Когда легенды становятся жизнью

Локи смотрел так пристально, так внимательно, словно сквозь глаза Баки пробирался прямо внутрь. Это пугало так же сильно, как и завораживало. Делал это Локи без тени смущения. А вот Баки казалось, что щёки его горят огнём. — Мне нужна твоя помощь, разбойник. И Локи аккуратным движением убрал с лица Баки несколько непослушных прядей, чуть задев пальцами небритую щеку, заправил их за ухо. Баки фыркнул. Руку от его лица Локи не убрал. — Принц Локи, я не девчонка, чтобы после этого кинуться вам на шею и говорить, что сделаю всё, что угодно. — После того, что ты едва не сделал, я очень надеялся на такой ответ. Твоя ясная голова понадобится мне даже больше, чем твои сильные руки. Локи провёл большим пальцем вдоль скулы Баки. — Для чего? — Для решения некоторых вопросов государственной важности. Сдвинув брови, Баки дотронулся до предплечья Локи и убрал его руку от своего лица. — Вы хотите свергнуть Тора с престола? Локи улыбнулся. — Умный. — Я не буду никого убивать. — Но-но-но, — Локи даже поднял руки в жесте, которому не хватало белого флага, — в том-то и загвоздка: с тобой я надеюсь обойтись минимальной кровью. — Минимальной? — бросил Баки с недоверчивой усмешкой. — Никогда не говори никогда. Баки поднялся с кровати, продолжая сверлить Локи недоверчивым взглядом. — И в чём план? — Вот это я понимаю, — Локи тоже встал с кровати, приблизился к Баки, ни на мгновение не отводя взгляда от серых глаз, — деловая хватка. Скрестив руки на груди, Баки движением бровей дал понять, что слушает внимательно. Локи накрыл ладонью его предплечье, медленно провёл языком по своим тонким губам. Баки сосредоточенно сжал челюсти. — Ты достаточно умный, чтобы видеть: Тор и правление — вещи несовместимые. — Допустим. — Но он упрям и несносен, и объяснить, что уступить престол мне — это лучшее решение для всех, будет... затруднительно. — А вы пытались? — Нет. У него тяжёлый молот. Баки хмыкнул, дёрнув уголком рта. Локи взял его предплечье крепче и приблизил к себе так, что все вариации Вселенной сузились до его внимательных светлых глаз. — Народ любит Роджерса и его разбойников, Баки. — Так вы хотите революцию? Снизу? — Нет. Я не рискну полагаться даже на любящий народ. Но если вдруг в один день Тор случайно испарится, а любимые народом разбойники поддержат мою кандидатуру... — Испарится? — Я думаю, что смогу найти способ отправить Тора обратно в его реальность. Губы Баки распахнулись в удивлении, и Локи очень по-змеиному ухмыльнулся, явно довольный его реакцией. Позволил себе скользнуть взглядом сверху вниз, от глаз к губам, задержать его где-то на грани приличного и снова впиться им в серые глаза, как вилами. — Но если Тор, как вы выразились, испарится, а вы — следующий наследник, то в чём проблема? — В подозрительности истории. В том, что власть легко взять жестокостью, но удержать проще доверием. Как глупо, но как правдиво. Штука в том, Баки, — Локи переместил руку с его предплечья к шее, обхватив её сзади, требовательно, прижал лоб Баки к своему и продолжил шипящим полушёпотом: — я сделаю это, с тобой или без тебя. Вопрос в том, сколько людей рискует пострадать, если ты мне не поможешь. — Звучит ультимативно, принц Локи. — Зато честно. Баки аккуратно — практически нежно — запустил пальцы обеих рук в волосы Локи, отодвинул его лицо от своего, совсем чуть-чуть. Живой ладонью скользнул вдоль щеки к шее — и, судя по взгляду, Локи понял, что в игры тут играть не с кем. — Баки, я обещаю, — мы обойдёмся без убийств. — Хорошо. — Ты поможешь? — А вы мне доверитесь? Прямой вопрос застал Локи врасплох, и Баки с удовольствием наблюдал, как хитринка исчезла из его глаз и уголков губ. Локи убрал руку с шеи Баки. Выпрямился — Баки тоже отпустил его, позволив. — Не знаю, Баки, — ответил Локи прямо. И Баки это оценил. — Я тоже. Но я попытаюсь. Локи протянул раскрытую ладонь, и Баки пожал её. Отпускать не стал. Локи этому не противился. Взгляд его из пристально-хитрого стал прямым. Баки тоже смотрел честно и прямо, но всё же нервно. И Локи это видел. Он расцепил затянувшееся рукопожатие и заключил Баки в объятья — слишком неловкие для грации принца. Баки обнял в ответ. Прижался щекой к чёрным волосам, глаза забегали растерянно. Локи обнял крепче. Накрыл волосы Баки ладонью, и тому показалось, что в лёгких не осталось воздуха. — Спасибо, разбойник. — К вашим услугам, принц Локи. Локи усмехнулся и выпустил Баки из объятий. Тот окинул его серьёзным взглядом. — Я помогу, пока ваша просьба не нарушает мои принципы. Я больше не хочу быть пешкой в чужих играх, принц Локи. — Роль Королевы не обещаю. Как насчёт Слона? — Если только того, что справа от Короля. Локи рассмеялся и кивнул. Прикоснувшись к его плечу, Баки произнёс: — Мне пора, если вы не против, принц Локи. — Против. Но если пора, иди. Кивнув, Баки забрал из кресла верхнюю одежду и вышел через балкон. Домой он вернулся, когда уже сильно стемнело. На улице никого не было. Осознав, что может остаться наедине с лунным светом — наступающая ночь прогнала с неба тучи — и спокойной рекой, Баки прошёл к берегу. Уселся на траву, снял с левой руки перчатку. Взгляд зацепился за плывущую ветку, и Баки смотрел на неё, пока она не уплыла слишком далеко. Вздохнул — и вдруг почувствовал неладное. Почувствовал даже не он, а дрессированный зверь, что сидел внутри; что ж, если бы кто-то попытался убить его сейчас, то пришлось бы сказать зверю спасибо. Баки вскочил, обернулся — и даже расслабился немного, увидев знакомую фигуру. И будто бы не совсем знакомую, ёкнуло что-то внутри. — Вы?.. — Не совсем, — сказал появившийся из-за дерева Локи.