Что случилось с Гермионой Грейнджер?

– Что там, доктор? – спрашивал Драко нетерпеливо. Он повторил свой вопрос уже второй раз, но доктор продолжала водить датчиком по ее животу и не отвлекалась от серого экрана. Это хорошо. Хорошо, что УЗИ больше не нужно проводить трансвагинально, ощущение ведь не самое приятное. Гермиона поежилась, вспоминая. Маленькая серая точка на экране уже превратилась в плод, в котором угадывались черты человека. Ручки и ножки его не двигались, оборудование не могло открыть всей картины, но Гермиона знала, что Драко выбрал лучшую клинику Лондона. Доктор мягко улыбнулась, сделала какую-то пометку в ее карте и вернулась к экрану. Гермиона ждала куда терпеливее, чем ее обеспокоенный супруг. «Хочет, чтобы все это закончилось, чтобы беременность оказалась проблемной. Хочет избавиться от тебя», – думалось Гермионе. – Все отлично, мистер Малфой. Видите? Вот он, ваш малыш. Я не вижу никаких отклонений развития, все в норме для данного срока, – женщина снова улыбнулась. – Предугадывая вопрос: нет. Пол разглядеть не удастся. – Ничего. Главное, чтобы ребенок был здоров, – подытожил Драко. – Отлично сказано, – закивала женщина. – Вы почти прошли самый опасный период. Больше тридцати процентов беременностей заканчиваются на сроке до двенадцати недель. Много биохимических беременностей, выкидышей на самом раннем сроке, – женщина на секунду ушла в собственные мысли, точно проверяя статистику, собранную за годы работы. – Вам можно не бояться, мистер Малфой. – А мне? – спросила Гермиона тихо. – И вам, миссис Грейнджер, – рассмеялась доктор. – Не поддавайтесь гормонам, вам лучше попытаться расслабиться. – Это не всегда дается легко. Ведь даже сейчас злые голоса в ее голове не утихали. Она боялась, что Драко уйдет от нее, что беременность закончится преждевременно, что ребенок родится инвалидом или даже не родится вовсе. А если все будет в порядке, Драко ведь может бросить ее одну. Любой исход казался неудачным. Она может стать безработной матерью-одиночкой, может превратиться в обманутую клушу-жену. Казалось, что счастье ушло из ее жизни и никогда уже не вернётся. Сильнее всего тревога накрывала по ночам. Малфой положил руку на ее сжатую в кулак ладонь, он заглянул в карие глаза жены и улыбнулся, растопив что-то в ее душе. Бледные пальцы сжимали салфетку, и Драко принялся стирать гель для УЗИ с ее живота. Наконец, округлившегося. Пусть лишь немного, но Гермионе казалось, что все вокруг уже четко понимают, что она беременна. – Половой покой вам не требуется, – словно невзначай бросила доктор, едва Малфой распахнул дверь. – Доброго дня, буду ждать вас через месяц. Драко, впрочем, настаивал на приемах через каждые две недели, хотел знать, что все идет хорошо. Наверняка он и в этот раз запишет ее раньше положенного. Не то, чтобы Гермиона сильно возражала... Она поблагодарила мужа, когда тот открыл пассажирскую дверь и помог ей сесть. Небо заволокло тучами, и сегодня Гермионе пришлось накинуть пальто. Наконец-то по-настоящему английская погода вернулась: туман, серость и дожди. Солнце сбивало с толку. Драко сел на водительское место, наскоро убрал назад свои короткие светлые волосы и потянулся к ремню безопасности. Он застегнул свой, а после помог жене, перевалившись на ее место с почти кошачьей грацией. – Я ещё не настолько беременна, чтобы помогать мне пристегнуться, – хмыкнула она, но улыбнулась, встретив взгляд серых глаз супруга. – Просто хотел поухаживать за тобой, милая. Последнее время ты мрачнее тучи, – он завел машину и покинул парковочное место, как всегда почти не смотря на дорогу. – Тебе не нравится новый дом? – Нет, он... Да вроде бы все чудесно, – пожала плечами Гермиона. – Ты всегда можешь дать волю своим капризам и потребовать новый, – с губ мужа сорвался тихий смешок. – Для моей принцессы – любой каприз. Любой ли? «Меня мучают мысли о той рыжей девке в нашем саду, вот что. Меня мучает твой обман, меня мучают странные сны о странных подростках за длинным столом», – думалось ей, но с губ слова не слетели. Гермиона мариновалась в собственных опасениях, не зная, чего ждать от завтрашнего дня. Что-то подсказывало: Драко не ответит на интересующие ее вопросы. И все же... Все же иногда ей казалось, что Гермиона раздула из мухи слона. Даже если в жизни его когда-то была эта девушка, даже если Малфой решил скрыть правду, чтобы не тревожить беременную жену, сейчас-то все кончено. У них бы не было времени на встречи. Она прикусила внутреннюю сторону щеки, стараясь отвлечься. Драко и Гермиона переехали пару дней назад. Утром грузчики доставили последние коробки, и распаковка проходила медленно, ведь муж запрещал ей поднимать и тяжёлые, и лёгкие вещи. Посторонняя помощь прибудет позже, и Гермионе хотелось внести свой вклад, сделать хоть что-то для их нового гнездышка. Драко уверил, что она очень поможет, рассказав грузчикам, что и куда им отнести. Но все это только после приема у врача. Малфой не соврал, до центра они добирались не больше сорока минут, и Гермиону даже не укачало в машине. – Я узнал, что рядом с домом есть неплохой детский сад. Тут всего километр, не больше, – он открыл перед ней дверь. – Если ты захочешь водить ребенка в сад, конечно. Я предпочел бы няню. – А как же социализация? До школы она тоже очень важна, – рассуждала Гермиона вслух. – Посмотрим, ладно? Мне нужно изучить этот вопрос, – Драко поцеловал ее в щеку. Гермионе казалось, что у них нет разногласий по поводу воспитания детей. Почти каждый вечер заканчивался обсуждением предстоящего родительства, выбором имени, перечислением семейных ценностей, тех, что нужно ребенку привить. Драко ждал, он уже чувствовал себя отцом, светился изнутри, говоря о ребенке. Девочка, мальчик – это не имело никакого значения. Гермиона кусала губы, понимая, что не дотягивает до него. Материнство ее пугало... Приятное ожидание сменялось ужасом, тягучим и липким, и Гермиона тонула в нем, словно в зыбучем песке. Вечерами ей становилось трудно дышать, и девушка отсчитывала: один, два, три. Все чаще и чаще, все быстрее и резче. «Ты здесь не на своем месте», – говорило что-то внутри нее. Но где тогда Гермионе следовало бы очутиться? – Я закажу огромную картину, чтобы нарисовали тебя, меня и нашего малыша, – говорил Драко, указывая на большую стену в их главной гостиной. – Семейный портрет. В семье Малфоев так принято. – Аристократично, даже буржуазно, если позволишь, – хихикнула девушка. – Мы можем придумать и свои традиции, – улыбнулась Гермиона, когда Драко приобнял ее за талию. – Заниматься любовью каждый вечер? – ответил Драко, прильнув к ее шее. – Я только за. Он рассмеялся, но не стал продолжать, почувствовав, что Гермиона не в том настроении. Она устала, поездка утомила, и девушке хотелось немного отдохнуть. Драко снова поцеловал ее в щеку и поднялся наверх, Гермиона слышала, как мягко заскрипели ступени деревянной лестницы. Рабочие приедут лишь через три часа, у Гермионы ещё останется время, чтобы окинуть сад хозяйским взглядом, осмотреть розовые кусты и понять, что вообще с ними делать. Джин бы знала. Она все знает про сад и огород, но никогда не учила дочь садоводству. «Не хотела проводить с тобой время», – подсказало что-то внутри. Лишь Драко хотел быть рядом. Его одного интересовали ее чувства, его одного волновали мечты и стремления Гермионы, он один поддержал ее во всем, даже в этой маленькой мечте о доме за городом. И раз уж дом уже куплен, ей придется научиться следить за садом, ухаживать за паркетом и чистить камин. Ей придется понять, как работают частные дома и территории, научиться выращивать помидоры, ведь оранжерея, обнаруженная на заднем дворе, не должна стоять без дела. Гермиона прикрыла глаза. Они даже могут завести куриц, построить здесь курятник, взять из приюта собаку. Или кота? Гермионе всегда хотелось завести одного... В голове вдруг возник образ чего-то рыжего и пушистого, и Гермиона невольно вспомнила о камне, что девчонка оставила в их дворе. Лев. На нем ведь был изображён лев, правда? – Милая, – Драко позвал ее со стороны лестницы, ведущей наверх, в комнату, что должна была скоро стать их спальней. – Мне нужно бежать, работа, – Гермионе показалось, что она слышит вину в его голосе. – Я думала, что ты сегодня работаешь из дома, заполняешь... – Отчёты, да, – так он сказал сегодня утром. – Но планы изменились. Начальник сообщил, что должен созвать всех, и... – Когда сообщил? Но телефон не звонил, – Гермиона обернулась назад, к телефонной трубке. Ее ведь ещё даже не подключили, мастер придет только завтра. Да и разве Драко успел раздать на работе свой новый номер? Переезд только начался, и Малфой очень спешил покинуть их лондонскую квартиру. Грузчики ведь могли бы расставить мебель по местам к их приезду, уборщицы – навести уют, но нет... Этого не случилось. Драко перевез Гермиону, как только в доме оказалась их новенькая кровать и матрас, как только на кухне поставили холодильник и плиту. Девушка выгнула бровь, вновь взглянула на мужа, но не уловила на его лице ни малейшего признака волнения. Бледная кожа оставалась неподвижно гладкой, но тонкие губы вдруг растянулись в хитрой усмешке, и парочка мимических морщин нарушили нежную гармонию его лица. – Ага. Мне прислали e-mail, Грейнджер, – тихо рассмеялся Драко. – У вас в кафе такого не было? – Не было, – ответила она, нахмурив брови сильнее. – Прости, – Драко тут же спустился по лестнице вниз, он понял, что сказал что-то лишнее. – Я не хотел обидеть тебя. Он обнял Гермиону, прижал к своей широкой груди и поцеловал в висок, заставив прижаться к нему поближе. Да, она не работала на дорогую финансовую компанию, не имела электронной почты. Гермиона была простой официанткой. Никем, если говорить понятным Драко языком. Девушка прикусила губу. Если она поднимется наверх, в его кабинет... Будет ли включен его компьютер? Но, с другой стороны, как иначе он мог получить весточку с работы, не птичка же на хвосте принесла? «Или от любовницы», – шепнул мерзкий голосок, живший в ее голове. Гермиону вдруг затошнило от этой мысли. Она слабо улыбнулась, когда Драко взглянул ей в лицо, заставил поднять к нему взгляд, потянул ее за подбородок. Что же... Здесь ей хотя бы есть, чем заняться, верно? – Тогда я начну разбирать коробки, – произнесла она громко, и Драко собирался было ей возразить. – Я обещаю, что не буду поднимать ничего тяжёлого. – Ты не можешь просто отдыхать, верно? Наслаждаться беззаботной жизнью, – произнес он почти шепотом. – Нет, – рассмеялась Гермиона. – Тогда развлекайся. Губы их встретились в долгом поцелуе, Драко снова погладил девушку по щеке. Сердце забилось быстрее, странное тепло разлилось по груди, и Гермиона задышала чуть чаще. Он просто идёт на работу. На работу, и все. Малфой поднялся наверх, чтобы собрать бумаги, вещи, необходимые в офисе. Гермиона осталась внизу, смотрела за тем, как он поднимается вверх по лестнице и исчезает за поворотом бежевой гладкой стены. «Как думаешь, Гермиона», – вновь начал этот странный голос в ее голове. «Если ты сейчас вдруг приедешь в его лондонскую квартиру, там будет эта девушка? Эта рыжая стерва в каком-нибудь красивом дорогом белье», – продолжал он. И все счастье вдруг делось куда-то, растворилось в пропитанном туманом воздухе. Что, если он просто освободил для нее ту квартиру, переселил жену, чтобы она не мешала любовным утехам с более молодой претенденткой на его сердце? И что... Что, если сейчас он едет именно к ней? Гермиона сжала и разжала пальцы, пыталась заставить себя успокоиться. Как она поймает его с поличным, если у нее даже нет машины, если она не умеет водить? Грустный смешок сорвался с губ, Гермиона вновь почувствовала себя доверчивой дурой, запертой в этом доме на краю света. «Такая, как ты, с таким, как он?», – спросила она саму себя. Деньги к деньгам, красавцы с красавицами. Драко не должен был выбирать ее в супруги, он просто пожалел ее... Пару раз. – Прекрати, замолчи уже, – шепнула Гермиона вслух. – Хватит! Хватит! – произнесла девушка громче. Она зажала уши руками, пытаясь заглушить голос, живший в ее голове. Он женился на ней, и Гермиона уже беременна, у них с Драко будет ребенок. Хватит выдумывать ерунду. Только... Одно она верно подметила. Гермиона прикусила губу, бросив взгляд в сторону подъездной дорожки, взглянув на машину Драко. Она и правда не умела водить, и здесь, в пригороде, это станет для них проблемой. Что, если с ребенком что-то случится, пока Драко на работе? Как она повезет его в больницу, как поедет в магазин, в детский сад? На велосипеде, привязав младенца к груди? Нонсенс. Ей нужно сдать на права, нужно выучиться, потратить свое драгоценное время на что-то полезное. Актуальнее, чем медицинские справочники. Будет ли у нее время на учебу, когда родится малыш? Медицинская литература лежала в отдельной коробке, Гермиона пометила ее нарисованной маркером книжкой с красным крестом. Драко обещал выделить супруге читальный уголок в одной из гостиных, в доме их насчитывалось целых три. «Может, попросить у него библиотеку? Впрочем, зачем просить, если ты – такая же хозяйка в этом доме?», – спрашивала она саму себя. Нужно просто заказать книжные полки. Хорошее настроение вернулось, и Гермиона отодвинула одну из коробок ногой. Ей бы начать разбирать вещи, хоть немного приблизить тихую идиллию нового дома, сделать уютнее их общее гнёздышко. И отвлечься от этих мыслей... Гермиона принялась двигать коробки из стороны в сторону, искать, где сложена вся посуда. Они с Драко ведь подписали каждую картонку, прежде, чем намертво замотать скотчем. «Летняя одежда», «Зимняя», «Банные принадлежности». Гермиона нисколько не удивилась, осознав, что у Драко одежды больше, чем у нее. В конце концов, этого бы и стоило ожидать, она ведь никогда и не была большой модницей. Девушка с раздражением поставила одну коробку на другую, обошла диван, все ещё стянутый полиэтиленовой плёнкой от пыли, и замерла, приглядевшись к одной из коробок. Гермиона поняла, что не паковала ее, что эта была обмотана странным красным скотчем, которого девушка не могла вспомнить в своих руках. «Документы. НЕ ТРОГАТЬ», – и написано рукой Драко. Должно быть, это – его рабочие? Гермиона невольно поддела коробку ногой, и что-то в ней загремело, что-то, совсем не похожее на кипу бумаг или картонок. Там явно лежат не только документы, нет. Гермионе показалось, что она слышала тихое угрожающее шипение, доносящиеся из самого чрева коробки. А что, если... Если там лежат подарки? Памятные сувениры из той прошлой жизни? Или нынешней жизни с той рыжей девчонкой. В голове тут же возник образ Драко, обнимающего незнакомку в их старом саду. Он смеялся, улыбался, звал ее по имени и целовал в висок так нежно, как целовал беременную жену. И здесь, в этой коробке, лежат доказательства супружеской неверности. Дьявол соблазнил ее, толкнул на это преступление. Гермионе снова послышалось шипение, тихий шепот, несущий ерунду. Она наклонилась к коробке, принялась искать красный край ленты, но замерла, понимая, что не одна в комнате. Как она могла не почувствовать его взгляд? Тяжёлый, холодный, приковывающий к блестящему паркетному полу. Драко уже стоял на нижней ступеньке лестницы, плотно сжимая челюсти, и жилка ходила на его щеке. Похоже, что увиденное его не порадовало. – Что ты собираешься сделать, милая? – спросил он с надрывом, и в воздухе блеснули искры, серые глаза Драко предвещали грозу. – Ты разве не умеешь читать, Грейнджер?