Чёрт бы побрал этих вампиров

Краткое содержание: после бессонной ночи Астарион встречается с Джакко. Примечания автора: увы, в этой части секса нет. Продолжение следует, однако. Астарион не спал. Он никогда не спал, так что это не было большим сюрпризом, но он даже не мог погрузиться в транс. Как только он начинал размышлять о каком-то воспоминании, события ночи обрушивались на его разум. Бард, секс, обещание убить Касадора. Тот факт, что Астарион теперь не осмелится вернуться во дворец, особенно после того, как он попробовал кровь Лейна. Да уж, удивительно, почему я не могу расслабиться. Рядом с ним, в постели, Лейн согревал его. Тифлинг крепко спал, его дыхание было ровным. Он обнимал Астариона одной рукой, и тот был слегка раздражён, но не сильно. Он не привык к этому. К этому времени его прежние любовники были бы мертвы, а он лежал бы на грязном матрасе в общежитии с пятью своими братьями и сёстрами-отродьями. Шестой занимал бы комнату любимого отродья. Астарион никогда не был любимым отродьем. Астарион прижался ближе к тифлингу. По крайней мере, тот был тёплым. Эльф бросил взгляд на единственное окно в комнате. Выходит на запад, с плотной занавеской. Пока он был в безопасности. Солнце не проникнет сюда до вечера. О чём он только думал? Что он сможет побороть своё принуждение и отомстить своему мастеру? Что этот юный тифлинг, не имеющий чувства самосохранения, убьёт автора всех кошмаров Астариона? Он позволил себе увлечься моментом, и теперь, когда он пытался хоть немного отдохнуть, реальность ударила его по лицу. Касадор был лордом-вампиром с шестью оставшимися отродьями, полностью преданными ему. Даже если бард – который, Астарион не был уверен, мог ли вообще держать меч – сумеет отбиться от братьев и сестёр Астариона, у самого Касадора была огромная власть повелевать. Он огромной тенью нависал в сознании Астариона, и хотя Астарион много раз фантазировал о падении Касадора, это никогда не казалось возможным. Я мог бы покинуть Врата Балдура, подумал он. И куда бы он пошёл? Сколько дней ему пришлось бы прятаться на корабле, прежде чем он добрался бы до Вотердипа? Что бы он тогда делал? Наверняка в Вотердипе были лорды-вампиры, которые не приветствовали бы беглого отродья в своей среде. Он закрыл глаза, чувствуя тёплое дыхание тифлинга на своей шее. Касадор собирался убить этого милого, храброго барда. Что ещё раз доказывает, к чему приводят доброта и храбрость. Астарион лежал так несколько часов. Он слушал, как стихает дождь на крыше, а когда, должно быть, наступил рассвет, он слушал, как люди на улице начинают свой день. С некоторым беспокойством он слушал, как кто-то внизу, в таунхаусе, двигается. Астарион посмотрел на вторую дверь в комнате, ведущую в сам таунхаус. С кем живёт Лейн? Как они отреагируют на Астариона? Вероятно, они привыкли к тому, что Лейн приводит домой мужчин (и, возможно, женщин, откуда Астариону знать). Похоже, это происходило регулярно. В конце концов Лейн пошевелился. Он крепче обнял Астариона, поцеловал его в шею, а затем потянулся. «Доброе утро», — сказал он. Астарион спросил: «Действительно?» Лейн лениво улыбнулся вампиру. «Да», — сказал он и погладил Астариона по боку, опуская руку к бедру. «Очень доброе». Астарион улыбнулся. Ему всё ещё нужно было, чтобы это безрассудное создание было на его стороне, поэтому он взял лицо Лейна в ладони и, смирившись с его утренним дыханием, подарил ему долгий, страстный поцелуй. «Не такое уж и ужасное», — признал он. Лейн запустил пальцы в волосы Астариона и ответил на поцелуй с такой нежностью, от которой у Астариона защемило сердце. Он не заслуживал нежности. Он так долго говорил себе, что не хочет её, что теперь не знал, что с ней делать. Поэтому он отстранился от поцелуя и сказал: «Не хочу показаться назойливым, котёнок, но на улице слишком светло, чтобы я мог уйти, если только в твоём доме нет доступа к канализации, в таком случае…» Лейн сел и сказал: «Нет, но всё в порядке. Ты можешь остаться». Астарион оглядел комнату. Она была не ужасной, но и не очень большой, а Астариону нужно было срочно привести себя в порядок. Особенно волосы. Дождь их приплюснул. «Здесь?» Лейн выскользнул из кровати и схватил свои брюки с пола. Натягивая их, он сказал: «Нет, давай поговорим с Джакко. Я слышу, как он ходит внизу. Он поможет нам всё уладить». Он застегнул брюки, а затем закрепил широкий пояс, который обхватывал его хвост сзади. Астарион сказал: «Верно. Потому что мы собираемся…» Лейн произнёс: «Убить Касадора. Ага». «Иди сюда», — сказал Астарион и протянул Лейну руку. Лейн взял его руку и придвинулся ближе. «Хм?» Астарион притянул его к себе для ещё одного поцелуя. Крайне важно было завоевать его расположение, и чуть менее важно было провести кончиками пальцев по этим рёбрам. Тело тифлинга завораживало его. Лейн заурчал в поцелуй, и, когда он с неохотой отстранился от Астариона, он посмотрел на него снизу вверх расширенными глазами. «Может, позже мы…» Астарион сказал: «Рассчитывай на это, милый». Затем он приготовился к неизбежности встречи с этим «Джакко» и оценке того, насколько он влип, поэтому он встал с кровати и оделся в то, что было на нём прошлой ночью. Астарион не знал, каким будет Джакко, но точно не ожидал увидеть этого. Лейн привёл Астариона вниз и представил его монохромному эльфу с острыми, поразительными чертами, которому должно было быть где-то за триста лет. Волосы, кожа и глаза эльфа были одного медно-красного цвета. Когда они спустились, Лейн приветствовал эльфа словами: «О, хорошо, у тебя сегодня осеннее настроение». Астарион, с некоторым удивлением, сказал: «Вы один из благородных эладринов». Джакко, сидевший в плюшевом кресле в своей гостиной, одетый в невзрачные, домотканые коричневые и зелёные одежды, сложил пальцы домиком и долго рассматривал Астариона, прежде чем сказал: «Лейн, почему в моём доме отродье вампира?» К счастью, окно гостиной также было обращено на запад, и в данный момент не было прямого солнечного света, угрожающего вампиру. Лейн сказал: «Ему нужна наша защита. Он решил покинуть своего мастера». Астарион начал было протестовать, но встретил смущавший его заинтересованный взгляд фейри, сидевшего в плюшевом кресле. «То есть, — поправил Астарион, — он меня убедил». Джакко потёр переносицу. Астарион не знал, чего ожидать от фейри его природы, но тот выглядел в основном уставшим. «Да, он умеет убеждать». Значит, это и был наставник. Астарион ещё не успел составить о нём полного мнения, но, по крайней мере, тот, казалось, понимал всю нелепость ситуации. Астарион попытался вспомнить всё, что знал о благородных эладринах. Это были эльфы, которые давным-давно предпочли Фейвильд Первичному Материальному Плану. Они были глубоко связаны со своими эмоциями и временами года, и внешний вид Джакко, безусловно, соответствовал осени. Астарион не был уверен, что это значит. Что-то хорошее, судя по реакции Лейна. Он не знал, что произойдет, если настроение эладрина изменится, поэтому он взял на заметку постараться сделать фейского эльфа счастливым. «Позвольте мне сказать, — сказал он, — что я глубоко ценю ваше гостеприимство». Джакко наклонил голову. «Ты так уверен, что оно у тебя есть, отродье?» Внутри у Астариона всё похолодело, но Лейн уверенно и убедительно сказал: «Джакко, мы не можем его прогнать. Нам нужны все союзники, которых мы можем заполучить, а он знает внутреннее устройство дворца Касадора. Он — ценный ресурс». Глаза Джакко сузились. «Не надо мне тут своим «послушай, я говорю здраво» тоном, сопляк тифлинг. Я сам тебя этому научил». Лейн развёл руками, не смущаясь. «Но разве я не прав?» Джакко продолжал смотреть на Астариона. «Как мы можем быть уверены, что его дрессировка не сработает, когда мы окажемся рядом с его Мастером?» Лейн сказал: «Он ненавидит своего мастера». Джакко ответил: «Я не сомневаюсь в этом. Но это не имеет отношения к ненависти или любви, а связано с командами, впечатанными в мозг этого существа, и с тем, насколько хорошо он может им сопротивляться. Это не его вина, пойми. И это не то, что он может контролировать». Астарион скрестил руки на груди и, раздражённый тем, что говорят о нём, а не с ним, сказал: «Да, ну, нам просто придётся это проверить, не так ли? И, к слову, меня постоянно наказывают за непослушание, и прошлой ночью я нарушил одно из его нерушимых правил». Взгляд Джакко на мгновение метнулся к Лейну, отмечая следы на его шее. «Я вижу. Больше ты не сможешь этого делать по крайней мере десять дней, пока он не восстановится, и даже тогда только с его согласия». Астарион хотел спросить «или что», но прикусил язык. Ему нужно было произвести хорошее впечатление, поэтому он кивнул и сказал: «Как скажете, благородный». Джакко махнул рукой. «Зови меня Джакко». Лейн откинул волосы с лица и сказал: «Всё в порядке, Джакко. Я сам попросил его это сделать. В любом случае, я думал, мы могли бы собрать команду. Мы можем послать весть в Вотердип и…» «Мы не будем звать мага», — сказал Джакко. «У него есть дела поважнее, чем снизойти сюда и сражаться в наших битвах». Лейн сказал: «Но он тебе нравится». Джакко ответил: «Мне нравится Ним, который доставляет наши продукты, но я не собираюсь просить его сражаться за меня. Слушай, мы поговорим об этом позже. Готовься к своим урокам». Лейн переводил взгляд с Астариона на Джакко. «Но у меня гость». Джакко сказал: «Мир не останавливается из-за того, что ты привёл домой мужчину. Иначе время бы вообще не двигалось». Лейн не стал отрицать. Он даже не выглядел обиженным. Вместо этого он сказал: «Дай мне немного времени, чтобы обустроить Астариона. Ему не должно быть скучно весь день только потому, что ты заставляешь меня учиться». Невозмутимый Джакко сказал ему: «Если тебе это не нравится, не приводи любовников домой в учебный вечер». Лейн ушёл в другую часть дома, бормоча себе под нос. Астарион не совсем понимал, что с ним теперь будет, но старался выглядеть беззаботным. «Он часто так делает?» — спросил он. Джакко покачал головой. «Ты первое отродье вампира, и обычно он выталкивает их из своей комнаты утром. Я не привык ни с кем из них знакомиться». Астарион покрутил прядь прилипших волос на указательном пальце и спросил: «Сколько ему вообще лет?» Джакко с кривой улыбкой сказал: «Боишься совратить юнца? Ему двадцать четыре. А тебе сколько?» Астарион поморщился. «Немного старше». Джакко кивнул и сказал: «Полагаю, так и есть. Если ты серьёзно настроен свергнуть Касадора, я предложу тебе свою защиту и место в этом доме. Однако». Здесь медные глаза встретились с красными. «Если ты причинишь вред этому мальчику, то будешь молить о пощаде своего Мастера, когда я с тобой закончу». Если бы в его тоне была злоба, Астарион, возможно, принял бы это как должное, но тот факт, что фейский эльф сказал это так совершенно обыденно, нервировал отродье вампира. «Понял», — сказал он. Джакко улыбнулся Астариону. Это была приятная улыбка, как будто он только что не угрожал отродью вампира. «Хорошо. Добро пожаловать». Астарион вежливо склонил голову перед Джакко и был так благодарен, когда появился Лейн, что готов был расцеловать тифлинга. «Милый, вот ты где». Лейн сказал: «Я приготовил тебе ванну, если хочешь, и одежду, и не знаю, любишь ли ты читать, но в кабинете много книг, плюс те, что у меня наверху. Извини, это не так уж и много». Ванна? Только для него? И книги? Астарион был слишком искусен, чтобы показывать энтузиазм, но боги, как он хотел долго понежиться в горячей воде и побыть один. «Это звучит идеально, милый». Он поцеловал Лейна в щёку. Лейн ухмыльнулся и сказал ему: «Просто вниз по коридору налево. Не пропустишь». Астарион быстро вышел и старался не замечать тяжесть взгляда Джакко на своей спине.