Не играй с чувствами

После того как Саэ вышел на балкон, оставив за собой плотную тишину, никто не шевелился. Шидо молчал. Уперевшись локтями в колени, он уставился в ковер перед собой, будто там был выход. Но его не было. — Может… сделаем перерыв? — предложил Чигири. — Я за, — кивнул Карасу. — Мозг кипит. — Кухня в вашем распоряжении, — пробормотал Рео, поднимаясь. — Только не взорвите микроволновку. — Однажды. Один раз, — отозвался Бачира. — И вы это помните вечно. Никто не говорил вслух, но все разошлись с лёгким выдохом. Кайзер сел у стены, прикрыв глаза, как будто заснул. Наги завис в телефоне, Рео читал карточки из коробки, перебирая пальцами. Чигири и Кунигами куда-то исчезли вместе. Бачира затащил Рина на кухню, чтобы тот «всё-таки попробовал этот странный чай». Отоя обвивал Карасу ногами, как будто растекался по нему, а тот ворчал, но не скидывал. А Шидо встал. Он вышел в коридор, остановился у двери на балкон. Постоял. Сделал шаг. И толкнул её. Саэ стоял у перил. Руки в карманах, взгляд — в небо, где давно ничего не происходило. Шидо подошёл медленно. Саэ не обернулся. — Ты был на удивление сдержан, — сказал он, не глядя. — Обычно ты громче. — А ты был на удивление прям, — ответил Шидо. — Хоть и снова ушёл. — Я просто не люблю, когда всё вслух. — А я — когда всё в тени. Шидо подошёл ближе. Саэ повернулся — не отстраняясь. Просто… стоял. — Ты сказал, чтобы я ждал, — сказал Шидо. — А я сказал, что ждать не умею. Он быстро сократил расстояние. Без пафоса. Без лишней страсти. Просто взял его за ворот свитера и притянул ближе. И поцеловал. Саэ не оттолкнул. Его пальцы чуть сжались в ткани куртки Шидо. И на короткую секунду — он даже закрыл глаза. Когда Шидо отстранился, он улыбался. Саэ — нет. Но он сказал: — Давай вернёмся.  Когда они вернулись, кто-то уже сидел с кружкой. Кто-то ел. Кто-то валялся на диване. — Ну что, — сказал Бачира, шурша коробкой. — Мы живы. Это успех. — Вечер только начался, — напомнил Наги. — У нас ещё один раунд, — произнёс Рео. — Новая игра. Просто. Легко. Обещаю. — Ничего личного, да? — хмыкнул Кайзер, открывая один глаз. — Естественно, — пообещал Рео и сразу добавил. — Она называется «Запретное слово».        — Слушаем правила, — вмешался Кайзер, зевая. — Или у нас будет новая игра: «Убей соседа». Рео кивнул и положил в центр стола пачку карточек. — Игра простая. Ты тянешь карточку. На ней — слово, которое нужно объяснить. Остальные должны его угадать, но есть подвох: с ним идёт список “запретных слов” — тех, что ты не можешь использовать. — Типа… объяснить “влюблённость”, не говоря “любовь”? — уточнил Отоя. — Именно, — кивнул Рео. — Или “поцелуй” без слов “губы”, “прикосновение”, “пылко”. Будем изворачиваться. Будем краснеть. И будем смеяться. — И влюбляться, — добавил Бачира, мечтательно. — В кого попало, как всегда, — буркнул Рин. — Нет-нет, тут я избирателен, — отозвался Бачира, глядя точно на него. — Давайте разбьёмся на пары, — предложил Несс. Они начали тянуть бумажки с именами. — Судьба ко мне благосклонна, — протянул Кайзер, глядя на свою.  — Исаги, — спокойно сказал Наги. — Ты его пара. Удачи. — Превосходно, — произнёс Исаги, явно не вдохновлённый. — Зато не я, — подбодрил Бачира. — Я с Рином. Сегодня мой день. — Кто-то, убейте меня, — простонал Рин. — Не сейчас, — прошептал Бачира. — Позже. Страстно. Пары распределились: Кайзер / Исаги Бачира / Рин Чигири / Саэ Отоя / Наги Карасу / Кунигами Рео / Несс Шидо остался один и заявил, что будет “бонусом для проигравшего”, на что Саэ фыркнул: — Не переоценивай свой выигрыш. — Ну что ж, — сказал Рео. —Раунд первый. Погнали. Начнёт… Кайзер. Ты объясняешь. Йоичи — угадывает. — Вот теперь мне интересно, — прокомментировал Карасу, откинувшись.  Кайзер вытянул карточку. Прочёл. Приподнял бровь. Улыбнулся. Медленно, так, как только он умеет — будто знал, что сейчас будет весело, неловко… и куда глубже, чем все ожидали. — Готов? — спросил он, даже не взглянув на Исаги. — Не очень, — коротко отозвался тот, — но ты же всё равно начнёшь. Кайзер положил карточку рядом. Все взгляды — на него. Слово: “Одержимость” Запрещённые слова: “страсть”, “влечение”, “мысль”, “не отпускает”, “сильно” Он подался вперёд. — Это… — начал Кайзер, — когда ты смотришь на кого-то слишком долго. Но притворяешься, что просто в случайном направлении. Когда тебе хочется уйти — но ты всё равно возвращаешься. Снова. И снова. Даже если он делает вид, что тебя не замечает. Йоичи напрягся. — Это… навязчивость? — Нет, — усмехнулся Кайзер. — Это когда ты не можешь не думать. Даже если он бесит. Даже если молчит. Даже если целует не тебя. В комнате наступила звенящая пауза. — Ты про меня, что ли? — спросил Исаги, тихо. — Угадывай, Йоичи, — сказал Кайзер. — Это же игра. — Одержимость, — наконец произнёс он. — Верно, — отозвался Кайзер. — Хотя, если бы ты не угадал — я бы продолжил. У меня было ещё… много определений. — Пожалей остальных, — пробормотал Чигири, уткнувшись в ладонь. — Я развлекаю публику, — пожал плечами Кайзер. — Это моя миссия. Йоичи не сказал больше ни слова. Но лицо у него горело. — Следующий — Рин! — объявил Бачира. — Я угадываю, ты объясняешь. Только давай — страдай красиво! Рин вытянул карточку и сделал тяжёлый вдох, будто только что попросили пересказать романтический сериал. Слово: «Уязвимость» Запретные слова: «слабость», «открытость», «страх», «больно», «защита» — Слушаю, — радостно сказал Бачира, садясь чуть ближе. — Срази меня своим поэтизмом. Рин закатил глаза. Потом начал. — Это… состояние. Когда ты… не можешь не чувствовать. Когда ты знаешь, что можешь пострадать — но остаёшься. Не потому что глупо. А потому что… по-другому никак. Бачира выдохнул. Улыбка стала мягче. — Это… когда ты остаёшься рядом. Даже если тебя не зовут? Рин промолчал. Просто смотрел на него. Впервые — не раздражённо. — Уязвимость. Верно? Рин чуть кивнул. Пауза. Долгая. Слишком долгая. — Рин, — тихо добавил Бачира, — ты умеешь быть настоящим. Даже если не хочешь. Рин хотел бы сказать что-то резкое. Что-то отстранённое. Но просто посмотрел в другую сторону. — Следующий! — выкрикнул кто-то, разрядив атмосферу. — Наги и Отоя!        Наги вытянул карточку. Посмотрел на неё. Помолчал. Склонил голову, будто прислушивался к собственным мыслям. Слово: «Флирт» Запретные слова: «завлекать», «играть», «кокетство», «намёк», «улыбка» — Интересно, — протянул он. — Что там? — вальяжно спросил Отоя, закинув руку за голову. — «Кошка, дразнящая собаку»? — Почти, — сказал Наги. Он положил карточку рядом, сложил руки в замок и начал: — Это… как игра. Но ты не признаёшься, что играешь. Это… когда ты смотришь на кого-то, и хочешь, чтобы он догадался. Но если догадается — ты не признаешь. Отоя чуть приподнял бровь. — Хитро. — Ты хочешь, чтобы он подошёл. Или спровоцировал. Но всё, что ты делаешь — это почти. — Это… флирт? — медленно произнёс Отоя. — Потому что если нет — то я не понял, что мы с тобой делаем всё это время. Наги посмотрел на него. Долго. И только потом произнёс: — Верно. — Круто, — сказал Отоя, всё ещё глядя на него. — А ты, знаешь…Ты флиртуешь совсем не глазами. А вот… словами. И молчанием. Это опасно. — Просто я ленив, — пожал плечами Наги. — Угу, — протянул Отоя. — И чертовски красивый, да? — Ты сказал это, не я. Легкий смешок от кого-то в углу. Карасу чуть наклонился вперёд, наблюдая за Отоей слишком внимательно. — Следующие! — объявил Рео. — Чигири объясняет — Саэ угадывает.        Чигири тянет карточку. Читает. Его брови чуть поднимаются — совсем немного. Он откидывается назад, но не кладёт карточку. Просто держит её в руке. Как оружие. Слово: «Признание» Запретные слова: «сказать», «чувства», «вслух», «честно», «открыто» — Готов? — спрашивает Чигири, не глядя на Саэ. — Всегда, — отзывается Саэ. Его голос — ледяной и спокойный. Чигири улыбается уголком губ. — Это… когда ты уже сто раз подумал, уже придумал слова. Уже прокрутил это в голове. Но не произнёс. Потому что если скажешь — всё изменится. Навсегда. И ты не уверен, что хочешь менять. Но ты знаешь: если не скажешь — останешься там, где не хочешь быть. Саэ не двигается. Он не кивает. Только медленно говорит: — Признание. — Верно, — отзывается Чигири. И впервые за игру смотрит в упор. — Ты слишком хорошо это знаешь, Саэ. Даже если не показываешь. Пауза. Саэ смотрит на него. — А ты слишком хорошо говоришь об этом. Даже если молчишь. Кто-то откашлялся. Кто-то чуть шевельнулся. Воздух стал гуще. — Раунд пять, — тихо сказал Несс. — Карасу объясняет. Кунигами — угадывает. Карасу вытащил карточку и, как всегда, ухмыльнулся. Он перечитал её дважды. Затем посмотрел на Кунигами — долго, изучающе, будто уже знал, что скажет. Слово: «Желание» Запретные слова: «хотеть», «тянуться», «влечение», «нельзя», «импульс» — Ну, — сказал Кунигами. — Давай. Карасу сцепил пальцы и заговорил: — Это… как зуд под кожей. Ты живёшь, занимаешься своими делами, тренируешься, умничаешь, спишь нормально. Но где-то внутри тебя — пульс, который мешает. Который зовёт в сторону. К кому-то. К чему-то. Иногда это ерунда. Иногда — разрушительно. Но всегда — навязчиво. Кунигами напрягся. Он явно обдумывал. — Это… страсть? — Нет, — мягко сказал Карасу. — Страсть сгорает. А это — остаётся. Постоянно. Даже когда ты делаешь вид, что его нет. — Желание, — произнёс Кунигами, глядя ему прямо в глаза. — Вот он, — усмехнулся Карасу. — Герой и телепат в одном флаконе. — Просто ты слишком явно об этом говорил, — буркнул Кунигами, отворачиваясь. — Или ты слишком хорошо знаешь, о чём я, — шепнул Карасу, чуть склонившись к нему. — Моя очередь, — сказал Рео, и встал, чтобы объяснять Нессу. Рео вытащил карточку. Прочитал. Замер на секунду, как будто примерил её на себя. Потом — убрал волосы с лба и посмотрел на Несса с той самой лёгкой улыбкой, в которой почти всегда прячется усталость. Слово: «Ожидание» Запретные слова: «время», «терпение», «надеяться», «ещё не», «задержка» — Готов? — спросил он. — Всегда, — отозвался Несс. Тихо, чуть с усмешкой. Рео начал: — Это… не пауза. Это — движение без движения. Когда ты знаешь, что ничего не происходит, но внутри всё гудит. Ты не идёшь вперёд. Ты просто… остаёшься. Потому что веришь, что потом — будет. И ты остаёшься, даже если не знаешь, зачем. Несс внимательно слушал. И после короткой паузы сказал: — Ожидание. Рео кивнул. — Иногда оно — хуже молчания. Несс склонил голову. — Иногда — это всё, что у нас есть. И они оба замолчали. Словно только что обменялись чем-то важным. Без лишнего.       — Так, — выдохнул Бачира, вскакивая. — Всё круто, всё красиво, но я хочу финальный раунд. Дайте мне мясо! — Кто остался? — спросил Наги. — Шидо. — Тогда пусть Саэ объясняет. А Шидо  угадывает, — решил Рео. — О, да, — протянул Карасу. — Шоу начинается. — Серьёзно? — Шидо расплылся в наглой улыбке. — Я в раю. Саэ молча вытянул карточку. Прочитал. Почти не изменился в лице. Только чуть приподнял брови. Слово: «Поцелуй» Запретные слова: «губы», «касание», «рот», «молча», «жест» Он медленно положил карточку на колено.Поднял глаза на Шидо. — Это то, чего ты хочешь от кого-то. Или не хочешь. Это… когда ты ждёшь, что кто-то сделает первый шаг. А может — сделаешь ты. И тогда всё меняется. Шидо не моргнул. Он встал и подошёл к Саэ. — Неужели угадаешь? — лениво сказал тот, не двигаясь. — Угадывать не надо, — отозвался Шидо. — Я просто… Он наклонился и поцеловал его. Спокойно. Уверенно. Так, как будто это была не игра. Как будто всё, что до этого — было затравкой. Где-то позади раздался громкий, надрывный: — Я блевану. Все обернулись. Рин стоял, отшатнувшись от стены, с таким выражением, будто он реально сражался за жизнь. — Это не должно было случиться, — пробормотал он. — Этого не было в сценарии. — Сценарий умер в первом раунде, — сказал Карасу. — Я просто… — выдохнул Чигири. — Шидо. Саэ. И… рот. Я не готов. Саэ всё ещё сидел. Но он не отстранился. Только посмотрел на Шидо и произнёс, почти шёпотом: — Придурок. — Ну, хоть не “непрофессионал”, — улыбнулся Шидо.  Все галдели, возмущались, обсуждали, кто кого «принёс в жертву игре». А Саэ и Шидо просто остались в стороне. И даже когда смех стих, и комната снова стала обычной, в воздухе всё ещё пахло огнём.