Изумрудные цепи

      Кэтрин вздрогнула, чуть сильнее сжав пальцы на сгибе локтя Драко. Она повернула голову — он стоял справа от них, словно возник из воздуха, высокий, в идеально подогнанном чёрном костюме. Его взгляд был мягким, почти дружелюбным, но таил опасность, словно нож, обёрнутый в шёлк. — Какая честь видеть вас здесь, — продолжил он, подходя ближе. — Не могу не признать, что ожидал это знакомство куда позже. Но, быть может, именно в неожиданности и кроется подлинная магия. — Кроули, — коротко кивнул Малфой, почти не моргнув. — Нам обещали приватность. — Разумеется. Прошу за мной.       Он повернулся и шел вперед, не оглядываясь. Они двинулись следом по галерее, огибающей танц-пол. Кэтрин, проходя мимо кабинок, заглянула в те, в которых горел приглушенный свет. Она понимала на уровне ощущений, что видит что-то отвратительное, но стоило ей отвести взгляд, как образ в её голове заменялся на настолько расплывчатый, что она бы не вспомнила его даже под пытками. Лица, позы, количество участников – все смешивалось до степени неузнаваемости.       Она неосознанно крепче сжала локоть Драко, и тут заметила, как он смотрит в сторону сцены. Там, у стеклянных столов, прямо на коленях стояла женщина, подняв над головой поднос с напитками и опустив взгляд. Стоящие рядом с ней мужчины не обращали на неё никакого внимания, только изредка брали или ставили на её поднос свои бокалы. На ней была церемониальная мантия, которую надевают судьи на слушания.       У неё по спине пробежал холодок. Но одновременно с этим она поразилась, каким же уровнем власти может обладать владелец этого заведения. Имея хоть толику этой власти, она бы могла взять контроль над своей жизнью. Но какова цена?       Кроули обернулся через плечо и, поймав направление их взгляда, слегка усмехнулся, но ничего не сказал. Он уже открыл дверь одной из кабинок и сделал приглашающий жест: — Прошу, располагайтесь. Сегодня у нас особенный вечер. Для особенных гостей.       Кэтрин вошла первой. Кабинка была просторной, с мягкими креслами, столиком из непрозрачного чёрного стекла и панорамным видом. Отсюда прекрасно была видна сцена и танцующая толпа перед ней. Они сели за стол, образуя своими фигурами треугольник. Кроули – сел у кресла спиной к выходу, как будто отрезая им путь к отступлению. Малфой и Кэтрин – по его правую и левую руку соответственно. Со стороны Кэтрин стоял довольно массивный шкаф, видимо, с напитками или посудой, и она предпочла сесть за ним, чтобы между ней и Кроули было еще хоть что-нибудь. — Прежде чем мы перейдём к делам, — сказал он, — я бы хотел выказать вам своё удовлетворение сегодняшней встречей. Чем бы она ни закончилась.       Кэтрин не ответила, но чуть напряглась. — Я предпочитаю знакомиться с наследниками древней крови лично, — продолжил Кроули, — и, если возможно, как можно раньше. Установить контакт. Наладить связи. Он взглянул на Кэтрин и Драко, не скрывая интереса, но его голос по-прежнему звучал вежливо, почти мягко. — Мир становится всё более… изменчивым. И во все времена, наполненные хаосом, следует держаться за что-то незыблемое. Род. История. Слово. Вы со мной согласны, мисс Блэквуд?       Кэтрин ответила с лёгкой, почти светской улыбкой: — Разумеется. С небольшим уточнением. Стабильность в виде рода или истории может дать тебе неплохой старт, но чтобы действительно добиться чего-то, следует научиться пользоваться хаосом. — Блестящий ответ, мисс. Думаю, что даже не имея того старта, которого вы, безусловно заслуживаете, вы бы могли добиться многого, очень многого, если бы имели достаточно смелости, чтобы взять то, что заслуживаете. Кроули перевел взгляд с неё на Драко: — То же относится и к вам, мистер Малфой. Поразительные перспективы. Даже не смотря на нынешнее разбирательство. Драко не повёл и бровью: — И имея это в виду, вы сделали мне предложение, от которого я бы не смог отказаться. Кроули рассмеялся. Искренне или нет — определить было невозможно. — Ну, что вы. Я всего лишь открыл двери. Войти или нет, человек всегда решает сам. Он щёлкнул пальцами, и по левую сторону от него с легким хлопком возник официант в чёрной кружевной маске. Хозяин повернулся к гостям. — Что будете пить? — Я бы предпочел уйти отсюда трезвым, мистер Кроули, — холодно сказал Драко. — А я еще не достигла совершеннолетия, так что не думаю, что мне бы следовало, — с притворной скромностью сказала Кэтрин. — И когда же вам исполнится семнадцать, мисс Блэквуд? — Через пару недель. Третьего октября. — она посчитала, что совсем уж нагло врать ему не стоит. Это легко проверить, а пользы не принесёт никакой. — Что ж, на сегодняшний вечер, мы можем притвориться, что всё в порядке. В Лемнискате даже время подчиняется моим правилам. — Он заговорщицки ей подмигнул. — А насчет трезвости, мистер Малфой… Это не дружеская встреча, а переговоры. Обе стороны должны быть в равных условиях, если хотят до чего-то договориться. Пока мы говорим в этом месте, моя подача — первая. А я не собираюсь вести дела трезвым. Тогда спрошу ещё раз, что будете пить? — Тогда принесите мне красного вина, бутылку. На ваш вкус.       Кэтрин поняла, что он делает. Если ему принесут целую бутылку, в неё будет сложнее что-то подсыпать или подмешать. Сложнее, но не невозможно.       Что может пить такой человек, как он? Он пресыщен. Не кажется тем, кто бы позволил прикасаться к своей еде или напиткам. Точно не коктейли, которые разносят по залу. Что-то крепкое? Огневиски или тоже вино? Скорее всего огневиски, что ж, нужно рискнуть. — Я буду пить то же, что и вы, мистер Кроули. Только сначала отлучусь в уборную, вы не против? — Вот это уже другой разговор, мисс Блэквуд. Уборная располагается с двух сторон от сцены. Не заблудитесь, но кто-нибудь из моих ребят вас все равно проводит. В целях безопасности, конечно.       Она кивнула ему и обошла стол с противоположной от него стороны, собираясь пройти мимо Драко к выходу.  Почти дойдя до него, она чуть подвернула ногу и почти что упала к Малфою на колени. — Прошу прощения, господа. Это платье, хоть и выглядит красиво, но сущий кошмар для любой женщины. Этот подол меня просто убивает…       Кэтрин видела, как Малфой прячет зелье в карман брюк, еще в "Кабаньей голове". Атмосфера её настораживала. Ей нужно быть выносливой сегодня, а у него есть то, что ей нужно. Она провела рукой по его бедру, нащупала флакон и легким движением вытащила его из кармана, пряча маленькую склянку за своей юбкой. — Не стоит беспокоиться, мисс Блэквуд. Ваше падение выглядит так же захватывающе, как и всё, что вы делаете. Им можно только любоваться.       Она уже дошла до двери, когда Кроули добавил: — Для любой женщины, может быть и сущий кошмар, но услада глаз для любого мужчины. Позвольте мне сделать вам одолжение, мисс Блэквуд. Так сказать, для вашего удобства и для нашего еще большего удовольствия. Он взмахнул рукой, даже не глядя на неё. Верхняя шифоновая юбка, начала медленно таять, открывая её ноги и нижнюю юбку, которая была гораздо короче. — Да, вы правы, так будет гораздо удобнее.       Она открыла дверь и вышла из кабинки чуть быстрее, чем рассчитывала. Пока юбка не исчезла настолько, чтобы кто-то мог увидеть, что в её руках что-то есть. За ней следом шел ещё один официант, но вряд ли он успел что-то заметить. Флакон был совсем небольшим, а её движения точными — она ловко скрывала его от чужих глаз.       Зайдя в туалетную комнату, она закрылась в кабинке, залпом проглотила остатки зелья и выкинула флакон. Всего пара глотков, но эффект был поразительный. Все вокруг неё немного замедлилось. Завтра ей будет очень плохо. Она точно превысила дозировку. Зато сегодня Кроули пришлось бы влить в неё целую цистерну огневиски, чтобы она опьянела.       Она подошла к умывальнику и оглядела себя в зеркале. Он заметил флакон или просто хотел поставить меня в уязвимое положение? Что ж, если второе, то ему придется придумать что-то получше, чем меня раздеть.

***

      Как только дверь за Кэтрин закрылась, в кабинку почти беззвучно вошёл официант с двумя бутылками: тёмно-красного вина и огневиски, янтарного и густого, как расплавленное золото. Кроули достал бокалы из шкафа, и, не дожидаясь предложения, открыл бутылку и плеснул себе полный стакан. Драко, напротив, медлил, глядя, как отражаются свечи в винном бокале. — Если мисс Блэквуд проведёт здесь ещё час, — негромко сказал Кроули, — можно считать, что сделка состоялась. Вы, мистер Малфой, выполнили свою часть.       Драко едва заметно сжал губы. Но скрыл это, поднеся к ним бокал. — Зачем вам это? — голос его прозвучал ровно, но в нём был сквозил холод.       Кроули сделал глоток, закатил глаза с нарочитым удовольствием, а затем мягко ответил: — Она умна. Необычайно красива. И, по моим сведениям, весьма способна в зельях. Я навёл справки, — он поднял бокал, покачал жидкость. — А еще я люблю делать выгодные вложения. Она может оказаться именно таким. — И всё?       Кроули усмехнулся. — Почти всё. В её доме — а точнее, в том, что от него осталось, — есть нечто, что может представлять для меня интерес. Всего лишь артефакт. Или два.       Драко смотрел на него, прищурившись. — Она в опасности? — Опасности? — Кроули поставил бокал на стол, сложил руки. — Если она станет моим активом — то, конечно, нет. Я не позволяю кому бы то ни было прикасаться к тому, что принадлежит мне. Даже в мыслях. Я очень… бережлив. — А если она не согласится? — Тогда она уйдёт. Я никого не держу. Решение за ней. И, разумеется, это никак не отразится на наших делах, мистер Малфой. Своё слово я держу. К тому же, это наша первая встреча, и я не планировал нанимать её прямо сегодня. Только познакомиться и может, предложить небольшую сделку. У меня есть то, что может вызвать в ней интерес.       Он сделал паузу и прищурился. — Скажите, мистер Малфой, в каких вы отношениях с юной мисс? Звучите так, будто вас беспокоит её судьба.       Драко молчал, не отводя взгляда. Осушил бокал и спокойно произнес: — У нас с ней нет будущего, — произнёс он наконец. — Мы оба это понимаем.       Кроули склонил голову. — Интересный ответ. Или, точнее, его отсутствие.       Он снова налил себе. В его взгляде было что-то почти… отеческое, если бы не сквозившая за этой маской хищная заинтересованность. — Если всё пойдёт как надо… быть может, вы ещё пересмотрите свои слова. Судьи Визенгамота — бюрократы, и склонны принимать одни и те же решения в схожих случаях. А оправдательный приговор вашего отца, считайте уже подписан.       После этих слов, он протянул Драко руку. Тот поставил свой бокал, давая себе пару секунд, но все же пожал её, закрепляя сделку.

***

      Кэтрин вернулась в тот самый момент, когда их руки — Алистера и Драко — медленно разъединились. Она заметила этот жест и мгновенно поняла: сделка заключена. Пока она была в уборной. Пока она действовала на инстинктах, Малфой уже сделал то, ради чего они сюда пришли.       Внутри кольнуло. Не больно — холодно. Но появилась надежда, что значит, всё уже должно было скоро закончиться. Нужно найти только благовидный предлог.       Она посмотрела на Кроули, чтобы оценить обстановку, а он выглядел так, будто вечер только начинался.       Черт.       Он изящно поднялся при виде неё, заполнил три бокала — её, свой и Малфоя — и поднял свой первым. — За новые связи, — сказал он, и в его голосе прозвучала особая интонация — мягкая, как шёлк. — И за то, чтобы эти связи стали крепче, чем кровь.       Он сделал глоток. Кэтрин — тоже, притворно поморщившись. Алкоголь обжигал, но зелье в её крови уже делало своё дело. — Мисс Блэквуд, я правильно понимаю, что вы выросли в Шотландии? — спросил Кроули с лёгкой небрежностью, будто говорил о погоде. Она кивнула. — Прекрасные земли. Старые рощи, фамильные замки. Мне как-то доводилось быть там. До того, как... — он сделал вид, что подыскивает слово, — …всё изменилось. Я бы хотел там побывать снова, но нахожу это странным, возвращаться туда, где уже нет ничего знакомого. Не так ли, мисс?       Кэтрин почувствовала раздражение, ей не нравилось такое внимание к месту, где она выросла: — Иногда бывает полезно вернуться, чтобы взглянуть на всё под новым углом. Или забрать то, что тебе принадлежит.       Кроули тихо рассмеялся, словно ей удалось его развлечь. — Прекрасно сказано. А как обстоят дела с поместьем?       Он отпил и поставил бокал. Лицо его было расслабленным, но глаза — внимательными. Разговор переставал быть светским и приобретал деловые нотки.  Кэтрин едва заметно напряглась. — Пока никак. Я считаюсь хозяйкой пока только номинально. Завещание вступит в силу после моего совершеннолетия и …— она немного замялась.  — Замужества. Но что-то мне подсказывает, что вы и так уже знали ответ на этот вопрос, не так ли, мистер Кроули? — Она обворожительно ему улыбнулась, как будто бы восхищалась его осведомленностью. Затем пригубила свой бокал. Кроули, как настоящий джентельмен, наполнил ее и свой, ухаживая за столом. — Действительно, мне это было известно. Но в чем состояла бы ценность нашей беседы, если бы мы сразу заходили с козырей, разве не так? — он вернул ей улыбку. — Если в разговоре нет тайны, то и вести его незачем. Почему вас так заинтересовал этот вопрос, Алистер?       Он сделал еще глоток медовой жидкости и вкрадчиво заговорил: — До меня тут дошли слухи, что ваша мать настойчиво пытается выйти на меня, чтобы предложить мне один старинный темный артефакт принадлежащий вашему роду,  мисс Блэквуд. Как вы думаете, с какой целью я ей понадобился?       Тут Кэтрин всё поняла. Драко использовал её. Она хотела ему помочь, а он выкрутился вот так — подставляя её под удар. Она — здесь главное блюдо, вовсе не он. — Думаю, она хочет оспорить завещание и прибрать к рукам, то что осталось от наследия. Но зачем вы говорите мне об этом?       На пару секунд в кабинке воцарилась полная тишина. Даже музыка внизу казалась далёкой. — Лемниската — единственное место, где можно провести сделку с артефактом по всем правилам и не оказаться в Азкабане, — продолжил он. — Не буду скрывать, я бы очень хотел получить эту вещь, но есть одна загвоздка. Ваша мать может оспорить завещание, вступить в наследство, «продать» мне артефакт в благодарность за мою помощь, а потом вы подадите апелляцию и можете судиться годами, подрывая мои права на эту вещь. А я стараюсь всё-таки действовать в правовом поле тогда, когда это возможно. Вы понимаете, к чему я клоню?       Драко напрягся. Кэтрин сидела абсолютно неподвижно. Только в её взгляде появился тот самый блеск — ледяной и упрямый. — Да. Вы хотите получить этот артефакт от меня, как от той, что имеет больше прав. Мне доказать свою правоту в суде будет проще, чем матери. Её они лишили наследства уже очень давно. Ей бы пришлось оспаривать два документа вместо того, чтобы защитить один. О каком именно артефакте мы говорим? — Сразу к делу? Очень хорошо. — он выпил еще, взглядом показывая ей, чтобы она тоже поддержала. — О зеркале Элетфоры Блэквуд. Вам известны его свойства? Кэтрин покачала головой. — Оно позволяет связываться с умершими предками, но не само по себе, а при помощи ритуала. Без него оно бесполезно. И так уж вышло, что несколько лет назад он попал ко мне в руки. Когда ваши бабушка и дедушка распродавали все, что имело хоть какую-то ценность, включая некоторые семейные архивы. — А что я получу взамен? — сердце пропустило удар, когда она услышала про единственных людей, которых любила. — Мою помощь в разрешении этого дела в вашу пользу, а так же исключение пункта о замужестве, как избыточного, ведь если решение о лишении наследства вашей матери останется в силе, то вы — единственный наследник.       Заманчиво. Очень заманчиво. Артефакт, которым она всё равно не сможет воспользоваться, в обмен на право на своё имя. Не после замужества, а вот уже через несколько недель. Но связываться с Кроули… Не затянет ли это её еще в какую-нибудь ловушку?       Она задумчиво повертела в руках бокал, позволяя себе некоторую дискоординацию, чтобы было похоже на то, что она навеселе и ей нужно больше времени, чтобы подумать. — Я вижу, что вы колеблетесь, мисс Блэквуд. Похвальное благоразумие. Вы мне нравитесь, Кэтрин, с вами я бы имел дела с большим удовольствием, чем с вашей матерью с сомнительной репутацией. По понятным причинам. Так что я готов предложить вам не сделку, а кое-что получше.       Она опрокинула свой бокал, посмотрела на него и вопросительно выгнула бровь. Он ухмыльнулся и осушил свой. — Игру. Пари, — мягко сказал Кроули. — Вы выиграете — артефакт остаётся у вас. И я, как джентльмен, лично прослежу, чтобы решение о вашем наследстве прошло в вашу пользу. Быстро и без скандалов. — А если проиграю? Он пожал плечами. — Тогда реликвия станет моей. Я не вмешиваюсь больше ни в какие дела вашей семьи. Ваша мать и вы останетесь один на один с правосудием. А там уж — как карта ляжет. Но без моего участия или чьего-либо еще на любой из сторон. Закон, как он есть. Он вновь поднял бокал. — Но, в отличие от суда, я честен. Слова не нарушаю. И я играю открыто. Всё просто, мисс Блэквуд. Вам не нужно соглашаться прямо сейчас. Но если да — условия вы знаете. Проиграете вы или выиграете — все равно окажетесь в более выигрышном положении, чем до того как сели за стол. Нужно только за него сесть. Или отдать всё на откуп судьбе и моему желанию завладеть зеркалом, пускай и из рук вашей матери.       Кэтрин не сразу ответила. Она посмотрела на Драко. Он молчал, но во взгляде у него был вопрос: ты правда собираешься это сделать?       Она подумала о доме, в котором провела детство. Она бы могла его восстановить. Вернуть себе имя. Заработать деньги и репутацию. Самостоятельно решать, как ей распоряжаться собой и наследием. Не отдать матери и этому ублюдку, последнее, что у неё осталось. — Во что будем играть? — сказала спросила она. Голос её был ровным, почти бесстрастным.       На лице Драко, сидевшего напротив неё, промелькнула тень. Кроули же был совершенно счастлив. Его щеки уже горели, некрасиво покрывая пятнами его белое, как у мертвеца лицо. Он снова обновил напиток в их бокалах. Они молча выпили и он протянул ей руку. Так же как полчаса назад сделал с Драко. И Кэтрин, так же, как и он до этого, пожала её. — Как насчет покера? Не магического, обычного. На маггловских картах. — Вы заключаете пари на обычных картах, имея в своём владении волшебное казино? — Драко чуть не поперхнулся вином от неожиданности. — Все так, мистер Малфой. С зачарованными картами может произойти всё, что угодно. При проверке вы увидите, что карты зачарованы, но как, кем, и не кроется ли за всем этим подвох с одной из сторон, или сразу с обеих — поймете не сразу. А маггловские карты — чистый лист. Если на них что-то наложено, то с распознаванием справится даже первокурсник. Будете нашим рефери и крупье, мистер Малфой? — он достал из кармана пиджака новую колоду самых обычных карт и протянул её Драко.       Драко достал карты из коробки и внимательно осмотрел, используя палочку. Никаких следов магии, даже побочной, учитывая в каком они находились месте. — О, не переживайте. Я купил их только сегодня, перед тем как прийти сюда. Знал, что понадобятся.       Он подмигнул и снова выпил. Он был крайне доволен собой. — Вы знаете правила, мисс Блэквуд?       Её тошнило от волнения, но, пожалуй это было к лучшему. Так она правдоподобнее выглядит пьяной. Она постаралась улыбнуться ему и покачала головой. — Нет, в Шармбаттоне бесконечно далеки от маггловских или каких-либо ещё азартных игр, — наглая ложь. Не про Шармбаттон, конечно, а про её навыки. Страсть к азарту передалась ей от отца, к счастью, не настолько губительная. Хотя, как посмотреть. Она часто бывала в клубах, где играли в покер, и весьма неплохо играла. Поразительная удача, что Кроули выбрал именно это. — Что ж, правила такие. Нам с вами раздаются по две карты. Мы с вами рассматриваем их и каждый из нас имеет право один раз воспользоваться сбросом. Если сбрасывает один — второй имеет право остаться при своем или сбросить и свои карты тоже, но только если еще не сделал этого. Затем мистер Малфой выложит перед нами три карты - флоп. Здесь вы можете или сбросить карты или поднять ставку. Так же как и я. Затем четвертая карта — терн, и снова – сброс или подъем ставки. И наконец, пятая карта на столе — ривер, и мы вскрываемся. Ставка после этого была бы бессмысленна, ведь игра у нас будет всего одна. Комбинации карт я напишу на стене, чтобы вам было удобнее ориентироваться, раз уж вы новичок. От самой сильной к самой слабой. Что скажете? Вам всё понятно? — Вы сказали, что ставку придется поднимать, если я не захочу сбрасывать. Но вы лучше других знаете, что ставить мне больше нечего. — О, мисс Блэквуд. Не переживайте, мы сможем прийти к соглашению. Я же все-таки джентельмен. Я бы не позволил себе ничего предосудительного в ваш адрес. Обещаю, вы сможете принять решение, после того как я предложу вам вашу ставку или вы внесёте свое предложение. Уверен, у вас найдется, чем еще меня заинтересовать.       Кэтрин при этих словах состроила лицо пьяной кокетливой дурочки, но поняла, что оно не возымело абсолютно никакого эффекта. Он был пьян и доброжелателен, его явно веселила и будоражила вся эта ситуация. Но, похоже, он правда не имел в виду ничего «физического».       Она подняла еще бокал и выпила его залпом. Сердце готово было вырваться из груди. Как же опрометчиво она поступила! Но он прав, после этой игры она будет в более выигрышном положении, чем до неё, в любом случае. Невмешательство в её дела — это тоже победа.       Он повторил за ней — осушая свой. Малфой же, напротив, отодвинул от себя алкоголь на другой конец стола, уделяя все внимание картам. Прислушиваясь к своим ощущениям. — Сдавайте, мистер Малфой! Пора начинать нашу игру.     

***

                              Драко тщательно перетасовал колоду, раскладывая карты в почти механическом ритме. Сосредоточенность вернулась к нему, как будто он сейчас был на поле для квиддича.       Кэтрин сидела, чуть наклонившись вперёд, стараясь играть свою роль убедительно. Внутри — всё вокруг обрело остроту. Время, будто подчиняясь действию зелья, текло медленно, но каждый миг был ясен.       Драко выдал им по две карты. Кроули взял свои и поднял одной рукой, едва взглянув. Кэтрин тоже оценила свой расклад.       Дама червей и тройка пик.       Одна высокая карта и пустяк. Ни пары, ни даже намёка на комбинацию. Она не дрогнула. Просто запомнила их. Этих двух карт в общем пуле точно не будет. Значит, можно будет это использовать.       Кроули выглядел расслабленным. Он положил карты обратно на стол и кивнул, мол, продолжим. Кэтрин, не удержавшись, бросила короткий взгляд на Драко, потом сбросила свои. — О, вам нужен второй шанс? — усмехнулся Кроули. — Что ж, посмотрим, принесёт ли он вам удачу. — Новичкам везёт, но не настолько, — пробормотала она, чуть прикусив губу. — Две новые, мисс Блэквуд? — уточнил Драко, глядя на неё из-под бровей. — Разумеется, — еще одна лёгкая пьяная улыбка.       Десятка бубен и десятка треф.       Пара. Намного лучше. Она сдержала внутренний всплеск радости и взглянула на Кроули — тот не сбрасывал, не просил новых карт. Значит, остался при своём. Учитывая, какие карты она отмела, её шансы повышались.       Драко выложил три общие карты на стол — флоп.       Десятка червей, дама треф и восьмёрка пик.       У Кэтрин — сет десяток.       Она знала, что одна дама которая была у неё на руке — уже в сбросе, другая на столе. Значит, у Кроули максимум пара дам. Или что-то хуже. И если он её не сбрасывал…       Ситуация внезапно стала для неё гораздо более комфортной. Она сделала вид, что пытается сосредоточиться на комбинациях, составленных для неё Кроули на стене, сравнивая их со своими картами. — Можно я... я, наверное... сброшу? — спросила она, понизив голос, как будто неуверенна в своих шансах.       Кроули рассмеялся. Слишком громко, слишком весело — значит, пьян, но не до потери контроля. — О нет, мисс Блэквуд. У нас договор — сброс возможен только до флопа. Мы уже слишком далеко. Всё по правилам, всё честно. — Хорошо, — ответила она чуть с сомнением, снова поднимая бокал. — Делаете ставку или сбрасываете? — немного робкой надежды на вторую часть вопроса, чтобы он поставил что-то стоящее.       Кроули наклонился вперёд: — Допустим... если вы выиграете, я отдам вам не только зеркало, но и свиток с ритуалом. Он всё ещё у меня. Без него артефакт бесполезен, как мы уже выяснили. — Это звучит щедро, — сказала она, чуть склонив голову.       Она сделала паузу, как будто собираясь с мыслями. — У меня есть кое-что. Записи, которые я вывезла из старого дома. Я пока не знаю, представляют ли они интерес, но если хотите, можем считать это ставкой с моей стороны.       Старые зашифрованные дневники о чьём-то любовном интересе. Пускай уж лучше я предложу ставку, чем он выберет за меня.       Кроули прищурился: — Принято. Драко выкладывает четвёртую карту — валет треф.       Кэтрин мысленно выругалась. Почти фул-хаус или каре, не хватает только дамы, восьмёрки, десятки или еще одного валета. А если даже и нет, сет десяток — тоже весомо. Особенно, если у Кроули нет пары повыше.       Он постучал пальцами по стеклу стола. — Ваша ставка? — Сделайте вы за меня. — Она говорила легко, будто не замечала, как напряжён воздух между ними. Теперь она держалась уверенно, будет лучше, если он сбросит. — У меня нет идей. Он рассмеялся, а потом сказал, глядя на неё прямо: — Как насчет еще одной встречи? Только мы вдвоём. Я хотел бы… предложить вам работу.       Кэтрин не смогла сдержать удивления. — Работу? Мне? — О, да. К вашем безусловным талантам прилагается еще и невероятное везение. — Везение? — вся эта ситуация вывела её из равновесия. Она спохватилась, что хмельной налёт из её голоса пропал, но, судя по его лицу, он этого не заметил. — Неоспоримое. Не каждый новичок сможет обыграть в покер хозяина казино. — И он сбросил свои карты, протягивая ей свиток с ритуалом. — Я бы очень хотел встретиться с вами еще раз, мисс Блэквуд. И да, остальная часть сделки тоже будет выполнена. — Он сделал еще один большой глоток, прямо, из теперь уже пустой, бутылки огневиски.       Кэтрин не веря своей удаче, смогла сказать только тихо: «Спасибо, я подумаю и дам вам знать.» — Ну что ж. Тогда, полагаю, наша встреча окончена, — он хлопнул в ладоши. — Но прежде, чем вы покинете мою скромную обитель… Мисс Блэквуд, позволите вашу руку? Она протянула её ему, как будто для прощального поцелуя. Он действительно, поцеловал её и взмахнул палочкой. На её руке появился красивый серебряный браслет, инкрустированный изумрудами, тонкой гоблинской работы. — Это подарок на память. Если решите не возвращаться и не принимать моё предложение. Ну и поздравление с вашим грядущим совершеннолетием. Было приятно познакомиться, мисс Блэквуд. Мистер Малфой, было приятно иметь с вами дело тоже. Можете задержаться, кабинка будет в вашем распоряжении до рассвета. — он подмигнул ему, ещё раз хлопнул в ладоши и исчез, оставив их, абсолютно обескураженных наедине.

***

      После исчезновения Кроули, Кэтрин, казалось, еще целую вечность смотрела на его пустой стул. Затем взяла в трясущиеся руки стакан и залпом выпила его весь. На мгновение она даже пожалела, что зелье так хорошо сработало, потому что видит Мерлин, сейчас она бы хотела напиться. Внутри неё поднималась ярость, смешанная с облегчением.       Драко тоже сел в своё кресло и плеснул себе немного вина. Чувство вины за произошедшее тяжким грузом висело на его сердце.       Они оба молчали. Не поднимая друг на друга глаз. Наконец она тихо сказала: — Ты подставил меня, Малфой. — это был не вопрос. Она была в этом уверена. — Да. — Я предложила тебе помощь, а ты этим воспользовался. — Да. — О чём вы договорились изначально? — Что я приведу тебя сюда для встречи. — Это было до той ночи в клубе? — За несколько часов. — Быстро же ты сориентировался… — она встала, чуть пошатываясь. Не от алкоголя — от пережитого напряжения. Обошла стол. Остановилась у его кресла, затем сняла браслет с своей руки и надела на его. — Он наверняка непростой. Избавься от всего, что на нём. Я почувствовала следящие чары, когда он надел его на меня. Потом — я рассчитываю получить его обратно. Он, очевидно, стоит недешево.       Она чуть не плакала. От обиды и разочарования. От пережитого страха и облегчения, что все закончилось хорошо. Голос был таким ледяным, что ему стало холодно. — Как скажешь.       Она повернула ручку двери и, уходя бросила: — Я думала, что ты не такой ублюдок, как все. И знаешь, Малфой. Я все-таки верну тебе платье.