Пицца (без курицы)

На следующий день Нико поймал Уилла перед тем, как отправиться тренироваться: тот шёл с завтрака по направлению к лазарету. — Эй, Солас, — окликнул он. — Да? — Уилл остановился и посмотрел на него с любопытством. Нико не мог не отметить, что он выглядел гораздо лучше, не будучи запертым весь день в подсобке с документами. — Мне приснился вещий сон, — сказал он. — Ты не должен разбирать эти документы сегодня. Уилл вскинул брови. В этот момент до Нико дошло, что, возможно, он и шкаф ещё не успел опрокинуть. Ой. — Что за сон? — спросил Уилл, явно будучи в курсе того, о каких документах речь. О, ну хорошо. — Завтра расскажу, — ответил Нико. Он решил, что придумывать особенно хитрый план не нужно — вполне достаточно такого, какой продержится до утра. — Хм, — сказал Уилл. Нико уже собрался было развернуться и уйти, когда он продолжил: — Вообще-то, я уже переложил все обязанности на Кайлу с Остином, так что у меня вроде как выходной. Чем хочешь заняться? Нико изумлённо на него уставился. Он успел забыть про любовь Уилла распоряжаться чужим временем как своим собственным. — Они же разозлятся, если узнают, что ты просто устроил себе выходной и так ничего и не разобрал, — пробормотал он. Уилл закатил глаза. — Подумаю об этом завтра, — заявил он. — Эй, мы с тобой сто лет не общались, ты от меня никуда не денешься. Кроме того, ты же обещал научить меня играть в Мифомагию. Нико вполне мог бы куда-нибудь от него деться. Сказать, что у него тренировка. Но… Если честно, от этих однообразных спаррингов с каждый день повторяющимися движениями он здорово подустал. — Когда это я тебе обещал? — спросил он. — Ну, когда мы вместе жили в домике Гермеса. — Уилл оглянулся. — Эй, не стой тут, как истукан, а то Кайла или Остин нас засекут. Пойдём в твой домик, там они меня искать не станут. — Он нахмурился. — Ну, наверное. По крайней мере, не сразу. Если что, спрячешь меня под кроватью. Нико ещё не успел сообразить, когда это они жили в одном домике, а Уилл уже затащил его к нему же домой. — С чего ты взял, что у меня вообще есть колода? — спросил он. — У тебя её нет? — Где-то есть… Нико был почти уверен, что он её не выбрасывал. Но на глаза она ему давно не попадалась, и в любом случае он не хотел, чтобы Уилл думал, что она всегда у него под рукой или вроде того. Впрочем, Уилл первый вызвался сыграть. Если кто тут и был странным, то он. Колода нашлась между матрасом и рамой кровати — наверное, когда-то засунул её туда перед проверкой качества уборки в домике и так о ней потом и не вспомнил. Они уселись на кровать — Уилл ни словом не обмолвился ни о её странной форме, ни об отсутствии окон, ни в целом об интерьере, — и Нико стал объяснять правила. Может, думал он тем временем, Уилл здесь уже был когда-нибудь. Может, сюда много кто заходил из любопытства, пока его самого не было в лагере (то есть почти всегда). Может, сюда вообще постоянно пробирались на свидания — ради уединения. Домик, конечно, у него был не самый гостеприимный, но хотя бы лучше домика Зевса. — Есть вопросы? К удивлению Нико, Уилл покачал головой: — Может, появятся по ходу. Нико начал розыгрыш с мелких чудовищ, чтобы он для начала освоился с простыми атаками и защитами — впрочем, то ли он потрясающе объяснял правила, то ли Уилл быстро соображал, но никаких проблем по ходу у Уилла не наблюдалось. Нико подумывал было предложить сыграть первую партию в открытую, но Уилл, немного поразмыслив, вполне успешно отбивал атаки подходящими картами, не тратя слишком удачных персонажей, которых стоило приберечь на потом (ну, или у него таких не было) — и ещё успевал болтать. — Ты, наверное, их всех встречал, — сказал он, играя очередное чудовище. — В смысле, в реальной жизни. Нико скользнул взглядом по сыгранным картам. — Не всех. Уилл закатил глаза. — Спасибо за подробный ответ. — Пас. — Нико убрал сброс. — Добираем до шести. Твоя очередь атаковать — или играть особое действие. — М-м, — задумчиво протянул Уилл, изучая добранные карты. — Как насчёт… Он по-театральному размашисто сыграл карту Полифема и вдруг… — Шесть сотен я убью, шесть сотен душ сгублю! Последним будешь ты, и боль исчезнет! — Что ты делаешь? — выпалил Нико. Уилл вскинул бровь. — Пою. — Я… с какой вдруг стати? — Это песня Полифема. Из мюзикла. — Ненавижу мюзиклы. Уилл тяжело вздохнул. — Следовало догадаться. — Это ещё что значит? — Ничего! Но этот мюзикл вообще-то очень классный. Он мифологический… ну, ты понял, я говорил про Полифема. Он по мотивам «Одиссеи». Нико невольно заинтересовался: «Одиссея» ему нравилась. Показывать этого он не стал. — Просто больше не пой, — сказал он, разыгрывая защиту. Очередной тяжёлый вздох. — Сегодня — ладно, — ответил Уилл. — Ну, я по крайней мере постараюсь. Пою я всё равно отстойно. Но потом мы с тобой его посмотрим. — Угу, конечно. — Смысл спорить? Пока Нико был в лазарете после войны с Геей, Уилл успел засыпать его угрозами посмотреть то и это. Но с момента выписки до того, как Нико оказался во временной петле, исполнением угроз и не пахло. Не то чтобы кто-то этого особо ждал. Ну, такой у человека стиль общения — бывает. Главное — пропускать половину сказанного мимо ушей. — После «Звёздных войн», ясное дело, — Уилл усилил атаку циклопами. — Ты не думай, что от меня отделался. Вот в сентябре малышня разъедется по домам — и я за тебя возьмусь. Правда, всё никак не решу, с какой трилогии лучше начать… Что? — спросил он, заметив выражение лица Нико. Нико подавил порыв сказать «Ничего». Уилл правда не общался с ним в эти дни только потому, что был занят обязанностями старосты и главного целителя? Не потому, что не хотел? Нико думал, это из-за Октавиана, но вчера ведь они это обсудили — он просто не сопоставил новые данные со старыми… А если и сопоставил бы, то решил бы, что сделал что-то не так. Что Уилл нашёл другую причину поубавить своё дружелюбие. Говорить об этом вслух было ужасно неловко, но… Завтра Уилл об этом просто забудет. Можно было сказать что угодно. — Я думал, ты не всерьёз, — пробормотал он в итоге. — Не всерьёз? — Уилл драматично прижал ладонь к груди. — Ди Анджело, когда это я говорил что-нибудь не всерьёз? — Я надеюсь, в тот раз, когда сказал Остину, что ему не место в домике Аполлона, если он предпочитает прохладную, а не тёплую сторону подушки. — А, это… — Уилл смутился. — Неважно. В общем, я бы на твоём месте на сентябрь ничего не планировал. Вообще ничего. Потому что ты будешь занят. Нико уткнулся взглядом в карты. То ли он вконец перестал соображать, то ли у него не было подходящей мелочовки на защиту от циклопов. Поморщившись, он нехотя сыграл карту Афины. — Афина! Арены богиня! Нико бросил на Уилла убийственный взгляд. — Ой, прости! — тот прижал ладонь ко рту. — Всё-всё, никаких песен. На этот раз он сдержал слово — почти. Петь он больше не пел, но порой мурлыкал что-то себе под нос. Нико было почти любопытно, о ком ещё есть песни в этом мюзикле — но всё же не настолько, чтобы открыть рот и спросить. К тому времени, как пришла пора идти на обед, Уиллу удалось выиграть две партии из семи. Исключительно, разумеется, потому, что Нико играл не в полную силу. Только поэтому. — Я хочу есть, — Уилл страдальчески поморщился, — но если пойду на обед, Кайла с Остином меня убьют за то, что просто исчез. И заставят делать дела. Нико фыркнул, поднимаясь на ноги. — Я тебя предупреждал. — Ну, оно того стоило, — легко ответил Уилл, тоже вставая. — Но за сочувствие спасибо, конечно. Есть надежда, что ты похитишь меня после обеда? — У меня и свои дела есть, знаешь ли. — М-м. На самом деле, приближаясь к обеденному павильону, Нико ощутил смутное нежелание идти сегодня на патрулирование границы с Перси. Не глупи, сказал он себе. Он уже ничего не помнит, что ты вчера наговорил. И возвращаться к этой теме необязательно. Но если захочешь — сможешь и вернуться. Если ты нормально всё объяснишь, Перси поймёт. Но он не стал ничего нормально объяснять, а предпочёл завести с Перси разговор об уборке клубники.