Я больше не могу просто смотреть

Почти ночь. Башня старост.

***

Гермиона ступила в гостиную тихо, босиком. Влажные волосы прилипали к шее, по затылку скользила капля воды. На ней был тонкий чёрный топ с бретельками — ткань почти просвечивала, обтягивая грудь так плотно, что соски под ней были видно даже в полумраке. Короткие шорты сидели низко на бёдрах, оголяя линию живота и всю длину ног. Ни белья, ни желания кого-то встречать. Она рассчитывала, что Малфоя не будет. Драко сидел в кресле у камина, в расстёгнутой рубашке, с закатанными рукавами. Тёмные брюки. Светлые волосы падали на лоб. Взгляд — тяжёлый, цепляющий, как будто он сканировал её до последнего миллиметра. — Ты что-то забыла, Грейнджер? — голос хриплый, будто он курил весь вечер. Она напряглась, но не отпрянула. — Книгу. Она подошла к столику. Он не двигался, но взгляд не отпускал. Его глаза скользнули по её спине, затем ниже — на голые бёдра, на то, как тонкая ткань топа подрагивает на её груди от дыхания. Он знал, что она без белья. Это было очевидно. И это сводило его с ума. Пальцы на подлокотнике сжались, но он не двинулся. Просто наблюдал, как она нагибается за книгой. Топ немного сдвинулся — открыв линию позвоночника, обнажив изгиб спины. Он не мог оторвать взгляда. Драко встал. Медленно, без резких движений. Как будто всё ещё надеялся, что она не услышит, не заметит, не обернётся. Но она повернулась. И столкнулась с ним лицом к лицу. Её волосы прилипли к щекам, глаза блестели — от тепла, от влаги, от чего-то ещё. Топ натянулся на груди сильнее, когда она выпрямилась. А он стоял слишком близко. — Ты следишь за мной? — спросила она. Голос ровный, чуть тише обычного. — Ты выглядишь так, что грех не смотреть, — ответил он. Она склонила голову чуть вбок. — Ты флиртуешь со мной, Малфой? — А ты притворяешься, что не хотела, чтобы я смотрел? — его голос хрипел. — Я пришла за книгой. — В такой пижаме? Без белья? Она попыталась пройти мимо. Он перехватил её за запястье. Не грубо, но резко. Она замерла. — Отпусти, — тихо сказала она. Он отпустил. Но не отступил. — Чёрт с ней, с книгой, — прошептал он. — Я больше не могу на тебя просто смотреть. И прежде чем она успела что-то сказать — он поцеловал её. Резко. Грубо. Не спрашивая. Руки вцепились в её талию, прижали к себе. Он поцеловал жадно, глубоко, с нажимом. Её губы дрогнули — от удивления, от жара. Она дёрнулась… но не оттолкнула. Пальцы сжали его плечи. Он рычал ей в губы, будто терял остатки самообладания. Он прижал её к стене — одна рука легла на бедро, другая — скользнула под топ, обхватила грудь. Соски были твёрдые, чувствительные. Она застонала. Сдавленно. У него в горле. Он оторвался. Тяжело дышал. Лоб прижался к её лбу. Губы припухли. В груди билось сердце. И она ушла. Не обернувшись.