Love is…

— Ты хотел сказать «наша». — Юнхо растягивает губы и смотрит вслед своему парню. — Боже, откуда у него шило в заднице? — Минги, нет! Это мне нужен лучший вид, потому что я должен делать фотографии! — кричит Пак. — Мне можно и в подвале, если что. — Уён зевает. — Главное просто поспать. В доме поднимаются визги и крики, пока решается судьба несчастных комнат, которые просто существуют, но их терзают так, словно они в чем-то провинились. Минги улегся поперек кровати, уткнувшись носом в матрас, а Сонхва пытается стянуть его за ногу с неё. Сон выбрал комнату с единственным балкончиком, откуда открывается вид на лес и горы. Пак просто отказывается это принимать. Юнхо спокойно сидит в кресле и наблюдает за происходящим, ровно как и Хонджун, который вообще переписывается с кем-то в телефоне и не обращает внимания. Однако Чхве был умнее всех. Он быстро заприметил комнату ближнюю к лестнице, чтобы быстрее всего добираться до ванной. Уёну было всё равно, поэтому они остановились там. Ёсан и Чонхо сидели в своей комнате и составляли баррикады из подушек посреди кровати, чтобы им обоим было комфортно спать. Они оба ненавидят делить постель с кем-то. Благо были спокойными и нашли компромисс, потому что спать на диване было бы неудобно. — Боже, Минги, ну уступи ты ему, а. — Хонджун наконец отрывается от телефона и смотрит на парней. — Ты все равно только спать собираешься. Тебе виды не нужны. — Нет, я сплю. Отвалите. — Мычит он в матрас. — Сон Минги. — Сонхва аж топает ногой, чем вызывает смех у Юнхо и Хонджуна. — Я готов купить у тебя это место. — Минги, соглашайся, в наш семейный бюджет. — Юнхо усмехается, читая книгу в кресле. — Ну правда, уступи ему. То есть… Продай. — Минги, ну не будь таким, а! — Пак продолжает тянуть его за ногу. — Мне не нужны твои деньги. — Он приподнимает голову. — Сколько заплатишь? — Минги! — Хонджун смеется. — Придурок. Я переведу тебе деньги за эту комнату. — Какие вы все вредные, ну. Мне может вид нравится. — Сон снова роняет голову на матрас. — Я перевёл. — Хонджун снова блокирует телефон. Смартфон Минги вибрирует и тот лезет в свой задний карман. Он достает его и одним глазом смотрит в экран. Тут же подскакивает и садится на кровати. — Ты че?! Я переведу назад. Ким Хонджун, ты ебанутый?! — Это за комнату. — Ким пожимает плечами. — Я тоже это спрошу… Ты идиот, ты сколько ему перевел? — Сонхва смотрит на Кима и всплескивает руками. — Да и я сам должен был! — Ой, вот не выпендривайтесь оба, окей? — Юнхо смотрит на них, опустив очки ниже переносицы. — Минги, пойдем уже в комнату, пожалуйста. Минги медленно сползает с кровати и косится на Хонджуна. Он показывает двумя пальцами на свои глаза, а затем на Кима и позволяет себя увести из комнаты, закрывая за собой дверь. — Что? — Хонджун смеется, потому что Сонхва до сих пор смотрит на него. — Ты хотел эту комнату. Надо было устроить ему эффект неожиданности, чтобы точно ушел. — Сколько ты ему перевел? — Сонхва подходит ближе и нависает над Кимом, щурясь. — Рассказывай живо, дорогой. — Это наш с ним секрет. — Ким пожимает плечами и смотрит на Сонхва, задрав подбородок. — Я не буду тебя целовать и заниматься с тобой любовью, понятно? — Сонхва фыркает, складывая руки на груди. — Секреты у него от меня. Это несправедливо. — бурчит Пак. — Какой же ты… Сам же не вытерпишь. Ты тактильнее, чем я в пять раз. — Хонджун усмехается и выпячивает нижнюю губу. — Ещё не хватало, чтобы ты захотел перевести мне эти деньги. Вот уж увольте. — Ага, сейчас прям, не буду я переводить. Скажи просто сколько. — Сонхва обиженно морщится. — Я выдержу и не буду тебя целовать, понятно? — Ну Сонхва-а. — Ким сводит брови к переносице, а затем складывает руки на груди. Он отводит взгляд и снова смотрит на Пака, повторяет это действие несколько раз и сдается. — Ладно, миллион вон. — Сколько-сколько?! — Сонхва округляет глаза, практически задерживая дыхание. — Хонджун, мы на эти деньги дом могли снять на неделю! На эти деньги вообще много что можно сделать! А ты комнату с балконом выкупил! Я б ему меньше перевел раз в десять. — Он бы не встал с постели. Говорю же — эффект неожиданности. — Хонджун буднично пожимает плечами. — Не такая уж и большая сумма, ладно тебе. Я для тебя старался вообще-то. — Не смей обижаться. — Сонхва тянется к Киму и, обхватив его лицо ладонями, целует редко в губы несколько раз. — Но ты все равно дурак. На эти деньги ты мог купить мне обещанное кольцо, которое я бы не снимал никогда. — Кто мешает мне купить? — Хонджун выгибает бровь в вызове. — И за кого ты меня принимаешь? Наши парные кольца будут дороже, чем это. Немного терпения, малыш. — Ты невыносим, Ким Хонджун. — Пак закатывает глаза и усаживается к Киму на колени к нему лицом, а тот придерживает его за бедра. — Ты знаешь, что я тебя очень люблю? Кстати, родители по тебе скучают. — Вот ты… Интересный человек, Пак Сонхва. Говоришь, что любишь, садишься ко мне на колени и я хочу тебя зацеловать и вдруг… Ты начинаешь говорить про своих родителей! — Хонджун не сдерживает смеха и наклоняет голову к своему плечу, смотря на Сонхва. — Чего это им за мной скучать? Неужели я им настолько нравлюсь… — Да. — Сонхва смеется и вновь закатывает глаза. — Очень. А чем тебя мои родители смущают, м? Что-то тебя ничего не смущало, когда ты у меня на ночь оставался. — хитро щурится Пак, буквально мурча. — Напомнить тебе? — Не знаю о чем ты. — Хонджун отводит взгляд, но пальцы на бедрах Сонхва сжимаются чуть сильнее, а он говорит тише. — Я пай-мальчик и твоя семья любит меня. — Да, да, тогда кто мне рот закрывал, чтоб я не стонал громко, м? Кто нагло лез ко мне, когда я говорил, что нас будет слышно? — Сонхва облизывает губы и усмехается. — Пай-мальчик мой. Все, давай собираться, нам идти скоро. — Сегодня пай-мальчик проверит твою легенду. — Ким усмехается и тянется вперед, редко целуя Сонхва и затем Пак встает с него и Хонджун поднимается с кресла следом, потягивается. — Пошли, будешь снимать все на свою камеру, а я буду снимать тебя. — Очень двусмысленно, Хонджун. — Пак смеётся и выходит из комнаты, встречаясь с недовольным Уёном, которого толкает Сан в спину. — О, и вам прекрасного дня. — Очень. — фыркает Уён. Его явно разбудили и теперь тащат на первый этаж, чтоб потом пойти в гору. Уён выглядит как самый капризный ребенок. — Сан-а! Да иду я сам, иду. — Чон косится на Чхве, который неожиданно поднимает его и кладет себе на плечо задом вперед. — Са-а-ан! — Да что у вас тут происходит? — Юнхо выныривает из комнаты и смотрит на всю разыгравшуюся сценку. — Я выводил его из комнаты несколько раз, верил, что он дойдет сам, но каждый раз… Этот крысеныш сбегал назад в комнату. Он не оставил мне выбора. — Сан закатывает глаза и начинает спускаться вниз, неся визжащего Уёна на себе. Минги выглядывает из-за спины Юнхо и зевает, поправляет толстовку на себе. — Что здесь происходит? — он смотрит в след исчезающему внизу Сану. — Воспитательные меры. — Хонджун смеется и идёт вниз по лестнице, параллельно поправляя часы на своем запястье. — Кто-то очень плохо себя ведет, да, Уён-и? — Нет, вы слышали, он назвал меня крысой! — Уён щипает Сана за лопатку, но тот даже бровью не ведет. — Это вот так ты меня любишь, да? Заставляешь идти в гору, обзываешься, жалуешься на меня? Все понятно. — Сан, залепи ему рот ещё скотчем. Чтоб наверняка. — Чонхо потягивается и спускается с лестницы. — Вы че все, оболдели? — Уён хмурится. — Хонджун, помоги мне одеть его. Я не буду отпускать его пока мы не выйдем на улицу. — Сан поворачивается в пол-оборота и смотрит на Кима, который хватает свою дубленку и надевает ее, застегивает и быстро запрыгивает в теплые сапоги. — Окей. — Хонджун хватает шапку Уёна и нарочно криво надевает ее, закрывая парню глаза. — Погнали. Сонхва смотрит на весь этот цирк и поджимает губы. Боже, ну дети. Все начинают одеваться и выходить на улицу, Сан вытаскивает Уёна на себе, кое-как нацепив на него куртку вместе с Хонджуном. Пак заботливо накинул на Чона шарф поверх головы. — Все, все, все, отпусти меня! — Уён продолжает хныкать. — Я иду, иду! То есть пойду рядом! — Вот бы на сноуборде прокатиться. — мечтательно говорит Юнхо, осматривая местность еще раз, пытаясь не слушать крики Уёна на фоне. — Сейчас вся живность разбежится в лесу из-за твоих верещаний, Уён. — Чонхо смеётся, закрывая дверь за собой. — Я отпускаю. — Сан подносит парня к пушистому сугробу и выкидывает его туда задницей и как ни в чем не бывало убегает назад и прячется за Сонхва. — Все, мы готовы! Хонджун осматривается по сторонам, не обращает внимание на верещание Уёна из сугроба. Его руки спрятаны по карманам дубленки, а ноги разбирают рыхлый снег. Хорошо. Полное умиротворение. — Я сколько раз должен тебе назад деньги перевести, чтобы ты их принял? — Минги закидывает руку на плечо Хонджуна и встает рядом с ним. — Прекрати. Наши карты из-за тебя заблокируют. — Ким смеется. — Просто прими их. Это оплата за комнату. — Это не смешно, Ким. — Сон стонет и начинает виснуть на друге. — Представь, что это твой отель и я просто снял у тебя комнату на эти дни. — Хонджун пожимает плечами. — Ты неисправим. — Минги толкает Хонджуна и затем хлопает по плечу. Сон отходит от него и залезает под руку Юнхо, заставляя того обнять его за плечо. — Ну все? Идём в гору? — Хонджун оглядывается на друзей и не может сдержать смеха от того, как Уён пытается вылезти из сугроба. — Чем быстрее поднимемся, тем быстрее вернемся в тепло и сможем наесться и напиться. — А тебе лишь бы одно. — Сан выглядывает из-за Сонхва, за которого он цепляется, как коала за бамбук. — Хотя, я согласен. — Меня не любят. — Уён мирится со своим положением и остается лежать в снегу, прикрывая глаза. — Может здесь посплю? — Сан, ты парня своего обронил, не заметил? — Пак смотрит на Чхве, а затем на умиротворенного Уёна. — Он же реально останется здесь. — Блять. У меня сегодня силовая похоже. — Сан быстро обходит Сонхва и мчится к сугробу, стоит ему приблизиться, как Уён начинает визжать и пытается уползти, но Чхве вновь хватает его и вешает себе на плечо. — Вот так значит? У меня все тело будет болеть из-за того, что придется нести тебя. И кто кого не любит, м? — Боже, они спугнут не только лесных жителей, но и отдыхающих. — Бурчит себе под нос Ёсан и прячется за шарфом, а затем начинает идти вперед. Что толку ждать всех. — Ты меня кинул в холодный сугроб, кот! — Уён фыркает, чувствуя, как снег заставляет его одежду мокнуть. — Все, отпусти живо. Юнхо и Минги уже ушли далеко вперед, болтая о чем-то своем. Сонхва идет за Саном и Уёном, подбирая перчатки, которые выпали из кармана Чона. Чонхо вздыхает и смотрит в небо. — Это будет долгий день.

***

— Когда мы уже дойдем до смотровой? — Минги стонет, но продолжает бежать вперед, оглядываясь по сторонам. Ему просто хочется уже скорее добраться до точки, чтобы отметиться и побежать вниз галопом. В тепло. На кровать. Желательно под одеяло. — Ты спрашиваешь это каждые пять минут, а потом несешься вперед всех. — Ёсан смотрит по сторонам и касается пальцем веточки ели, позволяя снегу упасть вниз на сугроб. — Я просто хочу поскорее добраться. — Сон закатывает глаза. — Нет, ну серьезно, эта тропа бесконечная. — Ты задрал, честное слово. — Хонджун на секунду отворачивается и не глядя делает фотографию Сонхва, который стоит возле изумрудной ели. — Юнхо, утихомирь его. — Ой, все. Я пошёл. — Минги ускоряется и уходит дальше вверх. Из-за его баскетбольной выносливости, он бы давно дошел наверх, но хотелось со всеми. Однако… Желание поставить галочку возле пункта оказалось сильнее. — Сейчас дойдем… Пофоткаемся, еще походим и потом медленно наза-ад, да, Уён? — Сан смотрит на насупившегося парня рядом с собой и усмехается. — Сколько счастья, сколько природы! Ну, сказка! — Чхве, ты сейчас напоминаешь мою бабушку. — Ёсан смеются и мельком смотрит на Чонхо и поправляет тому шарф, слетевший с плеча. — Столько энтузиазма, кошмар. — А можно потом на жопе по сугробам скатиться назад? — Уён оживляется и смотрит назад на весь путь, который они прошли. — Ты отобьешь себе все, что можно и нельзя. — Пак смотрит на Уёна, окидывая того родительским взглядом. — Хватит ныть. Наслаждайся. — Полковник Пак прям. — Уён лепит снежок и кидает в спину Сонхва, который вновь обернулся к деревьям. Тот медленно поворачивается на него, и как только Уён видит взгляд Сонхва, он сразу же прячется за Сана. Пак подходит ближе, вставая перед Чхве и наклоняется в сторону, смотря на Чона. — Я тебя сейчас в снегу искупаю. Уён вылезает и вновь кидает снежок в плечо Пака, а затем убегает наверх в гору по снегу, пока Сонхва быстро начинает лепить ответный снежок. — Боже, что происходит.. — Юнхо натягивает капюшон на голову. — Я даже не знаю, радоваться или плакать, что мы здесь все вместе… — Ёсан усмехается и продолжает медленно шагать вперед. — Как же хорошо… — Хонджун улыбается и шагает на широкую ногу. — Уён где-то далеко, Сонхва гонится за ним, одни мы… Спокойно идём и наслаждаемся. — У меня теперь плечо болит. — Сан вздыхает и опирается на Ёсана. — Ты тяжелый, идиотина. — Кан ворчит, но руку не убирает. — Потерпи, я жертва. — Сан улыбается и опускает голову, чтобы посмотреть на Ёсана из-под солнечных очков. — Помоги нуждающемуся. — Слышь, нуждающийся. — Ёсан дергает головой в его сторону, но Сан лишь смеется и они продолжают идти дальше. — Ким Хонджун, вообще-то я все слышу! — кричит Пак, останавливаясь чуть выше от них. — Что ты там? Спокойно тебе без меня, да? Все начинают смеяться, а затем и Сонхва тоже подхватывает этот смех, когда все же ему удается кинуть Чону за шиворот кусок снега. Через час они все же добираются до вершины горы. Там расположена очень красивая смотровая площадка, с которой открывается невероятный вид на лес, а ещё вдалеке — на город. Уён стоит у перил, опираясь на них, и смотрит вдаль. Он обожает природу и все, что с ней связано, даже несмотря на то, что канючил всю дорогу. Этот момент истинно можно назвать счастливым. Особенно когда Сан подходит сзади и целует его в макушку, приобнимая за талию. Их со стороны фоткает Сонхва на цифровую камеру и широко улыбается. Не верит своим глазам. Он так счастлив за лучшего друга. А ещё счастлив за себя, потому что рядом стоит его любовь. Хонджун молча осматривает местность, а в его глазах видны сверкающие звезды. Чонхо достает термос и пьет горячий чай, а затем протягивает его Ёсану, который уже успел триста раз замерзнуть, несмотря на абсолютно теплую одежду. Благо Юнхо поделился с ним ещё одним шарфом. — Мои зубы уже не попадают друг на друга. — Ёсана трясет и он старается осторожно отпить чай. — Боже. — Побегать просто надо, Ёсан-а. — Минги проходит мимо, подмигивает и поворачивает голову к Юнхо, которого он искал. Сон закидывает руку парню на плечо и тыкается холодным носом в щеку. Красиво. Очень. Если бы он был сентиментальным, то даже бы расплакался от того, что перед ним. Солнце слепит и нагревает кожу. Благо, они все поступили разумно и перед выходом намазались кремом, чтобы не сгорели щеки. В горах всегда очень высок риск. Минги шмыгает носом и поворачивает голову в сторону, рассматривая друзей. Хонджун подходит ближе к перилам и, не вытаскивая рук из карманов, смотрит вниз, вытягивая губы. Не сказать, что ему не было интересно, просто… Его фокус внимания уже сместился и ему было достаточно увидеть красивый вид, сделать пару фотографий, чтобы захотеть вернуться назад. Ким поворачивается спиной к пейзажу и облокачивается локтями на перила. Смотрит на Сонхва, носящегося кругами и делающего фото всего и всех. Забавный. Эта картина вызывает широкую улыбку на лице. Ладно, ради таких сияющих от счастья глаз, он готов терпеть вечность. — Предлагаю еще пятнадцать минут максимум и назад. — Ёсан шмыгает носом и вырывает Хонджуна из его мыслей. Ким поворачивает голову и смеется себе под нос. Кан выглядит донельзя забавно с термосом и закутанный в два шарфа. — Хорошо, Ёсан. Главное, чтобы ты не заболел, тебя трясет. — Да ты че, н-нахуй, а я не заметил? — Кан снова делает глоток чая.

***

Самое радостное событие за день помимо лицезрения красивых видов на горе — это все же вернуться в теплый дом, принять горячий душ, укутаться в пледы и приготовить много вкусной еды. В дополнение к этому — ещё и налить себе стаканчик глинтвейна, а затем и пару стопок отборного виски. Сонхва раскладывает еду на столе вместе с Уёном, болтая о чем-то своем. И кто бы мог подумать, что они смогут так хорошо поладить? Оказывается, они очень похожи, особенно когда влюблены. Оба становятся спокойными и нежными. И даже могут пообсуждать своих парней. Как минимум потому, что Хонджун — лучший друг Уёна, а Сан — лучший друг Сонхва. Чонхо уже двадцать минут пытается отогреть Ёсана, подливая ему чай каждую секунду. Если заболеет — это очень плохо. У них впереди ещё много работы по совместному проекту, да и кто, если не Чонхо, позаботится о своем лучшем друге? Юнхо сидит с Минги в одном кресле, продолжая читать свою книгу, пока Сон сопит ему в шею, укрытый пледом. Чон может поклясться, что хочет провести именно так всю свою жизнь. — Он что, спит? — шепчет Уён, подойдя ближе и протягивая стакан глинтвейна Чону. — Ну, шило в заднице угомонилось, вот и спит. Пока что. — Юнхо улыбается, отрываясь от книги и принимая горячий напиток очень аккуратно, чтоб не потревожить Сона. — Нам ещё нужно обсудить выпускной. — А можно это делать не в поездке за город? — Ёсан косится со своего места и продолжает шмыгать холодным носом. — Сделай вид, что ты в отпуске и забудь. — Согласен. — Хонджун подает голос, но головы от телевизора не отнимает. В его руках джойстик от приставки, а в экране — важная гонка. Ким сидит на полу, сложив перед собой ноги, а Сан устроился головой на его колене и наблюдает за тем, как Хонджун играет. Он переодически хватается за свой стакан с горячим алкоголем и делает небольшие глотки, прежде чем снова лечь и уткнуться в происходящее на экране. — Ты хоть в курсе на что соглашаешься? — бурчит Ёсан и усмехается, принимая новую кружку чая от Чонхо, улыбается другу. — Я спокойно различаю речь, Кан. Я поддерживаю, что выпускной подождет до нашего возвращения. — Хонджун увлеченно прикусывает губу и хмурится, продолжая играть. — Сан-и, дорогой, не елозь головой по моей ноге, отвлекаешь. — Сорян. — Чхве зевает. — И сколько мы ещё так откладывать будем? — Юнхо хмурится и кладет книжку на подлокотник. — Давайте обсудим сегодня. — Какой же ты нудный, Чон. — Уён закатывает глаза и ставит на стол последнюю тарелку. — А ты шило в заднице, Чон. — фыркает Юнхо. — Эй! — Уён хмурится. — Сан, он меня обижает. — Какие вы, блять, громкие. — Минги хмурится и поднимает голову. — Чон Уён, заткнись! — Опа, проснулась Спящая красавица. — Сан поднимает голову с колена Хонджуна. — Эй, Уён, ты разбудил нам Минги. Он ворчать из-за этого будет. — Сейчас Уён скажет, что ты его не любишь. — Ким усмехается и вскидывает руки, когда побеждает в гонке. — Смотри, смотри. — Ён-а, я тебя люблю! — Сан назад ложится и отворачивается, смотрит как Хонджун продолжает играть. — Давайте есть и пить, м? — Сонхва подходит ближе и садится на пол около стола. — Вы же сюда не играть приехали. — Что-то мне душно. — Юнхо усмехается, рукой надавливая на голову Минги, чтоб тот опять лег и перестал ворчать. — Кто бы говорил, Юнхо. — Уён закатывает глаза и садится на диван. И Минги вновь закрывает глаза, выдыхает в шею Юнхо и зарывается глубже, крепко обнимая парня за талию. Сон что-то бурчит себе под нос и Чон улыбается, целует его в лоб и снова обращает внимание на друзей. Идиллия. Чонхо вытаскивает Хонджуна и Сана от телевизора, несмотря на их протесты и парочка плетется к столу. Ким садится чуть сзади Сонхва и кладет ему голову на плечо, обнимая за талию, а Чхве приползает немного в сторону от них и тут же тянется к еде за что получает по рукам от Ёсана. Кто бы мог подумать, что они смогут вот так проводить время вместе. Не ссорясь и не ругаясь, а общаясь и много смеясь друг с другом. Алкоголь льется в стаканы и бокалы, а еда делится между всеми и, порой, палочки залезают в чужие тарелки, но все возмущения наигранные и те, кто не любят овощи отдают их, а в ответ получают кусок мяса. Компромисс. Ёсан смотрит на всех со своего места на диване и опускает голову только тогда, когда Чонхо кладет ему в миску с рисом кусок мяса. Кан улыбается и с радостью съедает то, что ему дал друг. Он счастлив. Впервые за долгие месяца он не вспоминает о прошлом и не думает о том чего он не достоин. Ведь это не так. Его научили, что может быть иначе и он благодарен за это. И, может, этот ужин первый и последний в таком формате, а может, первый и основополагающий для дружбы на долгие годы, несмотря на время. Все равно. Главное, что он есть сейчас. Они сидят так еще долго, пока кому-то не становится скучно. Минги просыпается и наконец отлепляться от Юнхо, садясь за стол и начиная уплетать за обе щеки то, что еще может было съесть. Уже была поздняя ночь, но никто не расходился, даже если сильно хотелось. Хонджун спускается со второго этажа в домашней одежде и надевает толстовку через голову. Он поправляет капюшон на голове и зевает, подходит к столу, чтобы взять стакан с виски и делает пару глотков, прежде чем снова сесть и погладить Сонхва по голове. Шумно. До сих пор очень шумно. Наверное, потому что Уён пытается что-то доказать Ёсану рядом с ним, пока Сан сидит, держа джойстик от приставки в своих руках и играет. Минги время от времени делает комментарии на игру Чхве и тот шипит на друга, косится на него. Забавно. — Как дела? — спрашивает Хонджун и целует Сонхва в щеку. — Все хорошо. Ты не хочешь спать? — Сонхва смотрит на Кима и нежно улыбается ему. — Мы можем пойти спать вместе, если что. — Я только что оттуда, думал, что ты не хочешь еще. — Хонджун медленно моргает и переходит на шепот. — Можем сбежать и оставить уборку на них. Кто последний, тот и моет. — Я согласен. — заговорщицки шепчет Сонхва, вставая с пола. — И мы будем лежать с тобой в кровати и просто болтать? Пожалуйста, только не фейк, только не фейк. — Я подумаю над этим. — Хонджун встает следом и берет Сонхва за руку и тащит за собой. — Вы куда? — Минги поднимает глаза. — Старшим пора спать. — Ким кивает в сторону лестницы. — Старики. — Сон снова опускает глаза. Хонджун усмехается и уводит Сонхва к лестнице, чтобы скорее скрыться. — Никогда не любил мыть посуду, надеюсь, Уён проиграет и это будет делать он. — Ким стреляет глазами в Пака и выходит на второй этаж. — За что ты так с ним, а, Хон-и? — Сонхва усмехается, следуя за Кимом. — Мне кстати Сан рассказал, что они вместе теперь с Уёном. По-настоящему. Идиоты. — Я не сомневался, что когда-нибудь это настанет. Благо, что так скоро и они не затянули. — Хонджун заходит в комнату, но свет не включает. С балкона достаточно лунного света проникает внутрь. — Удивительно, что решились. Или это ты замотивировал Сана? — Я. — честно признается Сонхва. — Да а что? Если они оба идиоты. Кто, если не я? — горделиво произносит Пак, снимая с себя кофту и оставаясь только в черной майке. — Просто опираясь на психологию… Ладно, не смотри так на меня, я не буду начинать. — Ты и твоя психология. — Бурчит Хонджун и забирается в постель, садится, опираясь на подушку под одеяло. — Бедный Сан, запугал мальчика, да? Не оставил выбора? — Ким смеется. — Ты офигел? — Сонхва щурится и подходит ближе, а затем ложится к Киму. — Никого я не пугал. Ты же знаешь, что я люблю все, что касается любви, как бы это не звучало странно. Хонджун поворачивает голову к Сонхва и расплывается в довольной улыбке. Он облизывает губы и щурится. — Любишь, любишь… — Ким протягивает руку и обнимает Сонхва за плечи, притягивая ближе к себе и продолжает сидеть, а затем съезжает вниз по подушке. — Я рад за них, очень. Уён так светится рядом с Саном и… Наконец появился человек, который может усмирить его пыл. — Когда Сан мне сказал, что влюбился, у меня сердце замерло. — честно признается Пак. — Сначала я испугался, подумал, что может он поторопился и путается… Но потом я увидел его взгляд и решимость сделать все, чтоб они были вместе. И я впервые наблюдал его таким. Все-таки все случилось так, как нужно. Если бы мы не поссорились с ним, а ты с Уёном, вряд ли бы они объединились. — Тогда получается… Минги и Юнхо герои-купидоны теперь? — Хонджун фыркает себе под нос и отворачивается, смотрит на стену перед ними. — А нет! Это админ «сплетницы»! — Получается поблагодарить можно этого админа хотя бы за что-то. — Сонхва смеется, пихая своего парня в бок. — Хочешь я тебе в кое-чем признаюсь? — М-м? — Хонджун поворачивает голову к Сонхва и смотрит на него. — В чем? — Те психологические игры, которые я проводил с тобой… Это все для того, чтобы, во-первых, ты перестал быть таким заносчивым скептиком, а во-вторых, я почти сразу с первого дня почувствовал, что ты мне нравишься, просто не признавал это. А потом решил проверить, насколько мои чувства верны. На момент, когда мы смотрели друг другу в глаза, я уже был влюблен в тебя, Хонджун. Поэтому решил провести тот эксперимент. Потому что я привык брать своё. Хонджун привстает со своего места и глупо моргает, смотрит на Сонхва сверху-вниз. Он открывает рот, но тут же закрывает, потому что не понимает, что говорить. — Вот же ты… Обвел меня вокруг пальца, да? — Ким щурится. — Должен ли я чувствовать себя ущемленным сейчас, хм? И он опускается чуть ниже и целует Сонхва в щеку, улыбается. — Хитрый, но мне нравится. Хорошо, что ты не сдался несмотря на мой ужасный характер. — Хонджун закатывает глаза, признает, что он не самый простой человек. — Ну, не прям обвел, я просто заставил тебя думать, что это ты берешь свое, а не я. — Сонхва тихо смеётся. — В этом и есть психология манипуляции. А в той ситуации, когда мы разыгрывали с тобой здоровые отношения, я тебя программировал на то, какие у нас могут быть они. Вот так. Хонджун дует губы и отодвигается. — То есть… Я предмет твоего эксперимента. Я правильно понимаю? — он издает задумчивый звук. — Поня-ятно. — Почему эксперимента? Эксперимент — это когда ты не уверен в результате и пробуешь теорию на вкус, пытаясь понять к какому результату придешь. Я же был уверен в том, что делаю. — мурчит Сонхва, приближаясь к Киму и редко целуя его в губы. — Не делай вид, что ты обижен. — Ладно, я в любом случае доволен результатом. — Хонджун расплывается в довольной улыбке. — Уверенный в себе, да?.. — Ким расслабляется и тянется к Сонхва, зацеловывает его лицо редкими поцелуями. — Это хорошо. Благодаря психологии, как бы она не была мне противна всю жизнь… Нам удалось найти друг друга. Забавно. — Я тебя люблю. — Сонхва подставляет лицо под нежные и едва уловимые поцелуи и наблюдает за каждым действием Хонджуна. Ему даже не нужно слышать это в ответ. Он видит, он чувствует, он знает. Вместо слов Хонджун просто переплетает их пальцы и целует запястье Пака, а затем его шею, линию скул, губы. Они просто чувствуют друг друга на молекулярном уровне. И никуда не торопятся рядом друг с другом. Эта ночь безобразно растягивается, наполняясь звуками поцелуев и нежным шепотом. Любовь — это все же идти на риск и идти ва-банк, когда ты знаешь чего это стоит.