Love is…

Незадолго до этого.

      — Эй, Сонхва, может, выпьешь немного? — Чонхо потянул бокал с каким-то подозрительным содержимым Сонхва, но тот лишь покачал головой. — Что? Почему?       — Потому что я не хочу сегодня пить, — Сонхва цокнул языком. — Пойду лучше лимонад возьму.       — Вот ты так всегда, — фыркнул Сан, делая большой глоток коктейля. Ему уже хорошо. И ему, пожалуй, больше не наливать. — Самое веселье упускаешь.       Сонхва цокнул языком, а затем посмотрел на Сана, стоявшего рядом. Друг выглядел напряжённым и серьёзным, как обычно. Сонхва аккуратно задел его своим плечом и нежно улыбнулся.       — Сан-а, улыбнись. — мягко произнёс Сонхва, замечая на лице Сана улыбку и ямочки. — Так-то лучше.       Сонхва провёл рукой по предплечью друга и ненадолго задержал пальцы на его запястье, чуть сжимая.       — Я пойду лимонад поищу, хорошо? — Сан на это лишь кивнул, и Сонхва, отпуская его руку, уходит в другую сторону.       Сонхва, чувствуя, как Сан проводил его взглядом, пропал в толпе.       Сегодня здесь было многолюдно. Музыка сотрясала воздух, люди оживлённо разговаривали и танцевали. Сонхва знал, что на таких вечеринках часто случался спонтанный секс, пили алкоголь, курили сигареты и даже запрещённые вещества. Пусть Сонхва часто посещал подобные мероприятия, его никогда не видели вовлечённым в скандалы или пьяным. Воспитание не позволяло ему этого. Иногда он нарушал правила, но всегда осторожно. Даже оставаясь сегодня у Сана, Сонхва решил не пить.       Увидев пирамиду из бокалов с алкоголем, он заметил рядом маленькие бутылки лимонада. Отлично, теперь он сможет утолить жажду. Это радовало.       В толпе Сонхва заметил Хонджуна, смотревшего на него, и коротко кивнул тому в знак приветствия, а затем подмигнул. Хонджун вскинул бровь и прищурился, но всё же улыбнулся в ответ.       Сонхва продолжил свой путь и почти достиг цели, когда перед ним появился знакомый силуэт. Чон Уён. Наглый, как всегда самоуверенный и всё равно ужасно обворожительный. Лис.       — Приветик, Сонхва, — улыбка Уёна больше напоминала оскал.       Сонхва нахмурился и оглянулся, будто эта фраза адресована не ему, но вернулся взглядом к Уёну.       — Что тебе? — недоверчиво осведомился Сонхва у одноклассника.       — Да так. Ничего особенного, — Уён продолжал ядовито улыбаться.       — Уён, я не хочу играть в твои игры. Что тебе нужно?       Уён вскинул бровь и оценивающе посмотрел на Сонхва сверху вниз. Как же он его раздражал. Это было так очевидно, и Уён, в целом, не скрывал этого.       — Какие игры? — оскалился Уён, подходя чуть ближе и заставляя Сонхва сделать шаг назад.       Уён прекрасно понимал, что Сонхва стоял спиной к импровизированной пирамиде. Сонхва в этот момент вздохнул, понимая, что от него не отстанут.       — Ты хочешь что-то обсудить?       — Мне надоело, что ты ведёшь себя как идиот, требующий постоянного внимания, — усмехнулся Уён. — Что, мальчику внимания не хватает? — Уён надул губы. — Появляешься повсюду, куда ни пойди. Такой идеальный Пак Сонхва.       — Боже, Уён, я не виноват, что меня поставили в пару с Хонджуном. Я вижу, как ты бесишься.       — Ох нет, ты ничего не видишь, Сонхва-я. И как тебе только удается всегда производить такое впечатление?       — Уён…       — Любишь быть в центре внимание? Хорошо, Сонхва, я помогу тебе. — Уён оскалился, а затем толкнул Сонхва.       Сонхва хотел за что-то ухватиться, но у него не получилось и он, почувствовав сильный толчок, отступил назад, пытаясь удержать баланс. Безуспешно. Спиной он наткнулся на столик и упал прямо на бокалы с алкоголем. В воздухе повис ужасный запах, одежда вмиг пропиталась жидкостью и прилипла к телу. Сонхва насквозь промок.       А над ним возвышался, сложив руки на груди и улыбаясь, Уён. А рядом ещё толпа людей, которые тоже видели это. Видели падание Пак Сонхва.       Сонхва облизнул губы и вытер рукавом лицо. Бежевый лонгслив и светлые джинсы окрасились, став какого-то непонятного цвета. К ним тут же подбежали Ёсан и Чонхо.       Ёсан помог Сонхва подняться, и Чонхо в следующее мгновение вылил виски на чёрную рубашку Уёна. Но Уён оказался ловчее. Он выбил из рук Чонхо бокал и тот разлетелся на осколки.       — Ты что, мать его, делаешь? — зарычал Чонхо.       Уён не ответил и шагнул навстречу Чонхо. Но тот остался стоять на месте. Воздух накалился, будто сейчас всё вокруг воспламенится.       Неожиданно Чонхо подвинули в сторону и послышался глухой звук удара. Голова Уёна инстинктивно дёрнулась в сторону и Уён почувствовал на губах привкус крови.       Сан даже не понял, как среагировал. В моменте юноша будто почувствовал: «код красный» и не смог себя остановить.       Впрочем, Уён не собирался просто стоять. Его эго было задето. Он напал в ответ с кулаками и ногтями, пытаясь попасть по лицу Сана, но лишь царапал ему предплечья, как кот. Сан сильнее — это очевидно, но Уён тоже достаточно силён.       Они не слышали голоса и просьбы остановиться. Повалившись на пол, они продолжили возню, таская друг друга за волосы.       — Ты ублюдок! Посмотри на себя, ты ничтожен! — фыркнул Сан. — Что? Так нравится унижать? Только что ты показал свою слабость, но не силу. Ты настолько не уверен в себе, что пытаешься задеть других.       Только в этот момент Сан заметил, как навис над Уёном, крепко сжимая бедра парня своими коленям итак, что тот не мог даже пошевелиться. Одна рука крепко сжимала левую ладонь Уёна, а второй он замахнулся, чтобы ударить его вновь. Даже несмотря на то, что Уён пытался его остановить — у него не хватало на это сил.       Сан не успел ударить, как над головой раздался гневный окрик.       — Какого хуя вы тут устроили?! — Хонджун рывком потянул Сана за руку и Сан удивился силе парня, который казалось был меньше его по габаритам. Но, видимо, с Хонджуном это не играло роли. — Встал с него, быстро!       Хонджун отошел на шаг назад, потянул Сана за собой и только когда тот слез с Уёна, отпустил. Хонджун метался взглядом от одного к другому. Не понимая даже, что ему думать об этой потасовке.       — Блядь… — Хонджун выдохнул, пытаясь прийти в себя от гнева, который в нем разгорелся от увиденного.       Эта драка.       Что за пиздец?       Стоило ему поднять глаза, как он встретился взглядом с Сонхва. Хонджун медленно моргает, Сонхва делает тоже самое в ответ и потом поворачивается к Ёсану, который ему что-то говорит.       — Я вас двоих спросил: какого хуя вы тут устроили, блядь? — Хонджун снова посмотрел на сидящих перед ним Уёна и Сана.       Оба потрепанные, совершенно не похожи на ухоженных школьников, следящих за своим внешним видом. Губа Уёна разбита, на щеке красовался огромный синяк, а чёрная рубашка разошлась по швам в некоторых местах будучи всё ещё сырой от алкоголя. Брендовая рубашка Сана порвана, кусок рукава валялся тряпкой в стороне, на руках набухли красные полосы царапин, оставленных Уёном. Чон Уён, как разозлившийся кот, расцарапал чужие руки до крови.       А что говорить-то?       В этот же момент в дом влетели Юнхо и Минги. Юнхо осмотрелся, замечая, сколько людей собралось вокруг сидевших на полу Сана и Уёна. Над ними грозной тенью возвышался Хонджун. А вокруг лужа алкоголя и разбитые бокалы. Рядом — серьезный Ёсан, мокрый Сонхва и озверевший Чонхо. — Твою мать… — прошептал Юнхо себе под нос и посмотрел на Минги. Но Минги почему-то не удивлен. Он будто бы знал, что это произойдет. Юнхо нахмурился и вновь перевёл взгляд на главных героев происшествия. — Ничего, — прошипел Уён и поднялся с пола под пристальный взгляд Хонджуна. — Ага, как же, твой дружок толкнул Сонхва в эту ебучую пирамиду с алкоголем, — не выдержал Чонхо. — Давай ещё пожалуйся, что уж там, — съязвил Уён, отряхиваясь и поправляя рубашку. — Да иди нахуй вообще, — отмахнулся Чонхо. — Какой же ты ублюдок, Уён. — Говори, что хочешь. Мне плевать, — закатил глаза Уён. — Уён, — серьёзно произнёс Хонджун. — Что если бы он упал менее удачно? Это, твою мать, стекло! — глаза Хонджуна расширились от осознания и ужаса. — Одно неверное движение, более сильный толчок и могло случиться куда более страшное! Хонджун выдохнул, пытаясь сохранить остатки самообладания. Они всегда раньше шутили над другими. Порой издевались над новенькими, но никогда не заходили настолько далеко. Хонджун очень испугался за Уёна. Сердце до сих пор билось где-то в горле. От одного вида его друга ему хотелось рвать и метать. Сан поднялся с места и оглянулся, зашипев от боли. Он покосился на Уёна и затем поймал взгляд хозяина дома. Минги. Сан, прищурившись, вновь посмотрел на Уёна и. Его все еще трясло изнутри от желания ударить, но он выдохнул и посмотрел на Сонхва. Это тут же отрезвило его и гнев потихоньку начал спадать. — И ты не лучше. — Хонджун прикладывает пальцы к переносице. — Только идиот здесь не знает, что ты занимался тхэквондо. Ты мог убить его! Сан цокает языком и смотрит на Хонджуна. Вот надо было ему снова подначивать его? — Он заслужил, — произнёс Сан. — Что заслужил? — Хонджун складывает руки на груди и стучит носком красных кед. Хонджуну хотелось истерически засмеяться. Нет, он серьёзно? — Фингала под глазом. — Но ты его… — Я умею себя контролировать! — рыкнул Сан. — Что-то я не заметил. Если я не остановил тебя ты бы ему мозги вышиб, — Хонджун вспомнил выражение Сана в тот момент. Парень выглядел обезумевшим, ослеплённым гневом. Он никогда не видел примерного и спокойного Сана таким. — Мы просто уйдем отсюда, — Сонхва подошёл к Сану и обхватил длинными пальцами его запястье. — Сан, идём. Хорошего вечера, — Сонхва бросил прощальный взгляд на Хонджуна, а затем увёл Сана в сторону выхода.       За ними следом ушли Ёсан и Чонхо. Уён фыркал и совершенно не хотел смотреть на Хонджуна, который, кажется, сейчас сам мог убить его. Хонджун выгнул бровь, кинул вопросительный взгляд на жаждавшую подробностей толпу, после чего все тут же переключились на свои дела.       Юнхо посмотрел на удивительно спокойного Минги и нахмурился. Юнхо незаметно коснулся руки Минги, чтоб тот обратил на него внимание.       — Ты что, знал об этом? — прошептал Юнхо. — Я же вижу, что знал.       — Знал, но не имел понятия насколько далеко зайдёт Уён, — тихо и ровно произнёс Минги, посмотрев на Юнхо.       Минги проводил взглядом группу друзей, а затем вернул своё внимание к Хонджуну и Уёну. Хонджун всплеснул руками, что-то недовольно и возмущённо сказал Уёну, но затем просто развернулся на пятках и вышел.       Что?       Хонджун просто оставил Уёна и ушёл?       Минги проморгался, чтобы убедиться в том, что Хонджун скрылся с его поля зрения и повернулся к Юнхо.       — И почему ты не остановил его? — Юнхо продолжал хмуриться. — Это ведь… Неправильно, Минги, — прошипел Юнхо, сжав запястье Минги.       — Да, я виноват, Юнхо, — Минги нервно облизнул губы. — Я забыл об этом. Если бы Сонхва пострадал… — Минги сжал челюсти, чувствуя на себе груз вины вину, что тогда согласился и поддался прошлым привычкам. Хотя одновременно с этим внутри всё также оставалось такое странное… чувство. Словно он готов сказать: «Уён был прав».       — Ладно, но я злюсь на тебя, ты знаешь, как я к этому отношусь, — Юнхо вздохнул и проводил взглядом Уёна, так же неожиданно исчезнувшего в толпе.       Уён чувствовал себя ужасно. Он держался в стороне, сердито глядя на тех, кто посматривал на него с подозрением. Где же Хонджун?       Уён быстро нашёл Хонджуна, словно к другу был прицеплен маячок. Хонджун нервно курил на улице. Уён поморщился и подошёл ближе. Он боялся и злился одновременно.       — Я знаю, что ты не хочешь даже слушать меня, — ровным голосом произнёс Уён.       У Уёна до сих пор кровоточила губа и лицо жгло от удара, но ему было плевать. Его больше волновал тот, кто стоял перед ним прямо сейчас. Уён рассматривал Хонджуна, замечая, как друг тоже хмурился. Хонджун был напряжён и это было заметно невооруженным глазом.       Уён тоже злился. За что Хонджун отчитал его при всех? Почему вдруг стал защищать Сонхва? Они всегда дрались и вытворяли то, что другим страшно было представить. И это всегда было опасно. Что изменилось на этот раз?       — Почему, блядь, ты так среагировал? — вырвалось из Уёна.       — Ты серьезно? — подал голос Хонджун. — Уён, ты хоть понимаешь, что могло случиться? Неужели до твоей головы не доходит?       Хонджун на мгновение прикрыл глаза и снова посмотрел на Уёна. Разглядывая его побитое лицо, Хонджун не понимал, что ему и думать. Он так зол, так напуган, что готов был подраться даже с Уёном.       — Мы всегда творили всё, что вздумается, дрались и издевались над другими, но в этот раз… — выдохнул Хонджун, выравнивая голос. — Почему ты так на него разозлился, что решил поступить так?       Хонджун не был святым, нет. Они стоили друг друга с Уёном. Всегда так было. Где творил бесчинства Уён, там же был и Хонджун, и наоборот.       — О чём ты? — непонимающе нахмурился Уён. — Мы всегда, если так подумать, приносили людям вред, Хонджун. А когда мы оба избивали кого-то, заслуженно, конечно, почему ты не думал о безопасности? Почему сейчас ты думаешь о ней?       — Потому что я не понимаю, что тебя так разозлило? Почему именно такой способ? — Хонджун свёл брови, но не от злости, а от диссонанса, рвавшегося из него наружу. — Он мог умереть прямо там или покалечиться об стекло. Драки мы по крайней мере контролировали хоть как-то, а тут… мне плевать. То, что было — прошло, но я просто пытаюсь осознать, что за сила такая тобой двигала, что ты решил это правильным решением.       Что бы он делал, если бы… блядь. Хонджун даже думать об этом не хотел.       Уён сжал челюсть и отвёл взгляд. Не хотелось ни в чем признаваться. Он не имел права говорить, что приревновал.       Уён демонстративно отвернулся и некоторое время хранил молчание, скрестив руки на груди. Всё происходящее его ужасно раздражало.       — Он просто меня бесит. И очень давно. Вечно идеальный и слишком хороший. Считает, что прав во всём, потому что он донельзя осознанный, — выпалил Уён.       — И это всё? — Хонджун выгнул бровь и глубоко выдохнул. — Уён, что ты мне недоговариваешь? Неужели… действительно?       Хонджун действительно не понимал. Это же насколько человек должен был взбесить, нажать на триггер внутри Уёна, чтобы он отреагировал такой жестокостью.       — Ладно, я не буду тебя допрашивать. — Он машет рукой. — Пойду попрошу у Минги аптечку, иди в какую-нибудь комнату, я тебя найду. Надо обработать раны.       Уён кивнул и проводил Хонджуна взглядом. Как только друг зашёл за угол, Уён пнул камень, а затем несильно ударил кулаком в стену, чувствуя, как натянутую кожу на костяшках начинает жечь. Плевать.       Уён пытался дышать, но только ощущал, как в лёгких от злости воздуха становилось всё меньше. Ему нельзя влюбляться в друга. Нет. Это просто секс и дружба. Ничего более.       Но почему его так воротило от мысли, что Сонхва и Хонджун занимаются вместе? Разве он представлял их вместе? Нет. Они слишком разные. Но почему… Почему внутри что-то сигналило о том, что такое все же возможно, как бы Уён ни пытался убегать от этих мыслей.       Его вновь оставят одного, если Хонджун сблизится с Сонхва он снова будет ненужным и лишним. Нет. Так нельзя.       Уён прикусил губу, а затем направился в дом, чтобы найти свободную комнату.       Спустя пару минут Хонджуну всё-таки удалось найти Минги в компании Юнхо. Это, конечно, удивило, но Хонджун не стал задавать вопросы. Минги помог ему с аптечкой и, не говоря ничего лишнего, лишь вздохнул и помахал рукой на простое: «спасибо». Хонджун пожал плечами и пошёл по комнатам, чтобы найти друга. Хонджун открывал двери одну за другой, но не мог найти Уёна. Дом Минги был громадным. Однако стоило открыть дальнюю дверь на первом этаже, как за ней он увидел знакомую темную макушку.       Уён сидел на кровати, сложив руки перед собой и о чем-то думал. Хонджун зашёл внутрь, тихо прикрыв за собой дверь. Хонджун подошёл ближе, поставил аптечку рядом с Уёном, и только тогда тот заметил Хонджуна и поднял на друга глаза. Хонджун сел рядом с ним на кровать и открывает пластиковую крышку. На мгновение замер, увидев взгляд Уёна. Такой потерянный, несмотря на его характер.       — О чем думаешь? — Хонджун принялся разбирать аптечку. Достал ватные палочки, средство для промывки ран, нашёл мазь, которой можно будет всё это безобразие потом покрыть.        Хонджун уже успокоился и теперь просто хотел поговорить, прекрасно зная, что Уён много думает.       — Ни о чем, — соврал Уён, теребя рукава грязной и порванной рубашки. — Всё нормально.       Уёну всегда было сложно признавать свою слабость. Иногда казалось, что он маленький черный котенок, который шипел на всех, лишь бы защититься от всего мира. Так оно и было. Ему страшно, и единственный способ, который он для себя открыл, как защиту — нападение.       Он быстро взглянул на Хонджуна. Такой сосредоточенный и спокойный. Принимающий. Может, Уён зря переживал? Но почему внутри всё равно ноет и болит? Настолько, что Уён не чувствовал боли снаружи.       Неужели нужно вечно попадать в неприятности, чтоб привлекать внимание и ощущать эту заботу Хонджуна?       — Как скажешь, — Хонджун не стал напирать. Он брызнул обеззараживающим средством на ватную палочку и посмотрел на Уёна. — Допытывать тебя я не буду. Ты знаешь, но… всегда можешь со мной поделиться. Мы же друзья, помнишь?       Хонджун приложил палочку к губе Уёна и сосредоточено свёл брови. Проводит по одному месту, потом другому. Мелких ссадин много, что на губах, что на лице. А внутри скребло неприятное чувство. Снова Уён что-то скрывал.       Когда они ступили на эту кривую дорожку?       — Хорошо он тебя приложил, — цокнул языком Хонджун.       Уён морщился и шипел, когда антисептик попадал на раны, но пытался терпеть. Не впервые же.       — Ага, — фыркнул Уён. — Тоже бесит меня. Вся эта компания раздражает меня.       — Кто бы сомневался, — Хонджун улыбается и подул на рану на щеке Уёна. — Но старайся не искать врага в Сане. Оказывается, и у него есть сумасшедшая сторона. Его сила… Он мог приложить кулак и прибить тебя насмерть. Я видел это в его глазах. Хонджун отодвинулся и посмотрел на Уёна, но лишь на мгновение, чтобы заменить грязную ватную палочку.       — Защищал своего ненаглядного. — Уён закатил глаза. — А тот делает вид, что не замечает ничего. Глупый или притворяется?       — Они близкие друзья. Думаю, Сонхва всё понимает, хотя кто его знает… — Хонджун пожал плечами. Взяв тюбик крем в руки, юноша нанёс немного на новую ватную палочку, а затем снова приложил к ссадинам на лице Уёна. — Иногда, тому, кто ближе всего, сложнее заметить правду. Либо же Сонхва хоть и знает, но ничего не чувствует и дружбу портить не хотел.       Уён сжал губы и снова зашипел от боли.       — Меня восхищает твоя мудрость, — сорвалось с губ Уёна.       Уён поймал себя на мысли, что хочет поцеловать Хонджуна прямо сейчас. Но знал, что их поцелуи были уместны только во время секса. И это задевало Уёна ещё больше.       Но Уён смотрел на губы Хонджуна и ничего не мог с собой поделать.       — Восхищает? — рассмеялся Хонджун и отодвинулся, снова залезая в аптечку.       Он достал ещё какой-то тюбик и снова повернулся к Уёну. Так необычно порой слышать такие милые вещи от Уёна, что Хонджун вмиг становился из-за этого ещё мягче.       — Давай помажем синяк и всё. Или ещё где есть раны? — Хонджун потянулся к щеке Уёна и аккуратно втирает мазь пальцами, а затем закрыл крышечку белой упаковки средства. — Ты исполосовал ему руки, а твои как? В порядке? Или их тоже посмотреть?       Уён вскинул бровь. Он не мог не воспользоваться ситуацией, чтоб подольше насладиться вниманием Хонджуна.       Юноша протянул Хонджуну кулак, который приложил об стену, а не, к сожалению, лицо Сана. Но об этом он говорить, конечно же не будет. Кожа на руке повреждена, видны кровоточащие царапины.       — Вот, — Уён жалобно надул щеки, пытаясь не подавать виду, что счастлив даже от того, что его так побили. Зато Хонджун заботился о нем.       Хонджун покачал головой и усмехается, молча взял Уёна за запястье. Обрабатывая раны, Хонджун дул на маленькие ссадины, когда друг шипел и затем наносил заживляющий крем. Хонджун облизнул пересохшие губы и собрал всё назад в аптечку. Хонджун поднялся и посмотрел на Уёна.       — Всё, скоро будешь как новенький, — Хонджун бросил недовольный взгляд на синяк на щеке Уёна. — Правда этот синяк с тобой надолго, минимум недели на две. Сан слишком сильно тебя приложил. Как тебе вообще мозги не выбили этим… Голова не болит?       — Болит… — соврал Уён, хитро облизывая губы и даже не скрывая то, что ему льстило внимание друга. — Но я знаю, как ей помочь.       — Чон Уён, — Хонджун нахмурился и приоткрыл крышку. — О чём ты? Блин, здесь нет таблеток от головы.       Юноша чем-то зашуршал, а затем снова закрыл аптечку. Хонджун посмотрел на друга и выгнул бровь из-за взгляда Уёна.       М-да. Хонджун вообще никогда не понимал намеков. И как он вообще дожил до своих лет?       Уён поднялся и подошёл к Хонджуну, цепляясь за его толстовку.       — Как мы обычно справляемся с напряжением? — чуть более томно произнёс Чон, игриво щурясь.       Хонджун выдохнул. Нет. Уён сейчас слишком эмоционален. Хонджун не будет этим пользоваться.       — Нет. Уён. — Хонджун качает головой и берет Уёна за руку, которой тот хватается за его одежду. — Тебя побили. Точно не это сейчас нужно. Я отвезу тебя домой.       Уён нахмурился и шумно выдохнул. Какого черта Хонджун ему отказывает? Как же его это бесило.       — Да что с тобой? — Уён сделал шаг назад. — Я не хочу домой.       Хонджун тоже вздохнул и на мгновение прикрыл глаза, а затем снова посмотрел на Уёна.       — Ничего со мной, — Хонджун наблюдал, как менялись эмоции на лице друга. — Всего лишь забочусь о тебе. Здесь нет никакого подтекста.       «Ваша связь больная».       «… как можно заниматься сексом с тем, кого ты не любишь».       Слова Сонхва словно окатили Хонджуна ледяной водой с ног до головы.       Он любил Уёна. Безумно любил. Но лишь братской любовью. Хонджун не видел без него смысла своей жизни и ему всегда хотелось Уёна оберегать, слышать его голос и смех. Для Хонджуна важно мнение Уёна, и он не видел без него своего будущего, потому что они всегда были вместе.       Всегда нуждались и будут нуждаться друг в друге.       Столько раз пытался прекратить происходящее между ними, но каждый раз возвращался назад. Потому что чувствовал, что они рушат их крепкую связь. Хонджун знал, что никогда не влюбится, потому таких мыслей и не возникало, но… что если Уён начнёт что-то чувствовать к нему?       Хонджун никогда не влюблялся и можно было подумать, что он избегал своих чувств и на самом деле влюблен, но нет. Хонджун точно знал, что это не так. Несмотря на данный факт, у него перед глазами есть пример настоящей любви, которую он видел каждый день в своих друзьях. Замечал эти влюбленные взгляды Минхо, когда Хан делал что-то глупое и то, как Хан смотрел на своего возлюбленного, пока тот не видел. Их глаза были полны звезд и обожания. Хонджун уверен, что они оба забывали дышать. Это точно не то, что чувствовал Хонджун по отношению к Уёну.       И, возможно, это странно, что он задумался об этом в полной мере только сейчас. Или же новое знакомство стало отправной точкой, но… было страшно. До чертиков страшно что-то менять. Сказать «нет» тому, кому ты всегда говорил «да», даже не задумываясь.       — Не хочешь домой? Пойдём просто выпьем и пообщаемся с людьми, — Хонджун кивнул на дверь. — Я хочу покурить.       Уён смотрел на лицо Хонджуна, замечая, что тот потихоньку погружался в свои мысли. Видел, что в нём что-то менялось, и он никак не мог на это повлиять.       Твою мать.       Уён чувствовал, что что-то изменилось за эти пару дней. Но что именно… Может, все-таки знакомство Хонджуна и Сонхва сыграло какую-то роль?       — Нет. Ты прав. Мне нужно домой, — Уён посерьёзнел. — Только я сам доберусь.       Уён почувствовал, как Хонджун схватил его за запястье, явно желая отвезти его домой, но тот просто вырвался из хватки, посмотрел на него и ушёл прочь.