится за мной. Голос Астариона дрогнул, когда он спросил: — И тебе совсем не страшно? Лейн покачал головой. — Сначала я испугался. Потом разозлился. Он снова поцеловал Астариона в плечо, и одна когтистая рука скользнула по груди Астариона вниз к животу. — Я убью Касадора Зарра. Астарион резко сел. — Ты не сможешь. Он поморщился. Это было влияние его Мастера. Он ненавидел Касадора, но мысль о том, что Касадору может быть причинён вред, вызывала у него нарастающую панику. — Дыши, — сказал Лейн своим низким мелодичным голосом. Он потёр Астариону спину. Астарион послушался. Он медленно вдохнул и выдохнул. — Просто... что мне делать, если он умрёт? Лейн сказал: — Всё, что захочешь. Только постарайся никого не убивать. Хрупкая надежда вплелась в нити ужаса, терзавшие внутренности Астариона. — Ты сможешь? — он повернулся к Лейну. — Как думаешь, у тебя есть шанс? Лейн улыбнулся, так успокаивающе. — Мне придётся. Либо это, либо покинуть Врата Балдура, а вся моя жизнь здесь. Он притянул Астариона в свои объятия, чтобы снова лечь. Астарион попытался думать. Мысли об убийстве Касадора давались с трудом не только из-за многовековой дрессировки, но и потому, что голод притуплял его чувства. Он не ел крыс уже десять дней, а та, которую ему дали, была тухлой. Он застонал, придвигаясь к Лейну так близко, что чувствовал пульс тифлинга на своих губах. Лейн запустил пальцы в волосы Астариона. — Сделай это, — прошептал он. А почему бы и нет? Хуже уже не будет. Астарион прижал тифлинга и впился ему в шею. Он застонал, когда горячая кровь наполнила его рот. Живая кровь, которая ещё не остыла. Это было великолепно. Медная нотка с оттенком серы, но при этом сладкая. И какая сила! Астарион почувствовал, как её жизненная энергия наполняет его. С первым глотком к нему вернулась бодрость, а со вторым — ясность ума. Крысы хватало примерно на два глотка крови, и когда Астарион сделал третий, он скользнул на Лейна, двигаясь навстречу ему. Он возбудился от одного только ощущения того, что снова жив. После четвёртого глотка он почувствовал, как Лейн дёргает его за волосы, отрывая его клыки от этой сочной шеи. Астарион жалобно простонал и лизнул рану напоследок, прежде чем неохотно отстраниться. Он выдохнул и рухнул на тифлинга, прислушиваясь к ровному сердцебиению, резонирующему в его золотой груди. Лейн погладил его по волосам и пробормотал: — Ну как? Тебе лучше? Астарион чувствовал себя сильным. Неудивительно, что Касадор не позволял своим отродьям питаться разумными существами. Мощь бурлила в его венах. Он не вернётся во дворец, и если Касадор захочет его вернуть, ему придётся прийти за ним самому. А это значило, что Астариону нужен новый защитник. Он поцеловал Лейна, их губы встретились. Лейн был связан как минимум с одним человеком, достаточно могущественным, чтобы отвадить Касадора от преследования. Заручиться благосклонностью Лейна казалось разумным шагом. Астарион развёл коленом ноги Лейна и потянулся за склянкой с маслом. Лейн простонал от наслаждения и подался навстречу Астариону. Астарион ответил стоном, чувствуя, как кровь приливает к его члену. Он мог бы привыкнуть к такому сладко покорному партнёру. Он мог бы привыкнуть и к ощущению жизни. Восхитительная волна удовольствия прокатилась по нему, когда их обнажённые тела соприкоснулись. Похоть захлестнула его, и впервые за долгое время он захотел этого просто ради удовольствия. Он нанёс масло на свой член, затем снова ввёл два пальца в Лейна. Лейн взвизгнул от наслаждения и подал бёдра навстречу руке Астариона. Член тифлинга снова был твёрдым как камень и сочился смазкой. Астарион цокнул языком. «Ты ненасытный», — промурлыкал он. Не дожидаясь ответа, он вынул пальцы, направил свой член и вошёл в тугое отверстие Лейна. Податливо извиваясь на члене Астариона, Лейн запрокинул голову и издал протяжный стон. В нём не было ни капельки стыда. Совсем. Его пальцы скользили по соскам, скручивая и потягивая их. Астариону пришлось подавить желание остановить его. Связать его. Астарион хотел контролировать его удовольствие. Может быть, в другой раз. Сейчас же Астарион не хотел прерывать это нарастающее возбуждение. Не тогда, когда впервые за два столетия он отчаянно хотел кончить. Это была кровь. Он знал это. Вот что Касадор скрывал от него. Ясность, жизнь, страсть. Я сам его убью, — подумал он. Он поцеловал Лейна, затем слегка укусил его за нижнюю губу, достаточно сильно, чтобы причинить боль. Лейн дёрнулся под ним, но затем застонал, и его хвост обвился вокруг бедра Астариона, когда тифлинг притянул бледного эльфа ближе. Реакция Лейна на боль вызвала новую волну возбуждения у Астариона. Он начал яростно трахать его. Он хотел причинить ему боль, заставить кричать, довести до оргазма. Тифлинг крепко обнял Астариона и стонал: «Трахни меня», — снова и снова. Это было самое приятное и мелодичное, что бард сказал до сих пор. Астарион наслаждался каждой грязной деталью этой сцены. Звуки стонов и тяжёлого дыхания, стук деревянного изголовья о каменную стену. В постели стало жарко, несмотря на холод и дождь за окном. Они были в своём маленьком мире, и всё это было для него. Не для Касадора. Астарион наклонился, чтобы слизать засыхающую кровь с горла Лейна. Его. Эта мысль пронзила его волной восторга. Его тифлинг. Его бард. Его любовник, буквально молящий, чтобы его взяли. Астарион замедлил темп, затем вышел и грубо повернул тифлинга, укладывая его так, как ему хотелось. «На ладони и колени», — скомандовал он. С тем безудержным энтузиазмом, который начинал нравиться Астариону, Лейн перевернулся на колени и локти. Достаточно близко. Астарион схватил основание его хвоста, что вызвало у тифлинга тихий стон, и снова вошёл в него. Астарион обнаружил, что так он может проникать глубже. Этот второй раунд он смог растянуть на восхитительно долгое время, вызывая у тифлинга стоны и жалобные вздохи. Тот бесстыдно просунул руку между ног и стал ласкать свой собственный рельефный член. В другой раз ему бы это не позволили. Астарион бы позаботился об этом. Однако сегодня вампир был готов закрыть на это глаза. Более того, он хотел почувствовать, как тифлинг кончает вокруг него. «Вот так, котёнок, — промурлыкал он. — Кончай для меня». Лейн стал ласкать себя быстрее, пока Астарион продолжал его трахать. Сдавленный от удовольствия всхлип вырвался у тифлинга, когда его мышцы сжались, и он кончил, забрызгав спермой чистые белые простыни. Астарион доводил свой оргазм до конца, и вскоре после этого его накрыла собственная волна наслаждения. По мере того как удовольствие нарастало, он трахал сильнее. Это уже было интенсивнее, чем он привык. Голод притуплял все остальные чувства, и теперь, когда он был, по крайней мере на время, сыт, он чувствовал то, чего не испытывал с тех пор, как был жив. Ему казалось, что он сойдёт с ума от этих ощущений. Он вскрикнул, когда наконец достиг пика. Всё это было так восхитительно и эгоистично. Себялюбиво. Астарион рухнул на спину Лейна, затем скатился с него и растянулся рядом. Лейн обмяк на запачканных простынях и высвободил свой хвост из-под бедра Астариона, прежде чем обнять его. Тифлинг был тёплым, и Астарион уютно устроился в его объятиях. Лейн поцеловал его в волосы и пробормотал: «Надеюсь, ты останешься. Мы так или иначе убьём Касадора. Тебе не нужно к нему возвращаться. Мы тебя защитим». Астарион закрыл глаза и вздохнул. Смогут ли они убить Касадора? Конечно, Астарион чувствовал себя сильнее, но что это значило против лорда-вампира? Умеет ли бард вообще владеть оружием? И что насчёт этого Джакко? Он должен быть намного внушительнее, чем отродье и тифлинг с необычайным музыкальным талантом. Астарион пробормотал: «Посмотрим, котёнок». Сейчас он не хотел думать. Он не хотел ничего, кроме как лежать в тепле тифлинга и чувствовать себя по-настоящему хорошо впервые за долгое время. Он не вернётся во дворец сегодня вечером. Или когда-либо ещё.