Сто лет одиночества

- Тони, - Рубина ворвалась в кабинет брата как ураган. - Я хочу поехать с тобой в Женеву. - Здорово, но зачем? - Вставая из-за стола и направляясь к девушке ответил железный человек. - там будет обсуждение Заковианского договора. Тони Старк, умолчал о том, что они уже обсуждали эту тему с командой Мстителей. Так же как умолчал о том, что он видео капитана Америку. И о том, что тот в свою очередь отказался от подписания и его изгнали. И Тони был этому рад. Ведь после того как его сестра страдала от разбитого сердца. Все что ему хотелось это набить морду этому суперсолдату. - Мне не интересны ваши собрания, анонимных супергероев - Рубина скрестила руки на груди. - Будет проходить аукцион, я хочу кое-что купить. — Ты серьезно? — Тони прищурился, глядя на Рубину, которая стояла перед ним, словно шторм, готовый смести все на своем пути. — Женева? Аукцион? Думаешь, я соглашусь просто так тащить тебя через полмира?  — Не просто так, — она улыбнулась, и в этой улыбке было столько дерзости, что Тони чуть не поперхнулся. — Я обещаю вести себя прилично. Ну… почти.  — Почти — это сколько? — он приподнял бровь, но уже чувствовал, как его сопротивление тает. Рубина всегда умела его обойти.  — Сколько угодно, — она сделала шаг ближе, взгляд ее горел азартом. — Ты же знаешь, что я могу быть очень убедительной.  Тони засмеялся, но в его смехе слышалось облегчение. Наконец-то она снова была собой, а не тенью, которая бродила по особняку последние месяцы.  — Хорошо, — он протянул руку, будто заключая сделку. — Но с условием: никаких срывов миссий, никаких случайных покупок и…  — Никаких случайностей, — она перебила его, пожала его ладонь и быстро убрала руку. — Ты же знаешь, я всегда держу слово.  — Это и пугает, — пробормотал он, но Рубина уже уходила, оставив за собой шлейф аромата, который напоминал ему детство — смесь тепла, свободы и бесконечных приключений.  Тони вздохнул, но в его глазах уже горел огонь. Если Рубина вернулась к жизни, значит, Женева обещает быть незабываемой.  — Следующий раунд, — шепнул он себе, — начинается. Тони покачал головой, улыбаясь про себя. - Никаких случайностей, - передразнил он ее шепотом, зная, что эта фраза в устах Рубины звучит как самая рискованная ставка в казино. Женева, аукцион, Рубина… Этот коктейль обещал быть взрывоопасным! Но, черт возьми, именно этого ему и не хватало! Пресной жизни в особняке, где пыль оседала на приключениях, словно на старинных картинах. Рубина была его личным антидепрессантом, адреналином в чистом виде, хаосом, который приносил порядок в его идеально спланированный мир. Он схватил телефон и набрал номер своего пилота. - Собирай самолет, - скомандовал он, - Летим в Женеву. И прихвати пару запасных парашютов. Чувствую, они нам понадобятся. Она сидела на лавочке, не далеко от здания ООН, слышала как проезжают машины экстренных служб. - Я не буду вмешиваться. - тихо сказала она себе. В этот момент рядом с ней присел он. Рубина как в замедленной съёмке повернула голову, встретилась взглядом с его голубыми глазами. "Морщинок вокруг его глаз стало больше" - подумала она. Скользнула взглядом по его губам. Они изогнулись в теплой улыбке, словно он встретил давнюю подругу, а не девушку с которой провел ночь и ушел в туман. - Стив. - сдавленно проговорила она, на глаза навернулись слезы, ком подступил к горлу. Рубина почувствовала, как воздух вокруг сгустился, словно сама атмосфера затаила дыхание. Его присутствие было как удар тока, пронзивший её насквозь. Стив. Его имя прозвучало в её голове, как эхо из прошлого, которое она пыталась забыть, но не смогла. Его голубые глаза, такие же пронзительные, как и тогда, смотрели на неё с теплотой, которая заставляла её сердце биться чаще. — Рубина, — его голос был мягким, но в нём чувствовалась сила, которая всегда притягивала её. — Ты всё ещё злишься на меня? Она хотела сказать что-то резкое, что-то, что заставило бы его уйти, но слова застряли в горле. Вместо этого она почувствовала, как слёзы катятся по её щекам, горячие и предательские. Он протянул руку, его пальцы коснулись её лица, смахнули слезу. Его прикосновение было таким же нежным, как и в ту ночь, когда они были вместе. — Я не злюсь, — прошептала она, голос дрожал. — Я просто… не могу забыть. Стив наклонился ближе, его дыхание смешалось с её. Рубина почувствовала, как её тело отвечает на его близость, как будто оно помнит то, что её разум пытается отрицать. Его губы были так близко, что она могла почувствовать их тепло. Она закрыла глаза, ожидая, что он поцелует её, но он остановился, словно давая ей выбор. — Рубина, — он прошептал, его голос был полон обещаний и сожалений. — я так скучал по тебе. Её сердце сжалось. Она знала, что если она позволит ему войти в её жизнь снова, то уже не сможет отпустить. Но в этот момент, с его дыханием на её губах и его рукой на её щеке, она не хотела сопротивляться. Внутри неё разгоралась буря. Память услужливо подбрасывала картины их прошлого: смех, объятия, клятвы, разбившиеся, словно хрупкое стекло. Всё это время она строила вокруг себя стену, чтобы защититься от боли, от его боли, и вот он стоит перед ней, разрушая её одним лишь взглядом. Она открыла глаза, и увидела в его взгляде искреннее раскаяние, боль, зеркальное отражение её собственной. "Что, если…?" - пронеслось в голове. Что, если дать им ещё один шанс? Что, если рискнуть всем, чтобы вновь ощутить эту непередаваемую близость? Страх сковал её, но сквозь него пробивалось робкое, но настойчивое желание. Она медленно подняла руку и коснулась его щеки. Его кожа была теплой, шершавой, такой знакомой. В этом прикосновении было всё: прощение, надежда, страх, любовь. — Я тоже, Стив, — прошептала она, и её голос утонул в тишине. — Я тоже... Он нежно прикоснулся губами к её губам, легкое касание, словно проверка. Затем поцелуй углубился, в нём было всё: и горечь разлуки, и сладость встречи, и надежда на будущее. - Но у меня есть одно незаконченное дело, как только я разберусь с этим. Я вернусь к тебе. - с жаром произнес Стив. - Баки див, и я должен найти и помочь ему. Её глаза наполнились слезами, но она кивнула, понимая. Она знала, что такое долг, знала, как он может тянуть человека, разрывая сердце на части. И она знала, что если Стив не закончит это дело, то никогда не будет по-настоящему счастлив. - Я могу помочь? - с мольбой спросила девушка. - Просто подожди меня, это все что мне нужно. - Он знал, что его путь будет труден, полон опасностей и неизвестности. Но мысль о ней, о её любви, о их будущем, будет вести его вперед, освещая даже самые темные моменты. - А ну убрал свои грязные руки от моей сестры - Послышался голос Тони. — Я должен идти, — прошептал он, его голос дрожал, но в нём слышалась непоколебимая решимость. — Баки там, в кромешной тьме. Я не могу бросить его. Она кивнула, её пальцы сжали его рубашку, будто пытаясь удержать, но потом отпустили. — Я буду ждать. Всегда. Тони стоял, как будто его только что ударили током, его пальцы сжались в кулаки, а глаза метали молнии. Руби, ты вообще в своем уме?! — его голос гремел, как гром среди ясного неба. — Этот парень — ходячая красная тряпка для быка, а ты… ты ведешься на его сказки, как на голодный желудок на запах свежей пиццы! Рубина, не обращая внимания на его гнев, лишь подмигнула, ее губы растянулись в озорной улыбке. - Ой, Тони, ты такой заботливый, прямо как мама-наседка! Но я не цыпленок, чтобы ты меня оберегал от каждого кота на улице. Она повернулась, ее волосы раскачивались в такт ее шагам, будто танцуя под невидимую музыку. Тони смотрел ей вслед, его лицо краснело, как будто он вот-вот взорвется. -Я тебя предупредил, малышка! Если он еще раз появится рядом с тобой, я сделаю из него фарш, и никакие твои шутки меня не остановят! Рубина, уже сидя в машине, высунула голову из окна. - Ах, Тони, ты такой милый, когда злишься! Но не переживай, я всегда знаю, как справиться с собой. И с ним тоже. Тони закатил глаза, но в уголке его рта мелькнула тень улыбки. -Черт возьми, Руби, ты меня в гроб вгонишь… — пробормотал он, но его взгляд смягчился, когда она уже исчезла за поворотом.  А Рубина, ускоряясь, лишь хихикала, представляя, как ее "драгоценный" братец все еще стоит там, как разгневанный кот, которого только что выгнали из кухни. На следующий день, Рубина столкнулась с Тони в коридоре. Ее брат был встревожен, громко отдавал приказы по телефону и куда-то собирался. Когда он обратил внимание на стоящую в дверях сестру, она спросила. - Что случилось? - сердце ее говорилось, она точно чувствовала, что произошло, что-то важное. - Пустяки - нервно отмахнулся от нее Тони. Направляясь к выходу. Девушка не теряя ни секунды преградила путь мужчине. - Я спросила, что случилось? - в ее голосе послышались стальные нотки Тони закатил глаза, понимая, что отвертеться не получиться и она все равно узнает. - Кзпа схватили, а с ним и его друга с железной рукой. Рубина на секунду опешила, в ее сердце ворвалась трегова. Но она тут же взяла себя в руки. - Я с тобой - решительно сказала она Тони и помчалась к лифту. Рубина, словно торнадо в мини-юбке, ворвалась в лифт, едва успев зажать дверь перед носом Тони. — Ты серьезно думал, что я останусь тут, как комнатное растение? — бросила она, сверкая глазами, в которых горел огонь азарта. Тони, сжав челюсть, попытался выглядеть сурово, но его взгляд выдавал смесь гордости и легкой паники. — Руби, это не игра в прятки. Там может быть опасно. — Опасно? — она фыркнула, поправляя косу. — Ты забыл, кто вытащил тебя из того бара в Рио, когда ты проиграл в покер свои часы? Лифт остановился, и Рубина выскочила первой, словно гепард на охоте. Тони, тяжело вздохнув, последовал за ней. — Ладно, но если что, ты слушаешь меня, поняла? — Конечно, — она улыбнулась, но в ее глазах читалось: «Как бы не так.» Они сели в машину, и Рубина,  Тони просто закрыл лицо ладонью, но в уголке рта мелькнула улыбка. Рубина всегда знала, как его вывести из себя… и вдохновить. Когда они прибыли на место, Тони провел её через несколько коридоров и открыл дверь. В этот момент у девушки слегка подогнулись ноги — она узнала его силуэт, она бы узнала его среди тысячи других. Широкие плечи капитана Америки были напряжены, руки стояли на бедрах, и он о чем-то горячо спорил, время от времени бросая взгляды в стекло. Рубина тихо подошла к нему и обняла за талию, прижав лоб к его спине. Она ощутила, как его тело сначала напряглось, а затем расслабилось. Стив коснулся её рук, а затем обнял её в ответ. — Пора объясниться, — произнес он, глядя ей в глаза. Он начал рассказывать о том, где был все это время и чем занимался. Говорил о Бакки, о Пэгги Картер. Рубина внимательно слушала, иногда украдкой поглядывая на мужчину за стеклом. Баки не отрывал от неё взгляда; его холодные, проницательные глаза казались способными заглянуть в самую душу. В этом взгляде было что-то неуловимое, что-то, что Рубина не могла понять, и от этого ей становилось не по себе. К Бакки подошел незнакомец, задавая вопросы о его имени и последних воспоминаниях. Постепенно его речь стала бессвязной, и в этот момент в зимнем солдате что-то щелкнуло. Рубина заметила, как его глаза потемнели, словно разум покидал его. В одно мгновение он освободился от всех оков, которые сдерживали его. Стив, осознав опасность, бросился к нему, но в помещении началась настоящая паника. — Тони, уведи её! — закричал Капитан Америка своему другу. Однако Рубина вырвалась из рук брата и устремилась за Стивом. Капитан уже схватился с Зимним солдатом, и они вместе вывалились на вертолетную площадку, разбив стекла. Она слышала, как Стив пытался достучаться до своего друга, уверяя, что не собирается с ним сражаться. Но когда он бросил щит, её сердце замерло. Она бросилась к нему, полная решимости защитить Стива, даже если это стоило бы ей жизни. - Нет! - Крикнула девушка вставая между мужчинами. Железный кулак Зимнего Солдата, холодный и смертоносный, остановился в миллиметре от ее лица. Она чувствовала ледяное дыхание металла, ощущала его угрозу, но не дрогнула. Тяжело дыша, с порезами, кровоточившими на руках, она смотрела на Джеймса Барнса. В ее глазах не было страха, только вызов, упрямство и, возможно, надежда. Он же, казалось, застыл. Его взгляд, обычно пустой и безжизненный, вдруг прояснился. В нем мелькнуло узнавание, смятение, боль. Он видел не просто цель, не просто врага. Он видел ее. Механическая рука, еще мгновение назад готовая сокрушить, медленно опустилась. Звук работающих сервоприводов эхом отдавался в тишине. Джеймс Барнс, Зимний Солдат, машина для убийств, ошеломленно смотрел на девушку перед собой. В его глазах отражалась борьба, битва внутри него самого. Он не понимал, что происходит, но знал одно: он не мог причинить ей вред. Не сейчас. Не ей. Он не мог понять, почему она не убегает, почему не кричит от страха. Вместо этого она смотрела на него, как на человека, а не на зверя. Это было невыносимо. Он был Зимним Солдатом, созданным для уничтожения. Звуки поднимающихся в небо вертолетов разрезали тишину, словно острые лезвия. Гудение двигателей нарастало, предвещая скорый отъезд, эвакуацию, бегство. Рубина, стоявшая рядом с Капитаном Америкой, вздрогнула. В ее глазах читался страх, смешанный с отчаянием. - Уходите! - крикнула она, голос сорвался на хрип. Капитан Америка резко развернул ее к себе, его небесные глаза встретились с ее. В них читалась решимость, но и что-то еще, что-то, что заставило ее сердце забиться чаще. Он не произнес ни слова, но его действия говорили сами за себя. Он наклонился и поцеловал ее. Поцелуй был долгий и страстный. Он был полон отчаяния и надежды, прощания и обещания. Он был вызовом судьбе, криком о любви в лицо надвигающейся буре. Его губы жадно впивались в ее, передавая всю гамму чувств, которые он не мог выразить словами. Он целовал ее так, словно хотел запечатлеть каждый миг, каждый вздох, каждый оттенок ее вкуса, чтобы сохранить их в памяти навсегда. - Пегги сказала мне - Стив смотрел Рубине в глаза - Что назад вернуться невозможно. Но можно начать все с начала. Ты мое начало. Я вернусь обещаю. Капитан коснулся ее щеки, и тяжёлым сердцем двинулся прочь. На последок обернулся лишь сержант Барнс. Он ещё раз окинул девушку взглядом и кивнул в знак благодарности.