Когда легенды становятся жизнью

Баки замедлился, только когда добежал до окраины леса. Сердце стучало в висках, но вовсе не от усталости, — просто из этих висков мысли хотели разлететься почти физически. Во-первых, принц Локи его заметил. Да, он знал, что Баки — разбойник, и они сталкивались, когда их шайка грабила его карету. Но вот так, тайком пробраться в покои и опустошить грёбанную шкатулку самого принца! Баки поджал губы, всё более явно ощущая... некоторую неловкость. Но было и «во-вторых». Какого чёрта принц Локи припёрся так рано, когда постановка в театре должна была быть в самом разгаре?! Баки провёл по лицу металлической ладонью — и обнаружил, что второпях забыл надеть на неё перчатку. Потянулся к поясу, но перчатки там не оказалось. — Блять... Он спешно проверил мешочек с драгоценностями, который сунул в карман, — на месте. Баки-параноик мысленно дал подзатыльник Баки-растяпе. Баки-воришка присоединился. Когда Баки вернулся к имитированной деревеньке их шайки — четыре маленьких сколоченных из брёвен домика в лесу у реки — уже было темно. У костра, окружённого кривыми скамейками из стволов деревьев, сидел Стив. Баки хотел незаметно проскользнуть к своему домику, стоящему ближе других к реке и к роще, но услышал: — Хэй, Бак! И повернулся к Стиву. — Привет. Подойдя, Баки приземлился на бревно рядом с другом. — Ты здоров? Выглядишь как-то... встревоженно. — Странный вечер, — отмахнулся Баки. — Ты был в городе? — Да. — Ты часто стал там бывать. — Стив мягко улыбнулся. — Это женщина? «Лучше б женщина, ей-богу», — пронеслось в голове Баки, но в ответ он даже не соврал: — Я хожу в театр. Иногда. Стив хмыкнул и поворошил дрова в костре толстой палкой. Одно из горящих поленьев вывалилось, и Баки вернул его в огонь металлической рукой. Нахмурил брови. — Стив... а у тебя было когда-нибудь ощущение, что тебя тянет туда, куда тянуть не должно? Внимательный взгляд светло-синих глаз прошил Баки насквозь. Стив уточнил: — Куда-то или всё-таки к кому-то? Баки пропустил вопрос мимо ушей. Вперил задумчивый взгляд в костёр. Его треск был чистым уютом, цвет — концентрированным теплом. Стив вздохнул, продолжая смотреть на Баки. Тот упрямо уточнил: — Я хожу в театр. — Это принц Локи? Остаться спокойным не удалось — Баки выпучил глаза, перевёл взгляд, полный паники, на Стива. Тот смотрел по-прежнему внимательно и заботливо, и Баки сказал осторожно: — А ты во всех Вселенных ебать какой проницательный, да? Стив кивнул. Спешно объяснил: — Я не шпион. Просто, когда ты сказал про театр, я подумал, что ты стал пропадать чаще, когда принц начал играть в Глобусе… Баки хмыкнул. — Ты влюбился в принца? — Нет. — Баки сдвинул брови, и лоб расчертили длинные полоски морщинок. — Я не знаю. — Вы видитесь? — Мы не знакомы. Поднявшись, Баки кивнул Стиву и направился в сторону своего домика. Услышал за спиной: — Если тянет, Баки, — значит, должно. Зайдя в домик, Баки зажёг длинную свечу и поставил её на массивный стол. Приземлился на лавку. Достал из кармана мешочек с украденными драгоценностями, бросил его на стол, даже не подумав открыть. Мешочек абсолютно точно и абсолютно беззастенчиво пялился на Баки. Баки захотелось залезть под стол. Вместо этого он разделся. Окунулся лицом в небольшой таз с холодной водой, протёр мокрым полотенцем руку и грудь. Отсутствие нормального — двадцатьпервовекового, то есть, — водопровода в их домиках в такие моменты расстраивало, хоть полевые условия и не были Баки в новинку. Мешочек с драгоценностями абсолютно точно протирал взглядом дыру между лопаток Баки. Баки повернулся. Мешочек даже не моргнул. Баки собрал волосы в пучок, оделся. Закинул в небольшую самодельную печку немного дров и поджёг их. Мешочек абсолютно точно прожигал взглядом дыру в спине Баки. Баки подскочил к столу, взял мешочек в руки. Вздохнув, достал из него тонкую цепочку, обвил её вокруг живых пальцев. Металл блеснул в слабом свете свечи. Баки лёг спать под утро с готовым решением в голове. Утром голова отозвалась тяжестью и весь день забита была планами на вечер. Вечером Баки спрятал мешочек в карман, надел новую перчатку на левую руку и втихую покинул разбойничье логово. До королевского замка он добрался не спеша. Не знал, будет принц Локи в своих покоях, в театре или где-то ещё. Тихо пробравшись к уже знакомому дереву через кусты, Баки залез на ветку и осторожно заглянул в комнату. Локи внутри не было. И Баки решил рискнуть. Он запрыгнул на балкон, прошёл в покои через открытую дверь. С удивлением увидел, что его перчатка лежит в кресле. Прошёл мимо и приблизился к столику со шкатулками. Достал из кармана мешочек и… вдруг у него перехватило дыхание. Перехватило дыхание, когда Баки почувствовал, что к его горлу прижато лезвие кинжала. — У меня к тебе два вопроса. Скажи, ты совсем берегов не видишь? Баки сглотнул. Осторожно отвёл в сторону живую руку, держащую мешочек, и пробормотал: — Я вернуть пришёл, принц Локи. Локи убрал кинжал и проговорил с угрозой в голосе: — Повернись. Баки повернулся. Кинжал упёрся в его грудь. Локи забрал мешочек и бросил его на столик, глядя Баки в глаза. Драгоценности забренчали. — Арестуете меня? — спокойно спросил Баки. Локи ухмыльнулся. — Когда я представляю, как стражники это делают, у меня даже просыпается жалость к ним. Но я бы посмотрел на их попытку. Ухмылка Локи стала ещё шире. Уголки губ Баки едва заметно дёрнулись. Чуть наклонив голову вбок и глядя на Баки внимательно, Локи постучал кинжалом по его левому плечу, где под накидкой и курткой скрывался холодный металл. — Она явно не вписывается в реалии семнадцатого века. Переложив кинжал в другую руку, Локи правой стянул с металлической руки перчатку. Провёл кончиком пальца по костяшкам. Пока Баки решал, возмутиться ли ему, Локи спросил: — Это вибраниум? Баки кивнул. Локи убрал руку от бионики. — Дело рук Старка? По лицу Баки скользнула тень удивления. — Нет. Это вакандцы. Локи хмыкнул. Убрал кинжал. Баки держал себя изнутри руками и ногами, чтобы ни один мускул, ни одно движение губ или век не выдали в нём бешеного волнения. — В вашей Вселенной тоже есть Тони Старк? Тихо рассмеявшись, Локи ответил: — Я думаю, этот заносчивый упырь есть в каждой версии Вселенной. Баки тоже коротко посмеялся. Борясь со словами, с языком, который должен их произнести, спросил: — Тогда я… пойду? Локи не двигался, молчал и даже не моргнул. Баки счёл это за согласие и осторожно двинулся в сторону балкона. Когда он уже повернулся к выходу, Локи произнёс: — У меня был ещё один вопрос. Баки остановился и снова развернулся к нему лицом. — Да? — Почему ты не взял это? Локи держал в руке маленькую шкатулку — с золотым браслетом, Баки помнил. Он сглотнул. — Я увидел... гравировку. Подумал, что эта женщина и... браслет с её изображением важны для вас. И не взял. Это ваша возлюбленная? — Это моя мама. — Локи тепло, но грустно улыбнулся. — Она подарила мне этот браслет пару веков назад — ну, в той Вселенной. А гравировку я сам сделал. — Красиво. Баки тоже улыбнулся. Поставив шкатулку на столик, Локи перевёл взгляд в его глаза. — Как тебя зовут, разбойник? — Баки. — Он сделал шаг к Локи. — Почему вы не были в театре вчера? — Пока ты меня обворовывал? — Локи усмехнулся. — Я... я прошу прощения, принц Локи. Я просто... — теперь усмехнулся Баки, — хотел повеселиться. Кажется, Локи даже растерялся на секунду от такого признания. А потом на лице появилась хитрая и довольная улыбка, и в следующее мгновение от Локи с зеленоватым сиянием... отделился ещё один Локи. — Я был в театре, — сказала копия. — И не был в театре, — сказал Локи. Баки рассмеялся. — Понятно. Второй Локи исчез в таком же зеленоватом сиянии, с которым появился, а с губ настоящего не сходила хитрая довольная улыбка. От которой Баки не мог отвести взгляд. Да. Определённо, не мог. — Хочешь уйти, разбойник? Баки отрицательно мотнул головой — неожиданно даже для самого себя. — Стражу позовёте? — спросил иронично. Локи расхохотался. Кажется, смехом этим можно было и лечить, и убивать. Баки прикусил нижнюю губу, чтобы не расплыться в улыбке. Когда Локи, улыбаясь, сделал шаг вперёд, Баки шагнул назад. — Вы правы, принц Локи, мне... мне пора... Баки развернулся и, спешно накинув капюшон, вышел из комнаты уже привычным способом. Провожая его взглядом, Локи облизнул тонкие губы. Мысли в голове жужжали осами, и ни вечерняя прохлада, ни начавшийся дождь не могли от них отвлечь. Баки довольно быстро обнаружил, что снова забыл в покоях принца перчатку — еле остановил себя от того, чтобы вернуться. Дорогу он выбрал нелюдную, так что вряд ли кто-нибудь заметил бы выглядывающий из рукава металл. Баки двинул пальцами бионики, и мозг прошибло мыслью об аккуратном прикосновении Локи к ним. Баки сжал челюсти. Кулак стиснул. Он — принц, маг, божество, чёрти что, в конце концов. А он — разбойник, призрак, старый однорукий солдат, потерявшийся во времени. — Блять... Следующим вечером он снова пошёл в театр. Локи играл Гамлета — и Баки вдруг стало любопытно, настоящий ли на сцене Локи. Он оглядывал его, возможно, чересчур пристально. Но просто пытался рассмотреть зеленоватое сияние или какие-то ещё признаки магической иллюзии. Дело было только в любопытстве. Определённо, только в любопытстве. И, когда после спектакля Баки снова двинулся не в сторону леса и разбойничьего логова, а в сторону королевского замка — не спеша, чтобы не явиться раньше кареты принца, — дело было, определённо, в любопытстве.