Love is…

— Ты в порядке? — Сан обеспокоенно посмотрел на друга, а затем перевёл взгляд на Ёсана и Чонхо, отказывавшихся пока что уходить от них. — Точно не порезался? Сан не переставал переживать. Всю дорогу из дома Минги Сан придерживал Сонхва, смотрел другу под ноги и старался убедиться в том, что тот нормально себя чувствовал. Сонхва каждый раз вторил одно и то же, но это не обнадеживало Сана ни на секунду. — Сан-а, он уже сказал тебе, что всё в порядке, — Ёсан вздохнул и посмотрел между товарищами. Нет. Такого он точно не ждал. Предчувствовал, но в любом случае… Что за жестокость? Куда он вообще попал? Ёсан, прикусив губу, посмотрел в сторону. Чонхо схватил юношу за предплечье и кивнул в сторону подъехавших машин такси. Они договорились, что Сан и Сонхва сами поедут домой к Сану, а Ёсан и Чонхо — к себе. — Ладно. Пошли, — Сан вздохнул и кивнул на чёрный мерседес. Сонхва устало кивнул в ответ, уже несколько раз смирившись с тем, что ему придется ещё долго находиться в липкой от алкоголя одежде. Он попрощался с Ёсаном и Чонхо и сел в машину. Путь домой ощущался ужасно. Всё это время его преследовало навязчивое ощущение липкости позора и неловкости, и он молчал. Разговаривать не хотелось. Нет, Сонхва не боялся косых взглядов, но как же ему не нравилось это послевкусие вечеринки. В горле стоял ком из так и не выплаканных слёз. Ему было обидно за свой имидж. — О чем ты так напряжённо думаешь? — нахмурился Сан и посмотрел на Сонхва, когда друг не вышел наружу. Сан уже с минуту ждал, чтобы Сонхва покинул автомобиль. Машина остановилась напротив его дома, и Сан терпеливо ждал, смотря на задумчивое лицо Сонхва. Хотя хотелось вытрясти из друга всю правду и помочь ему, лишь бы тот не закрывался. Сан так любил Сонхва, что ему самому до жути больно и обидно. Он даже не чувствовал своих ссадин.  — Пойдём, надо в душ и переодеться, — Сан протянул руку, ожидая, когда Сонхва примет ее. — Хва-я, давай. — Хорошо, — Сонхва медленно кивнул, не поднимая взгляда на Сана, принял его руку и выходит из машины. Такси почти сразу уехало, оставляя их одних. Сонхва сжал губы в тонкую линию, понимая, что всё вокруг будто бы слишком нереальное и позволил другу вести его за собой в огромный дом. Родители Сана уехали за город, и они могли побыть одни. И это к лучшему. Не будет лишних вопросов. Сейчас он не был готов к ним. Сонхва просто прошёл за Саном в ванную комнату, стоя и глупо рассматривая себя, пока Сан хлопотал вокруг него: доставал чистую одежду, готовил ванные принадлежности, приносил полотенце. Сонхва видел, как ужасно прилипал к нему грязный лонгслив, но он лишился каких-либо сил, чтобы просто раздеваться. В ванной горел тусклый свет, и Сонхва даже боялся взглянуть на себя в зеркало, чувствуя, как его трясло. Сан все заметил. Он медленно подходит к Сонхва и принимается помогать ему снять бежевый лонгслив, испачканный алкоголем. Запах отвратительный, но что делать. Сонхва позволил другу помочь и просто наблюдал за сильными руками, которые вновь заботились о нём. — Сан, всё нормально… — прошептал Сонхва, не поднимая на взгляд на Сана. Мокрые и липкие волосы спадали ему на глаза, но Сан прекрасно слышал, как голос Сонхва слегка дрожал. — Нет, не нормально, — Сан говорил строго, но его взгляд был всё также мягок. — Я вижу, что ты самоуничтожаешь себя изнутри прямо в эту секунду, Хва. Сан выдохнул и отбросил в сторону испачканный лонгслив, который он точно выбросит позже, чтоб он не напоминал Сонхва о произошедшем. Сан как никто знал насколько сильно его друг заботится об имидже и своём внешнем виде, как много это всё для него значит. — Здесь нет твоей вины. Уён — больной придурок, — прошептал Сан заглядывая Сонхва в глаза. — Не закрывайся от меня. Тебе будет легче, если ты позволишь себе выпустить гнев наружу. Здесь нет никого кроме нас, и никто не узнает, если ты дашь слабину. — Я не виню себя, — продолжал Сонхва. — Я вообще не знаю, что чувствую, Сан-и. Устал. Просто устал и всё. Кажется, эта ситуация просто стала отправной точкой. Хва уже долгое время находился в напряжении из-за родителей, и это стало катализатором для такого безэмоционального состояния полной потерянности. Для кого-то такое может являться простой шуткой или способом поглумиться, а для кого-то — личной трагедией, поднимающей в нём кучу забытых и закопанных триггеров. Как и случилось с Сонхва. Его разбила не эта ситуация, а всё, что в нём накопилось. — Всё хорошо, — продолжал убеждать Сана Сонхва, поднимая на друга полностью разбитый взгляд. Сталкивается с его нежным взглядом, полным чувств. И тут уже Сонхва действительно начал испытывать вину… — Хорошо… хорошо. — Выдыхает Сан. Знает, что нет смысла напирать. Сонхва не скажет. Сан к этому привык и не обижался. Никогда не позволял себе этого. Даже если сердце замирало от того, что друг не делился с ним правдой о своём состоянии. — Я оставлю тебя. Помойся, а я пока разогрею еду, которую мама приготовила нам с тобой перед отъездом, — тихо произнёс Сан и слабо улыбнулся Сонхва. Сан мягко коснулся руки Сонхва и погладил в приободряющем жесте. Сонхва свёл брови к переносице в сожалении. Юноша посмотрел Сану в глаза и сжал губы. — Сан-а… Спасибо, что ты рядом. Не знаю, что я бы делал без тебя, — прошептал Сонхва, а затем коснулся ладонью щеки Сана, на что юноша улыбнулся ещё мягче. Сонхва сейчас ничего не ощущал кроме как благодарности к Сану. Сан так тепло на него смотрел, даже не обращая внимания на его ужасный липкий вид. Может… Родители правы? И он глупый, раз не соглашается на то, чтобы быть с Саном, который всегда рядом. Ведь Сан не просто отличная «партия», он его самый близкий человек, достойный, красивый, амбициозный, честный и благородный. Может, Сонхва зря никогда не видел в нем больше, чем друга? — Конечно, Хва-я, — кивнул Сан. — Мы же друзья. Ты всегда можешь положиться на меня. Сан вздохнул. Он видел войну в глазах Сонхва, но не знал, как ее интерпретировать. Сан понимал, что у Сонхва слишком много мыслей сейчас в голове. Знал, что Сонхва может сделать что-то, о чем потом будет жалеть, но Сан готов был принять всё, что сделает или скажет Сонхва, потому что всегда его принимал, несмотря ни на что. Если есть Сан, есть и Сонхва. Если есть Сонхва, есть и Сан. Что в пять лет, что в девятнадцать. Сонхва потянулся к Сану и едва ощутимо поцеловал его в щеку, боясь испачкать. — Ты не просто друг. Ты моя семья, Сан-а, — Сонхва мягко улыбнулся впервые за вечер. — Но ударить Уёна все же нужно было посильнее. Согласен? — Я был готов его убить, — Сан с вызовом выгнул бровь. — Синяк ещё полмесяца будет ему напоминать об этом. Сан до сих пор ощущал касание мягких губ на щеке. Сонхва делал это бесчисленное количество раз, но реакция Сана всегда была одна и та же — его сердце разрывалось в грудной клетке. — Меня будто кот поцарапал, — Сан отошел чуть назад и вытянул руки, показывая их из-под порванной рубашки. Сонхва вновь подошёл к Сану, касаясь кожи вокруг ссадин и небольших синяков. — Давай обработаем, хорошо? — Сонхва нежно посмотрел на друга. — Я знаю, что у вас в ванной есть всё необходимое. Позволь и мне позаботится о тебе. — Да ладно, ничего. — Сан усмехнулся, убирая руки. — Царапины неглубокие, просто хотел показать тебе. Сан пожал плечами и посмотрел в зеркало над раковинами, задерживая взгляд на своём уставшем лице. Волосы взъерошены, а вид все ещё диковатый и отстранённый. Оно и понятно. Казалось, даже сейчас Сан готов был пойти в атаку. — Просто надеюсь, что это его отпугнуло и он больше не полезет, — Сан раздражённо закатил глаза и повернулся к Сонхва. — Это всё из-за Хонджуна! Если бы вас не поставили в пару, Уён бы тебя не тронул. Как тебе с ним работать? — Сан-а, — недовольно протянул Сонхва, морща нос. — Давай не будешь выпендриваться и примешь мою помощь тебе. Снимай рубашку, — Сонхва прищурился. — Потом обсудим мою работу с Хонджуном. — Ладно, мам, — Сан быстро снял порванную рубашку и бросил её в сторону тряпки, которая раньше была одеждой Сонхва. Сан сел на край светлой ванны и вытянул руки перед собой. Он сложил на бёрдах руки тыльной стороной ладоней и осмотрелся в своей ванной так, словно был здесь впервые, ожидая, пока Сонхва достанет все, что, по его мнению, необходимо. Сонхва открыл шкафчик, скрывавшийся за зеркалом над раковиной, и достал оттуда аптечку, чтобы обработать раны Сана.  Сонхва подошёл ближе и опустился на колени перед Саном, аккуратно взяв друга за запястье. Юноша хмурился, рассматривая раны и злился, что из-за него Сан попал в эту передрягу. — С Хонджуном всё нормально. Он не такой плохой человек, каким кажется, — произнёс Сонхва, обрабатывая раны. Иногда он бросал взгляды на Сана, который хмурился то ли от боли, то ли от осознания, что Сонхва общается с Хонджуном. — Мы были вынуждены нормально пообщаться, но теперь я даже не знаю, что думать. — Не такой плохой? — Сан выдохнул и отвернулся. Царапины щипало от попадавшего на них спирта. Всё-таки следы Уён оставил довольно глубокие. — То, что он наорал на Уёна не поможет мне поменять мнение о нем. Тебе придётся еще полтора месяца с ним общаться, что если… Уён снова что-то устроит? — Сан-а, — Сонхва посмотрел на него исподлобья. — Мне всё равно на Уёна. Да, мне обидно и неприятно, но он просто идиот. Он не поднимет на меня руку, в любом случае, а его издевки я стерплю. Всё хорошо. Сонхва выдохнул и вновь принялся обрабатывать раны. — Хонджун просто кажется мне нормальным. Этот образ плохого парня — лишь образ, как мне кажется. Не знаю, — Сонхва пожал плечами. — Мы даже музыку послушали, и Хонджун позвал как-нибудь сходить к его группе, чтоб познакомиться с тем, что он пишет и играет. Сан почувствовал, как злость загорается в нем ещё сильнее. Нормальный? Музыку слушали вдвоём в ночи? Позвал послушать его группу, которую не позволял слушать никому вокруг? Что блядь? — То есть понравился, да? — Сан с вызовом выгнул бровь и вскрикнул, когда Сонхва сильнее прижимал спиртовую салфетку словно специально. — Ну правильно, этот рок-принц защитит тебя от своего лучшего друга, оскорбит его за тебя, как сделал это сегодня. — Сан! — Сонхва снова нахмурился, начиная злиться. — Не нравится он мне. Что с тобой вообще? Сонхва почувствовал, как накалилась атмосфера, и его это злило точно так же, как и Сана. Сонхва всё понимал. Сан ревновал, как мальчишка, но делал это неоправданно. Между Сонхва и Хонджуном ничего не было. — Тебе не о чем волноваться, — буркнул Сонхва, вновь опуская взгляд на раны и продолжая заниматься ими. — Как скажешь, — усмехнулся Сан, чувствуя, что что-то не так. Почему эти слова вызвали такие резкие реакции? Но Сан верил в то, что Сонхва просто на взводе и его эмоции всё ещё не остыли. Сонхва и правда не мог понравиться Хонджун. Это просто невозможно. — Просто будь осторожен, ладно? — Конечно, Сан-а, — Сонхва закончил обработку, а затем, взяв ладонь Сана в свою, легко и нежно поцеловал костяшки чужих пальцев. — Быстро должно зажить. И больше не дерись. — Если это будет Чон Уён, который посягает на твою честь и достоинство, то я без колебаний повторю все снова, — Сан фыркнул и встал с места. Юноша выпрямился и посмотрел на Сонхва. — Всё, иди в душ. Я схожу в родительский, чтобы не ждать и разогрею, наконец, обещанную еду. И не смей отказываться, иначе я расскажу матери, что ты отказался от того, что она для тебя готовила. — Это нечестно, Чхве Сан. Ты манипулируешь мной, — Сонхва нахмурился. — Я пожалуюсь твоей маме на это. И поверь, она охотнее защитит меня, чем тебя. — Я пойду в ход с кимпабом, от которого ты отказался, — Сан хитро прищурился, уперев руки в бока. — Тебе надо поесть, пожалуйста. — Его взгляд смягчается. — Сан-а, — недовольно протянул Сонхва. — Я поем. Сделаю все, что захочешь. Только давай отдохнём, хорошо? Просто полежим вместе. — Хорошо, хорошо, — улыбнулся Сан. — Договорились. Сан мягко хлопнул Сонхва по плечу, но перед тем как выйти наружу и закрыть за собой дверь, юноша тепло произнёс: — Жду тебя в гостиной, а потом пойдём в комнату. Спать и болтать, как всегда.

***

Контрольная работа в понедельник заставляла чувствовать себя ещё хуже. Особенно, когда на выходных никто не готовился. Все отходили от вечеринки в пятницу. Воспоминания до сих пор били живым ключом в голове Сонхва. Он чувствовал эти взгляды, проходя по школьным коридорам, а затем заходя в класс. Они повсюду. Не оставляли его ни на секунду. И ему это не нравилось. Сонхва всегда был в центре внимания, но не в том аспекте, когда все тихо перешептывались и обсуждали его позор. Блядский Чон Уён. Сейчас, сидя в классе, над написанием контрольной, Сонхва по-прежнему ощущал на себе тяжелый взгляд Уёна. Юноша буквально выжигал в нём дыру. Не нужно даже поворачиваться, чтоб понять, как смотрит Уён. Но это не должно было отвлекать Сонхва от контрольной работы. В классе царила тишина. Слышен был лишь шелест бумаги и скрип ручек. Все сосредоточены на тесте, и ничего не предвещало беды, пока в класс неожиданно не постучали. Ученики подняли головы, обратив взор на дверь. Учитель тут же замахал рукой, чтоб они не отвлекались, и подошёл к двери. На пороге возникла фигура завуча. — Пак Сонхва и Чон Уён. К директору. И Чхве Сан тоже, — послышался строгий голос, больше напоминавший зов монстра из пучины. Сонхва моментально поднялся со своего места и поклонился в знак уважения. Уён фыркнул, но тоже поднялся, чувствуя, как на него смотрит Хонджун. Они переглянулись, а затем Уён послушно направился в сторону выхода вместе с Сонхва и Саном. До кабинета они шли в полной тишине, следуя за завучем, но Сонхва хотелось просто развернуться и ударить Уёна за то, что теперь он тоже вынужден идти в кабинет директора, где за все годы своей учебы никогда не был. Сонхва примерный ученик, и его просто взяли и втянули в скандал. Так ещё и Сан здесь же. Едва они зашли внутрь, как встретились с тяжёлым взглядом директора. Он осмотрел юношей их с ног до головы и тут же заметил на лице Уёна огромный синяк. — Здравствуйте, — директор демонстративно складывал документы в папку. Юноши поклонились в ожидании следующей реплики мужчины. — Вы же знаете по какому поводу вы здесь? Никогда не думал, что передо мной будет стоять такой состав, — директор Шин ядовито усмехнулся. — Директор Шин, нет, не знаем, — Сан первым решился разрушить стоявшую тишину в помещении. Сонхва округлил глаза и посмотрел на друга. Они переглянулись и Сан незаметно кивнул в его сторону, намекая о спокойствии. У Сана снова сработал детонатор в груди, и он не уверен от присутствия Уёна ли это или от того, что директор раздражал. Мужчина вскидывает бровь и буравит взглядом одного из лучших учеников школы в немом вопросе. — Правда? — голос директора звучал вызовом. — А что тогда за видео я сегодня увидел, где вы, господин Чхве, гордость школы, сидите верхом на Чон Уёне? А рядом с вами Пак Сонхва, — он перевёл взгляд на Сонхва. Что? Кто сдал директору их вечеринку? — Не знаю, как это к вам попало, но Уён заслужил, — Сан нахмурился. — Из-за него мой друг чуть не пострадал. Это могло закончиться серьезными увечьями или чем-то похуже. Сан всегда был смелым даже со старшими и никогда не боялся говорить правду. Дело не только в родителях, доверяющих ему и защищающих при любом раскладе. Нет, если дело касалось близких ему людей, то Сан реагировал как бык на красную тряпку. — Получается, вы мне наврали, сказав, что ничего не было? — мужчина выгнул бровь и сцепил руки в замок. — Директор Шин, произошло недоразумение, — попытался вмешаться Сонхва, но его попытки моментально пресёк директор, будто бы ловя его слова в кулак. — Сонхва, я вообще не ожидал, что вы окажетесь замешаны в конфликте, — разочарованно процедил мужчина. — Как вы вообще посмели так себя вести? Думаете, если вы не на территории школы, то всё можно? — У нас есть личная жизнь и мы на неё имеем право, — безразлично произнёс Уён, ловя на себе строгий взгляд. — Вас я и вовсе не спрашивал, Чон Уён. — Это почему? Я не имею права голоса? — Прекратить, — все трое вздрогнули, когда кулак директора соприкоснулся с поверхностью стола. Все письменные принадлежности подпрыгнули от удара. Директор тяжело выдохнул. — Это отражается на имидже учеников, а, значит, и на имидже школы. Если я ещё раз увижу подобное, я приму меры, а пока поговорю с вашими родителями. — Это не повторится, если некоторые не будут жить из позиции синдрома Бога и не будут подвергать жизни других опасности из-за своей ревности. — Сан смотрит на Уёна и тут же отводит взгляд в сторону. Сан сунул руки в карманы брюк и покачался с носок на пятки. Ему очень хотелось высказать все, что он думал, но уважение к директору и безграничная любовь к Сонхва не позволяют ему этого сделать. Сан терпеть не мог Уёна. Он его ненавидел. Хотел сделать ему больно, чтобы жизнь одноклассника стала невыносимой. Только так ему станет лучше: если Чон Уён будет страдать. — Мне неважно из-за чего вы подрались, — процедил сквозь зубы директор. — С каких пор насилие является методом решения проблем?! Юноши молчали, поджимая губы. Лучше ничего не говорить — это понимал даже притихший Уён. Сонхва прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Если родители узнают, ему точно не поздоровится. — Свободны, — директор Шин отмахнулся, отводя взгляд к окну. — Сегодня же позвоню вашим родителям. — Вы только поможете делу, спасибо, — Сан усмехнулся, открыл дверь кабинета, выпустил Сонхва и вышел следом, отирая Уёна плечом. — Что? А я даже ничего не слышал, — Сан пожал плечами и пошёл вперед по коридору. — Муха какая-то прожужжала только и всего. Пойдём, Хва-я. — Тебе пять лет, Сан-и? — Уён весело усмехнулся. Сонхва закатил глаза и пошёл дальше. У Сана что-то щелкнуло в голове, и он не выдержал. — Пусть поплачет. Даже его друг больше не на его стороне, — Сан тоже усмехнулся и положил руку на спину Сонхва, уводя его дальше по коридору. — Зато я трахаюсь со своим другом, в отличие от тебя, Санни. Или сколько ты ещё будешь бегать за ним? — игриво отозвался им вслед Уён. — И когда был последний раз? — рассмеялся Сан. — Спорим он тебе давать перестал? Сонхва легко ударил Сана в бок, и тот улыбнулся, позволяя Сонхва ускориться и увести его за угол к кабинету. Как же Сан доволен. До безумия.

***

— Итак, не расслабляемся. Скоро фестиваль, и мы должны сделать все, чтоб занять первое место. Юнхо посмотрел на свою команду, сканируя каждого танцора взглядом. Как только его поставили хореографом, он сразу же почувствовал, как возросла ответственность, поэтому стал намного строже и требовательнее. Кто бы мог подумать, что такой скромный, добрый, похожий на щеночка лабрадора, Юнхо мог быть таким дисциплинированным и жёстким тренером. Тем не менее, именно такой подход воспитывал лучших танцоров. Без этого никак. Юнхо был прекрасным лидером, его уважали, он никогда не подрывал свой авторитет и знал, как правильно выстроить имидж, который долгое время будет работать на него. Его так воспитывали.       Юнхо почувствовал, как кто-то следил за ним со спины. Он обернулся и увидел Минги, стоявшего в дверях зала. Внутри неожиданно разлилось тепло, и Юнхо не невольно улыбнулся. Тем не менее, он тут же вернулся к прежнему настрою.       — Отдых десять минут. Сейчас вернусь.       Танцоры кивнули, и некоторые из них тут же упали на пол, пытаясь отдышаться и отдохнуть, воспользовавшись передышкой.       Юнхо пробежался взглядом по команде, а затем направился к выходу. Только он вышел за порог, как сразу же закрыл за собой дверь.       — Ты что здесь делаешь? — прошептал Юнхо, округляя глаза и явно не ожидая увидеть Минги. — Соскучился? — ещё чуть тише мягко добавил Юнхо.       Минги усмехнулся и одернул свою джерси. Он только что закончил тренировку, даже баскетбольную форму не снял. Минги сложил руки на груди, а носком кроссовка стучал по полу.       — Да, — Минги нагло улыбнулся. — Но, вообще, директор по культурным мероприятиям заходил к нам и попросил меня сбегать к вам за тобой. Наш зал находится в двух шагах от вас.       Юнхо озадаченно взглянул на друга. Минги тихо и искренне рассмеялся, взмахнул своей крашеной челкой, которая, смешиваясь с его черными волосами, только усиливала сходство юноши с печеньем «Орео».       — Они решили перетасовать нас для выпускного выступления, — Минги чуть наклонился к Юнхо. — Будет жеребьёвка. Не понимаю, зачем так рано нас разделять. Возможно, для каких-то внутренних отчётов.       Минги отстранился и взглянул на Юнхо, явно не ожидавшего такого жеста. Это развеселило юношу, и он улыбнулся.       — Короче говоря, в обеденный перерыв всех старшеклассников собирают в актовом зале. Да, у нас отбирают обед, — Минги разочарованно застонал. — Никто нас не щадит.       — Боже, сколько драмы, Минги, — Юнхо тихо рассмеялся, приглаживая волосы. — А я думал, ты соскучился, — театрально надул губы юноша.       Юнхо поймал нежную улыбку напротив и легонечко пихнул Минги в грудь, осматривая его с ног до головы.       — Тебе очень идёт форма, — подметил Юнхо, смущаясь от того, что сказал это вслух. — Будто бы и не уезжал.       Юнхо невольно улыбнулся, чувствуя, как внутри все переворачивалось от радости видеть его снова в этой форме. Капитан Сон Минги. И так непривычно, что вроде те же чувства рядом с ним приобретали теперь совсем иные оттенки.       Влюблённость.       Юнхо слегка замялся, но понимая, что никого рядом нет, подошёл чуть ближе и оставил на губах Минги совсем нежный и лёгкий поцелуй.       — Всё, иди.       Минги усмехнулся и притянул Юнхо за футболку, оставляя на его губах ответный поцелуй. Боги, как же хорошо это ощущалось. Целовал бы Юнхо вечно.       Но затем Минги улыбнулся и отошёл от Юнхо.       — Увидимся, господин хореограф, — Минги помахал рукой и быстро скрылся за углом. Юнхо усмехнулся и несколько мгновений стоял на месте, словно Минги всё ещё был в коридоре. Юнхо покачал головой и вернулся в зал, чтобы довести тренировку до конца.       Через час все ученики старшей школы одним потоком направились в актовый зал. Не протиснуться и не протолкнуться, слишком громко и шумно, как обычно и было в школе. Кто-то что-то обсуждал, девчонки смущённо хихикали, бросая заинтересованные взгляды на юношей, кто-то спорил… Старшеклассники напоминали потревоженный улей.       Актовый зал невероятно большой: на высоком потолке висела хрустальная люстра, играя светом маленьких хрусталиков. Большие окна освещали естественным светом всё помещение. Сцена, на которой множество раз выступали танцоры, певцы и остальной актив школы, толкая вдохновляющие речи. Шторы едва танцевали на легком ветерке, пробиравшимся через маленькую открытую форточку. Красиво. Так, что не оторвать глаз. Сонхва стоял около Сана, пытаясь найти взглядом Ёсана и Чонхо. В последнее время их было невозможно увидеть порознь. И Сонхва очень радовался, что у Чонхо появился такой новый и прекрасный друг, как Ёсан. Да и Ёсану стало легче адаптироваться в новой школе. Чонхо не отходил от него ни на минуту, помогая тому во всём.       Наконец, Сонхва заметил две знакомые макушки и, встав на цыпочки, помахал юношам рукой. Друзья заметили приветственный жест и, улыбнувшись, подошли ближе.       — А я хотел пообедать, — пожаловался на несправедливость Чонхо, засовывая руки в карманы. — Как к директору сходили?       — Отстой, — коротко отозвался Сонхва.       — Что такое?       — Позвонят родителям, — Сонхва грустно пожал плечами, представляя, что его могло ждать дома. — Уже легче просто собрать вещи и остаться жить у Сана.       — Наши двери для тебя всегда открыты, — Сан выдохнул и поджал губы, протягивая руку, чтобы похлопать Сонхва по плечу. — А если серьёзно, то всё нормально. Ты там просто рядом стоял. Как это может называться участием?       — Давайте не будем о плохом, ладно? Не портите себе настроение, — Ёсан мягко улыбнулся и посмотрел по сторонам. — Нам нужно занять места.       На глаза попались две знакомые макушки. Кудрявая и каштановая, а за ним чёрная. Хонджун шёл впереди, словно не с Уёном. Тот едва успевал за Хонджуном. Непонятная картина. Неожиданно Хонджун повернул голову и встретился взглядом с Ёсаном. Глаза Хонджуна хищно блеснули из-под золотистой оправы очков-авиаторов. Хонджун выдержал взгляд Ёсана, а затем посмотрел в сторону, видимо заметив, кто был рядом с ним. Хонджун поджал губы, поспешно отвернулся и позволил Уёну подтолкнуть его к местам.       Ёсан снова обратил внимание на друзей. И что это был за взгляд? Какой странный этот Ким Хонджун, а вместе с Уёном, так вообще… — Пойдём, пока в самой жопе сидеть не пришлось.       — А что, Юнхо и Минги снова общаются? — Сонхва заметил не так далеко от них двух одноклассников вместе, стоявших рядом друг с другом.       — По всей видимости, да, — коротко кивнул Чонхо. — Интересно… Ждите, скоро об этом много новостей будет.       — Ты имеешь в виду в том блоге? — Сонхва выгнул бровь.       — Ну, конечно. Гарантирую, что после того, как их сегодня увидят вместе, болтающих, это непременно осветят, — Чонхо активно кивнул.       Ребята заняли свои места и осматривались вокруг. Директора ещё не было, только учителя стояли около сцены и о чем-то оживлённо разговаривали.       — О вашей ссоре с Уёном, думаю, тоже много напишут, — младший сочувственно улыбнулся.       — Не сомневаюсь… — тихо произнёс Сонхва, чувствуя на себе чужие взгляды.       Сонхва всё сильнее хотелось спрятаться и просто испариться. Как же некомфортно. Особенно когда здесь все ученики старших классов.       — Да забудут уже через пару дней, как и всегда, — Сан махнул рукой и облокотился на спинку стула. — Кто-нибудь что-нибудь натворит, об этом напишут и понеслась.       — Какие у вас в школе изощрённые методы коммуникации между собой, — Ёсан покосился на людей вокруг.       Человеком, который собирал новости мог быть кто угодно. Абсолютно.       — Ёсан, поверь, эта школа больше напоминает игры на выживание, чем просто место, где учатся и получают знания, — Сонхва закатил глаза.       — И лучше этот блог никому не видеть из руководства школы. Потому что там порой такое постят… — усмехнулся Чонхо.       — Боги, — Ёсан закатил глаза. — Пусть развлекаются.       Ёсан сложил руки на груди и чуть съехал по стулу, чтобы устроиться поудобнее. В животе предательски урчит, и он снова проклинает себя за то, что не успел позавтракать, но кто знал, что все так обернется? Он делал ставки на обед и его им обделили.       — Порой это интересно читать, — Сан пожал плечами и посмотрел через всех друзей на Ёсана. — Например уже были новости о Сонхва и Хонджуне, что их поставили вместе работать над проектом. Кто-то гадал почему Хонджун после той ночи в библиотеке, о которой, на удивлении не прознали, ходил весь помятый, — Сан усмехнулся и прищурился. — Там столько дискуссий иногда, по делу и без.       — Никакой личной жизни получается, — Ёсан выгнул бровь.       — Да, получается, так.       Сонхва отрывками слышит их разговор, но как только до него дошёл смысл сказанного, а именно заинтересованность Сана в том, где Хонджун оставил свой пиджак, Сонхва отвёл взгляд, понимая, что он-то точно знает, где был пиджак Хонджуна. На нём.       — О, это нормально, — Чонхо ещё шире усмехнулся, поправляя пиджак и закидывая ногу на ногу. Начищенные туфли юноши блеснули в искусственном свете. Ещё немного, и в них можно было бы посмотреться, как в зеркало. — На самом деле, я помню время, когда Уён и Хонджун были главными новостями. Все просто обалдели, когда узнали, что они спят вместе.       Иногда казалось, что это Чонхо вёл тот блог, но нет. Просто он отлично умел замечать детали, странное поведение, слышать главное, а ещё ему просто было интересно. То ещё развлечение.       — В основном, там пишут про Сана, про Сонхва, про Хонджуна и Уёна, так что ты сидишь со знаменитостями школы. А ещё когда-то писали часто про Минги и Юнхо, особенно в период, когда Минги неожиданно пропал. Юнхо тогда недели две в школе не появлялся, — прошептал Чонхо, находя этих двоих среди зала.       — Тогда кто-то определенно заведет про них разговор, — Ёсан усмехнулся и посмотрел в сторону, куда был направлен взгляд Чонхо. — Не думал, что они так быстро помирятся.       — Да они всегда были так близки, естественно. Это было лишь вопросом времени, — Чонхо пожал плечами. — Видел бы ты их раньше. Клянусь, они живое воплощение слипшихся пельменей в человеческом обличии.       — Интересно, что между ними? — Сонхва прищурился.       — Сонхва, ты что? Дружба конечно, — Чонхо вскинул бровь. — Они оба… э-э-э… не по мальчикам.       — А мне кажется, что что-то поменялось, — Сан прищурился. — Вы посмотрите, как оба светятся. Чует мой зад, что что-то тут нечисто.       — Боже, Сан-а, заткнись, — рассмеялся Ёсан.       Сонхва покосился на Сана и морщит нос. Боже, что он только что сказал?       — Они могут светиться, потому что спустя год вновь общаются. Выключите оба свои гейские радары, — Чонхо закатил глаза. — Не все вокруг такие как вы…       — Какие? — Сонхва выгибает бровь.       — Ну… Э… Гомосекс…       — Чонхо, — Сонхва выставил руку и едва коснулся губ друга, округлая глаза. — Молчи.       — Поверьте мне, господа, — Сан вытянул ноги вперед под стул напротив него, устраиваясь поудобнее. — Потом всех заставлю говорить, что Сан был прав.       — Ага, конечно, — Ёсан шутливо закатил глаза.       — Да-да.       — Ой, всё, молчи, а. — Ёсан цокнул и посмотрел вперёд. — Директор идёт, так что слушай.       Зал неожиданно замолк, когда старшеклассники увидели мужчину, устремлявшегося к сцене. Одетый идеально выглаженный строгий костюм, директор Шин действительно выглядел шикарно. Ему всего сорок пять, он безумно хорош собой, умён и строг. Всегда одет с иголочки, посещал спортзал, у него прекрасная крепкая семья, а ещё он делал все для того, чтобы именно их школа была одной из первых в рейтинге всех школ Сеула.       Директор поднялся на сцену, встал на трибуну и поправил пиджак. Мужчина чётко и хорошо поставленным голосом поздоровался с учениками, и его речь усилил небольшой микрофон.       — Всем добрый день, прошу прощения за то, что лишили вас личного времени, однако это очень важно. Уже через год вы закончите школу и покинете стены этого уже ставшего для вас родным места. И вы знаете, что каждый год выпускные классы готовят отчетные номера.       Все заинтересованно слушали директора и даже не смели шептаться, настолько его авторитет ощутим.       — По традиции методом жеребьёвки выбирается одна команда, состоящая из восьми участников, которые и будут готовить отчетный номер. И ваш год — не исключение.       Чонхо наклонился к Ёсану и скрестил пальцы.       — Надеюсь, что это буду не я.       Ёсан нахмурился и осадил друга взглядом. Тот только закатил глаза и вернул внимание к сцене.       — Сейчас я вытяну восемь имен и сразу сообщу вам, — директор сдержанно улыбнулся, и ему подали небольшой пластиковый шар, наполненный доверху маленькими записочками с именами.       Мужчина достал первую записку. Все замерли, надеясь не услышать свое имя. Ведь подготовка к выпускному требовала много времени и сил. А кому хотелось этим заниматься в выпускном классе?       Директор открыл маленький сверточек, прочёл имя и вскинул брови. Видимо, он сам был удивлён.       — Ким Хонджун.       Парень вздохнул и сжал двумя пальцами переносицу. Зашибись. Только этого ещё ему для общей картины не хватало. Хонджун выдохнул и снова поднял голову, посмотрев на директора, который искал его глазами.       Нет. Это просто замечательно. Просто… тотальный и беспросветный пиздец.       — Моя удача решила опуститься до нуля, да? — прошептал Хонджун и покосился на Уёна. — Просто прекрасно.       Уён захихикал, потешаясь над другом до тех пор, пока не услышал…       — Следующий… Чон Уён.       … своё имя.       Уён помотал головой, пытаясь отогнать то, что услышал, от себя подальше. Его глаза округлились от изумления.       Что, простите?       — Интересный у нас выпуск получается… — не сдержался директор и глухо усмехнулся. — Так… — мужчина достал и развернул следующую записку. — Пак Сонхва.        Сонхва напрягся и до побелевших пальцев сжал брюки. Чонхо не может остановить свой смех, давясь им и получая по плечу от Ёсана. Все снова взгляды обратились на Сонхва. Вот так компания.       — Видимо, ты в прошлой жизни подписал договор с дьяволом. И это твое наказание, — пытаясь говорить как можно тише, произнёс Чонхо.       — Смешно тебе, да? — прошипел Сонхва, чувствуя, как его руку тут же нашли чужие пальцы. Он повернул голову и заметил Сана.       — Я чувствую себя как в «Голодных играх», — продолжил Чонхо.       — Чхве Чонхо… — послышался голос господина Шина.       — Ну что, уже не так смешно, да? — Сонхва нахмурился и прищурился, очень недобро глядя на друга.       — Кан Ёсан… Чон Юнхо… Чхве Сан… И Сон Минги… — заключил директор. — Как удивительно, что все с одного класса… — озадаченно комментирует директор.       — Это точно совпадение, вообще? — Сан не может сдержать нервного смешка. — Что за розыгрыш такой?       Сану хотелось протестовать. Встать и крикнуть что-то типа: «Какого хрена»! Но это директор, и никто не отменял уважение к старшим.       — Директор выглядит достаточно серьёзным, — Ёсан не сдержал истерического смешка, рвущегося из него.       Это просто худший набор из всех.       — Может быть за полгода до начала работы над этим всем, кто-нибудь свалит из школы или потеряется? Я был бы не против, если это был бы Чон Уён, — Ёсан закатил глаза.       — А я бы так сказал про Ким Хонджуна, — фыркнул Сан, невольно отыскивая взглядом ненавистную макушку среди сидящих.       — Ладно, допустим… — обреченно вздохнул Сонхва, положив голову на плечо Сану. Это больше напоминает массовый розыгрыш, чем реальность. Как такое возможно? — А теперь обедать… — тихо прошептал Чонхо, явно расстроенный таким раскладом., но обед, всё-таки, никто не отменял.